РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г.Дербент 16 июня 2026 года.
Дербентский городской суд Республики Дагестан в составе председательствующего судьи Наврузова В.Г., при секретаре судебного заседания Ашрафовой Х.А., с участием представителей истца (ответчика по встречному иску) ФИО2 по доверенности ФИО9 и адвоката Абдулкеримовой А.А. (ордер <номер изъят> от ДД.ММ.ГГГГ), представителей ответчика (истца по встречному иску) ФИО3 по доверенности ФИО7 и адвоката ФИО10 (ордер <номер изъят> от ДД.ММ.ГГГГ), рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о сносе самовольных хозяйственных построек, расположенных вдоль границ земельного участка истца, на участке ФИО3, с заступом на участок истца, а именно – навеса, летней кухни и других каменных строений вспомогательного назначения, взыскании материального вреда в виде денежных средств в размере 134 107 рублей, из которых: 100 546 рублей – стоимость ремонтно-восстановительных работ в доме, расположенном по адресу <адрес изъят>, с учетом строительных (расходных) материалов, определенных на ДД.ММ.ГГГГ, 15 000 рублей – оплата за проведенную независимую экспертизу, 8 000 рублей – оплата юридических услуг, 3 211 рублей – оплата госпошлины, 7 000 рублей – оплата специалисту для определения рыночной стоимости восстановительных работ в доме по адресу <адрес изъят>, 350,5 (234,50+17+99) рублей – почтовые расходы и взыскании морального вреда в размере 500 000 рублей, и по встречному иску ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным право собственности ФИО2 на часть земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>, размерами по передней линии 0,37 м. и по тыльной стороне 0.68 м., длиной 30 м., площадью 15,75 кв.м и принятии недействительным права собственности ФИО2 на часть земельного участка с кадастровым номером 05:42:000010:299, размерами по передней линии 0,37 м и по тыльной стороне 0,68м, длиной 30м., площадью 15,75 кв.м и восстановлении описания границ земельного участка с кадастровым номером 05:42:0000110:300 площадью 450 кв.м, существовавшие до ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРН; снесении самовольной постройки жилой дом с кадастровым номером 05:42:000010:1774,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором с учётом неоднократных уточнений в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просит: Обязать ответчика снести самовольные хозяйственные постройки, расположенные вдоль границы его земельного участка на участке ответчика, с заступом на его территорию, а именно: навес, летнюю кухню и иные каменные строения вспомогательного назначения, возведённые с нарушением нормативных отступов. Взыскать с ответчика материальный ущерб в общем размере 134 107 рублей, состоящий из: стоимости восстановительного ремонта жилого дома – 100 546 руб.; расходов на проведение досудебной независимой экспертизы – 15 000 руб.; расходов на оплату услуг оценщика для определения рыночной стоимости восстановительных работ – 7 000 руб.; расходов на оплату юридических услуг – 8 000 руб.; расходов по уплате государственной пошлины – 3 211 руб.; почтовых расходов – 350,50 руб. Взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
Исковые требования ФИО2 мотивированы тем, что он является собственником домовладения и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес изъят>. Ответчик является собственником смежного земельного участка по адресу: <адрес изъят>. Полагает, что ответчиком при возведении хозяйственных построек допущены нарушения строительных, градостроительных и противопожарных норм. Навес и иные вспомогательные строения возведены на расстоянии менее 1 метра от стены его жилого дома (фактически около 20 см), что противоречит требованиям пункта 7.1 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений» и пункта 5.3.4 СП 30-102-99 «Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства». Уклон навеса выполнен в сторону стены его дома. Водосточная система ответчика не соответствует нормативным требованиям, водосточный жёлоб не обеспечивает полный отвод атмосферных осадков, в связи с чем вода переливается через край и капиллярно проникает в стену его дома.
В результате указанных нарушений, принадлежащий ему жилой дом неоднократно подвергался затоплению. Как следствие, в доме образовался устойчивый запах сырости, на кухне отвалилась плитка, отслоились обои, на стенах появились плесневые пятна и грибок, площадь повреждений увеличивается после каждого дождя.
