РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 сентября 2026 года г. Черемхово
Черемховский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Гавриленко Н.В., единолично, при секретаре судебного заседания Широковой А.Е., с участием ст. помощника прокурора г.Черемхово Невидимовой Ю.В., истца Смирновой В.С., действующей в своих интересах и в качестве представителя истца Иванова Д.С. на основании доверенности, представителя ответчика Коломыченко О.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1002/2026 по иску Смирновой ВС, Иванова ДС к ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» о взыскании компенсации морального вреда при некачественном оказании медицинских услуг установил:
Смирнова В.С., Иванов Д.С. обратились в суд с иском к ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» о взыскании компенсации морального вреда при некачественном оказании медицинских услуг, указав в обоснование своих требований, что они являются детьми Иванова СН, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения. ДД.ММ.ГГГГ в 17:45 их отец поступил в ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» с жалобами на сильные жгучие боли в животе, тошноту, слабость. Диагноз при поступлении: <данные изъяты> Однако впоследствии «инфаркт» исключили, и был выбран диагноз «тромбоз мезентериальных сосудов». ДД.ММ.ГГГГ отцу проведена диагностическая лапаротомия (полостная операция), которая не выявила острой хирургической патологии. Операция была не нужна и лишь усугубила его состояние. Весь период пребывания отца в больнице, врач с родственниками не общался. Кое-какую информацию они получали только от медицинской сестры, которая говорила, что отец в реанимации, состояние стабильное, инфаркт исключен, исход благоприятный и в понедельник, ДД.ММ.ГГГГ его переведут в палату. Однако ДД.ММ.ГГГГ в 06:30 отец умер в реанимации. Согласно справке о смерти, причина смерти - <данные изъяты>. При жизни инфаркт диагностирован не был. Таким образом, 4 дня их отец находился в реанимации и получал лечение не по тому заболеванию, которое у него имелось. Своевременное качественное обследование и лечение именно от сердечно-сосудистого заболевания могло бы позволить оказать ему надлежащую медицинскую помощь и предотвратить его преждевременную кончину. Это свидетельствует о нарушении врачами ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» Стандарта медицинской помощи взрослым при остром инфаркте миокарда с подъемом сегмента ST электрокардиограммы (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение), утвержденного Приказом Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, при обследовании и лечении отца, что повлекло его смерть в больнице. Актом проверки Министерства здравоохранения Иркутской области № от ДД.ММ.ГГГГ установлено следующее: «Обследования проведены не в полном объеме: не выполнена ЭХО-КГ, ЭКГ в динамике, нет консультации кардиолога, нет консультации терапевта в динамике и связи с отсутствием острой хирургической патологии от ДД.ММ.ГГГГ. Не проведена консультация врача кардиолога. Не диагностирован при жизни инфаркт миокарда, Лечение не соответствует клиническим рекомендациям «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы». Предписанием № от ДД.ММ.ГГГГ главному врачу ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» указано на необходимость устранить нарушения и применить меры дисциплинарного взыскания к виновным лицам. Ответом Иркутского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» от ДД.ММ.ГГГГ (прилагается) подтверждено, что по случаю оказания стационарной медицинской помощи их отцу проведены контрольно-экспертные мероприятия с мультидисциплинарным подходом, результатами которых выявлены нарушения. Указано, что к медицинской организации будут применены финансовые санкции. ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом по г. Черемхово возбуждено уголовное дело № по ч. 2 ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей). Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной в рамках расследования уголовного дела, подтверждены дефекты оказания отцу медицинской помощи (стр. 16 заключения): пациент не осмотрен кардиологом; не проводился контроль ЭКГ в динамике; не проведен динамический контроль тропонина; отсутствовал коллегиальный осмотр. Эксперты сделали вывод: «Более раннее выявление острой коронарной патологии.. . повышало вероятность благоприятного исхода». Это означает, что из-за нарушений при проведении лечения в ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» их отец был лишен реального шанса на выживание. Письмом Министерства здравоохранения Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ № им были направлены заверенные копии акта проверки и предписания. Тем самым министерство подтвердило, что ведомственный контроль выявил грубые нарушения. В ответе Территориального органа Росздравнадзора по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ № прямо указано, что по результатам ведомственного контроля выявлены нарушения требований законодательства, к лицам, допустившим указанные нарушения, применены меры дисциплинарного характера. Этим же ответом Росздравнадзор разъяснил, что установление причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и исходом заболевания возможно только в рамках судебно-медицинской экспертизы и рекомендовал обратиться в суд. Ответом страховой компании «СОГАЗ-Мед» также подтверждено наличие нарушений. Страховая компания, являясь независимым контролером в системе ОМС, выявила дефекты и применит к больнице финансовые санкции. Во исполнение рекомендации Росздравнадзора ими была получена комиссионная судебно-медицинская экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ, которая подтвердила дефекты и указала на снижение шанса на благоприятный исход. Смерть отца для каждого из них является невосполнимой утратой. Однако их ситуация имеет особые, исключительные обстоятельства, многократно усиливающие нравственные страдания. Когда им было по 3-5 лет, они остались без мамы по причине ненадлежащего исполнения ею родительских обязанностей по воспитанию 2 малолетних детей. В этот период она употребляла спиртные напитки, оставляла их дома без присмотра на некоторое время, а потом уехала к себе в родное село. Впоследствии была лишена родительских прав. Их отец с малолетнего возраста единолично воспитывал их - сына и дочь. Он выполнял функции и отца, и матери, полностью заменяя нам обоих родителей. Он был для нас единственной опорой, защитой и источником заботы. Для них утрата отца - это не просто потеря близкого человека, это двойная, невосполнимая утрата - они потеряли единственного родителя, который совмещал в себе роль и отца, и матери. Эти страдания усугублены тем, что смерть наступила из-за грубых нарушений при оказании медицинской помощи, когда у отца был реальный шанс выжить при своевременной диагностике инфаркта. Они каждый год летом ездили совместно отдыхать на речку с друзьями или родственниками. Помимо этого, ходили совместно в гости, посещали разные мероприятия. Папа всегда их поддерживал во всем. Дочь ВИ много лет занималась вокалом. Папа помогал ей собираться концертные выступления, по возможности присутствовал на них. Когда она ездила в поездки, то всегда провожал и встречал. На Последнем звонке в школе, на выпускных балах тоже он присутствовал и оказывал немалую моральную