АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
10 июня 2026 года г. Шелехов
Шелеховский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Петрович К.Э., при секретаре Кононовой Н.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании частную жалобу индивидуального предпринимателя Козлова О.И. на определение мирового судьи судебного участка №115 г. Шелехова и Шелеховского района Иркутской области от 11 марта 2026 г. об отказе в процессуальном правопреемстве по гражданскому делу №2-2662/2017, установил:
Заявитель ИП Козлов О.И. обратился к мировому судье судебного участка №115 г. Шелехова и Шелеховского района Иркутской области с заявлением о процессуальном правопреемстве, ссылаясь в обоснование требований на то, что судебным приказом от 27.11.2017 №2-2662/2017 с Сафиуллиной М.В. в пользу Коммерческого Банка «Ренессанс Кредит» (ООО) взыскана задолженность по кредитному договору *номер скрыт* от *дата скрыта* за период с *дата скрыта* по *дата скрыта* в сумме 60 764,46 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 011,47 руб.
*дата скрыта* между Коммерческим Банком «Ренессанс Кредит» (ООО) и ООО ПКО «ТОР» был заключен договор уступки прав требований (цессии) №*номер скрыт*, в соответствии с которым последнее приняло право требования указанной задолженности.
*дата скрыта* между ООО ПКО «ТОР» и ИП Козловым О.И. был заключен договор уступки прав требований (цессии) *номер скрыт*. Право требования задолженности по указанному договору перешло к ИП Козлову О.И.
Заявитель просил произвести процессуальное правопреемство по судебному приказу мирового судьи судебного участка №115 г. Шелехова и Шелеховского района Иркутской области от 27.11.2017 по гражданскому делу №2-2662/2017 о взыскании с Сафиуллиной М.В. в пользу Коммерческого Банка «Ренессанс Кредит» (ООО) задолженности по кредитному договору *номер скрыт* от *дата скрыта*, заменив взыскателя на его правопреемника - ИП Козлова О.И.
11 марта 2026 г. мировым судьей вынесено определение об отказе в процессуальном правопреемстве.
В частной жалобе ИП Козлов О.И. считает определение не соответствующим нормам процессуального и материального права, подлежащим отмене, ссылаясь на то, что действующее законодательство не содержит норм, запрещающих Банку уступить права требования по кредитному договору организации, не являющейся кредитной и не имеющей лицензии на занятие банковской деятельностью. По общему правилу личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам. В договоре потребительского кредита *номер скрыт* от *дата скрыта* указано, что банк вправе осуществлять уступку прав (требований) по кредитному договору третьим лицам, в том числе не имеющим лицензию на осуществление банковской деятельности. Кроме того, согласно положениям Федерального закона №353-ФЗ от 21.12.2013 в редакции, действовавшей на дату заключения кредитного договора (*дата скрыта*), он не содержал ограничений на уступку прав (требований). Просил определение мирового судьи отменить.
В соответствии со статьей 333 ГПК РФ частная жалоба рассмотрена единолично судьей без извещения лиц, участвующих в деле.
Информация о времени и месте рассмотрения частной жалобы размещена на официальном сайте Шелеховского городского суда Иркутской области.
Проверив материалы дела, изучив частную жалобу, законность и обоснованность определения мирового судьи, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Согласно части 2 статьи 334 ГПК РФ с учетом положений статьи 330 того же Кодекса, основаниями для отмены или изменения определения суда в апелляционном порядке являются нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Такие нарушения мировым судьей не допущены.
Как следует из материалов дела, судебным приказом мирового судьи судебного участка №115 г. Шелехова и Шелеховского района Иркутской области от 27.11.2017 №2-2662/2017 с Сафиуллиной М.В. в пользу Коммерческого Банка «Ренессанс Кредит» (ООО) взыскана задолженность по кредитному договору *номер скрыт* от *дата скрыта* за период с *дата скрыта* по *дата скрыта* в сумме 60 764,46 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 011,47 руб.
Судебный приказ был предъявлен к исполнению в Шелеховское РОСП ГУФССП по Иркутской области, где возбуждено исполнительное производство *номер скрыт*-ИП от *дата скрыта*.
Как установлено мировым судьей, *дата скрыта* между Коммерческим Банком «Ренессанс Кредит» (ООО) и ООО ПКО «ТОР» был заключен договор уступки прав требований (цессии) *номер скрыт*, в соответствии с которым последнее приняло право требования указанной задолженности.
*дата скрыта* между ООО ПКО «ТОР» и ИП Козловым О.И. был заключен договор уступки прав требований (цессии) *номер скрыт*. Право требования задолженности по указанному договору перешло к ИП Козлову О.И.
Мировой судья, отказывая в удовлетворении заявления ИП Козлова О.И. о процессуальном правопреемстве, ссылаясь на ст. 12 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", исходил из того, что деятельность по возврату просроченной задолженности не включена в сведения об основном, а также дополнительных видах деятельности индивидуального предпринимателя. Вышеприведенным Федеральным законом право осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) физическим лицам, в том числе индивидуальным предпринимателям, не предусмотрено. Письменное согласие заемщика на передачу долга от кредитора заявителю не представлено.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами мирового судьи, исходя из следующего.
В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
Согласно пункту 1 статьи 384 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.
Пунктом 1 статьи 388 Гражданского кодекса РФ установлено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.
В силу статьи 44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства. Все действия, совершенные до вступления правопреемника в процесс, обязательны для него в той мере, в какой они были бы обязательны для лица, которое правопреемник заменил.
Как установлено частью 1 статьи 12 Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) только юридическому лицу, осуществляющему профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа), если запрет на осуществление уступки не предусмотрен федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.
