РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11 февраля 2026 года п.Ики-Бурул
Приютненский районный суд Республики Калмыкия в составе председательствующего судьи Бадмаева Б.В., при секретаре судебного заседания Олюшевой К.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Манжиева Виктора Андреевича к Публичному акционерному обществу «Совкомбанк» о возмещении убытков, связанных с оплатой стоимости услуг, взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов, установил:
Манжиев В.А. обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Совкомбанк» (далее – ПАО «Совкомбанк», Банк). В обоснование заявленных требований истец указал, что 13 сентября 2023 года он заключил с ПАО «Совкомбанк» договор потребительского кредита <номер> для оплаты стоимости автомобиля Geely Coolray, приобретаемого у ООО «Арконт М» по договору купли-продажи №МД100002515 по цене 2 210 000 рублей. По условиям договора ему предоставлены кредитные денежные средства в размере 1 508 869 руб. на срок 36 месяцев под 8% годовых. Вместе с тем в соответствии с условиями кредитования ему были навязаны дополнительные платные услуги. Так, из полученных кредитных средств была произведена оплата автомобиля в размере 1 105 000 руб., 97 869 руб. переведены в СПАО «Ингосстрах», 306 000 руб. - в ООО «Д.С.Авто». Соответственно размер полученного кредита вырос на 403 869 руб. при отсутствии заинтересованности истца в заключении дополнительных услуг. В данных дополнительных услугах он не нуждался, приобретать их не намеревался. Вся информация указана самим ответчиком в договоре без предоставления истцу возможности отказаться или изменить сумму кредита, уменьшив ее на стоимость дополнительных услуг. Данный факт свидетельствует о навязывании истцу дополнительных услуг. Сумма кредита в размере 1 508 869 руб. включает в себя, в том числе, стоимость всех дополнительных услуг. При оформлении кредитного договора им заполнено заявление о предоставлении потребительского кредита, в котором отсутствует какая либо информация о предоставляемых услугах. Возможность отказаться от таких услуг не предоставлена. Включение в стоимость кредита стоимости дополнительных услуг, на которые начисляются проценты, значительно увеличивает сумму, подлежащую выплате заемщиком банку, что ухудшает положение заемщика. Кредитор не вправе обуславливать предоставление потребительского кредита или размер процентной ставки по нему обязанностью заемщика заключить договор только с указанными кредитором организациями. Истец не имел реальной возможности отказаться от получения кредита без дополнительных услуг. Ответчиком не была предоставлена истцу надлежащая информация о дополнительных платных услугах, что лишило последнего права сделать правильный выбор и нарушило его права. Следовательно, ответчик не исполнил возложенную на него законом обязанность по предоставлению истцу как потребителю необходимой информации. Указанные действия ответчика нарушают его права как потребителя, вследствие чего им понесены убытки в размере 403 869 и 68 867 руб. 96 коп. в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг за период с 13 сентября 2023 года по 30 октября 2025 года. Обращение истца к ответчику с заявлением и претензией о выплате денежных средств оставлено без удовлетворения. В связи с неудовлетворением его требований в досудебном порядке ему причинен значительный моральный вред, поскольку он испытал нравственные страдания и переживания по поводу сложившейся ситуации, до настоящего времени он находится в состоянии стресса, так как сумма 403 869 руб. для него является значительной. Ссылаясь на положения ст.9 Федерального закона от 26 января 1996 года №15-ФЗ «О введении в действие части 2 Гражданского кодекса Российской Федерации», нормы Закона РФ №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей), Федерального закона №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон о потребительском кредите), просит суд взыскать с ответчика в его пользу денежные средства в размере 403 869 руб. в счет возмещения убытков, связанных с уплатой дополнительных стоимости; убытки в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг за период с 13 сентября 2023 года по 30 октября 2025 года в размере 68 867 руб. 96 коп. с последующим перерасчетом на день вынесения решения суда; проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 154 194 руб. 98 коп. за период с 13 сентября 2023 года по 30 октября 2025 года с последующим перерасчетом на день вынесения решения суда, компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., а также штраф в размере 50 процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя в соответствии с п.6 ст.13 Закона о защите прав потребителей.
