РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
12 марта 2026 года г. Шелехов
Шелеховский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Петрович К.Э., при секретаре Кононовой Н.Н., с участием истца Первухина Д.О., представителя ответчика Терещенко Е.А., действующего на основании доверенности от *дата скрыта*, представителя третьего лица прокуратуры Иркутской области Сорокиной Е.А., действующей на основании доверенности от *дата скрыта*, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-226/2026 по иску Первухина Д.О. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Иркутской области о компенсации морального вреда, установил:
в обоснование исковых требований указано, что в период с *дата скрыта* по *дата скрыта* Первухин Д.О. незаконно привлекался к уголовной ответственности.
30.10.2024 Свердловским районным судом г. Иркутска в отношении Первухина Д.О. постановлен оправдательный приговор, в соответствии с которым истец оправдан и признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «б», «в», «г» ч. 3 ст. 286 УК РФ в связи с отсутствием в действиях состава указанного преступления, а также оправдан и признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления.
Первухину Д.О. разъяснено право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием по обвинению в совершении данных преступлений, в соответствии с положениями Главы 18 УПК РФ.
17.01.2025 апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда приговор Свердловского районного суда г. Иркутска от 30.10.2024 в отношении Первухина Д.О. оставлен без изменения.
В связи с незаконным уголовным преследованием Первухин Д.О. испытывал моральные, нравственные и физические страдания, так как невозможно чувствовать себя психологически комфортно столь длительное время, являясь обвиняемым и подсудимым по уголовному делу. На протяжении всего предварительного следствия Первухин Д.О. находился в подавленном эмоциональном состоянии, его психологическое здоровье значительно ухудшилось. На протяжении всего следствия был лишен возможности вести обычный образ жизни, был ограничен в реализации своих гражданских прав.
Первухин Д.О. имеет семью, двоих несовершеннолетних детей. По адресу месту жительства в *адрес скрыт*, где истец длительное время находился под домашним арестом, проживают его родители пожилого возраста, которые имеют проблемы со здоровьем, в связи с чем, незаконное уголовное преследование и длительное (более полутора лет) применение меры пресечения в виде домашнего ареста являлись для его семьи существенным психотравмирующим фактором, что не могло не вызвать сильные эмоциональные переживания и душевное потрясение, повлекшие серьезное стрессовое состояние, учитывая, что Первухин Д.О. был лишен привычных условий жизни, ограничен в правах и не мог оказать семье полноценную моральную и материальную поддержку. Супруга и дети постоянно переживали из-за возникшей ситуации, что отражалось на их привычном образе жизни, дети не могли спокойно посещать образовательные учреждения. Все эти обстоятельства дополнительно оказывали на Первухина Д.О. негативное эмоциональное влияние, он сильно переживал за их нравственное, физическое и финансовое состояние. Невозможность защитить своих близких от стресса и тревог ставила его в безвыходное положение, подвергая еще большим переживаниям.
До задержания и избрания в отношении Первухина Д.О. меры пресечения в виде домашнего ареста, с *дата скрыта* г. он состоял в должности <данные изъяты>». <данные изъяты> В связи с уголовным преследованием и избранием меры пресечения в виде домашнего ареста, а также последующим продлением избранной меры пресечения в виде домашнего ареста Первухин Д.О. был временно отстранен от выполнения служебных обязанностей с *дата скрыта* по *дата скрыта*.
Выплата денежного довольствия за периоды отстранения от выполнения служебных обязанностей осуществлялась не в полном размере, что повлекло значительное ухудшение материального состояния семьи, возникли материальные трудности в содержании несовершеннолетних детей.
Первухин Д.О. приступил к исполнению служебных обязанностей <данные изъяты> на основании оправдательного приговора.
Первухин Д.О. являлся основным кормильцем своей семьи и именно его доход служил основным источником содержания семьи. Потеря стабильного дохода стала финансовым ударом и эмоциональным испытанием. Все эти обстоятельства поставили Первухина Д.О. и его семью в крайне затруднительное положение, лишив необходимых средств к существованию.
