РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
07 мая 2026 года г. Чита
Читинский районный суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Шокол Е.В., при секретаре Губкиной В.В., с участием и.о. заместителя прокурора Читинского района Ивановой Н.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Кригер Г. Н. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Забайкальскому краю о взыскании морального вреда, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на следующее.
Органами предварительного следствия ОМВД России по Читинскому району в отношении Кригера Г.Н. возбуждено уголовное дело №, обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 260 УК РФ предъявлено Кригер Г.Н, с последующим направлением уголовного дела в суд заместителем прокурора Читинского района.
01.07.2025 приговором Читинского районного суда, законность которого подтверждена апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда от 17.09.2025, по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 260 УК РФ, Кригер Г.Н. признан невиновным и оправдан на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ и п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Этим же приговором за Кригер Г.Н. признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ. Незаконное привлечение Кригера Г.Н. к уголовной ответственности умаляет широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией РФ, и он, как лицо, имеющее право на реабилитацию, во всех случаях испытывал и испытывает нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения ему морального вреда предполагается. Истец, ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности, длительное время находился в состоянии неопределенности относительно исхода уголовного преследования по обвинению в совершении тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до семи лет. В период уголовного преследования Кригер Г.Н. неоднократно давал объяснения, затем допрашивался в качестве подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, участвовал в иных следственных действиях, что нарушило его привычный уклад жизни и создало для него психотравмирующую ситуацию.
Более того, 13.06.2024 истец был задержан органами предварительного следствия в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ с водворением его в изолятор временного содержания УМВД России по г. Чите, а 15.06.2024 Читинским районным судом ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по 12.08.2024, в связи с чем он помещен в СИЗО-1 УФСИН России по Забайкальскому краю, где содержался в течение месяца.
15.07.2024 истцу мера пресечения заключение под стражу изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении, которая отменена только 01.07.2025, при вынесении оправдательного приговора.
Таким образом, истец, учитывая срок задержания и содержания под стражей, на протяжении более месяца был лишен свободы, не имел возможность общаться с семей, знакомыми, заниматься трудовой деятельностью, вести иную привычную повседневную жизнедеятельность.
Кригер Г.Н. является индивидуальным предпринимателем и руководителем крестьянско-фермерского хозяйства (КФХ), расположенного в <адрес>, и без его непосредственного участия хозяйство не может функционировать и приносить доход, от которого зависит материальное благополучие его семьи.
Кроме того, в КФХ трудоустроены работники, заработная плата которым выплачивается при обеспечении доходности хозяйства.
Находясь под стражей в следственном изоляторе, истец не имел возможности организовать работу КФХ и переживал, что его семья, также как и семьи его работников останутся без материального обеспечения в виде заработной платы, что еще более усугубляло его моральные страдания.
На протяжении практически года, то есть с 15.07.2024 по 01.07.2025, в связи с избранием в отношении него меры пресечения сначала в виде заключения под стражу, а затем в виде подписки о невыезде, Кригер Г.Н. был ограничен в свободе передвижения, что также негативно отразилось на его повседневной жизни.
Кригер Г.Н. по месту жительства и осуществления трудовой деятельности в <адрес>, а также на территории муниципального района «Читинский район» всегда имел безупречную репутацию и только положительные характеристики, на протяжении многих лет активно участвовал и участвует по настоящее время в жизни села, имеет множественные благодарственные письма и грамоты.
Следствием незаконного уголовного преследования по тяжкой статье уголовного закона стало появление у Кригера Г.Н. психоэмоциональных переживаний по поводу подрыва его авторитета, репутации честного, добросовестного, законопослушного, ответственного гражданина и профессионала своего дела и возможного появления к нему негативного отношения односельчан, партнеров по бизнесу, представителей власти и иных хозяйствующих субъектов, с которыми он тесно сотрудничал. Просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, судебные расходы в размере 60 000 рублей.
Протокольным определением от 02.04.2026 к участию в деле в качестве третьего лица привлечена Прокуратура Забайкальского края.
В настоящем судебном заседании истец Кригер Г.Н. и его представитель адвокат Лаврухина М.И. исковые требования поддержали и просили удовлетворить.
Представитель ответчика Эбукаева Ю.Б., действующая на основании доверенности, не оспаривая в судебном заседании обоснованность заявленных требований, просила суд снизить размер компенсации морального вреда и судебных расходов, представила письменный отзыв.
