РЕШЕНИЕ
по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении
30 октября 2026 года г.Чита
Судья Читинского районного суда Забайкальского края Мигунова С. Б., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу Лапшина А. М. на постановление мирового судьи судебного участка № 33 Читинского судебного района Забайкальского края от 30 июля 2026 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении
Лапшина А. М., <данные изъяты>
УСТАНОВИЛ:
Постановлением мирового судьи судебного участка № 33 Читинского судебного района Забайкальского края от 30 июля 2026 года Лапшин А.М. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 КоАП РФ и подвергнут наказанию в виде административного штрафа в размере 45 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на полтора года.
В установленный законом срок Лапшин А.М. подала жалобу на постановление, полагая, что оно принято с нарушением закона. В жалобе указывает на то, что у него отсутствуют документы, на которые мировой судья сослался в постановлении, а подписи в документах, приложенных к материалам дела, ему не принадлежат. При вынесении постановления мировой судья не проверил адрес его места жительства, принял дело с нарушением правил подсудности и незаконно рассмотрел дело в его отсутствие, поскольку он проживает и зарегистрирован в г. Иркутск, в связи с чем принимать участие в судебном заседании не мог, даже если бы ему было о нем известно, а само дело подлежало передаче для рассмотрения мировому судье по месту его жительства. В связи с этим просил отменить постановление мирового судьи и передать дело для рассмотрения в мировой суд г. Иркутска. В дополнениях к жалобе Лапшин А.М. ссылается на то, что им поданы заявления о проведении проверки законности действий сотрудников ГАИ в Следственное управление Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю, в прокуратуру Забайкальского края в связи с допущенными сотрудниками ГАИ множественными и грубыми нарушениями закона. В дополнениях к жалобе просит: вариант № 1 – исключить протокол об отстранении от управления транспортным средством, протокол о задержании транспортного средства и протокол об административном правонарушении вместе с актом освидетельствования из числа доказательств в связи с тем, что они получены с нарушением закона, и прекратить производство по делу; вариант № 2 – отменить постановления мирового судьи и передать дело для рассмотрения в мировой суд г. Иркутска.
В суде Лапшин А.М. свою жалобу поддержал, давая объяснения по делу, изначально указывал на то, что 17 июля 2026 года приехал на автомобиле Хонда Одиссей на озеро Иван с целью отдыха. Оставив автомобиль недалеко от дороги на берегу озера, ночь провел на природе, а на следующий день 18 июля 2026 года пешком направился в расположенное на берегу озера <адрес> в магазин. По пути своего следования по <адрес> он встретил сотрудников ГАИ, которые занимались оформлением административного материала, производили погрузку автомобиля на эвакуатор. Он поинтересовался у них, где находится магазин и направился в указанном ими направлении, однако магазин не нашел и вернулся обратно с целью узнать, где еще может быть магазин. В ходе этого между ним и сотрудником ГАИ завязалась беседа, в ходе которой сотрудник сообщил ему, что погрузка автомобиля на эвакуатор производится по причине его неправильной парковки. Тогда он, понимая, что его автомобиль Хонда Одиссей также стоит в неположенном месте на обочине <адрес>, поинтересовался, может ли он перегнать свой автомобиль, дабы избежать последствий в виде привлечения к административной ответственности. В доверительной беседе сотрудник ГАИ разрешил ему это сделать, несмотря на то, что он признался, что накануне употреблял алкоголь. Получив такое разрешение, он пешком добрался до своего припаркованного автомобиля, сел в него и начал перегонять его на обочину глубже от дороги. В этот момент услышал специальный сигнал и увидел автомобиль ГАИ, в связи с чем прекратил движение, припарковался. Сотрудник ГАИ сообщил ему причину остановки – управление транспортным средством в нетрезвом виде, данный факт был налицо, он проследовал в патрульный автомобиль, за рулем которого находился инспектор ДПС Цыбенов, после чего они с Цыбеновым на патрульном автомобиле проследовали к тому месту, где ранее находился экипаж ДТП. При этом второй сотрудник из экипажа без разрешения сел за руль автомобиля Хонда Одиссей и проследовал за ними. По прибытию на указанное место инспектор ДПС Цыбенов начал оформление процессуальных документов, предложил пройти освидетельствование на состояние опьянения. Не отдавая отчета в том, что происходит, полагая, что его нарушение может быть связано только с неправильной парковкой, он прошел такое освидетельствование. При этом после освидетельствования инспектор прекратил видеозапись, которая до этого велась, и дальнейшие действия проводил без понятых. Указанные