РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
29 июня 2026 года <адрес>
Аргаяшский районный суд <адрес> в составе:
председательствующего судьи Меркуловой Н.М., при секретаре ФИО2, с участием прокурора ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Валиуллиной ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «Уральская мясная компания» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Валиуллина С.Р. обратилась с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Уральская мясная компания» (далее ООО «Уральская мясная компания») о взыскании компенсации морального вреда 600 000 рублей; расходов на юридические услуги 41 000 рублей.
В обоснование иска указала, что 26.04.2025 года в 01 час 40 минут на территории ООО «Уральская мясная компания» при прохождении грязного дезинфекционного барьера Бройлерного цеха Ишалино № с ней произошёл несчастный случай на производстве, а именно при пересечении дезинфекционной рамки в результате сработки датчиков движения была активирована система аэрозольной обработки, распылённый раствор дезинфектанта «Вирутек 500» в результате порыва ветра отклонился и попал в глаза. В результате случившегося у истца диагностировали химический ожог роговицы правого глаза, коньюктивы обоих глаз, гиперметропию обоих глаз, определена лёгкая тяжесть здоровью. В последующем истец потеряла часть заработка, поскольку ухудшились отношения с руководством на фоне настойчивой позиции Валиуллиной С.Р. в расследовании несчастного случая, что привело последнюю к принятию решения уволится из компании. Ответчик, как работодатель не обеспечил истцу, как работнику безопасные условия труда, что явилось причиной несчастного случая. В результате полученной производственной травмы истец испытал физические и нравственные страдания, связанные с причинением ей физической боли, продолжающимся до сегодняшнего дня лечением, невозможностью в течение длительного времени вести привычный образ жизни, более того она испытывает страх за утрату зрения в будущем, нервы стресс, плохое самочувствие. В настоящее время истец обращается за медицинской помощью, приобретает препараты. Со стороны ответчика помощь в сохранении зрения, и иная другая не оказывалась. В результате произошедшего истец имеет боли, слезотечение, чувство инородного тела правого глаза, светобоязнь обоих глаз, зуд и выделение, что перешло в синдром «сухого глаза».
Представитель истца ФИО5 в судебном заседании натаивал на удовлетворении заявленных исковых требований, по основаниям указанным в иске. Пояснял, что в связи с полученной травмой на производстве и длительным лечением испытывал физические и нравственные страдания. Ссылался, что работодатель до обращения в суд не пытался самостоятельно возместить причиненный вред здоровью, моральный вред.
Представитель ответчика в своём письменном отзыве возражала против взыскания морального вреда в размере 600 000 рублей, поскольку это несёт неразумный (чрезмерный) характер, не учтён принцип разумности и справедливости, а также просил учесть степень вины нарушителя; судебные расходы полагали завышенными.
Помощник прокурора ФИО3 полагала исковые требования Валиуллиной С.Р. о возмещении компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости на усмотрение суда.
Определением суда от 29.06.2026 года принят отказ от части исковых требований Валиуллиной С.Р. к ООО «Уральская мясная компания», ОСФР по Челябинской области о компенсации на медицинские препараты, лечение, транспортные расходы, требований об утраченной заработной плате за все дни больничного, требований об единовременной выплате материальной помощи за произошедший несчастный случай.
Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.
В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, обеспечить соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте, не допускать к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда, организовать контроль за состоянием условий труда на рабочих местах.
В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.
В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1).
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2).
Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как разъяснено в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Согласно абз. 1 п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Как указано в абз. 1 п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В соответствии с п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда (абз. 2 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 5 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно разъяснениям в п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 01 августа 2023 года заключен бессрочный трудовой договор № YМZР-000909 между ООО «Уральская мясная компания» и Валиуллиной С.Р. (оператор птицефабрик и механизированных ферм).
27.04.2025 года в 01 час 40 минут на территории ООО «Уральская мясная компания» при прохождении грязного дезинфекционного барьера Бройлерного цеха Ишалино № 1 с ней произошёл несчастный случай на производстве, а именно при пересечении дезинфекционной рамки в результате сработки датчиков движения была активирована система аэрозольной обработки, распылённый раствор дезинфектанта «Вирутек 500» в результате порыва ветра отклонился и попал в глаза.
