В суде первой инстанции дело слушала мировой судья судебного участка (№) судебного района «(адрес) г. Комсомольска-на-Амуре (адрес)» Лутковская Н.В.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(иные данные)
Центральный районный суд г. Комсомольска-на-Амуре в составе:
председательствующего судьи Гаврилко Л.А., при секретаре Нечаевой Н.М., помощнике судьи Приданникове А.В., с участием прокурора Бондаревой Е.А., Савченко Р.А., потерпевшего Потерпевший №1, представителя потерпевшего – адвоката Богатского В.Н., оправданного Беляева А.А., защитника – адвоката Суркова С.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке апелляционное представление государственного обвинителя Некрасовой Ю.Ю., апелляционную жалобу представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката Богатского В.Н. на приговор мирового судьи судебного участка (№) судебного района «(адрес) г. Комсомольска-на-Амуре (адрес)» от (дата), которым
Беляев А. А., родившийся (дата) в (адрес), гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: г. Комсомольск-на-Амуре, (адрес), проживающий по адресу: г. Комсомольск-на-Амуре, (адрес), ранее не судимый, оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного по ч. 1 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации.
За Беляевым А.А. признано право на реабилитацию.
УСТАНОВИЛ:
Приговором мирового судьи судебного участка (№) судебного района «(адрес) г. Комсомольска-на-Амуре (адрес)» от (дата) Беляев А.А. оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ на основании п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях Беляева А.А. состава преступления.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Некрасова Ю.Ю. просила приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда. В обоснование своей позиции указывает на незаконность и необоснованность оправдания Беляева А.А. по предъявленному ему обвинению, в связи с несоответствием выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильного применения норм уголовного закона. Не согласна с выводами суда, поскольку, согласно заключению медико-криминалистической экспертизы (№)-МК представленные на экспертизу рентгеновские снимки имеют пояснительные надписи, маркировку, указывающую на то, что они были выполнены Потерпевший №1 (дата), а также имеют описание на имя Потерпевший №1 с заключением врача клинического профиля (рентгенолога Н.) в медицинской документации в составе предоставленных материалов уголовного дела. Отмечает, что противоречий между выводами эксперта о механизме образования травмы и телесных повреждений у потерпевшего и представленными им медицинскими документам: справками приемного покоя КГБУЗ «Городская больница (№)» (далее – Больница) от (дата) в 17.40 врача - травматолога Б.. и в 18.00 врача - нейрохирурга М., электронным листом нетрудоспособности травматологического пункта, не имеется. Полагает, что суд необоснованно признал заключения НОЧУ ДПО «Институт СЭиК», так как государственные экспертные учреждения являются более независимыми по отношению к частным экспертным учреждениям, строящую свою деятельность на коммерческой выгоде и действующие в интересах заказчика. Указывает, что суд, признавая собранные и предоставленные на предварительном следствии доказательства недопустимыми, не указывает, какие требования процессуального закона нарушены при их получении, не дана оценка заключениям комиссии экспертов КГБУЗ «Бюро СМЭ» Министерства здравоохранения (адрес). Судом не приняты во внимание показания Свидетель №3, допрошенного в суде в качестве специалиста, который просмотрев, представленную судом видеозапись от (дата) пояснил, что при обстоятельствах, запечатленных на данной видеозаписи, травма Потерпевший №1 могла быть причинена от его падения на левую сторону, либо от ударов Беляевым А.А. руками в плечо Потерпевший №1, а также возможно и комбинировано, при полученной Потерпевший №1 травмы - вывиха головки левой плечевой кости, возможно, совершать движения левой руки, в случае, так называемой оценки болевого синдрома - период «мнимого благополучия». Указывает, что не учтены показания врача - рентгенолога Г.. в части того, что в случае обращения пациента в травматологическое отделение, в другое отделение для рентгенологического исследования, может направляться по профилю, большим по формату снимок плеча можно сделать на ренттен-аппарате, который находится только в хирургическом отделении, куда и был направлен Потерпевший №1 Осмотрев в судебном заседании представленные на обозрение Г.. три рентгенологических снимка Потерпевший №1, специалист пояснил, что они могли быть выполнены в приемном покое КГБУЗ «ГБ (№)». Ссылаясь на п. 22, подп. «а» п. 23 Постановления Правительства РФ от (дата) (№) «Об утверждении Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации и признании утратившим силу Постановления Правительства РФ от 04.10.2012», оспаривает показания свидетеля Свидетель №1, поскольку они опровергаются показаниям потерпевшего, который пояснил, что в договоре, представленном С.. от (дата), его данные указаны, поскольку он является главным врачом указанного учреждения. Выражает несогласие с показаниями свидетеля Свидетель №2 о том, что при указанной травме невозможно движение рукой, нет полной уверенности и однозначности, так как разные организмы воспринимают болевые ощущения по-разному из-за индивидуального «болевого порога», либо высокой толерантности к боли, «мнимое благополучие», а при стрессовой ситуации возможна полная блокировка болевых ощущений. Указывает, что доводы подсудимого Беляева А.