поддержку. В финансовом плане тоже всегда оказывал помочь. Во время обучения в г. Иркутске папа работал на маршруте «Свирск-Иркутск». И поэтому у них была возможность каждые выходные приезжать домой, а также возвращаться назад на учёбу с полными сумками продуктов. Папа им всегда помогал в воспитании их детей, заботился о них, оказывал материальную поддержку в моментах финансовых трудностей. Все дни рождения - он дарил хорошие подарки. И всегда они организовали праздничное совместное застолье. Дети очень любили дедушку, точно также как и он их. Они испытывают и продолжают испытывать чувство горечи, несправедливости и глубокой душевной боли от понимания того, что они больше никогда не увидят папу, не поговорят с ним и не получат его поддержки; осознание того, что отца можно было спасти, если бы врачи своевременно диагностировали инфаркт и оказали ему надлежащую кардиологическую помощь, бессилие и страх от того, что он провел 4 дня в реанимации без правильного лечения, перенес ненужную полостную операцию; нравственные страдания от необходимости добиваться справедливости через суд, переживая заново все обстоятельства его смерти. В уголовном деле (№) судебно-медицинская экспертиза ДД.ММ.ГГГГ № не установила прямой причинно-следственной между допущенными нарушениями и наступлением смерти, указав лишь на «повышение вероятности благоприятного исхода» при своевременной диагностике. Однако для удовлетворения гражданского иска о компенсации морального вреда прямая причинно-следственная связь в уголовно-правовом смысле не требуется. В гражданском процессе действует презумпция вины причинителя вреда (п. 11 ст. 1064 ГК РФ): ответчик обязан доказать отсутствие своей вины. Заключение экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № прямо подтверждает, что такой шанс существовал и был утрачен в связи с ненадлежащим обследованием и лечением. Утрата даже нестопроцентного шанса на выживание является самостоятельным основанием для компенсации морального вреда родственникам умершего. Таким образом, возможное прекращение уголовного дела не препятствует удовлетворению иска. Факт грубых нарушений, подтвержденный актом Министерства здравоохранения Иркутской области и его предписанием, страховой компанией и экспертизой, является достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда с ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1». Учитывая грубый характер нарушений (отсутствие кардиологической помощи при инфаркте в течение 4 дней, ненужная полостная операция, игнорирование динамического контроля), а также исключительные семейные обстоятельства (единственный родитель, воспитывавший детей с малолетнего возраста), степень вины ответчика, является высокой, а нравственные страдания истцов - чрезвычайно глубокими. Каждый из истцов оценивает причиненный ему моральный вред с учетом особой близости отношений с отцом (единственный родитель, выполнявший функции обоих родителей) в 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей.
Истцы просили взыскать с ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» компенсацию морального вреда в размере 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей в пользу каждого из истцов.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, привлечено Министерство здравоохранения <адрес>.
Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора привлечено ООО «СОГАЗ-МЕД».
В судебном заседании истец Смирнова В.С., действующая в своих интересах и в качестве представителя истца Иванова Д.С., на основании доверенности, исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивала на их удовлетворении. Дополнительно пояснила, что она и брат – Иванов Д.С. воспитывались с детства только отцом, они были очень привязаны к отцу, любили его. Она создала свою семью и примерно с 2006 года жила от папы отдельно, брат Денис примерно с 2014 года съехал от отца, также создал свою семью, и уехал жить в г.Тайшет. Несмотря на то, что у каждого из них была своя семья, с папой они общались близко, созванивались часто, летом много времени проводили вместе, брат Денис тоже летом всегда приезжал в гости к отцу. Смерть отца явилась тяжелым ударом для них обоих. О том, что у папы были заболевания сердца она не знала, он об этом никогда не говорил. Хотя действия работников Черемховской городской больницы № 1 и не состоят в причинно-следственной связь со смертью отца, однако своевременная диагностика и постановка правильного диагноза могла продлить жизнь отцу.
Представитель истца Смирновой В.С. - Кошкарова О.И., допущенная к участию в деле на основании заявления истца, и участвующая в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования поддержала в полном объеме по доводам искового заявления.
Представитель ответчика ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» Коломыченко О.С., действующая на основании надлежаще оформленной доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражения. Указав, что вина ответчика не доказана, просила в удовлетворении требований о компенсации морального вреда отказать. Также просила суд учесть наличие в ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ кредиторской задолженности в размере 132 119 994, 09 рублей, которая образовалась в связи с пандемией (коронавирусной инфекцией), в период которой затрачены значительные денежные средства на медицинские и расходные препараты, оборудование, и не дополучены доходы, т.к. не работали многие структурные подразделения (карантин), проводимый ремонт здания роддома, недофинансирование Учреждения из областного бюджета.
Представитель третьего лица – ООО «СОГАЗ-МЕД» Сафонова В.А., действующая на основании на основании надлежаще оформленной доверенности, в судебное заседание не явилась, будучи извещенной надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.
В представленном суду отзыве указала, что с учетом выявления ненадлежащего оказания медицинской помощи застрахованному лицу в ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» на всех этапах оказания медицинской помощи, требования истцов о компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере, соответствующему принципу разумности и справедливости.
Представитель третьего лица – Министерства здравоохранения Иркутской области в судебное заседание не явился, будучи извещенным надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. Возражений по иску не представил.
Суд, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, рассмотрел дело в отсутствии неявившихся лиц, участвующих в деле.
Суд, выслушав истца Смирнову В.С., представителя ответчика Коломыченко О.С., исследовав материалы дела, медицинские документы в отношении Иванова С.Н., материалы уголовного дела №, заслушав заключение помощника прокурора Невидимовой Ю.В., полагавшей исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, степени физических и нравственных страданий истцов, приходит к следующему.
Судом установлено, что ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» зарегистрирована в качестве юридического лица и имеет лицензию Министерства здравоохранения на медицинскую деятельность (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»).
Как следует из представленных документов, Иванова ВС родилась ДД.ММ.ГГГГ, её родителями указаны: отец Иванов СН, мать Иванова ЕВ.
Иванов ДС родился ДД.ММ.ГГГГ, его родителями указаны: отец Иванов СН, мать Иванова ЕВ.
