РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
20 августа 2026 года п. Октябрьский
Устьянский районный суд Архангельской области в составе председательствующего судьи Ручьева Н.М., при секретаре Демидкиной В.В., с участием истца Малаховой С.В., представителя истца Некрасовой О.В., представителя ответчика ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» Ильиной О.Б., помощника прокурора Устьянского района Архангельской области Корелиной В.С., рассмотрев в открытом судебном заседании в п. Октябрьский Устьянского района Архангельской области гражданское дело по исковому заявлению Малаховой С.В. к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Устьянская центральная районная больница» о признании незаконными приказов об увольнении и наложении дисциплинарного взыскания, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за дни вынужденного прогула, компенсации морального вреда, установил:
Малахова С.В. обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Устьянская центральная районная больница» (далее – ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ») о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. Уточнив исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), просила признать ее заявление от 22.05.2026 об увольнении, написанным под давлением, признать приказ ... от 25.05.2026 об увольнении и приказ ...-к от 22.05.2026 «О дисциплинарном взыскании» незаконными; восстановить на работе в должности медицинской сестры кабинета врача-дерматовенеролога с 09.06.2026, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с 09.06.2026 по дату фактического исполнения решения суда, компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 50 000 руб., денежные средства в размере 29 465 руб. 90 коп. в счет возмещения (компенсации) расходов по внесению платы за коммунальные услуги (электрическую энергию, тепловую энергию) - социальную выплату за период с марта по май 2026 года.
В обоснование иска указала, что 25.05.2026 главным врачом был издан приказ ... об увольнении истца. С ее стороны намерения уволиться с работы не имелось. Подписание ею 22.05.2026 заявления о предоставлении отпуска с последующим увольнением было для нее вынужденным, поскольку предложение об увольнении поступило со стороны представителей ответчика, под их давлением. 27.05.2026, осознав отсутствие в ее действиях каких-либо нарушений, она обратилась с заявлением об отзыве ранее поданного заявления об увольнении. После обращения в суд ей стало известно об издании в отношении нее приказа ...-к от 22.05.2026 «О дисциплинарном взыскании», с которым она в установленный срок не была ознакомлена. Оспариваемым приказом к ней применено дисциплинарное взыскание в виде выговора. Издание приказа о применении дисциплинарного взыскания в день получения объяснительной записки до истечения установленного законом двухдневного срока является грубым нарушением процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности и лишает работника право на защиту. При наложении взыскания работодателем не учтена тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он совершен. Дисциплинарное взыскание применено 22.05.2026 в тот же день, когда она подвергалась психологическому давлению со стороны комиссии ответчика с целью понуждения к увольнению. Кроме того, приказ не содержит указания в чем именно выразилось ненадлежащее исполнение ее трудовых обязанностей, не указаны дата, время, место и обстоятельства предполагаемого нарушения, не приведены пункты должностной инструкции или трудового договора, которые она нарушила. Истец также относится к категории лиц, имеющих право на социальную выплату в соответствии с Законом Архангельской области от 22.06.2005 № 52-4-03 «О мерах социальной поддержки отдельных категорий квалифицированных специалистов, проживающих и работающих в сельских населенных пунктах, рабочих поселках», однако, за период с марта по май 2026 года вышеуказанные выплаты в размере 29 465 руб. 90 коп. не произведены.
Определением от 20.08.2026 в части требований о взыскании денежных средств в размере 29 465 руб. 90 коп. в счет возмещения (компенсации) расходов по внесению платы за коммунальные услуги (электрическую энергию, тепловую энергию) социальной выплаты за период с марта по май 2026 года, производство по делу прекращено в связи с отказом от иска в данной части.
В судебном заседании истец Малахова С.В. уточненные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что работала в поликлинике ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» медсестрой в кабинете врача-дерматовенеролога ФИО4 До ... года, работая с другим врачом, она совместно с врачом, сдавая ведомость оказанных платных медицинских услуг, получала доплату, с 2024 г. при враче ФИО4 она эту доплату перестала получать, хотя считает, что также участвует в оказании платных услуг. В начале мая 2026 года она, не согласовывая с врачом, предоставила администратору платных услуг бумажку с указанием пациентов, по которым принимала участие в оказании платных медицинских услуг, для приобщения к ведомости врача. По данным сведениям ей произвели доплату. 14.05.2026 у нее с врачом ФИО4 состоялся разговор по указанному факту, где она признала, что без согласования врача - «за ее спиной», оформила доплату, извинилась перед ней. С ...г. она находилась на больничном, вышла на работу 22.05.2026, где узнала, что врачом ФИО4 на нее написана докладная записка по поводу оказания платных медицинских услуг. На рабочее место ее не допустили, отправили работать в кабинет к фельдшеру ФИО1, которая с утра, после звонка заведующей ФИО2, распечатала ей бланк заявления об увольнении и попросила заполнить и отнести ФИО2, указав, что иначе ее уволят по статье. Затем ее вызвали к ФИО2 и в отдел кадров. В отделе кадров она написала объяснительную по докладной врача ФИО4 и отнесла ее главному врачу Янборисову С.П., который сказал, что если не найдут ей места, то надо будет уволиться. Заведующая ФИО2 также сказала ей, что «...». После указанных разговоров она подходила к главной медсестре ФИО10, просила найти ей место для работы, но она отказала. Позже позвонила ФИО2 и потребовала подойти в кабинет главного врача, где собралось руководство больницы. Там она поясняла, что считает, что оказывала платные услуги и соответственно предполагала, что ей положена доплата, поэтому сдала ведомость на оплату. Также предложила перевести ее в терапию, но ей отказали в переводе, сославшись на отсутствие свободных мест. Заместитель главного врача ФИО3 сказала, что «в ...». Она просила дать ей доработать до пенсии, так как она предпенсионер, но ей ответили, что «...». Руководство предложило отпуск с последующим увольнением, чтобы найти работу и не прерывать стаж, и не отпускали из кабинета, пока не дала согласие написать заявление на отпуск с увольнением. В отделе кадров текст заявления на отпуск с увольнением был уже сформулирован, она, находясь в стрессовом состоянии, подписала его, не понимая последствия написания заявления, при этом ей не разъяснялось, что заявление можно отозвать до начала отпуска. О том, что ей вынесен выговор, ей никто не говорил. В тот же день она ходила к врачу ФИО4 извинилась перед ней, просила забрать докладную, чтобы дальше с ней работать и не увольняться, но последняя отказалась. После собрания вернулась в кабинет к ФИО1, которая сказала, что «...». Дома она несколько дней находилась в стрессовом состоянии, у нее поднялось давление. Ее сестра по ее просьбе искала ей работу, но ничего не нашла, поэтому 27.05.2026, узнав, что можно отозвать заявление, вместе с мужем пришла в больницу отзывать заявление на увольнение. Ей отказали. Повторно 04.06.2026 она еще раз обращалась с заявлением об отзыве заявления на увольнение, также было отказано, в связи с чем обратилась в суд. С приказами об увольнении и дисциплинарном взыскании в мае 2026 года ее не знакомили, ознакомлена с ними только 14.07.2026. Считает, что ответчик должен восстановить ее на работе, выплатить ей заработную плату за все время вынужденного прогула со дня увольнения. Незаконное увольнение вызвало у истца эмоциональные страдания. Моральный вред оценивается истцом в сумме 50 000 руб
Представитель истца Некрасова О.В исковые требования и доводы истца поддержала по доводам указанным с иске, а также в уточнениях к нему.
