РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 июля 2026 года г. Амурск Хабаровский край
Амурский городской суд Хабаровского края в составе:
председательствующего судьи Лошмановой С.Н.
с участием истца Петрова Н.В., третьих лиц:
прокурора Киреевой А.И.;
представителя ОМВД по Амурскому району Бахматова Р.С., при секретаре Сизых Е.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Зайцева К.А. к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,
УСТАНОВИЛ:
Зайцев К.А. (далее Зайцев К.А., истец) обратился в Амурский городской суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации (далее Минфин России, ответчик) о взыскании денежной компенсации морального вреда ввиду незаконного привлечения к уголовной ответственности, указав в обоснование иска, что 25.11.2023 следственным отделом ОМВД России по Амурскому району было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ. 27.11.2023 он был задержан и допрошен по указанному уголовному делу в качестве подозреваемого, 23.11.2023 ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 29 суток. 29.11.2023 ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ. 24.01.2024, 22.03.2024, 23.05.2024 срок содержания продлевался. 22.07.2024 мера пресечения с заключения под стражу изменена на домашний арест сроком на 2 месяца 3 суток. 22.09.2024 мера пресечения домашний арест изменена на запрет определенных действий, которая действовала по 14.01.2025. Постановлением следователя от 24.10.2024 по уголовному делу № уголовное преследование его- истца по признакам состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ – в связи с непричастностью к совершению указанного преступления.
Ввиду незаконного привлечения к уголовной ответственности по п. «в» ч.3 ст.163 УК РФ, ему причинен моральный вред, который выразился в нравственных страданиях. Так, в результате незаконного уголовного преследования он более 8 месяцев находился в статусе обвиняемого в преступлении, которого он не совершал; находился в условиях изоляции от семьи, от сожительницы, которая самостоятельно не могла погасить имеющиеся у семьи кредитные обязательства. Его мама является инвалидом, нуждалась в его непосредственной поддержке на свободе. Он был лишен возможности трудиться и зарабатывать деньги, чтобы содержать семью. Утрата дней, которые он провел в условиях изоляции от общества, невосполнима. В связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности по п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ он испытал сильнейший стресс, испытывал чувство тревоги за себя и будущее своей семьи. Реально опасался, что может быть незаконно привлечен к уголовной ответственности по п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, что выразится в длительном сроке лишения свободы по особо тяжкой статье, предусматривающей наказание только в виде лишения свободы на срок от семи до пятнадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового. Также он был ограничен в возможности свободно передвигаться даже после изменения меры пресечения на более мягкую в виде домашнего ареста и в последующем -запрета определенных действий, поскольку в отношении него действовала мера пресечения. Учитывая его индивидуальные особенности, молодой возраст, обстоятельства привлечения его к уголовной ответственности, основания прекращения уголовного дела, учитывая степень вины должностных лиц МВД РФ, их поведение, отсутствие каких-либо официальных и неофициальных извинений со стороны должностных лиц, степень его –истца нравственных страданий, размер компенсации морального вреда составляет 500000,00 рублей.
Просит взыскать в свою пользу с Министерства финансов Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 500000,00 рублей (л.д.5-8).
Определением Амурского городского суда от 26.05.2026 (л.д.65-66) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: прокурор Хабаровского края, УМВД России по Хабаровскому краю, следственное управление УМВД России по Хабаровскому краю.
Определением Амурского городского суда от 16.06.2026 (л.д.92-93) к участию в рассмотрении дела в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ОМВД России по Амурскому району.
Истец Зайцев К.А., представитель ответчика Министерства финансов РФ, третьи лица УМВД России по Хабаровскому краю, следственное управление УМВД России по Хабаровскому краю, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явились, истец просил о рассмотрении дела в своё отсутствие, с участием его представителя, ответчик представил возражения по существу исковых требований, просил о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя,.
В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие истца, представителя ответчика, третьих лиц УМВД России по Хабаровскому краю, следственного управления УМВД России по Хабаровскому краю, являющегося структурным подразделением УМВД России по Хабаровскому краю.
Представитель истца Петров Н.В. в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснил, что страдания имеют место быть по настоящее время.
Представитель третьего лица -прокурора Хабаровского края Киреева А.И. в судебном заседании пояснила, что моральный вред истцом завышен, истцом не представлено доказательств причинения нравственных страданий, которые могут быть оценены в 500 000 рублей, размер подлежит снижению и не может превышать 30 тысяч рублей.