Для установления причин повреждений и определения размера ущерба он заключил договор с индивидуальным предпринимателем ФИО5 на проведение экспертизы, оплатив за её проведение 15 000 рублей. Согласно экспертному заключению <номер изъят>, категория технического состояния здания характеризуется как ограниченно работоспособное, установлены факты отсутствия нормативного водоотвода, перелива воды на стену и её капиллярного проникновения внутрь помещений. Стоимость восстановительного ремонта определена в размере 100 546 рублей, что подтверждено локальным сметным расчётом.
Ответчиком до настоящего времени не предприняты меры по устранению нарушений, восстановительный ремонт не произведён, навес не демонтирован.
Кроме того, истец ссылается на то, что его права подтверждены предписаниями Отдела архитектуры и градостроительства администрации ГО «<адрес изъят>» от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, которыми установлены нарушения градостроительного законодательства при возведении ответчиком вспомогательных построек.
В части компенсации морального вреда истец обосновывает свои требования тем, что длительное проживание в условиях сырости, плесени и грибка причиняет ему и членам его семьи нравственные и физические страдания. Он имеет инвалидность III группы с 2018 года, является ветераном боевых действий, воспитывает ребёнка-инвалида. В результате неправомерных действий ответчика он вынужден проживать в антисанитарных условиях, что создаёт угрозу его здоровью и здоровью его семьи, а также вызывает чувство унижения и стресс.
В ходе судебного разбирательства ответчиком ФИО3 предъявлен встречный иск к ФИО2, в котором с учётом уточнений и дополнений в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации она просит: признать недействительным право собственности ФИО2 на часть земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>, размерами по передней линии 0,37 м и по тыльной стороне 0,68 м, длиной 30 м, площадью 15,75 кв.м.; восстановить описание границ земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> площадью 450 кв.м, существовавшее до ДД.ММ.ГГГГ в Едином государственном реестре недвижимости; снести за счёт ФИО2 самовольную постройку – жилой дом с кадастровым номером 05:42:000010:1774.
В обоснование встречных исковых требований ФИО3 указала, что она является собственником земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>, площадью 450 кв.м., расположенного по адресу: РД, <адрес изъят>. Право собственности зарегистрировано на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждено свидетельствами о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ.
При формировании земельного участка ФИО2 с кадастровым номером <номер изъят> произошло незаконное увеличение его площади с 450 кв.м до 469 кв.м за счёт смежной границы, что привело к уменьшению площади её земельного участка с 450 кв.м до 447 кв.м. В обоснование данного довода она ссылается на следующие обстоятельства: Согласно землеустроительному делу <номер изъят> от ДД.ММ.ГГГГ и кадастровому паспорту от ДД.ММ.ГГГГ, земельный участок истца имел размеры 15?30 м и площадь 450 кв.м. Согласно выписке из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ, площадь участка ФИО2 составляет 469 кв.м, а ширина увеличена с 15 м до 15,37 м по передней линии и до 15,68 м по тыльной стороне. При этом площадь её земельного участка (<номер изъят>) по данным кадастрового учёта уменьшена до 447 кв.м, а ширина – до 14,93 м по передней линии и до 14,87 м по тыльной стороне. Изменения границ произведены без её ведома и согласия, в нарушение её прав и законных интересов.
Жилой дом ФИО2 с кадастровым номером 05:42:000010:1774 фактически расположен на её земельном участке. В обоснование она указывает, что координаты характерных точек жилого дома, указанные в техническом плане здания от ДД.ММ.ГГГГ, соответствуют координатам, входящим в контур её земельного участка. По её мнению, часть стены второго этажа и часть кровли дома истца размерами соответственно 0,1?30,56 м и 0,25?30,56 м находятся на её территории по фактическому пользованию.
Полагает, что первый этаж жилого дома ФИО2 как объект недвижимости отсутствовал на момент приобретения им земельного участка, а двухэтажный жилой дом был возведён и поставлен на кадастровый учёт позднее. Поскольку при строительстве второго этажа не были соблюдены необходимые отступы от границы земельного участка, а само строение частично выходит на её территорию, она считает указанный жилой дом самовольной постройкой в силу статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащей сносу.
Кроме того, ФИО3 ссылается на нарушение своих прав как собственника смежного земельного участка, выразившееся в невозможности использовать принадлежащую ей территорию, а также на то, что расположенная на её участке часть стены дома истца и утеплитель препятствуют нормальной работе водосточного желоба её навеса.
