РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
30 сентября 2026 года с. Кыра
Кыринский районный суд Забайкальского края в составе:
председательствующего судьи Терехиной А.Н., при секретаре судебного заседания Таракановской В.А., с участием истца Содбоевой С.С., представителя истца Румянской О.Н., помощника прокурора Кыринского района Малыгина Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Содбоевой С.С. к войсковой части №, военному комиссариату Забайкальского края о признании фактическим воспитателем военнослужащего и признании права на выплаты в связи с его гибелью
УСТАНОВИЛ:
Содбоева С.С. обратилась в суд с указанным иском, в обоснование исковых требований указала, что 01 апреля 2026 года при выполнении задач в ходе специальной военной операции погиб П.И.С., (дата) года рождения. Его мать, П.Т.С., умерла (дата), сведения об отце в записях актов гражданского состояния отсутствуют. На основании постановления администрации муниципального района «Кыринский район» № 91 от 14 февраля 2018 года несовершеннолетний был передан под опеку ей, были назначены соответствующие денежные выплаты. 20 марта 2023 года она вступила в брак, после чего ей была присвоена фамилия С,. Постановлением администрации того же района № 501 от 05 сентября 2025 года истец освобождена от обязанностей опекуна в связи с достижением подопечным совершеннолетия. С 14 февраля 2018 года и до своего совершеннолетия П.И.С. непрерывно находился на воспитании у Содбоевой С.С. Истец фактически заменила ему мать: занималась его развитием, обучением и полностью содержала за счет собственных средств. В связи с чем, просит установить, что являлась фактически воспитавшей и содержавшей военнослужащего П.И.С., (дата) г.р., уроженца <адрес>, погибшего (дата), в течении не менее пяти лет до достижения совершеннолетия, признать за ней право на выплаты в связи с гибелью военнослужащего П.И.С., (дата) г.р., при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территории ДНР и Украины.
В судебном заседании истец Содбоева С.С. исковые требования поддержала и дополнительно пояснила, что после смерти ее сестры, с 2018 года и до совершеннолетия непрерывно являлась опекуном своего племянника П.И.С. Содержала опекаемого исключительно на собственные средства, а полагавшиеся ей как опекуну денежные выплаты перечисляла на счет ребенка. И. был обеспечен всем необходимым и ни в чем не нуждался. На 16-летие они с мужем подарили ему ноутбук, также неоднократно приобретали для него мобильные телефоны, купили велосипед, телевизор в его комнату, регулярно покупали одежду, обувь и канцелярию. В период проживания в <адрес> она водила ребенка на платный кружок рисования. После переезда в <адрес> за счет собственных средств отправляла его в летний лагерь. Отношения между ними были очень близкими, И. называл её мамой. Они вместе проводили досуг; она следила за его здоровьем, возила на лечение в <адрес>, интересовалась успехами в школе и посещала все родительские собрания. Самостоятельный доход истца состоял из заработной платы и пенсии по инвалидности.
Представитель истца Румянская О.Н. также поддержала позицию своего доверителя, указав, что Содбоева С.С. более пяти лет за счет собственных средств содержала несовершеннолетнего П.И.С. и занималась его воспитанием. Претензии со стороны органов опеки или школы в связи с ненадлежащим исполнением обязанностей опекуна в адрес истца не поступали. Полагала, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.
Ответчики войсковая часть №, военный комиссариат <адрес>, в лице военного комиссариата Кыринского и <адрес>ов <адрес>, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в суд представителей не направили, заявлений, ходатайств не представили.
Третье лицо Отделение Фонда пенсионного и социального страхования России по <адрес> в лице представителя по доверенности Д.А.Б., извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, направил заявление о рассмотрении дела в отсутствие представителя.
Представитель третьего лица ФКУ «27 финансово-экономическая служба» МО РФ К.А.К., извещенная надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, представила письменные возражения, согласно которым исковые требования не признала, ссылаясь на то, что истцом не представлено документов, подтверждающих фактическое воспитание и содержание погибшего военнослужащего, просила рассмотреть дело в свое отсутствие.
