АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
20 мая 2026 г. рп. Солнечный
Солнечный районный суд Хабаровского края в составе председательствующего – судьи Иващенко А.А.
при секретаре судебного заседания Рыбалкиной В.Д., с участием: государственного обвинителя – помощника прокурора Солнечного района Щербакова Н.К., защитника – адвоката Будника А.В., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, представителя потерпевшего – адвоката Гридаева В.С., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевшего Гридаева В.С. на приговор мирового судьи судебного участка № судебного района «<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ, которым
Мищенков А.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный по месту жительства по адресу: <адрес>, имеющий среднее общее образование, женатый, работающий в ОАО «РЖД», военнообязанного, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребенка, по настоящему делу под стражей не содержавшегося, не судимого, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год с возложением обязанностей и ограничений, предусмотренных ч. 1 ст. 53 Уголовного кодекса Российской Федерации, установил:
по приговору мирового судьи судебного участка № судебного района «<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ Мищенков А.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), а именно, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 01:30 до 02:00, Мищенков А.А., будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь на территории прилегающей к магазину «Светлый», расположенному по адресу: <адрес>, где также находился Овчинников П.А., действуя умышленно, в ходе ссоры возникшей на почве личных неприязненных отношений, с целью угрозы убийством, удерживая в руках огнестрельное оружие - карабин «Вепрь» №, калибра № мм, которое было приведено в боевую готовность, направил его на Овчинникова П.А., при этом высказывал в адрес последнего словесную угрозу убийством, демонстрируя тем самым готовность её реализовать, и создавая своими словами и действиями у потерпевшего Овчинникова П.А. впечатление о реальной возможности приведения угрозы убийством в исполнение. Данную угрозу убийством Овчинников П.А. при указанных выше обстоятельствах воспринял реально.
Не согласившись с приговором мирового судьи, представитель потерпевшего Гридаев В.С. подал апелляционную жалобу, в которой указал, что потерпевший Овчинников П.А. с приговором мирового судьи судебного участка № судебного района «<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ не согласен в связи с неправильным применением уголовного закона и несоответствием выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Полагает, что Мищенков А.А. не смог выстрелить в потерпевшего, только в результате действий самого Овчинникова П.А., поскольку последний прятался от посягательства, в связи с чем подсудимый не смог произвести прицельного выстрела. Суд первой инстанции не учел способ и орудие, которым осуществлена угроза убийством, а также предшествующее и последующее деянию поведение виновного и потерпевшего.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции, представитель потерпевшего Гридаев В.С. доводы, изложенные в апелляционной жалобе поддержал, просил отменить приговор мирового судьи, дело вернуть прокурору в порядке ст. 237 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), поскольку имеются все признаки более тяжкого преступления в виде покушения на убийство потерпевшего.
В судебное заседание государственный обвинитель и защитник Будник А.В. полагали приговор мирового судьи законным и обоснованным.
Осужденный Мищенков А.А. и потерпевший Овчинников П.А. надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, в связи с чем суд в соответствии с ч. 3 ст. 389.12 УПК РФ счёл возможным рассмотреть апелляционную жалобу представителя потерпевшего без участия осуждённого и потерпевшего.
Выслушав пояснения участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
В соответствие со ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.
Согласно ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ, при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.
Вывод суда первой инстанции о виновности и квалификации действий Мищенкова А.А. основан на законе и доказательствах, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании, которым дана оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, а собранные доказательства в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора.
Так, виновность Мищенкова А.А. в совершении притупления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, полностью подтверждается показаниями самого Мищенкова А.А., данными как в судебном заседании, так и в ходе предварительного расследования, согласно которым Мищенков А.А. в ходе предварительного следствия пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в ночное время он приехал домой из леса на автомобиле «TOYOTA NADIA», государственный регистрационный знак №, белого цвета. В этот момент в автомобиле на заднем сиденье у него находился карабин №, калибр № мм, №, 2012 года выпуска, на который у него имеется разрешение и которое находилось в чехле-кобуре, также на заднем пассажирском сидении отдельно находился магазин с патронами. Его супруга Мищенкова О. предложила ему съездить в магазин «Светлый», который расположен по адресу: <адрес>, а также что Овчинников П. нанес ему телесное повреждение при людях, что его разозлило. Тогда он решил напугать Павла, с этой целью он решил использовать принадлежащий ему карабин №, который лежал у него на заднем сидении, который он достал, при этом магазин с патронами продолжил лежать на заднем сидении, его в оружие он не вставлял, так как не собирался использовать оружие, а именно не собирался стрелять из него. Овчинников П.А. увидел, что у Мищенкова А.А. в руках имеется оружие, и спрятался за принадлежащий Овчинникову П.А. автомобиль.
