РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 сентября 2026 года п.Арти
Артинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Мангилева Ю.Д., при секретаре судебного заседания Козловой М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Гусевой Н. В. к Кардашиной Н. М. о признании недействительным завещания, свидетельств о праве на наследство по завещанию,
УСТАНОВИЛ:
Гусева Н.В. обратилась в суд с иском к Кардашиной Н.М. о признании недействительным завещания, свидетельств о праве на наследство по завещанию.
В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ умерла тетя истца - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, после смерти которой открылось наследство в виде денежных средств, жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу <адрес>. В 2014 году ФИО1 передала истцу завещание от 2007 года, по которому все свое имущество завещает Гусевой Н.В., являющейся ее единственным близким родственником. Обратившись к нотариусу, Гусевой Н.В. стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было составлено другое завещание на имя Кардашиной Н.М., которая уже вступила в права наследования, выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию. Истец считает, что в момент составления завещания ДД.ММ.ГГГГ в пользу Кардашиной Н.М., ФИО1 в силу своего возраста и состояния здоровья находилась под влиянием заблуждения относительно совершаемых ею действий и не способна была понимать их истинное значение. При этом, у ФИО1 при жизни никогда не было и не возникало каких-либо намерений переписать составленное в 2007 году завещание. В связи с чем, просит признать недействительным удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа пгт.Арти и <адрес> Хазьяновой О.И. завещание ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ и признать недействительными свидетельства о праве на наследство по завещанию имущества ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, выданные ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа пгт.Арти и <адрес> Хазьяновой О.И. на имя Кардашиной Н.М.
Определением суда от 14.05.2026 к производству суда приняты уточненные требования, согласно которых истец полагает, что оспариваемая сделка была совершена не только по причинам, указанным в первоначальном исковом заявлении, но и под влиянием факторов, предусмотренных статьями 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации. Полагает, что ФИО1 при подписании завещания заблуждалась относительно подписываемых документов, так как желания завещать имущества кому-либо, кроме Гусевой Н.В. у нее не было, об этом она никому не говорила. Завещание написано под давлением со стороны Кардашиной Н.М. и стечением жизненных обстоятельств. Ответчик неоднократно предлагала переписать на нее завещание, в связи чем сама привезла ФИО1 к нотариусу. Подпись в завещании не соответствует подписи человека, подписывающим документ в адекватном состоянии. В 2019 году идеальная подпись в страховом свидетельстве. В связи с чем, с учетом дополнения основания иска статьями 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации просила признать недействительным удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа <адрес> и <адрес> Хазьяновой О.И. завещание ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ и признать недействительными свидетельства о праве на наследство по завещанию на имущество ФИО1, выданные ДД.ММ.ГГГГ нотариусом на имя Кардашиной Н.М.
Истец Гусева Н.В. в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала, опираясь на доводы, изложенные в исковом заявлении. Кроме этого суду пояснила, что ФИО1 является ее тетей, которая составила на нее завещание. О том, что она изменила свою волю, никогда ей не говорила, хотя она постоянно ей звонила, приезжала в гости. В2023 году сказала, что дом останется ей. В силу возраста и наличии болезней, она заблуждалась в своих действиях, не понимала что делает, подпись в завещании написана дрожащей рукой, что вызывает определенные сомнения. Считает, что завещание от ДД.ММ.ГГГГ было написано под давлением Кардашиной Н.М., тогда как ФИО1 была ведомым человеком.
Ответчик Кардашина Н.М. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, в удовлетворении иска просила отказать. При этом суду пояснила, что длительное время осуществляла уход за ФИО1, которая проживала недалеко от нее. Родственники ФИО1 приезжали к ней редко. Когда в 2017 году ФИО1 упала, повредила ребра, на помощь пришла только она. Тогда ФИО1 решила переписать завещание, в связи с чем по ее просьбе она отвезла ее к нотариусу. Никакого давления на ФИО1 она не оказывала. В момент составления завещания в 2017 году она была здоровой, обучала детей на дому, при этом отдавала отчет своим действиям. Полагает, что завещание изменено по воле наследодателя, в знак благодарности за осуществление ухода за ней, помощи по хозяйству.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета иска – нотариус Хазьянова О.И. в судебное заседание не явилась, извещена о времени и месте судебного разбирательства должным образом и в срок, в заявлении, адресованном суду, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. В предыдущем судебном заседании пояснила, что когда ФИО1 пришла к ней с целью изменения завещания, нотариусом было проверено ее психическое состояние, каких-либо сомнений в психическом здоровье или отклонений в поведении не было установлено, она ориентировалась в пространстве, понимала суть вопросов, отвечала логично. ФИО1 были разъяснены все последствия изменения завещания, она мотивировала свое решение и настаивала на изменении завещания, путем составления нового завещания в пользу Кардашиной Н.М.
