РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
1 сентября 2026 года г. Санкт- Петербург
Колпинский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Александриной И.А.
при секретаре судебного заседания Путыкевиче К.Я.
с участием административного истца Трифонова А.А.
представителя ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Соглаевой И.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме видеоконференцсвязи с ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по Мурманской области административное дело по административному исковому заявлению Трифонова Александра Александровича к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Ануфриеву Александру Сергеевичу, ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России, Министерству финансов РФ, о признании действий (бездействий) незаконными, взыскании компенсации за нарушение условий содержания,
УСТАНОВИЛ:
Трифонов А.А. обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Министерству финансов РФ, о признании действий (бездействий) незаконными, взыскании компенсации за нарушение условий содержания, в обоснование заявленных требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ Смольнинским районным судом г. Санкт-Петербурга он был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30, ч.4 ст. 159 УК РФ, ч.4 ст. 159 УК РФ на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений и частичного сложения наказаний, назначено наказание в виде трех лет десяти месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Срок отбытия наказания было установлено судом исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с п.2 ч.3.1 ст. 72 УК РФ зачесть время содержания под стражей период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления в законную силу ДД.ММ.ГГГГ таким образом, его процессуальный статус обвиняемого сменился на осужденного, в результате чего, основаниями исполнения наказаний и применения иных мер уголовно-правового характера, стал вступивших в законную силу приговор суда, обращение приговора к исполнению производится постановившим его судом в срок не позднее трех суток со дня вступления в законную силу. После вступления приговора суда в законную силу он продолжал содержаться в заключении под стражей в СИЗО-1 на тех же условиях и основаниях, что были до постановления приговора. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он содержался в процессуальном статусе осужденного в камере следственного изолятора на общих основаниях. Таким образом, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отношении него на протяжении двух месяцев имело место быть систематическое нарушение условий содержания в СИЗО-1. Просит суд признать действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области незаконными, в части удержания его в следственном изоляторе после вступления приговора в законную силу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ без его согласия и решения начальника СИЗО, взыскать с РФ за счет казны в его пользу компенсацию за нарушение условий содержания в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ 273000 рублей.
Суд привлек к участию в деле в качестве ответчиков начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Ануфриеву А.С., ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России.
Трифонов А.А. в настоящем судебном заседании заявленные требования поддержал, просил суд их удовлетворить, суду пояснил, что его права в период содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были нарушены, длительность правонарушения определяется тем, что приговором Октябрьского районного суда г. Мурманска ему назначено наказание по совокупности преступлений с учетом положений ч.5 ст. 69 УК РФ, таким образом, был учтен приговор Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга, что свидетельствует о том, что ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области продолжает нарушать его права.
Представитель ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Соглаева И.Г. в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, на вопросы суда ответов не предоставила, сослалась на возражения в материалах дела с разъяснениями норм действующего законодательства, иных пояснений не имела.
Иные участники процесса не явились, надлежащим образом извещались о месте и времени рассмотрения дела, обоснованных возражений в суд не направили.
В связи с чем, учитывая положения статей 45, 96, 100, 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц при условии их надлежащего извещения в порядке статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
Согласно пункту 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. При этом, как указано в пункте 2 той же статьи, решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.
Частью 1 ст.218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (КАС РФ) гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
Согласно части 1 статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации); возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.
Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья (в частности, статьи 20, 21, 41 Конституции Российской Федерации, пункты 2, 8 части 1 статьи 7, статьи 9, 14 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", пункты 2, 9 статьи 17, статьи 19, 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года N ЮЗ-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", п. 2 Постановления).
Лишение свободы изменяет привычный ритм жизни человека, его отношения с окружающими и имеет существенные морально-психологические последствия, ограничивая его права и свободы не только как гражданина, но и как личности, что связано с противоправным поведением виновного и обусловлено необходимостью ограничения его естественного права на свободу в целях защиты нравственности, прав и законных интересов других лиц (определения от 1 октября 2009 года N 1053-О-О и от 7 февраля 2013 года N 133-О).
Обращаясь к статье 18 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", Конституционный Суд Российской Федерации отметил следующее.
Заключение под стражу связано с принудительным пребыванием подозреваемого, обвиняемого в ограниченном пространстве, прекращением выполнения служебных или иных трудовых обязанностей, невозможностью свободного передвижения и общения с неопределенным кругом лиц, т.е. с непосредственным ограничением самого права на физическую свободу и личную неприкосновенность (определения от ДД.ММ.ГГГГ N 159-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 176-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 351-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 807-О-О и др.).