Представитель третьего лица ОМВД России по Амурскому району Бахматов Р.С. в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку истец не был реабилитирован. За ним не признавалось право на реабилитацию, так как он был осужден. Уголовное преследование было прекращено только по факту вымогательства. Время нахождения под стражей было зачтено Зайцеву К.А. в срок отбытия наказания, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
Из возражений ответчика Министерства финансов РФ (л.д.68-74) следует, что ответчик не согласен с заявленными требованиями, поскольку Зайцевым К.А. не представлено доказательств, свидетельствующих о тяжести перенесенных нравственных и физических страданий, которые бы соответствовали размеру требуемой истцом компенсации морального вреда. Несмотря на то, что уголовное преследование Зайцева К.А. в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. ст. 163 УК РФ, прекращено, уголовное преследование и меры процессуального принуждения в отношении Зайцева К.А. осуществлялись следственными органами законно, так как впоследствии Зайцев К.А. был осужден за нанесение тяжкого вреда здоровью. Документов, подтверждающих что действия (бездействие) правоохранительных органов обжаловались и признаны незаконными, истцом не представлено. Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту УПК РФ), регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 ст. 133 УПК, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объём обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ; осужденный за совершение преступления в составе организованной группы, который этим же приговором оправдан по ст. 210 УК РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого. Полагает, что данная позиция нашла своё разъяснение и в определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2025), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025 (в ред. От 19.11.2025). Верховный суд установил, что не даёт оснований для признания лица подлежащим реабилитации оправдание осужденных за совершение преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ и осуждения за совершение другого преступления. В случае Зайцева К.А. из его обвинения исключена ошибочно вмененная статья при отсутствии идеальной совокупности преступлений. Частичное прекращение уголовного преследования не повлияло на оправдание Зайцева К.А. в целом, не повлекло за собой незаконность избранных в отношении него мер пресечения на период следствия, совершение следственных и процессуальных действий, связанных с рассмотрением уголовного дела. Органом предварительного следствия Зайцеву К.А. предъявлялось обвинение в совершении тяжких преступлений, по факту деяния, совершенного им в один и тот же период. При исключении одного из обвинений, другое не исключило наступления санкций, вынесен приговор, и Зайцев К.А. был осужден, что указывает на то, что данный факт не может являться реабилитирующим основанием. Кроме того, при назначении Зайцеву К.А. наказания в срок наказания было зачислено время его содержания под стражей, на домашнем аресте и время запрета совершения определенных действий. В связи с зачетом срока срок наказания Зайцеву К.А. уменьшился в полтора раза. При этом Зайцев К.А. указанные периоды в исковом заявлении указывает как обоснование причинения морального вреда. В обоснование причинения морального вреда истец указывает на отсутствие возможности погашать кредитные обязательства, инвалидность матери, которой он не мог помогать. В апелляционном определении Хабаровского краевого суда сказано, что «наличие инвалидности у матери осужденного не является достаточным основанием для снижения назначенного Зайцеву К.А. наказания, поскольку Зайцев К.А. со своей матерью не проживает, общее хозяйство с ней не вёл, материальной помощи ей не оказывал, на момент задержания был трудоустроен непродолжительное время. Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства нахождение на иждивении осужденного его матери, суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает этого и судебная коллегия». Доводы о невозможности погашать кредитные обязательства также не приняты судами в качестве смягчающего наказание обстоятельства. В связи с изложенным считают, что доводы Зайцева К.А. в обоснование причинения морального вреда не обоснованные, какие-либо другие доказательства, подтверждающие иное, истцом не представлены. В случае, если суд придёт к правовым выводам о причинении морального вреда, подлежит учёту позиция Верховного Суда РФ о том, что компенсация морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан. Министерство финансов РФ считает, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие причинение ему морального вреда. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.
