РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
19 августа 2026 года город Иркутск
Свердловский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Гуртовой А.В., при секретаре судебного заседания ФИО10 с участием истца ФИО2, представителя ответчика по доверенности, третьего лица ФИО8, представителя третьего лица по доверенности ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело УИД № 38RS0036-01-2026-004626-13 (2-3686/2026) по иску ФИО2 к Областному государственному казенному учреждению «Кадровый центр Иркутской области» о признании незаконными действий по распространению персональных данных, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 (далее по тексту - истец) обратился в Свердловский районный суд г. Иркутска с исковым заявлением к Областному государственному казенному учреждению «Кадровый центр Иркутской области» (далее по тексту – учреждение) о признании незаконными действий по распространению персональных данных, компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований указано, что он, ФИО2 с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> состоял в трудовых отношениях с ответчиком. <Дата обезличена> истцу стало известно, что сотрудник учреждения ФИО8, действуя в рамках трудовых обязанностей, <Дата обезличена> по незащищенным каналам посредством электронной почты с адреса: .... направила справку о среднемесячном заработке. Данная справка, содержала персональные данные истца, на адрес электронной почты, принадлежащий третьему лицу. Указанная справка содержала персональные данные, позволяющие идентифицировать истца как субъекта персональных данных: фамилию, имя, отчество; сведения о доходах с помесячной детализацией; сведения о трудовых отношениях. Документ был подписан директором учреждения ФИО5 и содержал отметку: «Справка дана для предъявления по месту требования». При этом после прекращения трудовых отношений – <Дата обезличена> истец не обращался к ответчику с заявлением о выдаче указанной справки, не направлял запросов о предоставлении сведений о доходах и не давал согласия на передачу либо распространение содержащихся в справке персональных данных каким-либо третьим лицам. Письменное согласие на обработку, передачу или иное распространение указанных персональных данных третьим лицам истец учреждению не предоставлял. Никаких исключительных оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» (запросы суда, органов предварительного следствия, ПФР, ФНС в рамках их компетенции, угроза жизни/здоровью), для направления персональных данных, включая сведения о доходах, составляющих конфиденциальную информацию, истца третьему лицу, у учреждения не имелось. Направление финансовой справки на неустановленный электронный адрес без согласия истца является прямым нарушением Федерального закона № 152-ФЗ.
При определении размера компенсации морального вреда, просит суд учесть: характер нарушенных прав на защиту персональных данных и неприкосновенность частной жизни (конфиденциальность финансовых и персональных данных); отсутствие согласия субъекта и правовых оснований для передачи сведений о доходах истца по незащищенным каналам на электронный адрес третьему лицу; статус ответчика как государственного учреждения, обязанного обеспечивать повышенный уровень защиты персональных данных; системный характер нарушений со стороны учреждения и отсутствие контроля со стороны Министерства труда и занятости Иркутской области; степень нравственных переживаний, вызванных утратой контроля над конфиденциальной информацией; необходимость превенции аналогичных нарушений в будущем.
На основании изложенного, истец просил суд признать незаконными действия областного государственного казенного учреждения «Кадровый центр Иркутской области», выразившееся в распространении и передаче третьему лицу персональных данных истца, содержащихся в справке о среднем заработке, без согласия истца и при отсутствии предусмотренных законом оснований; взыскать с Областного государственного казенного учреждения «Кадровый центр Иркутской области» в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме <Номер обезличен> рублей.
Определением суда от 22 июля 2026 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО8
Также определением суда от 29 июля 2026 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство труда и занятости Иркутской области, Министерство финансов Иркутской области.
Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении.
