РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
19 июня 2026 года
Кудымкарский городской суд Пермского края в составе председательствующего судьи Аккуратного А.В., при секретаре судебного заседания Фирсовой Л.Б., с участием прокурора Щербинина И.В., представителя истца Рачева А.Г., ответчика Бычкова В.А., представителя ответчика Боталова П.М., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кудымкаре гражданское дело по исковому заявлению Надымовой Ксении Евгеньевны, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Н.В.А., к Бычкову Владиславу Анатольевичу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, судебных расходов, установил:
Надымова К.Е., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына Н.В.А., обратилась в суд с иском к Бычкову В.А. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, утраченного заработка, судебных расходов, мотивируя требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 50 минут у <адрес> края Бычков В.А., управляя принадлежащим ему автомобилем марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, в нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, не обеспечил возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, допустил наезд на нее и ее малолетнего сына Н.В.А. в результате чего ей был причинен ушиб мягких тканей левого лучезапястного сустава, ее сыну закрытая черепно-мозговая травма, раны передней трети языка, слизистой оболочки нижней губы и альвеолярного отростка верхней челюсти справа, ссадина нижнего века левого глаза, гематомы в правой щечной области, лобной области справа, правой коленной области. Произошедшим дорожно-транспортным происшествием ей и ее сыну причинены физические и нравственные страдания. Физические страдания были вызваны сильной болью в момент получения травм, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она вместе с сыном находилась на стационарном лечении в отделении хирургии стоматологической ГБУЗ ПК «Больница <адрес>» с диагнозом: открытая рана губы и полости рта, ушибленные раны полости рта, посттравматические гематомы лба, щечной области справа, ссадины подглазничной области слева, длительное время находилась на амбулаторном лечении, как у сына, так и у нее нарушился сон, часто тошнило, были слабость и недомогание. В момент дорожно-транспортного происшествия она испытала чувство ужаса, сильный страх за свою жизнь и жизнь своего малолетнего сына, длительное время она не могла оправиться от перенесенного потрясения, появилась бессонница, страх за дальнейшее состояние здоровья сына, до настоящего времен испытывает беспокойство в связи с посттравматическим ухудшением состояния здоровья сына, опасения, что перенесенная травма повлечет негативные последствия для сына. С учетом существенности пережитых ей переживаний, связанных с возрастом сына на момент дорожно-транспортного происшествия - 1 год 3 месяца, определяет размер морального вреда, подлежащий взысканию в ее пользу в размере 100 000 рублей, в пользу ее сына Н.В.А. в размере 150 000 рублей. Также просит взыскать с ответчика сумму утраченного заработка в размере 12 389 рублей, рассчитанную исходя из величины прожиточного минимума для трудоспособного населения в Российской Федерации на 2026 год, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, так как после выписки из больницы ДД.ММ.ГГГГ 10 дней необходимо было получать медицинские оздоровительные процедуры в стоматологическом отделении ГБУЗ ПК «Больница <адрес>», а также просит взыскать судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.
Определением суда производство по делу в части исковых требований Надымовой К.Е. к Бычкову В.А. о взыскании суммы утраченного заработка в размере 12 389 рублей прекращено в связи с отказом истца от исковых требований в данной части.
В судебное заседание истец Надымова К.Е., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Н.В.А., извещенная о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом, не явилась, просила рассмотреть дело без ее участия. Ранее участвуя в судебном заседании исковые требования поддержала по изложенным в нем основаниям, дополнительно указала, что она лечение после дорожно-транспортного происшествия не проходила, ее сын после того как был выписан из больницы наблюдался у невролога. Полагает, что сумма заявленной компенсации морального вреда является адекватной, соразмерной характеру и степени перенесенных физических и нравственных страданий, выразившихся в том, что у нее, как и у сына, нарушился сон, часто тошнило, были слабость и недомогание. В момент дорожно-транспортного происшествия она испытала чувство ужаса, сильный страх за свою жизнь и жизнь своего малолетнего сына, длительное время не могла оправиться от перенесенного потрясения, появилась бессонница, страх за дальнейшее состояние здоровья сына, до настоящего времен испытывает беспокойство в связи с посттравматическим ухудшением состояния здоровья сына, опасения, что перенесенная травма повлечет негативные последствия для сына. Сын некоторое время получал лечение, наблюдался у невролога в связи с переживаниями из-за произошедшего ДТП и его последствий.
