РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
10 февраля 2026 г. г. Таштагол
Таштагольский городской суд Кемеровской области в составе:
судьи Гончалова А.Е., при секретаре Тодышевой А.В., с участием представителя истца Никулиной М.А. - Лесных М.П., представителя ответчиков ООО «Специализированный застройщик «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «Специализированный застройщик «УГМК-Застройщик» Рязановой Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Никулиной М.А. к ООО «Специализированный застройщик «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «Специализированный застройщик «УГМК-Застройщик», Никулину Д.С. о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,
УСТАНОВИЛ:
Никулина М.А. обратился в суд с иском к ООО «Специализированный застройщик «УГМК-ШЕРЕГЕШ» (далее ООО «СЗ «УГМК-ШЕРЕГЕШ»), ООО «Специализированный застройщик «УГМК-Застройщик» (далее ООО «СЗ «УГМК-Застройщик»), Никулину Д.С. о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок.
Требования мотивированы тем, что между ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ» и ООО «СК «УГМК-Застройщик» заключен Инвестиционный договор № от ДД.ММ.ГГГГ Согласно п. 1.1 Инвестиционного договора Застройщик осуществляет строительство Объекта недвижимости на земельном участке с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты> кв.м., расположенном по адресу: <адрес>. Согласно п. 2.1 Инвестиционного договора Застройщик обязуется в предусмотренный Договором срок с привлечением подрядных организаций построить Объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию Объекта недвижимости передать соответствующий Результат инвестиционной деятельности Инвестору, а Инвестор обязуется внести инвестиционные платежи согласно Договору и принять Результат инвестиционной деятельности в соответствии с условиями Договора. Согласно Приложению № к Инвестиционному договору предметом инвестиционной деятельности является нежилое помещение №, площадь <данные изъяты> кв.м., этаж 6. Согласно п. 4.1 Инвестиционного договора Стороны договорились, что размер денежных средств (объем инвестирования), подлежащих внесению Инвестором для строительства Объекта инвестиционной деятельности в рамках инвестиционного проекта, определяется как произведение стоимости одного квадратного метра площади Объекта инвестиционной деятельности, подлежащего передаче Инвестору, и общей площади Объекта инвестиционной деятельности, что составляет 15225000 руб., исходя из стоимости за 1 кв.м., согласно п. 4.2 Договора, в том числе налоги, предусмотренные действующим законодательством РФ и включает вознаграждение Застройщика по Договору, в том числе НДС 20%, в размере, предусмотренном п. 4.6 и п. 4.6.1 Договора. Затем между ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «СК «УГМК-Застройщик» и Никулиным Д.С. заключен Договор № об уступке права требования и о переводе долга от ДД.ММ.ГГГГ Согласно абз. 2 п. 2.1. Договора уступки стоимость переданных прав по Инвестиционному договору составляет 175 руб. В силу п. 1.1 Договора уступки Цедент передает Цессионарию, а Цессионарий принимает в собственность все права (право требования) и обязанности по Инвестиционному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в полном объеме, заключенному между Застройщиком и Цедентом (Инвестором), уступаемое право - право требования от Застройщика построить Объект недвижимости с использованием средств Инвестора и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию Объекта недвижимости (объект капитального строительства в соответствии с проектной документацией: «Комплекс апартаментов со встроенно-пристроенными помещениями общественного назначения (блок №) в границах спортивно-туристического комплекса <адрес> по проекту «Многофункциональная застройка в границах спортивно-туристического комплекса <адрес>) и передать Результат инвестиционной деятельности Инвестору. Фактически указанным Договором уступки произошла замена стороны в Инвестиционном договоре. В последующем между Никулиным Д.С. и ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ» заключено Дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ В соответствии с п. 2 Дополнительного соглашения - п. 4.1 Инвестиционного договора изложить в следующей редакции: Стороны договорились, что размер денежных средств (объем инвестирования), подлежащих внесению Инвестором для строительства Объекта инвестиционной деятельности в рамках инвестиционного проекта, определяется как произведение стоимости одного квадратного метра площади Объекта инвестиционной деятельности, подлежащего передаче Инвестору, и общей площади Объекта инвестиционной деятельности, что составляет 19098364,81 руб., исходя из стоимости за 1 кв.м., согласно п. 4.2 Договора, в том числе налоги, предусмотренные действующим законодательством РФ и включает вознаграждение Застройщика по Договору, в том числе НДС 20%, в размере, предусмотренном п. 4.6 и п. 4.6.1 Договора.