Третьи лица АО «СОГАЗ, Министерство обороны РФ, Министерство социальной и демографической политики <адрес>, ФКУ «Военно-социальный центр» МО РФ, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в суд представителей не направили, заявлений, ходатайств не представили, своего отношения к заявленным требованиям не выразили.
Судом в соответствии со ст. 113, 116 ГПК РФ принимались все необходимые меры для извещения ответчиков о времени и месте рассмотрения дела, о чем свидетельствует направление судебной повестки по месту регистрации ответчиков. В соответствии со ст. 117, 118 ГПК РФ суд признает ответчиков надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела.
Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат (пункт 67); статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (пункт 68)
Кроме того, сведения о времени и месте проведения судебного заседания были своевременно размещены в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" на официальном сайте Кыринского районного суда Забайкальского края.
В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.
Заслушав пояснения сторон, заключение помощника прокурора Кыринского района Забайкальского края Малыгина Д.А., полагавшего, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.
Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации).
Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).
Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.
Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты "в", "м"), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. № 17-П, от 20 октября 2010 г. № 18-П, от 17 мая 2011 г. № 8-П, от 19 мая 2014 г. № 15-П, от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).
В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.
Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ) и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячную денежную компенсацию, предусмотренные частями 8 и 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", а также единовременную выплату, установленную Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей".
При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.
Таким образом, установленная система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью (смертью) материальных потерь.
Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).
Положениями пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ определено, что выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица - его супруга (супруг), родители (усыновители) застрахованного лица, дедушка и (или) бабушка при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей, отчим и (или) мачеха при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет, его несовершеннолетние дети, дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях, подопечные застрахованного лица, а также лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).
Согласно пункту 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 названной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считается лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 этой статьи, имеет фактический воспитатель, достигший возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющийся инвалидом. Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение.
Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей" установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.
Подпунктом "а" пункта 1 названного Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 предусмотрено, что в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом "б" настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат". При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях совершеннолетним детям указанных военнослужащих и лиц либо в случае отсутствия совершеннолетних детей полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц
Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная денежная выплата, единовременное пособие, ежемесячная денежная компенсация.
Система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь, в том числе обусловленных утратой членами семьи погибшего (умершего) военнослужащего возможности получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание. Правом на получение мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации для членов семьи погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы военнослужащих, наделены, в частности, лица, фактически воспитывавшие и содержавшие военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, а в случае возникновения спора о праве этого лица на меры социальной поддержки, предусмотренные для членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, такой иск подлежит рассмотрению в порядке искового производства.
Из приведенных нормативных положений и правовых позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель установил систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, включающую ряд денежных выплат. Их же предназначение - компенсировать родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.
Исходя из целей этих выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.
Из материалов дела следует, что П.И.С. родился (дата) (запись акта о рождении №). Его матерью являлась П.Т.С., умершая (дата) (л.д. 13, 20); сведения об отце в записи акта о рождении отсутствуют.
Из пояснений истца Содбоевой С.С. установлено, что умершая П.Т.С. приходилась ей родной сестрой, а погибший П.И.С. — родным племянником. После смерти матери несовершеннолетний П.И.С. остался без попечения родителей.
Постановлением администрации муниципального района «Кыринский район» № 91 от 14 февраля 2018 года по заявлению Л.С.С. (после заключения брака (дата) — С,) над ним учреждена опека, Л.С.С. назначена опекуном (л.д. 31).
Распоряжением администрации Ингодинского административного района г. Читы № 42 от 13 марта 2018 года подопечный поставлен на учет, а опекуну назначена ежемесячная денежная выплата на его содержание с момента установления опеки — с 14 февраля 2018 года (л.д. 16). В связи с изменением места жительства распоряжением администрации Железнодорожного административного района городского округа «Город Чита» № 219 от 15 июня 2022 года П.И.С. был снят с учета, а выплата Л.С.С. прекращена.
Постановлением администрации муниципального района «Кыринский район» № 552 от 30 июня 2022 года несовершеннолетний вновь поставлен на учет по новому месту жительства с возобновлением денежных выплат опекуну (л.д. 18).