Представитель ответчика областного государственного казенного учреждения «Кадровый центр Иркутской области», третье лицо ФИО8, действующая на основании доверенности <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, возражала относительно удовлетворения исковых требований, указав, что в рамках рассмотрения гражданского дела о восстановлении на работе, ответчиком действительно подготовлена справка о среднем заработке истца для предоставления в Свердловский районный суд <адрес обезличен>. В целях оперативной подготовки расчета компенсации за время вынужденного прогула для предоставления в Свердловский районный суд <адрес обезличен> справка о среднем заработке ФИО2 ошибочно направлена адвокату ФИО1 <Дата обезличена> с личного адреса в сети Интернет ФИО8 .... на адрес электронной почты в сети Интернет .... Указанный адрес электронной почты предоставлен как контактный адвокатом ФИО1 путем направления СМС сообщения с телефонного номера <Номер обезличен>, заявленного в справочнике с картами городов «2ГИС», как контактный номер адвокатского кабинета ФИО1 Также справка направлена на неустановленный электронный адрес, однако, не указывает от кого и при каких обстоятельствах ему стало известно о распространении его персональных данных, не указывает адрес электронной почты, на который поступила информация. Полагает, что указанная информация может влиять на определение степени вины ответчика, тяжесть понесенных страданий истца и как следствие повлиять на размер компенсации морального вреда. Кроме того, в качестве доказательства направления документа на электронный адрес третьего лица истец представил скриншот. Указанный скриншот не может являться допустимым доказательством. Кроме того, представителем ответчика в отзыве указано об отсутствии оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда, поскольку в обоснование размера компенсации морального вреда истец просит учесть статус ответчика как государственного учреждения, обязанного обеспечивать повышенный уровень защиты персональных данных, между тем, государственное учреждение является таким же участником гражданского оборота, как и иные виды юридических лиц. Нормы права, возлагающие на ответчика обязанность обеспечить повышенный уровень защиты персональных данных, в своем исковом заявлении не приводит. Указывает также на системный характер нарушений со стороны ответчика, однако, доказательств, подтверждающих нарушение ответчиком законодательства о защите персональных данных, не приводит. В обоснование размера компенсации истцом указывается на необходимость превенции аналогичных нарушений в будущем. Полагает, что целью компенсации морального вреда гражданину является компенсация его нравственных страданий, а не применение санкций к ответчику. Истец принимает на себя функции федерального органа исполнительной власти, контролирующего связь, информационные технологии, СМИ и защиту персональных данных. Тем не менее, стороной истца в исковом заявлении не было конкретизировано, почему он считает указанную сумму обоснованной для компенсации морального вреда. Таким образом, просит в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать в полном объеме.
Представитель третьего лица Министерства труда и занятости Иркутской области ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании просила суд отказать ФИО2 в удовлетворении исковых требований. В письменном отзыве указала, что кадровый центр является подведомственным учреждением Министерства. Ответчик не оспаривает, что при направлении запрошенной истцом справки о среднем заработке была допущена техническая ошибка. Документ был направлен не истцу, а адвокату его брата ФИО7, который также являлся работником ответчика. Причиной ошибки послужило совпадение фамилий, что привело к неверному выбору файла для отправки. Вместе с тем, данное обстоятельство не влечет безусловного взыскания компенсации морального вреда в заявленном размере, поскольку отсутствуют признаки существенного нарушения прав истца, причинения ему реальных нравственных страданий и наличия вины ответчика в форме умысла или грубой неосторожности. Справка о среднем заработке содержит лишь сведения о размере заработной платы, которые не являются информацией, способной причинить серьезные нравственные страдания при ошибочной передаче адвокату брата истца. Данный документ не был опубликован в открытом доступе, не распространялся неограниченному кругу лиц. Информация была направлена конкретному адресату – адвокату брата истца, который в силу пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» обязан соблюдать конфиденциальность (адвокатскую тайну) в отношении любых сведений, ставших ему известными в связи с профессиональной деятельностью. Таким образом, риск дальнейшего распространения данных истца минимален. В данном случае ответчик действовал без умысла причинить вред истцу. Ошибка была вызвана наличием в Учреждении двух сотрудников с одинаковой фамилией ФИО9. Сумма компенсации морального вреда в размере <Номер обезличен> рублей, по мнению представителя третьего лица несоразмерна характеру допущенного нарушения, свидетельствует о злоупотреблении правом и стремлении истца неосновательно обогатиться. На основании изложенного, просила суд в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать в полном объеме.
Обсудив доводы искового заявления и возражений представителя ответчика, третьих лиц, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований на основании следующего.
В соответствии с частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.