Истец отмечает, что указанные соглашения заключены без получения нотариально удостоверенного согласия истца в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации.
Между Никулиным Д.С. и Никулиной М.А. зарегистрирован брак ДД.ММ.ГГГГ, который по состоянию на настоящий день не расторгнут.
С учетом существа фактически сложившихся отношений, данные правоотношения подлежат квалификации именно как договор участия в долевом строительстве.
Сопоставление условий Инвестиционного договора, его предмета, экономической цели и механизма исполнения свидетельствует о том, что данный договор направлен на привлечение денежных средств Никулина Д.С. для строительства объекта недвижимости с последующей передачей ему результата строительства - нежилого помещения. Фактически договор предусматривает внесение денежных средств в финансирование строительства, определяет конкретный объект, подлежащий передаче инвестору, и закрепляет у него право на получение результата строительства после ввода объекта в эксплуатацию.
Таким образом, оспариваемые сделки относятся к категории сделок, подлежащих государственной регистрации, что подтверждает необходимость соблюдения предусмотренного законом порядка их заключения.
В данном случае Инвестиционный договор и последующая уступка права требования, а также дополнительное соглашение по своей правовой природе являются сделками, подпадающими под регулирование Федерального закона № 214-ФЗ, значит, требуют обязательной государственной регистрации и нотариального согласия второго супруга, что прямо предусмотрено п. 3 ст. 35 СК РФ.
С учетом изложенного, дальнейшее сохранение действия указанных договоров нарушает имущественные интересы Никулиной М.А. и влечет необоснованное ограничение ее прав на общее имущество супругов.
Таким образом, на сделки, подлежащие обязательной государственной регистрации, необходимо получение нотариально удостоверенного согласия другого супруга, которого в настоящем случае получено не было, в связи с чем, супруг вправе требовать признание указанных сделок недействительными.
В связи с чем, с учетом уточнённых требований истец просит суд признать недействительным Договор № об уступке права требования и о переводе долга от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «СК «УГМК-Застройщик» и Никулиным Д.С., применить последствия недействительности сделки - взыскать с ООО «СК «УГМК-Застройщик» денежные средства в размере 175 руб. в пользу Никулина Д.С. в общую совместную собственность супругов; признать недействительным Инвестиционный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, а также заключенное в соответствии с ним Дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ, между ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ» и Никулиным Д.С., применить последствия недействительности сделки - взыскать с ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ» денежные средства в размере 19098364,81 руб. в пользу Никулина Д.С. в общую совместную собственность супругов; взыскать солидарно с ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «СК «УГМК-Застройщик» и Никулина Д.С. в пользу Никулиной М.А. государственную пошлину за подачу искового заявления в размере 122844 руб. (л.д.2-5, 110).
В судебное заседание истец Никулина М.А. не явилась, извещена надлежаще.
Представитель истца Никулиной М.А. - Лесных М.П., действующая на основании доверенности, в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала, настаивая в их удовлетворении.