Потерпевший Овчинникова П.А. в суде первой инстанции пояснил, что в ходе возникшего конфликта последний ударил Мищенкова А.А. в лицо головой. Данным ударом Овчинников П.А. разбил себе лоб и отошел от Мищенкова А.А., затем Студнев Н вышел с автомобиля и подошел к Овчинникову П.А. и Мищенковой О., между ними произошла небольшая перепалка, более Мищенкова А.А. Овчинников П.А. не трогал. Мищенков А.А. выходя из машины, достал с заднего сиденья ружье, заряжает его и со словами: «Иди сюда я сейчас буду тебя убивать!», направляется в его сторону. Он видел, как Мищенков А.А. что-то вставляет в ружье, полагает, что это был магазин. В тот момент, когда Мищенков А.А. стал прицеливаться и направлять свое оружие в Овчинникова П.А., у последнего сработал инстинкт самосохранения, и он спрятался за свой автомобиль. В этот момент Мищенков А.А. остановился возле автомобиля Овчинникова П.А. со стороны пассажирской двери, опустил оружие вниз. Овчинников П.А. в это время стоял сзади своего автомобиля возле багажника, держал в поле видимости Мищенкова А.А., примерно на расстоянии 3-5 метров друг от друга. Овчинников П.А. схватил оружие, которое держал Мищенков А.А. и отвел его от себя в левую сторону, после чего произошел выстрел. Угроза убийством была им воспринята реально, он опасался за свою жизнь, поскольку Мищенков А.А. зарядил ружье, направил на него и высказал слова убийством.
При этом, место, время, а также наличие в руках у Мищенкова А.А. в руках оружия, производство в сторону выстрела и высказывание угроз в адрес Овчинникова П.А., сторонами не оспаривалось.
Суд апелляционной инстанции также считает, что виновность Мищенкова А.А. подтверждается доказательствами, исследованными в суде первой инстанции.
Из показаний свидетеля Студнева Н.В. в судебном заседании следует, что в ночь с 13 на ДД.ММ.ГГГГ примерно в 00:00 часов он находился около магазина «Светлый», расположенного по адресу: <адрес>. Через 5-10 минут к магазину «Светлый» снова на своем автомобиле подъехал автомобиль Мищенкова А.А., последний вышел из машины и достал с заднего пассажирского сидения ружье. Далее Мищенков А.А. направляя ружье в сторону Овчинникова П.А. быстрым шагом направился к последнему, при этом Мищенков А.А. говорил: «Стой, иди сюда, я тебя завалю!», а Овчинникова П. испугавшись действий Мищенкова А.А., стал прятаться за свою машину. Овчинников П.А. и следом за ним Мищенков А.А. 2-3 раза оббежали вокруг автомобиля Овчинникова П.А. Он услышал выстрел и видел искры, так как было темно. После чего Овичинников П.А. убрал ружье в свой автомобиль.
Из показаний свидетеля Мищенковой О.Н. данными в судебном заседании следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 00:00 часов она с супругом Мищенковым А.А. на своем автомобиле «TOYOTA NADIA», государственный регистрационный знак №, поехали в магазин «Светлый», расположенный по <адрес>. Она помнит, что кто-то открывал заднюю дверь что-то брал с заднего сиденья, что именно, она не обратила внимание. Впоследствии с заднего сиденья автомобиля она взяла ружье и направила в сторону людей, где находился Овчинников А.А., стала им кричать, чтобы они отошли от её супруга. Ружье было не заряжено, оно было без магазина.