Изменение фамилии истца Смирновой В.С. с Ивановой подтверждено свидетельством о заключении брака I-СТ № выданного отделом регистрации браков по г. Иркутску управления службы ЗАГС Иркутской области ДД.ММ.ГГГГ.
Также установленоИз материалов дела следует, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ВИ С.Н. находился на стационарном лечении в ОГБУЗ «Черемховская городская больница №», где ДД.ММ.ГГГГ скончался.
Указанные обстоятельства подтверждаются материалами уголовного дела, медицинскими документами и сторонами не оспариваются.
Иванов СН умер ДД.ММ.ГГГГ, причина смерти: <данные изъяты>, что подтверждается справкой о смерти № С-=00682, выданной Отделом по Черемховскому району, г. Черемхово и г. Свирску службы записи актов гражданского состояния Иркутской области ДД.ММ.ГГГГ.
Как следует из акта проверки Министерства здравоохранения Иркутской области № от ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют сведения о пациенте в листе «Согласие на обработку персональных данных», «Информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство», нет подписей членов консилиума в связи с тяжелым состоянием пациента. Обследования проведены не в полном объеме: не выполнена ЭХО-КГ, ЭКГ в динамике, нет консультации кардиолога, нет консультации терапевта в динамике в связи с отсутствием острой хирургической патологии от 06.03.25г. Не проведена консультация врача кардиолога.
Не диагностирован при жизни инфаркт миокарда. Лечение не соответствует Клиническим рекомендациям «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы». При проведении внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» оказание медицинской помощи за допущенные нарушения к дисциплинарной ответственности привлечены врачи хирурги хирургического отделения. Выводы: При оказании скорой медицинской помощи Иванову С.Н. в ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» выявлены нарушения: приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями»; Клинических рекомендаций «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы»; подпунктов «а», «з», «и», «л» п. 2.2 Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10 мая 2017 года № 203н. Внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности ОГБУЗ «Черемховская районная больница» проведенный по факту смерти Иванова С.Н. соответствует требованиям к организации и проведению внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 31 июля 2020 года № 785н.
По результатам проверки главному врачу ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» Баженову А.М. вынесено предписание.
Приказом главного врача ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» №-д/в от ДД.ММ.ГГГГ, Петрову М.Б., Белоусову Р.Г. за некачественное оказание медицинской помощи применено дисциплинарное взыскание в виде замечания.
По обращению Смирновой В.С. АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД» проведена экспертиза качестве медицинской помощи по всем случаям оказания медицинской помощи в ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1».
Согласно заключению по результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ № № АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД» выявлены нарушение клинических рекомендаций ID: <данные изъяты> - нет контрольного исследования тропонина I через 3 часа после первого измерения, нет ЭКГ с дополнительными отведениями (<данные изъяты> нет ЭКГ в динамике, нет консультации кардиолога, не переведен в сосудистый центр. Результатами МСКТ органов брюшной полости не установлены признаки мезентериального тромбоза, выполнение лапаротомии без исключения инфаркта миокарда, острая хирургическая патология не выявлена. Экспертируемый клинический случай несомненно является трудным в плане постановки диагноза. Имела место быть абдоминальная форма инфаркта миокарда, которая является атипичной формой инфаркта и согласно мед статистике достаточно редкой (частота встречаемости 1-5% от всех случаев ИМ). Следует отметить, что при первичном осмотре дежурным хирургом (ДД.ММ.ГГГГ в17-45) выставлен <данные изъяты>?, в план обследования включены необходимые исследования позволяющие поставить правильный диагноз -Тропониновый тест количественный, ЭКГ, ЭхоКГ), но не была запланирована консультация кардиолога. В день поступления пациенту была выполнены в 16-55 и 17-50 ЭКГ, в которых отмечается нарушение реполяризации в нижней стенке, рекомендован ЭКГ контроль, который не смотря на нахождение пациента в условиях реанимационного отделения не проводился. Жалобы, предъявляемые пациентом, имеющаяся клиническая картина, а так же отсутствие на ЭКГ четких данных свидетельствующих об ИМ, нормальные значения Тропонина и лейкоцитоз в ОАК позволяли заподозрить у пациента наличие острой хирургической патологии, в том числе и мезентериальный тромбоз. Но, перечисленные данные не позволяли исключить острую коронарную патологию. Согласно проведенным исследованиям, описанным в научных статьях, повышение уровня числа лейкоцитов в крови при ОИМ встречается часто. В настоящее время ИМ рассматривается как процесс ведущий к развитию местной и общей системной реакции воспаления, активнирующий острофазовые белки и соответственно возникновению лейкоцитоза. Лейкоцитоз при поступлении у пациентов с ОКС, а так же повышение СРБ могут являться маркетрами тяжелого течения ИМ. Нормальные значения тропонина и отсутствие достоверных изменений на ЭКГ можно объяснить непродолжительным периодом от момента начала заболевания. Согласно клиническим рекомендациям ОКС без подъема сегмента ST кардиограммы - повышение концентрации сердечных тролонинов в крови до диагностически значимых уровней происходит до 6 ч после эпизода ишемии миокарда в зависимости от чувствительности метода используемого для их определения. При использовании высокочувстивтельных методов определение Тропонина производят через 1ч, 2ч и Зч. При использовании не высоко чувствительных методов рекомендуется определение тропонина через Зч, 6ч, а при сохраняющейся клинической картине возможно и более позднее определение. Так же в данных клинических рекомендациях отмечается, что отсутствие изменений на ЭКГ не дает возможность исключить ОКС без подъема ST и рекомендуется динамическое наблюдение ЭКГ в 12 отведениях. Так же всем пациентам с подобных клинических ситуациях рекомендуется выполнение ЭхоКГ. В мед карте имеется данное исследование оно выполнялось уже после оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ на переносном аппарате в оглавлении протокола исследования имеется пометка - изображение мало информативно. Необходимо было ценить транспортабильность пациента по модифицированной шкале EWS (согласно записям у пациента 36 - подлежит внутрибольничной транспортировке) и переместить его в кабинет УЗИ для проведения более информативного ЭхоКГ. Не проведены консилиум врачей, ТМК.