Представитель ответчика Ильина О.Б. в судебном заседании с иском не согласилась, поддержала доводы письменного отзыва, пояснила, что заявление о предоставлении отпуска с последующим увольнением написано истцом собственноручно 22.05.2026, в нем четко выражено волеизъявление на увольнение. Истец после разговора с руководством и сделанного телефонного звонка мужу добровольно написала заявление об увольнении с работы, попыток для отзыва заявления до его реализации не предпринимала, хотя имела для этого реальную возможность. Позднее истец дважды пыталась отозвать заявление 27.05.2026 и 04.06.2026. В силу ч. 4 ст. 127 ТК РФ отзыв заявления при предоставлении отпуска с последующим увольнением возможен строго до дня начала отпуска. Поскольку отпуск начался 26.05.2026, а заявление об отзыве поданы 27.05.2026 и 04.06.2026 у работодателя отсутствовали правовые основания для их удовлетворения. Процедура увольнения и привлечения к дисциплинарной ответственности соблюдена в полном объеме, доводы истца о давлении являются способом уйти от ответственности за дисциплинарный проступок.
Законный представитель (главный врач) ответчика ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» Янборисов С.П. в судебном заседании 06.08.2026 с иском не согласился, поддержал доводы письменного отзыва, пояснил, что 22.05.2026 после 9.00 к нему подошла медицинская сестра Малахова С.В. с письменной объяснительной на докладную врача ФИО4 по поводу подачи документов на оплату платных медуслуг. Малахова С.В. вину в нарушении, указанном в докладной, признала, и он единолично, без сбора комиссии, в первой половине дня вынес ей выговор по указанному поводу. В этот день Малахова С.В. была временно переведена работать к другому врачу, так как на ее месте уже работала другая медсестра, приказ о переводе не издавался, так как хотели определить дальнейшую возможность Малаховой С.В. работать на этом месте в связи с конфликтом с врачом ФИО4 Он посоветовал Малаховой С.В. обратиться к главной медсестре для подыскания возможного места работы. В дальнейшем на рабочем совещании во второй половине дня он довел до коллег информацию о вынесении Малаховой С.В. выговора, инициировал вопрос о возможности ее дальнейшей работы в учреждении, так как у Малаховой С.В. уже были инциденты в ... гг., когда по ... нарушениям ее пожалели и не уволили, а перевели работать в поликлинику, возможность перевода ее на другое место в рамках учреждения отсутствовала. Малахову С.В. пригласили на совещание, на котором она пояснила, что переведется в терапию, но выяснили, что на тот момент там не было мест. При обсуждении возможности Малаховой С.В. работать в больнице давления на нее не оказывалось, высказанное кем-то мнение о том, что при подобных обстоятельствах необходимо уволиться, было субъективным мнением этого человека. Малахова С.В. попросила дать ей время, чтобы устроится в другую организацию, так как в Устьянской ЦРБ такая возможность отсутствовала. Он предложил дать ей отпуск с последующим увольнением для возможности трудоустройства в Устьянском районе, чтобы она не потеряла стаж. На совещании сведения о дисциплинарном взыскании до Малаховой С.В. не доводились.
Участвующий в деле помощник прокурора Устьянского района Корелина В.С. дала заключение об удовлетворении заявленных требований.
Суд, заслушав истца, представителя истца, представителей ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы дела, учитывая показания допрошенных свидетелей, проанализировав и оценив собранные по делу доказательства в соответствии с положением ст. 56 ГПК РФ и ст. 12 ГПК РФ, приходит к следующему.
Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абз. 1, 2 ч. 1 ст. 5 ТК РФ).
Согласно ст. 1 ТК РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности (абз. 1 и 2 ст. 2 ТК РФ).
Частью 1 ст. 9 ТК РФ предусмотрено, что в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.
Трудовые отношения согласно ч. 1 ст. 16 ТК РФ возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с ТК РФ.
Согласно ст. 56 ТК РФ трудовой договор – это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Обязательным для включения в трудовой договор является, в том числе условие о месте работы (абз. 1 и 2 ч. 2 ст. 57 ТК РФ).
Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (ч. 1 ст. 20 ТК РФ).
Статьей 21 ТК РФ определены основные права и обязанности работника. В числе прав работника - право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, иными федеральными законами (абз. 2 ч. 1 ст. 21 ТК РФ).
Указанным правам работника корреспондирует обязанность работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абз. 2 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).
Глава 13 ТК РФ регламентирует прекращение трудового договора.
Статьей 77 ТК РФ установлены общие основания прекращения трудового договора. В их числе согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - расторжение трудового договора по инициативе работника (ст. 80 настоящего Кодекса).
В соответствии с ч. 1 ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
Согласно ст. 37 (ч. 1) Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. В соответствии с данными конституционными положениями работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор с работодателем, предупредив его об этом заблаговременно в письменной форме (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ). При этом адресованное работнику требование предупредить работодателя о своем увольнении не позднее, по общему правилу, чем за две недели (ч. 1 ст. 80 ТК РФ) обусловлено необходимостью предоставить работодателю возможность своевременно подобрать на освобождающееся место нового работника, а закрепленное частью четвертой той же статьи право работника до истечения срока предупреждения об увольнении отозвать свое заявление (если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора) направлено на защиту трудовых прав работника.
Судом установлено, в том числе на основании представленных в материалы дела трудовых договоров, дополнительных соглашений, приказов, что истец Малахова С.В. (ранее Соболева) состояла в трудовых отношениях с ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ».
По условиям трудового договора ... от ...г. Малахова С.В. принята на должность медицинской сестры палатной инфекционного отделения, работа для работника является основным местом работы (п. 1), трудовой договор заключен на период отпуска и больничного листа основного работника (Т.1 л.д. 42).
По трудовому договору ... от ...г. Малахова С.В. принята на должность медицинской сестры палатной инфекционного отделения, работа для работника является основным местом работы (п. 1), трудовой договор заключен на неопределенный срок. Работнику установлена 36-часовая пятидневная рабочая неделя (п. 3.1) (Т.1 л.д. 43).
