РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
10 июля 2026 г. г. Сортавала
Сортавальский городской суд Республики Карелия в составе:
председательствующего судьи Саниной Е.А., при секретаре Рассказовой В.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Балтпром» о взыскании недополученного заработка и компенсации морального вреда, установил:
исковое заявление подано по следующим основаниям. В период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> истец работал в ООО «Балтпром», в обособленном подразделении д. Коткозеро Олонецкого района Республики Карелия в должности машиниста лесозаготовительной машины 8 разряда. Работа осуществлялась на территории Республики Карелия. В нарушение трудового законодательства истец привлекался к работе в выходные и праздничные дни без соответствующего оформления и оплаты: с 3 по <Дата обезличена> (6 смен), <Дата обезличена> (1 смена), <Дата обезличена> (1 смена), <Дата обезличена> (1 смена). Письменного согласия на работу в эти дни истец не давал, соответствующих приказов не издавалось. Кроме того, в период 5-<Дата обезличена> работа была приостановлена по вине работодателя. Причина – отсутствие заказов и финансовые трудности компании (экономические причины). Работодатель оформил простой как отпуск «задним числом». На основании изложенного, ссылаясь на положения статей 149, 153, 157, 234, 237 ТК РФ, истец просит взыскать с ответчика в соответствии с представленным расчетом недополученный им заработок в общем размере 220233,8 руб.: оплата за выходные и праздничные дни (109996,48 руб. за 9 смен); компенсация времени простоя (110237,32 руб.): с 5 по <Дата обезличена> - 55118,66 руб., с 19 по <Дата обезличена> - 55118,66 руб.; а также компенсацию морального вреда в размере 60000,0 руб.
Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме по изложенным в иске основаниям. Пояснял, что несовпадение его доводов с табелями учета рабочего времени является следствием ненадлежащего заполнения табелей со стороны работодателя, в том числе их заполнение «задним числом». Также пояснял, что выплаченные ему при расчете «отпускные» расценивает как компенсацию за неиспользованный отпуск, поскольку в отпуск не ходил, а о вынужденном простое его поставили перед фактом накануне, при этом заявления на отпуск он не писал, с графиком отпусков его не знакомили, в связи с чем расценивать данный период как отпуск не имеется оснований. Находиться фактически на рабочем месте в период простоя он не мог в связи с особенностями организации рабочего процесса – непосредственно на делянку попасть в этот период физически невозможно, при этом в бытовом вагончике на период простоя сливали бензин, в связи с чем он не отапливался, находиться там было невозможно и не имело смысла.
Представитель ответчика – ФИО10, действующая на основании доверенности, в судебном заседании требования не признала по изложенным в письменных возражениях основаниям. Поясняла, что из заявленных истцом спорных праздничных дней 3 и 4 января, 1 и 9 мая он не работал, за остальные дни работы в праздничные дни он впоследствии получил дни отдыха в свои смены. При этом, за 5 января он брал день отдыха 18 апреля с целью увеличения длительности отпуска с 21 по 30 апреля; за 6 января – день отдыха 5 мая с целью увеличения первомайских праздников; за 7 января – день отдыха 15 мая; за 8 января - день отдыха 5 июля – с целью подготовки к приезду дочери из-за границы к его дню рождения; за 12 июня – день отдыха 04 июля. Поясняла, что в связи с наличием в организации утвержденного графика отпусков и выплатой истцу всех причитающихся выплат к отпуску, а также отсутствием истца на рабочем месте в указанный спорный период оснований расценивать данный период как простой отсутствуют основания. Кроме того, представитель ответчика ссылалась на пропуск срока обращения в суд по требованию о выплате компенсации за работу в праздничные дни 3-8 января 2025.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО9 и ФИО4, в судебном заседании не присутствовали, извещены надлежащим образом, представили письменные пояснения, в соответствии с которыми исковые требования считают необоснованными по изложенным в них основаниям.
Суд, заслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.
Согласно статьи 2 ТК РФ исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в числе прочих, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
В соответствии с абзацем 5 части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.
Согласно части 2 статьи 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовым договором.
Из материалов дела следует, что ФИО2 работал в обособленном подразделении в д. Коткозеро Олонецкого района Республики Карелия ООО «Балтпром» в должности машиниста лесозаготовительной машины 8 разряда с 19.07.2024 по 29.12.2025.