В протоколах к экспертному заключению от ДД.ММ.ГГГГ № №, что ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» не выполнены клинические рекомендации ID:154 - нет контрольного исследования тропонина 1 через 3 часа после первого измерения (пациент поступил в больницу через 2 часа после начала заболевания) ЭКГ, ЭхоКГ рекомендованное ДД.ММ.ГГГГ в 17:45ч. не проведено. Нет ЭКГ с дополнительными отведениями (V7-V9, V3R-V4R) - по МСКТ от 05.03.2025г. в 18:20ч острой патологии органов брюшной полости нет. Нет ЭКГ в динамике. Не проведена консультация кардиолога - 3.2.2.
Не проводилось лечение острого инфаркта миокарда -3.2.2.
Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях).
Клинические рекомендации ID:154 - нет контрольного исследования тропонина I через 3 часа после первого измерения (пациент поступил в больницу через 2 часа после начала заболевания), ЭКГ, ЭхоКГ рекомендованное ДД.ММ.ГГГГ в 17:45ч. не проведено. Нет ЭКГ с дополнительными отведениями (V7-V9, V3R-V4R) - по МСКТ от 05.03.2025г. в 18:20ч острой патологии органов брюшной полости нет. Нет ЭКГ в динамике. Представлена пленка ЭКГ от 05.03.2025г на плёнке автоматически указано время 15:45ч, от руки написано время 17:50ч. Нет описываемой плёнки от 05.03.2025г. в 16:55ч. Представлена плёнка от 09.03.2025г., на ней нет автоматический указываемых времени и даты, от руки написано время и дата - 09.03.2025г., 09:15ч (пациент умер в 06:30ч). При поступлении выставлен диагноз «острый коронарный синдром, острый инфаркт миокарда», консультации кардиолога нет, терапевтом контрольное обследование в динамике не назначено. Диагноз ОКС не исключен результатами клинико-лабораторных исследований (тропониновый тест не рекомендован/ не выполнен, нет ЭКГ в динамике) - Клинические рекомендации ID: 154_4.
ДД.ММ.ГГГГ. в 18:25ч. МСКТ органов брюшной полости - не установлены признаки мезентериального тромбоза. ДД.ММ.ГГГГ. в 11:15ч. проведена операция без необходимости, острая хирургическая патология не выявлена. Коды дефектов 3.3; 2.14; 3.2.2.
После исключения хирургической патологии ДД.ММ.ГГГГ., после лапаротомии, диагноз не выставлен, пациент не переведён в другое отделение, нет консультации кардиолога. Код дефекта 322.
Выполнение лапаротомии без исключения инфаркта миокарда (по МСКТ от ДД.ММ.ГГГГ. острой хирургической не выявлено). Код дефекта 3.2.4.
Не переведён в кардиологическое отделение или сосудистый центр, для стентирования. Код дефекта 3.2.4.
3.2.4. Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий приведшее к летальному исходу (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях).
3.3. Выполнение непоказанных, неоправданных с клинической точки зрения, не регламентированных порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями мероприятий, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания.
3.2.2. Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях).
3.1.3. Установление неверного диагноза, связанное с невыполнением, несвоевременным или ненадлежащим выполнением необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, с учетом рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания.
2.14. Наличие признаков искажения сведений, представленных в медицинской документации (дописки, исправления, "вклейки", полное переоформление с искажением сведений о проведенных диагностических и лечебных мероприятий, клинической картине заболевания; расхождение сведений об оказании медицинской помощи в различных разделах медицинской документации и/или учетно-отчетной документации, запрошенной на проведение экспертизы).
Нарушение клинических рекомендаций ID:154 по диагностике инфаркта миокарда - нет контрольного исследования тропонина I через 3 часа после первого измерения, нет ЭКГ с дополнительными отведениями (V7-V9, V3R-V4R), нет ЭКГ в динамике, нет консультации кардиолога, не переведен в сосудистый центр.
1) Первичный осмотр врачом приемного отделения, осмотр лечащим врачом, врачом-специалистом, заведующим отделением, предоперационный осмотр врачом анестезолгом-реаниматологом не соответствуют утвержденным формам (Пр М3 РФ № от ДД.ММ.ГГГГ).
2) Не выполнено контрольное Ro обследование ОГК при постановке ЦБК (Клин рек по проведению катетеризации подключичной и др. центральных вен).
3) При гипергликемии не проведена консультация эндокринолога.
4) Отсутствует динамический контроль ЭКГ и Тропонина предписанный клин рек-ми "Острый коронарный сидром без подъема сегмента ST электрокардиограммы".
5) Отсутствует консультация кардиолога при поступлении ив дальнейшем. 6) Не выполнен полный объем обследований пациента перед экстренным оперативным вмешательством - согласно Предоперационному осмотру врачом анестезиологом выставлен риск по шкале ASA -4. С данным высоким риском непосредственно перед экстренным оперативным вмешательством необходимо было выполнить ЭКГ, определение ВСК, развернутой коагулограммы (в мед карте имеется коагулограмма выполненая в день операции, но уже после нее), так же рекомендованы любые лабораторные и инструментальные методы исследования в зависимости от состояния пациента, сопутствующих патологий, учитывая что на момент оперативного вмешательства диагноз не был установлен, а в анамнезе у пациента была ИБС необходимо было определить тропонин и провести консультацию кардиолога. (Методические рекомендации "Анестезиологическое обеспечение оперативных вмешательств, перевязок и сложных диагностических и лечебных манипуляций" (2019г "ФАР"). Коды дефектов: 3.2.4 отсутствие консультации кардиолога при поступлении, отсутствие консультации кардиолога перед оперативным вмешательством, невыполнение должного объема исследований перед оперативным вмешательством, отсутствие необходимого лабораторного контроля (определение тропонина), отсутствие регистрации ЭКГ, позднее выполнение Эхо КГ (малоинформативного) привели к поздней диагностики ОИМ и нежелательному исходу заболевания. 2.14. Наличие признаков искажения сведений, представленных в мед документации (дописки, исправления, "вклейки", полное переоформление с искажением сведений о проводимых диагностических и лечебных мероприятий, клинической картине заболевания). - В экспортируемой медицинской карте за ДД.ММ.ГГГГ на 02-00 представлена дневниковая запись содержащая данные другого пациента (Глебова Е А ДД.ММ.ГГГГ), так же в карте содержатся вклейки дневника реаниматологов, с исправлениями, имеются дописки сделанные от руки "совместный осмотр с зав хир отд", так же во многих дневниках реаниматологов имеется не совпадение показателей витальных функций с листом регистрации жизненно важных функций. ДД.ММ.ГГГГ. в 02-00 в ПИТ имеется запись, которая ничем не подтверждена - "тяжесть состояния обусловлена эндогенной интоксикацией с нарушениями водно-электролитного баланса, длительным злоупотреблением суррогатов алкоголя, алкогольным психозом". 2.13. Отсутствие в документации (несоблюдение требований к оформлению застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказ от мед вмешательства в установленных законодательством РФ случаях. - Отсутствует ИДС/консилиум на постанову эпидурального катетера и проведение эпидуральной анестезии.
