РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Выборгский районный суд Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Николаевой А.В., с участием истца Дейбука А.Г., при секретаре Томиловой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Дейбука А. Г. к администрации Выборгского района Санкт-Петербурга о взыскании денежных средств, обязании совершить определенные действия,
УСТАНОВИЛ:
Дейбук А.Г. обратился в суд с иском, в котором просил взыскать с администрации района компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 256 643,14 руб., проценты за задержку выплаты в соответствии со ст.236 ТК РФ за период с 15.11.2025 по день фактического расчета, компенсацию морального вреда – 500 000 руб.; обязать ответчика произвести окончательный расчет.
В обоснование заявленных требований указал, что состоял в трудовых отношениях с ответчиком с 26.11.2012 по 14.11.2025, при этом ему ежегодно предоставлялся основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней; до поступления на работу ему была установлена инвалидность; документы о наличии инвалидности он предоставил работодателю 12.09.2025, в связи с чем 03.10.2025 с ним было заключено дополнительное соглашение, которым установлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 30 календарных дней на основании ст.115 ТК РФ; 14.11.2025 трудовые отношения прекращены в связи с истечение срока действия трудового договора, однако при увольнении денежная компенсация за неиспользованные 26 дней основного оплачиваемого отпуска (по 2 дня за каждый из 13 лет работы в связи с наличием инвалидности) не выплачена; 14.11.2025 он обратился к работодателю с письменной претензией, однако в выплате было отказано. Полагая действия ответчика неправомерными, истец обратился с настоящим заявлением в суд.
В судебном заседании истец заявленные требования поддержал в полном объеме.
Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом; будучи опрошенным ранее, представитель истца против удовлетворения заявленных требований возражал; заявил о пропуске истцом срока обращения в суд (л.д.64-66).
Выслушав объяснения истца, изучив материалы дела, суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований, принимая во внимание следующее.
В соответствии со ст.115 ТК РФ ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью более 28 календарных дней (удлиненный основной отпуск) предоставляется работникам в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан создавать для инвалидов условия труда в соответствии с индивидуальной программой реабилитации (ст.224 ТК РФ).
Дополнительные гарантии для инвалидов установлены Федеральным законом от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей до 29.05.2024), в силу ст.23 которого инвалидам, занятым в организациях независимо от организационно-правовых форм и форм собственности, создаются необходимые условия труда в соответствии с индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида.
Не допускается установление в коллективных или индивидуальных трудовых договорах условий труда инвалидов (оплата труда, режим рабочего времени и времени отдыха, продолжительность ежегодного и дополнительного оплачиваемых отпусков и другие), ухудшающих положение инвалидов по сравнению с другими работниками.
Для инвалидов I и II групп устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени не более 35 часов в неделю с сохранением полной оплаты труда.
Привлечение инвалидов к сверхурочным работам, работе в выходные дни и ночное время допускается только с их согласия и при условии, если такие работы не запрещены им по состоянию здоровья.
Инвалидам предоставляется ежегодный отпуск не менее 30 календарных дней.
Как установлено законодателем в ст.392 ТК РФ (в редакции, действовавшей до 03.10.2016) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
В соответствии со ст.392 ТК РФ в редакции Федерального закона от 03.07.2016 № 272-ФЗ за разрешением индивидуального трудового спора работник имеет право обратиться в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
В силу ст.392 ТК РФ в редакции Федерального закона от 16.12.2019 № 439-ФЗ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 ТК РФ) у работодателя по последнему месту работы.
Из представленных в материалы дела документов следует, что 26.11.2012 между администрацией Выборгского района Санкт-Петербурга (работодатель) и Дейбуком А.Г. (работник) заключен трудовой договор № 358 на должность руководителя – главного врача СПб ГБУЗ «Гериатрическая больница № 1».
Положениями трудового договора для главного врача установлен ненормированный рабочий день и пяти или шестидневная рабочая неделя с одним или двумя выходными днями (в зависимости от продолжительности рабочей недели). Также работнику установлен ежегодный основной отпуск продолжительностью 28 календарных дней и дополнительный отпуск за ненормированный рабочий день продолжительностью 14 календарных дней.
