РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
31 августа 2026 г. р.п. Чунский
Чунский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Седых М.А., при секретаре судебного заседания Кедик Ю.И., с участием старшего помощника прокурора Чунского района Иркутской области – ФИО8, истца – ФИО3, представителя истца – ФИО10, представителей ответчика – ФИО11, ФИО26, представителя третьего лица отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области – ФИО9, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Чунапроминвест» об установлении факта трудовых отношений, обязании оформить трудовой договор, внести сведения в трудовую книжку, о признании увольнения незаконным, восстановлении на работу, о взыскании недоплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, среднего заработка за вынужденный прогул, процентов, о признании незаконным акта о расследовании несчастного случая, признании несчастного случая, как связанного с производством, о взыскании расходов на лечение, компенсации морального вреда, установил:
в обоснование исковых требований, с учетом уточнения в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) указано, что истец с 01.01.2015 по 19.11.2025 фактически состоял в трудовых отношениях с ООО «Чунапроминвест» с 01.01.2015 по 14.09.2016 кочегаром с заработной платой 25 тыс. руб. в месяц (график работы сутки через двое); с 15.09.2016 по 30.09.2017 оператором сушильных камер с заработной платой 35 тыс. руб. в месяц (график работы сутки через двое); с 01.10.2017 по 30.06.2020 оператором сушильных камер и по совмещению - оператором вилочного погрузчика с доплатой к заработной плате по основной должности 20 тыс. руб. в месяц (график 5 рабочих дней, 2 выходных); с 01.07.2020 по 31.12.2022 оператором вилочного погрузчика с заработной платой 20 тыс. руб. в месяц и по совмещению - технологом сушки с доплатой 15 тыс. руб. (график 5 рабочих дней, 2 выходных); с 01.01.2023 по 30.09.2024 оператором сушильных камер (переведен на другую базу) с заработной платой 45 тыс. руб. в месяц и по совмещению - технологом сушки с доплатой 15 тыс. руб. (график 5 рабочих дней, 2 выходных); с 01.10.2024 по 31.07.2025 оператором сушильных камер с заработной платой 45 тыс. руб. в месяц и по совмещению - оператором фронтального погрузчика с заработной платой 250 руб. в час (график 5 рабочих дней, 2 выходных); с 01.08.2025 по 19.11.2025 технологом сушки древесины с заработной платой 60 тыс. руб. в месяц и по совмещению - рабочим по ремонту, чистке дорог и пр. с заработной платой 20 тыс. руб. в месяц (график 5 рабочих дней, 2 выходных). На работу истец был принят без подачи письменного заявления. При этом он фактически допущен на территорию предприятия и к имеющемуся на ней оборудованию, что в силу ст. 67 ГК РФ считается заключением трудового договора. Режим работы и размер оплаты труда были установлены работодателем устно. Трудовой договор с ним в письменной форме не заключался, приказы о приеме на работу, о переводах на другие должности не издавались, записи в трудовую книжку не вносились. Отсутствовали должностные инструкции по указанным специальностям, графики отпусков, Правила внутреннего трудового распорядка, расчетные листки, Положение об оплате груда, Положение об охране труда и т.п. Истец за период выполнения трудовой функции с 01.01.2015 по 19.11.2025 на больничном не находился, исполнял свои обязанности надлежащим образом, без замечаний со стороны руководителя организации. Дисциплинарных взысканий за всё время трудовой деятельности не имел. За всё время работы в отпуск работодатель не направлял, соответствующие приказы не издавал. Однако в течение всех 11 лет истец подчинялся установленным на предприятии правилам трудового распорядка, соблюдал режим работы, выполнял распоряжения директора, проходил инструктажи, получал заработную плату регулярно два раза в месяц (25 числа каждого месяца аванс, 10 - зарплата) наличными денежными средствами у директора предприятия ФИО11 по отдельной ведомости. 19.11.2025 на территории предприятия произошел конфликт с ФИО25, одним из руководителей Общества, в результате неправомерных действий которого истец получил телесные повреждения в виде травмы головы, сопровождающиеся потерей сознания. На следующий день он обратился в ОГБУЗ Чунская РБ, где ему была оказана медицинская помощь и открыт листок нетрудоспособности с диагнозом «<данные изъяты> продолжительностью до 02.12.2025. Фактически лечение продолжалось до 13.01.2026. После окончания больничного листа истцу прекратили доступ на территорию предприятия, что можно расценивать как незаконное отстранение от работы и фактическое увольнение без расчета и выдачи документов. С этого момента в сторону истца были прекращены выдачи заданий, какое-либо общение, обсуждение, построение планов работы и её выполнения. Вплоть до незаконного увольнения 19.11.2025, истцу не была произведена выплата заработной платы в полном объёме, не произведена компенсация при увольнении отпускных выплат за весь период трудовой деятельности у ответчика с 01.01.2015. Полученная истцом на территории ООО «Чунапроминвест» травма является несчастным случаем на производстве, поскольку произошла в ходе взаимодействия с руководителем на рабочем месте. В ходе судебного разбирательства ответчиком представлен Акт о расследовании несчастного случая, проведенного по требованию прокуратуры Чунского района в период с 19 по 20 февраля 2026 г., которым случай, произошедший 19.11.2025 на территории ООО «Чунапроминвест» с истцом, квалифицирован как не связанный с производством. Истец считает данный акт незаконным и необоснованным, поскольку место происшествия не установлено, причины несчастного случая не установлены, не опрошены ключевые свидетели, состав комиссии сформирован с нарушением, выводы комиссии противоречат фактическим обстоятельствам, акт составлен заинтересованным лицом. Кроме того, в результате полученной травмы истец понёс дополнительные расходы на лечение в размере 3838,50 руб., которые также подлежат взысканию с ответчика. Учитывая обстоятельства причинения вреда здоровью истца, связанные с основными причинами возникновения нечастного случая по вине работодателя (которым не была обеспечена безопасность и допущено избиение работника руководителем), последнему причинены физические, моральные и нравственные страдания, выразившиеся в ощущении бессилия от невозможности помочь близким и родным людям, не способности обеспечивать семью и вести обычный нормальный образ жизни, сохранить семейные традиции и ценности, в ограничении свободного времени, невозможности продолжать активную общественную и трудовую жизнь, отсутствием проявления полноценной заботы к родным и близким людям, необходимости обращения к знакомым для займа денежных средств на содержание семьи и лечение истца. Близким родственникам, семье, в том числе престарелой маме истца, нуждающейся в силу инвалидности 2 группы в длительном лечении и постоянном уходе, также причинены моральные и нравственные страдания, выразившиеся в том числе нарушением имущественных благ, семейных традиций, совместного позитивного времяпровождения на организованных семейных праздниках, торжествах, отдыхе, получение родственной взаимопомощи со стороны истца. Семья и родственники истца несут постоянную ответственность за состояние близкого человека, осуществляя контроль психоэмоционального состояния, физической и моральной поддержки ему, его супруге и его маме. Таким образом, незаконными действиями работодателя по не оформлению на протяжении длительного периода времени трудовых отношений с истцом и связанных с этим отсутствием учета в системе пенсионного и социального страхования сведений и отчислений для последующего назначения пенсии и возможности оплаты временной нетрудоспособности, а также увольнению истца, невыплате заработной платы, отсутствию оплаты компенсации за неиспользованные дни отпуска при увольнении, причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве и непринятия мер к его расследованию, последнему причинен моральный вред, который выразился в испытании стресса, депрессии и бессонницы. Истец, как добросовестный работник строго выполнял поручаемую ответчиком работу, соблюдал дисциплину труда и распорядок рабочего времени. Данный факт, несомненно приносит истцу нравственные страдания. Причиненный моральный вред истец оценивает в 1000000 руб.