В силу части 5 статьи 13 указанного Федерального закона юридические и физические лица не вправе требовать исполнения заемщиком обязательств по договору потребительского кредита (займа) в случае, если на момент его заключения первоначальный кредитор не являлся юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, а на момент уступки прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) новый кредитор не являлся юридическим лицом, осуществляющим профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическим лицом, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированным финансовым обществом или физическим лицом, указанным в письменном согласии заемщика, предусмотренном частью 1 статьи 12 настоящего Федерального закона.
Таким образом, цессионарием по договору уступки могут выступать:
- юридическое лицо, осуществляющее профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов (банк или некредитная финансовая организация);
- юридическое лицо, осуществляющее деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц (коллекторское агентство);
- специализированное финансовое общество;
- физическое лицо, указанное в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности.
В соответствии с выпиской из ЕПРИП, основным видом деятельности ИП Козлова О.И. является деятельность в области права (69.10). В соответствии с дополнительными видами деятельности предприниматель имеет право заниматься: торговлей легковыми и грузовыми автомобилями малой грузоподъемности (45.11); торговлей автотранспортными средствами (45.19); техническим обслуживанием и ремонтом автотранспортными средствами (45.20); торговлей мотоциклами, их деталями, узлами и принадлежностями, техническим обслуживанием и ремонтом мотоциклов (45.40); деятельностью по оказанию консультационных и информационных услуг (63.99.1); деятельностью вспомогательной прочей в сфере финансовых услуг, кроме страхования и пенсионного обеспечения (66.19); покупкой и продажей собственного недвижимого имущества (68.10); арендой и управлением собственным или арендованным недвижимым имуществом (68.20); деятельностью агентств недвижимости за вознаграждение или на договорной основе (68.31); управлением недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (68.32); предоставлением прочих персональных услуг, не включенных в другие группировки (69.09).
Поскольку по сведениям из ЕГРИП основным видом деятельности индивидуального предпринимателя является деятельность в области права (код ОКВЭД 69.10), суд полагает, что истец не относится к лицам, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности.
Письменного согласия заемщика, полученного кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности, материалы дела не содержат.
Поскольку договор уступки прав требований (цессии) *номер скрыт*, между ООО ПКО «ТОР» и ИП Козловым О.И., заключен *дата скрыта*, а п. 1 ст. 12 Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" введена Федеральным законом от 27.12.2018 N 554-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О потребительском кредите (займе)" и Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях", следовательно, довод частной жалобы о том, что действия по истребованию суммы долга не требуют разрешения и специальной правоспособности, является необоснованным.
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъяснено, что уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168, пункт 1 статьи 388 Гражданского кодекса РФ).
Таким образом, произведенная уступка требования (цессии) по кредитному договору нарушает законодательный запрет, и не порождает прав требования.
Довод заявителя о том, что кредитный договор с заемщиком содержал условие о возможности уступки банком прав и обязанностей по договору третьим лицам, также не свидетельствует об обоснованности частной жалобы.
До законодательной реформы обсуждаемой сферы деятельности (до вступления в силу Федерального закона от 27.12.2018 N 554-ФЗ) статья 12 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ допускала ограничение уступки права требования, вытекающего из договора потребительского кредита, при наличии ее прямого запрета в кредитном договоре.
Применительно к дореформенному законодательному регулированию высшими судебными инстанциями был выработан ряд правовых позиций.
Так, требование возврата кредита, выданного физическому лицу по кредитному договору, не считалось требованием, неразрывно связанным с личностью кредитора (пункт 16 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 N 146 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров"); возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом), лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, допускалось, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем или установлено законом (пункт 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей"); право банка, иной кредитной организации передать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, могло следовать из договора, содержащего данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2015 N 34-КГ15-2).
Таким образом, в указанный период в отсутствие законодательно закрепленного исчерпывающего перечня субъектов, которым могут быть уступлены права кредитора по договору потребительского кредита (займа), согласие заемщика (включая согласие, заранее данное при заключении кредитного договора) на будущую уступку в пользу любого третьего лица снимало вопрос о действительности цессии.
Однако с принятием Федерального закона от 27.12.2018 N554-ФЗ регулирование данного вопроса изменилось - законодателем введены ограничения по кругу лиц на стороне цессионария и установлен закрытый перечень лиц, в пользу которых могут быть переданы права кредитора по договору потребительского кредита (займа).
Редакция указанной статьи, измененная в ходе реформы, не предусматривает возможность преодолеть исчерпывающий перечень возможных цессионариев путем получения от заемщика в тексте кредитного договора согласия на будущую цессию. При ином толковании данных норм права следует вывод о существовании легального механизма получения "генерального" согласия на совершение в будущем ничтожных сделок. Такой подход закону не соответствует.
Поскольку ИП Козловым О.И. не доказано, что он относится к числу лиц, указанных в части 1 статьи 12 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ, наличие (отсутствие) согласия заемщика на будущую уступку, включенное в условие кредитного договора, не имеет значения.
При таких обстоятельствах оспариваемое определение мирового судьи подлежит оставлению без изменения.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 331, 334 ГПК РФ, определил:
определение мирового судьи судебного участка №115 г. Шелехова и Шелеховского района Иркутской области от 11 марта 2026 г. об отказе в процессуальном правопреемстве по гражданскому делу №2-2662/2017 оставить без изменения, частную жалобу индивидуального предпринимателя Козлова О.И. – без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в президиум Иркутского областного суда через суд первой инстанции.
Судья К.Э. Петрович
Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 15 июня 2026 г.