Из отзыва третьих лиц - УМВД России по Хабаровскому краю и ОМВД России по Амурскому району следует, что заявленные Зайцевым К.А. исковые требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку необходимым условием для компенсации морального вреда является наличие факта реабилитации истца. Отсутствие признания за лицом права на реабилитацию исключает возможность взыскания в его пользу денежной компенсации морального вреда в связи с реабилитацией. В постановлении о частичном прекращении уголовного преследования от 24.10.2024 право на реабилитацию за Зайцевым К.А. не признано. Время нахождения истца под стражей, под домашним арестом и время запрета определенных действий зачтено Зайцеву К.А. в срок отбытия наказания в виде лишения свободы. Данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Полагает, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие причинение морального вреда и какие именно обстоятельства повлияли для обоснования размера заявленного морального вреда. Отмечает, что поводом к возбуждению уголовного дела и производству всего комплекса процессуальных действий по установлению всех обстоятельств дела послужило заявление Прокопьевой Ю.А., признанной потерпевшей по делу, которая впоследствии изменила показания, что и послужило основанием для прекращения уголовного преследования Зайцева К.А. в части совершения преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, то есть действия правоохранительных органов на момент обращения ФИО1 с заявлением о совершении в отношении неё преступления были законны. Просят в удовлетворении исковых требований отказать.
Согласно постановлению № (л.д.10) 25.11.2023 следователем следственного отдела ОМВД России по Амурскому району возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ в отношении неустановленного лица.
Из протокола задержания (л.д.11) следует, что 27.11.2023 в 18 часов 15 минут Зайцев К.А. задержан в качестве подозреваемого.
Согласно постановлению Амурского городского суда (л.д.13-14) 29.11.2023 в отношении Зайцева К.А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.
Постановлениями Амурского городского суда от 24.01.2024, (л.д.15-17 ), Кировского районного суда г. Хабаровска от 22.03.2024 (л.д.18-21), Центрального районного суда г. Хабаровска от 23.05.2024, от 22.07.2024 (л.д.22-26) срок содержания Зайцева К.А. под стражей неоднократно продлевался, а 22.07.2024 мера пресечения в виде заключения под стражу Зайцеву К.А. была изменена на домашний арест, Зайцев К.А. был немедленно освобожден из-под стражи.
Из постановления от 24.10.2024 (л.д.27-31) следует, что уголовное преследование в отношении Зайцева К.А. в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, прекращено по п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ – в связи с непричастностью к совершению преступления.
Согласно приговору Амурского городского суда от 15.01.2025 (л.д.42-49) Зайцев К.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима. Время содержания под стражей Зайцева К.А. с 27.11.2023 по 22.07.2024 и с 15.01.2025 до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Время содержания Зайцева К.А. под домашним арестом с 23.07.2024 по 21.09.2024 зачтено в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы. Время запрета определенных действий, предусмотренных п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в период с 22.09.2024 по 14.01.2025 зачтено в срок лишения свободы из расчета два дня его применения за один день лишения свободы.
Из апелляционного определения Хабаровского краевого суда от 10.04.2025 (л.д.50-52) следует, что приговор Амурского городского суда от 15.01.2025 в отношении Зайцева К.А. оставлен без изменения.
Исследовав письменные доказательства и иные материалы дела, оценив доказательства в их совокупности и взаимной связи, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.
Статьёй 53 Конституции РФ закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.
В силу ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Согласно абзацу 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.
В п. 1 ст. 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.
Абзацем 2 ст. 151 ГК РФ установлено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Сумма компенсации должна соответствовать требованиям ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ о разумности и справедливости и тем нравственным и физическим страданиям истца, которые он вынужден был претерпевать в связи с незаконным уголовным преследованием.
Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8).
В соответствии с п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу п. 1 ст. 1070 и абзаца 3 ст. 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (ст. 2, ч. 1 ст. 17 и ч. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, п. 1 ст. 1070, абзацы 3 и 5 ст. 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (ст. 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (ч. 3 ст. 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (ст. 22 Федерального закона от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (ст. 12 УПК РФ), и др.
В соответствии с п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070 абзацев третьего и пятого ст. 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).
Судом установлено, что уголовное дело по п. «в» ч. 3 ст.163 было возбуждено на основании заявления потерпевшей, которая впоследствии изменила свои показания; уголовное преследование в отношении Зайцева К.А. по п. «в» ч.3 ст.163 УК РФ прекращено, Зайцев К.А. привлечен к уголовной ответственности по ч.1 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы, при этом время содержание под стражей, нахождения под домашним арестом, время запрета определенных действий, зачтено в срок лишения свободы.