На основании изложенного истец просит:
- установить факт трудовых отношений между ФИО3 и ООО «Чунапроминвест» в период с 01.01.2015 по 19.11.2025 в следующих должностях: с 01.01.2015 по 14.09.2016 кочегаром; с 15.09.2016 по 30.09.2017 оператором сушильных камер; с 01.10.2017 по 30.06.2020 оператором сушильных камер и по совместительству оператором вилочного погрузчика; с 01.07.2020 по 31.12.2022 оператором вилочного погрузчика и по совместительству - технологом сушки; с 01.01.2023 по 30.09.2024 оператором сушильных камер и по совместительству технологом сушки; с 01.10.2024 по 31.07.2025 оператором сушильных камер и по совместительству оператором фронтального погрузчика; с 01.08.2025 по 19.11.2025 технологом сушки древесины и по совместительству - рабочим по ремонту, чистке дорог и пр.;
- обязать ООО «Чунапроминвест» оформить трудовой договор, внести записи в трудовую книжку (электронную) о приёме на работу с 01.01.2015, переводах на другие должности и работе по совместительству по 19.11.2025;
- взыскать с ООО «Чунапроминвест» в пользу ФИО3 недоплаченную заработную плату за период с 01.01.2015 по 19.11.2025 в размере 4736809 рублей;
- взыскать с ООО «Чунапроминвест» в пользу ФИО3 компенсацию за неиспользованные отпуска за период с 01.01.2015 по 19.11.2025 в размере 711255 рублей;
- взыскать с ООО «Чунапроминвест» в пользу ФИО3 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 20.11.2025 по 13.07.2026 в размере 509549 рублей, с перерасчётом на день вынесения решения суда;
- взыскать с ООО «Чунапроминвест» в пользу ФИО3 проценты по ст. 236 ТК РФ за задержку выплаты заработной платы, компенсации за отпуск и оплаты вынужденного прогула за период с 20.11.2025 по 13.07.2026 в размере 1313203 рублей, с перерасчётом на день фактической выплаты;
- признать увольнение ФИО3 19.11.2025 незаконным;
- восстановить ФИО3 на работе в должности технолога сушки древесины с 20.11.2025;
- признать незаконным Акт о расследовании несчастного случая, произошедшего 19.11.2025 с ФИО3, составленный комиссией ООО «Чунапроминвест», в части квалификации несчастного случая как несвязанного с производством;
- признать несчастный случай, произошедший 19.11.2025 на территории ООО «Чунапроминвест» с ФИО3, связанным с производством;
- обязать ООО «Чунапроминвест» составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 в установленный законом срок;
- взыскать с ООО «Чунапроминвест» в пользу ФИО3 расходы на лечение в размере 3838 рублей 50 копеек;
- взыскать с ООО «Чунапроминвест» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей;
- обязать ООО «Чунапроминвест» в течение 10 календарных дней с даты вступления решения суда в законную силу представить в Отделение Социального фонда РФ по <адрес> уточнённые (корректирующие) сведения индивидуального (персонифицированного) учёта в отношении ФИО3 за весь период его работы с 01.01.2015 по 19.11.2025, включив в них суммы заработной платы, признанные судом как подлежащие начислению, и произвести соответствующие отчисления страховых взносов;
- обязать ООО «Чунапроминвест» представить в Отделение Социального фонда РФ по Иркутской области уточнённые сведения о периоде нетрудоспособности истца в связи с несчастным случаем на производстве, признанным связанным с производством.
Истец ФИО3, его представитель ФИО10 в судебном заседании поддержали заявленные требования, с учетом уточнений, настаивали на их удовлетворении.