При указанных обстоятельствах, поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил рассмотреть дело при данной явке.
Выслушав явившиеся стороны, изучив исковое заявление, поступившие возражения, установив фактические обстоятельства дела, исследовав и оценив представленные сторонами в материалы дела доказательства, в их совокупности, в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
Согласно статье 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных названным Кодексом.
Согласно пункту 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора.
В силу пункта 5 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами настоящего Кодекса о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание.
Пунктом 2 статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.
В соответствии пунктом 1 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Несоблюдение установленных настоящим Кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания.
Нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом (пункты 1 и 2 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя (пункт 3 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал.
В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
По смыслу приведенной нормы неспособность наследодателя в момент совершения завещания понимать значение своих действий или руководить ими, является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.
Согласно пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. В силу пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Согласно пункту 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
Согласно пункту 4 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.
В соответствии с пунктом 5 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.
Пунктом 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Пунктом 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Как установлено судом и следует из материалов гражданского дела, ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО1, что подтверждается копией свидетельства о смерти V – АИ №, выданным отделом ЗАГС <адрес> записи актов гражданского состояния <адрес> ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д.7).
Истец Гусева Н.В. является племянницей ФИО1 по линии матери, которая являлась родной сестрой ФИО1, что подтверждается свидетельствами о рождении, о заключении брака (т. 1 л.д. 14-18).
После смерти ФИО1 нотариусом нотариального округа <адрес> и <адрес> Хазьяновой О.И. заведено наследственное дело №, из материалов которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства обратилась Гусева Н.В., ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства обратилась Кардашина Н.М. (т. 1 л.д. 82-85).
Других наследников, а также нетрудоспособных лиц, которые находились бы на иждивении наследодателя не менее одного года до его смерти, судом не установлено.
При жизни ФИО1 составила завещание <адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом Хазьяновой О.И., в соответствии с которым наследодатель завещает все свое имущество Гусевой Н.В. При этом в тексте завещания имеется отметка нотариуса о том, что завещание отменено ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 86).
Также, при жизни ФИО1 составила завещание <адрес>93 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом нотариального округа <адрес> и <адрес> Хазъяновой О.И., которое не изменено и не отменено, по которому все свое имущество, какое ко дню смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось, и где бы оно ни находилось, она завещает Кардашиной Н.М. (т. 1 л.д. 8, т. 1 л.д. 87).
В соответствии со свидетельствами о праве на наследство по завещанию <адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ, <адрес>5 от ДД.ММ.ГГГГ, Кардашиной Н.М. выданы свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, на имущество в виде жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу <адрес>, а также прав на денежные средства, хранящиеся на счете в подразделении ПАО Сбербанк, прав на денежные средства, причитающиеся в качестве компенсации по вкладам (т. 1 л.д. 10-11, 12-13, л.д. 99-101).
Согласно материала проверки ОМВД России «Артинский» № от ДД.ММ.ГГГГ, Гусева Н.В. обратилась с заявлением о привлечении Кардашиной Н.М. к уголовной ответственности в связи с фальсификацией завещания ФИО1 (т. 1 л.д. 21, 31).
Из письменных объяснений Гусевой Н.В. от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ее тетя ФИО1 составила завещание от 2014 года, которым все своей имущество завещала ей. Тетя тесно общалась с Кадрашиной Н.В. Ее тетя ФИО1 имела ряд заболеваний, была очень доверчивая. После смерти тети она обратилась в нотариальную контору с целью принятия наследства. Через пол года она вновь обратилась к нотариусу, где ей стало известно, что ФИО1 оформила завещание от ДД.ММ.ГГГГ на Кардашину Н.М., которая вступила в наследство. Полагает, что данное завещание незаконное, составлено под давлением, так как до этого ФИО1 говорила, что все имущество останется ей (т. 1 л.д. 39-40).