Наличие данных ограничений вызвано спецификой уголовного судопроизводства, а также теми целями, которые стоят перед заключением под стражу как мерой процессуального принуждения и которые отличны от целей и задач, непосредственно связанных с режимом отбывания назначенного судом наказания в местах лишения свободы.
Согласно справки ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области:
Трифонов А.А. арестован ДД.ММ.ГГГГ СО Выборгского района ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.
ДД.ММ.ГГГГ прибыл в СИЗО-1 для дальнейшего содержания.
ДД.ММ.ГГГГ осужден приговором Выборгского районного суда г. Санкт-Петербурга на три года 10 месяцев лишения свободы, мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
ДД.ММ.ГГГГ апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда приговор Выборгского районного суда г. Санкт-Петербурга от 16.12.2021 г. в части осуждения и гражданского иска отменен, дело передано на новое рассмотрение в тот же суд, мера пресечения оставлена без изменения – содержание под стражей.
ДД.ММ.ГГГГ осужден приговором Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга.
В соответствии со ст. 255 УПК РФ установлено право суда, в производстве которого находится уголовное дело, продлить срок содержания подсудимого под стражей по истечении 6 месяцев со дня поступления дела в суд. Если заключение под стражу избрано подсудимому в качестве меры пресечения, то срок содержания его под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи. Суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей. При этом продление срока содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.
В соответствии с Приказом Минюста России от 04.07.2022 N 110 (ред. от 22.05.2026) "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы" основаниями для приема в СИЗО подозреваемого или обвиняемого являются судебное решение об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу, вынесенное в порядке, установленном УПК РФ, выписка из приговора (определения, постановления) суда об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу, а также решение ФСИН России или территориального органа ФСИН России, принимаемое в целях оказания медицинской помощи подозреваемому или обвиняемому.
В свою очередь в отношении лиц, к которым применялось задержание, наряду с судебным решением об избрании меры пресечения должен быть представлен протокол задержания подозреваемого в совершении преступления.
Основаниями для приема в СИЗО осужденного к лишению свободы при необходимости его участия в следственных действиях или судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого (обвиняемого) являются: постановление следователя с согласия руководителя следственного органа Следственного комитета Российской Федерации или его заместителя либо приравненного к нему руководителя специализированного следственного органа или его заместителя, руководителя территориального органа по субъекту Российской Федерации следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при соответствующем федеральном органе исполнительной власти) или его заместителя, с согласия Председателя Следственного комитета Российской Федерации или его заместителя, руководителя следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при соответствующем федеральном органе исполнительной власти); постановление дознавателя с согласия прокурора субъекта Российской Федерации или его заместителя либо приравненного к нему прокурора или его заместителя, Генерального прокурора Российской Федерации или его заместителя; определение суда или постановление судьи.
В тех случаях, когда в СИЗО представляется выписка из приговора (определения, постановления) суда об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу, в ней должны быть указаны полные установочные данные лица, в отношении которого применяется эта мера пресечения. Выписка должна быть заверена подписью уполномоченного должностного лица, скреплена гербовой печатью суда.
Однако, представитель ответчика, указанными документами не располагала, напротив, ранее отказала суду в их представлении, на том основании, что материалы личного дела осужденного имеют ограниченный допуск, вследствие чего, не могут быть предоставлены суду.
Суд, своим определением, в порядке ст. ст.139, 63, 122,123 КАС РФ истребовал у ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области правовые обоснования отказа в предоставлении доказательств, определение суда было получено ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, начальником СИЗО-1 и полностью проигнорировано.
В силу частей 2 и 3 статьи 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.
Вместе с тем административному истцу, прокурору, а также иным лицам, обратившимся в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц или неопределенного круга лиц, надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, или лица, в интересах которого подано административное исковое заявление, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишенных свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются) (статьи 62, 125, 126 КАС РФ).
Представитель ответчика в настоящем судебном заседании пояснила, что Трифонову мера пресечения была избрана однократно ДД.ММ.ГГГГ на основании решения СО Выборгского района ГСУ СК РФ, с тех пор, данная мера не менялась, документами, подтверждающими это, а также подтверждающими сроки, избранные Смольнинским районным судом г. Санкт-Петербурга в соответствии со ст. 255 УПК РФ, не располагала, напротив, не была осведомлена об их наличии.
