РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
14 августа 2026 года г. Сегежа
Сегежский городской суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Шишкаловой И.В., с участием прокурора Щербакова С.В.
при секретаре Мамаевой И.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Шейко Александра Владимировича к Омельченко Наталье Стефановне, Омельченко Дарье Дмитриевне о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни и здоровью, утраченного заработка, расходов на лечение, установил:
иск заявлен по тем основаниям, что Омельченко Н. С., управляя автомобилем марки Мазда СХ-5, государственный регистрационный знак №..., принадлежащим Омельченко Д.Д., не справилась с управлением своего транспортного средства и совершила наезд на стоящее с правой стороны дороги транспортное средство Форд Торнео Конект, государственный регистрационный знак №..., принадлежащее Краеву Ю. В., вследствие чего транспортное средство Форд Торнео Конект откинуло на стоящего рядом с ним Шейко А. В., который в результате дорожно-транспортного происшествия получил телесные повреждения: перелом акромиального конца левой ключицы, ссадины в области правой половины грудной клетки, правой верхней конечности (локтевой сустав), правового голеностопного сустава. Согласно заключению эксперта от 27 октября 2025 г. № 243/МД Шейко А. В. установлен вред здоровью средней степени тяжести. Истец находился на больничном листе с 12 июля 2025 г. по 3 октября 2025 г., за указанный период истцом получено пособие по временной нетрудоспособности в размере 189 555 руб. 39 коп. и от работодателя в размере 7 020 руб. 57 коп. В связи с нахождением на больничном листе, истцом за указанный период утрачен заработок на АО «Сегежский ЦБК». По назначению врача истцом были приобретены лекарственные препараты и бандаж на плечевой сустав на сумму 10 237 руб. Ссылаясь на вышеуказанное, истец, с учетом уточнения исковых требований, просит суд взыскать с надлежащего ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 700 000 руб., 85 727 руб. 4 коп. – возмещение заработка, утраченного в результате ДТП; расходы на лечение в размере 10 237 руб.; судебные расходы на оформление искового заявления в размере 5 000 руб.
Истец в судебном заседании исковые требования поддержал.
Ответчики в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались в установленном порядке, возражений относительно заявленных требований не представили, ходатайствовали о рассмотрении дела в свое отсутствие, об уважительности причин неявки суду не сообщили.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещались судом о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.
Прокурор Щербаков С.В. полагал исковые требования подлежащими удовлетворению частично, применив принцип разумности и соразмерности размеру взыскиваемого морального вреда, требования о взыскании утраченного заработка - подлежащими удовлетворению. Надлежащим ответчиком полагал Омельченко Н.С.
С учетом положений ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Заслушав истца, заключение прокурора, исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы дела об административном правонарушении № 5-1/2026 (5-204/2025; Сегежский городской суд РК), медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 675842, суд приходит к следующим выводам.
Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании. Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.
В соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на управление транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности.
Под законностью владения подразумевается наличие гражданско-правовых оснований владения транспортным средством, а не соблюдение правил дорожного движения.
Передача технического управления транспортным средством не является безусловным основанием для вывода о переходе законного владения либо о том, что транспортное средство выбыло из владения его собственника.
Вопрос о наличии или отсутствии перехода законного владения разрешается судом в каждом случае на основании исследования и оценки совокупности доказательств.
При этом в силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, п. 2 ст. 1064 и ст. 1079 ГК РФ обязанность доказать факт перехода законного владения к другому лицу лежит на собственнике источника повышенной опасности.
Как установлено судом и следует из представленных материалов, Омельченко Н.С. 12 июля 2025 г., управляя автомобилем марки Мазда СХ-5, государственный регистрационный знак №..., не справилась с управлением своего транспортного средства и совершила наезд на стоящее с правой стороны дороги транспортное средство Форд Торнео Конект, государственный регистрационный знак №..., принадлежащее Краеву Ю.В., вследствие чего транспортное средство Форд Торнео Конект откинуло на стоящего рядом с ним Шейко А.В., который в результате дорожно-транспортного происшествия получил телесные повреждения.