действия сотрудников ГАИ он расценивает как подстрекательство. В протоколе об отстранении от управления транспортным средством указано место управления – <адрес>, что не соответствует действительности, поскольку фактически он был отстранен от управления в другом месте. Это, по его мнению, влечет вывод о составлении протокола об отстранении с нарушением закона. Обращал внимание на то, что видеозаписи, на которой был бы зафиксирован факт управления им автомобилем и отстранения от управления транспортным средством в материалы дела не представлено. Полагал, что со стороны ГАИ были нарушены требования ведомственных нормативных актов, в силу которых хранение видеозаписи должно быть обеспечено в течение трех месяцев. Также пояснял, что ему были выданы копии процессуальных документов в нечитаемом виде, что нарушило его право на защиту. С данными документами он смог ознакомиться только 6 августа 2026 года. Просил также учесть, что судебная повестка с данными о времени и месте рассмотрения дела ему вручена не была. Дополнительно пояснял, что после составления всех документов сотрудники ГАИ сами предложили ему довезти его до того места, где он отдыхал. По пути следования они встретили его знакомых, которые направились на автомобиле его разыскивать. При этом сотрудник ГАИ Цыбенов своеобразным способом провел освидетельствование его знакомого, предложив тому выдохнуть в фуражку. Также полагал, что у сотрудников ГАИ не было оснований для помещения его автомобиля на спец. стоянку, так как они должны были предложить ему воспользоваться услугой «трезвый водитель». В результате этого ему пришлось понести расходы на оплату перемещения автомобиля и его хранения на спец. стоянке.
В дальнейшем, в ходе рассмотрения дела, Лапшин А.М. версию произошедшего изложил несколько иным образом, а именно, после того, как в суде были допрошены сотрудники ГАИ Цыбенов и Зайцев, пояснил, что изначально ошибся, указывая на то, что управлял автомобилем. На самом деле он им не управлял, лишь сел в автомобиль Хонда Одиссей, переключил коробку передач на нейтральную скорость, двигатель автомобиля не заводил. Поскольку автомобиль стоя под уклоном, он сам начал движение и откатился примерно на 9 метров. Как и прежде, настаивал на допущенных по делу существенных процессуальных нарушениях. В качестве таковых ссылался на то, что в деле отсутствует видеозапись с моментом остановки транспортного средства, а в протоколе об отстранении от управления транспортным средством время и место управления указаны не верно, фактически это место находилось на <адрес> внимание на то, что в акте освидетельствования на состояние опьянения отсутствует отметка о применении видеозаписи или участии понятых, а приобщенная в дело видеозапись является не полной. Отсутствие такой полной видеозаписи полагал основанием для отнесения доказательств по делу к недопустимым. Обращал внимание на то, что согласно показания инспектора ДПС Цыбенова он непосредственно не фиксировал момента управления им транспортного средства, данную информацию ему передал инспектор Зайцев, причем только устно, без составления соответствующего рапорта. Это, по мнению Лапшина А.М., не давало Цыбенову права составлять в отношении него процессуальные документы, в том числе протокол об отстранении от управления транспортным средством. По этим основанием просил признать недопустимыми доказательствами протокол об отстранении от управления транспортным средством, протокол о задержании транспортного средства, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокол об административном правонарушении, постановление мирового судьи отменить и производство по делу прекратить ввиду отсутствия события и состава правонарушения.
Заслушав Лапшина А.М., допросив сотрудников ГАИ Цыбенова А.С. и Зайцева Д.И., изучив материалы дела об административном правонарушении, в том числе имеющуюся в деле видеозапись с зафиксированными на ней мерами обеспечения производства по делу, судья приходит к следующим выводам.
В силу абзаца 1 пункта 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.
Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет ответственность, предусмотренную частью 1 статьи 12.8 КоАП РФ.
Согласно примечанию к указанной норме употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная настоящей статьей и частью 3 статьи 12.27 настоящего Кодекса, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.
Как следует из материалов дела, 18 июля 2026 года инспектором ДПС Цыбеновым А.С. в отношении Лапшина А.М. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.8 КоАП РФ, согласно которому 18 июля 2026 года в 17-15 часов в <адрес> Лапшин А.М. в нарушение требований пункта 2.7 Правил дорожного движения РФ управлял автомобилем Хонда Одиссей с государственным регистрационным знаком № в состоянии алкогольного опьянения, когда такое действие не содержит уголовно-наказуемого деяния.