Представитель истца Рачев А.Г. исковые требования поддержал по доводам изложенным в заявлении, полагал о наличии вины ответчика в дорожно-транспортном происшествии, двигавшимся с превышением скорости и не проявившим бдительность при приближении к пешеходному переходу, в связи с чем совершил ДТП и тем самым причинил, как Надымовой К.Е., так и Н.В.А. физические и нравственные страдания, в связи с чем компенсация морального вреда должна быть взыскана в размере, определенном истцом.
Ответчик Бычков В.А. в судебном заседании с исковыми требованиями согласился частично, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении него было вынесено постановление о прекращении дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за отсутствием состава административного правонарушения. Нарушителем правил дорожного движения была истец Надымова К.Е., переходившая дорогу с коляской в неположенном месте, что и привело к дорожно-транспортному происшествию, в отношении Надымовой К.Е. вынесено постановление по делу об административном нарушении, в котором указано на нарушение истцом пункта 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации и часть 1 статьи 12.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, то есть имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствие вины причинителя вреда. Доводы истца о нарушение им пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации являются безосновательными, постановление о прекращении дела об административном правонарушении истцом не обжаловалось. Им были предприняты все меры к недопущению ДТП, кроме того, он не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода. После ДТП он интересовался состоянием здоровья истца, хотел предложить ей материальную помощь, но она отказалась идти на контакт. Кроме того, понимая, что на момент ДТП являлся владельцем и собственником источника повышенной опасности, что предполагает его ответственность за причинение вреда, считает, что заявленные исковые требования о компенсации морального вреда чрезмерны и не основаны на принципе разумности и справедливости, как и расходы на оплату услуг представителя и размер утраченного заработка. Просит учесть, что на его иждивении находятся двое несовершеннолетних детей, один из которых является ребенком-инвалидом, супруга не трудоустроена, его семья имеет низкий среднедушевой доход, что подтверждается справкой о нуждаемости в предоставлении мер социальной поддержки. Просит снизить размер компенсации морального вреда в пользу Надымовой К.Е. до 10 000 рублей, и в пользу несовершеннолетнего Н.В.А. до 10 000 рублей.
Представитель ответчика Боталов П.М. с заявленными требованиями не согласился, доводы, изложенные в письменном отзыве ответчика поддержал по изложенным в нем основаниям, дополнительно пояснил об отсутствии доказательств вины ответчика в дорожно-транспортном происшествии, грубой неосторожности Надымовой К.Е., в связи с чем полагал возможным отказать в удовлетворении требований к ней и наличии оснований для существенного снижения размера компенсации морального вреда в пользу Н.В.А. с учетом тяжелого материального положения ответчика.
Заслушав лиц, участвовавших в деле, заключение прокурора об удовлетворении иска с учетом требований разумности и справедливости, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В силу статьи 22 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на личную неприкосновенность. Под правом на личную неприкосновенность понимается гарантированная государством личная безопасность гражданина, состоящая в недопущении, пресечении и наказуемости посягательств на его жизнь и здоровье.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к числу которых отнесены жизнь и здоровье гражданина, принадлежат ему от рождения и неотчуждаемы. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33).
Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии со статьей 1083 Гражданского кодекса Россйиской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит (пункт 1).
Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (пункт 2).
В судебном заседании на основе материалов дела установлено, что ответчику Бычкову В.А. на праве собственности принадлежал автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № (л.д.96).