Постановлением судьи Сегежского городского суда Республики Карелия от 5 февраля 2026 г., Омельченко Н. С. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 15 000 руб. Постановление вступило в законную силу, штраф оплачен.
В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении вину в совершении инкриминируемого деяния при вышеизложенных обстоятельствах Омельченко Н.С. признала в полном объеме. Потерпевшим по указанному делу об административном правонарушении признан Шейко А.В.
Из постановления и дела об административном правонарушении следует что, согласно заключению эксперта от 27 октября 2025 г. № 243/МД у Шейко А.В. установлены перелом акромиального конца левой ключицы, которое квалифицируется как вред здоровью средней степени тяжести; а также ссадины в области правой грудной клетки, правой верхней конечности (локтевой сустав), правого голеностопного сустава – квалифицирующиеся как не причинившие вреда здоровью.
В силу ч.4 ст. 61 ГПК РФ, разъяснений, изложенных в п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», вступившее в законную силу постановление суда по делу об административном правонарушении обязательно для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого оно вынесено, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
На момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль марки Мазда СХ-5, государственный регистрационный знак №..., принадлежал Омельченко Д.Д. Гражданская ответственность собственника указанного транспортного средства на дату ДТП застрахована в АО «Совкомбанк Страхование» по договору ОСАГО №..., водитель Омельченко Н.С. допущена к управлению данным транспортным средством.
Таким образом, именно Омельченко Н.С. являлась владельцем источника повышенной опасности, т.к. была допущена своей дочерью Омельченко Д.Д. (собственником) к управлению транспортным средством, при наличии водительского удовлетворения, полиса ОСАГО (включена в договор страхования в качестве лица, допущенного к управлению) и нотариально удостоверенной доверенности от 25 августа 2022 г. № №..., уполномочивающей Омельченко Н.С. управлять и распоряжаться всем имуществом, принадлежащим Омельченко Д.Д.
Сведений о противоправном завладении водителем Омельченко Н.С. источником повышенной опасности автомобилем марки Мазда СХ-5, государственный регистрационный знак №..., принадлежащим Омельченко Д.Д. не имеется, таким образом, надлежащим ответчиком является Омельченко Н.С.
В той связи в удовлетворении исковых требований к Омельченко Д.Д. надлежит отказать.
На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Как следует из п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
В силу п.п. 1 и 3 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Исходя из разъяснений, приведенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных страданиях - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека, в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции (п. 14 указанного постановления Пленума).
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
В соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с п.п. 25 - 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (пункт 25).
При определении размера компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).
Из изложенного следует, что размер компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств, подлежащих исследованию и оценке судом. При определении размера компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий.
Пунктом 2 ст. 1083 ГК РФ предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п. 1 ст. 1085 ГК РФ), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст. 1089 ГК РФ), а также при возмещении расходов на погребение (ст. 1094 ГК РФ).
Между тем, материалы дела не содержат доказательств наличия грубой неосторожности со стороны Шейко А.В., способствовавшей возникновению или увеличению вреда его здоровью.
В соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
В абзаце пятом п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу п. 3 ст. 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
Согласно материалам дела, заключению эксперта ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 27 октября 2025 г. № 243/МД у истца установлен перелом акромиального конца левой ключицы, которое квалифицируется как вред здоровью средней степени тяжести, и могло образоваться 12 июля 2025 г. в результате ДТП. В период с 12 июля по 3 октября 2025 г. Шейко А.В. находился на амбулаторном лечении в ГБУЗ РК «Сегежская ЦРБ».