Кроме того, в судебном заседании представитель истца Никулиной М.А. - Лесных М.П. приобщила письменные возражения на отзыв ответчиков. Из которых следует, что довод ответчиков, что спорные правоотношения являются исключительно инвестиционными, основан на формальном наименовании договора, что противоречит фактическому содержанию правоотношений, условиям договора. Действие Федерального закона №214-ФЗ распространяется также на отношения, возникшие при совершении, начиная с указанной выше даты, сделок по привлечению денежных средств граждан иными способами, в частности, договоров об инвестировании строительства многоквартирного жилого дома или иного объекта недвижимости в случаях, если судом с учетом существа фактически сложившихся отношений установлено, что сторонами действительно имелся в виду договор участия в долевом строительстве. Сопоставление условий Инвестиционного договора, его предмета, экономической цели и механизма исполнения свидетельствует о том, что договор направлен на привлечение денежных средств Никулина Д.С. для строительства объекта недвижимости с последующей передачей ему результата строительства - нежилого помещения. Указанная совокупность условий полностью соответствует конструкции договора участия в долевом строительстве. Кроме того, утверждение ответчиков, что использование помещения предполагается «для извлечения прибыли», является несостоятельным по следующим основаниям. Из содержания Федерального закона №214-ФЗ следует, что объектом долевого строительства может являться не только жилое, но и нежилое помещение, подлежащее передаче участнику долевого строительства после завершения строительства и ввода объекта в эксплуатацию. Следовательно, сам по себе нежилой статус спорного помещения не исключают квалификацию соответствующих правоотношений как отношений участия в долевом строительстве и не препятствуют применению к ним положений Федерального закона №214-ФЗ. Кроме того, в соответствии с положениями Приложения № к Инвестиционному договору № от ДД.ММ.ГГГГ установлен порядок и цели использования апартаментов, расположенных в составе Гостиничного комплекса. Указанным Приложением предусмотрено, что ведение любой коммерческой деятельности в апартаментах, а также на территории Гостиничного комплекса не допускается. Запрет сформулирован без указания на возможные исключения либо специальные условия, при которых использование апартаментов в предпринимательских целях могло бы быть разрешено. Одновременно в Приложении № прямо определена цель использования апартаментов, которая ограничена проживанием либо передачей апартаментов в аренду для проживания третьих лиц. Иные варианты использования апартаментов условиями Инвестиционного договора и его Приложений не предусмотрены. Таким образом, из содержания Приложения № следует, что апартаменты не предназначены для ведения коммерческой либо предпринимательской деятельности и могут использоваться исключительно в целях проживания, что опровергает доводы ответчиков о коммерческой цели. Ответчики указывают, что Истцом якобы не представлены надлежащие и достоверные доказательства нахождения в зарегистрированном браке с Никулиным Д.С. на момент заключения оспариваемых договоров. В обоснование данной позиции ответчики ссылаются на положения ст. 47 ГК РФ, согласно которым заключение брака подлежит государственной регистрации в органах записи актов гражданского состояния. При этом ответчики отмечают, что подтверждение факта государственной регистрации брака, а также отсутствия его прекращения или расторжения возможно исключительно посредством представления справки установленной формы. Из справки о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной органом записи актов гражданского состояния, следует, что брак между Никулиным Д.С. и Никулиной М.А. зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, не прекращен и не расторгнут, в том числе на момент заключения оспариваемых договоров, и продолжает существовать по настоящее время. Факт нахождения Истца в зарегистрированном браке на момент заключения оспариваемых договоров подтвержден. Согласно п. 3.2.1 Инвестиционного договора, заключенного первоначально между ООО «СК «УГМК-Застройщик» и ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ», инвестор обязан при подписании Договора уступки права требования к Договору, а также любых изменений и дополнений к нему, с учетом условий, предусмотренных п. ДД.ММ.