Постановлением администрации муниципального района «Кыринский район» № 501 от 05 сентября 2025 года Содбоева С.С. освобождена от обязанностей опекуна в связи с достижением П.И.С. совершеннолетия (л.д. 21).
Согласно справкам Комитета образования администрации Кыринского муниципального округа № 138 и № 139 от 17 июня 2026 года, П.И.С. относился к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а Содбоева С.С. непрерывно являлась его опекуном в период с 14.02.2018 г. по 05.09.2025 г. (л.д. 32–33).
(дата) при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции на территории ДНР, ЛНР и Украины П.И.С. погиб, о чем в адрес Содбоевой С.С. направлено официальное извещение. Он похоронен (дата) на муниципальном кладбище Тарбальджейской сельской администрации (л.д. 14–15, 19, 23, 35).
В соответствии с п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. № 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (ст. 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.
Под полным содержанием в данном случае понимаются действия, направленные на обеспечение несовершеннолетнего всем необходимым при отсутствии у него материальной поддержки от других лиц или других источников, то есть доходы и имущество фактического воспитателя должны являться единственным источником средств существования будущего военнослужащего.
Под воспитанием следует понимать устойчивое и надлежащее воспитательное взаимодействие обычно близкое к тому, которое существует между родителями и детьми, проявление заботы о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии ребенка.
Согласно абз. 3 ст. 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" дети, оставшиеся без попечения родителей, - это лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного родителя или обоих родителей в связи с лишением их родительских прав, ограничением их в родительских правах, признанием родителей безвестно отсутствующими, недееспособными (ограниченно дееспособными), объявлением их умершими, установлением судом факта утраты лицом попечения родителей, отбыванием родителями наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, уклонением родителей от воспитания своих детей или от защиты их прав и интересов, отказом родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, а также в случае, если единственный родитель или оба родителя неизвестны, в иных случаях признания детей оставшимися без попечения родителей в установленном законом порядке.
Согласно ст. 1 Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" попечительство - форма устройства несовершеннолетних граждан в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет и граждан, ограниченных судом в дееспособности, при которой назначенные органом опеки и попечительства граждане (попечители) обязаны оказывать несовершеннолетним подопечным содействие в осуществлении их прав и исполнении обязанностей, охранять несовершеннолетних подопечных от злоупотреблений со стороны третьих лиц, а также давать согласие совершеннолетним подопечным на совершение ими действий в соответствии со статьей 30 Гражданского кодекса Российской Федерации; подопечный - гражданин, в отношении которого установлены опека или попечительство.
Согласно пункта 3 статьи 148 Семейного кодекса РФ, дети, находящиеся под опекой или попечительством, имеют право на содержание, денежные средства на которое выплачиваются ежемесячно в порядке и в размере, которые установлены законами субъектов Российской Федерации.
Полное государственное обеспечение детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, - предоставление им за время пребывания в соответствующей организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в семье опекуна, попечителя, приемных родителей бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды, обуви и мягкого инвентаря, проживания в жилом помещении без взимания платы или возмещение их полной стоимости, а также бесплатное оказание медицинской помощи (абз. 9 ст. 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ).
Указанное право подопечного ребенка на обеспечение ему содержания корреспондируется с установленной пунктом 3 статьи 36 Гражданского кодекса РФ обязанностью опекуна или попечителя заботиться о содержании своего подопечного.
При этом федеральным законодательством регламентированы вопросы, касающиеся прав подопечных, а также опекунов (попечителей) на суммы пособий и иных выплат, представляющие собой установленную федеральным и региональным законодательством государственную поддержку подопечных и опекунов (попечителей), а также установлен порядок распоряжения этими средствами.
Согласно ст. 31 Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" подопечные, опекуны или попечители имеют право на установленные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации виды государственной поддержки.
Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для проживания, питания и обеспечения других нужд подопечного, принадлежат самому подопечному и расходуются в соответствии с положениями, установленными Гражданским кодексом Российской Федерации и настоящим
Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для обеспечения нужд опекуна или попечителя, принадлежат опекуну или попечителю и расходуются ими по своему усмотрению.
