РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 августа 2026 года г. Калининград
Московский районный суд г. Калининграда в составе председательствующего судьи Дорошевич Ю.Б.
с участием истца Самарина Д.Л., представителя истца Закариевой Д.О.
при секретаре Иваниловой В.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Самарина Дмитрия Леонидовича к КБ «Ренессанс Кредит» (ООО) о расторжении договора о брокерском обслуживании, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа,
УСТАНОВИЛ:
Самарин Д.Л. обратился в суд с иском к Коммерческому банку «Ренессанс Кредит» (ООО), указав, что между сторонами был заключен договор № от 03.03.2022 о предоставлении и обслуживании банковской карты с номером расчетного счета 40№. В целях накопления денежных средств, сохранения денежных средств от инфляции сотрудник банка предложил открыть банковский вклад. 03.03.2022 был открыт вклад на месяц, на расчетный счет № истец перевел денежные средства в размере № руб.
После окончания срока вклада 07.04.2022 он обратился в отделение банка, намереваясь вновь разместить денежные средства во вклад. Сотрудник банка предложил ему более выгодный способ размещения денежных средств и попросил сообщить код СМС, который истец назвал, в результате был подписан брокерский договор, о существовании которого истец узнал в 2025 году после обращения в Центробанк. Не осознавая своих действий, истец подписал договор путем отправки СМС-сообщение на поступившее ему предложение от ООО КБ «Ренессанс Кредит». В бумажном варианте данный договор был выдан истцу в мае 2025 года, тогда же он ознакомился с условиями договора № от 07.04.2022.
С указания менеджера истец установил мобильное приложение ООО КБ «Ренессанс Кредит», все последующие операции он выполнял через данное приложение. В этот же день менеджер банка предложил в целях продления вклада сделать вклад в облигации, уверив в том, что это выгодное предложение, которое не несет за собой финансовых рисков и вложенные денежные средства истец может вернуть в любой момент.
Возможность ознакомиться с текстом договора в спокойной обстановке предоставлена не была, перед подписанием договор на руки не был выдан.
После окончания срока брокерского обслуживания сотрудник предложил продлить вклад. Истец исправно продлевал вклад, не зная, что его денежные средства переданы сторонней организации, все свободные денежные средства истец клал на данный расчетный счет. Деньги от продажи квартиры в размере 3 800 000 руб. истец также внес на депозитный расчетный счет, который оказался брокерским расчетным счетом.
Менеджер предложил краткосрочный вклад в ФПК Гарант-инвест и ОПИФ БКС Капитал, пояснив, что в марте 2025 истец сможет закрыть вклад и получить денежные средства. В итоге открытый вклад на сумму № руб. оказался договором облигаций в ФПК Гарант-инвест и ОПИФ БКС Капитал.
Аналогичные 12.08.2024 манипуляции были произведены и путем открытия вклада на сумму № руб. в ГК Сегежа и ОИФ БКС Капитал.
В октябре 2024 г. в момент окончания срока по вкладу в облигации ГК Сегежа истец узнал, что без его согласия договор облигаций был пролонгирован до ноября 2026 г., истец просил отменить функцию пролонгации договора без его согласия. Однако истцу пояснили, что это невозможно, а также, что вложенные денежные средства истец может получить только после того, как продаст облигации, но по цене существенно ниже, чем по той, по которой приобретал.
Начиная с февраля 2025 г. истец неоднократно предпринимал попытки продать облигации в целях получения вложенных денежных средств, однако в случае продажи данных облигаций истец не получил бы ту сумму, которую первоначально вложил, теряет около № рублей. Таким образом, по настоящее время договоры на приобретенные облигации в ФПК Гарант-инвест, ГК Сегежа и ОИФ БКС Капитал не расторгнуты, денежные средства не возвращены.
Ссылается на неправомерное заключение договора, с использованием запрещенных методов воздействия на него со стороны сотрудников банка.
Просит расторгнуть договор о брокерском обслуживании № от 07.04.2022 года, заключенный между Самариным Д.Л. и ООО КБ «Ренессанс Кредит»; обязать ООО КБ «Ренессанс Кредит» вернуть Самарину Д.Л. денежные средства в размере 6 104 190,96 руб.; взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф, судебные расходы в размере № руб.