Трифонов, также не располагал данными документами и не помнил, какого числа ему был продлен срок содержания под стражей, какой результат рассмотрения дела Выборгским районным судом Санкт-Петербурга, на основании какого документа, в период рассмотрения уголовного дела Смольнинским районным судом г. Санкт-Петербурга, он содержался под стражей и до какого числа, ему была избрана мера пресечения.
Суд, оценив поведение сторон, приходит к выводу о злоупотреблении ими своими правами.
Таким образом, суд при рассмотрении настоящего спора может руководствоваться лишь теми документами, которые предоставлены в материалы дела и которые были вынесены судебными инстанциями.
В пункте 14 названного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, указывается, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.
В соответствии со ст. 390 УПК РФ приговор суда первой инстанции вступает в законную силу по истечении срока его обжалования в апелляционном порядке, если он не был обжалован сторонами. Приговор суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть пересмотрен лишь в порядке, установленном главами 47.1, 48.1 и 49 настоящего Кодекса. В случае подачи жалобы, представления в апелляционном порядке приговор вступает в законную силу в день вынесения решения судом апелляционной инстанции, если он не отменяется судом апелляционной инстанции с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство либо с возвращением уголовного дела прокурору. Приговор обращается к исполнению судом первой инстанции в течение 3 суток со дня его вступления в законную силу или возвращения уголовного дела из суда апелляционной инстанции.
Приговором Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ Трифонов А.А. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159, ч.3 ст. 30, ч.4 ст. 159, ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено наказание в виде трех лет десяти месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Меру пресечения в виде заключения под стражу не изменять. В соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день.
Распоряжение Смольнинского районного суда г.Санкт-Петербурга в адрес начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области об исполнении приговора от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Трифонова А.А., содержащегося в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ- датировано ДД.ММ.ГГГГ.
Журналом учета входящей корреспонденции подозреваемых, обвиняемых и осужденных ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, полученной от курьеров № 1924 т.12 подтверждено получение СИЗО указанного распоряжения Смольнинского районного суда г.Санкт-Петербурга - ДД.ММ.ГГГГ.
Суд самостоятельно истребовал из Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга сведения о направлении распоряжения в адрес СИЗО-1 и иная, нежели представлена СИЗО информация в материалы настоящего дела представлена не была, иных сведений об исполнении приговора по сообщению суда – материалы уголовного дела информации не содержат.
ДД.ММ.ГГГГ Трифонов А.А. был освобожден из СИЗО-1, то есть непосредственно в день поступления распоряжения об исполнении вступившего в законную силу распоряжения суда, что подтверждено рапортом инспектора отдела специального учета СИЗО-1 ФИО6:
«на основании указания о порядке исчисления сроков, направленного Минюстом РФ, согласованного с Генеральной прокуратурой РФ на основании указания ФСИН России от 02.07.2020 г. по разъяснению ФКУ НИИ ФСИН России «О порядке исчисления сроков освобождения подозреваемых, обвиняемых и осужденных из исправительных учреждений и следственных изоляторов УИС РФ», произведен расчет, согласно которого определен срок отбытия наказания – три года десять месяцев лишения свободы, зачет в виде 1347 дней, окончание срока отбытия наказания – ДД.ММ.ГГГГ, исходя из чего ФИО2 подлежит освобождению по отбытию наказания – ДД.ММ.ГГГГ.».
Суд отмечает, что представитель СИЗО в судебном заседании не смогла пояснить каким образом действует руководство изолятора в ситуации, которая имела место быть с Трифоновым.
Оценивая нормы действующего законодательства, суд отмечает следующее.
В соответствии со ст. 49 Федеральный закон от 15.07.1995 N 103-ФЗ (ред. от 31.07.2025, с изм. от 23.10.2025) "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" основаниями освобождения подозреваемых и обвиняемых из-под стражи являются: судебное решение, вынесенное в порядке, предусмотренном законом; постановление следователя, органа дознания; постановление начальника места содержания под стражей или прокурора, осуществляющего надзор за исполнением законов в местах содержания под стражей, об освобождении указанного подозреваемого или обвиняемого в связи с истечением установленного законом срока содержания под стражей.
В свою очередь ст. 50 Закона установлено, что освобождение подозреваемых и обвиняемых из-под стражи производится начальником места содержания под стражей по получении соответствующего решения суда либо постановления следователя, органа дознания или прокурора.
Начальник места содержания под стражей обязан не позднее чем за двадцать четыре часа до истечения срока содержания под стражей подозреваемого или обвиняемого уведомить об этом орган или лицо, в производстве которых находится уголовное дело, а также прокурора.