Отсутствие консультации кардиолога при поступлении, отсутствие консультации кардиолога перед оперативным вмешательством, невыполнение должного объема исследований перед оперативным вмешательством, отсутствие необходимого лабораторного контроля (определение тропонина), отсутствие регистрации ЭКГ, позднее выполнение Эхо КГ (малоинформативного) привели к поздней диагностики ОИМ, не проведению своевременного лечения и нежелательному исходу заболевания. Код дефекта 3.2.4.
3.11. - Отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи.
Отсутствие в документации (не соблюдение требований к оформлению) информированного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях.
Экспортируемый клинический случай, несомненно, является трудным в плане постановки диагноза. Имела место быть абдоминальная форма инфаркта миокарда, которая является атипичной формой инфаркта и согласно мед статистике достаточно редкой (частота встречаемости 1-5% от всех случаев ИМ). При первичном осмотре дежурным хирургом (ДД.ММ.ГГГГ в17-45) выставлен дифференциальный ряд <данные изъяты>? в план обследования включены необходимые исследования позволяющие поставить правильный диагноз - Тропониновый тест количественный, ЭКГ, ЭхоКГ, но не была запланирована консультация кардиолога. В день поступления пациенту была выполнена в 16-55 и 17-50 ЭКГ, в которых отмечается нарушение реполяризации в нижней стенке, рекомендован ЭКГ контроль, который не смотря на нахождение пациента в условиях реанимационного отделения не проводился. Жалобы, предъявляемые пациентом, имеющаяся клиническая картина, а так же отсутствие на ЭКГ четких данных свидетельствующих об ИМ, нормальные значения тропонина и лейкоцитоз в ОАК позволяли заподозрить у пациента наличие острой хирургической патологии, в том числе и мезентериальный тромбоз. Но, перечисленные данные не позволяли исключить острую коронарную патологию.
Согласно проведенным исследованиям, описанным в научных статьях, повышение уровня числа лейкоцитов в крови при ОИМ встречается часто. В настоящее время ИМ рассматривается как процесс ведущий к развитию местной и общей системной реакции воспаления, активнирующий острофазовые белки и соответственно возникновению лейкоцитоза. Лейкоцитоз при поступлении у пациентов с ОКС, а так же повышение СРВ могут являться маркетрами тяжелого течения ИМ. Нормальные значения тропонина и отсутствие достоверных изменений на ЭКГ можно объяснит непродолжительным периодом от момента начала заболевания. Согласно клиническим рекомендациям "ОКС без подъема сегмента ST кардиограммы" - повышение концентрации сердечных тропонинов в крови до диагностически значимых уровней происходит до 6 ч после эпизода ишемии миокарда в зависимости от чувствительности метода используемого для их определения. При использовании высокочувствительных методов определение тропонина производят через 1ч, 2ч и 3ч. При использовании не высоко чувствительных методов рекомендуется определение тропонина через 3ч, 6ч, а при сохраняющейся клинической картине возможно и более позднее определение. Так же в данных клинических рекомендациях отмечается, что отсутствие изменений на ЭКГ не дает возможность исключить ОКС без подъема ST и рекомендуется динамическое наблюдение ЭКГ в 12 отведениях. Также всем пациентам в подобных клинических ситуациях рекомендуется выполнение ЭхоКГ. В мед карте имеется данное исследование, оно выполнялось уже после оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ на переносном аппарате в оглавлении протокола исследования имеется пометка - изображение мало информативно. Необходимо было ценить транспортабельность пациента по модифицированной шкале EWS (согласно записям у пациента 36 - подлежит внутрибольничной транспортировке) и переместить его в кабинет УЗИ для проведения более информативного ЭхоКГ. Не проведены консилиум врачей, ТМК.
ДД.ММ.ГГГГ следователем следственного отдела по городу Черемхово Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ по факту смерти Иванова С.Н.
В рамках расследования указанного уголовного дела в Казенном учреждении «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Ханты-Мансийское отделение судебно-медицинской экспертизы проведена судебно-медицинская экспертиза.
Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, комиссия экспертов КУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Ханты-Мансийское отделение судебно-медицинской экспертизы приходит к выводам:
Вопрос: Какова причина смерти Иванова С.Н., давность ее наступления?
Ответ: Согласно данным Протокола патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ и проведанной судебно-гистологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти Иванова С.H. явилось заболевание <данные изъяты>, что подтверждается клиническими данными из медицинской карты <данные изъяты>.03.2025) макроскопическими данными (миокард на разрезе передней и боковой стенки правого желудочка пестрый, циркулярно желто-красный на протяжении 8см, дряблый, с участком западания; миокард бледный, коричневый; разрыв передней стенки правого желудочка; кровь в полости перикарда 620 гр.) и гистологическими данными (участки некроза с перифокальными кровоизлияниями, полнокровием, обильной нейтрофильной инфильтрацией, многочисленными макрофагами, интерстициальный отек; сетчатый и мелкоочаговый кардиосклероз, дистрофические изменения миокарда, хроническое застойное полнокровие внутренних органов; диффузная фрагментация миокарда, нарушение гемоциркуляции в сердце (коронароспазм, неравномерное кровенаполнение сосудов, контрактурные (ранние ишемические) повреждения крупных групп кардиомиоцитов).
Согласно данным медицинской карты стационарного больного№ смерть Иванова С.Н. наступила ДД.ММ.ГГГГ в 06 часов 30мин., что не противоречит ранним трупным явлениям (трупные пятна по задне-боковым поверхностям тела, синюшного щегла, при надавливании бледнеют, трупное окоченение выражено в крупных суставах), зафиксированных при исследовании трупа ДД.ММ.ГГГГ, и указанных в Протоколе патологоанатомического вскрытия №.