Указанные правила вытекают из части 1 статьи 17 Федерального закона "Об опеке и попечительстве", согласно которой подопечные не имеют права собственности на имущество опекунов или попечителей, а опекуны или попечители не имеют права собственности на имущество подопечных, в том числе на суммы алиментов, пенсий, пособий и иных предоставляемых на содержание подопечных социальных выплат.
Согласно пункта 1 статьи 37 ГК РФ опекун или попечитель распоряжается доходами подопечного, в том числе доходами, причитающимися подопечному от управления его имуществом, за исключением доходов, которыми подопечный вправе распоряжаться самостоятельно, исключительно в интересах подопечного и с предварительного разрешения органа опеки и попечительства. Суммы алиментов, пенсий, пособий, возмещения вреда здоровью и вреда, понесенного в случае смерти кормильца, а также иные выплачиваемые на содержание подопечного средства, за исключением доходов, которыми подопечный вправе распоряжаться самостоятельно, подлежат зачислению на отдельный номинальный счет, открываемый опекуном или попечителем в соответствии с главой 45 данного Кодекса, и расходуются опекуном или попечителем без предварительного разрешения органа опеки и попечительства. Опекун или попечитель предоставляет отчет о расходовании сумм, зачисляемых на отдельный номинальный счет, в порядке, установленном Федеральным законом "Об опеке и попечительстве".
Согласно п. 3 ст. 96 Семейного кодекса РФ опекуны и попечители, а также лица, осуществляющие уход и воспитание за несовершеннолетним ребенком (детьми) в приемных семьях, не могут требовать взыскания алиментов от своих трудоспособных воспитанников, достигших совершеннолетия.
По смыслу приведенных норм и разъяснений в отличие от опекунов (попечителей, приемных родителей), получающих денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств. Также между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части содержания и воспитания последнего. Однако у фактического воспитателя отсутствуют соответствующие родительские обязанности в отношении ребенка в силу закона или судебного решения.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. № 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" в своих разъяснениях указал о том, что под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (статья 96 СК РФ), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка
Для признания лица, претендующего на получение мер социальной поддержки по случаю гибели военнослужащего, его фактическим воспитателем необходима совокупность следующих условий: фактическое воспитание, содержание военнослужащего за счет собственных средств в течение не менее 5 лет до достижения последним совершеннолетия.
Следовательно, для разрешения заявленных Содбоевой С.С. требований необходимо установить, что последняя воспитывала и содержала П.И.С. не менее 5 лет до достижения им совершеннолетия за счет собственных средств.
Доказывая факт совместного проживания, воспитания и содержания несовершеннолетнего П.И.С. в период с 14.02.2018 года по сентябрь 2025 года, истец представила суду совокупность доказательств.
Допрошенные в судебном заседании свидетели С.И.А., С.П.Н. и С.И.К. подтвердили, что после смерти матери несовершеннолетний П.И.С. с 2018 года и вплоть до достижения совершеннолетия постоянно проживал в доме своей тёти — Содбоевой С.С., которая оформила над ним опеку. В указанный период ребёнок посещал общеобразовательную школу. Между ним и Содбоевой С.С. сложились устойчивые семейные и детско-родительские отношения, он называл её «мамой». Свидетели также указали, что Содбоева С.С. полностью содержала племянника на собственные денежные средства, получаемые от трудовой деятельности. П.И.С. ни в чём не нуждался, Содбоева С.С. дарила ему дорогие подарки, активно участвовала в его школьной жизни, посещала все родительские собрания и добросовестно исполняла обязанности опекуна.
Данные обстоятельства подтверждаются и письменными материалами дела. Из справки-подтверждения МБОУ «Тарбальджейская ООШ» № 50 от 15 июня 2026 года следует, что П.И.С., (дата) года рождения, обучался в данном учреждении в период с 01.09.2022 года по 27.06.2025 года (л.д. 30). Содбоевой С.С. выдана благодарность в связи с окончанием школы П.И.С.