Из объяснений Бычкова В.А., данных им в судебном заседании, а также в ходе производства по делу об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ (л.д.89), следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 50 минут он, управляя автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, двигался по <адрес> в направлении <адрес> со скоростью около 40 км/час, и около <адрес>, на расстоянии примерно 6 метров впереди по ходу своего движения, заметил Надымову К.Е. переходившую проезжую часть в неустановленном месте, вышедшей из-за проехавшего в попутном направлении автомобиля, не убедившись в безопасности перехода проезжей части с коляской, начала перебегать дорогу пересекая его траекторию движения, в связи с чем он начал принимать меры, чтобы уйти от столкновения и наезда, а именно применил экстренное торможение, и. понимая, что не имеет технической возможности остановить транспортное средство, вывернул руль вправо по направлению движения, но избежать столкновения не смог, левым зеркалом заднего вида ударил Надымовой К.Е. в область запястья, передней частью автомобиля ударил коляску, где находился ребенок, от удара коляску откинуло и из коляски выпал ребенок.
Из объяснений Надымовой К.Е., данных ей в судебном заседании и в ходе производства по делу об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ (л.д.90-91), следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 45 минут она со своим сыном, который находился в коляске лицом вперед по ходу движения и страховочным ремнем пристегнут не был, в месте, где отсутствует пешеходный переход стала пересекать проезжую часть <адрес>, дождалась, когда проедет автобус, после чего начала переходить дорогу толкая коляску впереди себя, увидела справа по ходу своего движения приближающийся автомобиль темного цвета, который начал торможение, смещение вправо, после чего произошло столкновение автомобиля с коляской, в результате чего она упала на дорогу ближе к правой обочине по ходу движения автомобиля, а коляска с сыном отлетела от места ее падения примерно на 4 метра, сын Н.В.А. выпал из коляски, находился на обочине и плакал.
Из объяснений Р.А.В., данных им при производстве по делу об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ (л.д.99), следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 50 минут возле <адрес> он увидел как Надымова К.Е., которая толкала впереди себя коляску, начала переходить проезжую часть <адрес> и, находясь на середине проезжей части, заметив приближающийся к ней автомобиль, ускорила свое движение, автомобиль начал уходить от столкновения, принимать вправо, но избежать столкновения не удалось, так как Надымова К.Е., толкая коляску впереди себя, двигалась в том же направлении. В результате столкновения Надымова К.Е. и коляска упали, из коляски выпал ребенок, автомобиль съехал в кювет с последующим наездом на столб, скорость автомобиля в момент дорожно-транспортного происшествия составляла около 50 км/час.
Из объяснений Т.В.Е., данных им при производстве по делу об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ (л.д.100), следует, что ДД.ММ.ГГГГ он, управляя автобусом <данные изъяты>, двигаясь по <адрес>, увидел на правой обочине Надымову К.А. с коляской, которая хотела перейти дорогу в месте, где отсутствует пешеходный переход. В зеркало заднего вида он увидел, что Надымова К.Е. сразу стала переходить дорогу, а во встречном направлении двигался автомобиль <данные изъяты> под управлением Бычкова В.А. со скоростью около 40-45 км/час, когда Когда Надымова К.Е. заметила автомобиль, расстояние межу ними составляло около 6 метров, Бычков В.А. начал сворачивать в правую сторону, однако допустил столкновение с коляской.
Из протокола осмотра места административного правонарушения (л.д.85-88) и схемы дорожно-транспортного происшествия (л.д.84 оборот) следует, что место происшествия расположено на проезжей части двухполосной автомобильной дороги, с одной полосой для движения в каждую сторону, возле <адрес>, и представляет собой горизонтальную асфальтированную поверхность, расположено в зоне действия знака – ограничение скорости «40 км/ч», на поверхности проезжей части имеются следы торможения транспортного средства <данные изъяты> (следы юза), параллельные друг другу, длиной 11,10 м., место столкновения находится на середине полосы, предназначенной для движения от <адрес> в сторону <адрес>.
Постановлением старшего инспектора ДПС ОВ ДПС ГИБДД МО МВД России «Кудымкарский» Ч.И.Н. прекращено дело об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении Бычкова В.А. на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за отсутствием состава административного правонарушения, поскольку телесные повреждения Надымовой К.А., Н.В.А. были получены в результате нарушения Надымовой К.Е. пункта 3.4 Правил дорожного движения Российской Федерации (л.д.113-114).