В судебное заседание истец Манжиев В.А., надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела, не явился. Его представитель Очиров Ц.Д. в судебном заседании исковые требования поддержал и просил суд их удовлетворить.
Представитель ответчика ПАО «Совкомбанк» Ковтун С.А., также надлежаще извещенная о месте и времени рассмотрения дела, не явилась, об отложении судебного заседания не просила. В письменных возражениях указала, что 13 сентября 2023 года между Манджиевым В.А. и Банком был заключен договор потребительского кредита <номер> на сумму 1 508 869 рублей на срок 36 месяцев. Согласно выписке по счету со счета истца по его заявлению были оплачены суммы за дополнительные услуги стоимостью 97 869 руб. в СПАО «Ингосстрах» и 306 000 руб. в ООО «Д.С.Авто». Банк получателем платы не является. Банк выполнил распоряжение клиента на перечисление денежных средств со счета клиента по предоставленным им реквизитам в счет оплаты выбранного клиентом товара и услуги. Согласие на данные услуги заемщик выразил в заявлении на приобретение потребительского кредита, а равно как и ознакомление с их стоимостью. О чем свидетельствует собственноручная подпись заемщика. Банк является оператором по переводу денежных средств.
Третьи лица: Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах», Общество с ограниченной ответственностью «Д.С.Авто», надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, об отложении судебного заседания не просили. В письменных возражениях СПАО «Ингосстрах» указало, что между Манжиевым В.А. и СПАО «Ингосстрах» был заключен договор страхования автотранспортных средств от угона, ущерба и иных сопутствующих рисков <номер> от 13 сентября 2023 года в отношении автомобиля Geely Coolray. Срок действия указанного договора составлял с 13 сентября 2023 года по 12 сентября 2024 года. В период действия договора от истца не поступало каких-либо заявлений, претензий и обращений. Считает, что истцом не представлено конкретных доказательств, подтверждающих нарушение его прав как потребителя на предоставление полной и достоверной информации о товаре, ограничению его в правах в отношениях с третьими лицами, чьи услуги были навязаны продавцом. В удовлетворении иска просит отказать.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся истца, представителей ответчика и третьих лиц.
Заслушав объяснения представителя истца, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч.1 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
Согласно ч.1 ст.422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
В соответствии с п.1 ст.779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.
В силу п.1 ст.782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.
Аналогичные положения закреплены в ст.32 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» от 07 февраля 1992 года №2300-1 (далее – Закон о защите прав потребителей).
Согласно преамбуле Закона о защите прав потребителей данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Согласно ст.8 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах).
В силу ч.1 ст.10 Закона о защите прав потребителей исполнитель обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.
Пунктом 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (ст.3, п.4 и 5 ст.426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, п.2 ст.16 Закона о защите прав потребителей, ст.29 Федерального закона от 2 декабря 1990 года №395-1 «О банках и банковской деятельности»).
В соответствии с п.1 ст.16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.
Таким образом, исходя из содержания ст.16 Закона о защите прав потребителей, следует признать, что условия договора, одной из сторон которого является потребитель, могут быть признаны недействительными и в том случае, если такие условия, хотя и установлены законом или иными правовыми актами, однако в силу ст.1 (п.3, 4) ГК РФ могут быть квалифицированы как ущемляющие права потребителя.
К числу ущемляющих права потребителей могут быть отнесены условия договора, согласно которым на потребителя возлагается несение бремени предпринимательских рисков, связанных с факторами, которые могут повлиять, к примеру, на стоимость приобретаемого товара, притом что потребитель, являясь более слабой стороной в отношениях с хозяйствующим субъектом, как правило, не имеет возможности влиять на содержание договора при его заключении.
Частью 2 ст.7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» от 21 декабря 2013 года №353-ФЗ (далее – Закон о потребительском кредите (займе)) предусмотрено, что, если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).