Истец Самарин Д.Л. и его представитель Закариева Д.О. в судебном заседании заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просили удовлетворить их в полном объеме. При этом истец в судебном заседании также пояснил, что пользовался мобильным приложением ответчика, видел совершаемые операции по приобретению и продаже облигаций, посещал регулярно отделение банка.
Представитель ответчика Коммерческого банка «Ренессанс Кредит» (ООО) в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в представленных письменных возражениях просил рассмотреть дело в отсутствие представителя банка и отказать в удовлетворении заявленных требований. Представил письменные возражения, в которых указал, что 07.04.2022 истцом посредством мобильного банка самостоятельно была подана заявка на открытие брокерского счета. Для подтверждения операции на номер мобильного телефона истца было направлено сообщение с кодом подтверждения 0806, содержащее указание на открытие брокерского счета. Полученный код был использован клиентом для подписания соответствующих электронных документов простой электронной подписью. После этого между сторонами был заключен договор о брокерском обслуживании. После заключения договора истец в течение длительного периода самостоятельно совершал многочисленные операции с использованием мобильного банка, вносил денежные средства на брокерский счет, приобретал и продавал ценные бумаги, получал выплаты и доход по приобретенным ценным бумагам, выводил денежные средства с брокерского счета, после чего вновь вносил денежные средства и приобретал иные финансовые инструменты. Данное поведение исключает возможность признания обоснованными доводов истца о том, что он не знал о наличии брокерского счета и характере совершаемых операций. Указал, что банк как брокер совершал операции исключительно на основании поручений клиента, инвестиционные решения принимались непосредственно клиентом, а брокер не гарантирует доходность приобретенных финансовых инструментов и не несет ответственности за изменение их рыночной стоимости (л.д. 62-64).
Выслушав доводы истца Самарина Д.Л. и его представителя Закариевой Д.О., исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
Согласно пункту 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.
В соответствии с пунктом 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, в том числе электронного, подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.
Частью 2 статьи 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» предусмотрено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия.
Как следует из материалов дела, между сторонами 07.04.2022 заключен договор о брокерском обслуживании, в соответствии с которым банк как брокер обязался осуществлять деятельность по поручению клиента на совершение гражданско-правовых сделок с ценными бумагами и заключение соответствующих договоров (л.д. 13-14).
Для учета денежных средств, ценных бумаг и обязательств клиента брокером открывается внутренний брокерский счет, а при подписании поручений и иных электронных документов клиент использует простую электронную подпись. Договором также предусмотрено, что его неотъемлемой частью являются Регламент брокерского обслуживания, Правила дистанционного банковского обслуживания и тарифы.
Из текста договора также следует подтверждение клиента о том, что он ознакомлен и согласен с положениями Регламента, условий, Правил дистанционного банковского обслуживания и тарифов, а также что ему известны и понятны приобретаемые при заключении договора права и обязанности.
Факт использования номера мобильного телефона истца и полученного на данный номер кода подтверждения истцом не оспаривался.
При этом утверждение истца о том, что код был сообщен сотруднику банка без понимания правовой природы совершаемой операции, при отсутствии иных достоверных и достаточных доказательств не свидетельствует о том, что договор заключен без волеизъявления истца либо посредством неправомерных действий ответчика.
Доказательств доступа сотрудников ответчика к мобильному банку истца и самостоятельного совершения ими от имени истца операций по приобретению и продаже ценных бумаг суду не представлено.
В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» брокерской деятельностью признается деятельность по исполнению поручения клиента на совершение гражданско-правовых сделок с ценными бумагами и на заключение договоров, являющихся производными финансовыми инструментами, осуществляемая на основании возмездных договоров с клиентом. Брокер обязан принять разумные меры, направленные на исполнение поручения клиента, обеспечивая приоритет интересов клиента, и исполнить принятое поручение добросовестно и на наиболее выгодных для клиента условиях в соответствии с его указаниями.
Исследованные судом документы подтверждают, что после заключения договора от 07.04.2022 правоотношения сторон не ограничились однократным перечислением денежных средств.
Напротив, истцом на протяжении более трех лет совершались многочисленные операции, что подтверждается выписками по лицевому счету истца с 07.04.2022 по 28.04.2026 (л.д. 70-80).