Согласно части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
В развитие названных конституционных положений в целях обеспечения защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, принят Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных», регулирующий отношения, связанные с обработкой персональных данных, осуществляемой федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, иными государственными органами, органами местного самоуправления, не входящими в систему органов местного самоуправления муниципальными органами, юридическими лицами, физическими лицами.
Данный Закон определяет принципы и условия обработки персональных данных, права субъекта персональных данных, права и обязанности иных участников правоотношений, регулируемых этим законом.
В статье 3 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» закреплены основные понятие, используемые в данном Федеральном законе.
Так, персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (пункт 1).
Оператор - государственный орган, муниципальный орган, юридическое или физическое лицо, самостоятельно или совместно с другими лицами организующие и (или) осуществляющие обработку персональных данных, а также определяющие цели обработки персональных данных, состав персональных данных, подлежащих обработке, действия (операции), совершаемые с персональными данными (пункт 2).
Обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных (пункт 3).
Распространение персональных данных - действия, направленные на раскрытие персональных данных неопределенному кругу лиц (пункт 5).
Предоставление персональных данных - действия, направленные на раскрытие персональных данных определенному лицу или определенному кругу лиц (пункт 6).
По общему правилу обработка персональных данных допускается с согласия субъекта персональных данных (пункт 1 части 1 статьи 6 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных»).
Статьей 7 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» предусмотрено, что операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии со статьей 17 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» если субъект персональных данных считает, что оператор осуществляет обработку его персональных данных с нарушением требований настоящего Федерального закона или иным образом нарушает его права и свободы, субъект персональных данных вправе обжаловать действия или бездействие оператора в уполномоченный орган по защите прав субъектов персональных данных или в судебном порядке. Субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.
В соответствии с частью 1 статьи 24 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» лица, виновные в нарушении требований настоящего Федерального закона, несут предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность.
Из системного толкования приведенных норм права следует, что сбор, обработка, передача, распространение персональных данных возможны только с согласия субъекта персональных данных, при этом согласие должно быть конкретным. Под персональными данными понимается любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу.
Как следует из материалов дела, ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ответчиком ОГКУ «Кадровый центр Иркутской области». Согласно приказу от <Дата обезличена> действие трудового договора с ответчиком прекращено с <Дата обезличена>, по инициативе работника.
<Дата обезличена> истцу стало известно, что сотрудник Учреждения ФИО8, действуя в рамках трудовых обязанностей, <Дата обезличена> в 16 часов 39 минут по незащищенным каналам посредством электронной почты с адреса: .... на адрес электронной почты ...., принадлежащий третьему лицу – адвокату ФИО1, направила справку о среднемесячном заработке, содержащую персональные данные истца. Указанная справка содержала персональные данные, позволяющие идентифицировать истца как субъекта персональных данных: фамилию, имя, отчество; сведения о доходах с помесячной детализацией; сведения о трудовых отношениях. Документ был подписан директором Учреждения ФИО5 и содержал отметку: «Справка дана для предъявления по месту требования». Данный факт подтверждается представленным в материалы дела скриншотом, не отрицается третьим лицом ФИО8
При этом после прекращения трудовых отношений – 26 марта 2026 года истец не обращался к ответчику с заявлением о выдаче указанной справки, не направлял запросов о предоставлении сведений о доходах и не давал согласия на передачу либо распространение содержащихся в справке персональных данных каким-либо третьим лицам. Письменное согласие на обработку, передачу или иное распространение указанных персональных данных третьим лицам истец Учреждению не предоставлял.
Доводы представителя ответчика и третьего лица ФИО8 об ошибочном направлении справки и как следствие отсутствие оснований для удовлетворения иска, суд находит несостоятельными, поскольку в ходе рассмотрения дела достоверно установлен факт передачи ответчиком Областным государственным казенным учреждением «Кадровый центр Иркутской области» персональных данных истца (фамилии, имени, отчества, сведений о доходах и трудовой деятельности) третьему лицу – адвокату ФИО1 Переданные сведения об истце без его согласия в нарушение Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» позволяют однозначно его идентифицировать, являются его персональными данными.
При таких обстоятельствах суд признает незаконными действия Областного государственного казенного учреждения «Кадровый центр Иркутской области» (ИНН 3808282094), выразившиеся в раскрытии персональных данных ФИО2 неопределенному лицу, содержащихся в справке о среднем заработке.