Вопросы: 2. Правильно, достаточно и своевременно ли был поставлен диагноз Иванову С.Н. медицинскими работниками ОГБУЗ «Больница г. Свирска в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, медицинскими работниками ОГБУЗ «Черемховская городская больница №1» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ?
3. Правильно и своевременно ли были выбраны тактика и методика оказания медицинской помощи Иванову С.Н. медицинскими работниками ОГБУЗ «Больница г. Свирска» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, медицинскими работниками ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» в период С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с установленным диагнозом?
4. Имеются ли недостатки и дефекты оказания медицинской помощи Иванову С.Н. медицинскими работниками ОГБУЗ «Больница г. Свирска» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, медицинскими работниками ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ?
Ответ на вопросы 2,3,4: В ОГБУЗ «Больница г. Свирск» диагноз поставлен правильно, своевременно в соответствии с клиникой и лабораторно-инструментальной картиной; Обследование выполнено не полностью (назначенные ЭхоКГ, Эндокринолог, УЗИ брюшной полости, УЗИ почек не выполнены) в связи с непродолжительным периодом пребывания пациента.
Иванов С.Н поступает в ОГБУЗ «Черемховская городская больница №»в тяжелом состоянии, тяжесть состояния больше была обусловлена выраженным болевым синдромом в эпигастрии. При этом витальные функции сохранены. Ha момент поступления объективно отсутствовали объективные критерии за острый коронарный синдром (ОКС) (показатель тропонина в норме, по ЭКГ нет признаков ОКП), однако, исследования были выполнены через 2 часа с момента начала болевого синдрома, поэтому для точного исключения ОКС было необходимо провести данные исследования в динамике, в частности необходимо провести повторное определение тропонина в диагностическое окно, то есть спустя 6 часов с момента начала болевого синдрома. Учитывая вышеизложенное и конечный исход, нельзя однозначно исключить наличие ОКС на тот момент. Принимая во внимание, что в дальнейшем пациент неоднократно обезболивался с применением наркотических анальгетиков, клиническая картина была стёртой, без типичного болевого синдрома.
ДД.ММ.ГГГГ после диагностической лапаротомии - острая хирургическая патология исключается. В дальнейшем пациенту проводилась симптоматическая терапия. Дальнейший диагностический поиск, обуславливающий клиническую картину не проводился.
По ЭхоКГ выполненной ДД.ММ.ГГГГ, признаков нарушения локальной сократимости, аневризмы, снижения ФВ не отмечается, что также ставит под сомнение ОКС ДД.ММ.ГГГГ, так как учитывая объём поражённого миокарда, изменения можно было определить при должной технике выполнения ЭхоКГ. На этом фоне пациент продолжал вестись с диагнозом мезентериальным тромбоз. Отмечается, что не лабораторные и инструментальные исследования никак не насторожили лечащих врачей, и реаниматологов об ОИМ. Б/х от ДД.ММ.ГГГГ: тропонин менее 0,01 микрог/л. Трансаминазы ACT 44, АЛТ 40, в динамике Меньше в два раза. По ЭКГ острой коронарной патологий не найдено. По ЭХО КГ от ДД.ММ.ГГГГ гипокинезов не описывают, аневризму тоже, в перикарде жидкость-0,3 см.
На фоне стабильного состояния у Иванова С.Н. ДД.ММ.ГГГГ в 06:00 резкое ухудшение состояния, клиническая смерть, фибрилляция желудочков. Трехкратно дефибриляция 300 -360 Дж, переходом в асистолию. Комплекс сердечно-легочной реанимации правильный и полный в течение 30 минут, который оказался неэффективным. Биологическая смерть констатирована в ДД.ММ.ГГГГ в 06:30.
Комиссия экспертов по представленным данным недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи Иванову С.Н. в ОГБУЗ «Больница г. Свирска» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не находит.
При оказании медицинской помощи Иванову С.Н. в стационаре ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» с ДД.ММ.ГГГГ 17-45 до ДД.ММ.ГГГГ 06-30 комиссией экспертов отмечены следующие недостатки в диагностическом обследовании:
1) пациент не осмотрен врачом кардиологом (учитывая ИБО, ГБ и ХСН в анамнезе, трепетание предсердий);
2) с ДД.ММ.ГГГГ не проводился контроль ЭКГ в динамике;
3) не проведен динамический контроль биохимических маркёров некроза миокарда (определение тропонина) в диагностическое окно, то есть спустя 6 часов с момента начала болевого синдрома;
4) отсутствие коллегиального осмотра пациента с неясным диагнозом.
Ключевым недостатком оказания медицинской помощи Иванову С.Н. явилось недостаточное обследование пациента, в связи с чем, тактика ведения и лечение острого инфаркта миокарда не проводилась. Более ранее выявление острой коронарной патологии у Иванова С.Н. с последующим переводом в региональный сосудистый центр повышало вероятность благоприятного (или относительно благоприятного) исхода, но не исключало полностью неблагоприятный.
Вопрос 5. Если не был установлен своевременный и правильный диагноз Иванову С.Н. или неправильно проводилось лечение, то не связано ли данное обстоятельство с какими-либо объективными факторами, затрудняющими решения или действия медицинских работников ОГБУЗ «Больница г. Свирска» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, медицинских работников ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ?
Ответ: В ОГБУЗ «Больница г. Свирск» диагноз поставлен правильно, своевременно в соответствии с клиникой и лабораторно инструментальной картиной.
В ОГБУЗ «Черемховская городская больница №1» не в полной мере исключен острый коронарный синдром при поступлении. После исключения основного диагноза мезентериального тромбоза, не продолжился диагностический поиск. Однозначно установить время начала инфаркта миокарда затруднительно. На момент поступления уровень тропонина в норме, по ЭКГ отсутствовали типичные признаки острой коронарной патологии (ОКП), в то же время возможен ложноотрицательный показатель тропонина в виду раннего контроля (не в диагностическое окно), ЭКГ отмечалось трепетание предсердий, что также могло скрыть начинающуюся ОКП, при этом дополнительные отведения (учитывая абдоминальный болевой синдром) для исключения нижнего и заднего инфаркта миокарда не выполнено. Таким образом, нельзя исключить начинающийся ОКс на момент госпитализации, однако однозначно свидетельствовать о его развитии в тот момент тоже нельзя в виду отсутствия объективных подтверждений. Можно лишь отметить неполное обследование пациента, при выполнении которого вероятность своевременной диагностики острого инфаркта миокарда возрастала.
