АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
29 мая 2026 года г. Шелехов
Шелеховский городской суд Иркутской области в составе:
председательствующего судьи Петрович К.Э., при секретаре Кононовой Н.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя истца отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области Курносовой Е.А. на решение мирового судьи судебного участка №117 г. Шелехова и Шелеховского района Иркутской области от 10.03.2026 по гражданскому делу №2-553/2026 по иску отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области к Черных И.Г. о взыскании неосновательного обогащения, установил:
ОСФР по Иркутской области обратилось к мировому судье с иском к Черных И.Г. о взыскании неосновательного обогащения, указав в его обоснование, что с *дата скрыта* Черных И.Г. являлся получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца. В период выплаты страховой пенсии Черных И.Г. трудоустроился, о чем не сообщил в орган, осуществляющий выплату пенсии. В связи с чем, по вине ответчика образовалась переплата пенсии за период *дата скрыта* по *дата скрыта* в сумме 5 462,46 руб.
Решением мирового судьи судебного участка №117 г. Шелехова и Шелеховского района Иркутской области от 10.03.2026 исковые требования ОСФР по Иркутской области оставлены без удовлетворения.
Не согласившись с постановленным по делу решением, представитель истца ОСФР по Иркутской области Курносова Е.А. подала апелляционную жалобу, в которой просила суд отменить решение мирового судьи от 10.03.2026, вынести по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. В жалобе заявитель указала, что пенсионер, в том числе получатель социальной пенсии по случаю потери кормильца, обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств (ч. 5 ст. 26 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях»). Страховая пенсия по случаю потери кормильца, за умершую супругу ФИО1, назначалась Черных И.Г. на основании его заявления, направленного посредством электронных сервисов (через свой личный кабинет) *дата скрыта* При оформлении (заполнении) данного документы ответчик брал на себя ряд обязательств, в числе которых извещение территориального органа ПФР о наступлении обстоятельств, влекущих за собой прекращение выплаты пенсии. Действующим законодательством не регламентированы порядок и форма такого извещения, в связи с чем, уведомление о поступлении на работу возможно любым доступным способом. Несообщение ответчиком о трудоустройстве в *дата скрыта* повлекло необоснованное осуществление выплаты пенсии по случаю потери кормильца за период с *дата скрыта* по *дата скрыта* в размере 5 462,46 руб.
Письменные возражения на апелляционную жалобу от ответчика не поступили.
Представитель истца ОСФР по Иркутской области в судебное заседание не явился, о месте и времени его проведения извещены надлежащим образом, причины неявки неизвестны.
Ответчик Черных И.Г. в судебное заседание не явился, о месте и времени его проведения извещен надлежащим образом, причины неявки неизвестны.
Суд, в соответствии с положениями ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ, определил рассмотреть дело в отсутствие сторон.
В соответствии с п. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, Черных И.Г. являлся получателем социальной пенсии по случаю потери кормильца.
*дата скрыта* Черных И.Г. в электронной форме обратился в орган пенсионного обеспечения с заявлением о назначении пенсии в связи с потерей кормильца.
Решением органа пенсионного обеспечения от *дата скрыта* Черных И.Г. была назначена пенсия связи с потерей кормильца.
На основании распоряжения о перерасчете размера пенсии от *дата скрыта* *номер скрыт*, размер социальной пенсии по случаю потери кормильца был проиндексирован и составил 5 462,46 руб.
Согласно заявлению о назначении пенсии от *дата скрыта*, ответчик обязался извещать орган Пенсионного фонда Российской Федерации о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение, приостановление, продление выплаты, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.
Согласно истории выплат за период с *дата скрыта* по *дата скрыта* Черных И.Г. была начислена и выплачена социальная пенсия в сумме 5 462,46 руб.
Согласно сведениям о трудовой деятельности Черных И.Г., последний *дата скрыта* трудоустроен в <данные изъяты>».
Заявляя требование о взыскании с ответчика излишне выплаченной социальной пенсии, Отделение ссылается на пункт 3 части 1 статьи 25 и части 5 статьи 26 ФЗ "О страховых пенсиях".
Разрешая заявленные требования, мировой судья, руководствуясь положениями Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", статьями 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что сумма пенсии по потере кормильца, о взыскании которой как неосновательного обогащения просит пенсионный орган, предоставлялась ответчику в качестве средства к существованию, следовательно, в соответствии с пунктом 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, может быть взыскана с Черных И.Г. только в случае установления счетной ошибки или недобросовестности с его стороны. Однако о наличии счетной ошибки истец не заявляет, ссылаясь на недобросовестность ответчика, который не уведомил пенсионный орган о трудоустройстве.