Из материалов дела следует, что составлению такого протокола предшествовали составление протокола об отстранении от управления транспортным средством и акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.
Из протокола об отстранении от управления транспортным средством, составленного тем же инспектором ДПС, следует, что 18 июля 2026 года в 17-15 часов в <адрес> Лапшин А.М. управлял автомобилем Хонда Одиссей, а само отстранение было применено ввиду наличия оснований полагать, что Лапшин А.М. как лицо, которое управляет транспортным средством, находится в состоянии опьянения при наличии у него признаков опьянения – запах алкоголя изо рта и неустойчивость позы.
В соответствии с положениями части 1.1. статьи 27.12 КоАП РФ, лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, либо лицо, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 настоящего Кодекса, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи.
Постановлением Правительства РФ от 21 октября 2022 г. N 1882 утверждены Правила освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (далее - Правила).
В соответствии с п. 2 Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке.
Согласно материалам дела, у Лапшина А.М. были выявлены признаки опьянения. С использованием прибора для измерения паров этанола в выдыхаемом воздухе при фиксации данной процедуры на видео в отношении Лапшина А.М. была проведена процедура освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, по результатам которой у него было установлено состояние алкогольного опьянения (содержание этанола в выдыхаемом воздухе составило 1,305 мг/л). С результатами такого освидетельствования Лапшин А.М. согласился, о чем собственноручно указал в акте освидетельствования, удостоверив согласие своей подписью.
Поскольку согласно имеющейся в деле справке инспектора ИАЗ ОСБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по Забайкальскому краю Лапшин А.М. не является лицом, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения или за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения и не имеет судимости за совершение преступлений, предусмотренных частями второй, четвертой и шестой статьи 264 УК РФ, статьей 264.1 УК РФ, с учетом имеющихся доказательств, результата освидетельствования на состояние опьянения, действия Лапшина А.М. правильно квалифицированы по ч. 1 ст.12.8 КоАП РФ как управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, когда такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.
Осмотренная в суде видеозапись последовательно и в полном объеме отражает порядок применения мер обеспечения по делу, отвечает признакам допустимости, содержит все необходимые данные, относящиеся к событию административного правонарушения, и согласуется с составленными процессуальными документами, опровергая доводы жалобы о нарушениях, якобы допущенных при их составлении. Видеозапись велась непрерывно, начиная со стадии составления протокола об отстранении от управления транспортным средством до завершения процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Таким образом, даже при отсутствии в акте освидетельствования указания на применение видеозаписи требования закона были соблюдены. Вопреки доводам жалобы необходимость участия понятых или проведения видеозаписи на стадии составления протокола об административном правонарушении нормами КоАП РФ не предусмотрена.
Оценив имеющиеся в деле доказательствам, мировой судья обоснованно пришел к выводу о наличии в действиях Лапшина А.М. события и состава вменяемого ему правонарушения с назначением административного наказания.
Оснований для отмены вынесенного по делу постановления судья не усматривает, полагая, что каких-либо существенных нарушений, влекущих прекращение производства по делу, на предыдущих стадиях возбуждения и рассмотрения дела не допущено.
С целью оценки доводов жалобы Лапшина А.М. на постановление, в суде по правилам допроса свидетеля были допрошены каждый в отдельности сотрудники ГАИ Цыбенов А.С. и Зайцев Д.И.
Цыбенов А.С. пояснил, что в июле 2026 года вместе с напарником Зайцевым Д.И. в составе автоэкипажа нес службу и находился в <адрес>, где они составляли протокол по части 1 статьи 12.7 КоАП РФ. В это время к ним подошел ранее не знакомый им гражданин – как позже будет установлено Лапшин А.М., который поинтересовался, где находится магазин. Они указали ему направление и тот ушел. Пока они занимались оформлением и ждали эвакуатор, он заметил, что недалеко от них на обочине дороги по ул. Центральная появился автомобиль Хонда темного цвета. Позже Лапшин вернулся и снова подошел к ним, сказал, что магазина не нашел, после чего удалился пешком в ту сторону, где стоял автомобиль. Пока они занимались оформлением автомобиля Ипсум, они заметили, что припаркованный автомобиль начал движение и решили его проверить. Для этого инспектор Зайцев на патрульном автомобиле поехал за автомобилем Хонда, а он остался на месте охранять автомобиль Ипсум. В каком именно месте Зайцев на патрульном автомобиле догнал автомобиль Хонда, он не видел, так как тот скрылся за поворотом, двигаясь вдоль береговой линии, но вскоре Зайцев вернулся и привез с собой Лапшина, у которого имелись признаки алкогольного опьянения. Поскольку Зайцев сообщил, что данный гражданин управлял автомобилем, в отношении него были применены меры обеспечения производства по делу, составлен протокол. В протоколе об отстранении от управления транспортным средством место управления было указано в привязке к дому 8 по <адрес>, поскольку этот адрес был ближайшим известным от того места, где Зайцев остановил автомобиль Хонда Одиссей под управлением Лапшина, которое располагалось от них на расстоянии примерно 150 метров. По какой причине в протоколе об административном правонарушении место правонарушения указано как <адрес> в <адрес>, свидетель Цыбенов А.С. пояснить не смог.