Представитель третьего лица – Прокуратуры Забайкальского края, и.о. заместителя прокурора Читинского района Иванова Н.С. полагала требования обоснованными, сумму заявленной компенсации морального вреда просила взыскать с учетом принципа разумности и справедливости.
Представитель третьего лица ОМВД России по Читинскому району - Карелина Л.П., действующая на основании доверенности, представила письменный отзыв на иск, просила в удовлетворении исковых требований отказать, одновременно указав, что в случае, если суд придет к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований, полагают, что указанная сумма компенсации морального вреда значительно завышена, не соответствует принципам разумности и справедливости и подлежит уменьшению.
Суд, заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен ст.ст. 133 - 139, 397 и 399 УПК РФ.
Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям, в том числе по п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).
На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно правовой позиции, сформулированной в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.
В силу положений п.42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.
В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
При определении размера компенсации морального вреда, суду необходимо установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).
В соответствии с пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Следовательно, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.
В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.
Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.
Из представленных суду доказательств установлено следующее.
Как следует из материалов дела, 27 марта 2024 года следователем СО ОМВД России по Читинскому району возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ (незаконная рубка лесных насаждений, совершенная в особо крупном размере), в отношении неустановленного лица, по факту обнаружения на территории квартала 59 выдела 30 Новотроицкого участкового лесничества Верхне-Читинского лесничества незаконной рубки деревьев породы лиственница, общим объемом 207,33 куб.м., деревьев береза, общим объемом 0,608 куб.м., чем причинило лесному фонду ГКУ «Управления лесничествами Забайкальского края» Верхне-Читинское лесничество общий ущерб в размере 1 523 658 руб., что превышает 150 000 рублей и является особо крупным размером.
13.06.2024 в 09 час. 30 мин. по месту жительства Кригера Г.Н. был произведен обыск.
В ходе обыска по адресу: <адрес> по месту жительства Кригера Г.Н. были изъяты три бензопилы и пилорама.
13.06.2024 в 22 час. 25 мин. Кригер Г.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был задержан в качестве подозреваемого.
13.06.2024 в 22 час. 40 мин. Кригер Г.Н. допрошен в качестве подозреваемого с участием защитника. От дачи показаний отказался, на основании ст. 51 Конституции Российской Федерации.
13.06.2024 составлен протокол явки с повинной
15.06.2024 вынесено постановление о привлечении Кригера Г.Н. в качестве обвиняемого по уголовному делу, предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ.
15.06.2024 постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Читинскому района возбуждено перед судом ходатайство об избрании в отношении Кригера Г.Н. меры пресечения в виде заключения под стражу.
Постановлением Читинского районного суда Забайкальского края от 15.06.2024 в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до 12.08.2024.
15.07.2024 постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Читинскому району изменена мера пресечения на подписку о невыезде. На основании указанного постановления мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении Кригера Г.Н. отменена, последний был освобожден из-под стражи.
23.07.2024 Кригер Г.Н. был допрошен и при даче дополнительных показаний вину признал в полном объеме.
Кригер Г.Н. был допрошен дополнительно в качестве обвиняемого 29.10.2024, 14.11.2024 и 16.11.2024.
14.11.2024, 03.12.2024 постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Читинскому району Кригер Г.Н. был привлечен в качестве обвиняемого по ч. 3 ст. 260 УК РФ.
03.12.2024 Кригеру Г.Н. он привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу, предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ.
27.01.2025 Кригеру Г.Н. разъяснены условия выбора порядка судопроизводства. Он и его защитник ознакомлены с материалами уголовного дела.
27.01.2024 было составлено обвинительное заключение и уголовное дело в порядке ст. 220 УПК РФ направлено в прокуратуру Читинского района Забайкальского края.
17.01.2025 утверждено обвинительное заключение заместителем прокурора Читинского района советником юстиции Вальсовым М.Г.
13.02.2025 уголовное дело № направлено в Читинский районный суд Забайкальского края.
Приговором Читинского районного суда Забайкальского края от 01 июля 2025 года Кригер Г.Н. признан невиновным по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, и оправдан п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления (л.д. 19-26).
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда от 17 сентября 2025 года приговор суда от 01 июля 2025 года в отношении Кригера Г.Н. оставлен без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения (л.д. 16-18).