Из показаний свидетеля Вологжанина Е.С., данных им в ходе предварительного расследования, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 00 минут он находился около магазина «Светлый», расположенного по <адрес>. Произошёл конфликт между Овчинниковым П.А. и Мищенковым А.А., после чего последний уехал на автомобиле марки «TOYOTA NADIA», государственный регистрационный знак №, и вернулся примерно через 5-10 минут. Из автомобиля вышел Мищенков А.А., который достал ружье и целенаправленно пошел в сторону Овчинникова П.А. при этом высказывал слова угрозы Овчинникову П.А., говорил: «Я тебя убью, завалю!». Овчинников П.А. в свою очередь убегал от Мищенкова А.А. и прятался за свою машину. В какой-то момент Овчинников П.А. выскочил из-за своей машины и схватился за оружие, которое удерживал Мищенков А.А., и ствол ружья отвел в сторону земли. В это время он услышал выстрел и увидел искры. Овчинников П.А. забрал оружие у Мищенкова А.А. и положил ружье в автомобиль марки «TOYOTA NADIA», на заднее сидение. Мищенкова О.Н. взяла ружье, которое направила в сторону Овчинникова П.А. Последний забрал ружье у Мищенковой О.Н. и положил к себе в автомобиль.
Из показаний свидетеля Нестеренко Е.В., данными им в ходе предварительного расследования, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 00 минут находясь у себя дома в <адрес>, недалеко от магазина «Светлый», он услышал звук хлопка, похожего на выстрел. Из камер видеонаблюдения и сопоставив время, он определил, что это был выстрел из оружия.
Из показаний свидетеля Шулаева Н.А., данными им в ходе предварительного расследования, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 00 минут он на принадлежащем ему автомобиле подъехал к магазину «Светлый», который расположен по адресу <адрес>, и увидел, как Мищенкова О.Н. подошла к автомобилю марки «TOYOTA NADIA», государственный регистрационный знак №, и с заднего пассажирского сидения взяла оружие, которое стала направлять в сторону Овчинникова П.А. У Мещенковой О.Н. забрали ружье, которое Овчинников П.А. положил к себе в автомобиль «Toyota Hilux». Он подошел к автомобилю марки «TOYOTA NADIA», государственный регистрационный знак №, где увидел лежащий на заднем пассажирском сидении магазин от оружия.
Протоколом очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ между подозреваемым Мищенковым А.А. и потерпевшим Овчинниковым П.А. (том 1 л.д. 148-154), где Мищенков А.А. пояснил, что не подтверждает показания потерпевшего, при этом не отрицает факта нахождения в его руках оружия;
- протоколом очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ между подозреваемым Мищенковым А.А. и свидетелем Вологжаниным Е.С. (том 1 л.д. 165-169), Мищенков А.А. пояснил, что не подтверждает показания свидетеля Вологжанина Е.С. при этом не отрицает факта нахождения в его руках оружия;
- протоколом очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ между подозреваемым Мищенковым А.А. и свидетелем Студневым Н.В. (том 1 л.д. 170-175) при этом Мищенков А.А. не подтвердил показания свидетеля Студнева Н.В., но не отрицал факта нахождения в его руках оружия, при этом Студнев Н.В. слышал звук выстрела, оружие было направлено в сторону дороги;
- протоколом очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ между Мищенковой О.Н. и Овчинниковым П.А. (том 1 л.д. 155-160) где Мищенкова О.Н. показания потерпевшего Овчинникова П.А. подтвердила частично, а именно в части, что Мищенков А.А. взял оружие и вышел из автомобиля;
- рапортом об обнаружении признаков преступления оперативного дежурного ДЧ ОМВД России по <адрес>, согласно которого поступило сообщение от Овчинникова П.А. о том, что в <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ около 01:00 возле магазина «Светлый» по <адрес>, с неизвестным произошел конфликт, у которого было ружье из которого тот произвел выстрел;
- заявлением Овчинникова П.А. от ДД.ММ.ГГГГ, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности Мищенкова А.А., который находясь возле магазина «Светлый» по адресу: <адрес>, угрожал ему убийством, нарезным оружием;
- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 20) в ходе которого был осмотрен автомобиль марки «TOYOTA NADIA», государственный регистрационный знак №, а также в ходе осмотра у Мищенкова А.А. изъяты: магазин от оружия марки «Вепрь» (№), калибра №, бланк разрешения на хранение и ношение охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия серии РОХа №;
- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 21-25) в ходе которого у Овчинникова П.А. изъято оружие марки «Вепрь» (№), калибра № принадлежащее Мищенкову А.А.;
- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 26-31) в ходе которого осмотрена территория, прилегающая к магазину «Светлый», расположенная по адресу: <адрес>, находясь на которой подозреваемый Мищенков А.А. держа в руках огнестрельное оружие-карабин «Вепрь» №, калибра № и удерживая его, направил стволом в сторону Овчинникова П.А., при этом высказывал в адрес последнего словесную угрозу убийством;
- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 118-120), согласно которому у Нестеренко Е.В. изъят компакт диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения от ДД.ММ.ГГГГ с магазина «Светлый», расположенного по адресу: <адрес>. При осмотре файлов с данного диска установлено, что Мищенков А.А. подошел к принадлежащему ему автомобилю марки «TOYOTA NADIA», государственный регистрационный знак №, и с заднего пассажирского сиденья достал предмет похожий на оружие, после чего направился в сторону потерпевшего Овчинникова П.А., который в это время стоял за автомобилем марки «Toyota Hilux», государственный регистрационный знак №;
- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 187-195), согласно которому осмотрено оружие карабин «Вепрь» (№), калибра № серия ТР №, 2012 года выпуска изъятое у Овчинникова П.А., отдельно «магазин» от оружия марки Вепрь № ТР №, изъятое у Мищенкова А.А., а также разрешение на имя Мищенкова А.А. на владение оружием «Вепрь» (№), калибр № серия ТР №, 2012 года выпуска, выдано ДД.ММ.ГГГГ, действительно до ДД.ММ.ГГГГ. Указанные предметы приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств, о чем имеется соответствующее постановление от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 197-198).
Статьей 119 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.Родовым объектом данного преступления являются общественные отношения, складывающиеся в сфере обеспечения безопасности личности.
Видовой объект - общественные отношения, обеспечивающие права личности на нормальные условия жизни с точки зрения его психологического спокойствия.
Непосредственно преступление посягает на психологическое состояние потерпевшего.
В Определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25-УД25-20-К4 указано, что оценка реальности угрозы осуществляется с учетом субъективного и объективного критериев.
Субъективный критерий характеризуется намерением виновного осуществить угрозу и восприятием потерпевшим этой угрозы как опасной для жизни, при этом угроза должна быть очевидной для потерпевшего.
Субъективная сторона выражена прямым умыслом.
Объективный критерий оценки реальности угрозы устанавливается с учетом обстоятельств, характеризующих обстановку, в которой потерпевшему угрожают, личности угрожающего, взаимоотношения потерпевшего и виновного.
Обязательным признаком угрозы убийством является ее реальность, когда имеются объективные основания опасаться ее осуществления.
Угроза убийством должна носить адресный характер и быть направлена на конкретного потерпевшего.
Исходя из ч. 2 ст. 25 УК РФ прямой умысел при угрозе убийством выражен в том, что виновный осознает общественную опасность угрозы, что она воспринимается потерпевшим как реально исполнимая, вызывает у потерпевшего чувство страха и тревоги, предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления.
Статья 119 УК РФ позволяет признавать составообразующим только такое деяние, которое совершается с умыслом, направленным на восприятие потерпевшим реальности угрозы, когда имеются объективные основания опасаться ее осуществления. Это предполагает необходимость в каждом конкретном случае уголовного преследования доказать не только наличие самой угрозы, но и то, что она была намеренно высказана с целью устрашения потерпевшего и в форме, дающей основания опасаться ее воплощения (Определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 368-О-О).
По конструкции данный состав преступления является формальным. Преступление считается оконченным сразу после выражения угрозы.
Форма выражения угрозы не влияет на квалификацию преступления по ст. 119 УК РФ при соблюдении условия ее восприятия потерпевшим как возможно осуществимой, убежденности, что виновным она может быть исполнена.
Угроза - это выраженное вовне намерение совершения действий, опасных для жизни или здоровья потерпевшего. При угрозе убийством - это лишить потерпевшего жизни. При угрозе причинения тяжкого вреда - это совершение действий, предусмотренных ст. 111 УК. Таким образом, угроза - это психическое насилие, оказываемое на сознание и волю потерпевшего. Угроза не имеет значения для признания содеянного преступлением.
Ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью наступает при условии, что для потерпевшего должны иметься основания опасаться осуществления этой угрозы.
Реальность угрозы не означает, что виновный фактически собирался осуществить свою угрозу в действительности. Для привлечения виновного к уголовной ответственности достаточно установить, что у потерпевшего были реальные основания опасаться осуществления высказанной вовне угрозы.