Дополнительным соглашением № 1/14 от 10.02.2014 трудовой договор от 26.11.2012 изложен в новой редакции, при этом работнику помимо ежегодного основного отпуска продолжительностью 28 календарных дней и дополнительного отпуска за ненормированный рабочий день продолжительностью 14 календарных дней, установлен дополнительный отпуск 14 календарных дней (л.д.76).
В ходе рассмотрения дела участвующими в деле лицами не оспаривалось, что ежегодный основной отпуск продолжительностью 28 календарных дней, дополнительный отпуск за ненормированный рабочий день продолжительностью 14 календарных дней, а также дополнительный отпуск продолжительностью 14 календарных дней (всего – 56 календарных дней в году) истцом за период трудовых отношений использованы в полном объеме и оплачены работодателем в установленном порядке.
В соответствии с приказом № 1835-к от 14.11.2025 трудовой договор с Дейбуком А.Г. прекращен, работник уволен 14.11.2025 в связи с достижением предельного возраста для замещения должности главного врача в соответствии с ч.11 ст.350 ТК РФ; также указано на необходимость произвести удержание из заработной платы задолженности, образовавшейся за неотработанные дни отпуска за период работы с 26.11.2024 по 25.11.2025 в количестве 1 календарного дня.
Из представленных документов также следует, что 08.10.2010 Дейбуку А.Г. выдана справка серии СМЭ-2007 № 6610308 об инвалидности 2 группы, причина инвалидности – военная травма, инвалидность установлена повторно, бессрочно.
При этом 12.09.2025 Дейбук А.Г. обратился с заявлением на имя главы администрации района, в котором в связи с окончанием действия трудового договора и предстоящим увольнением 14.11.2025 просил выплатить денежную компенсацию за неиспользованную часть ежегодного оплачиваемого отпуска в количестве 27 календарных дней (ч.1 ст.127 ТК РФ); одновременно указал, что для реализации своего права на основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 30 календарных дней (ст.115 ТК РФ) прилагает копию справки об установлении инвалидности.
На указанное заявление работодателем дан мотивированный ответ, а также, в связи с получением работодателем от истца документально подтвержденных сведений о наличии у работника инвалидности 03.10.2025 сторонами заключено дополнительное соглашение, которым работнику установлена продолжительность рабочей недели – 35 часов (абз.4 ч.1 ст.92 ТК РФ), количество выходных дней в неделю – 2 (суббота и воскресенье), продолжительность ежедневной работы с понедельника по пятницу с 09:00 до 16:30, ненормированный рабочий день – не установлен, ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 30 календарных дней (п.3 ст.115 ТК РФ), перерыв для отдыха и питания с 13:00 до 13:30, дополнительный отпуск продолжительностью 14 календарных дней; ежегодные оплачиваемые отпуска предоставляются руководителю в соответствии с графиком в сроки, согласованные с работодателем.
В дополнительном соглашении также отражено, что его действие распространяется на отношения сторон, возникшие с 12.09.2025.
Приказом от 08.10.2025 № 1068-ко истцу предоставлен дополнительный оплачиваемый отпуск в соответствии с постановлением Верховного Совета РФ от 27.12.1991 № 2123-I «О распространении действия закона РСФРС «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» на граждан из подразделений особого риска», продолжительностью 14 календарных дней с 01.11.2025 по 15.11.2025.
В ходе рассмотрения дела истцом не оспаривался тот факт, что ранее 12.09.2025 он ни разу не предоставлял работодателю документы, подтверждающие наличие у него инвалидности, а также иным образом не заявлял о наличии у него дополнительных социальных гарантий в связи с наличием инвалидности.
Данный факт подтверждается содержанием жалобы истца в адрес Государственной инспекции труда в Санкт-Петербурге, в которой он собственноручно указал, что при приеме на работу не предоставлял работодателю документы, подтверждающие наличие у него инвалидности, так как предоставление таких документов не является обязательным, а работодатель не вправе требовать такие документы у работника, их предоставление является правом работника (л.д.36), а также письменными пояснениями истца, представленными в суд (л.д.90).
