АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
15 декабря 2025 года с.Оса
Осинский районный суд Иркутской области в составе председательствующего Силяво Ж.Р., при секретаре Таранюк М.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 11-4/2025 по иску Отделения Фонда пенсионного социального страхования Российской Федерации по Иркутской области к Олзоеву М.О. о взыскании излишне выплаченного повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии с апелляционной жалобой представителя истца Каратуновой И.В. на решение мирового судьи судебного участка № 133 Осинского района Иркутской области от 2 октября 2025 года, установил:
Отделение Фонда пенсионного социального страхования Российской Федерации по Иркутской области в лице своего представителя Курносовй Е.А., действующей на основании доверенности, обратилось с иском к Олзоеву М.О. о взыскании излишне выплаченного повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, указав следующее.
Олзоев М.О. является получателем страховой пенсии по старости. К страховой пенсии ответчика было установлена и выплачивалась фиксированная выплата, в связи с наличием на иждивении нетрудоспособных членов семьи, ФИО5., <дата обезличена> г.р. Ответчиком была представлена справка об обучении ФИО5 в ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» с 01.01.2025 по 01.03.2030, в связи с чем, выплата повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии ответчику продолжена ввиду наличия на иждивении нетрудоспособного члена семьи, обучающегося по очной форме в указанном заведении. Размер пенсии ответчика на 01.01.2025 составлял 22137,29 рублей, в том числе повышение фиксированной выплаты в связи с нахождением на иждивении одного иждивенца - 2969,23 рублей. В ходе выплаты пенсии установлено, что ФИО5 осуществлял трудовую деятельность в ООО «РБК» с марта 2025 года, о чем ответчик в орган, осуществляющий выплату пенсии, не сообщил, документов, подтверждающих нахождении на иждивении ФИО5, не представил. По вине ответчика образовалась переплата повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии за период с 01.04.2025 по 31.05.2025 в сумме 5938,46 рублей. В адрес ответчика направлено письмо о возврате излишне полученной суммы выплаты. До настоящего времени сумма переплаты не возмещена.
На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика излишне выплаченного повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии в размере 5938,46 рублей.
Заочным решением суда судебного участка № 133 Осинского района Иркутской области от 2 октября 2025 года отказано в удовлетворении исковых требований.
Не согласившись с указанным решением, истец Отделение Фонда пенсионного социального страхования Российской Федерации по Иркутской области в лице своего представителя Каратуновой И.В., обратился в суд с апелляционной жалобой, в обоснование которой указал, что Мировой судья, ссылаясь на статьи 1102, 1109 ГК РФ, указывает, что истцом доказательств недобросовестности в действиях ответчика, связанных с несообщение сведений о трудоустройстве лица, находящегося на иждивении, не представлено. При этом суд указывает о том, что из содержания заявления о назначении пенсии от 17.05.2022 следует, что Олзоев М.О. был предупрежден о необходимости извещать территориальный орган Пенсионного фонда РФ о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение, приостановление, продление их выплаты, в том. числе изменение места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств. Подписанное ответчиком предупреждение не содержит конкретное указание на что трудоустройство лица, находящегося на иждивении, относится к обстоятельствам, влекущих за собой прекращение повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии.
Данные выводы суда считаем необоснованными и несоответствующими материальным нормам законодательства Российской Федерации.
Недобросовестность ответчика заключается именно в бездействии - несообщении об обстоятельстве, исключающем право на получение повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии.
То, что в заявлении ответчика от 17.05.2022 не содержится конкретного указания на то, что трудоустройство лица, находящегося на иждивении, относится к обстоятельствам, влекущих за собой прекращение повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, не свидетельствует о том, что Истцом не доказана недобросовестность Ответчика.
В силу прямого указания в законе (п.5 ст.26 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ "О страховых пенсиях") обязанность о сообщении обстоятельств, влияющих на прекращение выплаты, возложена именно на пенсионера, и не ставится в зависимость от факта уведомления или неуведомления Фондом пенсионера о такой необходимости. При этом, пенсионер обязан сообщить в орган, осуществляющий выплату пенсии, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующего обстоятельства, в частности, о трудоустройстве лица, находящегося на его иждивении.
Следует отметить, что требования закона предполагаются известными всем. Практика свидетельствует не столько о незнании такими лицами закона в аналогичных ситуациях, сколько о неуважении к нему, об уверенности в своей безнаказанности.
Обязанность Истца о разъяснении Ответчику о всех необходимых обстоятельств, влияющих на выплату пенсии, в том числе на выплату повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии пенсионным законодательством РФ не установлена, тогда как обязанность ответчика о сообщении обстоятельств, влияющих на выплату пенсии и ее размер, прямо предусмотрена законом. Тем не менее, территориальный орган СФР предупреждает об обязанностях пенсионера в точном соответствии с теми положениями, как это предусмотрено п. 5 ст.26 Федерального закона "О страховых пенсиях".
Свою обязанность об информировании органа, осуществляющего выплату пенсии, о трудоустройстве иждивенца. Ответчик не исполнил, доказательств своей невиновности не представил.