В акте № 3 о несчастном случае на производстве зафиксирован факт, при котором Валиуллина С.Р. является пострадавшей. Промыв глаза водой, пострадавшая приступила к работе. По завершении рабочей смены, в течение которой пострадавшая получила травму, она была отпущена домой в удовлетворительном состоянии без активных жалоб. Дома легла спать. Вечером, после сна почувствовала ухудшение самочувствия и жжение в области органов зрения, обратилась ГАУЗ «ОКБ № 3» в г. Челябинске с болью в глазах. Был открыт больничный лист.
Согласно медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести № б/н от 07.07.2025, выданного ГБУЗ Районной больницей с. Аргаяш установлен диагноз – химический ожог роговицы и конъюнктивного мешка. Степень тяжести – легкая.
Основная причина несчастного случая конструктивные недостатки и недостаточная надёжность машин, механизмов, оборудования, в том числе: технологического оборудования, механизмов, стационарных лестниц, ограждений, систем управления, контроля технологических процессов, противоаварийной защиты, выраженные в отсутствии защиты от внешних от внешних метеофакторов (ветра), приводящей к отклонению аэрозольного потока от штатной траектории и попаданию раствора в зону нахождения работника, вина Валиуллиной С.Р. не установлена.
Представитель истца ФИО5 в судебном заседании пояснил, что 26 апреля 2025 года Валиуллина С.Р. получила производственную травму, вынуждена была обратиться в медицинское учреждение за помощью, где диагностировали химический ожог конъюктивы обоих глаз, химический ожог роговицы правого глаза, гиперметропия обоих глаз.
С 26 апреля 2025 года на день подачи искового заявления Валиуллина С.Р. наблюдается в медицинских учреждениях с диагнозом химический ожог конъюктивы обоих глаз, химический ожог роговицы правого глаза, гиперметропия обоих глаз, в последующем с диагнозом последствия травмы глаза и окологлазничной области.
Обращения Валиуллиной С.Р. подтверждены сведениями из медицинской карты от 04.07.2025 года; 16.07.2025 года; 17.07.2025 года; 29.07.2025 года; 21.08.2025 года; 02.10.2025 года; 12.12.2025 года;
Согласно справке серия МСЭ-2022 № Валиуллина С.Р. имеет степень утраты профессиональной трудовой деятельности в размере 10% на основании акта о несчастном случае № от 27 апреля 2025 года.
21 мая 2025 года составлен протокол осмотра места несчастного случая в ООО «Уральская мясная компания» Бройлерный цех Ишалино 1, произошедшего 26 апреля 2025 года с оператором птицефабрик и механизированных ферм Валиуллиной С.Р. В ходе проведенного работодателем расследования несчастного случая установлено, что несчастный случай с истцом произошел в рабочее время при выполнении им трудовых обязанностей.
22 мая 2025 года в Отделение социального Фонда России по Челябинской области было направлено извещение о несчастном случае на производстве ООО «Уральская мясная компания».
01.07.2025 года приказом Валиуллина С.Р. с должности оператора птицефабрики и механизированных ферм отдела по отлову и доставке птицы, служба выращивания бройлеров переведена на другую работу оператором птицефабрики и механизированных ферм в отдел по отлову и доставке птицы, служба выращивания бройлеров по тарифной ставке 348 руб. 87 коп., надбавка 4% за вредность, районный коэффициент 1,15.
25 сентября 2025 года Валиуллиной С.Р. была назначена единовременная выплата в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».
Из ответа ОСФР по Челябинской области следует, что Валиуллина С.Р. с заявлением на оплату расходов на приобретение лекарственных препаратов и медицинских изделий не поступало.
По заявлению Валиуллиной С.Р. проведена проверка прокуратурой Кунашакского района. 22 декабря 2025 года прокурором Кунашакского района Челябинской области факт несчастного случая с Валиуллиной С.Р. подтверждён.
11 сентября 2025 года Валиуллиной С.Р. предоставлена программа по реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ПРРП-325.
К моменту рассмотрения дела в суде между ООО «Уральская мясная компания» и Валиуллиной С.Р. ранее было заключено соглашение от 19.02.2026 года, по которому сторона 1 уплачивает стороне 2 сумму утраченного заработка за время болезни, а также денежные средства в качестве возмещения ущерба и компенсации перенесённых ей нравственных страданий в размере 229 886 рублей.