...г. на основании приказа главного врача ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» ...-к Малахова С.В. переведена на должность медицинской сестры кабинета врача-дерматовенеролога. С ней заключено дополнительное соглашение от ...г., согласно которому Малахова С.В. переводится на новое место работы: медицинская сестра, кабинет врача-дерматовенеролога (Т.1 л.д. 50, 76).
...г. Малаховой С.В. подписано заявление о предоставлении ей ежегодного очередного оплачиваемого отпуска продолжительностью 14 календарных дней с 26.05.2026 по 08.06.2026 с последующим увольнением по собственному желанию (Т.1 л.д. 113).
Приказом главного врача ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» от 26.05.2026 ... прекращено действие трудового договора от ...г. ..., Малахова С.В., медицинская сестра кабинета врача-дерматовенеролога, уволена с работы ...г. на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника). С указанным приказом Малахова С.В. ознакомлена 14.07.2026 (Т.1 л.д. 158).
Приказом главного врача ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» от 07.08.2026 ...-к в приказ ... от 26.05.2026 внесены изменения: дата составления приказа изменена на 25.05.2026, строка о «прекращении трудового договора от ...г. ...» изменена на «прекращении трудового договора от ...г. ...».
27.05.2026 Малахова С.В. обратилась в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» с заявлением об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию от 22.05.2026 (Т.1 л.д. 118).
29.05.2026 Малахова С.В. обратилась в прокуратуру Устьянского района с жалобой о незаконном увольнении (Т.1 л.д. 169).
01.06.2026 в адрес Малаховой С.В. направлен ответ за подписью главного врача ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» об отказе в удовлетворении отзыва заявления от 22.05.2026 по причине пропуска срока, установленного ч. 4 ст. 127 ТК РФ (Т.1 л.д. 119).
04.06.2026 Малахова С.В. повторно обратилась в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» с заявлением об отзыве заявления об отпуске и увольнении от 22.05.2026 (Т.1 л.д. 120).
В ответ на указанное заявление Малаховой С.В. главный врач ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» в письменной форме сообщил об отказе в удовлетворении отзыва заявления от 22.05.2026 по причине пропуска срока, установленного ч. 4 ст. 127 ТК РФ (Т.1 л.д. 121).
30.06.2026 Малахова С.В., полагая свое увольнение незаконным, обратилась в суд с иском к ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ».
Трудовой кодекс Российской Федерации, устанавливающий возможность прекращения трудового договора по инициативе работника (на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника), который при этом действует исключительно своей волей и в своем интересе, не содержит норм о том, что факт понуждения работодателем работника к увольнению по собственному желанию может быть подтвержден любыми средствами доказывания, закон круг таких допустимых доказательств не определяет. Следовательно, вынужденный характер подачи работником заявления об увольнении по собственному желанию может быть подтвержден работником любыми доказательствами.
В пп «а» п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 2) разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).
Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.
Вышеуказанная правовая позиция находит свое отражение в Обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2026) (п. 6, Определение № 5-КГ25-113-К2), № 2 (2023) (п. 16, Определение № 35-КГ22-7-К2), № 2 (2021) (п. 14, Определение № 5-КГПР20-165-К2), утвержденных Президиумом Верховного Суда РФ 01.07.2026, 19.07.2023, 30.06.2021 соответственно.
Из указанной позиции Верховного Суда Российской Федерации следует, что работник вправе оспорить свое увольнение при отсутствии с его стороны добровольного и осознанного волеизъявления на подписание заявления о расторжении трудового договора и прекращение в связи с этим трудовых отношений. При разрешении спора о законности расторжения трудового договора по инициативе работника, в том числе работника, отозвавшего свое заявление об увольнении после того, как его увольнение было фактически произведено, юридически значимым является установление наличия добровольного и осознанного волеизъявления работника прекратить трудовые отношения по собственной инициативе.
Об отсутствии такого добровольного и осознанного волеизъявления со стороны работника могут свидетельствовать такие обстоятельства, как оказание работодателем на работника давления с целью подписания им заявления о расторжении трудового договора, непонимание работником последствий подписания этого заявления.
Вынужденный характер подачи заявления работником об увольнении по собственному желанию также может явствовать из обстановки, в которой работодатель предложил работнику подать такое заявление и которая порождала у работника обоснованные опасения негативных последствий отказа от подачи такого заявления, например наличие манипуляций со стороны работодателя, когда работодатель предлагает работнику уволиться по собственной инициативе или осуществить расторжения трудового договора по инициативе работодателя «по статье», угроза привлечения к дисциплинарной ответственности и другие психологические воздействия работодателя направлении на побуждение работника написать заявление об увольнении по собственному желанию.
Суд обращает внимание, что трудовое законодательство не содержит определенных правил предоставления очередного отпуска с последующим увольнением по инициативе работника, как в случае увольнения Малаховой С.В., между тем правовая природа указанного основания прекращения трудового договора, зависящего от взаимного добровольного волеизъявления двух сторон договора, предполагает необходимость установления того, что каждая из сторон должна выразить согласие на прекращение трудового договора по указанному основанию, соответственно вышеуказанные разъяснения Верховного Суда Российской Федерации о необходимости установления направленности воли работника на прекращение трудового договора применимы и к настоящему случаю расторжения трудового договора.
Федеральный законодатель в ст. 127 ТК РФ предусмотрел, что в случае увольнения работника по своей инициативе, не использовавшего по каким-либо причинам причитающиеся ему отпуска, выплату работнику денежной компенсации за все неиспользованные отпуска (ч. 1), а также допустил возможность предоставления неиспользованных отпусков по письменному заявлению работника с последующим увольнением (за исключением случаев увольнения за виновные действия), определив в качестве дня увольнения последний день отпуска (ч. 2).
Особый порядок реализации права на отпуск при увольнении работника, установленный ч. 1 ст. 127 ТК РФ, является исключением из общего правила. Данная норма, рассматриваемая во взаимосвязи с другими нормами, содержащимися в указанных статьях ТК РФ, представляет собой специальную гарантию, обеспечивающую реализацию конституционного права на отдых для тех работников, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию или по инициативе работодателя и по различным причинам на момент увольнения своевременно не воспользовались своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск.
При предоставлении работнику отпуска с последующим увольнением днем увольнения считается последний день отпуска. Однако все расчеты с работником производятся до ухода работника в отпуск, так как по его истечении стороны уже не будут связаны обязательствами.
Согласно п. 4 ст. 127 ТК РФ при предоставлении отпуска с последующим увольнением при расторжении трудового договора по инициативе работника этот работник имеет право отозвать свое заявление об увольнении до дня начала отпуска, если на его место не приглашен в порядке перевода другой работник.
