РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 сентября 2026 года город Питкяранта
Питкярантский городской суд Республики Карелия в составе:
председательствующего судьи Пуцыкиной Н.Ю., при секретаре Чикулаевой И.В.
с участием прокурора Смирнова И.В., Бражниковой К.И.
рассмотрев материалы гражданского дела по иску прокурора Питкярантского района, действующего в интересах Сысоевой Г.Н. к обществу с ограниченной ответственностью «Центурион» о взыскании компенсации морального вреда, иску Тихонова Д.А., Тихонова С.А. к Обществу с ограниченной ответственностью «Центурион» о взыскании компенсации морального вреда
УСТАНОВИЛ:
Прокурор Питкярантского района обратился с иском в интересах Сысоевой Г.Н. по тем основаниям, что ее супруг Т. работал в ООО «Центурион», 25.10.2025 получил производственную травму, от которой ДД.ММ.ГГГГ скончался.
В обоснование иска прокурор указал, что одной из причин произошедшего несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ в ООО «Центурион» (необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ), что свидетельствует о нарушении ст. ст. 76,214,218 ТК РФ. В нарушение ст. 60 ТК РФ несчастный случай произошел при выполнении работы (заправка экскаватора топливом), не обусловленной трудовым договором, заключенным с Т.
В нарушение ст. 215 ТК РФ и п. 2.11 Инструкции по охране труда для машиниста экскаватора №, машинист экскаватора Липатенков О.В., находившийся на месте произошедшего несчастного случая, не убедился в отсутствии людей, техники, оборудования в рабочей зоне, которая определяется радиусом, описанным из центра вращения поворотной платформы радиусом черпания, увеличенным в 1,5 раза, в результате чего от удара ковшом экскаватора Т.. получил телесные повреждения и был доставлен в медицинское учреждение. По заключению судебно-медицинской экспертизы по характеру повреждений, установленных у Т.., не исключается возможность их образования от сдавления потерпевшего между твердыми тупыми предметами, одним из которых мог быть ковш экскаватора. По заключению государственного инспектора труда одной из причин несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ ООО «Центурион».
Указанными противоправными действиями работодателя истцу Сысоевой Г.Н. причинены нравственные страдания, обусловленные невосполнимой утратой близкого родственника, в связи с чем, прокурор просит взыскать с ООО «Центурион» в пользу Сысоевой Г.Н. компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей.
По таким же основаниям, в Питкярантский городской суд обратились с исковым заявлениями к ООО «Центурион» Тихонов Д.А., Тихонов С.А. и просили взыскать в их пользу компенсацию морального вреда в размере по 5 000 000 рублей.
Гражданские дела по иску прокурора Питкярантского района, действующего в интересах Сысоевой Г.Н. к обществу с ограниченной ответственностью «Центурион» о взыскании компенсации морального вреда, по иску Тихонова Д.А. к обществу с ограниченной ответственностью «Центурион» о взыскании компенсации морального вреда, по иску Тихонова С.А. к Обществу с ограниченной ответственностью «Центурион» о взыскании компенсации морального вреда объединены в одно производство.
Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета иска привлечен Липатенков О.В.
В судебном заседании прокурор, Сысоева Г.Н. исковые требования поддержали по вышеизложенным основаниям. Сысоева Г.Н. пояснила, что до настоящего времени не может принять смерть супруга, с которым прожила длительный период времени.
Тихонов С.А., Тихонов Д.А. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены.
Представитель Тихонова С.А., Тихонова Д.А. –Кириллов В.А., действует на основании доверенности, исковые требования поддержал по вышеизложенным основаниям. Пояснил, что сыновья, несмотря на то, что проживали отдельно от отца, постоянно держали с ним тесную семейную связь, смерть которого причинила им тяжелые переживания.
Представитель ответчика ООО «Центурион» адвокат Чернов С.Г., действует на основании доверенности, исковые требования не признал. Пояснил, что в действиях Т. имелась грубая неосторожность. Полагает, что истцом не доказан деликтный противоправный характер действий ответчика, и прямая причинная связь между ними и фактом причинения вреда пострадавшему. Полагает, что не представлено доказательств преступной небрежности Липатенкова.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований Липатенков О.В. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен.
Представитель третьего лица Липатенкова О.В. адвокат Брицына Е.Н., действует на основании ордера, исковые требования не признала. Пояснила, что отсутствуют доказательства для возложения вины на работодателя. Т. скончался спустя несколько дней после получения травмы в лечебном учреждении, полагает, что смерть Т.. могла быть от неправильно выбранной тактики лечения.
Суд, изучив материалы дела, заслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего исковые требования Тихонова Д.А., Тихонова С.А. подлежащими удовлетворению, приходит к следующим выводам.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.
В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно абзацу 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
Согласно абзацам 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.
В соответствии с частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Исходя из приведенного нормативного правового регулирования, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
В силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Порядок и основания возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору установлены Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125 "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний". В силу статьи 8 указанного Федерального закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда.