Представители ответчика ООО «Чунапроминвест» ФИО11, ФИО26 в судебном заседании не возражали против удовлетворения заявленных требований истца в части установления факта трудовых отношений за период с 01.11.2022 по 19.11.2025 в должности оператора сушильных камер, обязании ответчика оформить трудовой договор, внести записи в трудовую книжку о приеме на работу с 01.11.2022 по 19.11.2025, обязании предоставить в Отделение Социального Фонда РФ по Иркутской области уточненные сведения индивидуального (персонифицированного) учета в отношении истца за периоды его работы с 01.11.2022 по 19.11.2025, согласно штатному расписанию работодателя, в остальной части полагали, что требования не подлежат удовлетворению. Представили письменные возражения, из которых следует, что организация рабочего процесса у ответчика осуществляется по двум адресам где располагаются производственные помещения, а именно: <адрес>, а также по адресу: <адрес> Причем выполнение трудовой функции истца в должности оператора сушильных камер с 01.11.2022 осуществлялось по адресу <адрес> Указанное помещение находится у ответчика в пользовании на основании договора аренды № производственных помещений от 01.07.2019. До октября 2022 года на территории производственных помещений по адресу <адрес>, отсутствовала котельная, которая предназначена для выработки тепловой энергии в виде горячей воды для отопления сушильных камер. После установки 20.10.2022, силами ответчика на территории производственных помещений по адресу <адрес>, комплекта основного котельного оборудования с котлами твердотопливными водогрейными КМТ-2000, ответчик 01.11.2022 ввел в штатное расписание должность кочегара, а также оператора сушильных камер, на которую и был принят истец. Истец в период с 01.01.2015 по 31.10.2022 не мог выполнять трудовые функции кочегара, оператора сушильных камер, поскольку, во-первых на территории предприятия ответчика в месте выполнения трудовой функции истца до 20.10.2022 отсутствовала котельная, которая предназначена для выработки тепловой энергии в виде горячей воды для отопления сушильных камер, указанные должности введены ответчиком в штатное расписание 01.11.2022, во-вторых, котельная, по адресу: <адрес> использовалась, и используется ООО «Чунский ЛПХ», которое имеет все необходимые разрешения, и в-третьих у ответчика отсутствовало, и отсутствует разрешение на выброс вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух, которое выдается на основании экспертного заключения нормативов предельно допустимых выбросов загрязняющих веществ в атмосферу по указанному адресу. Ответчик приходит к выводу о квалификации травмы, полученной истцом 19.11.2025 как несчастный случай, произошедший в быту и не связанный с производством, поскольку данные выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Ответчик заявляет, что травма, полученная истцом не является следствием выполнения им должностных обязанностей в должности оператора сушильных камер, а получена в быту, при известных только истцу обстоятельствах, не на территории предприятия, в нерабочее время, не при исполнении трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором. Так, ФИО25, с мая 2022 года не является действующим сотрудником ООО «Чунапроминвест», вовлеченным в производственный процесс организации, и на территории ответчика 19.11.2025 ФИО25 присутствовал в связи с производственными вопросами своего юридического лица Чунский ЛДК, каких-либо конфликтных ситуаций с работниками ответчика, в том числе истца, не приходило. Более того, постановлением УУП ОМВД России «Чунский» ФИО12 от 09.01.2026 было отказано в возбуждении уголовного дела, по обстоятельствам изложенным истцом, касаемых полученных повреждений, в результате противоправных действий со стороны ФИО25, по ст. 115 УК РФ на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления. Отсутствие события преступления связано с объективными обстоятельствами, исключающими сам факт наличия преступного деяния.
Определением Чунского районного суда Иркутской области 13.07.2026 ФИО25 привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.
Третье лицо ФИО25 в судебное заседание не явился, о его дате, времени и месте извещался надлежащим образом. Представил отзыв на исковое заявление, из которого следует, что он является директором ООО «Чунский ЛДК», которое в рамках своей хозяйственной деятельности заключает договоры гражданско-правового характера с ООО «Чунапроминвест», предметом которых является оказание услуг по сушке лесоматериалов.
Определением Чунского районного суда Иркутской области от 10.08.2026, отраженным в протоколе судебного заседания, отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.
Представитель третьего лица отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области – ФИО9 в судебном заседании не возражала против удовлетворения заявленных требований.
В порядке дачи заключения по делу старший помощник прокурора Чунского района ФИО8 полагала, что исковые требования ФИО3 подлежат удовлетворению частично - об установлении факта трудовых отношений, взыскании компенсации за неиспользованные отпуска за период работы с 01.11.2022 с учета размера оплаты его труда в соответствии со ст.ст. 127, 236 ТК РФ, обязании оформить трудовой договор, записи в трудовой книжке с 01.11.2022, обязании представить в ОСФР сведения индивидуального (персонифицированного) учета за период работы с 01.11.2022, произвести отчисления страховых взносов, компенсации морального вреда.
Учитывая размещение информации о рассмотрении дела в соответствии со ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» на интернет-сайте Чунского районного суда Иркутской области, учитывая, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в соответствии с ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), поскольку неявка участников процесса, извещенных о месте и времени рассмотрения дела, надлежащим образом, не является препятствием к рассмотрению дела.
Выслушав пояснения сторон, заключение прокурора, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) трудовой договор это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
В соответствии со ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
В соответствии с ч. 2 ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» судам необходимо иметь в виду, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством или иным нормативным правовым актом, содержащим нормы трудового права, не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (части первая, третья статьи 67 ТК РФ). Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (часть первая статьи 68 ТК РФ). Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы (часть вторая статьи 68 ТК РФ). Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
Судом установлено и следует из выписки из ЕГРЮЛ, что ООО «Чунапроминвест» создано 02.09.2014.
Деятельность учреждения осуществляется на основании Устава.
Целями деятельности общества является получение прибыли путем осуществления предпринимательской деятельности. Основными видами деятельности Общества являются: лесозаготовки; предоставление услуг в области лесозаготовок; распиловка и строгание древесины; пропитка древесины; производство пиломатериалов, кроме профилированных, толщиной более 6 мм; производство непропитанных железнодорожных и трамвайных шпал из древесины; производство пиломатериалов, профилированных по кромке или по пласти; производство древесной шерсти, древесной муки; производство технологической щепы или стружки; производство деревянных строительных конструкций и столярных изделий; деятельность агентов по оптовой торговле лесоматериалами и строительными материалами; оптовая торговля лесоматериалами; прочая оптовая торговля; розничная торговля лесоматериалами; транспортная обработка прочих грузов; хранение и складирование прочих грузов; организация перевозок грузов; деятельность автомобильного грузового специализированного транспорта; аренда грузового автомобильного транспорта с водителем; предоставление различных видов услуг; предоставление прочих персональных услуг (п. 2.1 Устава).
Обращаясь в суд с иском к ООО «Чунапроминвест» об установлении факта трудовых отношений, ФИО3 ссылался на то, что он с 01.01.2015 с ведома и по поручению работодателя работал в следующих должностях: с 01.01.2015 по 14.09.2016 кочегаром; с 15.09.2016 по 30.09.2017 оператором сушильных камер; с 01.10.2017 по 30.06.2020 оператором сушильных камер и по совместительству оператором вилочного погрузчика; с 01.07.2020 по 31.12.2022 оператором вилочного погрузчика и по совместительству - технологом сушки; с 01.01.2023 по 30.09.2024 оператором сушильных камер и по совместительству технологом сушки; с 01.10.2024 по 31.07.2025 оператором сушильных камер и по совместительству оператором фронтального погрузчика; с 01.08.2025 по 19.11.2025 технологом сушки древесины и по совместительству - рабочим по ремонту, чистке дорог и пр.