Согласно справке Тарбальджейской сельской администрации № 321 от 15 июня 2026 года, Содбоева С.С., проживающая по адресу: <адрес>, фактически являлась опекуном П.И.С. с 2018 года. В справке зафиксировано, что Содбоева С.С. уделяла значительное внимание воспитанию, развитию и здоровью ребенка, контролировала его успеваемость в школе, создавала необходимые бытовые условия, а также полноценно защищала и обеспечивала его законные интересы (л.д. 34).
Из медицинской карты П.И.С. следует, что он неоднократно проходил обследование узких специалистов в лечебных учреждения г. Читы, в том числе ГУЗ «ДКМЦ г. Читы».
Истцом также представлены товарные и кассовые чеки за период с 2018 по 2025 год, согласно которым в указанный период приобреталась одежда, обувь, школьные принадлежности, а также мотоцикл, скутер, телевизор, игровая консоль.
Факт наличия у истца самостоятельного источника дохода для содержания ребенка в спорный период подтверждается следующими документами: трудовой книжкой Содбоевой С.С., согласно которой она непрерывно осуществляла трудовую деятельность с 2016 по 2024 год (л.д. 24–27); справкой о назначении пенсии, подтверждающей, что истец с 13.06.1998 года бессрочно является получателем государственной пенсии в размере 22 617,98 руб. в соответствии с п. 1 ст. 11 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», а также ежемесячной денежной выплаты (ЕДВ) ветеранам, инвалидам и гражданам, подвергшимся воздействию радиации, в размере 4 397,23 руб. (л.д. 28–29).
Как установлено судом и следует из представленных материалов, Содбоева С.С. являясь опекуном П.И.С. воспитывала его с 10 лет до совершеннолетия, т.е. с 2018 по 2025 г., однако данный факт вопреки выводам заявителя не свидетельствует о наличии оснований для признания Содбоевой С.С. фактическим воспитателем по следующим основаниям.
Приемные родители и опекуны, в отличие от фактических воспитателей (родственников ребенка и лиц, не состоящих с ним в родстве, воспитывающих и содержащих ребенка на безвозмездной основе за счет собственных средств) не относятся к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания, поскольку они выполняют обязанности воспитателя с согласия; воспитанники находятся на полном государственном обеспечении, ежемесячно за время пребывания в семье опекуна из бюджета выделяются денежные средства на их питание, одежду, обувь и мягкий инвентарь, проживание, а также бесплатно оказывается медицинская помощь, в связи с чем, в случае смерти воспитанника - военнослужащего у приемных родителей отсутствуют материальные потери в виде будущей возможности получать от него содержание.
В случае гибели военнослужащего в период прохождения военной службы, при исполнении обязанностей военной службы, выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию и получателями мер социальной поддержки лиц, потерявших кормильца, в рамках возмещения вреда, причиненного им гибелью (смертью) военнослужащего, являются члены семьи, прямо указанные в Федеральных законах и в заключенных на основании этих законов договорах.
Государственными контрактами на оказание услуг по осуществлению обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных сил Российской Федерации, Соглашениями об осуществлении выплат единовременных пособий военнослужащим Вооруженных сил Российской Федерации, заключенным между Министерством обороны РФ и АО "СОГАЗ", не предусмотрено предоставление страховых выплат и единовременного пособия опекунам, приемным родителям в случае смерти их воспитанника, в период военной службы и при исполнении обязанностей военной службы.
Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии основании для удовлетворения заявленных Содбоевой С.С. требований, поскольку у Содбоевой С.С, обладающей в правоотношениях статусом опекуна, что отличается от статуса фактического воспитателя по правовым признакам, отсутствует право на получение страховой суммы и единовременного пособия.
Доводы истца Содбоевой С.С. о содержании несовершеннолетнего П.И.С. исключительно за счет собственных денежных средств не подтверждаются материалами дела и являются голословными.
В судебном заседании истец не оспаривала факт получения мер социальной поддержки на содержание П.И.С., находящегося под опекой. Данное обстоятельство подтверждается справками Комитета образования администрации Кыринского муниципального округа Забайкальского края.
