РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации г. Тюмень
24 сентября 2026 года
Центральный районный суд города Тюмени в составе председательствующего судьи Чаркова Д.А., при секретаре Усик Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Тишкова А.А. к Вязовцеву А.С. о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, убытков, причиненных преступлением, морального вреда, судебных расходов.
УСТАНОВИЛ:
Тишков А.А. обратился в Центральный районный суд г. Тюмени с иском к Вязовцеву А.С. о взыскании: процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.08.2023 по 03.10.2025 в размере 10 581 780,82 руб., убытков, причиненных преступлением, в размере 11 668 596,88 руб., компенсации морального вреда в размере 200 000,00 руб., судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 140 576,00 руб.
Исковые требования мотивированы тем, что приговором Центрального районного суда г. Тюмени от 23.07.2025 по уголовному делу № Вязовцев А.С. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Указанным приговором установлено, что ответчик в период с 01.08.2023 по 15.08.2023 путем обмана и злоупотребления доверием похитил у истца денежные средства в размере 30 000 000,00 руб. Гражданский иск потерпевшего в рамках уголовного дела был удовлетворен частично: с Вязовцева А.С. в пользу Тишкова А.А. взыскан материальный ущерб в размере 10 000 000,00 руб. (с учетом добровольного возмещения ответчиком 20 000 000,00 руб. до вынесения приговора). Впоследствии, 03.10.2025, в рамках исполнительного производства с ответчика были взысканы оставшиеся 10 000 000,00 руб. основного долга. Полагая, что с момента хищения и до момента фактического возврата денежных средств ответчик неправомерно пользовался чужими денежными средствами, истец произвел расчет процентов по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер которых составил 10 581 780,82 руб. Кроме того, истец указывает, что для приобретения автомобилей, которые он планировал купить у ответчика, он был вынужден заключить договор займа с Чирвоном И.В. на сумму 29 000 000,00 руб. под 20% годовых. В связи с хищением денежных средств и неисполнением обязательств ответчиком, истец понес убытки в виде уплаты процентов по договору займа в размере 11 668 596,88 руб. Также действиями ответчика истцу причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, компенсацию которого он оценивает в 200 000,00 руб.
Протокольным определением суда к участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора привлечен: Чирвон И.В..
В судебном заседании истец Тишков А.А., представители истца – Попов М.Н., Шарикова Н.С., действующие на основании доверенности, исковые требования поддержали в полном объеме, настаивали на их удовлетворении, представили письменные возражения на отзыв ответчика, в которых опровергли доводы последнего о необходимости начисления процентов только с момента вступления приговора в законную силу, о пропуске срока давности и об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками истца. Дополнительно представили письменные пояснения по результатам судебной экспертизы, указав на ее недопустимость и противоречивость. Также представителем истца заявлено ходатайство о признании недопустимым доказательством заключения эксперта № от 12.07.2026 года, выполненного ООО «<данные изъяты>».
Ответчик в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, его представители Мальцева Д.Е., Мельников Д.О., действующие на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признали, представила письменные возражения, в которых указала, что проценты по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть начислены исключительно с момента вступления приговора суда в законную силу (с 08.08.2025 года), поскольку именно с этого момента у ответчика возникла обязанность по возмещению ущерба. Кроме того, представитель ответчика ссылалась на отсутствие причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками истца в виде процентов по договору займа с Чирвоном И.В., так как истец самостоятельно принял решение о заключении данного договора. Также представитель ответчика заявила о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о взыскании процентов и убытков, оспаривала необходимость компенсации морального вреда, указывая, что действиями ответчика нарушены только имущественные права истца.
Третье лицо Чирвон И.В. в судебном заседании заявленные истцом исковые требования просил удовлетворить, подтвердил факт заключения договора, передачи денег, и последующего расчета Вязовцевым А.С. по договору с учетом процентов.
Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
Судом установлено и подтверждается материалами дела.
Вступившим в законную силу приговором Центрального районного суда г. Тюмени от 23.07.2025 по уголовному делу № Вязовцев А.С. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Указанным приговором установлено, что Вязовцев А.С., являясь заместителем директора по общим вопросам ООО «<данные изъяты>», в период времени с 01.08.2023 по 15.08.2023, находясь в <данные изъяты>, действуя умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана и злоупотребления доверием похитил принадлежащие Тишкову А.А. денежные средства в общей сумме 30 000 000 руб., причинив последнему материальный ущерб в особо крупном размере.