Если по истечении установленного законом срока задержания или заключения под стражу в качестве меры пресечения соответствующее решение об освобождении подозреваемого или обвиняемого либо о продлении срока содержания его под стражей в качестве меры пресечения не поступило, начальник места содержания под стражей немедленно освобождает его своим постановлением.
Приказом Генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 15 декабря 2004 г. N 161 утверждена Инструкция по судебному делопроизводству в верховных судах республик, краевых и областных судах, судах городов федерального значения, судах автономной области и автономных округов (далее - Инструкция N 161), опубликованная в издании "Бюллетень актов по судебной системе", N 10, 11, за октябрь и ноябрь 2013 г.
В соответствии с пунктом 10.7 указанной инструкции копии приговоров в отношении осужденных, содержащихся под стражей, а также лиц, подлежащих немедленному освобождению из-под стражи в связи с оправданием или прекращением дела, осуждением к мере наказания, не связанной с лишением свободы, освобождением от отбывания наказания, избранием на время до вступления приговора в законную силу иной меры пресечения, чем содержание под стражей, посылаются начальнику места содержания под стражей через начальника конвоя немедленно после рассмотрения дела (абзац первый). Если обвинительный или оправдательный приговор вынесен в отношении нескольких лиц, то начальнику места содержания под стражей через начальника конвоя должны быть направлены копии судебных постановлений по количеству осужденных или оправданных, которые находились под стражей. В отношении каждого осужденного (оправданного) направляется по две копии приговора (1 копия для вручения осужденному (оправданному), 2 копия для приобщения к его личному делу) (абзац второй). В случае, когда осужденный после провозглашения приговора взят под стражу в зале суда, копия приговора вручается начальнику конвоя под расписку (абзац третий).
В силу статьи 311 УПК РФ подсудимый, находящийся под стражей, подлежит немедленному освобождению в зале суда в случаях вынесения оправдательного приговора, обвинительного приговора без назначения наказания, обвинительного приговора с назначением наказания и с освобождением от его отбывания, обвинительного приговора с назначением наказания, не связанного с лишением свободы, или наказания в виде лишения свободы условно, обвинительного приговора с назначением наказания и с применением отсрочки его отбывания. При этом в силу части 3 статьи 391 УПК РФ определение или постановление суда о прекращении уголовного дела, принятое в ходе судебного производства по уголовному делу, подлежит немедленному исполнению в той его части, которая касается освобождения обвиняемого или подсудимого из-под стражи.
Инструкция о работе отделов (групп) специального учета следственных изоляторов и тюрем ФСИН России, утвержденная Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 23 июня 2005 г. N 94-дсп регламентирует деятельность отделов (групп) специального учета следственных изоляторов и тюрем ФСИН России по вопросам оформления документации и ведения учета, связанным с содержанием под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, и отбыванием осужденными наказания в виде лишения свободы(Решение Верховного Суда РФ от 08.10.2020 N АКПИ20-542). Данной инструкцией предусмотрено, что документ об освобождении подозреваемого, обвиняемого или осужденного либо документ о снижении срока наказания осужденному принимается по почте или непосредственно от следователя, дознавателя, прокурора, работника суда, в производстве которых находится уголовное дело (пункт 92). Документ об освобождении лица из-под стражи, поступивший в следственный изолятор (тюрьму) после окончания рабочего дня, либо постановление начальника следственного изолятора (тюрьмы) об освобождении из-под стражи подлежат исполнению не позднее первой половины следующего дня.
Таким образом, нарушений в принятии СИЗО корреспонденции тем образом, которая представлена ответчиком в материалы дела – не имеется.
ВС РФ неоднократно отмечал, что в соответствии с положениями п. 2 ч. 5 и п. 2 ч. 6 ст. 302 УПК, если время содержания под стражей, засчитанное на основании ч. 3.1 ст. 72 УК, поглощает срок назначенного наказания, то суд постановляет приговор с назначением наказания и освобождением от его отбывания, а осужденный подлежит немедленному освобождению в зале суда в силу положений п. 3 ст. 311 УПК РФ.