По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, их обоснования и регулирующих спорные отношения норм материального права являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между ФИО3 и руководителем ООО «Чунапроминвест» или уполномоченным им лицом, о личном выполнении ФИО3 работы в период с 01.01.2015 по 14.09.2016 по должности «кочегар», с 15.09.2016 по 30.09.2017 по должности «оператор сушильных камер», с 01.10.2017 по 30.06.2020 по должности «оператор сушильных камер» и по совместительству – «оператор вилочного погрузчика», с 01.07.2020 по 31.12.2022 по должности «оператор вилочного погрузчика» и по совместительству – «технолог сушки», с 01.01.2023 по 30.09.2024 по должности «оператор сушильных камер» и по совместительству – «технолог сушки», с 01.10.2024 по 31.07.2025 по должности «оператор сушильных камер» и по совместительству – «оператор фронтального погрузчика»; с 01.08.2025 по 19.11.2025 по должности «технолог сушки древесины» и по совместительству – «рабочий по ремонту, чистке дорог и пр.»; был ли допущен ФИО3 к выполнению этой работы ответчиком или его уполномоченным лицом; подчинялся ли ФИО3 при выполнении работы действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; выполнял ли истец в указанный период работу в интересах, под контролем и управлением работодателя; выплачивалась ли ему заработная плата.
Из искового заявления и пояснений истца ФИО3 в судебном заседании следует, что он состоял в трудовых отношениях с ООО «Чунапроминвест» с 01.01.2015 по 14.09.2016 в должности кочегара с заработной платой 25 тыс. руб. в месяц, график работы сутки через двое; с 15.09.2016 по 30.09.2017 в должности оператора сушильных камер с заработной платой 35 тыс. руб. в месяц, график работы сутки через двое; с 01.10.2017 по 30.06.2020 в должности оператора сушильных камер и по совмещению в должности оператора вилочного погрузчика с доплатой к заработной плате по основной должности 20 тыс. руб. в месяц, график 5 рабочих дней, 2 выходных; с 01.07.2020 по 31.12.2022 в должности оператора вилочного погрузчика с заработной платой 20 тыс. руб. в месяц и по совмещению в должности технолога сушки с доплатой 15 тыс. руб., график 5 рабочих дней, 2 выходных; с 01.01.2023 по 30.09.2024 в должности оператора сушильных камер (переведен на другую базу) с заработной платой 45 тыс. руб. в месяц и по совмещению в должности технолога сушки с доплатой 15 тыс. руб., график 5 рабочих дней, 2 выходных; с 01.10.2024 по 31.07.2025 в должности оператором сушильных камер с заработной платой 45 тыс. руб. в месяц и по совмещению в должности оператора фронтального погрузчика с заработной платой 250 руб. в час, график 5 рабочих дней, 2 выходных; с 01.08.2025 по 19.11.2025 в должности технолога сушки древесины с заработной платой 60 тыс. руб. в месяц и по совмещению в должности рабочего по ремонту, чистке дорог и пр. с заработной платой 20 тыс. руб. в месяц, график 5 рабочих дней, 2 выходных. На работу истец был принят без подачи письменного заявления. При этом он был фактически допущен на территорию предприятия и к имеющемуся на ней оборудованию. Режим работы и размер оплаты труда были установлены работодателем устно. Трудовой договор с ним в письменной форме не заключался, приказы о приеме на работу, о переводах на другие должности не издавались, записи в трудовую книжку не вносились. Отсутствовали должностные инструкции по указанным специальностям, графики отпусков, Правила внутреннего трудового распорядка, расчетные листки, Положение об оплате груда, Положение об охране труда. Истец за период выполнения трудовой функции с 01.01.2015 по 19.11.2025 на больничном не находился. В течении 11 лет истец подчинялся установленным на предприятии правилам трудового распорядка, соблюдал режим работы, выполнял распоряжения директора, проходил инструктажи, получал заработную плату регулярно два раза в месяц (25 числа каждого месяца аванс, 10 - зарплата) наличными денежными средствами у директора предприятия ФИО11 по отдельной ведомости.
Как установлено в судебном заседании организация рабочего процесса ООО «Чунапроминвест» осуществляется по двум адресам, где располагаются производственные помещения, а именно: <адрес>, а также по адресу: <адрес>
Как следует из пояснений представителей ответчика в судебном заседании, выполнение трудовой функции ФИО3 в должности оператора сушильных камер с ДД.ММ.ГГГГ осуществлялось по адресу: <адрес>
Согласно договору аренды № производственных помещений от 01.07.2019 помещение, расположенное по адресу: <адрес> находится у ООО «Чунапроминвест» во временном пользовании.
Также в судебном заседании установлено, что до октября 2022 года на территории производственных помещений, расположенных по адресу: <адрес> отсутствовала котельная, которая предназначена для выработки тепловой энергии в виде горячей воды для отопления сушильных камер.
Как следует из акта приемки пуско-наладочных работ 20.10.2022 на территории производственных помещений, расположенных по адресу: <адрес> установлен комплект основного котельного оборудования с котлами твердотопливными водогрейными КМТ-2000.
Согласно договору аренды № производственных помещений от 01.07.2019 помещение, расположенное по адресу: <адрес>, находится у ООО «Чунапроминвест» во временном пользовании.
Как следует из п. 6.1. в настоящий договор аренды не включает в себя котельный цех, расположенный по адресу: <адрес>, до момента решения вопроса по получению санитарно-эпидемиологического заключения Роспотребнадзора РФ на выброс загрязняющих веществ в атмосферу.
Экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, разрешение №-РВ-138/6 на выброс вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух, санитарно-эпидемиологическое заключение от ДД.ММ.ГГГГ выданы ООО «Чунский ЛПХ» для использования котельной, которая предназначена для выработки тепловой энергии в виде горячей воды для отопления сушильных камер, расположенной по адресу: <адрес>
Как следует из сведений о среднесписочной численности работников за 2018 год, представленных в ООО «Чунапроминвест» в Межрайонную ИФНС России № 6 по Иркутской области 14.01.2019, средняя численность работников ответчика по состоянию на 01.01.2019 составляла один человек (руководитель организации ФИО25).