На основании изложенного, просит решение мирового судьи судебного участка № 131, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 133 Осинского района Иркутской области от 2 октября 2025 года отменить, принять новое решение об удовлетворении исковых требований ОСФР по Иркутской области о взыскании с Олзоева М.О. излишне выплаченного повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии.
Представитель истца Каратунова И.В., ответчик Олзоев М.О. были надлежащим образом извещены о дате и времени рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, в связи с чем, суд апелляционной инстанции полагает возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие неявившихся сторон.
Изучив апелляционную жалобу, исследовав в апелляционном порядке в судебном заседании представленные материалы гражданского дела, тщательно проверив все доводы, изложенные истцом в жалобе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения решения суда, вынесенного 2 октября 2025 года по следующим основаниям.
Основания и порядок выплаты социальной пенсии предусмотрены Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».
В силу подпункта 8 пункта 1 статьи 4 Федерального закона о государственном пенсионном обеспечении нетрудоспособные граждане имеют право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению.
В соответствии с названным Федеральным законом одним из видов назначаемой пенсии по государственному пенсионному обеспечению является пенсия по случаю потери кормильца (подп.4 п.1 ст.5 Федерального закона о государственном пенсионном обеспечении).
Согласно подп.3 п.1 ст.11 Федерального закона о государственном пенсионном обеспечении право на социальную пенсию имеют постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет либо дети, достигшие возраста 18 лет и завершившие обучение, а также дети, достигшие возраста 18 лет и обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.
Таким гражданам устанавливается социальная пенсия по случаю потери кормильца (п.3 ст.11 Федерального закона о государственном пенсионном обеспечении).
В силу положения статьи 13 Федерального закона о государственном пенсионном обеспечении при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона «О страховых пенсиях», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.
В соответствии с ч.1 ст.10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее - Федеральный закон о страховых пенсиях) право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пунктах 2 и 2.1 части 2 названной статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
Согласно п.1 ч.2 ст.10 Федерального закона о страховых пенсиях нетрудоспособными членами семьи признаются, в том числе дети, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.
Согласно п.3 ч.1 ст.25 Федерального закона о страховых пенсиях прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.
В силу ч.5 ст.26 Федерального закона о страховых пенсиях пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.
Из ч.1 и ч.2 ст.28 Федерального закона о страховых пенсиях следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования.
В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 данного Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Фонду пенсионного и социального страхования Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
Судом установлено, что 17.05.2022 Олзоев М.О. дистанционно обратился в ОСФР по Иркутской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.
Из содержания заявления от 17.05.2022 следует, что Олзоев М.О. был предупрежден о необходимости извещать территориальный орган Пенсионного фонда РФ о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение, приостановление, продление выплаты, об изменении места жительства не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств (ч.5 ст.26, ч.ч.1 - 3, 5 ст.28 Федерального закона «О страховых пенсиях», ст.24 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», ч.ч.1 - 5 ст.15 Федерального закона от 28.12.2013 № 424-ФЗ «О накопительной пенсии»; о необходимости извещать территориальный орган Пенсионного фонда РФ о выезде на постоянное место жительства за пределы территории РФ; о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, о наступлении других обстоятельств, влекущих изменение размера федеральной социальной доплаты к пенсии или прекращении ее выплаты.
Как следует из материалов дела, при подаче 17.05.2022 заявления о назначении страховой пенсии по старости, Олзоевым М.О. приложены: справка образовательного учреждения № 1514/1 от 14.04.2022 ФГБОУ ВО «ИрНИТУ», решение Осинского районного суда № 2-137/2022 от 14.04.2022 об установлении факта нахождения ФИО5 на иждивении отца Олзоева М.О. Решение вступило в законную силу 17.05.2022.
Согласно справке № 1514/1 от 14.04.2022 ФИО5, <дата обезличена> г.р., обучается на 2 курсе очной формы обучения в ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» с 01.09.2020 по 30.06.2024.
Распоряжением ОСФР по Иркутской области о перерасчете размера пенсии от 08.10.2024 № 240000062132/2600056/14, Олзоеву М.О. произведен перерасчет размера страховой пенсии по старости в размере 20126,69 рублей, в том числе, страховой пенсии - 9370,18 рублей и фиксированная выплата (с учетом повышений) 10846,51 рубелей, с 01.04.2024 по бессрочно. Факт нахождения на иждивении одного нетрудоспособного члена семьи подтвержден.
18.09.2024 Олзоевым М.О. дистанционно подано заявление о перерасчете размера пенсии, перерасчете фиксированной выплаты (ч.8 ст.18 № 400-ФЗ). Представлена справка № 1762 от 09.09.2024 о том, что ФИО5, <дата обезличена> г.р., обучается на 1 курсе Института недропользования по очной форме обучения в ФГБОУ ВО «ИрНИТУ» с 01.09.2024 по 01.03.2030.