Свидетель – инспектор ДПС Зайцев Д.И. в суде пояснил, что в июле 2026 он нес службу вместе с инспектором ДПС Цыбеновым в <адрес>, где они на <адрес> занимались оформлением административного материала. В процессе этого к ним подошел Лапшин, который поинтересовался, где находится магазин. После этого Лапшин ушел в указанном ими направлении, но позже вернулся, сообщив, что магазина не нашел и ушел в сторону, где стоял находившийся от них примерно в 350 метрах автомобиль Хонда Одиссей, который был припаркован на обочине дороги. Данный автомобиль начал движение, разворачивался и выезжал на дорогу, в связи с чем они решили проверить данный автомобиль. Поскольку они дожидались прибытия эвакуатора для помещения на спец. стоянку ранее задержанного автомобиля, он оставил инспектора ДПС Цыбенова на месте, а сам на патрульном автомобиле проследовал за автомобилем Хонда Одиссей. Догнав его чуть дальше <адрес> возле съезда с основной дороги, он при помощи специальных световых и звуковых сигналов, используя громкоговоритель, остановил данный автомобиль. За рулем автомобиля оказался Лапшин, который был в машине один, имел признаки опьянения. Посадив Лапшина в патрульный автомобиль, он доставил его к тому месту, где находился инспектор Цыбенов, сообщил ему об управлении Лапшиным автомобилем с признаками опьянения. Цыбеновым был составлен протокол об отстранении от управления транспортным средством, проведено освидетельствование на состояние опьянения, составлен протокол об административном правонарушении. Автомобиль Хонда Одиссей также был перегнан им к месту, где происходило оформление всех процессуальных документов.
Сопоставляя показания допрошенных в суде свидетелей между собой и с имеющимися в деле иными доказательствами, судья приходит к выводу о том, что они не имеют каких-либо существенных противоречий, напротив, указывают на наличие в действиях Лапшина А.М. события и состава вменяемого ему правонарушения. Судья учитывает, что момент управления Лапшиным А.М. транспортным средством подтвердил в суде инспектор ДПС Зайцев Д.И. Каких-либо оснований полагать, что он оговаривает Лапшина А.М., у суда не имеется.
В целях проверки доводов жалобы Лапшина А.М. судьей запрашивалась видеозапись с фронтальной камеры патрульного автомобиля, однако представлена она не была, поскольку не сохранилась. Вместе с тем, отсутствие в материалах дела такой видеозаписи не свидетельствует об обоснованности указанных в жалобе доводов, поскольку Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит требований относительно обязательной видеофиксации факта управления транспортным средством.
Примечательно, что и сам Лапшин А.М. изначально в своих объяснениях в суде, а также в своих жалобах на незаконность действий сотрудников ГАИ, адресованных в компетентные органы, стабильно указывал на то, что до момента остановки его сотрудниками ДПС управлял автомобилем. Лишь после допроса инспектора ДПС Зайцева Д.И. он изменил свои объяснения, утверждая, что автомобиль, в котором он находился, осуществлял движение «самокатом» под гору на нейтральной скорости с заглушенным двигателем. Такое поведение Лапшина А.М. с очевидностью свидетельствует о том, что оно имеет целью любыми способами избежать ответственности за содеянное под давлением имеющихся в деле доказательств и не ставит под сомнение то обстоятельство, что Лапшин А.М. являлся субъектом вменяемого ему правонарушения.