А. о том, что у него не было умысла причинять вред здоровью Потерпевший №1, а также то, что Потерпевший №1 упал сам, полностью опровергаются совокупностью доказательств, в том числе показаниями потерпевшего, из которых следует, что травмы, в виде вывиха плеча и сотрясения головного мозга ему причинил Беляев А.А., нанося ему удары в область головы и лица, а также уронив его на землю на левое плечо, а также видеозаписями, представленными сторонами, об умысле Беляева А.А. на причинение средней тяжести вреда здоровья свидетельствует способ совершения преступления, характер и локализация телесных повреждений, а также его поведение после совершения преступления, где он проигнорировал просьбы Потерпевший №1 вызвать СМП. Отмечает, что судом не учтено то обстоятельство, что Потерпевший №1 на своем автомобиле не создавал никакого препятствия для движения Беляеву А.А., как пояснил в суде последний, поскольку согласно постановлению Потерпевший №1 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.19 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях - «Нарушение правил остановки или стоянки транспортных средств». Полагает, что в ходе судебного разбирательства установлены все подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, в том числе событие преступления, включая время, место, способ и другие обстоятельства его совершения, виновность подсудимого, а также то, что мотивом совершения преступления послужили личные неприязненные отношения между подсудимым и потерпевшим.
В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Потерпевший №1 – адвокат Богатский В.Н. просит отменить обжалуемый приговор. В обоснование своей позиции указывает, что судом неверно изложены показания потерпевшего. Так потерпевший последовательно пояснял, что испытал боль в плечевом суставе, как при ударе ему в область плечевого сустава подсудимым, так и при броске подсудимым потерпевшего на дорожное покрытие и падении потерпевшего на асфальт. Искажение судом показаний потерпевшего представитель усматривает и в том, что потерпевший не пояснял о приемном покое в каждом отделении больница, сообщал о едином приемной покое городской больницы (№), расположенном в различных отделениях. Полагает, что судом не дана надлежащая оценка ответу заместителя главного врача по хирургии и травмотологии КГБУЗ «городская больница (№) о том, что Потерпевший №1 находился на лечении с (дата) по (дата) в травматологическом пункте КГБУЗ «Городская больница (№)» с диагнозом «закрытый травматический вывих головки левого плеча». Отмечает, что различие в оформлении амбулаторных медкарт в регистратуре травмпункта больницы (№) и поликлиники не свидетельствует о том, что медкарты в травмпункте не было. Не согласен со ссылкой суда на ответ зам.глав.врача М., с информацией от Л. о выдаче Потерпевший №1 его амбулаторной карты травмпункта, так как расписки Потерпевший №1 о получении из регистратуры травмпункта амбулаторной карты не имеется. Не согласен с оценкой суда ответа от (дата) и.о. главного врача КГБУЗ «Городская больница (№) К., согласно которому (дата) Потерпевший №1 выполнялись снимки левого плечевого сустава на рентгеновском комплексе РИМ, расположенном в хирургическом корпусе больницы, а не в приемном покое хирургического отделения, как это указывает суд. Не исключает возможность оговора потерпевшего свидетелем Свидетель №4, поскольку усматривается длительный конфликт между семьей Беляевых и потерпевшим. Считает, что указание в приговоре на отсутствие ряда записей в копии справки КГБУЗ «Городская больница (№)», копия осмотра дежурного нейрохирурга, копия листа неизвестно журнала неизвестно организации не соответствует действительности, так как медицинские документы были представлены из лечебных учреждений органу расследования по запросу лица, в чьем производстве находилось уголовное дело. С представленных документов снимались светокопии, которые в последующем были приобщены к материалам уголовного дела и предоставлялись для производства экспертиз. Оспаривает показания свидетеля С.. и представленный им договор с медицинской организацией, так как свидетель не смог назвать год