РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Первомайский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Еленской Ю.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Жицкой М.И., при участии в подготовке и организации дела к судебному заседанию помощника судьи Барановой К.А., при участии в деле старшего помощника прокурора Советского административного округа города Омска Тарасевича О.С., рассмотрев в открытом судебном заседании 02 октября 2026 года в городе Омске гражданское дело по исковому заявлению Понкратьевой Л. П., Понкратьевой В. В., Понкратьевой Е. П., Понкратьева А. П. к БУЗ ОО «Областная клиническая больница», БУЗ ОО «Клинический онкологический диспансер» о компенсации морального вреда, установил:
Понкратьева Л.П., Понкратьева В.В., Понкратьева Е.П., Понкратьева А.П. обратились в суд с вышеназванным иском к БУЗ ОО «Областная клиническая больница», БУЗ ОО «Клинический онкологический диспансер» о компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований ссылаются на то, что ДД.ММ.ГГГГ скончался Понкратьев П.А.
Истцы считают, что смерть наступила в результате неправильно поставленного диагноза, не подходящего лечения, допущенного медицинскими учреждениями.
Врачебные ошибки подтверждаются исследованиями ФГАУ «НМИЦ нейрохирургии им. Ак. Н.Н. Бурденко» Минздрава России (Москва), ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России, ООО Лечебно-диагностический центр Международного института биологических систем им. Сергея Березина (Новосибирск, Санкт-Петербург), ФГБОУ ВО ПСПбГМУ им. И.П. Павлова Минздрава России.
ДД.ММ.ГГГГ при проведении МРТ было обнаружено <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ в ОКБ проведена операция по удалению <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ проведена неотложная повторная операция, в связи с <данные изъяты>.
После операции состояние Понкратьева П.А. было стабильным и без ухудшений.
Согласно гистологии ОКБ выявлена <данные изъяты>
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Панкратьев П.А. проходил лечение в Клиническом онкологическом диспансере.
В КОД проведено <данные изъяты> исследование ДД.ММ.ГГГГ – картина <данные изъяты> Лечение не назначалось. <данные изъяты> увеличилась в размерах.
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. находился в Клиническом онкологическом диспансере (КОД), получал <данные изъяты>.
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. находился в реабилитационном отделении городской клинической больницы № 11. Состояние пациента ухудшилось.
ДД.ММ.ГГГГ пациента осмотрел врач КОД, подтвержден <данные изъяты>, пациент направлен на ПЭТ КТ в <адрес>. Лечение не назначалось, состояние пациента значительно ухудшилось.
ДД.ММ.ГГГГ пациенту по результатам осмотра врача КОД назначена <данные изъяты>, рекомендовано симптоматическое лечение, увеличение накопления контрастного вещества не учтено, <данные изъяты> лечение не назначено.
ДД.ММ.ГГГГ в результате обращения в ФГАУ «НМИЦ нейрохирургии им. Ак. Н.Н. Бурденко» Минздрава России выявлено подозрение на неправильно поставленный диагноз.
ДД.ММ.ГГГГ ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России подтвержден неправильно выставленный диагноз.
ДД.ММ.ГГГГ ООО Лечебно-диагностический центр Международного института биологических систем им. Сергея Березина подтверждена отрицательная динамика, рекомендовано <данные изъяты> лечение, выяснение возможности проведения операции на аппарате <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ ООО Лечебно-диагностический центр Международного института биологических систем им. Сергея Березина на основании диагноза № даны рекомендации по пересмотру <данные изъяты> для уточнения диагноза, операция на аппарате <данные изъяты> не показана.
В порядке устной консультации указано на то, что накопление в период лечения контрастного вещества является следствием <данные изъяты> на протяжении лечения в совокупности свидетельствует о том, что <данные изъяты> не является <данные изъяты>. На МРТ выявить что является отеком, а что <данные изъяты> невозможно.
ДД.ММ.ГГГГ ФГАУ «НМИЦ нейрохирургии им. Ак. Н.Н. Бурденко» Минздрава России выставлен диагноз: <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ ФГАУ «НМИЦ нейрохирургии им. Ак. Н.Н. Бурденко» Минздрава России поставлен тот же диагноз.
Однако в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ пациент продолжал находиться на дневном стационаре с диагнозом <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ по результатам консилиума назначена <данные изъяты> с учетом рекомендаций ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина», однако в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ основной диагноз- <данные изъяты>.
В период новогодних праздников нарушена непрерывность лечения. Не вводился препарат <данные изъяты> каждые 14 дней.