Федеральный законодатель, помимо того, установил в статье 72 УК Российской Федерации льготные правила зачета времени содержания под стражей в срок лишения свободы в отдельных видах исправительных учреждений (Федеральный закон от 3 июля 2018 года N 186-ФЗ "О внесении изменений в статью 72 Уголовного кодекса Российской Федерации"). В основе такого зачета в срок наказания периода, в течение которого лицо подвергается изоляции от общества, лежит сопоставление характера применяемых уголовно-правовых и уголовно-процессуальных ограничений (определения от 25 января 2018 года N 212-О, от 17 июля 2018 года N 2030-О, от 27 сентября 2018 года N 2140-О и др.).
В соответствии со ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы, за исключением случаев, предусмотренных частями третьей.2 и третьей.3 настоящей статьи, из расчета один день за: а) один день отбывания наказания в тюрьме либо исправительной колонии строгого или особого режима; б) полтора дня отбывания наказания в воспитательной колонии либо исправительной колонии общего режима; в) два дня отбывания наказания в колонии-поселении. 3.2. Время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день в отношении осужденных при особо опасном рецидиве преступлений; осужденных, которым смертная казнь в порядке помилования заменена пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок двадцать пять лет; осужденных за преступления, предусмотренные статьями 205 - 205.5, частями третьей и четвертой статьи 206, статьями 208, 209, частью четвертой статьи 211, частями второй и третьей статьи 228, статьями 228.1, 229, 275, 276, 361 настоящего Кодекса, и сопряженные с осуществлением террористической деятельности преступления, предусмотренные статьями 277 - 279 и 360 настоящего Кодекса. 3.3. Время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день в отношении срока нахождения осужденного, отбывающего наказание в строгих условиях в воспитательной колонии или исправительной колонии общего режима, в штрафном или дисциплинарном изоляторе, помещении камерного типа либо едином помещении камерного типа, в случае применения мер взыскания к осужденному в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации. 3.5. Если вид исправительного учреждения, назначенный по приговору суда, изменен в порядке, предусмотренном главой 47.1 или 48.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, на более мягкий, зачет времени отбывания лишения свободы в исправительном учреждении более строгого вида в срок лишения свободы, подлежащий отбытию, осуществляется из расчета: а) один день отбывания наказания в тюрьме либо исправительной колонии особого или строгого режима за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима либо два дня отбывания наказания в колонии-поселении; б) один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима за полтора дня отбывания наказания в колонии-поселении. 4. Время содержания лица под стражей до вступления приговора суда в законную силу и время отбытия лишения свободы, назначенного приговором суда за преступление, совершенное вне пределов Российской Федерации, в случае выдачи лица на основании статьи 13 настоящего Кодекса засчитываются по правилам, установленным частями третьей и третьей.1 настоящей статьи.
Таким образом, в отношении лиц, которым назначено отбывание наказания в колонии строгого режима, время содержания под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день.
Уголовно-исполнительный кодекс РФ не предусматривает коэффициента зачета времени наказания при длящемся содержании осужденного в СИЗО до его отправки к отбытию наказания.
Из правовой позиции Верховного Суда РФ, приведенной в ответах на вопросы, поступившие из судов, по применению положений ст. 72 УК РФ, утвержденных Президиумом Верховного Суда РФ 31 июля 2019 года, следует, что льготные правила зачета времени содержания под стражей, предусмотренные в пунктах "б" и "в" части 3.1 статьи 72 УК РФ не применяются к периоду нахождения осужденных в следственных изоляторах в порядке, предусмотренном статьей 77.1 УИК РФ, если им не избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу.
Таким образом, с учетом приведенных норм, начальник следственного изолятора при наличии вынесенного в отношении лица, пребывающего в изоляторе приговора, не может до поступления в адрес СИЗО распоряжения суда о его исполнении по вступлении в законную силу, самостоятельно принять решение об освобождении такого лица из под стражи, а иных документов, свидетельствующих об истечении сроков содержания под стражей ранее, нежели поступило распоряжение об исполнении приговора, в том числе Трифоновым, находившимся на свободе вплоть до заключения его под стражу в зале суда ДД.ММ.ГГГГ – в материалы дела не представлено.
Трифонов, в ответ на вопросы суда о том, какие правовые последствия для него наступили ввиду нахождения в следственном изоляторе, сослался на многочисленные нормы права, в тоже время, не сообщив суду ни одного факта нарушения лично его прав в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Так Трифонов указывает, что был ограничен в праве на труд и личные свидания, а также на то, что режим содержания имеет отличия и как следствие это постфактум влечет нарушение его прав, в тоже время не отрицая, что он в указанный временной интервал не обращался ни с какими заявлениями в адрес руководства СИЗО, ему также не было в его просьбах отказано.