Представители истца (ответчика по встречному иску) ФИО2 – ФИО9 и адвокат Абдулкеримова А.А. в судебном заседании поддержал свои требования по основаниям, изложенным в иске, и просили их удовлетворить. В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 просили отказать.
Представители ответчика (истца по встречному иску) ФИО3 – ФИО7 и адвокат ФИО10 исковые требования ФИО2 не признали и просили в их удовлетворении полностью отказать. Встречные исковые требования ФИО3 поддержали и просили их удовлетворить по изложенным в ней доводам.
Выслушав объяснения лиц участвующих в деле, показания свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Разрешая первоначальные исковые требования, суд исходит из следующего.
В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.
В силу статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.
Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 7.1 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений» установлено, что расстояния между жилыми и хозяйственными постройками, а также от границ участков до строений должны соответствовать минимальным значениям, в том числе до хозяйственных построек — не менее 1 метра.
Пунктом 9.7 СП 17.13330.2017 «Кровли» предусмотрено, что при наружном организованном водоотводе площадь поперечного сечения водосточных труб принимается из расчета 1,5 кв.см на 1 кв.м площади кровли.
В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела для установления юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спору о возмещении ущерба, причинённого заливом жилого дома, а также для проверки доводов сторон о соответствии возведённых строений градостроительным и строительным нормам и о соответствии фактических границ земельных участков правоустанавливающим документам, судом была назначена судебная землеустроительная и строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Фирма «АСКОМ».
На разрешение экспертов были поставлены вопросы о соответствии расстояния от построек вспомогательного назначения на участке ответчика до жилого дома истца нормативным требованиям, о причинах появления плесневых пятен и других повреждений на стене жилого дома, о создании угрозы жизни и здоровью граждан, о соответствии расположения жилого дома истца границам его земельного участка, о нахождении водосточного желоба на территории того или иного участка, а также о возможности описания расположения жилого дома согласно координатам технического плана относительно земельных участков по данным межевых дел.
По результатам проведённого исследования экспертами ООО «Фирма «АСКОМ» составлено заключение <номер изъят> от ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с выводами указанного заключения: расстояние от жилого дома истца до построек вспомогательного назначения на соседнем участке не соответствует нормативным требованиям, нарушает п. 7.1 СП 42.13330.2016 и п. 5.3.4 СП 30-102-99; определить причины появления плесневых пятен и других повреждений на стене жилого дома на момент осмотра не представилось возможным; вопрос о создании угрозы жизни и здоровью граждан не входит в компетенцию эксперта-строителя; строение жилого дома истца по фактическому расположению не соответствует данным кадастрового учёта, нарушает указанные строительные нормы; жёлоб, отводящий сточные воды с крыши навеса ответчика, по данным кадастрового учёта находится на территории участка истца, а по фактическому расположению – на территории участка ответчика; описать расположение жилого дома истца относительно земельных участков по данным межевых дел не представилось возможным ввиду некорректности координат, указанных в землеустроительных делах.
После получения указанного заключения, в связи с неполнотой ответов на поставленные вопросы, наличием противоречий между выводами экспертизы и иными доказательствами по делу, а также в связи с уточнением исковых требований истцом, судом было принято решение о назначении дополнительной экспертизы, производство которой поручено экспертам Автономной некоммерческой организации «Бюро независимых экспертиз».
Экспертам на разрешение были поставлены следующие вопросы:
Определить причины появления плесневых пятен и других повреждений на стене жилого дома с кадастровым номером 05:42:000010:1774, расположенного по адресу: РД <адрес изъят>.
Произошло ли затопление жилого дома истца ФИО2 из-за стока атмосферных осадков с кровли навеса ответчика? Если да, то каков размер ущерба, причиненного дому истца ФИО2, расположенного по адресу: РД <адрес изъят>?
Может ли труба ответчика с данным диаметром, вывести весь объем осадков, попадающих на площади скатов крыши и навеса, соединенных между собой и упирающихся в стену дома истца?
Соответствует ли фактический размер земельных участков истца ФИО2 и ответчика ФИО3 кадастровым сведениям, находящимся в межевом плане?