26.03.2026 года по платежному поручению № 5064 ответчиком Валиуллиной С.Р. выплачена сумма 223 512 рублей. В п. 7 соглашения стороны согласовали, что размер ущерба, характер и степень страданий, которые перенесены к моменту подписания соглашения и могут быть перенесены в будущем в связи с произошедшим несчастным случаем, считает будут полностью компенсированы выплатой.
Как следует из неопровергнутых ответчиком пояснений истца, в результате несчастного случая Валиуллина С.Р. перенесла значительные физические страдания, выразившиеся в сильных болях во время получения травмы и после нее, а также нравственные страдания, связанные со снижением качества жизни, переживаниями в связи с невозможностью вести прежний образ жизни, нуждаемостью в лечении, приобретении медикаментов.
В силу п.2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Суд, оценивая степень физических и нравственных страданий Валиуллиной С.Р., понесенных в связи с полученной травмой на производстве, а также отсутствие вины истца, приходит к выводу, что компенсация морального вреда подлежит взысканию с ответчика в размере 200 000 рублей. Размер компенсации морального вреда судом установлен с учетом оценки всех юридически значимых по делу обстоятельств.
Травма получена истцом в трудоспособном возрасте, в течение всего периода с момента несчастного случая истец испытывал и до настоящего времени испытывает физические и нравственные страдания, выразившиеся в том, что на момент получения травмы и в период лечения испытывала боль, не могла в полной мере самостоятельно себя обслуживать в быту. Последствия полученной травмы истец испытывает по настоящее время, требуется постоянный уход, посещение офтальмолога. Сам по себе факт несогласия ООО «Уральская мясная компания» с размером компенсации морального вреда, категории разумности и справедливости являются оценочными.
Судом установлено, что несчастный случай с истцом произошел по вине работодателя, в том числе не обеспечившего безопасных условий труда, в связи с чем имеются правовые основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда. Вместе с тем вина пострадавшего не установлена.
Согласно ч. ч. 1, 5 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации при расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.
На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.
В соответствии с ч. ч. 1, 4, 5 ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.
В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.
После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).
Таким образом, в соответствии с приведенными нормами акт о несчастном случае на производстве - это документ, оформляемый по результатам расследования несчастного случая комиссией, созданной работодателем, в котором указываются, в том числе, причины несчастного случая, лица, допустившие нарушения требований охраны труда, предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев. При несогласии с актом заинтересованные лица вправе оспорить его в судебном порядке.
Акт о несчастном случае на производстве составлен по результатам расследования комиссией, созданной работодателем, утвержден в установленном законом порядке оспорен не был и незаконным не признан, а потому является надлежащим и достоверным доказательством, подтверждающим обстоятельства и причины несчастного случая с истцом.
На основании ст.94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.
Частью 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Из материалов дела следует, что в связи с необходимостью защиты нарушенного права Валиуллина С.Р. обратилась за получением квалифицированной юридической помощи, что подтверждается квитанцией об оплате юридических услуг адвоката ФИО5 в размере 41 000 рублей (консультирование, подготовка претензий, искового заявления, уточнений требований, представительство в суде), личным участием представителя истца в судебном заседании.
В абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст. ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 постановления).
С учетом объема заявленных требований, сложности дела, объема оказанных представителем услуг, продолжительности рассмотрения дела, понесенные расходы на оплату услуг представителя суд считает разумными в заявленном размере 30 000 рублей, в связи, с чем с ответчика ООО «Уральская мясная компания» в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя.
В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов следует взыскать с государственную ООО «Уральская мясная компания» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Валиуллиной Светланы Рафаильевны удовлетворить частично.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уральская мясная компания» (ОГРН 1107438000779) в пользу Валиуллиной ФИО7 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, расходы на юридические услуги 30 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уральская мясная компания» (ОГРН 1107438000779) государственную пошлину в доход бюджета Аргаяшского муниципального округа <адрес> в размере 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Аргаяшский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия судом мотивированного решения.
Председательствующий Н.М. Меркулова
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.