Исходя из целей и смысла данных положений Закона о потребительском кредите (займе), заемщик должен быть информирован кредитной организацией обо всех дополнительных услугах (в том числе оказываемых третьими лицами), которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).
В соответствии с ч.2 ст.7 Закона о потребительском кредите (займе) проставление кредитором отметок о согласии либо выражение кредитором за заемщика согласия в ином виде на предоставление ему дополнительных услуг (работ, товаров) или формирование кредитором условий, предполагающих изначальное согласие заемщика на предоставление ему дополнительных услуг (работ, товаров), не допускается.
По смыслу ст.5 Закона о потребительском кредите (займе) в заявление о получении потребительского кредита и договор потребительского кредита включается информация только о тех услугах кредитора, которые являются обязательными для заемщика (необходимыми для заключения кредитного договора).
В информационном письме Банка России от 26 июля 2019 года №ИН-06-59/65 «Об указании платных дополнительных услуг в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа)» обращено внимание банков на необходимость соблюдения требований к оформлению заявления о предоставлении потребительского кредита (займа), установленных ч.2 ст.7 Закона о потребительском кредите (займе), в случае предложения заемщику за отдельную плату дополнительных услуг, а также на то, что отражение сведений о дополнительных платных услугах в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) предусмотрено для соблюдения интересов заемщика как в целях совершения им взвешенного выбора в пользу отказа или согласия на оказание таких услуг, так и для наиболее полного информирования заемщика о расходах в том числе за счет заемных средств, которые он понесет, заключив договор потребительского кредита (займа), с учетом стоимости дополнительных платных услуг. В указанном информационном письме отмечено, что в ряде случаев кредиторы не указывают соответствующие сведения в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа), а фиксируют факт приобретения заемщиком дополнительных услуг путем подписания им отдельного документа или иным способом, что затруднят оценку заемщиком общего размера принимаемых на себя обязательств.
Таким образом, из Закона о потребительском кредите (займе) и официальных разъяснений Банка России прямо следует запрет на включение в заявление на получение потребительского кредита и в индивидуальные условия договора перечня платных услуг кредитора или третьих лиц, если получение таких услуг или заключение каких-либо договоров не является условием заключения договора потребительского кредита (займа) или его исполнения.
Наличие в заявлении на предоставление кредита пустого поля для проставления подписи, расположенного после перечня наименований дополнительных услуг, не свидетельствует о возможности отказа истца как заемщика от заключения договоров о предоставлении перечисленных дополнительных услуг, поскольку согласно тексту заявления, проставляя подпись в данном поле, заемщик отказывается от получения кредита на оплату стоимости дополнительных услуг, что не предусматривает возможность отказа от заключения самих договоров на предоставление дополнительных услуг.
С учетом приведенных положений закона истец, являясь экономически более слабой стороной договора, был лишен возможности влиять на содержание типового заявления на предоставление кредита, до заключения кредитного договора получить информацию о потребительских качествах, характеристиках, экономическом обосновании стоимости дополнительных услуг, позволяющую разумно и свободно осуществить действительно необходимый ему выбор. Проставление кредитором отметки о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг в кредитном договоре означает, что согласие заемщика на получение данных услуг является условием заключения договора потребительского кредита (займа), которое ставит его в невыгодное положение и нарушает права как потребителя.
Между тем вышеприведенные императивные требования закона Банком при заключении кредитного договора не выполнены.
Из материалов дела следует, что 13 сентября 2023 года между ПАО «Совкомбанк» и заемщиком Манжиевым В.А. заключен договор потребительского кредита <номер>, по условиям которого заемщику предоставлен кредит в сумме 1 508 869 руб. на срок до 13 сентября 2026 года. В соответствии с п.10 данного договора заемщик предоставляет в залог кредитору транспортное средство Geely Coolray, 2023 года выпуска, VIN <номер>.