Как следует из искового заявления, уточнений к нему и объяснений истца, являющихся доказательством по делу в силу положений ст. 55 ГПК РФ, истец не имела намерения увольняться, заявление об увольнении от 22.05.2026 собственноручно не писала, ею был подписан готовый напечатанный работодателем бланк, в котором нужно было только расписаться, написание ею заявления явилось результатом давления со стороны руководства ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» в связи с претензиями по ее работе, которое не допустило ее до работы на своем рабочем месте, указало ей о нежелании врача работать с ней, отсутствии других свободных рабочих мест и о том, что если она не уволится по собственному желанию, то будет уволена по другому основанию, все последующие ее действия по отзыву заявления свидетельствовали об отсутствии у нее желания прекращать трудовые отношения по своей инициативе.
В судебном заседании законный представитель ответчика - главный врач ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» Янборисов С.П. не отрицал, что в связи с выявленными нарушениями со стороны Малаховой С.В. трудовых обязанностей, нежелания врача работать с ней, Малахова С.В. 22.05.2026 по инициативе работодателя была переведена работать к другому врачу, ей предлагалось через главную медсестру подыскать другое место работы в Устьянской ЦРБ, а при отсутствии такового - в другой организации, для чего ей был предоставлен отпуск с последующим увольнением.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО4 показала, что работает с ... года в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» врачом-дерматовенерологом, также в кабинете врача-дерматовенеролога с ней работала медицинской сестрой Малахова С.В. С ... года она по дополнительному соглашению оказывает платные медицинские услуги самостоятельно без участия медсестры, о чем Малаховой С.В. было известно. По платным услугам она ежемесячно предоставляет ведомость для оплаты. В мае ... года она выяснила, что Малахова С.В. без ее ведома и в ее отсутствие сдала для оплаты администратору платных услуг поликлиники ведомость за апрель ... года на себя по оказанным платным услугам в виде листочка бумаги с указанием пациентов, хотя участия в оказании данных платных услуг не принимала, в связи с чем между ними ...г. состоялся разговор, где Малахова С.В. извинилась перед ней по данному поводу. Указанный случай она хотела вместе с Малаховой С.В. разобрать с руководством, но Малахова С.В. ...г. ушла на больничный, в связи с чем она представила заведующей докладную на имя главного врача, а также написала заявление о замене медсестры, так как вместе с Малаховой С.В. работать отказывалась. После больничного ...г. Малахова С.В. пришла утром в ее кабинет, но ей было сказано, что она сегодня здесь не работает, так как работает другая медсестра, а ей нужно явиться к заведующей, либо к старшей медсестре для того, чтобы там решить вопрос по поводу докладной. Во второй половине дня Малахова С.В. подошла к ней и попросила забрать докладную, пояснив, что иначе ее уволят. Она отказалась забирать докладную, указав на серьезность ситуации, рекомендовала вопрос увольнения решать с руководством.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО1 показала, что работает в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» фельдшером, старшей медицинской сестрой поликлиники. ...г. Малахова С.В. в связи с ситуацией с докладной была направлена работать в её кабинет. Примерно в 9:15 позвонила заведующая поликлиникой ФИО2 и попросила пригласить Малахову С.В. к себе в кабинет. Затем был звонок из отдела кадров, куда также пригласили Малахову С.В. - для ознакомления с докладной и для написания объяснительной. Впоследствии при встрече с ФИО2 она узнала, что вопрос о дальнейшей работе Малаховой С.В. в поликлинике будет решаться в 14:00. Как она поняла, речь шла либо о переводе Малаховой С.В. на другое место, либо о прекращении её работы в поликлинике. После того как Малахова С.В. ушла к ФИО2, она её больше не видела.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО2 показала, что работает в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» заместителем главного врача по поликлинической работе. В мае ... года к ней с докладной на имя главного врача обратилась врач-дерматовенеролог ФИО4 по поводу предоставления Малаховой С.В. ложных сведений об оказании платных услуг медсестры, а также указала, что не хочет продолжать с ней работать из-за неоднократных замечаний к работе Малаховой С.В. На основании докладной врача ФИО4 она также написала докладную по Малаховой С.В. на имя главного врача. С учетом указанных обстоятельств, Малахова С.В., выйдя 22.05.2026 на работу после больничного, была временно переведена в кабинет к фельдшеру ФИО1 Затем она пригласила Малахову С.В. к себе на беседу, чтобы выяснить обстоятельства, которые были изложены в докладной врача ФИО4 Малахова С.В. при разговоре не осознавала, что совершила подлог и обман врача и больницы, считала, что ничего страшного не произошло. В целях недопущения подобных случаев впредь разговор был жёстким: Малаховой С.В. было доведено, что на неё постоянно поступают докладные, доверия у врача к ней нет, врач отказывается с ней работать, никто с ней работать не хочет, и был поставлен вопрос о её дальнейшей работе. Малахова С.В. предложила перевести её на любое другое место. К фельдшеру ФИО1 она была переведена временно, у других врачей уже были медсестры. Ей было рекомендовано переговорить с врачом ФИО4, попросить прощения и попытаться решить вопрос о дальнейшей совместной работе. Однако поскольку врач отказывалась работать с Малаховой С.В., было принято решение о проведении разговора со всем руководством для определения дальнейшей ее работы. Малахова С.В. была приглашена на рабочее совещание у главного врача. Без какого-либо психологического давления ей пояснили, что она нарушила трудовые обязанности, спросили, почему так произошло и как она планирует работать дальше, учитывая, что ранее проводимые профилактические беседы по другим докладным результата не дали. Малахова С.В. сообщила, что искала возможность перевода и нашла место в терапии. Ей ответили, что вакантных мест в больнице нет, и предложила поговорить с врачом ФИО4 и помириться. Малахова С.В. сама предложила предоставить ей отпуск, чтобы она могла найти другую работу, поскольку свободных мест в больнице нет и, по всей видимости, придётся увольняться. Несмотря на то, что по графику отпусков её очередной отпуск был позже, ей разрешили взять отпуск. В тот момент Малахова С.В. была на эмоциях и написала заявление на отпуск с последующим увольнением. Она предполагала, что Малахова С.В. после того, как эмоции улягутся, заберет заявление через две недели и вернётся. Вопрос о дисциплинарном взыскании на рабочем совещании с Малаховой С.В. не обсуждался, поскольку на тот момент ей уже был вынесен выговор.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО3 показала, что работает в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» заместителем главного врача по медицинской части. В мае 2026 года по докладной врача ФИО4 было установлено, что Малахова С.В. подала документы на оплату платных услуг, в оказании которых фактически не участвовала. Специальная комиссия по этому факту не создавалась. 22.05.2026 Малахова С.В. вышла с больничного, и выяснилось, что врач отказывается с ней работать и не доверяет ей, поскольку Малахова С.В. присвоила не принадлежащие ей денежные средства. В рамках рабочего совещания в кабинете главного врача, где решались текущие производственные вопросы, было принято решение также поговорить с Малаховой С.