Кригеру Г.Н. признано право на реабилитацию, в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ и разъяснен порядок возмещения имущественного и морального вреда, связанного с его уголовным преследованием по ч. 3 ст. 260 УК РФ, в порядке, предусмотренном, статьями 135-136 УПК РФ.
Поскольку материалами дела достоверно подтверждается и не оспаривается сторонами факт незаконного уголовного преследования в отношении истца по ч. 3 ст. 260 УК РФ, суд приходит к выводу, что Кригеру Г.Н. указанными действиями причинен моральный вред, в связи с чем находит требования обоснованными.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего.
Так, при производстве по уголовному делу Кригер Г.Н. был лишен свободы посредством избрания меры пресечения в виде заключения под стражу с 15.06.2024 по 15.07.2024, то есть в течение месяца.
Как следует из материалов уголовного дела, при наличии оснований подозревать Кригера Г.Н. в совершении инкриминируемого деяния исходя из сделки, заключенной между Кригером Г.Н. и В. на передачу права на заготовку древесины, органы предварительного следствия указывали, что сделка является недействительной, поскольку выделенный В. лес являлся целевым и не мог быть передан другому лицу; вышеуказанная сделка не несет правовых последствий и не свидетельствует о законном приобретении Кригером Г.Н. права на вырубку лесных насаждений, выделенных В.; у самого Кригера Г.Н. отсутствовало оформленное на его имя разрешение на рубку лесных насаждений, поскольку сам он лично с подобным заявлением в лесничество не обращался, договор купли-продажи от своего имени не заключал, следовательно, Кригер Г.Н. произвел незаконную рубку лесных насаждений, выделенных В. для себя лично, используя незаконный договор, заключенный от имени В., - проводимые следственные действия имели своей целью раскрытие преступления, однако следственные действия продолжались около 10 месяцев (с марта 2024 по 17.01.2025 ( до утверждения обвинительного заключения), 13.02.2025-направления дела в суд), рассмотрение дела судом первой инстанции длилось более четырех месяцев, рассмотрено судом в апелляционном порядке 17 сентября 2025, то есть на протяжении одного года и восьми месяцев Кригер Г.Н. был ограничен не только в свободе передвижения, но и в осуществлении трудовой деятельности до конца 2024 года, поскольку он фактически не работал, так как были изъяты бензопилы и пилорама, а договоры, которые были ранее заключены с юридическими лицами (договор № 1 на заготовку древесины от 17.11.2023, заключенный между МБУК «Читинский городской зоопарк» и истцом на выполнение работ до 31.01.2024; договор подряда от 11.03.2024, заключенный между ООО «Кручина» и истцом (сроком проведения работ с 11.03.2024 по 15.04.2024); договор подряда № 2 от 03.05.2024, заключенный между ООО «Кручина» и истцом (сроком проведения работ с 03.05.2024 по 01.08.2024), не выполнены, следовательно, истец объективно лишился работы и был лишен постоянного дохода до конца 2024 года.
Данные обстоятельства подтверждаются бухгалтерской справкой, представленной бухгалтером КФХ Кригер Г.Н. из которой следует, что по состоянию на 2024 года с момента задержания истца – июнь 2024 года и до конца 2024 года КФХ дохода не имело.
Как пояснил истец в судебном заседании, указанные договоры на заготовку древесины, были выполнены позже, заказчики готовы были ждать, в ходе судебного следствия были изъяты четыре бензопилы, пилорама, следовательно, рабочие не могли выполнять работу, и были лишены заработка.
Как установлено судом, четыре бензопилы возвращены истцу 11 ноября 2024 года, что подтверждается распиской от 11.11.2024 (угол. дело т. 4 л.д. 163).
Умаление прав человека незаконным уголовным преследованием, а, следовательно, претерпевание гражданином нравственных страданий в результате такового является очевидным.
При этом суд учитывает, что применение меры, направленной на ограничение свободы лица посредством задержания и помещения в изолятор временного содержания, а затем и в следственный изолятор, является наиболее строгой из предусмотренных уголовно-процессуальным законом, ограничивает лицо в праве на свободное передвижение, общение с близкими, также суд принимает во внимание, что Кригер Г.Н. подозревался в совершении тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до семи лет.