Приговором суда также установлено, что 16.07.2025, то есть до вынесения приговора, Вязовцев А.С. частично возместил Тишкову А.А. причиненный преступлением имущественный ущерб в размере 20 000 000 руб., что подтверждается распиской. В рамках исполнительного производства №, возбужденного на основании исполнительного листа, выданного по указанному приговору, 03.10.2025 с Вязовцева А.С. в пользу Тишкова А.А. были взысканы денежные средства в размере 10 000 000,00 руб., то есть сумма ущерба, определенная приговором суда к взысканию, была погашена в полном объеме.
Таким образом, факт причинения истцу материального ущерба преступными действиями ответчика, а также размер этого ущерба (30 000 000,00 руб.) установлены вступившим в законную силу приговором суда и в силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не требуют повторного доказывания при рассмотрении настоящего гражданского дела.
Кроме того, судом установлено, что 02.08.2023 между Тишковым А.А. (Заемщик) и Чирвоном И.В. (Займодавец) был заключен договор займа №, по условиям которого Заимодавец передал Заемщику денежные средства в размере 29 000 000,00 руб. на срок до 01.08.2025 под 20% годовых.
Истец просит взыскать проценты за период с 15.08.2023 по 03.10.2025 в размере 10 581 780,82 руб.
Ответчик, возражая против иска, ссылается на п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которому обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков. Ответчик полагает, что проценты могут быть начислены только с 08.08.2025 (дата вступления приговора в силу) по 02.10.2025 (дата фактического исполнения) на сумму 10 000 000 руб., что составляет 266 301,37 руб.
Суд не может согласиться с данной позицией ответчика по следующим основаниям.
В силу п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).
В пункте 57 вышеуказанного Постановления Пленума ВС РФ разъяснено, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе. Однако данное разъяснение применяется к случаям, когда вред возмещается в денежной форме на основании судебного решения.
Вместе с тем, удовлетворение гражданского иска по существу в рамках уголовного дела, означает установление судом общих условий наступления гражданской деликтной (внедоговорной) ответственности: наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя.
В силу п. 2 ст. 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. Поскольку хищение денежных средств представляет собой противоправное деяние, в результате которого потерпевший лишается своего имущества, а причинитель вреда приобретает его, к отношениям сторон подлежат применению нормы о неосновательном обогащении.
Пленум Верховного Суда РФ в п. 44 Постановления от 24.03.2016 № 7 разъяснил, что зачисление денежных средств на депозитный счет подразделения судебных приставов в порядке, предусмотренном ст. 70 Закона об исполнительном производстве, а также внесение денежных средств на счет суда свидетельствует о погашении обязательства. Вместе с тем, до момента фактического возврата денежных средств должник пользуется ими неправомерно.
Однако, анализируя природу процентов по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд отмечает, что они являются мерой гражданско-правовой ответственности за неправомерное пользование чужими денежными средствами. Хищение денежных средств произошло 01-15 августа 2023 года. Следовательно, именно с этого момента ответчик неправомерно владел и пользовался денежными средствами истца. Вступление приговора в законную силу лишь подтверждает факт преступления, но не создает заново обязательство по возврату денег. Обязательство из причинения вреда (деликта) возникает с момента совершения преступления.
Суд также учитывает правовую позицию, изложенную в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20.11.2018 № 303-ЭС18-10142, согласно которой проценты по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации начисляются с момента просрочки исполнения основного обязательства.
Таким образом, довод ответчика о том, что проценты могут быть начислены исключительно с даты вступления приговора в законную силу, основан на неверном толковании норм материального права. Проценты подлежат начислению с момента фактического неправомерного пользования денежными средствами, то есть с 15.08.2023 (дата окончания периода хищения, установленного приговором).
Судом проверен расчет процентов, представленный истцом. Расчет произведен за период с 15.08.2023 по 03.10.2025, с учетом ключевых ставок Банка России, действовавших в соответствующие периоды, а также с учетом частичного погашения долга (20 000 000 руб. – 16.07.2025, 10 000 000 руб. – 03.10.2025). Сумма процентов составляет 10 581 780,82 руб.
Данный расчет судом проверен, признан арифметически верным и соответствующим требованиям закона. Ответчиком контррасчет не представлен.
Рассматривая ходатайство представителя ответчика о применении положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера процентов, суд приходит к следующему.
Согласно п. 6 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате сумма процентов явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд по заявлению должника вправе уменьшить предусмотренные договором проценты, но не менее чем до суммы, определенной исходя из ставки, указанной в пункте 1 настоящей статьи.
Как разъяснено в п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, к размеру процентов, взыскиваемых по п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу, положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются (п. 6 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 10 581 780,82 руб. подлежит удовлетворению.