обращения в клинику, а договор не оформлен полностью. Не согласен с приведенными в приговоре показаниями специалиста Свидетель №2, так как она не была свидетелем причинения потерпевшему травмы, его не осматривала, в больнице не работала. Необоснованность выводов суда о недостоверности доказательств, представленных стороной обвинения, а именно рентгеновских снимков, справки КГБУЗ «Городская больница (№)», справки врача рентгенолога Н. из медицинской карты пациента (№) описания травмы потерпевшего по рентгеновским снимкам, представитель усматривает в том, что описание врачом рентгенологом увиденных им обстоятельств на рентгеновских снимках в произвольной форме, а не в виде протокола рентгенологического исследования, как это указывает суд на ссылки на Приложение (№) к Правилам проведения рентгенологических исследований, не свидетельствует о том, что травмы у пациента не было, что ему не был установлен соответствующий диагноз, что ему не делали рентгеновские снимки, что врач рентгенолог не видел эти снимки и не делал их описание, пусть и в произвольной форме. Описания рентгеновских снимков в той форме, в какой оно было произведено врачом-рентгенологом Н., было достаточно для всех судебных медицинских экспертов, которые производили экспертизы в рамках уголовного дела. Указывает, что суд не дал оценки представленному потерпевшим документу о том, что он был привлечен в административной ответственности по ч. 1 ст. 12.19 КоАП РФ за нарушение правил остановки или стоянки, а не за создание препятствий для движения других транспортных средств.
В возражениях на апелляционные представление и жалобу оправданный Беляев А.А. привел доводы о несогласии с доводами апелляционных представления и жалобы.
Прокурор в судебном заседании доводы апелляционных представления и жалобы поддержала.
Потерпевший Потерпевший №1 и представитель потерпевшего – адвокат Богатский В.Н. доводы апелляционных представления и жалобы поддержали.
Оправданный Беляев А.А. и его защитник – адвокат Сурков С.В. по доводам апелляционных представления и жалобы возражали.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, суд находит приговор мирового судьи судебного участка (№) судебного района «(адрес) г. Комсомольска-на-Амуре (адрес)» от (дата) подлежащим отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, основанием отмены приговора в апелляционном порядке является, в том числе, несоответствие выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.
При этом на основании ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции в том случае, если суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, либо выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона.
В силу ст. 305 УПК РФ описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора должна содержать существо предъявленного обвинения, обстоятельства уголовного дела, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.
При этом при рассмотрении уголовного дела суд обязан проверить доказательства и дать им оценку.
Согласно ст. ст. 87 и 88 УПК РФ проверка доказательств производится путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также путем установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.
При этом каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела.
Согласно п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ.
В соответствии с разъяснениями, данными в п. 3 постановления Пленума ВС РФ (№) от (дата) «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», доказательства признаются недопустимыми, в частности, если были допущены существенные нарушения установленного уголовно процессуальным законодательством порядка их собирания и закрепления.
Эти требования закона по настоящему делу судом не выполнены, что повлияло на законность и обоснованность приговора.
Оправдывая Беляева А.А., суд исходил из того, что в материалах уголовного дела отсутствуют доказательства подтверждающие наличие у потерпевшего Потерпевший №1 телесных повреждений в виде: закрытого травматического передненижнего вывиха головки левой плечевой кости и закрытой черепно-мозговую травму сотрясение головного мозга, ушиба мягких тканей правой височной области.
Между тем, к таким выводам суд первой инстанции пришел преждевременно, не дав надлежащей оценки всем доказательствам, представленным обвинением в их совокупности, и без учета обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, в связи чем апелляционный суд соглашается с доводами апелляционных представления и жалобы в указанной части.
Так, при проведении проверки по материалу КУСП (№) от (дата) УУП ОП (№) УМВД России по г. Комсомольску-на-Амуре О/У из КГБУЗ Городская больница (№) были получены копия справки КГБУЗ «Городская больница (№)» в отношении Потерпевший №1, копия листа журнала с записью о Потерпевший №1, копия осмотра дежурного нейрохирурга.