Постановлением начальника отдела Госавтоинспекции МО МВД России «Кудымкарский» № от ДД.ММ.ГГГГ Надымова К.Е. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ей назначено наказание в виде штрафа в размере 1 000 рублей. Из постановления следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 50 минут у <адрес> Надымова К.Е. при переходе проезжей части в зоне видимости пешеходного перехода создала помехи для автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № под управлением Бычкова В.А., чем нарушила пункт 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации (л.д.112).
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ каких-либо телесных повреждений у Надымовой К.Е. при судебно-медицинском исследовании и в представленной медицинской документации не описано. Согласно представленной на экспертизу медицинской документации при обращении Надымовой К.Е. за медицинской помощью устанавливался диагноз «ушиб мягких тканей левого лучезапятного сустава», однако, конкретных объективных данных (наличие кровоподтеков или гематом), на основании которых был выставлен этот диагноз, в представленной медицинской документации не зафиксировано и при судебно-медицинском обследовании не обнаружено, поэтому данный диагноз не может быть учтен при определении тяжести вреда здоровью (л.д.108-109).
Согласно справки № Надымова К.Е. ДД.ММ.ГГГГ обращалась в приемное отделение № ГБУЗ ПК «Больница <адрес>», поставлен диагноз: ушиб мягких тканей левого лучезапятного сустава. Иных обращений в связи с указанным повреждением здоровья медицинская карта не содержит (л.д.100).
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ у Н.В.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно данным представленной медицинской документации судебно-медицинского обследования, имелись: раны передней трети языка, слизистой оболочки нижней губы и альвеолярного отростка верхней челюсти справа, расценённые как «ушибленные» и «ушибленно-рваные», ссадина нижнего века левого глаза, гематомы правой щечной области, лобной области справа, правой коленной области, которые согласно характеру и клинико-морфологических свойств, образовались в результате прямого и/или направленного под углом ударного воздействия (воздействий) твердым тупым предметом (предметами). Исходя их характера клинико-морфологических свойств локализации и взаиморасположения повреждений у Н.В.А. не исключается возможность их одномоментного образования при выпадении из коляски и приземлении на дорожное покрытие, то есть в результате однократного воздействия, при дорожно-транспортном происшествии и в срок, указанный в постановлении. Все повреждения у Н.В.А. рассматриваются в совокупности и согласно Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 194п от 24 апреля 2008 года являются повреждениями, повлекшими за собой кратковременное расстройство здоровья, продолжительностью до 3-х недель с момента причинения травмы (до 21 дня включительно) и в соответствии с пунктом 8 квалифицируются как легкий вред здоровью (л.д.104-107).
Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного № Н.В.А. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находился на стационарном лечении в хирургическом отделении № ГБУЗ ПК «Больница <адрес>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: ушибленные рваные раны передней части языка, слизистой правой щеки, альвеолярного отростка верхней челюсти справа, которые были получены в результате автодорожной травмы. ДД.ММ.ГГГГ была проведена первичная хирургическая обработка ран полости рта под масочным наркозом. Выписан в состоянии выздоровления ДД.ММ.ГГГГ. Рекомендован охранительный режим, осмотр и наблюдение у детского невролога (л.д.50-79).
ДД.ММ.ГГГГ Н.В.А. осмотрен неврологом, поступили жалобы на капризность Н.В.А. после дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ, рекомендован охранительный режим, щадящее питание. Иных обращений к неврологу медицинская карта не содержит, по результатам осмотра стоматолога ДД.ММ.ГГГГ признан здоровым (л.д.165-173).
Согласно сведений ГБУЗ ПК «БКПО» Н.В.А. в период после ДД.ММ.ГГГГ за медицинской помощью в связи с полученными травмами в результате дорожно-транспортного происшествия не обращался (л.д.162).
Проанализировав представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 50 минут, Бычков В.А., управляя автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежавшем ему на праве собственности, двигался по <адрес> со скоростью, не превышающей установленное для данного участка дороги ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенность и состояние его транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, в том числе видимость в направлении движения, в районе <адрес>, совершил столкновение с детской коляской, в которой находился Н.В.А., которую в нарушение положений пункта 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации передвигала его мать Надымова К.Е., переходившая проезжую часть слева направо по ходу движения транспортного средства вне разрешенного места и в условиях ограничивающих ее видимость для других участников движения (сразу после проезда автобуса), в результате чего Надымова К.Е. получила телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью, а несовершеннолетний Н.В.А. получил телесные повреждения, причинившие легкий вред здоровью.