Из письменных объяснений Кардашиной Н.М. от ДД.ММ.ГГГГ следует, что с 1995 года она знакома с ФИО1, которая работа учительницей в школе <адрес>. Она общалась с ней, родственников в <адрес> у нее не было, они проживали в <адрес> и в <адрес>, навещали ФИО1 редко. Один раз в год к ФИО1 приезжала ее родственница Гусева Н.В. на день рождения. В связи с возрастом ФИО1 необходим был уход и она стала помогать на безвозмездной основе: делали ремонт крыши дома, ворот. Со слов ФИО1 ей стало известно, что она написала завещание в пользу племянницы Гусевой Н.В. Последняя при этом практически не приезжала к ФИО1 Она все продолжала ухаживать за ФИО1 В 2017 году она пришла проведать ФИО1, и увидела ее в огороде, она упала. После того, как она помогла встать ФИО1 и пройти в дом. После этого ФИО1 сказала, что ей очень стыдно, что за ней никто из родственников не смотрит, только она всегда помогает, что хочет переписать завещание на свое имущество на нее. Она не возражала. После чего она вместе с ФИО1 съездили к нотариусу, где было составлено новое завещание. Об этом ФИО1 сообщила по телефону Гусевой Н.В., последняя ответила, что это ее право. После этого Гусева Н.В. долгое время не звонила и не приезжала. Она продолжала ухаживать за ФИО1 до ее смерти. При этом она знает, что ФИО1 дееспособности не была лишена, у нарколога и психиатра на учете на состояла, завещание подписывала в адекватном состоянии (т. 1 л.д. 28-29).
В ходе проверки были отобраны объяснения нотариуса Хазьяновой О.И. от ДД.ММ.ГГГГ, которая поясняла, что ФИО1 обратилась к ней самостоятельно. Ею была установлена личность гражданина, осуществлена проверка на ее дееспособность, установлено наличие волеизъявления заявителя. Отсутствовали какие – либо представители лица. После чего было составлено завещание ДД.ММ.ГГГГ, которое было зачитано вслух и подписано в ее присутствии заявителем ФИО1 Оснований для отказа в оформлении завещания не имелось. В соответствии со статьей 1130 Гражданского кодекса Российской Федерации, завещатель вправе посредством нового завещания отменить прежнее (т. 1 л.д. 26-27).
Из справки ГАУЗ СО «Артинская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 под диспансерным наблюдением у психиатра не находится. В течение 5 лет за медицинской помощью не обращалась (т. 1 л.д. 44).
Из справки ГАУО СО «СОКПБ» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 находилась под наблюдением у врача – психиатра с 05.1988 по 01.1994 с диагнозом: депрессивный невроз. Под наблюдением у врача нарколога не состояла и не состоит (т. 1 л.д. 46).
Из ответа ТОИОГВ СО – Управление социальной политики <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 на учете как гражданин, признанный судом недееспособным, не состояла (т. 1 л.д. 48).
Постановлением заместителя начальника СО ОМВД России «Артинский» от ДД.ММ.ГГГГ, в возбуждении уголовного дела в отношении Кардашиной Н.М. по ч. 4 ст. 159, в отношении Гусевой Н.В. по ч. 1 ст. 306 Уголовного кодекса Российской Федерации отказано по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, то есть за отсутствие в действиях Кардашиной Н.М. и Гусевой Н.В. состава преступления (т. 1 л.д. 32-34, 36-38).
По ходатайству стороны, в судебном заседании были допрошены свидетели.
Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №2 суду показала, что знакома с Гусевой Н.В., является ее соседкой по подъезду. ФИО1 видела часто, около 4-5 раз в год, так как она приезжала в <адрес>, где ее встречала Гусева Н.В. Был период, когда ФИО1 жила у родителей Гусевой Н.В. и она приезжала проведывала ее, привозила продукты, они общались, она была достаточно общительной, активной. В октябре 2018 года, когда ФИО1 приехала на похороны отца Гусевой Н.В, было видно, что ФИО1 изменилась, она была отстраненной, потерянной, не такой как раньше. На обеде в столовой не всех узнавала.
Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №1 суду показала, что была знакома с ФИО1 с 90-х годов, когда она жила в <адрес>. Отец Гусевой Н.В. является братом ее матери, они родственники. Когда приезжали в гости к родителям Гусевой Н.В., ФИО1 была там, она знала ее детей, общались часто, пока она не уехала жить в деревню. После этого стали видеться где – то раз в год, ФИО1 была очень грамотная, общительная, интересовалась ее детьми. Последний раз видела ФИО1 на похоронах в 2018 году, она была уже замкнутая, ее не вспомнила, не общалась, на вопросы отвечала неохотно. На похороны приехала сама, без сопровождения, в Первоуральске ее встретили родственники.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО4 суду показала, что живет в <адрес> с 2001 года. Так как ФИО1 преподавала английский язык, занималась репетиторством, она попросила ее позаниматься с сыном с 2014 года. На занятия ходили 2 раза в неделю. На занятия ходили в течение 3 лет, она многому научила сына, он сейчас помогает с уроками по английскому своей сестре. В августе 2017 года она сказала, что сын готов к школе и можно на занятия не ходить. Напротив ФИО1 жила ФИО5, у которой сын также занимался английским языком с ФИО1 В 2017 году к ФИО1 приходила Кардашина Н.М., помогала ей по хозяйству, покупала продукты. В 2023 году состояние ФИО1 ухудшилось, она уже не выходила из дома.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО6 суду показала, что была знакома с ФИО1, она работала педагогом в школе, преподавала английский. Потом она приходила к ней как социальный работник, у них сложились дружеские отношения, ходила к ней в гости. В 2017 году ФИО1 была нормальной, адекватной, общительной. В силу возраста у нее было давление. Какого – либо странного поведения за ФИО1 не замечала. В последние годы за ней ухаживала Кардашина Н.В.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО7 суду показала, что в 2002 году приехали проживать в <адрес>, они жили напротив дома ФИО1 Кардашина Н.М. помогала ФИО1 делать капитальный ремонт в доме, покупали мебель. Состояние здоровья ФИО1 было нормальное, адекватное. Она ходила друг к другу в гости, меряли давление, так как у нее (Щелконоговой) есть медицинское образование, вместе засаживали огород, виделись каждый день. Она была очень общительная, помогла с литературой по английскому языку для ее внука. Также периодически занимала у ФИО1 деньги. В 2017 году состояние здоровья ФИО1 было нормальное. Ближе к 2020 году состояние здоровья ухудшалось, она могла оставить на включенной плите посуду с едой. В последние 2-3 года здоровье ФИО1 стало ухудшаться, но она еще передвигалась сама, ездила в Первоуральск, ориентировалась, разговаривала, отвечала на вопросы, ходила сама в магазин. Странности в поведении были за год до ее смерти, она перестала ходить, Кардашина Н.М. за ней ухаживала, возила в баню, привозила еду, продукты.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО8 суду показала, что является дочерью Гусевой Н.В., часто виделась с ФИО1, так как она каждый год приезжала на день рождение бабушки. В 2014 году ФИО1 была в абсолютно ясном сознании, адекватная, относительно возраста нормальная женщина. С 2015 – 2016 гг стали появляться небольшие странности в ее поведении: путала родственников, забывала события из прошлого. В 2016 году приезжала к ее бабушке, то есть к сестре ФИО1 на день рождения, была странно одета – брезгливо, в ляпистой одежде, как будто в домашней одежде, не как обычно. На день рождения к бабушке она приезжала обычно нарядно. Когда приезжали к ФИО1 в 2016 году или в 2017 году, у нее в аптечке был феназипам. С этого времени она стала странной. В 2018 году ФИО1 приехала на похороны к дедушке и были странности в поведении. В 2022 году и после ее состояние значительно ухудшилось, стала забывать родственников.
Оснований не доверять показаниям свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний у суда не имеется.
Письменные объяснения ФИО2 и ФИО3, предоставленные ответчиком Кардашиной Н.М., не могут быть расценены как допустимые доказательства, поскольку указанные лица в судебном заседании в качестве свидетелей не допрашивались, об уголовной ответственности за дачу ложных показаний не предупреждались.
По запросу суда ГАУЗ СО «Артинская ЦРБ» предоставлена выписка из амбулаторной карты ФИО1, содержащая сведения о фактах обращения за медицинской помощью в период с 2014 года по 2024 года, включая факты обращения за лечением в ОВП <адрес>, а также вызова скорой медицинской помощи, а также три медицинские карты стационарного больного и две амбулаторные карты на имя ФИО1 (т. 1 л.д. 76-77, л.д. 143).