Признавая указанные документы не достоверными со ссылкой на предоставление указанных документов потерпевшим, мировой судья не учел, что данные документы получены уполномоченным должностным лицом по запросу о предоставлении таковых из медицинской организации. Кроме того, указанные документы заверены и.о. главного врача Г. с синей круглой печатью медицинской организации - КГБУЗ «Городская больница (№)». Кроме того, в т.1 л.д. 78 имеется аналогичная копия справки КГБУЗ «Городская больница (№)» в отношении Потерпевший №1 с фамилией и подписью врача Богдановой и частичным оттиском угловой печати медицинской организации, удостоверенная в суде апелляционной инстанции. Необоснованным является и вывод суда об отсутствии даты в данной справке, так как из ее содержания следует, что (дата) Потерпевший №1 установлен диагноз «закрытый травматический вывих головки левого плеча», проведено лечение: осмотр, рентгенография, под местной анестезией закрытое устранение вывиха, рентгенологический контроль, повязка ДЕЗО, направлен в травмпункт. Отсутствие печати и расшифровки подписи врача на справке, предоставленной уполномоченным должностным лицом, не может свидетельствовать о ее недействительности и указанных в них сведений.
Признавая два рентгеновских снимка и светокопию справки врача Н. (из медицинской карты пациента (№)) недостаточными для установления факта рентгенологического исследования, суд не учел, что нарушение ведения медицинской документации не влечет их недостоверность. Представленные стороной обвинения доказательства в виде рентгеновских снимков позволяют идентифицировать пациента, которому проведено исследование, а также время их производства, так как они подписаны (Потерпевший №1) и в них указана дата снимка ((дата)). Данные документы получены по запросу из медицинской организации уполномоченным должностным лицом – следователем, в чьем производстве находилось уголовное дело. Факт обращения Потерпевший №1 в КГБУЗ «Городская больница (№)» подтвержден не только вышеперечисленными документами, но и ответом из Больницы, а также журналами, амбарными книгами структурных подразделений Больницы, согласно которым Потерпевший №1 сделан рентген левого плечевого сустава и головного мозга, установлены соответствующие диагнозы.
Также судом не учтены показания специалиста Г.., сообщившего о том, что рентгеновский снимок аналогового формата мог быть сделан в Больнице.
Таким образом, суд нарушил принцип объективности и полноты исследования обстоятельств дела.
Более того, как указано в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) (№) «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» при рассмотрении доказательств недопустимыми в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 75 УПК РФ суд должен выяснять, в чем конкретно выразилось нарушение требований уголовно-процессуального закона. Доказательства признаются недопустимыми, в частности, если были допущены существенные нарушения установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка их собирания и закрепления.
Согласно положениям ч. 1, 2 ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением УПК РФ, являются недопустимыми. К недопустимым доказательствам относятся: показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде; показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности; предметы, документы или сведения, входящие в производство адвоката по делам его доверителей, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий, за исключением предметов и документов, указанных в части первой статьи 81 УПК РФ.
Признавая в оправдательном приговоре доказательства, представленные стороной обвинения, не допустимыми, суд не указал основания, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, в частности предусмотренные ст. 75 УПК РФ, для признания их недопустимыми.
Кроме того, мировой судья, ссылаясь на Приказ от (дата) (№)н Минздрава России, которым утверждены Правила проведения рентгенологических исследований, не выяснял обстоятельства наличия либо отсутствия в Больнице направления на рентгенологическое исследование, записи в листе назначения, протокола рентгенологического исследования, а также причины невозможности его составления и иных обстоятельств, имеющих значение для дела. Соответствующий запрос судом не направлен.
Более того, мировой судья не учел, что оформленная не в соответствии с приказом Минздрава России от (дата) (№)н медицинская карта Потерпевший №1 и непредставление талона пациента, в условиях когда мировым судьей указанный талон не истребывался, не исключает виновности Беляева А.А. в совершении преступления в отношении потерпевшего. Мировым судьей не выяснялись обстоятельства подтверждающие получение Потерпевший №1 медицинской карты, то есть не истребовались сведения из Больницы о том, что медицинская карта Потерпевший №1 получены им и на основании каких-документов.
Мировым судьей не устранены противоречия между показаниями эксперта Свидетель №3 и специалиста Свидетель №2 в части функциональных возможностей руки после вывиха плечевой кости, которые имеют существенное значение для выводов суда.