В. о том, как она видит своё место в коллективе больницы, что намерена делать дальше и куда хотела бы перейти, учитывая, что на неё уже неоднократно поступали жалобы. Перед приходом Малаховой С.В. главный врач озвучил, что в отношении неё вынесен приказ о дисциплинарном взыскании. Придя в кабинет, Малахова С.В. пояснила, что хочет перейти работать в терапию, однако ей было отказано в связи с отсутствием там мест. Малахова С.В. попросила предоставить ей отпуск на две недели для поиска нового места работы и последующего увольнения. Ей был предоставлен отпуск с последующим увольнением.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО5 показала, что работает в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» специалистом по кадрам. 22.05.2026 Малаховой С.В., вышедшей на работу после больничного, было предложено написать объяснительную по докладной врача ФИО4 После написания объяснительная вместе с документами была передана на подпись главному врачу. После обеда главный врач собрал сотрудников у себя в кабинете по производственным вопросам, в рамках совещания был также проведён разговор с Малаховой С.В. Она пояснила, что ей необходимо взять отпуск для поиска работы с последующим увольнением. После разговора они вместе с Малаховой С.В. спустились в отдел кадров, где она распечатала заявление на отпуск с последующим увольнением. В процессе она разъяснила Малаховой С.В. положения трудового кодекса, а также обратила внимание, что 25.05.2026 будет последним рабочим днём и возможности отозвать заявление в течение отпуска не будет. В этот момент Малахова С.В. переписывалась с мужем по телефону и советовалась с ним, после чего пояснила, что муж рекомендовал подписать заявление, так как работать в больнице ей всё равно не дадут. Она подписала заявление и ушла. Поскольку 22.05.2026 была пятница, для своевременного расчёта Малаховой С.В. и направления сведений в СФР ей было предложено и ею были написаны два заявления: одно - на отпуск за свой счёт с 25.05.2026, другое - на отпуск с последующим увольнением с 26.05.2026. Приказ о дисциплинарном взыскании Малаховой С.В. был подготовлен после совещания. Ознакомить Малахову С.В. с приказом в этот день не удалось, так как её не обнаружили на рабочем месте, о чём комиссией был составлен акт. При этом на телефон Малаховой С.В. не звонили.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО6 показала, что работает в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» заместителем главного врача по кадрам. 27.05.2026 Малахова С.В. пришла в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» вместе с мужем с заявлением об отзыве заявления об увольнении, пояснила, что других мест работы она не нашла, поэтому хочет отозвать заявление и продолжить работать в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ». Малаховой С.В. было предложено пройти в отдел кадров и забрать трудовую книжку, подписать приказы об увольнении и о дисциплинарном взыскании, на что Малахова С.В. выразила отказ.
Допрошенный в качестве свидетеля ФИО7 показал, что является супругом Малаховой С.В. 22.05.2026 утром супруга ушла на работу и отправила ему на телефон сообщение о том, что на неё написаны две докладные и если главная медсестра не найдёт ей место в больнице, то ей придётся увольняться - ей даже уже распечатали бланк заявления на увольнение. Он приехал к ней в больницу. В это время супруга находилась у заведующей ФИО2 в слезах. ФИО2 сказала ему, чтобы он забирал жену, так как «...». Вместе с женой они пошли к главной медсестре ФИО10 узнать, есть ли какие-то свободные места, но выяснилось, что мест нет. После этого он уехал. Позже жена сообщила ему, что её вызывали к начальству и сказали, что если не явится в течение десяти минут, её уволят по статье. Во время разговора на неё оказывали давление, говорили, что её нужно уволить, так как на это место претендует ... человек. Вечером, вернувшись с работы домой, он обнаружил жену в стрессовом состоянии, у неё поднялось давление. В выходные сестра Малаховой С.В. пыталась найти ей новую работу, но ничего не нашла. В понедельник он пошел к адвокату проконсультироваться, адвокат посоветовал отозвать заявление на увольнение, но они опоздали, так как 27.05.2025, когда они обратились в больницу с отзывом заявления, им было отказано в связи с пропуском срока. Они с супругой не знали, что можно отозвать заявление, в больнице 22.05.2026 супруге ничего не разъяснили.
Из вышеуказанных пояснений сторон и показаний свидетелей установлено, что в связи с предоставлением докладных записок от врача-дерматовенеролога ФИО4, в том числе и по причине нежелания работать с Малаховой С.В., 22.05.2026 Малахова С.В. не была допущена к работе на своем рабочем месте, указанном в трудовом договоре, переведена без оформления в кабинет фельдшера ФИО1 В последующем была вызвана в отдел кадров, где написала объяснительную по докладной врача ФИО4, отнесла ее главному врачу, где в ходе разговора ей было предложено через главную медсестру найти другое место работы в Устьянской ЦРБ. По результатам разговора Малахова С.В. обращалась к главной медсестре с просьбой найти ей другое место работы в больнице, но получила отказ. Также в этот же день она была вызвана в кабинет заведующей поликлиники ФИО2, где ей также было указано о невозможности ее работы с врачом-дерматовенерологом ФИО4 и отсутствие иных мест в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» для ее постоянного перевода, указано на необходимость самостоятельно разрешить вопрос с врачом ФИО4 Врач-дерматовенеролог ФИО4 ответила отказом Малаховой С.В. на просьбу разрешить конфликт без увольнения с работы, указав, что вопрос об увольнении необходимо решать с руководством. В дальнейшем на рабочем совещании Малаховой С.В. руководством больницы коллективно было указано на нарушения с ее стороны трудовых обязанностей и невозможности ее работы в больнице, в связи с чем, несмотря на высказывание Малаховой С.В. желания продолжить работать в ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» до выхода на пенсию, указали на необходимость самостоятельного поиска иного места работы посредством предоставления отпуска с последующим увольнением по собственному желанию. Сразу после рабочего совещания в отделе кадров Малаховой С.В., находящейся в стрессовом состоянии, «на эмоциях», подготовили заявление о предоставлении очередного отпуска с последующим увольнением, который она подписала. При этом до Малаховой С.В. не была доведена информация о вынесении в отношении ее приказа о дисциплинарном взыскании в виде выговора.
При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что действия Малаховой С.В. при написании 22.05.2026 заявления о предоставлении ей ежегодного очередного оплачиваемого отпуска с последующим увольнением не являлись добровольными в части увольнения по собственному желанию.
Делая указанные выводы, суд, в результате оценки совокупности имеющихся в деле доказательств учитывает, что у Малаховой С.В. не имелось добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с ответчиком, который фактически выступал инициатором увольнения Малаховой С.В. и в результате последовательных действий склонил истца к подписанию заявления о расторжении трудового договора, поставив в условия невозможности продолжения работы на своем рабочем месте при отсутствии предложения других мест работы и наличия у Малаховой С.В. явствующих из обстановки обоснованных опасений относительно негативных последствий отказа подписать заявление. При отсутствии волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию фактически имеет место прекращение трудового договора не по инициативе работника, а по инициативе работодателя.