При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание тяжесть и объем полученных истцом телесных повреждений, обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, находящегося в прямой причинно-следственной связи с причинением вреда здоровью истца средней степени тяжести, обращение истца за медицинской помощью, прохождение амбулаторного лечения, то обстоятельство, что полученные в результате дорожно-транспортного происшествия 12 июля 2025 г. истцом травмы ограничивали его движения, перенесенные истцом физические и нравственные страдания, связанные с повреждением здоровья, лишение истца возможности вести привычный образ жизни, изменение на протяжении продолжительного времени (более двух с половиной месяцев) прежнего образа жизни, длительность периода временной нетрудоспособности в связи с полученными в дорожно-транспортном происшествии травмами, учитывая также в соответствии с требованиями п. 3 ст. 1083 ГК РФ материальное положение ответчика, в частности финансовое положение Омельченко Н.С. (по сведениям УФНС России по Республике Карелия доход Омельченко Н.С. за 2025 г. составил 273 731 руб. 88 коп., за 2026 г. – 6 173 руб.), а также имущественное положение ответчика, в собственности которой находится 1/5 доли в общей долевой собственности жилого помещения, а также принципы разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
Руководствуясь указанными выше нормами права, представленными доказательствами, суд приходит к выводу о взыскании с Омельченко Н.С. в пользу Шейко А.В. компенсации морального вреда в размере 350 000 руб. Данная сумма соответствует принципам разумности и справедливости при соблюдении баланса интересов сторон спора.
Разрешая требования истца о взыскании утраченного заработка, суд приходит к следующему.
Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, определены в ст. 1085 ГК РФ.
В силу п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
При определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда). В счет возмещения вреда не засчитывается также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья (п. 2 ст. 1085 ГК РФ).
Определение в рамках действующего гражданско-правового регулирования объема возмещения вреда, причиненного здоровью, исходя из утраченного заработка (дохода), который потерпевший имел или определенно мог иметь, предполагает, - в силу компенсационной природы ответственности за причинение вреда, обусловленной относящимися к основным началам гражданского законодательства принципом обеспечения восстановления нарушенных прав (п. 1 ст. 1 ГК РФ), а также требованием возмещения вреда в полном, по общему правилу, объеме, - необходимость восполнения потерь, объективно понесенных потерпевшим в связи с невозможностью осуществления трудовой (предпринимательской) деятельности в результате противоправных действий третьих лиц (абзац третий п. 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 июня 2012 г. № 13-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1086 ГК РФ в связи с жалобой гражданина Т.»).
Статьей 1086 ГК РФ установлены правила по определению размера заработка (дохода), утраченного в результате повреждения здоровья.
В соответствии с п.п. 1, 2, 3 ст. 1086 ГК РФ размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.
В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции.
Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.
Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.
В подп. «а» п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под утраченным потерпевшим заработком (доходом) следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.
Из приведенных нормативных положений, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, причинившее вред здоровью гражданина (увечье или иное повреждение здоровья), обязано возместить потерпевшему утраченный заработок, то есть заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь. Поскольку в результате причинения вреда здоровью потерпевшего он лишается возможности трудиться как прежде, а именно осуществлять прежнюю трудовую деятельность или заниматься иными видами деятельности, между утратой потерпевшим заработка (дохода) и повреждением здоровья должна быть причинно-следственная связь. Под заработком (доходом), который потерпевший имел, следует понимать тот заработок (доход), который был у потерпевшего на момент причинения вреда и который он утратил в результате причинения вреда его здоровью. Под заработком, который потерпевший определенно мог иметь, следует понимать те доходы потерпевшего, которые при прочих обстоятельствах совершенно точно могли бы быть им получены, но не были получены в результате причинения вреда его здоровью. При этом доказательства, подтверждающие размер причиненного вреда, в данном случае доказательства утраты заработка (дохода), должен представить потерпевший.
Как указано в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» размер утраченного заработка потерпевшего, согласно пункту 1 статьи 1086 ГК РФ, определяется в процентах к его среднему месячному заработку по выбору потерпевшего - до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им профессиональной трудоспособности, а в случае отсутствия профессиональной трудоспособности - до утраты общей трудоспособности. Определение степени утраты профессиональной трудоспособности производится учреждениями государственной службы медико-социальной экспертизы, а степени утраты общей трудоспособности - судебно-медицинской экспертизой в медицинских учреждениях государственной системы здравоохранения.
Согласно ст. 183 ТК РФ при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами.
Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральными законами.
Правоотношения в системе обязательного социального страхования на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством регулируются Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» (далее – Федеральный закон № 255-ФЗ).
В соответствии с п. 1 ст. 1.2. указанного Федерального закона обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством - система создаваемых государством правовых, экономических и организационных мер, направленных на компенсацию гражданам утраченного заработка (выплат, вознаграждений) или дополнительных расходов в связи с наступлением страхового случая по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством.