Распоряжением ОСФР по Иркутской области о перерасчете размера пенсии № 250000021145/М от 22.01.2025 Олзоеву М.О. произведен перерасчет размера страховой пенсии по старости с 01.01.2025 в размере 10260,36 рублей, определен размер фиксированной выплаты к страховой пенсии в сумме 8907,70 рублей, определен размер повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии в сумме 2969,23 рублей. Размер фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии составляет 11876,93 рублей. Суммарный размер страховой пенсии и фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии составляет с 01.01.2025 составляет 22137,29 рублей. Факт нахождения на иждивении нетрудоспособного члена семьи ФИО5, <дата обезличена> г.р., подтвержден.
Согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставляемые из информационных ресурсов Фонда, ФИО5 с 02.04.2024 по 19.07.2024 и с 25.03.2025 по 28.05.2025 работал в ООО «...».
Протоколом о выявлении излишне выплаченных пенсионеру сумм пенсии и социальных выплат ОСФР по Иркутской области от 23.06.2025 № 5126/1, установлен факт излишней выплаты пенсии Олзоеву М.О. за период с 01.04.2025 по 31.05.2025 в сумме 5938,46 рублей, и причиной излишне выплаченных средств пенсионный орган указывает о трудоустройстве лица, находящегося на иждивении.
Согласно истории выплат за период с 01.04.2025 по 31.05.2025 Олзоеву М.О. выплачено 44274,58 рублей.
Согласно расчету излишне выплаченной пенсии от 23.06.2025 к протоколу от 23.06.2025 № 5126 сумма за период с 01.04.2025 по 31.05.2025 составила 5938,46 рублей.
Решением суда судебного участка № 133 Осинского района Иркутской области от 02.10.2025 отказано в удовлетворении исковых требований Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области к Олзоеву М.О. о взыскании излишне выплаченного повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных ОСФР по Иркутской области к Олзоеву М.О. требований о взыскании излишне выплаченной пенсии по случаю потере кормильца, суд первой инстанции, применяя к спорным отношениям положения Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», статей 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт недобросовестности действий (бездействия) Олзоева М.О. в излишне выплаченного повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии.
Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.
Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (пункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которое лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой.
Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.
По смыслу положений пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26 февраля 2018 года № 10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.
Эти нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности в рамках правоотношений, связанных с получением социальной пенсии по случаю потери кормильца.
Опираясь на приведенные нормы материального права, мировой судья обоснованно исходил из того, что в силу положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации на ответчика Олзоева М.О. возможно возложить обязанность возвратить истцу суммы пенсии только при наличии недобросовестности с его стороны. Вместе с тем доказательства, подтверждающие недобросовестность со стороны Олзоева М.О. при получении повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, истцом не представлены.
Таким образом, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначенное Олзоеву М.О. выплаченное ему в спорный период, не может быть возвращено истцу как неосновательное обогащение, пока не будет установлен факт недобросовестности с его стороны, доказываемый при этом истцом.
В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Между тем, доказательств, подтверждающих, что выплата спорной денежной суммы осуществлена в результате недобросовестного поведения Олзоева М.О., совершения каких-либо неправомерных действий с его стороны, направленных на введение пенсионного органа в заблуждение с целью получения указанной выплаты, истцом в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено.
Приведенные ОСФР по Иркутской области в апелляционной жалобе доводы на обязательства ответчика при оформлении выплаты сообщать пенсионному органу об изменении обстоятельств, влекущих за собой прекращение, приостановление выплат пенсий, не могут быть приняты в качестве оснований для отмены обжалуемого решения мирового судьи, поскольку подписание такого обязательства само по себе не свидетельствует о недобросовестности ответчика.
Указанное, не свидетельствует о том, что пенсионным органом надлежащим образом были разъяснены заявителю условия получения пенсии по потере кормильца и прекращения ее выплаты, а также ответственность за не информирование органов пенсионного обеспечения об изменении условий ее назначения.
Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, при разрешении спора мировым судьей дано верное толкование норм материального права, регулирующих спорное правоотношение, и обоснованно отмечено, что по смыслу положений ст. ст. 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение.
Поскольку взыскиваемые денежные суммы являются пенсией и социальной выплатой, то при решении вопроса об их взыскании с гражданина следует исходить из положений п.3 ст.1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому возможность их удержания допускается лишь при наличии недобросовестности гражданина или счетной ошибки.
При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции, изложенные в решении, являются законными и обоснованным, в связи с чем, оснований, предусмотренных ст.330 ГПК РФ, для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке не имеется.
Все выводы мирового судьи подробно мотивированы, подтверждены материалами дела, основаны на полном, всестороннем, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств и полностью соответствуют требованиям действующего законодательства. При этом, суд оценил относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, требования ст.ст.59, 60, 67 ГПК РФ не нарушив.
При таких обстоятельствах суд считает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит оснований для отмены решения суда первой инстанции, - оставлению без удовлетворения.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил:
Заочное решение суда судебного участка № 133 Осинского района Иркутской области от 2 октября 2025 года по гражданскому делу по иску Отделения Фонда пенсионного социального страхования Российской Федерации по Иркутской области к Олзоеву М.О. о взыскании излишне выплаченного повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Настоящее определение вступает в законную силу со дня его принятия.
Судья Осинского районного суда Ж.Р. Силяво