РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
24 июня 2026 года город Ревда Свердловской области
Ревдинский городской суд Свердловской области в составе:
председательствующего судьи Карапетян И.В.
при секретаре судебного заседания Кошелевой А.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-629/2026 по иску общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «ФинТраст» к Гаасу Максиму Анатольевичу о взыскании убытков,
УСТАНОВИЛ:
ООО ПКО «ФинТраст» обратилось в суд с иском к Гаасу М.А. о взыскании убытков в виде кредитной задолженности в размере 115 859,14 руб., а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 4 475,78 руб.
В обоснование требований истец указал, что 20.12.2020 заключен договор уступки прав требований (цессии) № с ДД.ММ.ГГГГ с переходом к ООО «ПКО «ФинТраст» права требования по взысканию задолженности по Кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между Уральский Банк Реконструкции и Развития, и Гаас М.А. Кредитный договор в настоящее время является действующим, никем не оспорен. В соответствии с договором уступки прав (требований) ПАО КБ УБРиР передал ООО «ПКО «ФинТраст» все права требования к должникам, указанным в приложении к 11-2020 от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно договору уступки прав (требований), Гаас М.А. имеет задолженность в размере 141 086,47 руб., что подтверждается Актом приема-передачи прав (требований) от ДД.ММ.ГГГГ к договору уступке прав (требований) 11-2020 от ДД.ММ.ГГГГ. Задолженность на дату подачи данного заявления составляет: 141 086,47 руб., которая состоит из: суммы задолженности по просроченному основному долгу в размере: 115 859,14 руб., процентов в размере: 25 227,33 руб.; комиссии в размере: 0.00 руб.; штрафов в размере: 0.00 руб. Поскольку кредитное соглашение между Уральский Банк Реконструкции и Развития и Гаас М.А. заключено, однако в настоящий момент Заявитель не может предоставить документы, подтверждающие заключение кредитного договора, а соответственно не может требовать восстановления нарушенных прав в рамках взыскания задолженности по кредитному договору, Заявитель считает, что ответчик причинил убытки, которые выражаются в виде утраты денежных средств, выданных ответчику в распоряжение в размере 115 859,14 руб. Факт выдачи денежных средств в размере 115 859,14 руб. по кредитному договору № № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, документами, приложенными к заявлению. В данном случае ООО «ПКО «ФинТраст» понесены убытки в виде реального ущерба. В соответствии заключенным договором уступки прав (требований) № с ДД.ММ.ГГГГ Заявитель является правопреемником Уральский Банк Реконструкции и Развития, и соответственно право взыскания убытков в виде реального ущерба переходит заявителю.
Определением Ревдинского городского суда Свердловской области от 16.04.2026 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ПАО КБ «УБРИР».
Представитель истца ООО ПКО «ФинТраст» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен своевременно и надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, не возражал против рассмотрения дела в порядке заочного производства.
Ответчик Гаас М.С. в судебное заседание также не явился, о месте и времени рассмотрения гражданского дела извещен в соответствии с требованиями статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ходатайством об отложении рассмотрения дела либо о рассмотрении дела по существу в свое отсутствие не обращался. Представил заявление, согласно которому в исковых требованиях просил отказать ввиду истечения срока исковой давности.
Третье лицо ПАО КБ «УБРИР» в судебное заседание также не явилось, о месте и времени рассмотрения гражданского дела извещено в соответствии с требованиями статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Согласно ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин (ч. 1).
В силу ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не предоставлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.
Суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке лиц, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно статьям 1, 9, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации, законом или добровольно принятым обязательством.
Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу ч. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Частями 1 и 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.
В соответствии с пунктом 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.
Согласно статье 820 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.
Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с положениями ст. 30 ФЗ «О банках и банковской деятельности» отношения между Банком России, кредитными организациями и их клиентами осуществляются на основе договоров, если иное не предусмотрено федеральным законом. В договоре должны быть указаны процентные ставки по кредитам и вкладам (депозитам), стоимость банковских услуг и сроки их выполнения, в том числе сроки обработки платежных документов, имущественная ответственность сторон за нарушения договора, включая ответственность за нарушение обязательств по срокам осуществления платежей, а также порядок его расторжения и другие существенные условия договора.