Как установлено судом, своим правом на предоставление работодателем социальных гарантий, связанных с инвалидностью, в том числе, правом на длительный основной отпуск, истец осознанно умышленно не воспользовался до 12.09.2025, что свидетельствует о злоупотреблении правом с его стороны, поскольку в данном случае лицом, виновным в нарушении трудового законодательства, является именно истец, занимая руководящую должность, намеренно скрывавший факт наличия у него инвалидности, поскольку при наличии у работодателя такой информации истцу не мог быть установлен ненормированный рабочий день, а соответственно – у него отсутствовало право на предоставление ежегодного оплачиваемого дополнительного отпуска в связи с ненормированным рабочим днем продолжительностью 14 календарных дней, вместо которых у него возникало право на длительный основной отпуск продолжительностью 30 календарных дней; то есть истец в результате своих умышленных действий ежегодно использовал оплачиваемый отпуск продолжительностью 56 календарных дней (28 + 14 + 14), имея право только на отпуск продолжительностью 44 календарных дня (30 +14).
При этом суд принимает во внимание, что в силу положений ст.65 ТК РФ установлен законодательный запрет работодателю требовать от работника предоставления иных документов, в том числе, связанных с наличием инвалидности.
Из объяснений истца в судебных заседаниях бесспорно следует, что ему изначально, в том числе, в силу занятия различных руководящих должностей в течение длительного периода времени (в том числе, до трудоустройства к ответчику), достоверно было известно о наличии у него права на длительный отпуск, связанный с инвалидностью, однако он умышленно не уведомил работодателя о наличии у него инвалидности и соответствующих прав, как пояснил сам истец, ввиду опасений возникновения проблем с трудоустройством либо возможности увольнения. Однако надуманные предположения истца не могут являться основанием для возложения на ответчика дополнительных обязанностей за период, когда он не знал и не мог знать о наличии у работника прав на дополнительные социальные гарантии.
Доводы о том, что работодатель должен был знать о наличии у истца инвалидности в связи с наличием в военном билете сведений об увольнении с военной службы по состоянию здоровья, отклоняются судом как надуманные, принимая во внимание, что в соответствии с Расписанием болезней, утвержденным постановлением Правительства РФ от 04.07.2013 № 565 «Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе», наличие инвалидности не является единственным препятствием для прохождения военной службы по контракту.
Из представленных в материалы дела документов также следует, что по результатам специальной оценки условий труда на рабочем месте истца установлен класс условий труда – 3.2 «вредные условия труда на рабочем месте», о чем 06.12.2016 сторонами заключено дополнительное соглашение (л.д.122).
16.09.2021 сторонами заключено дополнительное соглашение, которым определено, что руководителю предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за ненормированный рабочий день продолжительностью 7 календарных дней, а также дополнительный оплачиваемый отпуск за вредные условия труда 2 степени (подкласс 3.2) продолжительностью 7 календарных дней (л.д.123).
При таких обстоятельствах суд не усматривает в действиях работодателя дискриминации, поскольку сложившаяся ситуация вызвана исключительно умышленными действиями работника, который в ходе рассмотрения дела подтвердил факт наличия у него умысла на сокрытие от работодателя сведений о наличии инвалидности в период трудовых отношений, а корыстный умысел работника не может являться основанием для возложения на работодателя дополнительной финансовой ответственности.
14.11.2025 истец направил на имя работодателя претензию о невыплате ему компенсации за неиспользованный отпуск из расчета 30 календарных дней за каждый из 13 лет работы; на указанную претензию дан мотивированный ответ от 02.12.2025.
Из представленных в материалы дела документов также следует, что еще 23.04.2025 истец обратился в Роструд с заявлением по вопросу реализации права на продолжительный основной отпуск работающим инвалидом, а 15.05.2025 получил ответ на свое обращение с разъяснением необходимости предоставить работодателю документы об установлении инвалидности для реализации данного права, однако таким правом воспользовался только 12.09.2025 (л.д.111).
Доводы истца о том, что при обращении 24.04.2024 на имя главного врача СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 99» с заявлением об оформлении направления для госпитализации он указал на наличие у него инвалидности 2 группы, отклоняются судом, поскольку адресат такого заявления не является его работодателем, как и сотрудники Федерального Фонда ОМС и Территориального Фонда ОМС Санкт-Петербурга, аппарата вице-гебернатора Санкт-Петербурга, куда перенаправлялись обращения истца из Министерства Здравоохранения РФ и прокуратуры Санкт-Петербурга (л.д.135, 137, 139-149, 153-168).