ГГГГ Договора, передать Застройщику договор уступки права требования. При передаче прав по Договору физическому лицу нотариально заверенное согласие супруги (супруга), его на заключение Договора уступки прав требования, а также любых изменений и дополнений к нему. Согласно п. ДД.ММ.ГГГГ Инвестиционного договора инвестор может уступить право требования по Договору только с письменного согласия Застройщика. То есть на первоначальную сторону договора (ООО «СК «УГМК-Застройщик») возлагалась обязанность по получению нотариально заверенного согласия супруги (супруга) при заключении Договора уступки прав требования и любых изменений к нему, и передаче его ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ». Из материалов дела следует, что ни ООО «СК «УГМК-Застройщик», ни ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ» не запросили нотариально заверенного согласия супруги Никулина Д.С. Будучи профессиональными участниками рынка недвижимости, ответчики были обязаны предпринять все необходимые действия для получения таких сведений и удостовериться в их наличии, однако указанного сделано не было. Таким образом, на первоначальную сторону договора (ООО «СК «УГМК-Застройщик») возлагалась обязанность по получению нотариально удостоверенного согласия супруги при заключении Договора уступки права требования и любых изменений к нему, а также по передаче указанного согласия ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ». Из материалов дела следует, что ни ООО «СК «УГМК-Застройщик», ни ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ» нотариально удостоверенное согласие супруги Никулина Д.С. не запрашивали, иное материалами дела не подтверждается. При этом ответчики, являясь профессиональными участниками рынка недвижимости, обязаны были предпринять все разумные и зависящие от них действия для установления юридически значимых обстоятельств сделки, в том числе - семейного положения физического лица, приобретающего право требования. ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» отмечает, что истец самостоятельно внесла денежные средства по оспариваемому ей Договору об уступке права требования и о переводе долга № в размере 1540000 руб. Прежде всего, внесение истцом денежных средств было осуществлено по поручению Никулина Д.С., как супруга, в рамках исполнения его обязательств, без доведения до истца информации о правовой природе конкретной сделки, ее квалификации и юридических последствиях. Истец не являлась стороной переговоров, не подписывала оспариваемые договоры и не была надлежащим образом уведомлена о том, по какому именно договору производится платеж и какие права и обязанности он порождает. Само по себе техническое осуществление платежа по просьбе супруга не свидетельствует о воле истца на одобрение сделки, тем более о выражении согласия на ее заключение. Просит суд удовлетворить требования в полном объеме.
Представитель ответчиков ООО «Специализированный застройщик «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «Специализированный застройщик «УГМК-Застройщик» Рязанова Е.В., действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, просила в иске отказать.
Кроме того, представителем ООО «Специализированный застройщик «УГМК-Застройщик» и ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» направлен в суд отзыв на исковое заявление, из которого следует, что истец считает, что ввиду отсутствия ее нотариально заверенного согласия на заключение вышеуказанных сделок, она как супруга Никулина Д.С. в соответствии со ст. 35 Семейного кодекса РФ имеет право на признание их недействительными. ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» с заявленными исковыми требованиями не согласно, считает их необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. Между ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» и ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» в соответствии с ФЗ от 25.02.1999 № 39-Ф3 «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» заключен Инвестиционный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, который в силу закона не подлежит государственной регистрации. Так как Инвестиционный договор заключен между двумя юридическими лицами, положения пункта 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ к нему неприменимы. Согласно Инвестиционному договору ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» обязался в предусмотренный Договором срок с привлечением подрядных организаций построить Объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию Объекта недвижимости передать соответствующий Результат инвестиционной деятельности Инвестору, а Инвестор обязуется