Работодатель вправе обсуждать с работником, в том числе вопрос увольнения, а также проводить разъяснительную работу с последним об ответственности за неисполнением должностных обязанностей. Однако реализация вышеуказанных полномочий работодателем не должна использоваться им в качестве административного ресурса (угрожающих целях, в целях давления) к работнику как наиболее слабой стороне в данных правоотношениях с целью побуждения, склонения последнего, к каким-либо действиям, не основанных на его волеизъявлении, но выгодных работодателю.
Кроме того, оценивая доводы истца об отсутствии у нее намерения увольняться по собственному желанию, суд принимает во внимание последовательные пояснения Малаховой С.В. о том, что она является предпенсионером, для выхода на пенсию по льготным основаниям необходимо доработать соответствующий стаж, она прошла в начале ... года курсы повышения квалификации, имеет двоих детей ... и ... года рождения, сын имеет заболевание, необходимо приобретение дорогостоящих лекарств, дочь с ноября ... года проходит дорогостоящее лечение у ..., заработной платы мужа не хватает для покрытия всех расходов, в связи с чем она нуждается в работе и дополнительном доходе, в подтверждение чего представила документы по наличию заболевания у сына и оплате лекарства стоимостью ... руб., а также план лечения дочери в ... клинике общей стоимостью ... руб. (Т.1 л.д. 146-153).
Суд также учитывает, что указанное заявление было подписано Малаховой С.В. в стрессовой ситуации в первый день выхода на работу после больничного, после проведения с ней в течении одного дня неоднократных бесед руководством больницы, содержание которых сводилось к невозможности продолжения ее работы на своем рабочем месте, без предоставления времени обдумать последствия написания заявления.
При этом располагая сведениями о нежелании Малаховой С.В. увольняться по собственному желанию для доработки необходимого стажа для выхода на пенсию, что следовало из ее поведения в ходе неоднократных встреч с руководством, высказывания ею просьбы подыскать место работы, ответчиком, тем не менее, проигнорировано отсутствие воли Малаховой С.В. на подписание заявления об увольнении по собственному желанию.
Кроме того, ответчиком истцу не предлагалось отработать двухнедельный срок, в течение которого истец могла подыскать себе новое место работы и имела бы право отозвать свое заявление в соответствии с ч. 4 ст. 80 ТК РФ, также не были разъяснены последствия написания заявления о предоставлении очередного отпуска с последующим увольнением по собственному желанию, право отозвать свое заявление и сроки совершения указанного действия в соответствии с ч. 4 ст. 127 ТК РФ. Истец была уволена с предоставлением минимального срока для осознания последствий написания заявления, в связи с чем Малахова С.В. была лишена возможности своевременно отозвать свое заявление об увольнении при отсутствии иных мест работы, в целях чего работодателем и предоставлялся отпуск. Указанное обстоятельство также свидетельствует о заинтересованности работодателя в увольнении работника.
Вопреки доводам ответчика, работодателем не опровергнуто, что заявление об увольнении было составлено в стрессовой ситуации, вызванной конфликтом между сторонами, у истца не было намерения прекратить трудовые отношения, о чем, в том числе, свидетельствует подача заявлений на отзыв заявления об увольнении 27.05.2026 и 04.06.2026, 29.05.2026 в прокуратуру (Т.1 л.д. 169) и 30.06.2026 искового заявления в суд, которые были обусловлены несогласием с принятым работодателем решением о расторжении трудового договора по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.
Из представленных истцом скриншотов ее переписки с и.о. председателя первичной профсоюзной организации больницы ФИО8, следует, что Малахова С.В. сообщала о давлении на нее при увольнении при ее нежелании превращать трудовые отношения (Т.1 л.д. 161-163).
Также суд принимает во внимание, что приказ ... от 25.05.2026 указывает на расторжение с истцом трудового договора ... от 24.10.2012, при этом из пояснений представителя ответчика Ильиной О.Б. следует, что указанный трудовой договор в учреждении отсутствует, в связи с чем в приказ ... от 25.05.2026 приказом ...-к от 07.08.2026 внесены изменения, вместо «трудового договора от 24.10.2012 ...» указано на расторжение с истцом трудового договора от 24.08.2007 .... Вместе с тем по условиям трудового договора ... от 24.08.2007 Малахова С.В. принималась на работу временно, на период отпуска и больничного листа основного работника (Т.1 л.д. 42), а на основное место работы на неопределенный срок Малахова С.В. принята по трудовому договору ... от 06.08.2008 (Т.1 л.д. 43). Следовательно, приказом ... от 25.05.2026 прекращено действие временного трудового договора.
Ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ, надлежащей совокупностью относимых и допустимых доказательств, отвечающих критериям достоверности и достаточности, факт выражения работником добровольного и осознанного волеизъявления на увольнение по собственному желанию 22.05.2026 не подтвержден.
С учетом установленным обстоятельств, реализуя принцип защиты прав и интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, учитывая не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя, суд приходит к выводу о том, что в связи с отсутствием волеизъявления истца на увольнение на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, увольнение истца нельзя признать законным, вследствие чего, требования истца о восстановлении на работе подлежат удовлетворению, в связи с чем приказ ответчика от 25.05.2026 ... об увольнении истца по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ подлежит признанию незаконным, а истец подлежит восстановлению на работе в должности медицинской сестры в кабинете врача-дерматовенеролога ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» с 09.06.2026.
В соответствии со ст. 211 ГПК РФ решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.
Положениями ст. 234 ТК РФ установлено, что работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
Это положение закона согласуется с ч. 2 ст. 394 ТК РФ, в силу которой в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
Из приведенной правовой нормы следует, что выплата работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула связана с незаконностью увольнения.
По смыслу ч. 2 ст. 394 ТК РФ взыскание среднего заработка за время вынужденного прогула является способом возмещения не полученной работником заработной платы.
Статьей 139 ТК РФ установлен единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).
Аналогичные положения содержаться в п. 4. Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 № 540.
В соответствии с вышеуказанными требованиями расчет среднего заработка истца производится за период с 09.06.2026 по 20.06.2026.
Согласно трудовому договору ... от 06.08.2008 для истца установлена пятидневная рабочая неделя.
Согласно производственному календарю для 5 дневной рабочей недели период вынужденного прогула с 09.06.2026 по 20.06.2026 составил 52 рабочих дня.
Средний дневной заработок истца составил ... руб., что подтверждается расчетом среднедневного заработка (Т.1 л.д. 96), представленным стороной ответчика и не оспаривается стороной истца. Указанный расчет проверен судом и признается верным.