Соответствует ли расстояние до исследуемого объекта — жилого дома с кадастровым номером 05:42:000010:1774, расположенного по адресу: РД <адрес изъят>, на земельном участке с кадастровым номером 05:42:000010:299, площадью 450 кв.м., от вспомогательных построек, на соседнем участке с кадастровым номером 05:42:000010:300, расположенных вдоль границы земельного участка, градостроительным и строительным нормативам?
Расположен ли жилой дом с кадастровым номером 05:42:000010:1774, принадлежащий истцу ФИО2, в пределах границ земельного участка с кадастровым номером 05:42:000010:299, принадлежащего ему на праве собственности?
По результатам проведённого исследования экспертами даны следующие выводы:
Определить точную причину появления плесневых пятен на стене жилого дома с кадастровым номером 05:42:000010:1774, расположенного по адресу: РД <адрес изъят> не представляется возможным ввиду отсутствия возможности осмотра пространства между стеной жилого дома и забором, расположенным на соседнем участке по адресу: РД <адрес изъят>.
С учетом места расположения следов протечек на стене забора ответчика ФИО3 и очага образования плесневых пятен на стене жилого дома истца ФИО2 (расположены друг напротив друга через стену), и места расположения водосточной трубы ответчика (рядом со следами протечки) экспертом делается вывод о том, что причиной залития жилого дома с кадастровым номером 05:42:000010:1774, расположенного по адресу: РД <адрес изъят> является нарушение п.9.7 СП 17.13330.2017 «Кровли» в части несоответствия поперечного сечения водосточной трубы ответчика ФИО3, общей площади скатов кровли с которой отводится вода через указанную трубу.
Размер ущерба, причиненного дому истца ФИО2, расположенного по адресу: РД <адрес изъят> составляет: 93 121,96 (девяносто три тысячи сто двадцать один, девяносто шесть копеек) рублей.
Подсчет стоимости материалов и работ необходимых для ремонта помещения приведен в локально-сметном расчете (см.приложение к заключению).
Исследованием установлено что поперечное сечение водосточной трубы ответчика диаметром 90мм. округленно составляет 63,6 кв.см. и рассчитана для отвода осадков, попадающих на скат кровли площадью: 63,6/1,5=42,4 кв.м.
Фактически же на день осмотра площадью скатов кровли дома и навеса с которых атмосферные осадки стекают в данную трубу составляет – 140,5 кв.м., т.е. труба с данным диаметром, не способна вывести весь объем осадков, попадающих на площадь скатов крыши и навеса, соединенных между собой и упирающихся в стену дома истца.
Фактический размер земельного участка, определенный на местности при проведении исследования истца ФИО2 составляет 462 кв.м., что больше на 12 кв.м. площади равной 450 кв.м. по сведениям, находящимся в землеустроительном деле, а фактический размер земельного участка ответчика ФИО3 соответствует площади равной 450 кв.м. сведениям, находящимся в землеустроительном деле.
Расстояние от жилого дома с кадастровым номером 05:42:000010:1774, расположенного по адресу: РД <адрес изъят>, на земельном участке с кадастровым номером 05:42:000010:299, площадью 450 кв.м., до вспомогательных построек, на соседнем участке с кадастровым номером 05:42:000010:300 на день осмотра составляет — 20 см. Расстояние не соответствует п.7.1 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений»:
Расстояние от границ участка должно быть не менее, м: до стены жилого дома - 3; до хозяйственных построек - 1.
Жилой дом с кадастровым номером 05:42:000010:1774, принадлежащий истцу ФИО2 расположен в пределах границ земельного участка с кадастровым номером 05:42:000010:299, принадлежащего ему на праве собственности, что подтверждается сведениями о границах по данным кадастрового учета и натурными измерениями на местности.
Оценив полноту, научную обоснованность и достоверность выводов экспертов Автономной некоммерческой организации «Бюро независимых экспертиз», суд полагает, что вышеуказанное заключение экспертов отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, поскольку оно выполнено лицами, имеющими необходимую квалификацию и предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, исследование и выводы, приведенные в заключении экспертов, изложены достаточно полно и ясно с учетом вопросов, поставленных перед ними в определении суда, по своему содержанию экспертное заключение полностью соответствует требованиям действующего законодательства, его исследовательская часть базируется на исследованных экспертом всех материалах гражданского дела, объективных оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется.
Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, на земельном участке ответчика по адресу: <адрес изъят>, возведены хозяйственные постройки, в том числе навес, с нарушением указанных норм. Расстояние от стены жилого дома истца до построек ответчика составляет около 20 см, что не соответствует минимально допустимому значению в 1 метр. Данное обстоятельство подтверждается заключением судебной экспертизы <номер изъят> от ДД.ММ.ГГГГ, а также предписаниями Отдела архитектуры и градостроительства администрации ГО «<адрес изъят>» от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, которые ответчиком не оспорены и не отменены.
Кроме того, экспертным исследованием установлено несоответствие сечения водосточной трубы ответчика требованиям пункта 9.7 СП 17.13330.2017. Диаметр трубы составляет 90 мм (площадь сечения 63,6 кв.см), что позволяет обслуживать площадь кровли не более 42,4 кв.м, тогда как фактическая площадь скатов кровли, с которых вода стекает в указанную трубу, составляет 140,5 кв.м. Данное обстоятельство явилось причиной затопления жилого дома истца.
Размер причиненного ущерба определен судебной экспертизой и составляет 93 121,96 руб. Доказательств иного размера ущерба ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. Ходатайств о назначении повторной экспертизы сторонами не заявлялось.
Доводы ответчика о допустимости неорганизованного водоотвода в силу пункта 4.25 СП 118.13330.2012 суд признает несостоятельными, поскольку данный пункт допускает неорганизованный водоотвод лишь при условии выноса карниза не менее 0,6 м от плоскости стены и при отсутствии нарушений прав смежных землепользователей. В рассматриваемом случае такие условия не соблюдены, поскольку навес ответчика вплотную примыкает к стене дома истца, а атмосферные осадки систематически попадают на стену и внутрь жилого помещения.
Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности подлежат отклонению, поскольку нарушение является длящимся, истец узнал о нарушении своего права после первого затопления, однако ущерб причиняется регулярно в результате каждого дождя, что подтверждено показаниями сторон и экспертными заключениями. Кроме того, предписания органа архитектуры и градостроительства от 2021 и 2023 годов свидетельствуют о непрекращающемся характере нарушения.
Разрешая требование о компенсации морального вреда, суд учитывает, что истец является инвалидом III группы с 2018 года, ветераном боевых действий, воспитывает ребенка-инвалида. Длительное проживание в условиях сырости, плесени, отвалившихся обоев и плитки, несомненно, причиняет истцу и членам его семьи нравственные страдания. Вместе с тем, заявленный размер компенсации в 500 000 рублей суд полагает завышенным и не соответствующим принципам разумности и справедливости (статья 1101 ГК РФ). С учетом фактических обстоятельств дела, степени вины ответчика, характера и длительности нравственных страданий, суд определяет размер компенсации морального вреда в 10 000 рублей, что отвечает требованиям разумности и соразмерности.
Требование истца о сносе хозяйственных построек ответчика суд находит не подлежащим удовлетворению. Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ <номер изъят> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», снос постройки является крайней мерой и применяется лишь в случаях, когда восстановление нарушенных прав невозможно иным способом. В данном случае нарушение прав истца выражается в ненадлежащей организации водоотвода и несоблюдении нормативного расстояния. Данные нарушения могут быть устранены путем оборудования надлежащей водосточной системы и корректировки конструктивных элементов строения, в связи с чем требования о сносе являются преждевременными.
Разрешая встречные исковые требования ФИО3, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
В силу статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях, предусмотренных законом.
В соответствии со статьей 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил. Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации <номер изъят>, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации <номер изъят> от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при рассмотрении дел о сносе самовольных построек необходимо устанавливать, допущены ли при возведении строения существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан.
В обоснование встречного иска ФИО3 ссылается на то, что при формировании земельного участка ФИО2 с кадастровым номером 05:42:000010:299 произошло самовольное увеличение площади его участка на 15,75 кв.м за счет ее участка, а жилой дом истца фактически расположен на ее земельном участке.
Однако данные утверждения не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.