Истец просит взыскать убытки в размере 11 668 596,88 руб., составляющие сумму процентов, уплаченных им по договору займа от 02.08.2023, заключенному с Чирвоном И.В. (третье лицо).
Ответчик, возражая против удовлетворения данного требования, указывает, что истец не доказал наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и понесенными убытками, поскольку истец самостоятельно принял решение о заключении договора займа, а ответчик не является стороной данного договора.
Суд находит доводы ответчика несостоятельными по следующим основаниям.
В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между двумя первыми элементами, вина причинителя вреда.
Как установлено приговором суда, Вязовцев А.С. похитил у Тишкова А.А. денежные средства в размере 30 000 000,00 руб. При этом, как следует из материалов дела и пояснений представителя истца, Тишков А.А. планировал приобрести у Вязовцева А.С. автомобили «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Для оплаты этих автомобилей Тишков А.А. заключил договор займа с Чирвоном И.В. на сумму 29 000 000,00 руб. под 20% годовых.
Таким образом, заключение договора займа было обусловлено намерением истца приобрести имущество у ответчика. Хищение денежных средств ответчиком привело к тому, что истец не получил ожидаемые автомобили, но при этом остался должен Чирвону И.В. сумму займа и проценты по нему.
В ходе судебного разбирательства истцом было заявлено ходатайство о признании недопустимым доказательством заключения эксперта № от 12.07.2026, выполненного экспертом ООО «<данные изъяты>» ФИО15 а также представлена рецензия специалиста ООО «<данные изъяты>» № от 02.09.2026.
Согласно ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Определением Центрального районного суда г. Тюмени от 17.03.2026 по настоящему делу была назначена судебная техническая экспертиза, проведение которой поручено ООО «<данные изъяты>».
В силу ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным статьей 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением эксперта должно быть мотивировано в решении суда по делу либо в определении о назначении дополнительной или повторной экспертизы.
Довод о том, что эксперт ФИО16 не состоит в штате ООО «<данные изъяты>», а является директором ООО «<данные изъяты>», судом отклоняется. Как следует из материалов дела, производство экспертизы было поручено именно ООО «<данные изъяты>», которое приняло его к производству и выдало соответствующее заключение. В силу ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», организация, которой поручено производство экспертизы, вправе привлекать к ее проведению иных экспертов (специалистов), обладающих необходимыми познаниями. Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 № 13, закон не запрещает проведение экспертизы экспертом, не состоящим в штате экспертного учреждения, но привлеченным для ее проведения. Доказательств, опровергающих квалификацию эксперта ФИО17 истцом не представлено.
В ходе судебного разбирательства истцом в материалы дела была предоставлена рецензия специалиста ООО «<данные изъяты>» № от 02 сентября 2026 года на заключение эксперта №. Согласно которой: эксперт не моделировал естественное старение; использовал неверные температурные режимы хроматографа; не приложил наглядные результаты тонкослойной хроматографии и спектрофотометрии; дал оценку «следовым» количества (меньше 50мВ), что не соответствует методике; вывод о влажном копировании противоречит отсутствию признаков химического воздействия.
При этом истец настаивает, что факт заключения договора займа и передачи денежных средств подтверждается совокупностью иных доказательств по делу, в том числе показаниями третьего лица Чирвона И.В, распиской, протоколами допросов в рамках уголовного дела.
Суд соглашается с доводами рецензии о том, что при производстве экспертизы были допущены существенные нарушения методических рекомендаций, которые не позволяют признать сделанные экспертом выводы научно обоснованными и достоверными. Вызванный в судебное заседание эксперт для разрешения возникших опросов не явился.
В соответствии с ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Судом установлено, что между действиями ответчика (хищение денежных средств) и убытками истца (уплата процентов по договору займа) имеется прямая причинно-следственная связь. Истец был вынужден привлечь заемные средства для исполнения своих обязательств перед ответчиком, которые последний не намеревался исполнять. Потеря денежных средств в результате преступления привела к невозможности своевременного возврата займа и, как следствие, к необходимости уплаты процентов.
Довод ответчика о том, что истец имел достаточные денежные средства и мог не заключать договор займа, не имеет правового значения для разрешения настоящего спора, поскольку истец вправе самостоятельно определять способы финансирования своих сделок. Более того, ссылка ответчика на наличие у истца иных источников дохода не опровергает факт несения истцом реальных расходов на уплату процентов по договору займа.
Судом также отклоняется довод ответчика о пропуске срока исковой давности по требованию о взыскании убытков. В соответствии со ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. Согласно ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. О нарушении своего права истец узнал в момент хищения денежных средств (август 2023 года). С иском в суд Истец обратился 25.10.2025 (согласно штампу на исковом заявлении), то есть в пределах трехлетнего срока.