внести инвестиционные платежи согласно Договору и принять Результат инвестиционной деятельности в соответствии с условиями Договора. Инвестиционный договор предусматривает строительство объекта инвестиционной деятельности (нежилого помещения) в гостиничном комплексе (комплексе апартаментов), на земельном участке с кадастровым номером №, с назначением - гостиничное обслуживание. Согласно условиям Инвестиционного договора, объект инвестиционной деятельности - нежилое помещение в гостиничном комплексе, презюмируется использовать в коммерческих целях для извлечения прибыли, путем передачи в аренду третьим лицам для временного проживания. В дальнейшем ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» уступило право требования по Инвестиционному договору Никулину Д.С. путем заключения договора об уступке права требования и о переводе долга № от ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, по договору уступки права требования и о переводе долга № от ДД.ММ.ГГГГ все требования и долг ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» по Инвестиционному договору переданы Никулину Д.С. При этом ни предмет, ни условия договора не поменялись, следовательно оснований для квалификации его в качестве договора участия в долевом строительстве не имеется. При заключении договора об уступке права требования Никулин Д.С. руководствовался интересами извлечения прибыли из использования объекта инвестиционной деятельности, что также подтверждается заключением ДД.ММ.ГГГГ Никулин Д.С. Дополнительного соглашения № к Инвестиционному договору, предполагающего дополнительную отделку помещения в соответствии с общей концепцией гостиничного комплекса в качестве гостиничного номера и свидетельствует о целях использования помещения для извлечения прибыли. На основании изложенного, Инвестиционный договор, даже при условии замены стороны по Договору об уступке права требования не регистрируется, следовательно, к нему неприменимы положения пункта 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ. Требование истца, относительно признания недействительным Инвестиционного договора неисполнимы ввиду того, что изначально стороной Инвестиционного договора Никулин Д.С. не являлся. Требования истца о признании недействительным Инвестиционного договора в настоящем случае противоречат положениям гражданского законодательства и основаны на неверном применении норм права в отношении последствий недействительности сделок - реституции. Таким образом, в случае если судом будет признан недействительным договор уступки права обратно стороной Инвестиционного договора становится ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» с возвратом всех обязанностей и прав. Истцом не предоставлено достаточных доказательств нахождения в зарегистрированном браке с Никулиным Д.С. на момент заключения оспариваемых договоров, а также, что сделки были заключены без ее согласия, и не в интересах семьи, а также что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки. В случае оспаривания действий, совершенных одним из супругов по распоряжению общим имуществом, применительно к положениям п. 2 ст. 35 СК РФ бремя доказывания обстоятельств распоряжения имуществом без согласия другого супруга, а также факта того, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки, лежит на стороне, оспаривающей указанные обстоятельства, что не выполнено истцом. Истцом не предоставлено достаточных доказательств нахождения в зарегистрированном браке с Никулиным Д.С. на дату заключения Договора № об уступке права требования и о переводе долга. ДД.ММ.ГГГГ Истец самостоятельно внесла денежные средства по оспариваемому ей Договору об уступке права требования и о переводе долга № в размере 1540000 руб., из чего следует, что истец знала о заключенных Договорах и своими конклюдентными действиями дала согласие на их исполнение, а следовательно и заключение (Платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ). Учитывая, что истцом не предоставлено достоверных доказательств факта наличия зарегистрированного брака с Никулиным Д.С. на момент совершения оспариваемых сделок, не предоставлено доказательств, что ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» знал или заведомо должен был знать о несогласии другого супруга на совершение сделки, а кроме того истец самостоятельно вносил платежи по оспариваемому договору, требования истца считает необоснованными и неподлежащими удовлетворению. Просит в удовлетворении исковых требований Никулиной М.А. отказать в полном объеме (л.д.79-81).