Согласно условиям трудового договора <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, заключенного с ФИО2, он является срочным и заключается на период с <Дата обезличена> до окончания срока действия договора на оказание услуг по лесозаготовке и трелевке лесопродукции <Номер обезличен> от <Дата обезличена> между ООО «Балтпром» и АО «Ладэнсо» (пункт 1.4). По истечении срока трудового договора он может быть продлен по соглашению сторон.
Режим работы по условиям договора устанавливается графиком сменности, утвержденным работодателем (пункт 3.2).
Условиями договора определена сдельная форма оплаты труда: работнику устанавливается тарифная ставка 25 руб. 88 коп. за 1 м3 заготовленной древесины под корой согласно акту сдачи-приемки лесопродукции, подписываемому заказчиком. При расчете заработной платы учитывается районный коэффициент 1,15 и надбавка за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, в размере 50% (пункт 4.1). Перечисление заработной платы осуществляется два раза в месяц: 30 числа отработанного месяца и 15 числа месяца, следующего за отработанным (пункт 4.2).
В силу статьи 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
Согласно статье 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Статьей 149 ТК РФ предусмотрено, что при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Размеры выплат, установленные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, не могут быть ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Согласно статье 153 ТК РФ работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере: сдельщикам - не менее чем по двойным сдельным расценкам. Оплата в повышенном размере производится всем работникам за часы, фактически отработанные в выходной или нерабочий праздничный день. По желанию работника, работавшего в выходной или нерабочий праздничный день, ему может быть предоставлен другой день отдыха. В этом случае работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается в одинарном размере, а день отдыха оплате не подлежит. День отдыха по желанию работника может быть использован в течение одного года со дня работы в выходной или нерабочий праздничный день либо присоединен к отпуску, предоставляемому в указанный период.
В случае, если на день увольнения работника имеется день отдыха за работу в выходной или нерабочий праздничный день, не использованный им в период трудовой деятельности у работодателя, с которым прекращается трудовой договор, в день увольнения работнику выплачивается разница между оплатой работы в выходной или нерабочий праздничный день, полагавшейся ему в соответствии с частями первой - третьей настоящей статьи, и фактически произведенной оплатой работы в этот день. Указанная разница выплачивается работнику за все дни отдыха за работу в выходные или нерабочие праздничные дни, не использованные им в период трудовой деятельности у данного работодателя.
Как следует из представленных работодателем табелей учета рабочего времени, в спорный период с 3 по 8 января 2025 ФИО2 фактически отработал с 5 по 8 января; 3 и 4 января истец не работал. При этом, ответчик утверждает, что за 5 января истец использовал день отдыха 18 апреля (для увеличения длительности отпуска с 21 по 30 апреля); За 6 января – день отдыха 5 мая (для увеличения первомайских праздников); за 7 января - день отдыха 15 мая – в период подготовки техники к работе (за него подготовку и перегон в этот день осуществлял ФИО5); за 8 января - день отдыха 05 июля (истец просил отпуск, ему не предоставили, но предоставили накопившиеся отгулы, так как ему было необходимо подготовиться к приезду из-за границы дочери к его дню рождения.
Спорные праздничные дни 1 и 9 мая 2025 года согласно табелю учета рабочего времени для истца были выходными. Кроме того, согласно доводу стороны ответчика, в подтверждение которому представлена копия электронного письма заместителя генерального директора ООО «Ладэнсо» (заказчика ООО «Балтпром») в адрес ООО «Балтпром», в указанные дни не производились лесозаготовительные работы.
В спорный праздничный день 12 июня истец согласно табелю учета рабочего времени действительно работал. Ответчик утверждает, что за указанный день истец использовал день отдыха – 04 июля 2025 года.
Исследовав в судебном заседании представленные стороной ответчика оригиналы табелей учета рабочего времени за спорные периоды, суд установил, что доводы ответчика о том, что 3 и 4 января, 1 и 9 мая истец не работал, нашли свое подтверждение.
Табелями учета рабочего времени также подтверждаются доводы стороны ответчика о том, что в указанные им дни истцом использованы дни отдыха.
Суд также принимает во внимание следующее.
Как следует из доводов обеих сторон, письменных пояснений третьих лиц, никем не оспорено и подтверждено показаниями допрошенных по делу свидетелей, а также представленными локальными нормативными правовыми актами работодателя, истец и свидетель ФИО5, являясь машинистами лесозаготовительной машины, работали посменно, сменяя друг друга через неделю. Их трудовые функции в периоды работ в лесу заключались в заготовке древесины с использованием лесозаготовительной машины «Харвестер». В период распутицы либо отсутствия работы в лесу по иным причинам работниками выполнялась работа в гараже по ремонту техники при пятидневной 8-часовой рабочей неделе.