Для установления по делу юридически значимых обстоятельств, с учетом доводов иска о том, что ФИО1 на момент составления завещания не могла понимать в силу возраста и имеющихся у нее заболеваний смысл оформления завещания, самостоятельно выразить свою волю на оформление завещания, по делу была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1
В соответствии с выводами комиссии экспертов ГАУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница», содержащихся в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, комиссия судебно – психиатрических экспертов, изучив материалы гражданского дела, предоставленной медицинской документации, не выявила у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения не выявлено критериев (согласно МКБ – 10), достаточных данных для квалификации какого – либо психического расстройства на момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ. Она обнаруживала на фоне дисциркулаторных нарушений головного мозга неврологическую – церебрастеническую и вестибулопатическую симптоматику, а также отдельные жалобы на снижение памяти, не подтвержденные данными объективных исследований. У ФИО1 на юридически значимый период однозначных, убедительных данных за выраженное интеллектуально – мнестическое снижение, а также за снижение социально бытовой адаптации не выявлено. Кого – либо выраженного эмоционального состояния, которое могло оказывать существенное влияние на формирование ее воли в момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ, на правильное представление о существе сделки и ее последствиях, на ее поведение во время совершения сделки, в том числе способности противостоянии требованиям других лиц, не описано. Признаков пассивно – подчиняемого типа поведения по материалам дела у подэкспертной не выявлено. ФИО1 на момент подписания завещания от ДД.ММ.ГГГГ не выявляла таких нарушений и индивидуально – психологических особенностей, как повышенная внушаемость, пассивная подчиняемость, значимое интеллектуально – мнестическое снижение, которые бы оказали существенное влияние на поведение при подписании спорной сделки, способствовали формированию неправильных представлений относительно существа или природы сделки и лишали ее способности свободно и осознанно принимать решения, понимать значение своих действий и руководить ими. Пожилой возраст сам по себе не является психопатологическим состоянием. В компетенцию судебно – психиатрических экспертов и экспертов – психологов входит оценка психического состояния и индивидуально – психологических особенностей подэкспертного с учетом совокупности клинических (в том числе соматического, неврологического состояния), ситуационных, социальных и иных факторов (прием лекарственных средств и т.д.) и их влияние в рамках конкретной юридической ситуации.
Посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза государственным экспертным учреждением, которое определено судом согласия истца. Состав экспертной комиссии определён руководителем экспертного учреждения. Заключение комиссии экспертов научно обоснованно, базируется на специальных познаниях в области судебной медицины, психологии и психиатрии, основано на изучении всей медицинской документации в отношении наследодателя и на исследовании всех материалов гражданского дела, эксперты не заинтересованы в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Судом не установлено оснований подвергать сомнению выводы экспертов, как не установлено оснований для назначения повторной экспертизы, с учетом того, что эксперты полно ответили на все поставленные судом вопросы, подробно изучили медицинскую документацию, которая представлена судом в исчерпывающем виде.
Кроме этого, в подтверждение доводов истца о том, что завещание было составлено под давлением, подпись в завещании не соответствует подписи человека в адекватном состоянии, по ходатайству Гусевой Н.В. определением суда по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза.
В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленного экспертом ФБУ Уральский РЦСЭ Минюста России Шакризяновой Л.А., удостоверительная рукописная запись «ФИО1» и подпись от имени ФИО1, расположенные в завещании <адрес>9 от имени ФИО1 в пользу Кардашиной Н.М., удостоверенном Хазьяновой О.И. нотариусом нотариального округа <адрес> и <адрес> Российской Федерации, зарегистрированном в реестре за № от ДД.ММ.ГГГГ в графе: «подпись» - выполнены самой ФИО1 под влиянием «сбивающих» факторов, не связанных с намеренным изменением своего почерка, не зависимых от факторов обстановочного характера (неудобная поза, необычная подложка), а обусловленных деградацией почерка во времени в результате возрастных изменений организма, отягощенных имеющимися заболеваниями.
Представленные суду экспертные заключения составлены в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», выводы экспертов являются мотивированными, сделаны на основании проведенных исследований, ясно и полно отражены в экспертном заключении, в связи с чем суд приходит к выводу о достоверности и допустимости данных доказательств, и считает возможным положить данные доказательства в основу решения. Сомнений в правильности или обоснованности данных заключений не возникает. Суд также считает, что эксперты в полном объеме исследовали и оценили доказательства в целом, и не отдавали необоснованных предпочтений одним доказательствам перед другими. Экспертные заключения не содержат каких-либо неточностей, неясностей, противоречивых выводов либо выводов, носящих вероятностный характер. Экспертизы проведены с соблюдением требований статей 84 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований не доверять выводам экспертов у суда не имелось, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Выводы экспертов не противоречат иным собранным по делу доказательствам, в том числе показаниям свидетелей, которым судом также дана надлежащая оценка. При этом сторона истца не воспользовалась право заявить ходатайство о назначении по делу повторной либо дополнительной экспертизы.