В этой связи судья также учитывает и то, что согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» управление транспортным средством представляет собой целенаправленное воздействие на него лица, в результате которого транспортное средство перемещается в пространстве (вне зависимости от запуска двигателя). Поскольку, даже если исходить из версии, изложенной Лапшиным А.М., автомобиль, в котором он находился на водительском месте, перемещался в пространстве, даже при отсутствии тяги мотора, но при контроле траектории движения с помощью руля и возможности воздействовать на тормоза, такие действия Лапшина А.М. в любом случае подпадают под понятие управления транспортным средством.
В своей жалобе Лапшин А.М. ссылается на недопустимость в качестве доказательства составленного в отношении него протокола об отстранении от управления транспортным средством, полагая, что это также влечет вывод о недопустимости остальных процессуальных документов вплоть до протокола об административном правонарушении.
Давая оценку данным доводам, судья учитывает, что в соответствии со статьей 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, а также лица, совершившие административные правонарушения, предусмотренные частями 2 и 3 статьи 11.8, частью 1 статьи 11.8.1, частью 1 статьи 12.3, частью 2 статьи 12.5, частями 1, 2 и 4 статьи 12.7 настоящего Кодекса, подлежат отстранению от управления транспортным средством до устранения причины отстранения.
В силу части 2 той же статьи отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида осуществляется должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.
Согласно части 3 статьи 27.12 КоАП РФ об отстранении от управления транспортным средством составляется протокол или делается соответствующая запись с указанием даты, времени, места, основания отстранения от управления транспортным средством, должности, фамилии и инициалов лица, применившего данную меру обеспечения производства по делу об административном правонарушении, сведений о транспортном средстве и о лице, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, либо в протоколе о задержании транспортного средства, либо в протоколе об административном правонарушении, либо в определении о возбуждении дела об административном правонарушении, либо в постановлении по делу об административном правонарушении при отсутствии таких сведений в указанных процессуальных документах.
По своей сути отстранение от управления транспортным средством представляет собой временный запрет водителю продолжать движение и пользоваться автомобилем или другим транспортом.
В данном деле такая мера обеспечения производства по делу были применена к Лапшину А.М. обоснованно, с составлением уполномоченным на то должностным лицом – инспектором ДПС Цыбеновым А.С. протокола об отстранении от управления транспортным средством при наличии у того сведений о том, что Лапшин А.М. непосредственно перед этим управлял автомобилем и у него имеются признаки опьянения.
Действительно, как было установлено из показаний свидетелей, то место, где Лапшин А.М. собственно управлял автомобилем, отличается от того места, где в отношении него был составлен протокол об отстранении от управления транспортным средством, а равно все иные последующие процессуальные документы. Однако это было вызвано объективными обстоятельствами, а именно тем, что инспектор ДПС Цыбенов А.С. не мог покинуть место нахождения ранее задержанного транспортного средства, в связи с чем инспектор ДПС Зайцев Д.И. в одиночку проследовал за автомобилем под управлением Лапшина А.М., после чего доставил такого водителя к инспектору Цыбенову А.С., воссоединившись с напарником. Такие обстоятельства не влекут недопустимости в качестве доказательств документов, составленных при применении мер обеспечения производства по делу, а тем более выводов об отсутствии в действиях Лапшина А.М. события и состава правонарушения.
Указание в протоколе об административном правонарушении места совершения правонарушения как <адрес> не свидетельствует о том, что такое место не установлено. В обжалуемом постановлении мировой судья определил место совершения правонарушения как <адрес>, что согласуется с данными, указанными в протоколе об отстранении от управления транспортным средством. Из показаний сотрудников ГАИ следует, что то место, где Лапшин А.М. начал управлять автомобилем Хонда Одиссей, находилось недалеко от указанного адреса в поле их зрения. Задержан Лапшин А.М. был также вскоре после того, как начал управлять автомобилем, в связи с чем не успел удалиться на какое-то значительное расстояние. Это в целом не противоречит и представленным в материалы дела самим Лапшиным А.М. космоснимкам местности, согласно которым то место, в котором он находился в автомобиле Хонда Одиссей и то, где, по его мнению, находились сотрудники ГАИ, можно преодолеть на автомобиле при движении с разрешенной скоростью за две минуты.
В любом случае, судья приходит к выводу о том, что указание в протоколе об административном правонарушении месте совершения как <адрес> и указание в протоколе об отстранении от управления транспортным средством места управления как <адрес>, не помешало полно и объективно рассмотреть дело, установить все юридически значимые для дела квалификации действий Лапшина А.М. обстоятельства, а также не могло повлечь изменения подсудности дела, поскольку все <адрес> территориально расположено в границах судебного участка № 33 Читинского судебного района Забайкальского края.