Каких-либо доказательств, свидетельствующих об ином механизме дорожно-транспортного происшествия, наличии в действиях водителя Бычкова В.А. нарушений требований правил дорожного движения, состоящих в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП и его последствиями, суду не предоставлено.
Доводы стороны истца о наличии в действиях Бычкова В.А. нарушений требований пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации суд не принимает, поскольку объективно нарушение скоростного режима, а равно, как и выбор Бычковым В.А. такой скорости движения, которая бы не учитывала интенсивность движения, особенность и состояние его транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, в том числе видимость в направлении движения, не представлено, и оснований полагать о превышении Бычковым В.А. скоростного режима только исходя из письменных пояснений очевидцев ДТП, определявших скорость движения без применения специальных технических средств, суд не усматривает, ходатайств о проведении автотехнической судебной экспертизы участвующими лицами не заявлено.
Вместе с тем, несмотря на отсутствие в действиях Бычкова В.А. нарушений правил дорожного движения Российской Федерации, состоящих в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, в силу положений абзаца 2 пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда, и одним из таких оснований в силу положений пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации является причинение вреда с использованием источника повышенной опасности, под которым понимается транспортное средство, если только такое лицо не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, однако таких доказательств суду не предоставлено.
Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Аналогичные разъяснения, содержатся и в пункте 15 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, согласно которому причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.
При таких обстоятельствах, учитывая факт причинения легкого вреда здоровью несовершеннолетнему Н.В.А., и телесного повреждения Надымовой К.Е., не повлекшего вреда ее здоровью, в результате ДТП с участием источника повышенной опасности, владельцем которого являлся Бычков В.А., вследствие чего Надымова К.Е. и Н.В.А., безусловно, испытывали физические и нравственные страдания как в момент дорожно-транспортного происшествия, так и после него, то причинение морального вреда в этом случае предполагается, является очевидным, а потому выступает достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчика в пользу истцов.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу Н.В.А., суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых Н.В.А. был причинен вред, а именно дорожно-транспортное происшествие, произошедшее по вине Надымовой К.Е., в виде наезда автомобиля на коляску, вследствие которого он выпал из коляски и ударился об асфальт; отсутствие в действиях ответчика противоправного поведения; характер и степень тяжести причиненных ему телесных повреждений в виде раны передней трети языка, слизистой оболочки нижней губы и альвеолярного отростка верхней челюсти справа, расценённые как «ушибленные» и «ушибленно-рваные», ссадина нижнего века левого глаза, гематомы правой щечной области, лобной области справа, правой коленной области, причинившие легкий вред его здоровью, повлекшие сильную физическую боль и необходимость хирургического вмешательства при лечении, длительность которого в стационарных условиях составила 7 дней, дальнейшее непродолжительное нахождение на наблюдении у невролога и получении физиопроцедур в течение 10 дней, то есть небольшой промежуток амбулаторного лечения и отсутствие сведений о наступлении каких-либо негативных последствий для его здоровья по результатам лечения; индивидуальные особенности личности Н.В.А., которому на момент дорожно-транспортного происшествия было 1 год 3 месяца, степень и глубину пережитых им физических и нравственных страданий вследствие повреждения его здоровья, выразившихся в испытанных им в момент получения повреждений и в период лечения боли, чувстве ужаса, страха, сказавшихся в дальнейшем на его психологическом состоянии в виде капризности и бессонницы, потребовавших непродолжительного лечения в виде наблюдения у невролога; поведение ответчика после ДТП, предлагавшего нести расходы по лечению.