Кроме того, доводы истца о том, что находясь под стражей в следственном изоляторе, истец не имел возможности организовать работу КФХ и переживал, что его семья, также как и семьи его работников останутся без материального обеспечения в виде заработной платы, подтверждены материалами дела и обоснованы. Как следует из материалов дела, истец является индивидуальным предпринимателем и руководителем крестьянско-фермерского хозяйства (КФХ), расположенного в <адрес>, и безусловно, без его непосредственного участия хозяйство не может функционировать и приносить доход, от которого зависит материальное благополучие его семьи.
При таких обстоятельствах, судом учитывается степень нравственных и физических страданий истца, в том числе суд исходит из того, что наличие таковых при незаконном уголовном преследовании предполагается и проявляется в психологических переживаниях, вызванных опасением необоснованного привлечения к уголовной ответственности, в данном случае в назначении в последующем наказания, связанного с лишением свободы на длительный срок, фактическим ограничением свободы истца при задержании и помещении под стражу, в связи с чем необходимостью вынуждено претерпевать связанные с этим обстоятельством лишения, обусловленные невозможностью вести привычный образ жизни, длительность уголовного преследования, степень и глубину нравственных переживаний истца -следствием незаконного уголовного преследования по тяжкой статье уголовного закона стало появление у Кригера Г.Н. психоэмоциональных переживаний по поводу подрыва его авторитета, репутации честного, добросовестного, законопослушного, ответственного гражданина и профессионала своего дела, что подтверждается многочисленными благодарственными письмами, характеристиками, представленными в материалы дела, и возможного появления к нему негативного отношения односельчан, партнеров по бизнесу, представителей власти и иных хозяйствующих субъектов, с которыми он тесно сотрудничал. Безусловно, истец испытал огромный стресс, все это время находился в психотравмирующем эмоциональном состоянии, от которого не отошел до настоящего времени, сильно переживая за свое будущее, на которое могло повлиять наличие у него судимости, отразиться на благополучии его семьи.
Оценив в совокупности представленные по делу доказательства, с учетом принципа разумности и справедливости, учитывая степень нравственных страданий истца, обусловленных незаконным уголовным преследованием, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований частично и взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 650 000 рублей.
Размер заявленной истцом компенсации морального вреда в сумме 2 000 000 рублей с учетом установленных обстоятельств, суд находит завышенным.
Присужденная сумма компенсации морального вреда соответствует принципу разумности и справедливости, именно такая сумма компенсации будет соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда истцу, а также обеспечит баланс частных и публичных интересов, принимая во внимание, что выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не должна нарушать права других категорий граждан, учитывая, что бюджет Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством, в том числе, за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного органами государственными власти, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ.
Рассматривая требования о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.
Статья 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относит, в том числе суммы на оплату услуг представителей.
Согласно положениям ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.
В силу положений ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В соответствии с п. п. 11 и 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
В обоснование несения судебных расходов истцом представлено соглашение об оказании юридической помощи от 20.12.2025, по условиям которого адвокат Лаврухина М.И. приняла на себя обязательство по ведению в интересах истца гражданского дела о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием.
Стоимость услуг согласована сторонами в сумме 60 000 рублей, которые уплачены истцом в полном объеме, что подтверждается квитанцией № 30215 от 12.12.2025.
Факт исполнения обязательств адвокатом находит свое подтверждение материалами дела, в частности участием представителя в судебных заседаниях, подготовке искового заявления.
Ответчиком заявлено о чрезмерности истребуемых судебных расходов.
Принимая во внимание категорию спора, которое необходимо отнести к не сложным делам, количество судебных заседаний (четыре) и участие в нем представителя (в трех), качество и объем выполненных представителем работ, представление доказательств в обоснование позиции истца, суд приходит к выводу о том, что в соответствии со ст. ст. 94, 98, 100 ГПК РФ, требования подлежат удовлетворению частично - в размере 45 000 рублей, отвечающими требованиям разумности и справедливости.
Учитывая изложенное, исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению.
Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН 7710168360) за счет казны Российской Федерации в пользу Кригер Г. Н., <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 650 000 рублей, судебные расходы в сумме 45 000 рублей.
В остальной части требований отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Забайкальский краевой суд путем подачи жалобы через Читинский районный суд Забайкальского края.
Судья Шокол Е.В.
Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 04 июня 2026 года.