Вопросы: 6. Имеется ли причинно-следственная связь между оказанной медицинской помощью медицинскими работниками ОГБУЗ «Больница г. Свирска» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, медицинскими работниками ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и наступлением последствий в виде смерти Иванова С.Н.?
Причинен ли вред здоровью Иванову С.Н. при оказании ему медицинской помощи медицинскими работниками ОГБУЗ «Больница г. Свирска» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, медицинскими работниками ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, если да, то какой степени тяжести?
Ответ на вопросы 6,8:
Смерть Иванова С.Н. является следствием естественного течения, имевшегося у него сердечно-сосудистого заболевания и обусловлен его характером, тяжестью и развитием осложнений. Оказание пациенту медицинской помощи и допущенные при этом недостатки сами по себе не являлись причиной возникновения сердечно-сосудистого заболевания и его осложнений, не способствовали прогрессированию (по сравнению с обычным течением) патологии, поэтому комиссия экспертов считает, что они не состоят в прямой причинно- следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода.
Согласно пункту 18 «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного Приказом Минздрава России от К 08.04.2025 N 172н (ред. от 19.08.2025) оценка вреда, причиненного здоровью человека, при неблагоприятном исходе оказания медицинской помощи, определяется в случае прямой причинно-следственной связи с недостатком (недостатками) оказания медицинской помощи. При отсутствии прямой причинной связи недостатка (дефекта) оказания медицинской помощи с наступившим неблагоприятным исходом степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека действием (бездействием) медицинского работника не устанавливается.
В виду отсутствия прямой причинно-следственной связи между недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи и наступлением летального исхода Иванова С.Н., комиссия экспертов степень тяжести причиненного вреда здоровью не находит.
Вопрос 7. Если смерть Иванова С.Н, является следствием, как тяжести заболевания, так и дефектом лечения и оказания медицинской помощи, то можно ли было предотвратить их при правильно выбранном лечении и оказании медицинской помощи? Если да, то на каком этапе оказания медицинской помощи?
Ответ: Полноценное ведение, исключающее указанное выше недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи, способствовало бы своевременной диагностике острого инфаркта миокарда, но не гарантировало благоприятный исход заболевания. Ответить на вопрос о возможности предотвращения развития у Иванова неблагоприятного исхода при качественном оказании ему медицинской помощи не представляется возможным, ввиду зависимости течения патологического процесса от исходного состояния, реактивности и индивидуальных особенностей организма пациента, наличия у него сопутствующих фоновых заболеваний.
Вопрос № 9. Имелись ли у Иванова С.Н. сопутствующие заболевания способствующие наступлению последствий в виде его смерти ДД.ММ.ГГГГ?
Ответ: Пациент относился к коморбидным пациентам высокого сердечно- сосудистого риска. По данным медицинской документации у пациента были: ИБС, фибрилляция, трепетание предсердий, гипертоническая болезнь 3 стадии, риск 4, Хроническая сердечная недостаточность, Сахарный диабет 2 типа, Хроническая обструктивная болезнь легких, Ожирение 2 ст.
Постановлением следователя следственного отдела по г. Черемхово Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ, прекращено уголовное дело № на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ввиду отсутствия в деянии медицинских работников ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» Андреева Е.Г., Кренинг Е.И., Шкурченко Ю.А., Белоусова Р.Г., Лихторович С.А., Татариновой Н.Т., Петрова М.Б. состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.
Согласно заключению эксперта Департамента здравоохранения казенное учреждение Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №, в рамках указанного выше уголовного дела проведена экспертиза 6 стеклопрепаратов от трупа Ивана С.Н. с целью подтверждения диагноза, в ходе которой установлено: Хроническая ишемическая болезнь сердца (стенозирующий коронаросклероз, сетчатый и мелкоочаговый кардиосклероз, дистрофические изменения миокарда). Диффузная фрагментация миокарда, нарушение гемоциркуляции в сердце (коронароспазм, неравномерное кровенаполнение сосудов, контрактурные (ранние ишемические) повреждения крупных групп кардиомиоцитов). Хроническое застойное полнокровие внутренних органов. Признаки гипертонической болезни (склероз, гиалиноз стенок артерий внутренних органов, гипертрофия миокарда). Хронический гепатит. Диссеминированная жировая дистрофия печени.
Исследованные судом экспертизы не противоречат друг другу, а дополняют каждую экспертизу, при этом, из всех исследованных заключений явствует ненадлежащее оказание медицинской помощи Иванову С.Н. в ОГБУЗ «Черемховская городская больница №», создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, что впоследствии привело к летальному исходу.
В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, здоровье, как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноябре 2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья - граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В силу ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст.2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемым уполномоченным федеральным органом исполнительной власти обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав, в, сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2, 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни - и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
В п. 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 2 ст. 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.
Согласно пунктам 1,2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в п. 12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.п. 14, 15).
По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ) (п.19).
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст. 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствие в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные, блага (в настоящем случае – здоровье истца), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Применительно к спорным отношениям, в соответствии с действующим правовым регулированием, медицинская организация - ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда Смирновой В.С., Иванову Д.С., в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи их отцу Иванову С.Н.
Указанное подтверждается актом Министерства здравоохранения Иркутской области № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при оказании скорой медицинской помощи Иванову С.Н. в ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» выявлены нарушения: приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями»; Клинических рекомендаций «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы»; подпунктов «а», «з», «и», «л» п. 2.2 Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10 мая 2017 года № 203н. Внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности ОГБУЗ «Черемховская районная больница» проведенный по факту смерти Иванова С.Н. соответствует требованиям к организации и проведению внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н.
Как следует из заключения по результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ № № АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД» выявлены нарушения, соответствующие кодам: 2.13, 2.14. 3.1.3, 3.2.2,3.2.4, 3.3,3.11.