Из приговора мирового судьи усматривается, что между Мищенковым А.А. и Овчинниковым П.А., произошел конфликт, в результате которого Мищенков А.А. достал из машины оружие и направил его в сторону потерпевшего, при этом магазин с патронами не был вставлен в оружие.
Обстоятельства угрозы убийством, высказанной осужденным Мищенковым А.А. демонстрируя оружие, а также высказывая слова угрозы в адрес потерпевшего, давали Овчинникову П.А. основания опасаться осуществления этой угрозы.
При этом, Мищенков А.А. направлял заряженное ружье в сторону Овчинникова П.А. Однако последний отвел ствол ружья в сторону, и произошел выстрел. Данные действия Овчинников П.А. обоснованно расценивал для себя как угрозу убийством при наличии оснований опасаться осуществления данной угрозы.
В связи с этим действия Мищенков А.А. мировым судьей правомерно квалифицированы по ч. 1 ст. 119 УК РФ, то есть угроза убийством, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.
Угрозу убийством необходимо отличать от покушения на убийство. Проблема разграничения данных составов возникает потому, что и при угрозе убийством, и при покушении на убийство виновный совершает действия, свидетельствующие о серьезности его намерений.
При разграничении угрозы убийством и покушения на убийство, следует обращать внимание на то, что при угрозе виновным совершаются действия с целью запугать, оказать устрашающее воздействие на потерпевшего. Виновный не имеет цели подобными действиями осуществить высказанную им угрозу, либо угрожающий намерен привести угрозу в исполнение позже, не этими действиями. При покушении на убийство выполняются действия, способные по своим объективным свойствам лишить потерпевшего жизни. Кроме того, при совершении угрозы убийством действиями виновного фактически не должен быть причинен значительный ущерб здоровью потерпевшего. При покушении на убийство последствия могут быть любыми, включая тяжкий вред здоровью. Также при угрозе убийством виновный имеет фактическую возможность реализовать угрозу и совершить конкретные действия в этом направлении, но добровольно не осуществляет ее, хотя имеет для этого благоприятные возможности. При покушении на убийство действия виновного прерываются помимо его воли по объективным причинам.
Психическое состояние осужденного судом изучено полно, с учетом адекватного поведения осужденного в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, судом сделан правильный вывод о вменяемости Мищенкова А.А.
Кроме того, в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции достоверно установлено, что осужденный высказал угрозу убийством в адрес потерпевшего в присутствии свидетелей, держа в руках огнестрельное оружие. Указанное обстоятельство носило очевидный для потерпевшего и сдерживающий для осужденного характер и объективно препятствовало совершению в отношении него противоправных действий носящих более тяжелые последствия.
При этом, угрозу убийством, выраженную конклюдентными действиями, необходимо отграничивать от покушения на убийство, что возможно только по признакам субъективной стороны.
Как было указано, состав ст. 119 УК является формальным, так как законодатель здесь не требует наступления последствий. Угроза не вызывающая страх, не является наказуемой. Таким образом, если состояние страха признать последствием угрозы, при отсутствии которого ее нельзя признать реальной, то следует признать и фактическую материальность данного состава. В данном случае Мищенков А.А. добивался именно этого результата.
Таким образом, под основанием опасаться осуществления угрозы нужно признать, прежде всего, ее внутренние причины, основанные на предшествующих взаимоотношениях виновного с потерпевшим и на характеристике лица, виновного в угрозе. Сюда относятся также мотив и цель угрозы, основанные на этих отношениях. Необходимо также учитывать объективные признаки угрозы, в частности, способ ее совершения, обстановку и серьезность внешнего выражения. Как установлено судом первой инстанции между осуждённым и потерпевшим были личные неприязненный отношения, при этом осуждённый разозлился на причинённый со стороны Овчинникова П.А. удар ему головой в область лица. С целью напугать потерпевшего Мищенков А.А. достал из машины карабин, осознавая, что магазин с патронами отсоединен, что исключает наличия умысла у Мищенкова А.А. на убийство, а с целью психологического устрашения стал его направлять на Овчинникова П.А., высказывая слова угрозы. При этом один патрон был в стволе и за счет отдергивания потерпевшим карабина, произошел непроизвольный выстрел в сторону.