Так, согласно представленному ответчиком письменному ответу, 31.03.2023 году на брокерский счет истца поступили денежные средства в размере № рублей, после чего им была подана заявка на приобретение ценных бумаг на сумму № копеек. В дальнейшем на счет неоднократно поступал купонный доход, истцом производились дополнительные пополнения счета и вывод денежных средств.
03.05.2024 истцом вновь внесены на брокерский счет денежные средства в размере № рублей и подана заявка на приобретение ценных бумаг на сумму № копеек.
04.07.2024 истцом внесены денежные средства в размере № рублей и подана заявка на приобретение облигаций на сумму № копеек.
12.08.2024 поданы заявки на приобретение ценных бумаг Сегежа на суммы № копеек и паи ГК Капитал на сумму № копеек.
В течение последующего периода истец продолжал получать купонные выплаты и выплаты по паям, осуществлял вывод денежных средств со счета, пополнял брокерский счет и совершал новые операции.
Согласно представленным ответчиком сведениям, за период с апреля 2022 года истцом получены купонные выплаты по облигациям на сумму № копейки, доход от сделок с ценными бумагами на сумму № копейку и выплаты дохода по паям на сумму № копеек; при этом размер убытка от амортизации облигаций указан в сумме № рублей 73 копейки. Общий финансовый результат в виде дохода, отраженный банком, составил № копеек (л.д. 20-24).
Аналогичные сведения об операциях приобретения и продажи ценных бумаг отражались в мобильном приложении истца, что подтверждено представленными в дело скриншотами, которым, как следует из пояснений самого истца в заседании, он пользовался.
Из прослушанной в судебном заседании аудиозаписи разговора истца с сотрудником банка следует, что стороны обсуждают приобретение ценных бумаг, сроки их последующей продажи и возможного дохода, истец ориентируется в лицах, у которых происходит приобретение ценных бумаг, указывая, что у данных лиц ранее уже приобретались ценные бумаги, обсуждает прогнозы вложений с менеджером банка.
Указанные обстоятельства, оцененные судом в совокупности, не согласуются с доводами истца о том, что вплоть до 2025 года он не знал о наличии брокерского счета и полагал, что денежные средства размещены исключительно в банковские вклады.
Совершение на протяжении нескольких лет многократных операций по пополнению брокерского счета, приобретению различных финансовых инструментов, получению купонного дохода, погашению отдельных ценных бумаг, выводу денежных средств и последующему повторному инвестированию объективно свидетельствует об использовании истцом брокерского счета и совершении им действий, направленных на получение инвестиционного дохода.
Наступление впоследствии неблагоприятного для истца изменения стоимости отдельных приобретенных им ценных бумаг либо отсутствие возможности их реализации по цене приобретения не свидетельствует о ненадлежащем исполнении ответчиком договора брокерского обслуживания.
Пунктом 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной либо в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.
Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.
Между тем, доказательств существенного нарушения ответчиком условий договора истцом суду не представлено.
Материалы дела не содержат доказательств совершения банком сделок с ценными бумагами без поручения истца, неправомерного списания принадлежащих ему денежных средств, присвоения банком денежных средств истца либо отказа в исполнении надлежащим образом поданного поручения клиента.
Не представлено также допустимых доказательств того, что сотрудником ответчика при заключении договора истцу сообщались заведомо недостоверные сведения о том, что заключаемый договор является договором банковского вклада, что денежные средства застрахованы как банковский вклад, что возврат первоначально вложенной суммы гарантирован банком либо что приобретенные финансовые инструменты могут быть в любой момент реализованы по цене их приобретения.
В силу части первой статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Доводы истца о том, что при заключении договора он был введен в заблуждение относительно его природы, не подтверждены и противоречат его последующему поведению и длительности взаимоотношений сторон.
Ссылки истца на положения статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации также не являются основанием для удовлетворения заявленных требований.
Названная норма возлагает на стороны обязанность действовать добросовестно при проведении переговоров и не предоставлять другой стороне неполную или недостоверную информацию. Однако доказательств конкретных недостоверных сведений, сообщенных сотрудником банка истцу, либо намеренного умолчания об обстоятельствах, которые должны были быть доведены до сведения истца, материалы дела не содержат.