Согласно заключению экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, Департамента здравоохранения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры казенное учреждение «Бюро судебно-медицинской экспертизы», проведенной в рамках уголовного дела №, при оказании медицинской помощи Иванову С.Н. в стационаре ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ комиссией экспертов отмечены следующие недостатки в диагностическом обследовании. лючевым недостатком оказания медицинской помощи Иванову С.Н. явилось недостаточное обследование пациента, в связи с чем, тактика ведения и лечение острого инфаркта миокарда не проводилось. Более ранее выявление острой коронарной патологии у Иванова С.Н. с последующим переводом в региональный сосудистый центр повышало вероятность благоприятного (или относительно благоприятного) исхода, но не исключало полностью неблагоприятный. В ОГБУЗ «Черемховская городская больница №1» не в полной мере исключен острый коронарный синдром при поступлении. После исключения основного диагноза мезентериального тромбоза, не продолжился диагностический поиск. Смерть Иванова С.Н. является следствием естественного течения, имевшегося у него сердечно-сосудистого заболевания и обусловлен его характером, тяжестью и развитием осложнений. Оказание пациенту медицинской помощи и допущенные при этом недостатки сами по себе не являлись причиной возникновения сердечно-сосудистого заболевания и его осложнений, не способствовали прогрессированию (по сравнению с обычным течением) патологии, поэтому комиссия экспертов считает, что они не состоят в прямой причинно- следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода. Полноценное ведение, исключающее указанное выше недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи, способствовало бы своевременной диагностике острого инфаркта миокарда, но не гарантировало благоприятный исход заболевания. Пациент относился к коморбидным пациентам высокого сердечно- сосудистого риска. По данным медицинской документации у пациента были: ИБС, фибрилляция, трепетание предсердий, гипертоническая болезнь 3 стадии, риск 4, Хроническая сердечная не-достаточность, Сахарный диабет 2 типа, Хроническая обструктивная болезнь легких, Ожирение 2 ст.
Наличие вышеперечисленных недостатков (нарушений) оказания медицинской помощи Иванову С.Н. в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствует о предоставлении ему ненадлежащей медицинской помощи.
Вместе с тем, отсутствие прямой причинно-следственной связи между некачественным оказанием медицинской помощи Иванову С.Н. и его смертью, не свидетельствует об отсутствии оснований для взыскания в пользу истцов компенсации морального вреда, поскольку судом установлено наличие иных вышеуказанных недостатков оказания медицинской помощи Иванову С.Н. со стороны ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1».
При этом каких-либо доказательств опровергающих выводы экспертов о наличии дефектов (недостатков) оказания медицинским учреждением помощи Иванову С.Н., стороной ответчика не представлено.
В данном случае, исходя из заявленных исковых требований, основанием для обращения истцов в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи в целом.
У суда нет оснований, не доверять выше названным заключениям экспертов, так как какой-либо личной заинтересованности экспертов в исходе дела не установлено, эксперты предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной статей 307 УК РФ.
Таким образом, при рассмотрении данного гражданского дела, на основании указанных выше заключений установлены недостатки оказания Иванову С.Н. медицинской помощи в ОГБУЗ «Черемховская городская, больница № 1» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
По общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
Медицинские учреждения независимо от форм собственности несут ответственность за неоказание или ненадлежащее оказание медицинской помощи, несоблюдение требований, предъявляемых к методам диагностики, профилактики и лечения, разрешенным на территории Российской Федерации, а также в случае причинения вреда здоровью или жизни гражданина.
Исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами в их совокупности подтверждено оказание ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» Иванову С.Н. медицинской помощи ненадлежащего качества. При этом доказательств отсутствия в этом вины ответчиком суду не представлено.
В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства нашел свое подтверждение факт оказания ответчиком некачественной медицинской помощи, которые повлекли причинение физических и нравственных страданий отцу истцов, поскольку ненадлежащее назначенное лечение, неверная постановка диагноза, назначение лечения без достаточности диагностических исследований, безусловно, причинили умершему страдания, ухудшили его самочувствие, что не могло не вызывать переживаний близких родственников.
При определении размеров компенсации морального вреда в соответствии с п. 2 ст. 151 ГК РФ, ст. 1101 ГК РФ, суд принимает во внимание, что смерть родного человека (отца) явилась большой утратой и причинила сильные нравственные страдания истцам, были нарушены семейные связи. Приведенные обстоятельства, включая тот факт, что утрата близкого человека является невосполнимой потерей, свидетельствуют о значительном претерпевании истцами нравственных страданий.
Учитывая характер и степень нравственных страданий истцов Смирновой В.С., Иванова Д.С., а также требования разумности и справедливости, при этом, также учитывая отсутствие причинно-следственной связи действий работников ОГБУЗ Черемховской городской больницы № 1 с наступившими последствиями в виде смерти пациента, суд полагает необходимым взыскать с ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» в пользу Смирновой В.С. и Иванова Д.С. компенсацию морального вреда в размере 60000 руб. в пользу каждого из истцов.
При этом, суд находит размер взысканной с ответчика компенсации морального вреда разумным и справедливым, соответствующим балансу интересов между нарушенными правами истцов и мерой ответственности, применяемой к ответчику.
В удовлетворении исковых требований Смирновой В.С., Иванову Д.С. о компенсации морального вреда в большем размере, надлежит отказать.
В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
В соответствии со ст.333.19 Налогового кодекса РФ государственная пошлина при подаче искового заявления неимущественного характера для физических лиц составляет 3000 руб.
Следовательно, с ОГБУЗ «Черемховская городская больница №1» в доход бюджета муниципального образования «город Черемхово» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000,00 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд решил:
Исковые требования Смирновой ВС, Иванова ДС к ОГБУЗ «Черемховская городская больница № 1» о взыскании компенсации морального вреда при некачественном оказании медицинских услуг, удовлетворить частично.
Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Черемховская городская больница №1» (ОГРН 1023802215986, ИНН 3820001261) в пользу Смирновой ВС (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 60000 (шестьдесят тысяч) рублей 00 копеек.
Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Черемховская городская больница №1» (ОГРН 1023802215986, ИНН 3820001261) в пользу Иванова ДС (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 60000 (шестьдесят тысяч) рублей 00 копеек.
В удовлетворении исковых требований Смирновой В.С., Иванова Д.С. о компенсации морального вреда в большем размере отказать.
Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Черемховская городская больница №1» (ОГРН 1023802215986, ИНН 3820001261) государственную пошлину в бюджет муниципального образования «город Черемхово» в сумме 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Черемховский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Н.В. Гавриленко
Мотивированное решение изготовлено 06.10.2026.