13 сентября 2023 года между Манжиевым В.А. и ООО «Арконт М» (продавец) заключен договор купли-продажи автомобиля <номер>, по условиям которого истец Манджиев В.А. (покупатель) за 2 210 000 руб. приобрел транспортное средство марки Geely Coolray, 2023 года выпуска, VIN <номер>; сумма задатка составила 1 105 000 руб. По акту приема-передачи от 13 сентября 2023 года указанное транспортное средство передано продавцом покупателю, что подтверждает заключение сделки.
13 сентября 2023 года в рамках указанного кредитного договора истец Манжиев В.А. заключил с ООО «Ингосстрах» договор страхования автотранспортного средства от угона, ущерба и иных сопутствующих рисков <номер> от 13 сентября 2023 года в отношении автомобиля Geely Coolray, что подтверждается Полисом премиум. Согласно данному договору страховая сумма составила 97 869 руб.; срок действия договора составлял с 13 сентября 2023 года по 12 сентября 2024 года. Также между истцом ООО «Д.С.Авто» 13 сентября 2023 года заключен договор независимой гарантии, что видно из сертификата <номер>, стоимость которого составила 306 000 руб.
Таким образом, суд приходит к выводу, что общая стоимость автомобиля по договору купли-продажи составила 2 210 000 руб., из которых кредитные денежные средства составили 1 105 000 руб. Вместе с тем, полученная истцом по кредитному договору сумма в размере 1 508 869 руб. оказалась значительно больше необходимой для покупки автомобиля.
Исследованные доказательства по делу свидетельствуют о том, что истец Манджиев В.А. не располагал всей необходимой информацией о содержании платежей по дополнительным услугам и по потребительским свойствам этих услуг, что свидетельствует о введении его как потребителя в заблуждение относительно необходимости получения данных услуг для целей получения кредита.
В заявлении на получение кредита предусмотрена сумма кредита в размере 1 508 869 руб. При этом на приобретение транспортного средства указано перечислить 1 105 000 руб. продавцу ООО «Арконт М». Как видно из содержания заявления о заключении договора потребительского кредита, выполненного на бланке, предоставленном банком, кредитная организация уже при первоначальном обращении заемщика определила сумму желаемого истцом кредита с учетом заключения им дополнительного договора. В частности, в разделе «Б» «Данные о кредите» заявления типографским способом указано: «Прошу заключить договор потребительского кредита под залог транспортного средства на сумму 1 508 869 рублей на 36 месяцев, 1096 дней под 8,00% годовых на приобретение товаров и услуг путем совершения операций в безналичной форме со счета в ПАО «Совкомбанк», а именно: оплата полной /части стоимости транспортного средства, индивидуальные признаки которого указаны в разделе «Г» настоящего заявления. В разделе «В» заявления о предоставлении потребительского кредита отражено условие о необходимости заключения иных договоров - договора банковского счета <номер>. Сведений о заключении иных договоров на оказание дополнительных услуг, их стоимости, лице, оказывающем дополнительные услуги, характер таких услуг и их объем и включении их стоимости в сумму кредита заявление на предоставление потребительского кредита не содержит.
В п.15 Индивидуальных условий кредитного договора – «Оказываемые услуги кредитором заемщику за отдельную плату и необходимые для заключения договора потребительского кредита, их цена или порядок ее определения, а также подтверждение согласия заемщика на их оказание» указано «Не применимо».
Из содержания заявления о предоставлении потребительского кредита и Индивидуальных условий кредитного договора не следует, что заемщик выразил свое волеизъявление на получение дополнительных услуг, оказываемых третьими лицами. В подписанных заемщиком документах (заявлении о предоставлении потребительского кредита, кредитном договоре) не содержится сведений о стоимости дополнительных услуг, лице, оказывающем дополнительные услуги, характере таких услуг и их объеме, иные необходимые сведения, влияющие на возможность правильного выбора заемщиком таких услуг при заключении кредитного договора.
Также в представленных документах не содержится сведений, каким образом заемщик мог отказаться от дополнительных услуг общей стоимостью 403 869 руб. При этом сумма в размере 403 869 руб. была включена в сумму кредита.