ДД.ММ.ГГГГ консилиумом принято решение продолжить лечение, с учетом рекомендации ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» проведена смена <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ после смены <данные изъяты> состояние пациента ухудшилось.
Истцы считают, что из хронологии лечения пациента следует, что ему был выставлен ошибочный диагноз, и? как следствие, проводилось неправильное лечение.
На основании изложенного, просят взыскать с БУЗ ОО «Областная клиническая больница», БУЗ ОО «Клинический онкологический диспансер» компенсацию морального вреда в пользу Понкратьевой Л. П., Понкратьевой В. В., Понкратьевой Е. П., Понкратьева А. П. убытки в размере 51750 рублей, потраченные на консультации медицинских учреждений, а также компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей.
В судебном заседании истцы участия не принимали, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежаще.
Ранее в ходе судебного разбирательства представители истцов Денисенко А.А., Имханитский Л.А., требования иска поддержали в полном объеме, полагая, что вид <данные изъяты> возможно было определить не только путем исследования <данные изъяты>, но и визуально. Пациент скончался дома.
В судебном заседании представитель БУЗОО «Омская клиническая больница» Яндер Н.А., представляющая интересы по доверенности, требования искового заявления не признала, поддержала письменные возражения на иск (л.д. 33-35 том 2). Пояснила, что оснований для взыскания убытков не имеется, ввиду возможности предоставления на бесплатной основе консультаций по запросу медицинских учреждений. К медицинскому учреждению пациент с запросом не обращался. Пациент обратился в учреждение с жалобой на ухудшение состояния здоровья с ДД.ММ.ГГГГ. Поскольку пациенту становилось хуже после консервативного лечения, то операбельному пациенту предложена операция. <данные изъяты> была удалена. Согласие на операцию пациент дал самостоятельно. По результатам МРТ от ДД.ММ.ГГГГ, предоставленному пациентом, не исключены были <данные изъяты>. ОКБ не является профильным учреждением лечения <данные изъяты>, в связи с чем не выставляет диагноз для проведения лечения. ОКБ является специализированным учреждением по удалению <данные изъяты>. В указанной связи, ОКБ не располагает оборудованием для исследования <данные изъяты>, а диагноз выставляется предполагаемый. После удаления <данные изъяты> Панкратьеву П.А. <данные изъяты> была передана ему для дальнейшего лечения в профильном медицинском учреждении. <данные изъяты> исследование проводится КОД. Лечение <данные изъяты>. Справка о смерти выдавалась поликлиникой №.
В судебном заседании представитель БУЗОО «Клинический онкологический диспансер» Савченко К.В. возражал против требований иска, поддержал письменные возражения на иск (л.д. 50-56 том 2), полагая, что при исследовании <данные изъяты> имеет значение с помощью какого маркера она проводится, а также может иметь значение и срез <данные изъяты>, что могло повлиять на исследования <данные изъяты> в научных центрах. Не отрицал, что КОД является профильным учреждением для лечения <данные изъяты>. Пациент обратился в Код с предварительным диагнозом <данные изъяты>, по результатам консилиума было назначено лечение <данные изъяты>. Поскольку летального исхода не было, то в ОКБ проводилась не экспертиза, а внутренняя проверка.
В ходе судебного разбирательства был опрошен в качестве специалиста заведующий патологоанатомическим отделением БУЗОО «Омская клиническая больница» Павлов А.В., предупрежденный об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской федерации, который пояснил, что <данные изъяты> пациента в данном случае – <данные изъяты>. Исследование <данные изъяты> в ОКБ проводилось световым методом с помощью микроскопа, исследовалось одно стекло, <данные изъяты> сохранена в воске, остальные образцы исследованной <данные изъяты> принадлежат другим медучреждениям. <данные изъяты> исследование позволяет определить вид <данные изъяты> и тогда, когда уже невозможно отличить относятся ли клетки к мышце или <данные изъяты>. <данные изъяты> может видоизмениться. В связи с чем <данные изъяты> исследование необходимо. Последствия лечения возможно увидеть после вскрытия, но оно не поводилось. Причины смерти указываются в корешке свидетельства о смерти.
Выслушав представителей ответчиков, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора САО города Омска Тарасевича О.С., полагавшего заявленные требования подлежащими удовлетворению со взысканием компенсации морального вреда в размере, который следует определить с учетом принципа разумности и справедливости, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть первая статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части второй статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью второй статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части вторая и третья статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе, компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
Из материалов дела следует, что Понкратьев П.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ, о чем Ленинским отделом управления ЗАГС Главного государственно-правового управления Омской области ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о смерти №, что подтверждается свидетельством о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 48 том 1).