В судебном заседании установлено, что истец Сысоева Г.Н. являлась супругой Т.., что подтверждается имеющейся в материалах дела копией свидетельства о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ.
Тихонов Д.А., Тихонов С.А. являются сыновьями Т.., что подтверждается свидетельствами о рождении.
Т. осуществлял свою трудовую деятельность в ООО «Центурион» в должности заведующего административно-хозяйственной частью с 01.11.2024 года. Указанное обстоятельство подтверждается заключенным трудовым договором от 01.11.2024 №.
В соответствии с заключенным договором местом работы Работника является обособленное подразделение Работодателя, расположенное по адресу: <адрес>, производственная площадка ООО «Центурион».
В судебном заседании представитель ответчика ООО «Центурион» пояснил, что фактически Т. выполнял работу водителя автотопливозаправщика.
При исполнении трудовых обязанностей водителя автотопливозаправщика Т. находясь на рабочем месте 25.10.2025, при заправке экскаватора топливом, машинист экскаватора ООО «Центурион» Липатенков О.В., не убедился в отсутствии людей, техники, оборудования в рабочей зоне, которая определяется радиусом, описанным из центра вращения поворотной платформы радиусом черпания, увеличенным в 1,5 раза, в результате чего, произошел удар ковшом из-за поворота стрелы экскаватора с последующим перемещением и сдавливанием об автомобиль КАМАЗ Тихонова А.А. В результате несчастного случая Т. был госпитализирован в ГБУЗ «Питкярантская ЦРБ», в последующем санавиацией он доставлен в ГБУЗ «Республиканская больница им. Баранова» в г. Петрозаводск, где ДД.ММ.ГГГГ скончался.
15.12.2025 в Сортавальском межрайонном следственном отделе следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Карелия возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ, по факту смерти работника ООО «Центурион» Т.. на рабочем месте.
Заключением эксперта ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 16.01.2026 установлено, что смерть Т. наступила в результате сочетанной тупой травмы живота, забрюшинного пространства таза, с разрывами стенки и брыжейки подвздошной кишки, осложнившейся фибринозным перитонитом, двусторонней пневмонией и развитием полиорганной недостаточности.
Постановлением следователя была назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза.
Экспертом ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 11.02.2026 сделан вывод о том, что учитывая характер и локализацию сочетанной тупой травмы живота, забрюшинного пространства и таза, установленной при экспертизе трупа Т.., не исключается возможность ее образования от сдавления потерпевшего между твердыми тупыми предметами, одним из которых мог быть ковш экскаватора.
Согласно заключению государственного инспектора труда от 17.03.2026 по несчастному случаю со смертельным исходом, произошедшего с Т. 25.10.2025 в 15 час. 35 мин. лицами, ответственными за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая установлены Липатенков О.В. (машинист экскаватора) и ООО «Центурион».
Из акта по форме Н-1 о несчастном случае на производстве от 23.04.2026, следует, что несчастный случай произошел в результате падения Т. с автотопливозаправщика. Причиной несчастного случая является нарушение работником Липатенковым О.В. трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в нарушении требований п. 2.11 Инструкции по охране труда для машиниста экскаватора № 131, ст. 215 ТК РФ. При этом, сопутствующими причинами несчастного случая являются нарушения ст. ст. 76, 214, 218 Трудового кодекса РФ, Постановления Правительства РФ от 24.12.2021 № 2464 «О порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда», п. 26 Приказа Минтруда России от 29.10.2021 № 776н, а именно пострадавший Т. был допущен до работы, не обусловленной трудовым договором № от 01.11.2024; недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившееся в не проведении в установленном порядке для работника Т. вводного инструктажа; неудовлетворительная организация производства работ (необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы) в части допуска к работе работника Т.., не прошедшего в установленном порядке вводный инструктаж; неудовлетворительная организация производства работ (недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда) в части не проведения идентификации опасностей и оценки профессионального риска на рабочем месте «Заведующий АХЧ».
В соответствии с п. 11 акта лицами, допустившими нарушения охраны труда установлены Липатенков О.В. и ООО «Центурион». При этом, факт грубой неосторожности пострадавшего работника Т.. не установлен.
В обоснование заявленных исковых требований истец Сысоева Г.Н. указала, что состояла в зарегистрированном браке с Т.., истцы Тихонов Д.А., Тихонов С.А. приходятся умершему сыновьями. В связи со смертью Т. они испытывают невосполнимую потерю, нравственные переживания, связанные с потерей близкого человека.
Разрешая заявленные требования, суд учитывает, что вред Т. причинен в период исполнения им трудовых обязанностей; несчастный случай, повлекший причинение смерти работника, связан с производством; работодатель не обеспечил в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда, более того, допустил Т. к работе, не обусловленной трудовым договором, в связи с чем, с ответчика в пользу истцов Сысоевой Г.Н., Тихонова Д.А., Тихонова С.А., в силу вышеперечисленных норм материального права, подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда, причиненного смертью супруга и отца, в результате несчастного случая на производстве.