Доказательства того, что Банк доводил до сведения потребителя информацию об альтернативном варианте заключения потребительского кредита на сопоставимых условиях (суммах, сроке возврата кредита (займа), без обязательного подключения к программе страхования, иных условий страхования), ответчиком не представлено.
Таким образом, вышеприведенные условия договора фактически не позволяют потребителю реализовать права и исполнить действия, предоставленные ему действующим законодательством. Доказательств того, что заемщик не был лишен возможности отказаться от дополнительных платных услуг, отсутствуют. Банком не представлено доказательств, свидетельствующих о доведении до сведения заемщика информацию об альтернативном варианте заключения потребительского кредита на сопоставимых условиях (суммах, сроке возврата кредита (займа), без дополнительных услуг.
В связи с установленным, вопреки возражениям ответчика, имеет место подтвержденный факт введения Банком Манжиева В.А. в заблуждение путем включения в договор условий, ущемляющих права потребителя, увеличении суммы кредита без согласия истца.
Вследствие указанного, 18 сентября 2025 года Манджиев В.А. обратился в ПАО «Совкомбанк» с претензией о выплате в его пользу денежных средств в размере 403 869 руб. в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг, убытков в виде процентов, начисленных на стоимость дополнительных услуг в размере 65 061,64 руб. за период с 03 сентября 2023 года по 17 сентября 2025 года с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 146 139 руб. 72 коп. за период с 13 сентября 2023 года по 17 сентября 2025 года с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований.
Согласно ответу ПАО «Совкомбанк» от 30 сентября 2025 года все услуги оказаны Банком в соответствии со свободным волеизъявлением Манжиева В.А. и действующим законодательством Российской Федерации и в возврате денежных средств Манжиеву В.А. отказано.
Вместе с тем, судом установлено, что условия договора разработаны самим Банком, истец не имел возможности влиять на его содержание. Заключая кредитный договор, заемщик намеревался лишь получить денежные средства на потребительские нужды (автокредит). Банк был заинтересован в заключении договоров дополнительных услуг, поскольку именно он получает проценты по кредиту на сумму услуг, а также является агентом предлагаемых услуг. Доказательств того, что у Банка не имелась возможность для соблюдения требований законодательства и им приняты все зависящие от него меры по их соблюдению, не представлено. Неразрывность заключения кредитного договора и договоров на предоставление дополнительных услуг по времени и месту, предоставление информации об услугах единолично сотрудником Банка, а также получение Банком выгоды, свидетельствуют о злоупотреблении Банком свободой договора.
Вместе с тем, как уже указывалось ранее, доказательств, подтверждающих, что Банком была доведена до сведения Манджиева В.А. информация об альтернативном варианте заключения потребительского кредита на сопоставимых условиях (суммах, без обязательного заключения договоров на предоставление дополнительных услуг, иных условий страхования), о свойствах и стоимости дополнительных услуг, которые истец обязан заключить с третьими лицами в связи с договором потребительского кредита, в индивидуальных условиях кредитного договора о возможности отказаться от заключения дополнительных услуг, суду не представлено, в материалах дела не имеется. Обстоятельства дела с достоверностью свидетельствуют о том, что получение истцом кредита на покупку транспортного средства было обусловлено навязанным Банком приобретением услуг по вышеуказанным договорам, что прямо запрещено вышеприведенными нормами закона. С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что истец волеизъявления получить дополнительные услуги в том порядке, который предусмотрен законодательством, не выразил; наличие подписи потребителя в заявлении на предоставление кредита само по себе не свидетельствует о фактическом доведении полной информации об альтернативном варианте заключения потребительского кредита.
Согласно п.1, 2 Закона о защите прав потребителей за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором. Если иное не установлено законом, убытки, причиненные потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени), установленной законом или договором.
В силу приведенных выше положений закона и обстоятельств дела суд приходит к выводу о том, что исковые требования Манджиева В.А. о взыскании убытков, связанных с заключением дополнительных договоров, подлежат удовлетворению. Дополнительные услуги предоставлены на сумму 403 869 руб. (97 869 + 306 000).