Исходя из положений вышеприведенных правовых норм, учитывая, что из материалов дела следует, что кредитный договор № № утрачен в результате пожара, несоблюдение правил о письменной форме кредитного договора в силу действующего на момент заключения договора законодательства влечет его ничтожность с момента заключения независимо от признания его таковым в судебном порядке (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В материалы дела не представлены какие-либо доказательства соблюдения простой письменной формы кредитного договора и его условий.
Вместе с тем, в материалы дела представлена выписка ПАО КБ «УБРиР» по счету за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ Гаас М.А., были предоставлены денежные средства в размере 170 000,00 руб.
В дальнейшем, как следует из выписки, ответчиком осуществлялось погашение задолженности по кредиту.
Кроме того, суд исходит из следующего.
Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 Гражданского Кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.
В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Учитывая вышеизложенное нормативное регулирование, принимая во внимание предмет исковых требований при обращении с иском о взыскании убытков истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями.
ДД.ММ.ГГГГ ПАО КБ «УБРиР» уступило право требования по кредитному договору ООО «ФинТраст» на основании договора уступки прав требования (цессии) № (л.д. 8-9).
Согласно п. п. 1 и 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.
Как следует из договора уступки прав требования (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ, цедент передает права, возникшие на основании заключенных между Цедентом и физическими лицами кредитных соглашений, а именно: права требования задолженности по уплате сумм основного долга, процентов за пользование кредитом, а также права требования по оплате госпошлины, признанной судом. Данные, идентифицирующие Должников, реквизиты Кредитных договоров, размеры сумм, подлежащих уплате Должниками по Кредитным договорам, указаны в Приложении 1 к Договору.
Исходя из буквального толкования условий договора цессии, заключенного между ПАО КБ «УБРиР» и ООО «ФинТраст», истцу переданы права требования по кредитным договорам, в том числе по кредитному договору, заключенному ПАО КБ «УБРиР» с Гаас М.А., что подтверждается выпиской из приложения №(л.д. 10).
Вместе с тем, ввиду отсутствия условий кредитного договора не представляется возможным установить порядок формирования задолженности, размер начисленных процентов, а также определить действительный размер убытков, которые могли перейти к правопреемнику банка. Следовательно, представленные материалы не позволяют достоверно установить размер убытков, подлежащих взысканию в пользу правопреемника банка.
Исследуя объем и характер прав, перешедших истцу как цессионарию, договор уступки не предполагает уступку цессионарию права требовать взыскания с должника Гааса М.А. убытков, которые возникли при заключении им кредитного договора с первоначальным кредитором, а только образовавшуюся задолженность по кредитному договору и соглашениям по обеспечению данных обязательств.
Таким образом, истцу не были переданы права на возможность взыскания понесенных убытков со стороны первоначального кредитора при заключении кредитного договора между ПАО КБ «УБРиР» и Гаас М.А.
Кроме того, суд принимает во внимание, что истцу необходимо доказать наличие убытков, тогда как первоначальным кредитором он не являлся, требование о взыскании убытков не направлено на защиту его собственного права, поскольку ООО «ФинТраст» лично Гаас М.А. не были перечислены денежные средства по кредитному договору, соответственно причинение убытков действиями ответчика непосредственно истцу судом не установлено.
Истцом не доказана совокупность условий, необходимых для возложения на ответчика ответственности в виде возмещения убытков. Представленный акт о пожаре подтверждает лишь факт утраты документов первоначальным кредитором, однако не свидетельствует о наличии противоправных действий ответчика, причинной связи между действиями ответчика и возникновением убытков, а также размере заявленных убытков. Само по себе отсутствие кредитного досье не прекращает право требования по кредитному обязательству и не является убытком, подлежащим взысканию с ответчика. Риск приобретения права требования при отсутствии необходимых документов относится к предпринимательской деятельности истца.