Истец, опровергая доводы ответчика и содержание табелей учета рабочего времени, согласно которым 3 и 4 января, 1 и 9 мая он фактически не работал, а также об использовании указанных выше дней отдыха, утверждал, что фактически в указанные дни он работал.
Так, в подтверждение довода о работе 3 и 4 января, истцом представлен скриншот смс-переписки с начальником производства ФИО9, согласно которой 4 января 2025 года в 7 час. 56 мин. и в 7 час. 59 мин. им отправлены сообщения следующего содержания: «50», «Шины, цепи, перчатки». В подтверждение факта работы 4 и 5 июля истцом также представлены сведения о телефонных соединениях с начальником производства в утреннее время. Относительно работы 1 и 9 мая истец сообщил об отсутствии доказательств, однако ссылался на ненадлежащее заполнение табелей учета рабочего времени и не представление ответчиком графиков смен.
В опровержение доводов ответчика об использовании им дней отдыха истец также ссылался на отсутствие соответствующих заявлений от него. Кроме того, в подтверждение фактической работы 4 и 5 июля 2025 года истцом представлены справки по операциям ПАО Сбербанк, согласно которым с банковской карты ФИО5 в указанные дни осуществлялась оплата товаров и услуг в магазине и на автозаправке, расположенных в <Адрес обезличен>, что свидетельствует об отсутствии напарника ФИО5 в указанные дни на рабочем месте.
Оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных сторонами доказательств в отдельности, а также их достаточность и взаимную связь в их совокупности, суд приходит к выводу, что доводы истца о том, что указанные в иске праздничные дни 3 и 4 января, 1 и 9 мая 2025 года являлись для него рабочими, не нашел своего подтверждения в судебном заседании.
Довод же стороны ответчика о том, что в указанные дни истец фактически не работал подтверждается представленными суду табелями учета рабочего времени.
В силу статьи 91 ТК РФ работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.
Согласно Постановлению Госкомстата РФ от 05.01.2004 №1 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты» Табель учета рабочего времени (форма N Т-13) применяется для учета времени, фактически отработанного и (или) неотработанного каждым работником организации, для контроля за соблюдением работниками установленного режима рабочего времени, для получения данных об отработанном времени, расчета оплаты труда, а также для составления статистической отчетности по труду. Табели составляются в одном экземпляре уполномоченным на это лицом, подписываются руководителем структурного подразделения, работником кадровой службы, передаются в бухгалтерию. Отметки в Табеле о причинах неявок на работу, работе в режиме неполного рабочего времени или за пределами нормальной продолжительности рабочего времени по инициативе работника или работодателя, сокращенной продолжительности рабочего времени и др. производятся на основании документов, оформленных надлежащим образом (листок нетрудоспособности, справка о выполнении государственных или общественных обязанностей, письменное предупреждение о простое, заявление о совместительстве, письменное согласие работника на сверхурочную работу в случаях, установленных законодательством, и пр.).
При этом, вопреки доводам стороны истца, отсутствие сохраненных графиков сменности правового значения не имеет, поскольку сами по себе графики сменности не могут быть признаны документом, отражающим фактически отработанное работником время, подлежащее оплате, поскольку такие графики содержат данные о запланированном рабочем времени и не относятся к унифицированным формам первичной учетной документации по учету рабочего времени и расчетов с персоналом по оплате труда.
Учет же фактически отработанного работником времени в спорный период ответчиком велся в соответствии с требованиями трудового законодательства и соответствующих табелей учета рабочего времени.
Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии надлежащих доказательств со стороны истца, подтверждающих как факт его работы в спорные праздничные дни 5-8 января, 1 и 9 мая 2025, так и его работы в дни, которые согласно табелям учета рабочего времени, являлись для истца днями отдыха, и согласно доводам ответчика были предоставлены взамен работы в остальные спорные праздничные дни.
При этом, суд считает достаточными доказательствами табели учета рабочего времени, составленные работодателем за спорные периоды и оформленные надлежащим образом.