Кроме того, в судебном заседании представителем ответчика предоставлен еще отзыв, в котором указал, что ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» с заявленными исковыми требованиями не согласно, считает их необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Между ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» и ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» в соответствии с ФЗ от 25.02.1999 №39-Ф3 «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» заключен Инвестиционный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, который в силу закона не подлежит государственной регистрации. В то же время, между ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» и <данные изъяты> в соответствии с Федеральным законом от 25.02.1999 №39-Ф3 «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» и Законом РСФСР N1488-1 от 26 июня 1991 года «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» (в части не противоречащему Федеральному закону №39-Ф3) заключены именно Инвестиционные договоры, предполагающие извлечение прибыли из использования Инвестором результата инвестиционной деятельности. Согласно Договорам ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» обязался в предусмотренный Договором срок с привлечением подрядных организаций построить Объекты недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию Объектов недвижимости передать соответствующие Результаты инвестиционной деятельности Инвестору, а Инвестор обязуется внести инвестиционные платежи согласно Договорам и принять Результаты инвестиционной деятельности в соответствии с условиями Договора. По Договору № Объектом недвижимости является - объект капитального строительства в соответствии с проектной документацией: «Комплекс апартаментов со встроенно-пристроенными помещениями общественного назначения (блок №) в границах спортивно-туристического комплекса <адрес> по проекту «Многофункциональная застройка в границах спортивно-туристического комплекса <адрес>. Застройщик осуществляет строительство на земельном участке с кадастровыми номером №. В соответствии с данными, содержащимися в ЕГРН виды разрешенного использования данного земельного участка - Гостиничное обслуживание (Приложение № к отзыву). Исходя из вышеуказанного Договор предусматривает строительство объектов инвестиционной деятельности (нежилого помещения) в гостиничном комплексе (комплексе апартаментов) и не содержит ссылок о том, что помещения приобретается Истцом исключительно для личных, семейных, домашних или иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Исходя из документов на земельный участок, на котором производится строительство туристического комплекса, следует, что вид его разрешенного использования - «Гостиничное обслуживание». Полезный эффект от инвестиционной деятельности Истца обладает качествами не свойственными товару, приобретаемому исключительно для личных, семейных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, по своему функциональному назначению предназначен для туризма и извлечения предпринимательской выгоды из предоставления помещений для временного проживания в них, а не для личного или семейного проживания, что подразумевает извлечение прибыли от результата такой инвестиционной деятельности. Таким образом, при заключении Договоров истец руководствовался целью извлечения предпринимательской выгоды из предоставления помещений для временного проживания в них иных лиц. Исходя из изложенного, между истцом и ответчиком заключены именно договоры инвестирования, в связи с чем, к правоотношениям, возникшим на их основании, должны применяться нормы Федерального закона №-Ф3 «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений», а нормы ФЗ-214 в настоящем случае неприменимы. Довод истца, что в Приложении к Инвестиционному договору содержится указание, что ведение любой коммерческой деятельности в апартаментах и на территории Гостиничного комплекса запрещено, не относится к использованию апартаментов в качестве источника прибыли, а только запрещает обустройство в апартаментах каких либо иных коммерческих проектов (салон красоты, студия, офис и т.д.), кроме сдачи их для проживания отдыхающих. Как указано далее в Приложении № - Цель использования апартаментов - проживание или сдача в аренду для проживания третьих лиц. Все это свидетельствует о действительной воле истца при заключении Инвестиционного договора. Относительно доводов истца, что на ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» возлагалась обязанность по получению нотариально удостоверенного согласия супруги по заключению, сделки хотели бы отметить, что данное противоречит действующему законодательству. ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш», также как и ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» являются добросовестными участниками правоотношений и не обязаны были получать согласие, не требуемое законом, кроме того: С ДД.ММ.ГГГГ вступили в силу изменения, внесенные Федеральным законом от 14 июля 2022 года N310-ФЗ (далее Закон N310-ФЗ), в результате которых предписания абз. 2 п. 3 ст. 35 СК РФ были дополнены ссылкой на ст. 173.1 ГК РФ. Таким образом, в актуальной редакции рассматриваемая норма звучит следующим образом: «Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, по правилам статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации». п. 2 ст. 173.1 ГК РФ гласит, что «поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица... может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа». Таким образом, для признания указанных сделок недействительными требуется совпадение двух факторов: 1. отсутствие согласия супруга, когда такое согласие требуется и 2. то, что другая сторона знала или должна была знать об отсутствии такого согласия на момент совершения сделки. В настоящем случае обе стороны сделки ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш», также как и ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» являются добросовестными участниками сделки. ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» и ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» не могли исходить из того, Никулина М.А. была против заключения сделок Никулиным Д.С. Как добросовестные участники гражданского оборота они заключили сделку с Никулиным Д.С., для которой не требуется получение нотариального согласия супруги, так как это противоречит законодательству РФ. Кроме того, ООО «СЗ «УГМК-Шерегеш» и ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» все обязательства по договорам соблюдаются надлежащим образом: по договору уступки права требования все обязательства исполнены, по Инвестиционному договору нежилое помещение готовится к передаче собственнику, строительство объекта недвижимости завершено, что подтверждается разрешением на ввод объекта в эксплуатацию от ДД.ММ.ГГГГ №. Просит суд в удовлетворении исковых требований Никулиной М.А. отказать в полном объеме.