Оценивая в совокупности исследованные доказательства, суд принимает во внимание то обстоятельство, что закон устанавливает презумпцию вменяемости, то есть изначально предполагает лиц, участвующих в гражданском обороте, психически здоровыми, если обратное не подтверждается соответствующими допустимыми доказательствами. Вместе с тем в материалы дела не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих, что указанные заключения судебной экспертизы являются недостаточно ясным, неполным, имеет противоречия.
Доводы истца о нахождении наследодателя ФИО1 к моменту совершения юридически значимого действия в состоянии, не позволяющей ей отдавать отчет своим действиям и руководить ими, не нашли своего подтверждения.
В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя по представлению доказательств вышеназванных юридически значимых обстоятельств, свидетельствующих о недействительности завещания, лежит на истце. Последним же в материалы дела каких-либо конкретных сведений относительно наличия у наследодателя психического расстройства, лишавшего его способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения сделки, не представлено.
В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 и Кардашина Н.М. находились в дружеских отношениях, ответчик помогала наследодателю по хозяйству, осуществляла уход, приобретала продукты и т.д. Вместе с тем это не свидетельствует об обмане наследодателя или введении его в заблуждение ответчиком при подписании оспариваемого завещания.
Также при рассмотрении дела не нашли подтверждение доводы истицы, что ФИО1 находилась в тяжелом материальном положении, что были неблагоприятных обстоятельства, чем и вызван обман при подписании завещания на имя ответчика Кардашиной Н.М., или что вынудило наследодателя изменить завещание.
В ходе рассмотрения дела истцу разъяснялась обязанность доказывания тех обстоятельств, на которые ссылается истец. В рассматриваемом деле бремя доказывания того обстоятельства, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО1 была обманута, или к ней применилось насилие, угрозы или неблагоприятных обстоятельства, что наследодатель введена в заблуждение, возложено именно на истицу.
Тот факт, что наследник и наследодатель обсуждали вопросы оформления завещания, что ответчик сама привезла ФИО1 к нотариусу, подтверждает лишь наличие бесед на определенную тему, и оказание помощи в его оформлении, и не свидетельствует о наличии обстоятельств, повлекших искажение воли, совершение действий вопреки воли гражданина или в нарушение его прав и законных интересов. В материалы дела не представлены доказательства наличия обмана, угрозы, неблагоприятных обстоятельств или введении ФИО1 в заблуждение на дату совершения сделки, незаконного давления на наследодателя, иного неправового поведения ответчика или иных заинтересованных лиц.
Напротив, из текста завещания прямо следует воля наследодателя ФИО1 на то, чтобы завещать все принадлежащее ему имущество именно ответчику Кардашиной Н.М. Завещание составлено в присутствии нотариуса, который установил волю наследодателя и удостоверился в ее дееспособности, текст завещания понятен и смысл завещания однозначен.
Представленные в материалы видеозаписи с разговором ФИО1 от 2023 года, где последняя говорит о том, что дом останется Гусевой Н.В. не подтверждают наличие на момент совершения сделки обстоятельств, являющихся основанием для признании завещания недействительным.
При указанных обстоятельствах, оценив имеющиеся в деле доказательства (объяснения сторон, письменные доказательства, свидетельские показания и заключение посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, заключение почерковедческой экспертизы) в их совокупности, по правилам, установленным в статье 67 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что в судебном заседании не нашел свое подтверждение тот факт, что на момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была неспособна понимать значение своих действий и руководить ими, что наследодатель заблуждалась относительно своих действий по изменению завещания, а также что завещание от ДД.ММ.ГГГГ составлено ФИО1 влиянием под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств, либо под влиянием обмана, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований о признании завещания недействительным не имеется, как и не имеется основания для удовлетворения производных требований, о признании недействительными свидетельств о праве на наследство по завещанию, выданных на основании оспариваемого завещания.
На основании изложенного и руководствуясь положениями статей 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Гусевой Н. В. (№) к Кардашиной Н. М. №) о признании недействительным завещания <адрес>9 ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа <адрес> и <адрес>, о признании недействительным свидетельств о праве на наследство по завещанию после смерти ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, выданные ДД.ММ.ГГГГ на имя Кардашиной Н. М., отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Артинский районный суд Свердловской области, в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Судья - подпись- Ю.Д. Мангилева
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>