Одним из видов страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством является пособие по временной нетрудоспособности (п. 2 ч. 1 ст. 1.4. Федерального закона № 255-ФЗ).
Согласно п. 1 ч. 1 ст. 5 Федерального закона № 255-ФЗ обеспечение застрахованных лиц пособием по временной нетрудоспособности осуществляется в случае утраты трудоспособности вследствие заболевания или травмы, в том числе в связи с операцией по искусственному прерыванию беременности или осуществлением экстракорпорального оплодотворения (далее - заболевание или травма).
В силу ч. 1 ст. 7 Федерального закона № 255-ФЗ пособие по временной нетрудоспособности при утрате трудоспособности вследствие заболевания или травмы, за исключением случаев, указанных в части 2 настоящей статьи, при карантине, протезировании по медицинским показаниям и лечении в санаторно-курортных организациях непосредственно после оказания медицинской помощи в стационарных условиях выплачивается в следующем размере:
1) застрахованному лицу, имеющему страховой стаж 8 и более лет, - 100 процентов среднего заработка;
2) застрахованному лицу, имеющему страховой стаж от 5 до 8 лет, - 80 процентов среднего заработка;
3) застрахованному лицу, имеющему страховой стаж до 5 лет, - 60 процентов среднего заработка.
Частью 1 ст. 13 Федерального закона № 255-ФЗ предусмотрено, что назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности (за исключением случаев, указанных в пункте 1 части 2 статьи 3 настоящего Федерального закона, когда выплата пособия по временной нетрудоспособности осуществляется за счет средств страхователя), по беременности и родам, единовременного пособия при рождении ребенка, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страховщиком.
Пособие по временной нетрудоспособности в случаях, указанных в пункте 1 части 1 статьи 5 настоящего Федерального закона, выплачивается застрахованным лицам (за исключением застрахованных лиц, добровольно вступивших в правоотношения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в соответствии со статьей 4.5 настоящего Федерального закона) за первые три дня временной нетрудоспособности за счет средств страхователя, а за остальной период начиная с 4-го дня временной нетрудоспособности за счет средств бюджета Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации (п. 1 ч. 2 ст. 3 Федерального закона № 255-ФЗ).
В соответствии с ч. 1 ст. 14 Федерального закона № 255-ФЗ пособие по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячное пособие по уходу за ребенком исчисляются исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, отпуска по беременности и родам, отпуска по уходу за ребенком, в том числе за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей).
Таким образом, юридическим значимыми по настоящему делу обстоятельствами являются: являлся ли Шейко А.В. временно нетрудоспособным на основании выданных ему листков нетрудоспособности по причине получения травмы в результате произошедшего 12 июля 2025 г. ДТП, какова была продолжительность периодов временной нетрудоспособности Шейко А.В. после 12 июля 2025 г., получал ли он пособие по временной нетрудоспособности, в каком размере; имелась ли причинно-следственная связь между повреждением здоровья Шейко А.В. в результате полученной травмы и его временной нетрудоспособностью, повлекшей утрату заработка (дохода) за заявленный в иске период; каков был размер заработной платы Шейко А.В. до получения травмы; имеется ли разница между размером полученного Шейко А.В. пособия по временной нетрудоспособности, вызванной полученной 12 июля 2025 г. травмой, и размером его заработка (дохода), который у него был на момент причинения вреда и который он утратил в результате причинения вреда его здоровью.
Из разъяснений, изложенных в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», следует, что пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица. Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим ущербом только в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.
В силу вышеприведенных норм права, пособие по временной нетрудоспособности в силу закона призвано компенсировать понесенные гражданином в связи с повреждением здоровья потери в заработной плате в связи с невозможностью осуществления трудовой деятельности, поэтому в пользу истца может быть взыскана лишь разница между его заработком, который он получал до получения травмы, и выплаченным ему пособием по временной нетрудоспособности.
Данная правовая позиция изложена в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2020 г. № 55-КГ20-1; от 2 ноября 2020 г. № 47-КГ20-3-К6; от 29 марта 2021 г. № 5-КГ21-4-К2 и др.