Согласно выписке из ЕГРЮЛ ФИО11 является директором ООО «Чунапроминвест» со 02.06.2022.
Ответчиком представлены в суд штатные расписания на 2019, 2020, 2021, 2022, 2023, 2024, 2025 годы, табеля учета рабочего времени за 2021, 2022, 2023,2024, 2025 годы, в которых ФИО3 не значится.
Вместе с тем, в штатных расписаниях с 01.11.2022 по 2025 год ООО «Чунапроминвест» значится должность «оператор сушильных камер», количество штатных единиц 1. Однако в табелях учета рабочего времени за вышеуказанный период учет рабочего времени по должности «оператор сушильных камер» не велся.
Также ответчиком представлены платежные ведомости за сентябрь-ноябрь 2025 года, из которых следует, что ФИО3 получал заработную плату.
В судебном заседании по ходатайству стороны истца были допрошены свидетели ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18
Так, свидетель ФИО13 показал, что с ФИО3 знаком лет десять, который работал на сушилке на базе на каком-то другом предприятии, сейчас это предприятие ООО «Чунапроминвест». Свидетель работал в должности рамщика с 2017-2018 годов, в это время ФИО3 работал кочегаром – кочегарил и смотрел за сушилками. Затем ФИО3 перевели на ТП, с 2021 по 2023 годы последний работал оператором сушильных камер и водителем фронтального погрузчика, Свидетель работал до 2025 года, ездил на фронтальном погрузчике, затем ушел, поскольку не устраивала заработная плата. Директором был ФИО25, который приезжал и давал указания. Директора менялись, им неинтересно было, кто конкретно директор. Вопросы по заработной плате решал ФИО2, ФИО19 занимался финансами. Знает, что ФИО3 на предприятии вручали статуэтку, но видел этого. По базе ходил слух, что ФИО25 ударил ФИО3, после этого последний больше не работал на базе.
Свидетель ФИО14 суду показал, что с ФИО3 проживает на одной улице. Знает, что ФИО3 сначала работал у китайцев, затем на фирме у ФИО25, которая находится в <адрес> Свидетель временно подменял кочегара в 2020-2021 годах. В период его работы ФИО3 работал на кочегарке и оператором сушильных камер, также на тракторе. Все вопросы по работе обговаривали с ФИО2 (фамилия свидетелю неизвестна). ФИО25 видел на базе пару раз, но чем тот занимается свидетелю неизвестно. Свидетелю также неизвестно, кто директор предприятия, но знает, что фирма ФИО25. ФИО30 на данной фирме выдавал заработную плату. По факту получения ФИО3 травмы, ему рассказали, что его (ФИО3) ударил ФИО25.
Свидетель ФИО15 суду показала, что ФИО3 ее супруг, с которым она знакома с 2018 года. ФИО3 работал на базе в <адрес> начальником базы был ФИО25. Это предприятие все называют «база ФИО25». Сначала ее супруг работал кочегаром сутки через двое, затем его повысили, он стал больше зарабатывать, она считала, что он стал мастером. Непосредственным начальником ФИО3 был ФИО2, а самым главным начальником – ФИО25. На предприятии ее супругу подарили статуэтку за длительный период работы, а не к десятилетию предприятия. 19.11.2025 ФИО3 пришел с работы домой рано, и она увидела у него на лице синяк, на носу ссадину, супруг сказал, что его ударил ФИО25.
Свидетель ФИО16 суду показал, что работал вместе с ФИО3 у ФИО25 на предприятии ООО «ЧунаЛесПромхоз». Свидетель работал на предприятии с 2023 года в охране. ФИО3 работал мастером и на погрузчике, с графиком работы с 8-00 час. до 18-00 час, суббота, воскресенье – выходные дни, бывало его и в выходные дни вызывали. Свидетеля на работу принимал ФИО2, ФИО25 – самый главный начальник. Обстоятельства получения ФИО20 травмы ему неизвестны, поскольку в этот период свидетель уже не работал на предприятии.
Свидетель ФИО17 суду показал, что ФИО3 его друг, которого он знает с детства. Свидетелю известно, что ФИО3 работал на предприятии в <адрес>, поскольку ДД.ММ.ГГГГ лично отвозил ФИО3 туда на работу. ФИО3 обслуживал котел отопления и занимался сушкой древесины. Там он трудился несколько лет, затем его перевели на базу по <адрес>. В конце ноября 2025 года он приехал к ФИО3 и увидел у последнего кровоподтек на лице. ФИО3 пояснил, что некто ФИО25 нанес ему удар в связи с рабочими разногласиями.
Свидетель ФИО21 суду показал, что знает ФИО3 с молодости, они соседи и друзья. Они работали у ФИО25, свидетель водителем на второй базе, ФИО3 на первой базе кочегаром – отапливал котлы и сушил древесину. Затем ФИО3 перевели, он рассказывал, что работает и на погрузчике. Руководителем предприятия являлся ФИО25, заработную плату выдавал ФИО11. Про травму свидетелю известно со слов ФИО3, который рассказал, что произошла неурядица с ФИО25 и последний его ударил. ФИО25 любит повышать голос на подчиненных, его поведение грубое.
Также в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика были допрошены свидетели ФИО22, ФИО23, ФИО2
Так, свидетель ФИО22 суду показала, что она работает в ООО «Чунапроминвест» с октября 2022 года. С ФИО3 они работали вместе – он работал оператором сушильных камер, с момента как запустили сушильные камеры, то есть с ноября 2022 года. ФИО3 был только оператором сушильных камер и отвечал только за них, график работы у него был свободный.
Свидетель ФИО23 суду показала, что она работает в ООО «Чунапроминвест» с 01.03.2020. С ФИО3 знакома с ноября 2022 года, то есть с момента, когда поставили сушильное оборудование. У оператора фронтального погрузчика имеются путевые листы, наряды по ремонтным работам и т.п., однако ФИО3 свидетель не оформляла. Место работы - <адрес> Видела, как 19.11.2025 ФИО3 выходил с работы, после этого его не видела.