Ответ первого заместителя главы администрации района на обращение истца, поданное в электронном виде в Федеральный Фонд ОМС, в принципе не содержит ссылок на наличие у заявителя инвалидности, поскольку касается вопросов разъяснения прав на получение бесплатной медицинской помощи в рамках ОМС (л.д.150-152) и не может являться подтверждением предоставления работодателю документов, подтверждающих наличие инвалидности, в установленном порядке, принимая во внимание, в том числе, тот факт, что все представленные истцом обращения и ответы на них были связаны с реализацией его прав на получение желаемой медицинской помощи, но не касались его отношений с ответчиком как работника с работодателем, в связи с чем подлежали направлению исключительно в профильные службы, компетентные давать ответы на поставленные вопросы.
При этом сам истец в ходе рассмотрения дела пояснял, что в период трудовых отношений с ответчиком не совершал действий, направленных на реализацию своих трудовых прав, связанных с наличием инвалидности, полагая, что в ином случае он мог бы остаться без работы.
Однако, по мнению суда, предположение о возможном последующем нарушении иных его трудовых прав не может служить основанием для возложения на работодателя материальной ответственности за умышленные действия работника, осознанно не реализовавшего свое право как на длительный основной отпуск, так и на сокращенную продолжительность рабочего времени, не уведомив работодателя об установлении ему инвалидности 2 группы.
Одновременно суд принимает во внимание, что в случае получения работодателем подтвержденной документально информации о наличии у работника инвалидности, обязанностью работодателя является установление для такого работника сокращенной рабочей недели и длительного основного отпуска, в связи с чем в случае такого уведомления и последующего заключения дополнительного соглашения истец утратил бы право на дополнительный отпуск, продолжительностью 14 календарных дней в году, предоставляемый в связи с ненормированным режимом рабочего времени, поскольку ему как инвалиду не мог быть установлен ненормированный режим рабочего времени, а подлежал установлению сокращенный режим рабочего времени и длительный основной отпуск продолжительностью 30 календарных дней в году.
При этом из представленных документов также следует, что все оплачиваемые отпуска за период работы (основные и дополнительные) были истцу предоставлены и оплачены в установленном порядке; соответственно требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск продолжительностью 26 календарных дней фактически сводятся к взысканию компенсации за неиспользованный им как инвалидом отпуск, продолжительностью 2 дня в год; при этом в указанной части истцом пропущен срок исковой давности, установленный ст.392 ТК РФ, учитывая также отсутствие дополнительного соглашения к трудовому договору до 12.09.2025 и отсутствие соответствующих начислений.
Одновременно суд принимает во внимание, что фактически предоставленный работнику дополнительный отпуск 14 календарных дней в году (в связи с ненормированным рабочим днем) в любом случае превышает причитающийся истцу как инвалиду основной отпуск, продолжительность которого превышает основной отпуск иных лиц на 2 дня в год; фактически указанные дни отпуска (14 дней в году) были ему предоставлены в полном объеме, то есть большей продолжительностью, чем предусмотрено п.3 ст.115 ТК РФ и ст.23 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации».
В данном случае, действия истца, в течение длительного времени занимавшего руководящую должность и достоверно знавшего о наличии у него права на дополнительные меры социальной поддержки, в том числе, на получение основного отпуска продолжительностью 30 дней в году вместо 28 дней, однако умышленно не уведомившего работодателя о наличии у него такого права до 12.09.2025, и не предъявлявшего работодателю каких-либо претензий по данному поводу вплоть до 12.09.2025 (то есть в течение 13 лет), суд расценивает как злоупотребление правом, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований в силу ст.10 ГК РФ, а также разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в п.27 постановления от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».
При таких обстоятельствах требования истца подлежат отклонению в полном объеме.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.167, 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Дейбука А. Г. к администрации Выборгского района Санкт-Петербурга о взыскании денежных средств, обязании совершить определенные действия, - отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца.
Судья (подпись) А.В. Николаева
Решение принято в окончательной форме 23.07.2026