Подпунктом 1 пункта 3 статьи 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре Российской Федерации" адвокату предоставлено право собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и иных организаций в порядке, предусмотренном статьей 6.1 данного Федерального закона.
Статьей 6.1 названного Федерального закона предусмотрено, что адвокат вправе направлять в органы государственной власти, органы местного самоуправления, общественные объединения и иные организации в порядке, установленном этим федеральным законом, официальное обращение по входящим в компетенцию указанных органов и организаций вопросам о предоставлении справок, характеристик и иных документов, необходимых для оказания квалифицированной юридической помощи (пункт 1).
Органы государственной власти, органы местного самоуправления, общественные объединения и иные организации, которым направлен адвокатский запрос, должны дать на него ответ в письменной форме в тридцатидневный срок со дня его получения.
Согласно положениям статьи 2 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", оказывая юридическую помощь, адвокат участвует в качестве представителя в гражданском и административном судопроизводстве, а также представляет интересы доверителя в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях (пункты 4 и 7 части 2 статьи 2).
В соответствии с положениями статьи 6.1 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" в предоставлении адвокату запрошенных сведений может быть отказано в случае, если запрошенные сведения отнесены законом к информации с ограниченным доступом.
Согласно ответу на запрос от 18.08.2026 года, приобщенного к материалам дела, адвокат ФИО1 в правоотношениях с истцом ФИО2 не состояла.
Судом не усмотрено оснований для привлечения к участию в деле в качестве третьего лица ФИО1, заявленного в ходе судебного заседания представителем ответчика, поскольку оснований для привлечения представителя брата истца в качестве третьего лица не имелось.
Возражения истца относительно участия в рассмотрении дела привлеченных третьих лиц, также судом отклоняются, поскольку разрешаемый спор затрагивает их права и законные интересы, как учредителя юридического лица, главного распорядителя бюджетных средств, лица, ответственного за направление персональных данных истца.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, либо в случаях, установленных законом, нарушения имущественных прав гражданина, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с потерей родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции - пункт 14).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).
Бремя доказывания обстоятельств: правомерности действий ответчика, отсутствие морального вреда у истца, а также разрушение причинно-следственной связи между действиями ответчика и моральным вредом истца лежит на ответчике.
Суд, принимая во внимание приведенные в настоящем определении нормы права и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации по их применению, учитывает, что в результате действий должностного лица Областного государственного казенного учреждения «Кадровый центр Иркутской области» третьему лицу - в терминологии Федерального закона "О защите персональных данных", стали известны персональные данные истца, относящиеся к нематериальным благам, защита которых опосредуется нормами специального закона, регулирующего порядок обработки персональных данных, а именно сведения о фамилии, имени, отчестве, получаемой заработной плате, поэтому находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.
Сумма компенсации морального вреда в размере <Номер обезличен> руб., по мнению суда, учитывает конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотносится с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, индивидуальными особенностями его личности, состоящего в трудовых отношениях с ответчиком, имеющего единичный случай нарушения прав в отношении истца, также учитывает поведение ответчика и третьего лица, фактически не отрицавшего обстоятельства незаконного направления персональных данных, также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.
Доводы истца о том, что размер компенсации должен быть определен с учетом системного характера подобных нарушений, предупреждения совершения нарушений, отклоняется судом. При рассмотрении дела не было установлена множественность подобных нарушений в отношении истца, а задачами гражданского судопроизводства являются защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.
Признать незаконными действия Областного государственного казенного учреждения «Кадровый центр Иркутской области» (ИНН 3808282094), выразившиеся в раскрытии персональных данных ФИО2 неопределенному лицу, содержащихся в справке о среднем заработке.
Взыскать с Областного государственного казенного учреждения «Кадровый центр Иркутской области» (ИНН 3808282094) за счет казны <адрес обезличен> в пользу ФИО2 (<Номер обезличен>) компенсацию морального вреда в размере <Номер обезличен> рублей.
В удовлетворении требований ФИО2 в большем размере - отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.
Судья А.В. Гуртовая
Решение в окончательной форме изготовлено 26 августа 2026 года.