Мировой судья пришел к выводу о том, что само по себе неисполнение Черных И.Г. обязанности по извещению пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии по случаю потери кормильца в отсутствие иных доказательств, не свидетельствует о недобросовестности Черных И.Г. в получении меры социальной поддержки от государства, являющейся для него средством к существованию.
Суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с выводами мирового судьи.
Основания и порядок выплаты пенсии предусмотрены Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" (далее по тексту - Федеральный закон от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ).
В соответствии с подпунктом 8 пункта 1 статьи 4 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ нетрудоспособные граждане имеют право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению.
Пенсия по случаю потери кормильца является одним из видов пенсий по государственному пенсионному обеспечению (подпункт 4 пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ).
На основании ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в п. 2 ч. 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца.
В ч. 2 ст. 10 Федерального закона "О страховых пенсиях" определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе: один из родителей или супруг либо дедушка, бабушка умершего кормильца независимо от возраста и трудоспособности, а также брат, сестра либо ребенок умершего кормильца, достигшие возраста 18 лет, если они заняты уходом за детьми, братьями, сестрами или внуками умершего кормильца, не достигшими 14 лет и имеющими право на страховую пенсию по случаю потери кормильца в соответствии с п. 1 настоящей части, и не работают (п. 2 ч. 2 ст. 10 Федерального закона "О страховых пенсиях"; - родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) либо являются инвалидами (п. 3 ч. 2 ст. 10 Федерального закона "О страховых пенсиях".
В части 1 статьи 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" приведены основания прекращения выплаты страховой пенсии.
Согласно пункту 3 части 1 статьи 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.
В соответствии с частью 5 статьи 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.
Из частей 1 и 2 статьи 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 данного федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
В случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчете размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации (часть 4 статьи 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях").
Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.
На основании пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.
Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (подпункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.
При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности статьи 7 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", пунктов 1 и 2 статьи 25 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", статей 1102 и 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Г.", содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям (абзац седьмой пункта 3 постановления).
Таким образом, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться, в частности, в рамках правоотношений, связанных с реализацией прав граждан на пенсионное и социальное обеспечение.
Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 26 февраля 2018 г. N 10-П, применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств бюджета, выплаченных на социальное обеспечение, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена соответствующая социальная выплата. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).
Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки в виде пенсии по случаю потери кормильца, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе пенсионного обеспечения, принявшем решение об их возврате (удержании).
Руководствуясь приведенным правовым регулированием, исследовав юридически значимые обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, мировой судья пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с Черных И.Г. переплаты пенсии по случаю потери кормильца за период с *дата скрыта* по *дата скрыта*, поскольку выплаченная ответчику пенсия за указанный период не является счетной ошибкой пенсионного органа, доказательств недобросовестности в действиях Черных И.Г. при получении указанной пенсии материалы дела не содержат.
При разрешении спора суд правильно определил характер спорных правоотношений, закон, которым следует руководствоваться, и обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы мирового судьи соответствуют представленным в материалы дела доказательствам, установленным на их основании фактическим обстоятельствам, и примененным нормам права.
Доводы апелляционной жалобы пенсионного органа о том, что Черных И.Г. не известил пенсионный орган о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии по случаю потери кормильца, поэтому он обязан возместить причиненный ущерб, не могут повлечь отмену обжалуемого решения суда, поскольку при разрешении спора судом обоснованно указано, что излишне выплаченные суммы пенсии, которые фактически были получены Черных И.Г., в силу положений пункта 1 статьи 1102 и пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации должны быть возвращены получателем в случае установления факта недобросовестности с его стороны, однако, в данном случае недобросовестности в действиях ответчика в ходе рассмотрения дела мировым судье не установлено.
Таким образом, суд приходит к выводу, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции, - оставлению без удовлетворения.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил:
решение мирового судьи судебного участка №117 г. Шелехова и Шелеховского района Иркутской области от 10.03.2026 по гражданскому делу №2-553/2026 по иску отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области к Черных И.Г. о взыскании неосновательного обогащения – оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области Курносовой Е.А. - без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в президиум Иркутского областного суда через суд первой инстанции.
Судья К.Э. Петрович
Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 15 июня 2026 г.