Свидетель ФИО2 суду показал, что работал по адресу: мкр. Северный в ООО «Чунский ЛПХ» с 2015 года. ФИО3 работал с начала 2016 года в ООО «Чунский ЛПХ». Свидетель в 2019 году уволился из ООО «Чунский ЛПХ» и устроился в ООО «Чунапроминвест». В ноябре 2022 года пригласил ФИО3 работать в ООО «Чунапрминвест» оператором сушильных камер. Официально ФИО3 не трудоустраивался, так как говорил, что у него проблемы с долгами. По трудовой дисциплине претензий не было. 19.11.2025 свидетель не видел никакого инцидента. Свидетель объезжает рабочие места, в 8-9 часов утра он встретился с ФИО3 по работе, в 10 часов свидетель приехал с ФИО25, они пообщались и все. У ФИО25 там должна была сушиться его доска от ООО «Чунский ЛПХ». Вечером ФИО3 запустил камеру и сказал: «Звони, если еще надо», после этого последний больше не приходил. Никто и никогда не препятствовал ФИО3 проходить на предприятие. У ФИО3 был свободный график работы. На погрузчике ФИО3 не работал, должности совмещать невозможно, мусор убирают все.
Суд принимает показания свидетелей в качестве доказательства по делу в соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ. Оснований сомневаться в достоверности свидетельских показаний у суда не имеется, поскольку они согласуются с другими материалами дела, которые суд оценивает в совокупности.
Кроме того, в обоснование доводов о наличии трудовых отношений истцом представлены именная статуэтка «ФИО3 за профессионализм, ответственность, грамотный подход к делу» от ООО «Чунапроминвест», скриншоты переписок истца ФИО3 с ФИО25 и ФИО2, содержащие поручения ФИО3 по организации работы.
По результатам рассмотрения обращения ФИО3 прокуратурой Чунского района Иркутской области выявлены нарушения требований трудового законодательства о социальном страховании, прокуратурой района в адрес директора ООО «Чунапроминвест» вынесено представление об устранении нарушений.
Таким образом, период начала трудовой деятельности истца в ООО «Чунапроминвест» объективно подтверждается и находится в прямой причинно-следственной связи с техническим вводом производственного оборудования в эксплуатацию. Как следует из акта приемки пуско-наладочных работ от 20.10.2022, именно в конце октября 2022 года на производственной площадке ответчика по адресу: р<адрес> был установлен и запущен твердотопливный водогрейный котел КМТ-2000, предназначенный для выработки тепловой энергии и обеспечения работы сушильных комплексов.
Данные обстоятельства согласуются с показаниями свидетелей ФИО22, ФИО24 и ФИО2, которые подтвердили в судебном заседании, что сушильные камеры начали функционировать в ноябре 2022 года, и именно с этого времени ФИО3 был приглашен и фактически приступил к исполнению обязанностей оператора сушильных камер.
Судом установлено, что в штатных расписаниях ООО «Чунапроминвест» на 2022, 2023, 2024 и 2025 годы, представленных самим ответчиком, предусмотрена должность «оператор сушильных камер» в количестве одной штатной единицы с установленным окладом.
Тот факт, что в табелях учета рабочего времени за спорный период указанная должность работодателем формально не табелировалась, в силу ч.4 ст. 91 ТК РФ свидетельствует лишь о ненадлежащем исполнении ответчиком обязанности по первичному кадровому и бухгалтерскому учету рабочего времени и не может умалять установленный факт реального выполнения данной работы истцом. Данное обстоятельство в полном объеме подтверждается свидетельскими показаниями ФИО13, ФИО14, ФИО22, ФИО2, пояснивших, что на протяжении указанного периода именно ФИО3 осуществлял непрерывный контроль за процессом сушки древесины на комплексе.
Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статей 59, 60, 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что между ФИО3 и ООО «Чунапроминвест» в период с 01.11.2022 по 19.11.2025 фактически сложились и непрерывно существовали трудовые правоотношения в должности оператора сушильных камер.
Вместе с тем, рассматривая требования ФИО3 об установлении факта трудовых отношений за период с 01.01.2015 по 31.10.2022 в должностях кочегара, оператора сушильных камер, вальцовщика, технолога, а также по совместительству в должностях оператора погрузчика, технолога сушки и рабочего по ремонту, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для их удовлетворения ввиду следующего.
Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В спорах об установлении факта трудовых отношений бремя доказывания факта допуска к работе конкретным работодателем и выполнения конкретной трудовой функции возложено на истца.
Сведениями о среднесписочной численности работников ООО «Чунапроминвест», представленными ответчиком в налоговый орган (форма по КНД 1110018 по состоянию на 01.01.2019), подтверждается, что официальная численность сотрудников составляла всего 1 человек (директор ФИО25).
Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО17, ФИО18 и ФИО2 подтвердили, что в период с 2015 по 2019 год ФИО3 фактически привлекался к работам на производственной базе в мкр. Северный. Однако, как усматривается из представленных документов, в указанный период правопользователем данных помещений, а также владельцем котельного цеха являлось иное, самостоятельное юридическое лицо.
Ссылки истца на то, что данные организации являются аффилированными, имеют общих учредителей и одну производственную базу, судом отклоняются, поскольку самостоятельным субъектом трудовых правоотношений (работодателем) выступает конкретное физическое лицо или юридическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работником. Совпадение состава участников (учредителей), исполнительных органов либо осуществление производственной деятельности на одной территории самостоятельными юридическими лицами сами по себе не свидетельствуют о наличии между истцом и ответчиком ООО «Чунапроминвест» трудовых отношений в периоды деятельности иных субъектов и не образуют правовых оснований для возложения на ответчика обязанностей работодателя за указанные периоды.
Таким образом, доказательств фактического допущения истца к работе уполномоченными лицами ответчика ООО «Чунапроминвест» в период с 01.01.2015 по 31.10.2022 суду не представлено.
Разрешая требования о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, суд приходит к следующим выводам.
В силу п. 3 ст. 77 ТК РФ, основаниями прекращения трудового договора являются расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).
Суд, оценивая представленные по делу доказательства, с учетом их оценки на относимость и допустимость, приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства не был установлен факт увольнения ФИО3 по инициативе работодателя, поскольку доводы ФИО3 о прекращении им трудовой деятельности по указанию уполномоченного лица (руководителя организации) в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения. Свидетель ФИО2 показал суду, что истцу каких-либо препятствий в доступе на предприятие не чинилось. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО3 покинул рабочее место принудительно, что в дальнейшем ему кто-либо препятствовал осуществлять трудовые функции, материалы дела не содержат.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу о прекращении между сторонами трудовых отношений по инициативе истца, соответсвенно требования о признании увольнения незаконным и восстановлении ФИО3 на работе в должности технолога сушки древесины с 20.11.2025 удовлетворению не подлежат.