Согласно ст. ст. 7, 8 Федерального закона от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» временная нетрудоспособность, в т.ч. вследствие травмы, является страховым риском, а пособие по временной нетрудоспособности - видом страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию. При временной нетрудоспособности гражданин полностью освобождается от работы и утрата им трудоспособности на весь этот период предполагается.
Порядок исчисления пособия по временной нетрудоспособности определен в ст. 14 Федерального закона № 255-ФЗ, однако названным Федеральным законом не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанным законом. Причинитель вреда в данной ситуации несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью потерпевшего, в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ.
Из приведенных правовых норм следует, что при наступлении страхового случая в виде временной нетрудоспособности застрахованному лицу по месту работы назначается и выплачивается пособие по временной нетрудоспособности. Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.
Судом установлено и следует из материалов дела, что Шейко А.В. с 2012 г. трудоустроен в АО «Сегежский ЦБК», работает в должности машиниста бумагоделательной машины (сеточник) 4 разряда (трудовой договор от 15 июня 2012 г., трудовая книжка).
Шейко А.В. в период до повреждения здоровья тарифная ставка установлена в размере 104 руб. 87 коп.
Из справки работодателя о заработке Шейко А.В. установлено, что среднемесячный размер его заработной платы за двенадцать месяцев с 1 июля 2024 г. по 30 июня 2025 г. (за период, предшествовавший получению травмы) составил 82 837 руб. 37 коп.
Истец Шейко А.В. в связи с полученной 12 июля 2025 г. травмой в результате ДТП был временно нетрудоспособен 81 день (с 12 июля 2025 г. по 3 октября 2025 г.), что подтверждается электронными листками нетрудоспособности.
Согласно сведениям, представленным работодателем АО «Сегежский ЦБК» Шейко А.В. в июле 2025 г. должен был отработать 184 часа, в августе 2025 г. – 180 часов, в сентябре 2025 г. – 188 часов, в октябре 2025 г. – 180 часов. Фактически истцом в июле 2025 г. не отработано 112 часа, в августе 2025 г. – 180 часов, в сентябре 2025 г. – 188 часов, в октябре 2025 г. – 16 часов.
Таким образом, сумма утраченного заработка Шейко А.В. за период с 12 июля 2025 г. по 3 октября 2025 г. исходя из 100% утраты трудоспособности составляет 223 460 руб. 81 коп. в соответствии со следующим расчетом: июль 2025 г.: 82 837 руб. 37 коп. / 184 рабочих час. x 112 рабочих час. = 50 422 руб. 75 коп., + август 2025 г. - 82 837 руб. 37 коп. / 180 рабочих час. x 180 рабочих час. = 82 837 руб. 37 коп., + сентябрь 2025 г. - 82 837 руб. 37 коп. / 188 рабочих час. x 188 рабочих час. = 82 837 руб. 37 коп., + октябрь2025 г. - 82 837 руб. 37 коп. / 180 рабочих часов x 16 рабочих час. = 7 363 руб. 32 коп.
При этом за период нетрудоспособности Шейко А.В. с 12 июля 2025 г. по 3 октября 2025 г. начислено и выплачено пособие по временной нетрудоспособности 196 575 руб. 96 коп., в том числе за счет средств работодателя – 7 020 руб. 57 коп., 189 555 руб. 39 коп. – за счет средств ОСФР, в этой связи размер утраченного Шейко А.В. заработка составляет 26 884 руб. 85 коп. (223 460,81 – 196 575,96).
Законных оснований для взыскания утраченного заработка в заявленной истцом сумме не имеется.
Разрешая исковые требования о возмещении расходов на приобретение необходимых лекарственных препаратов (дилакса, фламакс, ферстейд: салфетки антисепт., шприцы одноразовые с иглой, картифлекс, инъектран, кальций Д3 никомед) и медицинских изделий (бандаж на плечевой сустав и руку Повязка Дезо) на сумму 10 237 руб., суд приходит к следующим выводам.
Пунктом 1 ст. 1085 ГК РФ установлено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
В силу разъяснений, изложенных в подп. «б» п.27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что согласно статье 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.