Не имеется оснований и для применения статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор хотя и не противоречит закону, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные условия, которые присоединившаяся сторона исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии возможности участвовать в определении условий договора.
Каких-либо конкретных условий договора о брокерском обслуживании, которые отвечали бы указанным признакам и являлись бы явно обременительными для истца, судом не установлено.
Регламентом предусмотрена возможность прекращения договора по инициативе клиента посредством направления соответствующего уведомления при соблюдении предусмотренных Регламентом условий завершения расчетов по имеющимся операциям.
При этом расторжение договора о брокерском обслуживании не создает у брокера обязанности выкупить у клиента принадлежащие ему ценные бумаги по цене их первоначального приобретения и возвратить клиенту все ранее направленные на их приобретение денежные средства.
Из ответа банка на обращение истца следует, что после погашения ценных бумаг он может направить обращение в чат мобильного приложения для расторжения договора. По состоянию на 14.10.2025 в портфеле истца находятся активы КБС Капитал в количестве 2 510 штук, облигации ГарИнв2P07 RU000A106SK2 в количестве 3159 штук, облигации Сегежа2P1R № в количестве 1599 штук. Банком разъяснена истцу возможность оставить принадлежащие ему активы до соответствующих выплат либо реализовать имеющиеся ценные бумаги с учетом их текущей стоимости (л.д. 36-38).
Денежные средства, о взыскании которых просит истец, не находятся у ответчика в качестве банковского вклада. Они были использованы в соответствии с поручениями клиента для приобретения финансовых инструментов, часть которых погашена либо реализована, денежные средства и доход, по которым выводились истцом, а часть ценных бумаг продолжает учитываться в портфеле истца.
Требование истца о взыскании № рублей 96 копеек фактически предполагает возложение на брокера инвестиционного риска клиента и обязанность гарантировать возврат первоначальной стоимости приобретенных финансовых инструментов независимо от их рыночной стоимости и исполнения обязательств эмитентами.
Ни условиями представленного договора, ни Федеральным законом от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» такая обязанность брокера при установленных по делу обстоятельствах не предусмотрена.
В связи с этим взыскание с ответчика всей суммы первоначально направленных на инвестирование денежных средств при сохранении за истцом прав на находящиеся на его брокерском счете ценные бумаги не имеет предусмотренного законом или договором основания.
Не могут быть приняты и доводы истца о применении к спорным правоотношениям Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».
Из содержания определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 18-КГ17-78 следует, что ввиду рискового характера деятельности по совершению гражданско-правовых сделок с ценными бумагами такая деятельность не может быть признана деятельностью, направленной на удовлетворение личных бытовых нужд, а отсутствие у гражданина статуса индивидуального предпринимателя само по себе не означает, что заключенные им сделки направлены на удовлетворение личных бытовых нужд.
В рассматриваемом случае содержание и характер фактически сложившихся между сторонами отношений свидетельствуют о том, что истец использовал брокерский счет для приобретения финансовых инструментов и получения инвестиционного дохода.
В связи с этим оснований для применения к спорным правоотношениям законодательства о защите прав потребителей не имеется.
Самостоятельных предусмотренных законом оснований для взыскания компенсации морального вреда истцом не доказано.
Таким образом, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к выводу о том, что договор о брокерском обслуживании заключен сторонами в установленной законом форме, после заключения договора истец на протяжении длительного периода осуществлял права клиента по договору, неоднократно совершал операции с ценными бумагами и получал доход, тогда как допустимых и достоверных доказательств существенного нарушения договора ответчиком, совершения операций без поручений клиента, введения истца в заблуждение либо предоставления ему заведомо недостоверной информации суду не представлено.
При таких обстоятельствах правовых оснований для расторжения договора в судебном порядке и взыскания с ответчика денежных средств в размере № рублей 96 копеек не имеется, как и оснований для взыскания компенсации морального вреда и штрафа.
В соответствии с частью первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Поскольку в удовлетворении иска отказано, оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов на оплату юридических услуг в размере № рублей не имеется.
Руководствуясь статьями 194–199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
в удовлетворении исковых требований Самарина Дмитрия Леонидовича к КБ «Ренессанс Кредит» (ООО) о расторжении договора о брокерском обслуживании, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа отказать.
Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья:
Мотивированное решение изготовлено 18 сентября 2026 года.