Оценивая данные доводы истца, суд полагает необходимым отметить, что сам факт оставления осужденных к лишению свободы в следственном изоляторе, либо их перевода в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии, или тюрьмы для участия в следственных действиях, или в судебном разбирательстве не меняет и не может менять основания и условия исполнения наказания, определенные вступившим в законную силу приговором суда, и обусловленное приговором правовое положения лица как осужденного. Следовательно, такие лица сохраняют свой статус осужденных к лишению свободы с присущими этому статусу и предусмотренными уголовно-исполнительным законодательством правами и обязанностями, включая право на свидания с родственниками или иными лицами. В этой связи в случаях привлечения осужденных к лишению свободы к участию в следственных действиях или в судебном разбирательстве они содержатся в следственном изоляторе на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда (части первая - третья статьи 77.1 данного Кодекса).
Действительно правовое положение лиц, подозреваемых или обвиняемых в преступлении и заключенных под стражу, значительно отличается от правового положения осужденных к лишению свободы, оставленных в следственном изоляторе или переведенных туда для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве по решению следователя, дознавателя или суда, вынесение которого не требует наличия предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации условий и оснований, необходимых для избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу.
Так, оставление в следственном изоляторе или перевод туда в порядке статьи 77.1 УИК Российской Федерации не предполагают в качестве обязательного условия избрания осужденным этой меры пресечения, они и не должны влечь дополнительных ограничений прав осужденных, в отношении которых при обычных условиях отсутствовали бы основания или условия для избрания либо продления заключения под стражу или же имелись основания для избрания иной, более мягкой, меры пресечения, - что, однако, не исключает и применения ограничений, предопределенных объективными обстоятельствами, связанными с участием в следственных действиях или в судебном разбирательстве.
Таким образом, при подобных требованиях, разрешая спор, суд должен оценивать соответствие условий содержания административного истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, принимая во внимание невозможность допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения и нарушения его прав и основных свобод.
Согласно ч.9 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет, в том числе: 3)соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.
В силу ч.11 ст.226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, сам факт оставления осужденных к лишению свободы в следственном изоляторе либо их перевод туда из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве не меняет и не может менять основания и условия исполнения наказания, определенные вступившим в силу приговором суда, и обусловленное приговором правовое положение лица как осужденного. Тем самым такие лица сохраняют статус осужденных к лишению свободы с присущими этому статусу правами и обязанностями, закрепленными уголовно-исполнительным законом (Постановление от 28 декабря 2020 года N 50-П; определения от 24 декабря 2020 года N 3082-О, от 30 ноября 2021 года N 2630-О и от 24 февраля 2022 года N 278-О).
Таким образом, само по себе оставление осужденного к лишению свободы в следственном изоляторе (его перевод туда) для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве не должно ухудшать условий его содержания, как они определены вынесенным в отношении него приговором. Он не должен содержаться в следственном изоляторе в худших условиях, нежели условия, в которых в нем содержатся заключенные под стражу подозреваемые и обвиняемые. Иное ставило бы осужденных к лишению свободы, оставленных в следственном изоляторе либо переведенных туда для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве (тем более в качестве свидетелей или потерпевших), в худшее положение по сравнению как с осужденными, отбывающими наказание в исправительном учреждении, так и с подозреваемыми, обвиняемыми, заключенными под стражу, что противоречит принципам справедливости и равенства, умаляет достоинство личности (преамбула, статья 19 (части 1 и 2), статьи 21 и 75.1 Конституции Российской Федерации).
Однако, истец в своем иске не определил, какие именно нарушения его прав в указанный период времени (относительно ограничений по содержанию в условиях изолятора) имели место быть и как уже отмечено судом, не были они им озвучены и в настоящем судебном заседании, предметом спора Трифонов указывает его незаконное содержание под стражей в СИЗО, а не нарушение его прав изолятором в указанный период времени относительно условий его содержания.
В свою очередь часть третья статьи 77.1 УИК Российской Федерации закрепляет, что перечисленные в ней осужденные содержатся в следственном изоляторе на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда. Названные условия регламентированы Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации.
Во взаимосвязи со всеми вышеприведенными нормами права следует, что осужденный может содержаться в камере следственного изолятора в порядке статьи 77.1 УИК Российской Федерации значительную часть срока назначенного ему судом наказания в виде лишения свободы.
Материалами дела подтверждено, что приговор суда с отметкой о вступлении его в законную силу и распоряжение о его исполнении, изолятор получил лишь ДД.ММ.ГГГГ, таким образом, до этого момента, у изолятора отсутствовала обязанность по обеспечению Трифонову условий пребывания в СИЗО, на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.