Ответчик Никулин Д.С. в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, о причинах своей неявки не известил, извещен судом надлежаще.
Выслушав представителей, обсудив возражения ответчиков, изучив письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему выводу.
Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как следует из п. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
Согласно п. 1 ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
В соответствии со ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (часть 1).
При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (часть 2).
Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.
Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, по правилам статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть 3).
Согласно ч. 3 ст. 253 ГК РФ каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.
В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (часть 1).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (часть 2).
Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (часть 4).
В суде установлено судом, что истец Никулина М.А. и ответчик Никулин Д.С. состоят в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, брак между сторонами не расторгнут, что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ, справкой о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.20).
ДД.ММ.ГГГГ между ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ» и ООО «СК «УГМК-Застройщик» заключен Инвестиционный договор №, согласно которому последний обязался в предусмотренный договором срок с привлечением подрядных организаций построить объект недвижимости - нежилое помещение №, площадь <данные изъяты> кв.м., этаж 6, на земельном участке с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты> кв.м., расположенном по адресу: <адрес>, и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию объекта недвижимости передать соответствующий результат инвестиционной деятельности инвестору, а инвестор обязался внести инвестиционные платежи согласно договору и принять результат инвестиционной деятельности в соответствии с условиями договора (л.д.28-41).
ДД.ММ.ГГГГ между ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «СК «УГМК-Застройщик» и Никулиным Д.С. заключен Договор № об уступке права требования и о переводе долга, согласно которому ООО «СК «УГМК-Застройщик» передал, а Никулин Д.С. принял в собственность все права (право требования) и обязанности по Инвестиционному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в полном объеме, заключенному между Застройщиком и Цедентом (Инвестором), уступаемое право - право требования от застройщика построить объект недвижимости с использованием средств инвестора и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию объекта недвижимости (объект капитального строительства в соответствии с проектной документацией: «Комплекс апартаментов со встроенно-пристроенными помещениями общественного назначения (блок №) в границах спортивно-туристического комплекса <адрес> по проекту «Многофункциональная застройка в границах спортивно-туристического комплекса <адрес>) и передать результат инвестиционной деятельности инвестору (л.д.24-26).
Согласно абз. 2 п. 2.1. Договора уступки стоимость переданных прав по Инвестиционному договору составляет 175 руб., которые перечислены Никулиным Д.С. на счет ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» (л.д.46).
В рамках исполнения вышеуказанного договора ответчиком Никулиным Д.С. перечислены денежные средства на счет ООО «СЗ «УГМК-ШЕРЕГЕШ» в размере 2000000 руб. (чек по операции от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.27), 6999999 руб. (платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.42)) и 80001 руб. (чек по операции от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.22).
Кроме того, за ответчика Никулина Д.М. истцом Никулиной М.А. перечислены денежные средства на счет ООО «СЗ «УГМК-ШЕРЕГЕШ» в размере 4605000 руб., что подтверждается чеком по операции от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.13), а также в размере 1540000 руб., что следует из чека по операции от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.12).