В соответствии со ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Поскольку суммы по дополнительным услугам в размере 403 869 руб. подлежат возврату (СПАО «Ингосстрах» 97 869 руб., ООО «Д.С. Авто» 306 000 руб.), то подлежат взысканию начисленные на указанную сумму проценты за период с 13 сентября 2023 года по 11 февраля 2026 года в размере 77 895 руб. 45 коп., исходя из следующего расчета:
403 869 х 8,00% х 882/365, где 403 869 - сумма дополнительных услуг, 8,00% - процентная ставка по кредитному договору, 882 - количество дней с 13 сентября 2023 года по 11 февраля 2026 года, 365 – количество дней в году.
Также подлежат удовлетворению требование истца о взыскании процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами согласно ст.395 ГК РФ в размере 172 872 руб. 53 коп. за период с 13 сентября 2023 года по 11 февраля 2026 года (882 дня), исходя из ключевой ставки ЦБ РФ, периода и суммы задолженности (403 869 руб.).
Рассматривая требование о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему выводу.
Статьей 15 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
Согласно п.45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости.
Суд при решении вопроса о компенсации морального вреда исходит из того, что к спорным правоотношениям применяются положения Закона о защите прав потребителей, при этом достаточным условием для удовлетворения требования о компенсации морального вреда является установленный факт нарушения прав потребителя Манджиева В.А. При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд руководствуется положениями ст.151, 1101 ГК РФ, в силу которых такой размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего, а также степени вины причинителя вреда и требования разумности и справедливости. С учетом всех обстоятельств дела, считая вину ответчика в нарушении прав истца установленной, принимая во внимание степень вины нарушителя, характер нарушения, характер и объем страданий истца, продолжительность периода нарушения прав истца, учитывая требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить к взысканию с ответчика в пользу истца сумму компенсации морального вреда в размере 5 000 руб.
Согласно абз.1 п.6 ст.13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
В п.46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №17 от 28 июня 2012 года «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.
Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию предусмотренный законом штраф в размере 406 369 руб. из расчета: (403 869+97 869 + 306 000 + 5000 ) х 50%).
В соответствии с подп.4 п.2 ст.333.36 Налогового кодекса РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах, освобождаются истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей. Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В силу подп.1 п.1 ст.333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика в доход бюджета Ики-Бурульского районного муниципального образования РК подлежит взысканию государственная пошлина в размере 24 155 руб. (21 155 руб. – требование имущественного характера (взыскание денежных средств, процентов) + 3000 руб. – требование неимущественного характера (компенсация морального вреда)).
На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковое заявление Манжиева Виктора Андреевича к Публичному акционерному обществу «Совкомбанк» о возмещении убытков, связанных с оплатой стоимости услуг, взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов удовлетворить.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Совкомбанк» (ИНН 4401116480 ОГРН 1144400000425) в пользу Манжиева Виктора Андреевича (паспорт 8509 424291) денежные средства за оплату дополнительных услуг в размере 403 869 (четыреста три тысячи восемьсот шестьдесят девять) рублей, проценты за период с 13 сентября 2023 года по 11 февраля 2026 года в размере 77 895 (семьдесят семь тысяч восемьсот девяносто пять) рублей 45 копеек, проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами в размере 172 872 (сто семьдесят две тысячи восемьсот семьдесят два) рубля 53 копейки, компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей, штраф в размере 406 369 (четыреста шесть тысяч триста шестьдесят девять) рублей.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Совкомбанк» (ИНН 4401116480 ОГРН 1144400000425) в бюджет Ики-Бурульского районного муниципального образования Республики Калмыкия государственную пошлину в размере 24 155 (двадцать четыре тысячи сто пятьдесят пять) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Приютненский районный суд Республики Калмыкия.
Председательствующий Б.В. Бадмаев
Решение принято в окончательной форме 20 февраля 2026 года.