Несмотря на прекращение уголовного преследования истца по п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, вступившим в законную силу приговором суда Зайцев КА. осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, что уже само по себе достоверно свидетельствует о законности осуществления органом предварительного следствия преследования Зайцева К.А. и законности всех мер процессуального принуждения, которые были применены к нему в ходе предварительного расследования уголовного дела.
Действия, осуществляемые органом предварительного следствия после возбуждения уголовного дела, в силу уголовно-процессуального законодательства являются обязательными и необходимыми.
В рамках предварительного расследования истцу было предъявлено обвинение в совершении двух преступлений, расследование по которым осуществлялось в рамках единого уголовного дела одновременно.
При этом несовершение преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, по которому уголовное преследование в отношении Зайцева К.А. было прекращено, не могло повлиять ни на ход расследования, ни на избранную в отношении него меру пресечения в виде заключения под стражу.
Частичное прекращение уголовного преследования в отношении Зайцева К.А. по преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, не свидетельствует о незаконности осуществленного в отношении него уголовного преследования в целом, поскольку он признан судом виновным в совершении иного тяжкого преступления с назначением наказания в установленном законом порядке, прекращение уголовного преследования в части не повлияло на выбор меры пресечения в отношении Зайцева К.А.
При таких обстоятельствах, необходимость избрания меры пресечения в виде заключения под стражу истца, а впоследствии изменения данной меры пресечения на домашний арест, а затем на запрет определенных действия, обусловлена проведением следственных действий в целях установления обстоятельств совершения истцом и иного тяжкого преступления, в связи с чем, доставляемые истцу в связи с этим неудобства не могут быть расценены как причинение морального вреда.
Кроме того, из приговора суда первой инстанции следует, что результаты оперативно-розыскной деятельности были представлены в качестве доказательств по обвинению Зайцева К.А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ.
Продолжительность уголовного преследования по п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ была обусловлена доказыванием органом предварительного расследования вины истца в совершении и иного преступления.
Таким образом, частичное прекращение уголовного преследования не свидетельствует об отсутствии вины в совершении иного преступления, не повлекло за собой незаконность избранной в отношении Зайцева К.А. меры пресечения на период следствия, совершения следственных и процессуальных действий, связанных с расследованием уголовного дела.
Обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.
Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации») разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Незаконное привлечение истца к уголовной ответственности по п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ свидетельствует о нарушении принадлежащих гражданину от рождения личных неимущественных прав, что, безусловно, причинило Зайцеву К.А. моральный вред и, тем самым, обуславливает возникновение у него права требовать от государства справедливого возмещения такого вреда.
Доводы ответчиков о том, уполномоченными органами не принималось процессуальное решение о признании за Зайцевым К.А. права на реабилитацию в ходе расследования (рассмотрения) уголовного дела, поэтому истец не имел право на обращение с данным иском в суд, не являются основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку в материалах дела имеется процессуальный документ о прекращении в отношении Зайцева К.А. уголовного преследования по п. «в» ч. 3 ст. УК РФ.
Принимая во внимание установленные по делу фактические обстоятельства, в первую очередь тот факт, что частичное прекращение уголовного преследования не свидетельствует об отсутствии вины Зайцева К.А. в совершении иного преступления, не повлекло за собой незаконность избранной в отношении истца меры пресечения на период следствия, а равно и незаконность совершения следственных и процессуальных действий, связанных с расследованием уголовного дела, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу Зайцева К.А. компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей, полагая, что в данном, конкретном случае, именно данный размер компенсации отвечает признакам справедливого вознаграждения лица за перенесенные страдания, требованиям разумности и справедливости, обеспечивает баланс частных и публичных интересов.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и его полного возмещения, поэтому предусмотренная законом компенсация должна отвечать в первую очередь признакам справедливого вознаграждения лица за перенесенные страдания.
Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований истца.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования Зайцева К.А. удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Зайцева К.А., ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца г<адрес> (паспорт серия №, выдан ДД.ММ.ГГГГ года УМВД России по Хабаровскому краю, код подразделения 270-010) компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб. (сорок тысяч рублей).
В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.
Копию решения в мотивированном виде направить сторонам.
Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд в течение месяца с момента его вынесения в мотивированном виде через Амурский городской суд Хабаровского края.
Председательствующий С.Н. Лошманова
Мотивированный текст решения изготовлен 23.07.2026.
Судья С.Н. Лошманова