Поскольку увольнение истца судом признано незаконным, в пользу Малаховой С.В. с ответчика подлежит взысканию средний заработок за все время вынужденного прогула с 09.06.2026 по 20.06.2026 в размере 79 718,60 руб. (...).
Взыскиваемые судом с ответчика в пользу истца Малаховой С.В. денежные средства не подлежат уменьшению на сумму налога на доходы физических лиц (далее - НДФЛ), поскольку на основании ст. 226 Налогового кодекса Российской Федерации удержание этого налога является обязанность работодателя, как налогового агента, а не суда, как органа, рассматривающего индивидуальный трудовой спор, при выплате истцам присужденных денежных средств работодатель в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации должен будет произвести удержание НДФЛ самостоятельно, поскольку присужденные истцам выплаты в п. 3 ст. 217 НК РФ не включены, следовательно сумма НДФЛ, подлежит удержанию ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» при выплате Малаховой С.В. присужденных денежных средств.
Также истцом заявлено требование о признании незаконным приказа главного врача ГБУЗ АО «Устьянская ЦРБ» ...-к от 22.05.2026 «О дисциплинарном взыскании».
В ст. 192 ТК РФ установлены дисциплинарные взыскания за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.
Дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, невыполнение трудовых функций, то есть за дисциплинарный проступок.
Обстоятельствами, которые требуется доказать при совершении дисциплинарного проступка, являются:
- неисполнение или ненадлежащее исполнение работником трудовых обязанностей, возложенных на него в соответствии с трудовым законодательством, соглашениями, локальными нормативными правовыми актами и трудовым договором;
- вина работника в неисполнении или ненадлежащем исполнении возложенных на него трудовых обязанностей;
- неправомерность действий (бездействия) работника;
- наличие причинной связи между совершенными работником виновными и неправомерными действиями (бездействием) и нарушением или ненадлежащим исполнением возложенных на него трудовых обязанностей.
В связи с изложенным дисциплинарный проступок может быть определен как совершение работником виновного и неправомерного действия (бездействия), которое находится в причинной связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на него с соблюдением требований законодательства трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил), а для принятия работодателем решения о привлечении работника к дисциплинарной ответственности необходимо установить обстоятельства совершения дисциплинарного проступка, то есть дату, время, место, существо события дисциплинарного проступка, допущенного работником. Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности.
При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
В соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума ВС РФ № 2 обязанность доказать совершение работником проступка и соблюдения порядка применения дисциплинарного взыскания возлагается на работодателя. Следовательно, на работодателе лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к объявлению дисциплинарного взыскания, в действительности имело место и могло являться основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Из содержания приказа ...-к от 22.05.2026 «О дисциплинарном взыскании» следует, что к медицинской сестре кабинета врача-дерматовенеролога применено дисциплинарное взыскание в виде выговора (п. 1). При этом данные о работнике (ФИО), в отношении которого применено дисциплинарное взыскание отсутствуют.
В п. 3 приказа указывается на необходимость составления соответствующего акта в случае отказа Малаховой С.В. ознакомиться с данным приказом.
Основанием для вынесения приказа указывается на докладную заместителя главного врача по поликлинической работе ФИО2 от 15.05.2026.
С приказом ...-к от 22.05.2026 Малахова С.В. ознакомлена 14.07.2026, что подтверждается отметкой на копии приказа (Т.1 л.д. 156).
В судебном заседании истец пояснила суду, что она не понимает, за какие конкретные нарушения она привлечена к дисциплинарной ответственности.
Как следует из материалов дела врачом-дерматовенерологом ФИО4 15.05.2026 заместителю главного врача по поликлинической работе ФИО2 представлена докладная на имя главного врача о необходимости провести служебную проверку по факту неправомерных действий медицинской сестры Малаховой С.В., выразившихся в подаче без ведома и согласия врача сведений за апрель 2026 года о начислении ей денежных средств за платные медицинские услуги, фактически оказанные врачом. При этом участия в оказании платных услуг Малахова С.В. не принимает.
В этот же день заместителем главного врача по поликлинической работе ФИО2 на основании докладной врача ФИО4 подготовлена от своего имени на имя главного врача докладная о предоставлении Малаховой С.В. в кабинет платных услуг заведомо ложной ведомости за апрель 2026 года об участии в платных приемах врача-дерматовенеролога ФИО4, в которых Малахова С.В. участия не принимает. Ведомость на платные услуги оформлена ненадлежащим образом, без подписи врача, подтверждающего данную работу, что не принято во внимание администратором кабинета платных услуг, ведомость сдана в работу, медсестре Малаховой С.В. начислена и выплачена заработная плата. Принять меры дисциплинарного характера к медсестре Малаховой С.В. (Т.1 л.д. 101).
В соответствии с резолюцией главного врача на докладной ФИО2 специалистом по кадрам ФИО5 у Малаховой С.В. 22.05.2026 взято письменное объяснение.
Из письменного объяснения Малаховой С.В. от 22.05.2026 (Т.1 л.д. 103) следует, что ранее Малахова С.В. с врачом ФИО9 подавала ведомости по платным услугам вместе. В связи с чем она написала на бумажке себя и отнесла в платные услуги сведения только на тех пациентов, по которым принимала участие: выписывала справки, записывала на прием, заверяла амбулаторную карту, осуществляла уборку кабинета. Она не хотела подставлять врача, ей очень стыдно, просит прощения. Готова вернуть всю сумму, которая была получена. Перед врачом ФИО4 извинилась. Думала, что она с врачом вместе принимают участие, как было раньше.
Согласно резолюции главного врача на письменном объяснении Малаховой С.В. от 22.05.2026 специалисту по кадрам ФИО5 поручалось объявить Малаховой С.В. «выговор».
Согласно выписке из протокола ... заседания первичной профсоюзной организации от 22.05.2026 (Т.1 л.д. 105) первичная профсоюзная организация в составе и.о. председателя ФИО8 в присутствии 4 человек (без указания) на основании уведомления главного врача ... от 22.05.2026 (Т.1 л.д. 106) согласовала проект приказа «О дисциплинарном взыскании» в отношении Малаховой С.В.
Между тем, проанализировав указанный приказ ...-к от 22.05.2026 «О дисциплинарном взыскании» с учетом вышеуказанных норм ТК РФ и разъяснений Верховного суда РФ, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый приказ не содержит данных о работнике (ФИО), который привлекается к дисциплинарной ответственности, также отсутствует указание на конкретный дисциплинарный проступок, явившийся поводом для применения такой меры дисциплинарного взыскания как выговор, дату, время, место совершения проступка, отсутствует указание на то, в чем конкретно заключалось нарушение, сведения о том, какие именно пункты должностной инструкции, трудового договора, правил внутреннего трудового договора или иного нормативного акта были нарушены работником, что не позволяет достоверно установить состав дисциплинарного проступка, совершение которого вменено истцу, а потому суд лишен возможности проверить конкретные обстоятельства вменяемого истцу дисциплинарного проступка.