Истец Понкратьева В.В. состояла с Понкратьевым П.А. в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 43 том 1).
Согласно свидетельствам о рождении Понкратьева В.В., Понкратьев П.А. приходятся родителями Понкратьевой Л.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Понкратьевой Е.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Понкратьева А.П., ДД.ММ.ГГГГ г.р. (л.д. 44, 46, 47 том 1).
Как следует из медицинских карт БУЗОО «ОКБ» №, №, БУЗОО КОД №, МРТ Понкратьева П.А. на диске и USB-накопителе, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. получал медицинскую помощь в БУЗОО «ОКБ» и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в БУЗОО КОД.
ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. скончался дома по адресу: <адрес>, что зафиксировано в свидетельстве о смерти серии № № от ДД.ММ.ГГГГ.
Так, ДД.ММ.ГГГГ при проведении МРТ <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. госпитализирован в <данные изъяты> отделение БУЗОО «ОКБ», где находился на лечении по ДД.ММ.ГГГГ диагнозом: <данные изъяты> Осложнения основного заболевания: <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ Понкратьеву П.А. выполнена операция: <данные изъяты>
По неотложным показаниям ДД.ММ.ГГГГ выполнена повторная операция: <данные изъяты>.
Понкратьеву П.А. ДД.ММ.ГГГГ после проведения операции по удалению <данные изъяты> был выдан <данные изъяты> материал пациенту для дальнейшего обращения за консультацией к <данные изъяты>.
В дальнейшем Понкратьев П.А. в БУЗОО «ОКБ» более не обращался.
Претензия истцов, направленная в адрес БУЗОО «ОКБ», содержит указание на ошибочное определение диагноза данным медицинским учреждением (лд. 153-161 том 1).
В ходе судебного разбирательства БУЗОО «ОКБ» ссылался на отсутствие у учреждения возможности применения <данные изъяты> метода исследования для установления <данные изъяты>
Как следует из медицинской карты БУЗОО КОД, Понкратьев П.А. обратился в БУЗОО КОД ДД.ММ.ГГГГ, то есть на следующий день после выдачи ему <данные изъяты> материала в БУЗОО «ОКБ».
В период по ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. проходил лечение в БУЗОО КОД.
ДД.ММ.ГГГГ произведен осмотр <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ по результатам ИГХ выставлен диагноз <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ обсужден на консилиуме БУЗОО КОД, по результатам которого определено проведение <данные изъяты>.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. находился в круглосуточном стационаре с диагнозом – <данные изъяты>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ получал <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ с результатами контрольного МРТ осматривался <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ – МРТ <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ осмотрен <данные изъяты> ОКБ, диагноз - <данные изъяты>
По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ пациент самостоятельно не передвигался.
ДД.ММ.ГГГГ обсужден на консилиуме КОД, с заключением о проведении <данные изъяты>.
ФГБУ «Национальный исследовательский центр имени академика Е.Н. Мешалкина» рекомендован <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. находился на дневном стационаре БУЗОО КОД с диагнозом – <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ осмотрен <данные изъяты> КОД. Имеется запись в карте, о том, что ДД.ММ.ГГГГ по заключению ФГАУ «НМИЦ нейрохирургии им. Ак. Н.Н. Бурденко» - морфологическая картина <данные изъяты>.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. вновь находился на дневном стационаре БУЗОО КОД с диагнозом – <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ Понкратьев П.А. находился на дневном стационаре БУЗОО КОД с диагнозом – <данные изъяты>
Заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда с БУЗ ОО «Областная клиническая больница», БУЗ ОО «Клинический онкологический диспансер», истцы указывают на то, что медицинская помощь Понкратьеву П.А. была оказана несвоевременно и некачественно, верный диагноз «<данные изъяты>» был постановлен несвоевременно, что привело к неверному лечению и ухудшению состояния здоровья пациента, сократило продолжительность жизни Понкратьева П.А.
Возражая против удовлетворения иска, представитель БУЗОО КОД ссылася на то, что консилиум КОД согласился с рекомендациями ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохины» и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проводил <данные изъяты> по соответствующей схеме, однако <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ года не планировалась, но была продолжена с ДД.ММ.ГГГГ, к смерти же привело неизбежное прогрессирование смертельной болезни, а не действия учреждения.
Согласно положениям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.