При изложенных обстоятельствах, иск о взыскании убытков удовлетворению не подлежит.
В ходе рассмотрения дела ответчиком Гаас М.А. заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.
Разрешая заявленное ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности, суд приходит к следующему.
Абзацем 4 пункта 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что по требованиям кредиторов об исполнении обязательств наследодателя, срок исполнения которых наступил после открытия наследства, сроки исковой давности исчисляются в общем порядке.
При этом к срокам исковой давности по требованиям кредиторов наследодателя правила о перерыве, приостановлении и восстановлении исковой давности не применяются; требование кредитора, предъявленное по истечении срока исковой давности, удовлетворению не подлежит (абзац 6 пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании»).
Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен общий срок исковой давности три года.
Согласно п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Гражданским кодексом Российской Федерации и иными законами.
В п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъясняется, что по смыслу п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части.
Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.
Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 3 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств от ДД.ММ.ГГГГ, при исчислении сроков исковой давности в отношении требований о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству, предусматривающему исполнение в виде периодических платежей, применяется общий срок исковой давности. Указанный срок исчисляется отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
При этом днем, когда кредитор был узнать о нарушении своего права, является день внесения очередного платежа, установленный договором.
При пропуске срока, установленного договором для возврата очередной части кредита, именно с этого дня на основании ст. 811 Гражданского кодекса Российской Федерации у кредитора возникает право потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.
Также если кредитным договором предусмотрена ежемесячная уплата процентов за пользование кредитом, то срок исковой давности по требованию кредитора о взыскании задолженности по процентам исчисляется отдельно по каждому ежемесячному платежу с даты просрочки такого платежа.
Срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.
Таким образом, с учетом условия кредитного договора о необходимости внесения заемщиком суммы ежемесячного обязательного платежа при разрешении заявления ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности надлежит исчислить указанный срок отдельно по каждому предусмотренному договором платежу.
В абзаце втором пункта 17 названного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет».
Поскольку кредитный договор в материалы дела не представлен, установить условия исполнения обязательства, в том числе дату наступления обязанности по внесению очередного платежа, не представляется возможным.
Как следует из выписки по счету, предоставленной по запросу суда первоначальным кредитором, последней операцией по счету являлся перевод денежных средств с карты на карту от ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ произведено списание денежных средств в счет погашения ежемесячной комиссии.
При отсутствии кредитного договора и иных доказательств, позволяющих установить срок исполнения обязательства, срок исковой давности подлежит исчислению с даты последнего подтвержденного материалами дела исполнения обязательства, то есть не позднее ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно, трехлетний срок исковой давности истек ДД.ММ.ГГГГ.
Доказательств совершения Гаасом М.А. иных действий, свидетельствующих о признании задолженности после указанной даты, а равно доказательств перерыва либо приостановления течения срока исковой давности, истцом в материалы дела не представлено.
Поскольку с настоящим иском истец обратился в суд после истечения срока исковой давности и ответчиком заявлено о применении исковой давности, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
В силу ст. 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.
Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности по взысканию заявленной суммы в полном объеме.
Факт обращения к мировому судье на иное исчисление срока исковой давности не влияет, поскольку установлено, что обращение истца в 2025 году с заявлением о вынесении судебного приказа было осуществлено также за пределами срока исковой давности.
В силу абз. 2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
О восстановлении срока исковой давности истец не просил.
В соответствии со ст. 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Таким образом, исковые требования ООО ПКО «ФинТраст» удовлетворению не подлежат по основанию пропуска исковой давности.
Поскольку оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, в силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, требования истца о возмещении расходов по оплате государственной пошлины также не подлежат удовлетворению.
Руководствуясь ст.ст. 12, 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «ФинТраст» к Гаасу Максиму Анатольевичу о взыскании убытков, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ревдинский городской суд Свердловской области.
Судья. Подпись: И.В. Карапетян
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>