В судебном заседании суда первой инстанции потерпевший Овчинников П.А. и его представитель Гридаев В.С. также полагали, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору по причине того, что это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, если на досудебной стадиях допущены нарушения, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. Считали, что умысел обвиняемого Мищенкова А.А. при угрозе убийством, относится к обязательному предмету доказывания, и органы предварительного следствия обязаны были учесть и принять во внимание совокупность всех обстоятельств содеянного, в том числе способ и орудие которым осуществлена угроза убийством, а также предшествующее и последующее деянию поведение виновного и потерпевшего, при этом все данные обстоятельства не были учтены органами предварительного следствия. Так, из показаний потерпевшего Овчинникова П.А. следует, что подсудимый Мищенков А.А. используя в качестве оружия, предмет похожий на охотничий карабин, направлял на него предмет, используемый в качестве оружия, и произвел один выстрел, при этом снаряд не попал в потерпевшего только в результате действий потерпевшего Овчинникова П.А., который своей рукой отвел тело ствола оружия в сторону. Таким образом умысел подсудимого был направлен на реализацию лишения жизни потерпевшего Овичнникова П.А. Просил вернуть дело прокурору для проведения дополнительного расследования, а именно установления в действиях Мищенкова А.А. более тяжкого состава преступления. По данным основаниям приговор суда первой инстанции был обжалован в апелляционном порядке.
При этом суд апелляционной инстанции соглашается с выводами мирового судьи об отсутствии в действиях Мищенкова А.А. признаков состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ в том числе и по причине отсутствия препятствия при наличии прямого умысла у осуждённого для лишения потерпевшего жизни, её осуществления. Также отсутствие магазина в ружье свидетельствовало об умысле осуждённого на исключительно психологическое воздействии, как устрашающего предмета, а не лишения жизни Овчинникова П.А.
Перечень основании для возвращение уголовного дела прокурору предусмотрен ст. 237 УПК РФ и является исчерпывающим.
Так, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в том числе в случае, в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 237 УПК РФ, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном постановлении, постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния.
Как разъяснено в абз. 3 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 39 "О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору", решение о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, предусмотренному пунктом 6 части 1 статьи 237 УПК РФ, если в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, не отраженные в обвинительном документе (в постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера), указывающие на наличие оснований для квалификации действий как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния (например, в ходе судебного заседания получены данные о совершении обвиняемым преступления в составе группы лиц).
Аналогичные разъяснения содержатся и в пункте 19 постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 51 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)" где указано, что если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в пунктах 1 - 6 части 1 статьи 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия. При установлении обстоятельств, указанных в части 1.2 статьи 237 УПК РФ, суд может возвратить уголовное дело прокурору только по ходатайству стороны.
Суд апелляционной инстанции полагает, что оснований для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ не имеется, поскольку фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, а также исследованные при рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции, не свидетельствует о наличии оснований для квалификации действий Мищенкова А.А., как более тяжкого преступления, то есть умышленных, направленных в том числе на причинение вреда здоровью либо смерти Овчинникова П.А. В ходе судебного разбирательства суда первой инстанции также не были установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий Мищенкова А.А. как более тяжкого преступления.
Наказание Мищенкову А.А. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ. При назначении Мищенкову А.А. наказания, мировым судьей в соответствии с требованиями закона учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории небольшой тяжести, данные о личности подсудимого, который характеризуется положительно, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о необходимости применения к Мищенкову А.А. наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанностей и ограничений, предусмотренных ч. 1 ст. 53 УК РФ.
Оснований для изменения вида и размера назначенного Мищенкову А.А. наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Суд первой инстанции на основе исследованных доказательств правильно установил, что Мищенков А.А. в момент совершения преступлений находился в состоянии алкогольного опьянения. Вместе с тем указанное обстоятельство не признавалось судом отягчающим наказание и не учитывалось при назначении наказания.
Таким образом, назначенное Мищенкову А.А. наказание является справедливым и оснований для признания его чрезмерно мягким или чрезмерно суровым не имеется.
Каких-либо нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства при постановлении приговора и назначении наказания судом первой инстанции допущено не было.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд постановил:
приговор мирового судьи судебного участка № судебного района «<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Мищенкова А.А. оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя потерпевшего Гридаева В.С. - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано лицами, указанными в ст. 401.2 УПК РФ в течение шести месяцев со дня его провозглашения, в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путём подачи кассационной жалобы или представления через суд, вынесший приговор, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции.
Судья А.А. Иващенко
Мотивированная часть решения суда апелляционной инстанции составлена 22.05.2026.