Более того, в силу ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права. Истец обратился с гражданским иском в рамках уголовного дела, которое рассматривалось судом. Таким образом, срок исковой давности истцом не пропущен.
На основании изложенного, требование истца о взыскании убытков в размере 11 668 596,88 руб. подлежит удовлетворению.
Истец просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000,00 руб.
Ответчик возражает против удовлетворения данного требования, ссылаясь на то, что действиями ответчика нарушены исключительно имущественные права истца, что не является основанием для компенсации морального вреда.
Суд находит доводы ответчика несостоятельными по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно п. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (часть первая ст. 151, ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
Согласно п. 17 указанного Постановления Пленума, факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.
Как установлено приговором суда, предметом мошеннических действий Вязовцева А.С. являлись денежные средства в особо крупном размере, переданные ему Тишковым А.А. для приобретения двух автомобилей. Методом их завладения являлся обман и введение в заблуждение потерпевшего относительно реальной возможности исполнения обязательств по договору со стороны Вязовцева А.С.
В результате совершенного в отношении Тишкова А.А. преступления были нарушены не только имущественные права потерпевшего, но и одновременно допущено посягательство на нематериальные блага, такие как право на получение достоверной информации при совершении сделки и достоинство личности, нарушенные обманом и введением в заблуждение, нарушение которых влечет нравственные страдания.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства дела, а именно утрату в результате обмана крупной денежной суммы, позволяющей приобрести автомобили в собственность, понесенные убытки в виде выплаты процентов по договору займа, наступившие негативные последствия в результате нарушения его прав, утратившего возможность получения выбранных им автомобилей, необходимость неоднократного обращения в правоохранительные, судебные органы и иные организации в целях получения компенсации утраченного имущества, длительный период восстановления его прав, его индивидуальные особенности, степень и характер нравственных страданий.
Исходя из требований разумности и справедливости, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 10 000,00 руб.
В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст. 96 настоящего Кодекса.
Истцом при подаче искового заявления была уплачена государственная пошлина в размере 140 576,00 руб., что подтверждается квитанцией об оплате. Учитывая, что исковые требования удовлетворены в полном объеме, судебные расходы по оплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в полном объеме.
Довод ответчика о том, что договор займа от 02.08.2023 является недействительным (ничтожным) в связи с его фальсификацией, судом отклоняется, поскольку в силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки. Ответчик стороной договора займа не является, в связи с чем не вправе оспаривать его по мотиву фальсификации.
Судом установлено, что денежные средства фактически передавались, что подтверждается показаниями Чирвона И.В. и распиской от 08.12.2025 года.
Ответчик указывает на отсутствие причинно-следственной связи между его действиями и убытками истца, ссылаясь на то, что истец самостоятельно принял решение о заключении договора займа. Суд не может согласиться с данным доводом.
Как установлено приговором суда, Вязовцев А.С. путем обмана и злоупотребления доверием похитил у Тишкова А.А. денежные средства в размере 30 000 000,00 руб. Именно для приобретения автомобилей, которые ответчик обязался передать истцу, Тишков А.А. привлек заемные средства у Чирвона И.В. под 20% годовых. Таким образом, именно преступные действия ответчика вынудили истца прибегнуть к заемному финансированию, что повлекло за собой возникновение дополнительных расходов в виде уплаты процентов.
Судом установлено, что истец понес реальные расходы в виде уплаты процентов по договору займа. Размер процентов составил 11 668 596,88 руб. Расчет судом проверен и признан арифметически верным. Доказательств того, что истец имел возможность получить денежные средства в долг под меньший процент или без такового, ответчиком не представлено.
Таким образом, исследовав и оценив все представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования Тишкова А.А. к Вязовцеву А.С. о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, возмещении убытков и компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат удовлетворению частично.
Руководствуясь ст.ст.56, 67, 71, 194-198 гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление Тишкова А.А. удовлетворить частично.
Взыскать с Вязовцева А.С. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в пользу Тишкова А.А. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 15 августа 2023 года по 03 октября 2025 года в размере 10 581 780,082 руб.
Взыскать с Вязовцева А.С. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в пользу Тишкова А.А. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) убытки в размер 11 668 596,88 руб.
Взыскать с Вязовцева А.С. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в пользу Тишкова А.А. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) компенсацию морального вреда в размере 10 000,00 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 140 576,00 руб.
В остальной части требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г.Тюмени.
Мотивированная часть решения изготовлена 15 октября 2026 года.
Председательствующий судья Д.А. Чарков