Доказательства же стороны истца, в частности, представленные в пользу довода об отсутствии ФИО5 на рабочем месте в спорные дни, подтвержденные показаниями свидетеля ФИО5, смс-переписка с начальником производства от 5 июля, сведения о телефонных соединениях с начальником производства - сами по себе о факте работы в указанные дни ФИО2 не свидетельствуют, являются косвенными, при этом каких-либо иных достоверных доказательств спорным обстоятельствам стороной истца не представлено.
Доводы истца о несвоевременности и недостоверности заполнения работодателем табелей учета рабочего времени ничем не подтверждены.
Таким образом, в судебном заседании не нашли своего подтверждения доводы истца о нарушении его трудовых прав в результате неполной выплаты заработной платы работодателем за работу в праздничные дни.
Довод истца об отсутствии его заявлений на имя работодателя о предоставлении дней отдыха суд отклоняет, поскольку ни ТК РФ, ни локальными актами ООО «Балтпром», представленными в материалы дела, обязательность предварительного обращения работника с письменным заявлением по вопросу предоставления дня отдыха не предусмотрено.
Кроме того, суд находит обоснованным довод стороны ответчика о пропуске срока обращения в суд по требованию о взыскании доплаты за работу в праздничные дни с 3 по 8 января 2025 года в связи с истечением срока обращения в суд, в силу следующего.
Статьей 392 ТК РФ предусмотрено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
Истец обратился в суд с настоящим иском 31.03.2026, то есть по истечении указанного срока, поскольку согласно положениям трудового договора с истцом, а также иным локальным нормативным правовым актам ООО «Балтпром» перечисление заработной платы осуществляется два раза в месяц: 30 числа отработанного месяца и 15 числа месяца, следующего за отработанным (пункт 4.2 Трудового договора).
Сведений об уважительности причин пропуска указанного срока и наличии оснований для его восстановления истцом представлено не было.
По требованию истца о взыскании с ответчика денежных средств в счет оплаты времени простоя в размере 110237,32 руб. за период с 5 по 25 декабря 2025 года суд приходит к следующему.
Согласно статье 157 ТК РФ время простоя (статья 72.2 настоящего Кодекса) по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.
Как следует из положения статьи 72.2 ТК РФ, простоем является временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера.
Истец в обоснование заявленного требования об оплате времени простоя утверждает, что в период с 5 по 25 декабря 2025 года (смены истца с 5 по 11 декабря и с 19 по 25 декабря 2025 года) работа была приостановлена по вине работодателя, о чем свидетельствует отсутствие заданий, отключение оборудования и устные указания руководства. Причиной простоя явилось отсутствие заказов и финансовые трудности – экономические причины. При этом работодатель оформил ему простой как отпуск «задним числом».
Расчет подлежащих выплате денежных средств в счет оплаты времени простоя истцом произведен, исходя из графиков смен (две смены за спорный период), а также исходя из фактического среднего заработка за день, рассчитанного от среднего заработка за смену. Данный расчет судом проверен и признан арифметически верным. Стороной ответчика данный расчет не оспаривался, представитель ответчика в судебном заседании выразила согласие с примененным истцом порядком расчета спорных сумм.
В опровержение доводов истца ответчик ссылается на отсутствие ФИО2 в спорный период на рабочем месте, а также на оплату работодателем указанных периодов с начислением отпускных выплат.
Кроме того, представитель ответчика обращала внимание на особенности трудового процесса в данной отрасли, связанные с тем, что работа комплекса заранее распланирована с учетом известных периодов распутицы (особых климатических условий). В указанные периоды, на который, как правило, приходится и спорный период, рабочие машин и механизмов либо находятся в отпуске, либо занимаются обслуживанием техники – в случае отсутствия заработанных дней отпуска и нежелании использовать дни отпуска авансом. При оформлении графика отпусков обычно пожелания работников сводятся к получению отпусков в периоды такого межсезонья с целью получения максимальной оплаты труда, поскольку зарплата при 8-часовом рабочем дне в такие периоды существенно ниже. На 2025 год график отпусков работников обособленного подразделения в д. Коткозеро был сформирован с учетом выхода работников в отпуска с 01.04.2025 и с 01.12.2025. Соответственно, и ФИО2 находился в декабре в отпуске, техника была вывезена из пограничной зоны (место производства работ) к месту погрузки на автотранспорт и далее на площадку «Ладэнсо», где и находилась до начала лесозаготовительных работ в январе 2026. При этом, часть работников заявляла о переносе периодов заранее запланированных отпусков, от ФИО2 такого заявления не поступало. В спорный период истец не работал ни на промплощадке, ни на лесосеке, график сменности на указанный период не составлялся. Таким образом, ФИО2 обеспечено право на ежегодный отпуск, выплачены отпускные выплаты, соответствующие приказы в предусмотренный законом срок он не оспаривал.