Из материалов личного дела П.И.С. следует, что он состоял на учете в органах опеки и попечительства как лицо, относящееся к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. В период с 01.05.2011 года по 31.08.2025 года П.И.С. являлся получателем пенсии по случаю потери кормильца (л.д. 32). Кроме того, приказом Министерства труда и социальной защиты населения Забайкальского края от 08.12.2022 года № 1824 П.И.С. включен в список детей-сирот, подлежащих обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда на территории Забайкальского края (с учетом первоначальной даты постановки на учет в 2011 году).
Согласно справке Комитета образования администрации Кыринского муниципального округа № 977 от 02 сентября 2026 года, Содбоевой С.С. на содержание опекаемого ребенка ежемесячно выплачивались денежные средства. Всего выплачено: за 2022 год — 48 126,60 руб., за 2023 год — 101 643,36 руб., за 2024 год — 106 217,50 руб., за 2025 год — 73 785,76 руб. (л.д. 118).
Из ответа Комитета образования администрации городского округа «Город Чита» также следует, что за период с 14.02.2018 по 15.06.2022 Содбоевой С.С. производились ежемесячные денежные выплаты на содержание П.И.С.
Оценивая личные качества опекуна, суд обращает внимание на характеристики, выданные МБОУ «Тарбальджейская ООШ» в отношении обучающегося 9 класса П.И.С. и его опекуна Содбоевой С.С. Из их содержания следует, что в процессе воспитания наблюдались упущения: опекун не всегда принимала участие в жизни класса и школы, редко интересовалась успехами подопечного, инициативы в вопросах его учебы не проявляла, включаясь в дела класса лишь по настоятельной просьбе классного руководителя. Более того, с мая 2024 года Содбоева С.С., в связи с отъездом на работу вахтовым методом, систематически оставляла несовершеннолетнего ребенка на попечение родственников.
Более того, факт содержания несовершеннолетнего за счет государственных выплат и его собственных средств подтверждается исследованными в судебном заседании ежегодными отчетами опекуна и прилагаемыми к ним сведениями о движении денежных средств по лицевому счету №, открытому на имя П.И.С.
Из материалов дела следует, что алименты на содержание ребенка не поступали. При этом поступавшие на указанный счет денежные средства в виде пенсии по случаю потери кормильца и социальных пособий ежегодно частично снимались и расходовались Содбоевой С.С. на основании предварительных разрешений органа опеки и попечительства. Так, из личных средств подопечного опекуном было израсходовано, в том числе: в 2019 году — 93 000,00 руб. (на приобретение лекарственных препаратов и одежды); в 2020 году — 25 000,00 руб. (на лекарственные препараты, одежду, обувь и канцелярские товары); в 2021 году — 73 409,00 руб. (на лекарственные препараты, одежду и велосипед); в 2022 году — 172 543,00 руб. (на лечение, одежду, обувь и канцелярские товары); в 2023 году — 155 899,00 руб. (на оплату лечения, канцелярские товары, одежду, обувь и мобильный телефон); в 2025 году — 26 749,00 руб. (на покупку мобильного телефона, одежды и обуви).
Данные обстоятельства в своей совокупности подтверждают, что обеспечение текущих потребностей подопечного (включая лечение, приобретение одежды, обуви, средств связи и досуга) осуществлялось непосредственно за счет принадлежащих несовершеннолетнему П.И.С. денежных средств, а не за счет личных накоплений или заработка истца.
Суд также принимает во внимание, что в ходе осуществления контроля за деятельностью опекуна со стороны уполномоченных органов были выявлены грубые нарушения. Так, 14 августа 2024 года Комитетом образования администрации Кыринского муниципального района составлен акт об обнаружении ненадлежащего исполнения законным представителем обязанностей по охране имущества подопечного и управлению им, согласно которому Содбоевой С.С. не представлены документы, подтверждающие целевое расходование средств подопечного на сумму 55 455,00 руб. В связи с выявленным фактом нарушения прав несовершеннолетнего 16 августа 2024 года в адрес опекуна было направлено требование о возмещении убытков, причиненных подопечному.