Оснований полгать о наличии в действиях Н.В.А. грубой неосторожности с учетом фактических обстоятельств и его возраста суд не усматривает.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу Надымовой К.Е., суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых ей был причинен вред, а именно дорожно-транспортное происшествие, произошедшее вследствие нарушения ею правил дорожного движения, состоящим в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, в виде допущения несоблюдения элементарных требований безопасности - переход проезжей части в неположенном месте, проявившей тем самым неразумную самонадеянность, хотя при адекватной оценке ситуации имевшей реальную возможность не допустить нарушения требований пункта 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, тем самым пренебрегшей мерами собственной безопасности, а также подвергшей опасности своего малолетнего сына, в связи с чем суд признает в ее действиях грубую неосторожность; отсутствие противоправного поведения ответчика; характер и степень тяжести причиненных ей телесных повреждений в виде ушиба мягких тканей лучезапястного сустава, не потребовавшего какого-либо лечения; степень и глубину пережитых ею физических и нравственных страданий вследствие повреждения ее здоровья, выразившихся в испытанных чувстве боли и страха за свое здоровье; поведение ответчика после ДТП, предлагавшего нести расходы по лечению.
Кроме того, нравственные страдания родителей в случае причинения малолетнему ребенку вреда здоровью презюмируются, поэтому факт причинения нравственных страданий Надымовой К.Е. вследствие причинения вреда здоровью ее сыну сомнений не вызывает, в связи с чем, суд определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу Надымовой К.Е., также учитывает степень и глубину ее нравственных страданий вследствие получения ее сыном телесных повреждений, а именно пережитых ею чувстве страха за жизнь и здоровье сына в момент ДТП и чувстве страха за дальнейшее состояние здоровья сына в ходе лечения с опасением того, что перенесенная травма повлечет негативные последствия для здоровья сына, выразившихся в нарушении сна, слабости и недомогания, длительность данных переживаний с учетом времени лечения сына.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, в связи с чем, суд, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, исходя из принципа разумности и справедливости, учитывая грубую неосторожность Надымовой К.Е., полагает, что заявленные к взысканию размеры денежных компенсаций являются завышенными и полагает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу несовершеннолетнего Н.В.А. в размере 60 000 рублей, в пользу Надымовой К.Е. 15 000 рублей.
В силу положений пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
Из материалов дела в указанной части следует, что Бычкову В.А. на праве собственности принадлежат комната площадью 8,2 кв.м., два гаража площадью 23 и 23,8 кв.м. и земельные участки под ними площадью 27 и 26 кв.м., на праве долевой собственности жилой дом площадью 110,9 кв.м., квартира площадью 51,4 кв.м., а также земельный участок под данным домом площадью 1 500 кв.м. (л.д.180-182) Бычков В.А. женат, имеет на иждивении двух детей (л.д.121-122), один из которых является ребенком-инвалидом (л.д.123-126), уход за которым осуществляет его супруга (л.д.176-179), размер его дохода в 2026 году составляет 152 023 рубля, что среднемесячно составляет 25 337 рублей 17 копеек, его семья признана нуждающейся в предоставлении мер социальной и(или) государственной поддержки отдыха детей и их оздоровления (л.д.127), имеет текущие кредитные обязательства в размере 178 127 рублей 17 копеек (л.д.174).
Проанализировав установленные обстоятельства суд приходит к выводу о том, что с учетом имущественного и материального положения ответчик не находится в трудном материальном положении, не позволяющем ему исполнить обязанность по возмещению присужденной компенсации морального вреда, исполнение которой может поставить его и лиц, находящихся на его иждивении, в трудное материальное положение и потому оснований для применения положений пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации не усматривает.
Размер определенной денежной компенсации морального вреда в пользу истцов, по мнению суда, с учетом всех обстоятельств является разумным и достаточным с точки зрения гражданско-правовой природы взыскиваемой компенсации.
Таким образом, заявленный иск подлежит частичному удовлетворению.
В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
Согласно части 1 статьи 88, статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.
В силу пункта 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Поскольку истец Надымова К.Е., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Н.В.А., не обладает юридическими познаниями, в связи с обращением за судебной защитой нарушенного права, вынуждена была обратиться за юридической помощью. Согласно соглашению об оказании юридической помощи, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между истцом и адвокатом Адвокатского офиса № 201 г. Перми коллегии адвокатов «Партнеры» Рачевым А.Г. (л.д.139-140), истцом понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей, что подтверждается квитанцией и договором поручения (л.д.141-142).