Оценивая требования истца о возложении обязанности по внесению записей в трудовую книжку, суд приходит к выводу, что поскольку трудовой договору в установленном порядке не оформлен, записи в трудовую книжку не внесены, и доказательств обратному суду не представлено, об обязании ООО «Чунапроминвест» внести в трудовую книжку ФИО3 запись о приеме на работу в должности оператора сушильных камер с 01.11.2022 и увольнении по собственному желанию с 20.11.2025.
Поскольку доказательств исчисления и уплаты ответчиком соответствующих взносов, в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, не представлено, суд приходит к выводу, что требования истца об исчислении и уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области за ФИО3 подлежат удовлетворению за период работы с 01.11.2022 по 19.11.2025.
Рассматривая требования о взыскании недоплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов по ст. 236 ТК РФ, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии со статьями 129, 135 ТК РФ заработная плата представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы. Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
Согласно ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.
В силу ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания условий трудового договора о размере заработной платы, а также факта невыплаты либо неполной выплаты причитающихся сумм возлагается на работника.
В обоснование требований о взыскании недоплаченной заработной платы истец ссылается на среднестатистические данные Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Иркутской области о средней заработной плате в деревообрабатывающей отрасли по квалифицированным должностям, а также заявляет о необходимости оплаты труда с учетом совмещения профессий.
Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что между ФИО3 и ООО «Чунапроминвест» было достигнуто устойчивое соглашение о размере вознаграждения за труд.
Как следует из иска, пояснений истца ФИО3 и не оспаривалось ответчиком в период с 01.01.2015 по 14.09.2016 фактическая заработная плата в месяц составляла 25000 руб., с 15.09.2016 по 30.09.2017 – 35000 руб., с 01.10.2017 по 30.06.2020 – 45000 руб., с 01.07.2020 по 31.12.2022 – 35000 руб., с 01.01.2023 по 30.09.2024 – 60000 руб., с 01.10.2024 по 31.07.2025 – 90000 руб., 01.08.2025 по 19.11.2025 – 80000 руб.
Также истец в судебном заседании подтвердил, что на протяжении всего периода работы получал заработную плату дважды в месяц наличными денежными средствами, с претензиями о неполноте выплат к работодателю до подачи настоящего иска не обращался.
Принимая во внимание, что в удовлетворении исковых требований об установлении факта трудовых отношений между ФИО3 и ООО «Чунапроминвест» за период с 01.01.2015 по 30.10.2025 отказано, в удовлетворении исковых требований о взыскании недоплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов по ст. 236 ТК РФ за период с 01.01.2015 по 30.10.2025 следует отказать.
Поскольку установленный и фактически согласованный сторонами размер оплаты труда выплачивался ответчиком своевременно и в полном объеме, суд приходит к выводу об отсутствии задолженности по заработной плате за период с 01.11.2022 по 19.11.2025, в связи с чем в удовлетворении иска в данной части надлежит отказать.
В соответствии со ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться.
Как установлено судом, приказ об увольнении ФИО3 по инициативе работодателя не издавался. Прекращение трудовой деятельности с 20.11.2025 явилось результатом добровольного решения самого работника, который 19.11.2025 самостоятельно покинул предприятие и на работу более не выходил.
Доказательств того, что со стороны ООО «Чунапроминвест» совершались неправомерные действия по недопуску истца на территорию либо создавались препятствия в осуществлении трудовой функции, истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.
При таких обстоятельствах, поскольку увольнение истца незаконным не признано, а факт незаконного лишения возможности трудиться по вине ответчика отсутствует, правовых оснований для возложения на работодателя обязанности по выплате среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 20.11.2025 по день вынесения решения суда не имеется, в связи с чем в удовлетворении данного требования надлежит отказать.
Согласно абз. 1 ст. 127 ТК РФ, при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.
Из пояснений ФИО3 в судебном заседании следует, что им не было реализовано право на отпуск, вместе с тем, он трижды получал компенсацию за все неиспользованные отпуска, а именно за 2023, 2024, 2025 годы по 10000 руб.
Таким образом, подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск за период с 01.11.2022 по 19.11.2025.
Определяя размер такой компенсации, суд учитывает следующее.
Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней) (ч. 4 ст. 139 ТК РФ).
Таким образом, для расчета среднего дневного заработка правовое значение имеет размер полученного истцом вознаграждения.
Как было установлено выше, оплата труда истца следующая с 01.07.2020 по 31.12.2022 – 35000 руб., с 01.01.2023 по 30.09.2024 – 60000 руб., с 01.10.2024 по 31.07.2025 – 90000 руб., 01.08.2025 по 19.11.2025 – 80000 руб.
Таким образом, компенсация за период с 01.11.2022 по 19.11.2025 составляет 260266,82 руб. согласно следующему расчету: (1060000 руб. (доход за указанный период)/12*29,3*86,33 (количество неиспользованных дней отпуска).
При указанных обстоятельствах, требования истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск подлежат удовлетворению в размере 230266,82 руб. (260266, 82 руб. – 30000 руб.).
Также подлежат удовлетворению требования о взыскании процентов (денежной компенсации) за нарушение сроков выплаты компенсации за неиспользованные отпуска.
В соответствии со ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.
Размер компенсации за указанный период подлежит исчислению исходя из размера ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации в конкретном периоде.
Исходя из установленных судом сумм задолженности, размер процентов (денежной компенсации) по ст. 236 ТК РФ составляет:
1. период с 20.11.2025 по 26.12.2025 (37 дней), ставка 21% проценты за день: 230 266,82 * (1/150) * 21% = 322,37 руб.
сумма за период: 322,37 * 37 = 11 927,69 руб.
2. период: с 27.12.2025 по 14.02.2026 (50 дней), ставка: 25% проценты за день: 230 266,82 * (1/150) * 25% = 383,78 руб.
сумма за период: 383,78 * 50 = 19 189,00 руб.