Представленные ответчиком в ходе судебного разбирательства дополнительно к ранее представленным материалам копии приказа ... от 18.05.2026 «О проведении служебной проверки» и Акта служебной проверки от 22.05.2026 не устраняют вышеуказанные нарушения при вынесении приказа ...-к от 22.05.2026 «О дисциплинарном взыскании» и не свидетельствуют о том, что в действительности имел место дисциплинарный проступок, кроме того они не согласуются с объяснениями главного врача Янборисова С.П. и показаниям свидетелей ФИО2, ФИО3 в судебном заседании о том, что специальная комиссия по поводу проверки факта подачи Малаховой С.В. заведомо ложной ведомости за апрель 2026 года об участии в платных приемах врача-дерматовенеролога ФИО4 не создавалась, приказ о дисциплинарном взыскании вынесен единолично главным врачом 22.05.2026 после получения от Малаховой С.В. письменных объяснений на основании формального призвания Малаховой С.В. вины.
Суд отмечает, что в рамках докладной врача-дерматовенеролога ФИО4 фактически какой-либо служебной проверки по факту неправомерных действий медицинской сестры Малаховой С.В. не проводилось. Сведения Малаховой С.В. в письменных объяснениях, об оказании платных услуг поименованных ею по пяти пациентам, указанных в переданной Малаховой С.В. ведомости, не проверялись, документация по указанным пациентам не запрашивалась, в связи с чем нельзя достоверно сделать вывод о неучастии Малаховой С.В. в платных приемах врача-дерматовенеролога, либо нарушении каких-либо функциональных обязанностей, установленных трудовым договором, правилами внутреннего трудового распорядка, требованиями должностной инструкции или иного нормативного акта. Указанные обстоятельства приказом ... от 18.05.2026 «О проведении служебной проверки» и Актом служебной проверки от 22.05.2026 не подтверждаются.
При этом ответчиком не принято во внимание, что Малаховой С.В. в письменных объяснениях от 22.05.2026 указывалось лишь на признание вины перед врачом-дерматовенерологом ФИО4 по предоставлению сведений об участии в платных приемах без ее согласия и без ее ведома, но не в оказании платных услуг.
Суд также учитывает, что ответчиком не подтверждено ознакомление Малаховой С.В. с приказом ... от 18.05.2026 «О проведении служебной проверки» и Актом служебной проверки от 22.05.2026. На заседание комиссии Малахова С.В. не приглашалась, результаты проведенного служебного расследования до нее не доводились.
При этом, к компетенции суда, являющегося органом по разрешению трудовых споров, относится проверка законности дисциплинарного взыскания в связи с неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, а не принятие самостоятельного решения о наличии у ответчика возможности применить дисциплинарное взыскание к работнику по названному работодателем основанию, самостоятельному установлению обстоятельств совершения дисциплинарного проступка, времени его совершения, определению вида нарушений работником условий трудового договора, правил внутреннего трудового распорядка и требований должностных инструкций или иного нормативного акта.
Следовательно, существо дисциплинарного взыскания в обязательном порядке должно быть отражено в приказе о наложении дисциплинарного взыскания. Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. Обратное лишает возможности работника дать объяснение по поводу вменяемого ему дисциплинарного проступка, защищать свои права.
При этом, дисциплинарный проступок, за который работник может быть привлечен к дисциплинарной ответственности, не может характеризоваться как понятие неопределенное, приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности должен содержать подробное описание места, времени, обстоятельств совершения работником дисциплинарного проступка, четкую и понятную для работника формулировку вины во вменяемом ему работодателем дисциплинарном проступке, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке, в связи с чем, недоказанность совершения истцом в пределах, наделенных им ответчиком функциональных обязанностей конкретных виновных действий, свидетельствует о незаконности привлечения работника к дисциплинарной ответственности, в связи с чем приказ ...-к от 22.05.2026 «О дисциплинарном взыскании» подлежит призванию незаконным и отмене.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В ТК РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (ст.ст. 151, 1101 ГК РФ).
В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и (индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).
Согласно п. 63 постановления Пленума ВС РФ № 2, в силу ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и ст. 237 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.
Учитывая, что по настоящему делу установлен факт незаконного увольнения истца с работы, а также незаконного применения дисциплинарного взыскания, потому суд приходит к выводу о применении положений ст. 237 ТК РФ и взыскании в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав работника.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд исходит из степени нравственных страданий истца, связанных с его индивидуальными особенностями, степени вины ответчика, выразившейся в незаконном склонении истца в подаче им заявления об увольнении по собственному желанию и как следствия увольнения, незаконного применения дисциплинарного взыскания, перенесенных нравственных переживаний в связи с лишением ее права на труд, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, в том числе ее семейное положение, учитывает требования разумности и справедливости, в связи с чем суд определяет размер компенсации морального вреда в размере 10 000 руб. и взыскивает указанную сумму с ответчика. По мнению суда, данная сумма компенсации соразмерна допущенным ответчиком нарушениям трудовых прав истца.
Поскольку истцом заявлялись требования, как неимущественного характера, так и требования имущественного характера, то в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, установленная как для исковых заявлений имущественного характера, так и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера, что составит 7 000 руб. (4 000 руб. - за требования имущественного характера, 3 000 руб. - за требование неимущественного характера).
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования Малаховой С.В. к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Устьянская центральная районная больница» удовлетворить.
Признать незаконным и отменить приказ государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Устьянская центральная районная больница» ... от 25 мая 2026 года (в редакции приказа ...-к от 07.08.2026) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) в отношении Малаховой С.В. по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника).
Признать незаконным и отменить приказ государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Устьянская центральная районная больница» ...-к от 22 мая 2026 года «О дисциплинарном взыскании».
Возложить на государственное бюджетное учреждение здравоохранения Архангельской области «Устьянская центральная районная больница» обязанность восстановить Малахову С.В. на работе в государственном бюджетном учреждении здравоохранения Архангельской области «Устьянская центральная районная больница» в должности медсестры кабинета врача-дерматовенеролога с 9 июня 2026 года.
Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Устьянская центральная районная больница» (ИНН ...) в пользу Малаховой С.В. (паспорт серии ...) средний заработок за время вынужденного прогула за период с 9 июня 2026 года по 20 августа 2026 года в размере 79 718 рублей 60 копеек с удержанием при выплате налога на доходы физических лиц, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.
Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Устьянская центральная районная больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 000 рублей.
Решение суда в части восстановления Малаховой С.В. на работе подлежит немедленному исполнению.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Архангельском областном суде в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Устьянский районный суд.
Судья Н.М. Ручьев
Мотивированное решение принято 3 сентября 2026 года (22, 23, 29, 30 августа 2026 года – выходные дни).