Указанные факты в полной мере опровергают доводы Содбоевой С.С. о добросовестном содержании несовершеннолетнего исключительно за счет собственных средств и свидетельствуют об отсутствии оснований для признания факта нахождения П.И.С. на иждивении истца.
Анализ финансового обеспечения свидетельствует, что несовершеннолетний находился на полном государственном обеспечении. При этом истцом не представлено каких-либо документальных доказательств (чеков, квитанций, платежных документов), подтверждающих несение ею расходов на содержание несовершеннолетнего за счет собственных денежных средств. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что объема назначенных опекунских выплат и пенсии по случаю потери кормильца было недостаточно для полноценного содержания и удовлетворения текущих потребностей ребенка, в связи с чем факт несения дополнительных расходов сверх выплачиваемых государством сумм судом признается недолжным и не доказанным.
Предоставленные истцом товарные и кассовые чеки за период с 2018 по 2025 год на приобретение одежды, обуви и школьных принадлежностей свидетельствуют о надлежащем исполнении истцом обязанностей опекуна, возложенных на него в силу ст. 36 Гражданского кодекса РФ и Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве". Забота о содержании, обучении и воспитании подопечного является законодательно установленной обязанностью назначенного опекуна, в связи с чем несение таких расходов в период действия опеки не может рассматриваться как добровольное фактическое воспитание, имеющее иную правовую природу.
Приобретение дорогостоящих предметов досуга и техники (мотоцикл, скутер, телевизор, игровая консоль) относится к категории разовых расходов на развитие и отдых ребенка. Данные траты подтверждают создание благоприятных условий для подопечного, однако не подменяют собой факт регулярного государственного обеспечения, направленного на покрытие базовых ежедневных потребностей (питание, коммунальные платежи, медицинское обслуживание).
Таким образом, представленные истцом чеки за 2018–2025 годы подтверждают факт несения расходов на ребенка, но не доказывают безвозмездный характер воспитания, поскольку в указанный период имело место регулярное государственное финансирование. Наличие у опекуна собственных доходов и их частичное расходование на нужды подопечного (в дополнение к государственным выплатам) не может служить основанием для изменения правового статуса опекуна на статус фактического воспитателя.
Под полным содержанием воспитанника в рамках рассматриваемого спора с учетом изложенных ранее позиций закона следует понимать действия воспитателя, направленные на обеспечение несовершеннолетнего всем необходимым за счет собственных средств при отсутствии материальной поддержки от государственных, муниципальных органов, то есть доходы и имущество фактического воспитателя должны являться единственным источником средств существования будущего военнослужащего.
Опекуны, попечители, приемные родители, в отличие от фактических воспитателей (родственников ребенка и лиц, не состоящих с ним в родстве, воспитывающих и содержащих ребенка на безвозмездной основе за счет собственных средств) не относятся к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания, поскольку они выполняют обязанности воспитателя в соответствии с решениями органов опеки за вознаграждение; воспитанники находятся на полном государственном обеспечении, ежемесячно за время пребывания в семье опекуна или попечителя из бюджета выделяются денежные средств на их питание, одежду, обувь и мягкий инвентарь, проживание, а также бесплатно оказывается медицинская помощь.
Соответственно в случае смерти воспитанника-военнослужащего у опекунов, попечителей и приемных родителей отсутствуют материальные потери в виде будущей возможности получать от него содержание. В связи с этим указанные лица не учитывались при внесении изменений в Федеральный закон от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ и Федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ.
Исходя из этого, суд считает, что в период с 14.02.2018 г. до 25.08.2025 г., истец не безвозмездно осуществляла воспитание и содержание П.И.С., вследствие этого не вправе претендовать на единовременную выплату и выплату страховых сумм вследствие смерти бывшего воспитанника - военнослужащего при исполнении им обязанностей военной службы, поэтому в удовлетворении ее требований о взыскании единовременных и страховых выплат следует отказать.
При установленных обстоятельствах, у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований истца.
Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении искового заявления Содбоевой С.С. о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего П.И.С., (дата) г.р. и признании права на получение выплат в связи с его гибелью - отказать.
Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Кыринский районный суд Забайкальского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 30.09.2026.
Судья А.Н.Терехина