Кроме того, уголовное преследование и обвинение в совершении двух особо тяжких преступлений значительно сказалось на деловой репутации истца. За все время <данные изъяты> он не имел взысканий, каких-либо нареканий со стороны руководства, коллеги и сослуживцы относились с должным уважением, он имел авторитет. Однако за время уголовного преследования отношения с коллегами ухудшились, исчезло доверие и уважение к истцу.
Аналогичная ситуация сложилась в отношениях с соседями и знакомыми из числа жителей *адрес скрыт* и *адрес скрыт*. После задержания и избрания меры пресечения многие изменили свое отношение к истцу, поскольку в их глазах он стал преступником, утратил то уважение и тот авторитет, который имел до этих событий.
Кроме того, в силу возникших в результате незаконного уголовного преследования проблем как морального, так и материального характера, ухудшились его отношения с супругой, поскольку Первухин Д.О., находясь под домашним арестом очень продолжительное время, был ограничен в возможностях, и не мог должным образом нести все заботы о семье, в результате чего супружеские отношения распались, брак расторгнут *дата скрыта*. Таким образом, в результате незаконного уголовного преследования истец лишился полноценной семьи, что также причиняет Первухину Д.О. моральные страдания.
Моральный вред, причиненный в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, истец оценивает в сумму 5 000 000 руб.
Истец Первухин Д.О. просил суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в свою пользу в счет компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование 5 000 000 руб.
Определением суда от *дата скрыта* к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора на стороне ответчика, привлечены: следственный отдел по Свердловскому району Следственного управления Следственного комитета России по Иркутской области; Следственное управление Следственного комитета России по Иркутской области; Прокуратура Иркутской области.
В судебном заседании истец Первухин Д.О. исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивал на их удовлетворении. Дополнительно пояснил, что был задержан сотрудниками правоохранительных орган на глазах коллег, в его жилом помещении производился обыск в присутствии супруги и несовершеннолетнего ребенка, который был очень напуган. При обыске в качестве понятой была привлечена соседка, которая после завершения следственного действия рассказала всем соседям, в чем подозревается истец. Многие знакомые истца, узнав о произошедшем, перестали с ним общаться, утеряв доверие. В настоящее время знакомые истца при встрече с ним напоминают о случившемся, расспрашивают об обстоятельствах, чем причиняют Первухину Д.О. нравственные страдания. Просил учесть, что он провел 530 дней под домашним арестом, 3 дня в изоляторе временного содержания. При определении размера компенсации морального вреда просил учесть индивидуальные особенности его личности, исходить из принципов гуманности и справедливости. Истец подтвердил, что его право на получение денежного довольствия за периоды отстранения от выполнения служебных обязанностей восстановлено в полном объеме.
Представитель ответчика Терещенко Е.А., не оспаривая право истца на получение компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, не признал исковые требования в заявленном размере, полагал, что истцом не представлено доказательств в подтверждение заявленного размера компенсации, который просил определить с учетом принципов разумности и справедливости. Ранее в судебном заседании представитель ответчика Талаев Д.В. обратил внимание суда, что имущественные права истца в части взыскания в его пользу неполученного дохода в виде денежного довольствия за периоды отстранения от выполнения служебных обязанностей восстановлены в полном объеме. Полагал, что доводы истца об ухудшении отношений с коллегами и соседями, утрате к нему доверия со стороны указанных лиц, голословны и ничем не подтверждены. Также полагал, что истцом не доказана причинно-следственная связь между незаконным уголовным преследованием и прекращением семейных отношений с супругой, поскольку брак был расторгнут через год с момента вынесения оправдательного приговора.
Представитель третьего лица прокуратуры Иркутской области Сорокина Е.А. поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, пояснив, что, не оспаривая права истца на реабилитацию, полагает, что заявленная сумма компенсации морального вреда в размере 5 000 000 руб. является чрезмерно завышенной.
Представители третьих лиц следственного отдела по Свердловскому району г. Иркутска Следственного управления Следственного комитета России по Иркутской области; Следственного управления Следственного комитета России по Иркутской области в судебное заседание не явились, о месте и времени его проведения извещены надлежащим образом, причины неявки неизвестны.
Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав объяснения явившихся лиц, исследовав письменные материалы гражданского дела, материалы уголовного дела *номер скрыт*, оценив представленные доказательства в совокупности и каждое в отдельности, суд приходит к следующим выводам.
Основания возникновения права на реабилитацию, порядок признания за лицом такого права, возмещения реабилитированному лицу причиненного имущественного и морального вреда, восстановления иных прав реабилитированного определены в главе 18 (статьи 133 - 139) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Согласно части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
Право на возмещение вреда в порядке, установленном названной выше главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть 3 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). К мерам процессуального принуждения (раздел IV Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) относятся и меры пресечения, в число которых входит заключение под стражу. Основания и порядок избрания, а также отмены или изменения подозреваемому, обвиняемому меры пресечения, в том числе заключения под стражу, регламентированы главой 13 (статьи 97 - 110) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц, установлены в статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования соответственно.
Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 указанного кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (пункт 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, действующее законодательство в системном единстве его предписаний не исключает принятия судом в порядке гражданского судопроизводства решения о компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и в соответствии с принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина. Установленный законодателем механизм защиты личных неимущественных прав, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации (определения от 18 января 2011 г. N 47-О-О, от 28 февраля 2019 г. N 552-О, постановление от 15 марта 2023 г. N 8-П, определение от 26 сентября 2024 г. N 2147-О).
Из приведенных нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) должностных лиц государственных органов при исполнении ими служебных обязанностей его возмещение производится в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации, за счет соответствующей казны (казны Российской Федерации или казны субъекта Российской Федерации).
Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, причиненного незаконными действиями или бездействием государственного органа или его должностного лица, по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью действий причинителя вреда, вина причинителя вреда.
Судом установлено, что *дата скрыта* следственным отделом по *адрес скрыт* управления Следственного комитета РФ по *адрес скрыт* было возбуждено уголовное дело *номер скрыт* по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.
Из материалов уголовного дела *номер скрыт* судом установлено, что *дата скрыта* Первухин Д.О., занимающий должность <данные изъяты>», был допрошен в качестве свидетеля по уголовному делу.
*дата скрыта* постановлением старшего следователя уголовное дело переквалифицировано с ч. 4 ст. 111 УК РФ на п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.
*дата скрыта* следственным отделом по *адрес скрыт* управления Следственного комитета РФ по *адрес скрыт* возбуждено уголовное дело *номер скрыт* по признакам преступления, предусмотренного пп «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ.
*дата скрыта* уголовное дело *номер скрыт* и уголовное дело *номер скрыт* соединены в одно производство, соединенному уголовному делу присвоен *номер скрыт*.
Установлено, что *дата скрыта* на основании постановления старшего следователя в период с *дата скрыта*. в жилище Первухина Д.О. произведен обыск.
*дата скрыта* в *дата скрыта* ч. Первухин Д.О. задержан по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286, п. «в» ч. 2 ст.115 УК РФ, в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ.
*дата скрыта* проведен допрос Первухина Д.О. в качестве подозреваемого.
*дата скрыта* Первухину Д.О. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, проведен допрос в качестве обвиняемого.
Постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска от *дата скрыта* обвиняемому Первухину Д.О. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на один месяц 17 суток, т.е. по *дата скрыта*
Постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска от *дата скрыта* обвиняемому Первухину Д.О. продлен срок домашнего ареста до 3-х месяцев, т.е. по *дата скрыта*
Постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска от *дата скрыта* обвиняемому Первухину Д.О. продлен срок домашнего ареста до 5-ти месяцев, т.е. по *дата скрыта*
*дата скрыта* старшим следователем проведен дополнительный допрос Первухина Д.О. в качестве обвиняемого.
Постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска от *дата скрыта* обвиняемому Первухину Д.О. продлен срок домашнего ареста до 7-ми месяцев, т.е. по *дата скрыта*
*дата скрыта* отменено постановление следователя о переквалификации уголовного дела от *дата скрыта*, уголовное дело переквалифицировано с пп. «а», «б» ч.3 ст. 286, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ на пп. «а», «б», «в», «г» ч. 3 ст. 286, ч. 4 ст. 111 УК РФ.