Истец же указывает, что произведенные ему при расчете выплаты он расценивает как компенсацию за неиспользованный отпуск. В опровержение доводов ответчика ссылается на то, что с графиком отпусков работодатель его ни разу не знакомил, заявление на отпуск он не писал, в том числе отказался его писать «задним числом» по просьбе работодателя. Пояснял, что его пожелания по поводу периодов отпуска работодателем не учитывались. О том, что с 5 декабря не нужно выходить на работу он узнал от начальника производства по телефону.
Доводы истца о том, что об отсутствии работы в спорные дни декабря 2025 года он узнал в начале декабря от непосредственного руководства, подтверждаются прослушанными в судебном заседании 27.04.2026 аудиозаписями голосовых сообщений начальника производства ФИО9 в чате под названием «ЛесБалтпром» в мессенджере «Вотсап» с телефона истца. Так, из содержания указанных аудиозаписей от 4,6 и 18 декабря 2025 следует, что начальник производства ФИО9 сообщает работникам участка о том, что, в том числе, в спорные дни, работы не будет в связи с отсутствием необходимой документации со стороны заказчика. Стороной ответчика данные обстоятельства не опровергнуты.
Довод истца о том, что с графиком отпусков на 2025 год он не знакомился, также нашел свое подтверждение в судебном заседании. В представленном работодателем графике подпись истца отсутствует, доказательств обратного ответчик не представил, данный факт не оспаривал, ссылаясь на упущение работодателя в связи с особенностями организации рабочего процесса и удаленностью расположения кадровой службы – в <Адрес обезличен>.
В судебном заседании также нашел свое подтверждение факт отсутствия заявления ФИО2 о предоставлении ему отпуска в спорный период. Как установлено в судебном заседании и подтверждается предоставленным истцом скриншотом переписки в чате «ЛесБалтпром», начальником производства ФИО9 о необходимости написания таких заявлений работникам было сообщено 24.12.2025. Истец от подачи такого заявления «задним числом» отказался.
Согласно статье 122 ТК РФ оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.
В силу статьи 123 ТК РФ очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее чем за две недели до наступления календарного года. График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника. О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее чем за две недели до его начала.
Согласно статье 124 ТК РФ если работнику своевременно не была произведена оплата за время ежегодного оплачиваемого отпуска либо работник был предупрежден о времени начала этого отпуска позднее чем за две недели до его начала, то работодатель по письменному заявлению работника обязан перенести ежегодный оплачиваемый отпуск на другой срок, согласованный с работником.
Статьей 127 ТК РФ предусмотрено, что при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.
Согласно представленному стороной ответчика приказу <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, ФИО2, машинисту ЛЗМ 8 р. (Харвестер) обособленного подразделения в д. Коткозеро, за период работы с 19.07.2024 по 29.12.2025 предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск на 29 календарных дней с 01.12.2025 по 29.12.2025. Подпись ФИО2 в ознакомлении с приказом отсутствует.
Как следует из объяснений сторон и никем не оспорено, выплаты в счет отпускных за указанный период отпуска ФИО2 получил с расчетом при увольнении, то есть с нарушением предусмотренного выше срока. Данное обстоятельство косвенно подтверждается показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей и копиями заявлений о предоставлении отпуска от иных работников ООО «Балтпром» - ФИО6, ФИО8, ФИО9, согласно которым в заявлении они просили перечислить им отпускные с зарплатой за декабрь; а также представленным стороной истца скриншотом сообщения ФИО9в чате «Лес БАЛТПРОМ» от 24.12.2025, в котором он сообщает работникам о необходимости написания заявлений о предоставлении отпуска с 1 по 30 декабря с просьбой перечислить отпускные с зарплатой за декабрь.
Согласно статье 2 ТК РФ к основным принципам правового регулирования трудовых отношений относятся, в том числе: обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе, права на отдых, предоставление оплачиваемого ежегодного отпуска; обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы; обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Исходя из приведенных нормативных положений и установленных судом обстоятельств, суд приходит к выводу, что в судебном заседании нашел свое подтверждение довод истца о наличии правовых оснований считать простоем приостановку его работы в ООО «Балтпром» в декабре 2025 года.