По настоящему гражданскому делу адвокат Рачев А.Г. подготовил исковое заявление, заявление о применении мер по обеспечению иска, заявление об отказе от исковых требований, принимал участие в четырех судебных заседаниях в Кудымкарском городском суде Пермского края ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ с перерывом до ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ с перерывом до ДД.ММ.ГГГГ.
Представленные суду доказательства о содержании и характере оказанных представителем услуг соответствуют требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), оснований сомневаться в их достоверности у суда не имеется.
По общему правилу представительские расходы взыскиваются в фактически понесенном размере.
Суд не вправе снижать размер взыскиваемых расходов на оплату услуг представителя, если другая сторона не возражала и не представляла доказательств чрезмерности и неразумности расходов (пункт 11 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 ноября 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).
Разумными считаются такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 ноября 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).
В силу разъяснений, содержащихся в пункте 21 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 ноября 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).
Определяя размер подлежащих возмещению расходов, суд, руководствуясь вышеприведенными нормами действующего законодательства, и разъяснений Верховного суда Российской Федерации, учитывая затраты рабочего времени, объем выполненной представителем Рачевым А.Г. работы, в виде подготовки искового заявления, заявления о принятии мер по обеспечению иска, заявления об отказе от исковых требований в части, представление интересов доверителя в судебных заседаниях, достаточность и эффективность его действий, его активную позицию при участии в судебных заседаниях, конкретные обстоятельства дела, объект судебной защиты, степень сложности спора, с учетом особенностей правоотношений, из которого возник спор, принимая во внимание сведения о ценах за аналогичные услуги в Пермском крае, приходит к выводу, что заявленный размер возмещения расходов на оплату услуг представителя при рассмотрении дела по существу в суде первой инстанции в размере 50 000 рублей отвечает критериям разумности, поскольку соответствует цене иска, сложности дела, объему оказанных услуг, с учетом времени, необходимого на подготовку представителем процессуальных документов и представительства интересов доверителя в суде, продолжительности рассмотрения дела.
Оснований для снижения размера заявленной к взысканию суммы судебных расходов по основанию чрезмерности не имеется, поскольку разумных пределов не превышает. Доводы ответчика Бычкова В.А. о чрезмерности заявленных расходов не могут быть признаны состоятельными, поскольку являются его субъективным мнением, каких-либо доказательств в подтверждение своих доводов, включая доказательства иных цен по оплате услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, ответчик не представил, тогда как, обязанность представлять доказательства чрезмерности заявленных расходов в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 10, 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1, возлагается на проигравшую сторону.
В тоже время, учитывая то, что первоначально истцом было предъявлено 3 требования материально-правового характера, от одного из которых истец отказалась и отказ принят судом, всего судом удовлетворено 2 из 3 требований истца, в связи с чем, считает необходимым взыскать с Бычкова В.А. в пользу Надымовой К.Е. судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 33 333 рубля 33 копейки (50 000/3х2).
Оснований руководствоваться разъяснениями, содержащимися в пункте 15 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», согласно которым необходимые для исполнения обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети "Интернет", на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 ГК РФ такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора (часть 1 статья 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статья 110 АПК РФ, суд не усматривает, поскольку в соответствии с договором на оказание услуг вышеуказанные действия представителя истцом отдельно не оплачивались, данные действия входили в комплекс услуг вне зависимости от их количества, фактически оказанных представителем.
В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета муниципального образования Кудымкарский муниципальный округ Пермского края подлежит взысканию государственная пошлина, поскольку истец при подаче иска был освобожден от ее уплаты.
Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковые требования Надымовой Ксении Евгеньевны, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Н.В.А., удовлетворить частично.
Взыскать с Бычкова Владислава Анатольевича (ИНН №) в пользу Н.В.А. (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.
Взыскать с Бычкова Владислава Анатольевича (ИНН №) в пользу Надымовой Ксении Евгеньевны (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 33 333 рубля 33 копейки.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с Бычкова Владислава Анатольевича (ИНН №) государственную пошлину в доход бюджета Муниципального образования «Кудымкарский муниципальный округ Пермского края» в размере 3 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кудымкарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Судья А.В. Аккуратный
Решение в окончательной форме изготовлено 22 июня 2026 года.