Одним из доводов жалобы Лапшина А.М. являлся довод о наличии со стороны сотрудников ГАИ подстрекательства к совершению им правонарушения. Давая им оценку, судья учитывает, что инспектор ДПС Зайцев Д.И. в суде отрицал тот факт, что разрешал Лапшину А.М., находившемуся с признаками опьянения, управлять транспортным средством. Сам Лапшин А.М. не мог не понимать последствия своих действия, достоверно зная о нахождении в состоянии опьянения и требованиях правил дорожного движения прямо запрещающих управлять транспортным средством в состоянии опьянения. Вопреки доводам жалобы, доказательств действий инспектора ДПС, направленных на подстрекательство, склонение и побуждение в прямой или косвенной форме к совершению Лапшиным А.М. противоправных действий, в частности к управлению транспортным средством в состоянии опьянения, в материалы дела не представлено.
Из дела видно, что в своих обращениях в адрес правоохранительных органов Лапшин А.М. указывал на наличие в действиях сотрудника ГАИ признаков состава преступления, предусмотренного статьей 286 Уголовного кодекса РФ (превышение должностных полномочий), ссылаясь на то, что такой сотрудник управлял автомобилем Хонда Одиссей без разрешения собственника. В этой части следственный орган не усмотрел оснований для проведения проверки в порядке статей 144 – 145 УПК РФ, указав, что проверка законности действий должностных лиц не может подменяться инициированием в отношении них уголовного преследования. Со стороны УМВД России по Забайкальскому краю нарушений законодательства сотрудниками ОСБ ДПС Госавтоинспекции также не установлено.
Остальные доводы Лапшина А.М., в том числе о незаконности задержания транспортного средства и помещения его на спец. стоянку без предложения воспользоваться услугой «трезвый водитель», действиях сотрудников ГАИ, которые путем выдоха в фуражку якобы проверяли его знакомого на наличие признаков опьянения, правового значения для дела не имеют и на законность обжалуемого постановления не влияют.
Дело было рассмотрено мировым судьей в отсутствие Лапшина А.М. с соблюдением требований части 2 статьи 25.1 КоАП РФ при наличии данных о его надлежащем уведомлении о времени и месте рассмотрения дела, о чем в материалах дела имеется расписка о вручении Лапшину А.М. судебной повестки. Желая воспользоваться своим правом ходатайствовать о передаче дела по подсудности по месту его жительства, Лапшин А.М. не был лишен реализовать его на стадии рассмотрения дела мировым судьей, однако соответствующего ходатайства не заявил. Это исключает возможность передачи дела по месту жительства лица, в отношении которого ведется производств по делу, на стадии рассмотрения жалобы на постановление.
В ходе рассмотрения жалобы по ходатайству Лапшина А.М. в материалы дела были приобщены копии протокола об отстранении от управления транспортным средством, акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокола о задержании транспортного средства, которые вручались ему при их составлении. Лапшин А.М. ссылался на плохое качество таких копий, не позволившее ему ознакомиться с их содержанием, и нарушившее его право на защиту, а также на то, что копия протокола об административном правонарушении ему вовсе не вручалась.
В части этих доводов, судья учитывает, что протокол об административном правонарушении содержит подпись Лапшина А.М. об ознакомлении с ним и получении его копии. При осведомленности о возбужденном в отношении него деле, о том где и когда такое дело будет рассматриваться, ничто не мешало Лапшину А.М. при необходимости ознакомиться с материалами дела, в том числе с теми документами, качество копий которых его не устраивало. Таким своим правом Лапшин А.М. распорядился по собственному усмотрению.
Само постановление мирового судьи соответствует требованиям статьи 29.10 КоАП РФ, принято с соблюдением сроков давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ для данной категории дел. Нормы материального права применены правильно, наказание назначено с соблюдением положений статьи 4.1 КоАП РФ, с учетом характера совершенного правонарушения, в пределах санкции части 1 статьи 12.8 КоАП РФ в минимальном размере.
Руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, судья
РЕШИЛ:
постановление мирового судьи судебного участка № 33 Читинского судебного района Забайкальского края от 30 июля 2026 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.8 КоАП РФ, в отношении Лапшина А. М. оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.
Решение вступает в законную силу со дня его вынесения, может быть обжаловано и (или) опротестовано в Президиум Забайкальского краевого суда в порядке, предусмотренном статьями 30.12 – 30.14 КоАП РФ.
Судья С.Б.Мигунова