В отличие от утраченного заработка (дохода) размер дополнительных расходов не подлежит уменьшению и при грубой неосторожности потерпевшего, поскольку при их возмещении вина потерпевшего в силу пункта 2 статьи 1083 ГК РФ не учитывается.
Из карты № 1039 травматологического центра ГБУЗ РК «Сегежская ЦРБ» больного Шейко А.В. усматривается, что 12 июля 2025 г. он был осмотрен врачом-хирургом, поставлен диагноз: закрытый перелом левой ключицы, ушиб мягких тканей грудной клетки слева, ссадины правового локтя и правового голеностопного сустава. Рекомендовано: повязка Депо слева, обработка раствором бриллиантовой зелени.
В последующем Шейко А.В. наблюдался врачом травматологом (16 июля 2025 г., 25 июля 2025 г., 8 августа 2025 г., 22 августа 2025 г., 5 сентября 2025 г.22 сентября 2025 г.), даны рекомендации: гипс, витамин «Д» + Са №30.
Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст.67 ГПК РФ, суд, установив, что нуждаемость истца в приобретении лекарственных препаратов кальций Д3 никомед, необходимость в приобретении бандажа на плечевой сустав и руку Повязки Дезо, подтверждается назначением врача, размер расходов – представленными в материалы дела кассовыми чеками, полагает, что расходы на их приобретение являются обоснованными и подлежащими взысканию с ответчика в размере 1 489 руб.
В удовлетворении исковых требований о взыскании расходов на приобретение лекарственных препаратов: дилакса, фламакс, ферстейд: салфетки антисепт., шприцы одноразовые с иглой, картифлекс, инъектран, суд полагает необходимым отказать, поскольку из представленной в материалы дела медицинской документации не усматривается их назначение лечащим врачом в связи с полученной травмой.
Поскольку суд принимает решение по заявленным истцом требованиям в соответствии со ст. 196 ГПК РФ, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований частично.
Истцом заявлено требование о взыскании расходов на оплату юридических услуг по составлению искового заявления в размере 5 000 руб.
В обоснование заявленных требований истцом в материалы дела представлен чек от 1 апреля 2026 г. № 20yqnle3xb на сумму 5 000 руб. за подготовку искового заявления о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, плательщик Шейко А.В.
Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Из п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 АПК РФ, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задач судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст. 2, 35 ГПК РФ, ст.ст. 3, 45 КАС РФ, ст.ст. 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная ко взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Учитывая среднюю стоимость юридических услуг по составлению искового заявления в Республике Карелия, объема заявленных требований, цены иска, того обстоятельства, что дело не относится к категории сложных, объема оказанных юридических услуг, времени, необходимого на подготовку искового заявления, с целью соблюдения баланса интересов участников процесса, суд приходит к выводу, что заявленные требования о взыскании судебных расходов на оплату юридических услуг подлежат полному удовлетворению в размере 5 000 руб., находя данную сумму в полной мере соответствующей характеру разрешенного спора, требованиям разумности и справедливости.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Таким образом, с ответчика Омельченко Н.С. в доход бюджета Сегежского муниципального округа подлежит взысканию государственная пошлина в размере 11 959 руб. 35 коп.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования Шейко Александра Владимировича к Омельченко Наталье Стефановне, Омельченко Дарье Дмитриевне удовлетворить частично.
Взыскать с Омельченко Натальи Стефановны (паспорт гражданина РФ №..., СНИЛС №...) в пользу Шейко Александра Владимировича (паспорт гражданина РФ №...) компенсацию морального вреда в размере 350 000 руб., 26 884 руб. 85 коп. – возмещение заработка, утраченного в результате ДТП; расходы на лечение в размере 1 489 руб., судебные расходы в размере 5 000 руб.
В удовлетворении исковых требований к Омельченко Дарье Дмитриевне и остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с Омельченко Натальи Стефановны (паспорт гражданина РФ №...) в доход бюджета Сегежского муниципального округа государственную пошлину в размере 11 959 руб. 35 коп.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия через Сегежский городской суд Республики Карелия в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья И.В. Шишкалова
Решение в окончательной форме изготовлено 19 августа 2026 г.