3. период: с 15.02.2026 по 26.04.2026 (71 день), ставка: 24% проценты за день: 230 266,82 * (1/150) * 24% = 368,43 руб.
сумма за период: 368,43 * 71 = 26 158,53 руб.
4. период: с 27.04.2026 по 21.06.2026 (56 дней), ставка: 14,5% проценты за день: 230 266,82 * (1/150) * 14,5% = 222,59 руб.
сумма за период: 222,59 * 56 = 12 465,04 руб.
5. период: с 22.06.2026 по 26.07.2026 (35 дней), ставка: 14,25% проценты за день: 230 266,82 * (1/150) * 14,25% = 218,75 руб.
сумма за период: 218,75 * 35 = 7 656,25 руб.
6. период: с 27.07.2026 по 31.08.2026 (36 дней), ставка: 14% проценты за день: 230 266,82 * (1/150) * 14% = 214,92 руб.
сумма за период: 214,92 * 36 = 7 737,12 руб.
Таким образом, проценты (денежная компенсация) за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск составит: 11927,69 + 19189,00 + 26158,53 + 12465,04 + 7656,25 + 7737,12 = 85133,63 руб. за период с 20.11.2025 по 31.08.2026.
Разрешая требования о признании незаконным акта о расследовании несчастного случая, признании несчастного случая, связанного с производством, об обязании составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, взыскании расходов на лечение, об обязании предоставить уточненные сведения о периоде нетрудоспособности, суд приходит к следующему.
Истцом указано, что 19.11.2025 на территории предприятия у него произошел конфликт с ФИО25, который является одним из руководителей ООО «Чунапроминвест», в результате неправомерных действий которого истец получил телесные повреждения в виде травмы головы, сопровождающиеся потерей сознания.
Ответчиком факт несчастного случая на производстве оспаривался.
В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения в места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
На основании ст. 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни
Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» судам надлежит учитывать, что положениями Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующими вопросы расследования несчастных случаев на производстве (статьи 227 - 231), предусматривается возможность квалификации в качестве несчастных случаев, связанных с производством, и составление актов по форме Н-1 по всем несчастным случаям, имевшим место при исполнении работниками их трудовых обязанностей, даже если в причинении вреда работнику виновно исключительно третье лицо, не являющееся работодателем этого работника. Следовательно, по всем случаям, признанным связанными с производством, пострадавший работник со дня наступления страхового случая в соответствии со статьей 7 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ вправе требовать обеспечения по страхованию.
Пунктом 9 названного Постановления предусмотрено, что в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ и ст. 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (ч. 2 ст. 227 ТК РФ); указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (ч. 3 ст. 227 ТК РФ); соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в ч. 3 ст. 227 ТК РФ; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ст. 5 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в ч. 6 ст. 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства.
По смыслу приведенных правовых норм несчастный случай на производстве образует любое повреждение здоровья, полученное работником при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении иной работы по поручению работодателя, а также при осуществлении других правомерных действий, вытекающих из трудовых отношений, которое повлекло необходимость перевода пострадавшего на другую работу, временную или стойкую утрату им трудоспособности, а также его смерть.
В судебном заседании установлено, что 19.11.2025 в период рабочего времени на территории предприятия ООО «Чунапроминвест» истец ФИО3 получил телесные повреждения. Данный факт подтверждается Актом о расследовании несчастного случая от 20.02.2026.
Из указанного Акта (п. 10, п. 11) усматривается, что комиссия пришла к выводу о том, что данный несчастный случай не связан с производством.
Постановлением УУП ОМВД России «Чунский» от 08.04.2026 в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО25 по ч. 1 ст. 115 УК РФ отказано. В рамках проведенной проверки была назначена судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению которой (№ от ДД.ММ.ГГГГ), имеющиеся у ФИО3 повреждения в виде ушибов мягких тканей головы квалифицируются как не причинившие вреда здоровью, и не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья.
Истцом достоверных, допустимых и относимых доказательств, свидетельствующих о том, что он получил травму в период исполнения трудовых обязанностей, не представлено. С учетом изложенного, в удовлетворении названной части исковых требований суд отказывает.
Рассмотрев исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается в денежной форме в размерах, определяемых соглашение сторон.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» от 17.03.2004 № 2, суд вправе удовлетворить требования работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.
Принимая во внимание, что указанными неправомерными действиями ответчика были нарушены трудовые права истца, суд, руководствуясь ст. 237 ТК РФ, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, степень вины работодателя, степень нравственных страданий истца, требования разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 5000 рублей, в связи с чем, исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению.
В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере истцу надлежит отказать.
Доводы ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд за разрешением трудового спора, что по мнению ответчика является основанием для вынесения судом решения об отказе в удовлетворении иска, судом признаются несостоятельными, поскольку на споры об установлении факта трудовых отношений не распространяется правило ст. 392 ТК РФ о трехмесячном сроке для подачи искового заявления по трудовому спору, указанный специальный срок исчисляется только с момента признания отношений трудовыми, тогда как на момент подачи иска они таковыми еще не признаны.
Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
В силу норм Трудового кодекса Российской Федерации и Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины.
Таким образом, учитывая положения, принимая во внимание размер удовлетворенных исковых требований, суд приходит к выводу, что с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 16553,58 руб.
На основании изложенного, руководствуясь требованиями ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Чунапроминвест» - удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между ФИО3 и обществом с ограниченной ответственностью «Чунапроминвест» в период со 01.11.2022 по 19.11.2025 в должности оператора сушильных камер.
Обязать общество с ограниченной ответственностью «Чунапроминвест» внести в трудовую книжку ФИО3 запись о приеме на работу в должности оператора сушильных камер с 01.11.2022 и увольнении по собственному желанию с 20.11.2025.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Чунапроминвест» в пользу ФИО3 компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 230266 рублей 82 копейки, проценты за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск в размере 91876 рублей 46 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.
Обязать общество с ограниченной ответственностью «Чунапроминвест» исчислить и уплатить страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области за ФИО3 за период работы с 01.11.2022 по 19.11.2025.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Чунапроминвест» в доход государства государственную пошлину в сумме 16553 рубля 58 копейки.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Чунапроминвест» - отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Чунский районный суд Иркутской области в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.
Председательствующий М.А. Седых
В окончательной форме решение изготовлено 10 сентября 2026 г.
Председательствующий М.А. Седых