Довод стороны ответчика о том, что данный период являлся законным ежегодным основным оплачиваемым отпуском опровергнут установленными выше обстоятельствами. Так, работодателем не были выполнены предусмотренные трудовым законодательством обязанности ни по своевременности предупреждения о работника о предстоящем отпуске, ни о заблаговременной выплате отпускных выплат. С графиком отпусков истец не знакомился, заявления на отпуск в спорный период в адрес работодателя не подавал.
Приостановка же работы ФИО2 в декабре 2025 года, как следует, в том числе, из сведений, предоставленных стороной ответчика, об особенностях организации работы на предприятии, действительно связана с причинами экономического, технологического, технического и организационного характера.
Суд принимает во внимание доводы стороны ответчика о том, что в спорный период ФИО2 на рабочем месте отсутствовал, при этом локальными нормативными правовыми актами ООО «Балтпром», действовавшими в период спорных правоотношений (Положением об оплате труда, утвержденным 01.04.2022, Положением об обособленном подразделении в д. Коткозеро Олонецкого района Республики Карелия ООО «Балтпром», утвержденным 01.01.2023) предусмотрено, что на период простоя работникам требуется присутствовать на рабочих местах. Отступление от данного требования допускается только по письменному распоряжению работодателя. Однако, как следует из приведенных выше объяснений сторон, особенности организации работы в организации, отсутствие постоянного места исполнения трудовой функции, отсутствие возможности и целесообразности нахождения на «делянке» в период отсутствия рабочего процесса, сами по себе свидетельствуют о невозможности нахождения ФИО2 в спорный период на рабочем месте. Данный вывод суда также следует из содержания аудиозаписей голосовых сообщений начальника производства ФИО9 от 04, 06 и 18 декабря, свидетельствующих об отсутствии как такового «рабочего места» для истца в указанный период, а также об отсутствии необходимости пребывания на рабочем месте.
В связи с изложенным, суд полагает, что работник, как наиболее экономически слабая сторона, имеет право на реализацию тех трудовых гарантий, которые предоставлены ему законодателем, в том числе право на оплату простоя в предусмотренном законом порядке.
С учетом изложенного, требование о взыскании с ответчика в пользу истца денежных средств в счет оплаты времени простоя в размере 110237,32 руб. суд считает законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению в силу изложенных выше правовых оснований.
В соответствии со статьей 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснениям размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Принимая во внимание, что по делу установлено нарушение ответчиком трудовых прав истца, выразившееся в объявлении простоя и отсутствии надлежащей квалификации сложившихся трудовых правоотношений и невыплатой причитающихся работнику в связи с простоем денежных сумм, суд приходит выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда, размер которой составляет 10000,0 рублей.
При определении размера компенсации суд учитывает, что с требованием о производстве положенных выплат за декабрь 2025 года в связи с простоем истец обращался в адрес работодателя 24.12.2025 - до увольнения по собственному желанию, однако работодателем данное требование исполнено не было. Данный факт сторона ответчика не оспаривает.
Согласно объяснениям истца, переживания в связи с нарушением его трудовых прав работодателем влияли на состояние его здоровья, учитывая наличие у него сердечного заболевания. Пояснял, что просил работодателя предоставить ему отпуск в июле 2025 года, однако получил отказ. Требуя написания «задним числом» заявления на отпуск в конце декабря при увольнении, представитель работодателя угрожал ему «войной», увольнение затягивалось.
По мнению суда, указанная денежная компенсация морального вреда будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения трудовых прав истца и степенью вины работодателя.
В силу статьи 103 ГПК РФ, учитывая, что истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика в бюджет Сортавальского муниципального округа подлежит уплате государственная пошлина в размере 7307 руб. 10 коп.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Балтпром» (ИНН <Номер обезличен>) в пользу ФИО2 (ИНН <Номер обезличен>) денежные средства в счет оплаты времени простоя в размере 110237,32 руб., компенсацию морального вреда в размере 10000,0 руб.
В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Балтпром» (ИНН <Номер обезличен>) в бюджет Сортавальского муниципального округа государственную пошлину в размере 7307 руб. 10 коп.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия через Сортавальский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.
Судья Е.А. Санина
Решение в окончательной форме принято 21.07.2026.