*дата скрыта* Первухину Д.О. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «б», «в», «г» ч. 3 ст. 286, ч. 4 ст. 111 УК РФ.
*дата скрыта* Первухин Д.О. допрошен в качестве обвиняемого. *дата скрыта* проведен дополнительный допрос в качестве обвиняемого,
Первухин Д.О. уведомлен об окончании следственных действий.
*дата скрыта* уголовное дело с обвинительным заключением направлено прокурору Свердловского района г. Иркутска
*дата скрыта* уголовное дело *номер скрыт* в отношении Первухина Д.О. поступило в Свердловский районный суд г. Иркутска, где было рассмотрено по существу, судебные заседания проходили с *дата скрыта* по *дата скрыта* включительно, всего – 21 судебное заседание.Мера пресечения в виде домашнего ареста была сохранена судом и продлена в установленном законом порядке по *дата скрыта* включительно до провозглашения приговора.
30.10.2024 Свердловским районным судом г. Иркутска в отношении Первухина Д.О. постановлен оправдательный приговор, в соответствии с которым Первухин Д.О. оправдан и признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б», «в», «г» ч. 3 ст. 286 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления, а также оправдан и признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению указанного преступления.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда от 17.01.2025 приговор оставлен без изменения.
Кассационный определением судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 09.12.2025 кассационная жалоба на приговор суда от 30.10.2024 и апелляционное определение от 17.01.2025 оставлена без удовлетворения.
В соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ, суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию.
Приговором Свердловского районного суда г. Иркутска от 30.10.2024 за Первухиным Д.О. признано право на реабилитацию в соответствии с положениями главы 18 УПК РФ.
Таким образом, в ходе производства по делу установлено наличие оснований для взыскания в пользу Первухина Д.О. в порядке реабилитации компенсации морального вреда с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны.
В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда, в том числе за вред, причиненный гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (пункт 1 статьи 1070, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Компенсация морального вреда осуществляется в таких случаях независимо от вины причинителя вреда. Незаконность осуждения, незаконность привлечения к уголовной ответственности, незаконность применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконность наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ должна быть подтверждена принятыми в установленном законом порядке соответствующими постановлениями (определениями) о полной реабилитации гражданина (например, оправдательный приговор, постановление следователя о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям). Вместе с тем при отсутствии таких постановлений не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла).
Признание судом в рамках гражданского судопроизводства доказанным факта причинения гражданину морального вреда в связи с его незаконным уголовным преследованием, незаконным применением к нему мер процессуального принуждения влечет за собой обязанность суда при определении размера денежной компенсации морального вреда исходить из установленных обстоятельств конкретного дела и учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Пунктом 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 предусмотрено, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.
Согласно пункту 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17), с учетом положений статей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения.
Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.
Истец указывает, что в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности он испытал моральные, нравственные и физические страдания, находился в подавленном эмоциональном состоянии, значительно ухудшилось его психологическое здоровье. На протяжении всего следствия был лишен возможности вести обычный образ жизни, был ограничен в реализации своих гражданских прав. Незаконное уголовное преследование и длительное (около полутора лет) применение меры пресечения в виде домашнего ареста являлись существенным психотравмирующим фактором для его семьи. Супруга и дети постоянно переживали из-за возникшей ситуации, что отражалось на их привычном образе жизни, дети не могли спокойно посещать образовательные учреждения. Будучи должностным лицом, полицейским (водителем), преследование и обвинение в совершении двух особо тяжких преступлений значительно сказалось на деловой репутации истца, ухудшились отношения с коллегами, исчезло доверие и уважение. Аналогичная ситуация сложилась с соседями и знакомыми. Кроме того, распались супружеские отношения, брак расторгнут. На период уголовного преследования Первухин Д.О. был отстранен от выполнения служебных обязанностей, в связи с чем, выплата денежного довольствия осуществлялась не в полном размере, что повлекло значительное ухудшение материального состояния семьи, возникли материальные трудности в содержании несовершеннолетних детей.
Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцу в результате необоснованного уголовного преследования, суд исходит из факта нахождения истца под незаконным уголовным преследованием на протяжении 595 дней (предварительное расследование и судебное следствие с *дата скрыта* по *дата скрыта*), факта обвинения истца в совершении преступлений, которые относятся к категории особо тяжких, длительного незаконного применения к нему меры пресечения в виде домашнего ареста на протяжении 530 дней, проведением обыска жилища и иных следственных действий.
При этом суд учитывает, что в силу уголовного преследования Первухин Д.О. в указанный период времени был лишен возможности заниматься привычными делами, вести обычный образ жизни, имел ограничение свободы передвижения.
Кроме того, по мнению суда, продолжительность уголовного преследования по обвинению в совершении особо тяжких преступлений, нахождение в статусе подозреваемого, обвиняемого, а в последующем - подсудимого, безусловно, повлекла для Первухина Д.О. морально-психологическую травму, что является очевидным в сложившейся ситуации.
Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер, степень и продолжительность причиненных страданий, а также фактические обстоятельства, подтвержденные доказательствами, представленными в дело.
В материалы дела не представлено доказательств ухудшения материального положения истца и членов его семьи в связи с уголовным преследованием.
Как следует из материалов дела, в период уголовного преследования приказами начальника МУ МВД России «Иркутское» Первухин Д.О. был временно отстранен от выполнения служебных обязанностей с *дата скрыта* по *дата скрыта*, с *дата скрыта* по *дата скрыта*, с *дата скрыта* по *дата скрыта*, с *дата скрыта* по *дата скрыта*, с *дата скрыта* по *дата скрыта*, с *дата скрыта* по *дата скрыта*, с *дата скрыта* по *дата скрыта*. Выплата денежного довольствия за периоды отстранения от выполнения служебных обязанностей осуществлялась, однако, не в полном размере.
Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства Первухин Д.О. подтвердил, что право истца на получение денежного довольствия за указанные периоды в полном объеме восстановлено. Трудовые права истца после вынесения оправдательного договора также были восстановлены, с *дата скрыта* он приступил к исполнению служебных обязанностей <данные изъяты>
Судом также принимается во внимание, что не представлено данных о том, что истец подвергался общественному порицанию, осуждению со стороны окружающих и коллег, потерял социальные связи или испытал иные негативные социально-психологические последствия, выходящие за рамки обычных эмоциональных переживаний, связанных с уголовным преследованием.
Продолжительность применения к истцу меры пресечения в виде домашнего ареста составила 530 дней, что, свидетельствует о нарушении его права на свободное передвижение, однако, само по себе не может служить безусловным основанием для взыскания чрезмерно высокой суммы компенсации, если не подтверждены обстоятельства, усиливающие тяжесть пережитых страданий.
Довод истца о том, что привлечение его к уголовной ответственности послужило причиной расторжения брака с супругой суд находит необоснованным, поскольку он не подтвержден какими-либо доказательствами. При этом, суд учитывает, что брак был прекращен *дата скрыта* на основании решения мирового судьи от *дата скрыта* (свидетельство о расторжении брака серии *номер скрыт* от *дата скрыта*), т.е. по истечении года со дня вынесения в отношении истца оправдательного приговора.
Кроме того, при определении размера компенсации, суд учитывает, что размер компенсации должен носить восполнительный, а не обогащающий характер, и не может рассматриваться как способ извлечения выгоды из факта нарушения права.
С учетом конкретных обстоятельств дела, предъявления истцу обвинения в совершении особо тяжких преступлений, длительности уголовного преследования (595 дней), применения в отношении истца мер процессуального принуждения, меры пресечения в виде домашнего ареста (530 дней), ограничивающей свободу передвижения; характера и степени причиненных ему нравственных страданий, личности истца; отсутствие тяжких последствий в связи с незаконным уголовным преследованием (в том числе связанных с ухудшением здоровья), суд полагает, что разумной и справедливой для компенсации истцу степени причиненных ему физических и нравственных страданий вследствие незаконного уголовного преследования будет являться сумма компенсации в размере 200 000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, решил:
исковые требования Первухина Д.О. удовлетворить.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Первухина Д.О. компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 200 000 руб.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения.
Судья К.Э. Петрович
Мотивированный текст решения суда изготовлен 06 апреля 2026 г.