Кроме того, установив, что (дата) в период времени с 15 часов 20 минут до 17 часов 40 минут, находясь на проезжей части (адрес) в 35 метрах в северном направлении от (адрес) в г. Комсомольске-на-Амуре (адрес), в ходе ссоры Потерпевший №1, защищаясь от агрессивных действий Потерпевший №1, первым нанесшим удар Беляеву А.А., нанес ему три удара открытой ладонью рук по лицу, мировой судья не привел мотивов исключающих, что в результате ударов Беляева А.А. по лицу Потерпевший №1 А.А. Беляев А.А. не причинил потерпевшему закрытую черепно-мозговую травму сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей правой височной области.
В приговоре мировой судья, придя к выводу о том, что во время конфликта между Беляевым А.А. и Потерпевший №1 последнему не были причинены какие-либо повреждения плеча, привел заключения специалиста от (дата) (№) и от (дата) №(№). При этом, мировым судьей не учтено, что они получены с нарушением порядка участия специалиста в уголовном судопроизводстве, установленного УПК РФ: исследования проводились по документам, представленным стороной защиты, полученных неустановленным способом, надлежащим образом не заверенных, специалист Специалист №2 не был предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УПК РФ, в установленном порядке, без разъяснения перед составлением заключений прав и обязанностей, предусмотренных, а потому сделанное им заключение, имеющее предположительный характер, не может поставить под сомнение выводы судебно-медицинских экспертов, в связи с чем является недостоверным.
В приговоре дана оценка заключению специалиста Специалист №1 от (дата) (№), из которого следует ошибочность, недостоверность, необъективность выводов проведенных по делу трех экспертиз: судебно-медицинской экспертизы живого лица, дополнительной судебно-медицинской экспертизы живого лица, комиссионной судебно-медицинской экспертизы (т.3 л.д. 180-200).
Согласно положениям УПК РФ специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном указанным кодексом, в том числе его статьями 58, 164, 168 и 270, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Никаких иных полномочий специалиста, в том числе по оценке экспертных заключений, проведению схожих с экспертизой исследований, действующий УПК РФ не предусматривает. Специалист лишь высказывает свое суждение по заданным ему вопросам как в устном виде (что отражается в протоколе судебного заседания), так и в виде заключения (которое приобщается к материалам дела). Заключение специалиста не может подменять заключение эксперта, если оно требуется по делу.
Из заключения специалиста следует, что поставленные Беляевым А.А. перед ним вопросы были фактически направлены на оценку экспертных заключений, проведение схожих с экспертизой исследований, что не предусмотрено положениями УПК РФ.
При таких обстоятельствах мировой судья неправомерно приняла указанное заключение специалиста в качестве доказательства, поскольку данное заключение направленно исключительно на ревизию проведенной по делу основных судебно-медицинских экспертизы, и не может подменять заключения экспертов.
При таких обстоятельствах, соглашаясь с доводами апелляционных представления и жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанное несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, повлияли на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.
На основании п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) (№) «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», в силу положений части 3 статьи 50 Конституции РФ, согласно которым каждый осужденный за преступление имеет право на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном федеральным законом, а также по смыслу части 2 статьи 389.24 УПК РФ суд апелляционной инстанции не вправе отменить оправдательный приговор и постановить обвинительный приговор.
В связи с чем, приговор мирового судьи судебного участка (№) судебного района «(адрес) г. Комсомольска-на-Амуре (адрес)» от (дата) подлежит отмене, а уголовное дело - направлению в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство, в ходе которого следует учесть вышеизложенное и в полном соответствии с УПК РФ тщательно исследовать все представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, мотивировать свои выводы и вынести по делу законное, обоснованное и справедливое судебное решение.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.17, 389.20, 389.33 УПК РФ
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор мирового судьи судебного участка (№) судебного района «(адрес) г. Комсомольска-на-Амуре (адрес)» от (дата) в отношении Беляева А. А. отменить.
Направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение со стадии назначения судебного заседания другому мировому судье.
Апелляционное представление государственного обвинителя Некрасовой Ю.Ю., апелляционную жалобу представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката Богатского В.Н. считать удовлетворенными.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции, через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его провозглашения.
Судья Л.А. Гаврилко