При этом следует также учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах. Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд, с учетом характера и степени нравственных страданий истцов, вызванных смертью супруга, отца, принимает во внимание, что смерть Т. стала невосполнимой моральной утратой для истцов. В связи с гибелью Т.., нарушено личное неимущественное право истцов- право на семейные отношения между ними. Смерть Т.. принесла существенные нравственные страдания истцам, которые навсегда лишились возможности видеть его, заботы с его стороны. В связи с этим, по мнению суда, является очевидным тот факт, что истцы испытали, испытывают, и неизбежно будут испытывать на протяжении всей жизни глубокие нравственные страдания в связи с безвозвратной утратой близкого и родного им человека. При этом характер психологических связей в семье свидетельствует о наличии семейных взаимоотношений, соответствующих сложившимся в обществе морально-нравственным ценностям и взглядам относительно семейных взаимоотношений. Таким образом, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу каждого из истцов в сумме по 1 000 000 рублей.
При этом, доводы представителя ответчика об отсутствии вины работодателя в несчастном случае на производстве, в связи с чем, и отсутствии оснований для взыскания с работодателя компенсации морального вреда, отклоняются судом.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Такой случай возмещения вреда при отсутствии вины причинителя вреда предусмотрен статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации. Пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац 2 пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В абзаце 5 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе.
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда.
При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника. Обязанность по возмещению вреда, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, в силу закона, возлагается на работодателя.
При рассмотрении дела судом установлено, что гибель работника ООО "Центурион" Т. является результатом необеспечения ответчиком безопасных условий труда, в связи с чем, судом и сделан вывод о возложении на ответчика ответственности за моральный вред, причиненный истцам гибелью супруга и отца, наличии оснований для взыскания с ООО "Центурион" в пользу истцов компенсации морального вреда.
В данном случае основанием для возмещения вреда истцу является ответственность работодателя за вред, причиненный в результате необеспечения безопасных условий труда своему работнику.
Вопреки доводам ответчика, факт грубой неосторожности самого потерпевшего не установлен.
В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзац второй пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Как установлено судом, основной причиной несчастного случая, в результате которого был смертельно травмирован Т. явилось нарушение со стороны работодателя требований безопасности условий труда. В сложившейся ситуации, Т. выполнял работу, которая не была обусловлена трудовым договором, однако, была ему была поручена, в связи с чем, действовал он в интересах работодателя.
Понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. В данном случае таких обстоятельств по делу не установлено.
В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве (часть 4 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации).
Грубой неосторожности работника согласно акту о несчастном случае на производстве не установлено. Данный акт о несчастном случае на производстве незаконным не признан, получен в установленном законом порядке, в связи с чем, является допустимым и относимым доказательством.
Доводы ответчика о том, что ранее Т. на постоянной основе выполнял аналогичную работу продолжительное время, события 25.10.2025 не являлись для него чрезвычайными или случайными, а имели обыденный рутинный характер, на выводы суда не влияют, поскольку данный факт указывает лишь на то обстоятельство, что работодателем допущена низкая организационная дисциплина в отношении трудового процесса, поскольку администрация ООО "Центурион" допустила Т. до работы не обусловленной трудовым договором. В этой связи, говорить о допущенной работником грубой неосторожности оснований не имеется.
Доводы представителя третьего лица о том, что возможной причиной смерти является не своевременная и не квалифицированная медицинская помощь, объективно ничем не подтверждаются. От проведения судебно-медицинской экспертизы сторона ответчика и третьего лица отказались.
При этом оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, при установленных в ходе рассмотрения данного гражданского дела обстоятельствах, у суда не имеется, следовательно, требования истца подлежат частичному удовлетворению.
В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, с ответчика также подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 20 000 руб., от уплаты которой истцы были освобожден при подаче иска в суд.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
Решил:
Иск прокурора Питкярантского района, действующего в интересах Сысоевой Г.Н. к обществу с ограниченной ответственностью «Центурион» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Центурион» (ИНН 6686110125) в пользу Сысоевой Г.Н. (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.
В остальной части иска отказать.
Иск Тихонова Д.А. к обществу с ограниченной ответственностью «Центурион» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Центурион» (ИНН 6686110125) в пользу Тихонова Д.А. (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.
В остальной части иска отказать.
Иск Тихонова С.А. к обществу с ограниченной ответственностью «Центурион» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Центурион» (ИНН 6686110125) в пользу Тихонова С.А. (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.
В остальной части иска отказать.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Центурион» (ИНН 6686110125) государственную пошлину в доход бюджета Питкярантского муниципального округа государственную пошлину в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия через Питкярантский районный суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Н.Ю.Пуцыкина
Мотивированное решение составлено в порядке ст. 199 ГПК РФ 28.09.2026