Согласно ст. 396, 397 УПК РФ пересчет времени по ст. 72 УК РФ, а также вопросы, указанные в пунктах 1, 2, 2.1, 9, 10, 11, 14, 15, 16, 20, 20.1 и 22 статьи 397 и статье 398 настоящего Кодекса, разрешаются судом, постановившим приговор, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 135 УПК РФ (ст. 396 УПК РФ). Вопросы, указанные в пунктах 3, 4, 4.2, 5, 6, 12, 13 и 19 статьи 397 настоящего Кодекса, разрешаются судом по месту нахождения учреждения, исполняющего наказание, в котором осужденный отбывает наказание в соответствии со статьями 60.1 и 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, либо по месту применения принудительных мер медицинского характера. Вопросы, указанные в пунктах 4.1, 7, 8, 8.1, 17, 17.1 и 17.2 статьи 397 настоящего Кодекса, разрешаются судом по месту жительства осужденного. Вопросы, указанные в пунктах 18 и 18.1 статьи 397 настоящего Кодекса, разрешаются судом по месту задержания осужденного. Вопросы, указанные в пунктах 21 и 23 статьи 397 настоящего Кодекса, рассматриваются судом, к подсудности которого относится совершенное осужденным преступление, с учетом его квалификации по Уголовному кодексу Российской Федерации и места последнего проживания осужденного в Российской Федерации. Вопросы, связанные с исполнением приговора, судья разрешает единолично в судебном заседании.
Таким образом, не подлежат разрешению в порядке КАС РФ вопросы назначения наказания и избрании мер пресечения в виде заключения под стражу.
Трифонов ни один приговор, которым он привлечен к уголовной ответственности не обжаловал, не обжаловал действия должностных лиц органов следствия в порядке ст. 125 УПК РФ, сроки, установленные ему судебными актами, также вопросы о зачете сроков отбытия наказания, им не оспаривались, что противоречит его же возражениям об этом при рассмотрении настоящего дела, поскольку Трифонов предполагал, что суд вопреки вышеприведенным нормам права даст правовую оценку этим обстоятельствам и разрешит их по правилам УПК РФ и УИК РФ.
Суд также отмечает, что истец, кроме перечислений норм права по доводам своего искового заявления никаких пояснений не имел.
Ответчик указывает, что истцом пропущен срок исковой давности на обращение в суд, в тоже время ссылаясь на аналогию применения норм права в соответствии со ст. 203 ГК РФ, при этом представитель ответчика пояснить, что при этом имелось ввиду – не смогла.
Оценивая данные возражения суд приходит к следующему.
Срок обращения в суд по делам, рассматриваемым по правилам главы 22 КАС РФ, начинает исчисляться со дня, следующего за днем, когда лицу стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов, о создании препятствий к осуществлению его прав и свобод, о возложении обязанности, о привлечении к ответственности (часть 3 статьи 92 КАС РФ).
Глава 22 КАС устанавливает сокращенные - по сравнению с общим сроком исковой давности (ст. 196 ГК) сроки для обращения за защитой, для сферы частного права значимы трехмесячный и десятидневный с момента, когда заявителю или действующему в его интересах лицу стало известно о нарушении (соответственно ч. 1 и 3, 4 ст. 219 КАС), а также - при оспаривании бездействия - срок, в рамках которого лицо с публичными функциями обязано совершить соответствующее действие, и три месяца после прекращения такой обязанности (ч. 1.1 ст. 219 КАС, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2022 N 21 "О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации").
Таким образом, возражения представителя ответчика о применении норм гражданского законодательства о сроках исковой давности и прерывания их течения применительно к рассматриваемому спору, не основаны на нормах права, а в отсутствии пояснений, что именно имел ввиду ответчик подразумевая, что Трифонов совершал какие-либо действия свидетельствующие об их признании, не дают суду оснований для их разрешения в рамках ст. 203 ГК РФ.
Истец ссылается на длящийся характер нарушений его прав следственным изолятором.
Исходя из положений п. 12 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 25.12.2018 №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности, а следовательно срок в три месяца истек до подачи административного искового заявления в суд.
В соответствии с ч.ч. 1,7.8 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов; пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом: пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.
Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления (заявления) к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании. Уважительность причин пропуска срока оценивается судом независимо от того, заявлено ли гражданином, организацией отдельное ходатайство о восстановлении срока. В случае пропуска указанного срока без уважительной причины суд отказывает в удовлетворении административного иска (заявления) без исследования иных фактических обстоятельств по делу (пункт 3 части 1, часть 5 статьи 138, часть 5 статьи 180, часть 5 статьи 219 КАС РФ, пункт 3 части 2 статьи 136 АПК РФ).
В свою очередь, длящееся нарушение предполагает, что оно к моменту обращения в суд продолжается в отношении осужденного и имеет место быть до настоящего времени, таким образом, лицо, чье право нарушено может подать административное исковое заявление в течение всего срока, пока у ответчика есть обязанность совершить какие-либо действия в отношении данного лица, а такжев течение трёх месяцев после того, как эта обязанность прекратилась, что в рассматриваемом споре не усматривается.
Исследуя вопрос о том, что именно подразумевал истец определяя правоотношения с изолятором – как длящиеся, суд установил, что Трифонов ссылается на приговор Октябрьского районного суда г. Мурманска от 18.03.2025 г., которым он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 4 месяца. На основании ч.5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного по приговору Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга от 12.10.2023 г., окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В срок назначенного наказания зачтено отбытое по приговору Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга от 12.10.2023 г.
Однако, назначение наказания и исполнение наказания не только являются прерогативами совершенно разных органов, имеют разные правовые последствия, но и не могут подменять друг друга, а также вступать в спор друг с другом, законодателем в данном случае четко определена функция и роль суда, и полномочия по исполнению судебных актов ФСИН России, что не учитывается истцом, и свидетельствует о его заблуждении относительно применения норм права.
Таким образом, никаких оснований считать, что между истцом и следственным изолятором имеются длящиеся правоотношения, а также, что у изолятора по прежнему имеется обязанность по совершению каких-либо действий в отношении Трифонова – не имеется.
Истец оспаривает действия СИЗО, имевшие место быть в ноябре-декабре 2023 г., исковое заявление подано им ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении более чем 2,5 лет, при этом Трифонов не считал, что им пропущены сроки на обращение с настоящим исковым заявлением, однако положения ст. 219 КАС РФ нарушены в полном объеме и обоснованных причин этому не приведено, при этом суд также учитывает, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Трифонов находился на свободе и не был ограничен в реализации своих прав на судебную защиту.
Исследуя вопрос о том, какие именно права нарушены СИЗО в связи с поступлением распоряжения об исполнении приговора ДД.ММ.ГГГГ, суд отмечает, что исходя из вида исправительного учреждения назначенного к отбытию Тимофееву, срок его содержания в соответствии с положениями ст. 72 УИК РФ – останется неизменным, доказательств ограничения его прав СИЗО в оспариваемый двухмесячный период пребывания исходя из ПВР, не только не установлено, но и не было заявлено истцом, доводов о том, что ему было отказано в реализации его прав как осужденного к отбытию наказания Трифоновым не приведено, в связи с чем, таким образом он считает, что СИЗО-1 до настоящего времени продолжает нарушать его права и каким образом суд должен восстановить их с учетом убытия в исправительную колонию, Трифонов пояснить не смог.
При этом, суд исходит из того, что ненадлежащих условий содержания административного истца и нарушения его прав в период с ноябрь-декабрь 2023 г. не установлено, само по себе содержание его в СИЗО не свидетельствует о нарушении прав.
Административный иск направлен истцом в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть с пропуском срока, со дня когда Трифонову стало известно о том, что приговор в отношении него был исполнен ДД.ММ.ГГГГ.
Принимая во внимание правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации отраженную в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 84-КГ 17-6, исходя из которой следует, что само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях по постановлению или приговору суда, не порождают у него право на денежную компенсацию, изучив позицию административного истца, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, установив юридически значимые обстоятельства, установив, что доводы административного истца о несвоевременности исполнения приговора Смольнинского районного суда г. Санкт-Петербурга от 12.10.2023 г. при обращении к исполнению ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области не нашли своего подтверждения, учитывая сроки на подачу искового заявления, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований в полном объеме.
На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями статей 175-180 КАС РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении административного искового заявления Трифонова Александра Александровича к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Ануфриеву Александру Сергеевичу, ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России, Министерству финансов РФ, о признании действий (бездействий) незаконными, взыскании компенсации за нарушение условий содержания -отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Колпинский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме
Судья И.А. Александрина
Решение суда принято в окончательной форме 2 сентября 2026 года.