Как установлено заключением судебной землеустроительной экспертизы <номер изъят> от ДД.ММ.ГГГГ, фактическая площадь земельного участка истца составляет 462 кв.м, что больше площади по правоустанавливающим документам (450 кв.м) на 12 кв.м, но меньше площади по данным Единого государственного реестра недвижимости (469 кв.м). <адрес изъят> земельного участка ответчика составляет 450 кв.м и соответствует сведениям правоустанавливающих документов. Расхождения в площадях возникли, вероятно, в результате неточностей при первоначальном отводе участков и проведении кадастровых работ.
Экспертом также установлено, что жилой дом с кадастровым номером 05:42:000010:1774, принадлежащий ФИО2, расположен в пределах границ земельного участка с кадастровым номером 05:42:000010:299, принадлежащего ему на праве собственности. Данное обстоятельство подтверждается как сведениями кадастрового учета, так и натурными измерениями на местности.
Доводы ФИО3 о том, что часть стены и кровли дома истца находится на ее земельном участке, опровергаются указанным экспертным заключением. Эксперт пояснил, что незначительные расхождения в координатах вызваны использованием различных систем координат при проведении межевых работ в разные годы, а не фактическим нахождением объекта на чужом участке. Кроме того, наложение отдельных конструктивных элементов может быть связано с особенностями строительства и не свидетельствует о самозахвате территории.
Кроме того, в ходе судебного разбирательства установлено, что фактические границы домовладений сторон и взаимное расположение строений сложились более 15 лет назад и длительное время не оспаривались. Суд учитывает, что сложившийся порядок пользования земельными участками и расположение объектов капитального строительства на протяжении столь длительного периода свидетельствует о согласии собственников относительно установленных границ и параметров застройки.
Суд также принимает во внимание доводы представителей истца о том, что предыдущий собственник домовладения, у которого ФИО3 впоследствии приобрела земельный участок по адресу: <адрес изъят>, дала согласие 26.12.2006г. ФИО2 на осуществление строительства жилого дома вплотную к смежной границе. Данное обстоятельство подтверждается материалами дела, и не опровергнуто ответчиком.
Таким образом, доказательств, безусловно свидетельствующих о незаконном увеличении площади участка ФИО2 за счет участка ФИО3, а также о нахождении жилого дома истца на участке ответчика, последней не представлено.
При таких обстоятельствах, оснований для признания права собственности ФИО2 на часть земельного участка недействительным, восстановления границ земельного участка ФИО3 и сноса жилого дома ФИО2 не имеется.
Разрешая вопрос о судебных расходах, суд руководствуется статьями 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
В силу статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.
В соответствии со статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Истцом заявлены ко взысканию расходы на оплату юридических услуг в размере 8 000 рублей. Данные расходы подтверждены договором и квитанцией об оплате, признаются судом разумными и подлежащими взысканию с ответчика в полном объеме.
Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 211 рублей и почтовые расходы в размере 350,50 рублей подтверждены документально и подлежат взысканию с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Расходы на проведение досудебной экспертизы в размере 15 000 рублей и на оплату услуг оценщика в размере 7 000 рублей, понесенные истцом до обращения в суд, не подлежат возмещению, поскольку данные заключения не были положены в основу принятого решения, а фактические обстоятельства, размер ущерба и причины затопления установлены судебной экспертизой, назначенной судом.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 к ФИО3 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 сумму материального вреда в размере 93 121,96 руб.; 8 000 рублей расходы по оплате юридических услуг; 3 211 рублей – расходы по уплаченной государственной пошлине; 350,5 рублей – почтовые расходы и компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований, ОТКАЗАТЬ.
В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным право собственности ФИО2 на часть земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>, размерами по передней линии 0,37 м. и по тыльной стороне 0.68 м., длиной 30 м., площадью 15,75 кв.м и принятии недействительным права собственности ФИО2 на часть земельного участка с кадастровым номером 05:42:000010:299, размерами по передней линии 0,37 м и по тыльной стороне 0,68м, длиной 30м., площадью 15,75 кв.м и восстановлении описания границ земельного участка с кадастровым номером 05:42:0000110:300 площадью 450 кв.м, существовавшие до ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРН; снесении самовольной постройки жилой дом с кадастровым номером 05:42:000010:1774, ОТКАЗАТЬ.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан через Дербентский городской суд Республики Дагестан в течение месяца со дня его принятия.
Мотивированное решение изготовлено 25.06.2026.
Судья В.Г. Наврузов