В последующем между Никулиным Д.С. и ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ» заключено Дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому стороны договорились, что размер денежных средств (объем инвестирования), подлежащих внесению инвестором для строительства объекта инвестиционной деятельности в рамках инвестиционного проекта, определяется как произведение стоимости одного квадратного метра площади объекта инвестиционной деятельности, подлежащего передаче инвестору, и общей площади объекта инвестиционной деятельности, что составляет 19098364,81 руб., исходя из стоимости за 1 кв.м., согласно п. 4.2. договора, в том числе налоги, предусмотренные действующим законодательством РФ и включает вознаграждение застройщика по договору, в том числе НДС 20%, в размере, предусмотренном п. 4.6 и п. 4.6.1 договора (п.4.1). Стоимость строительно- монтажных работ по устройству чистовой отделки одного квадратного метра площади объекта инвестиционной деятельности составляет 99828,99 руб. (п.4.2.1). В связи с увеличением объема инвестирования, инвестор перечисляет застройщику доплату в счет инвестиционных платежей в размере 3873364,81 руб., согласно графика платежей: ДД.ММ.ГГГГ - 1936682,81 руб., ДД.ММ.ГГГГ - 968341 руб., ДД.ММ.ГГГГ - 968341 руб. (л.д.16-18).
В рамках исполнения вышеуказанного дополнительного соглашения Никулиным Д.С. перечислены денежные средства на счет ООО «СЗ «УГМК-ШЕРЕГЕШ» в размере 1936682,81 руб. (квитанция о переводе на счет в другой банк от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.45), 968 341 руб. (квитанция о переводе на счет в другой банк от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.19), 968 341 руб. (квитанция о переводе на счет в другой банк от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.23).
Согласно предоставленных в судебном заседании представителем ответчика выписке ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ следует, что земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, принадлежит на праве аренды ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ», имеет вид разрешенного использования - гостиничное обслуживание.
Также ДД.ММ.ГГГГ ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ» выдано разрешение на ввод в эксплуатацию объекта - нежилого здания, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенного на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: <адрес>.
В соответствии со ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора (часть 1). Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами (часть 2).
В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 25.02.1999 №39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений», инвестиции представляют собой денежные средства, ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, иные права, имеющие денежную оценку, вкладываемые в объекты предпринимательской и (или) иной деятельности в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта; инвестиционная деятельность - вложение инвестиций и осуществление практических действий в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта.
Поскольку, заключенный между ответчиками договор инвестирования № от ДД.ММ.ГГГГ (как и последующий заключенный договор уступки № от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительное соглашение к нему от ДД.ММ.ГГГГ) предусматривает строительство нежилых помещений - комплекса апартаментов в границах спортивно-туристического комплекса «Шерегеш» на земельном участке, предназначенном для ведения гостиничной деятельности, то есть предполагает извлечение предпринимательской выгоды путем предоставления помещений для временного проживания граждан, следовательно, правоотношения, возникшие при заключении вышеуказанного договора, по мнению суда, подлежат регулированию в рамках Федерального закона от 25.02.1999 №39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений», в связи с чем, указанный договор не требует государственной регистрации.
Согласно абз. 1 п. 3 ст. 35 СК РФ супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, по правилам статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии со ст. 173.1 ГК РФ, сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность (часть 1).
Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (часть 2).
Лицо, давшее необходимое в силу закона согласие на совершение оспоримой сделки, не вправе оспаривать ее по основанию, о котором это лицо знало или должно было знать в момент выражения согласия (часть 3).
Согласно ч. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
Обращаясь с настоящими требованиями, истец Никулина М.А. указывает, что сделки, заключенные между ответчиками ООО «СЗ «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «СЗ «УГМК-Застройщик» и Никулиным Д.С., и подлежащие обязательной государственной регистрации, следует признать недействительными, поскольку они заключены без получения нотариально удостоверенного согласия супруги (истца).
При этом, в судебном заседании установлено, что истцом Никулиной М.А. за ответчика Никулина Д.С. по договору договор уступки № от ДД.ММ.ГГГГ, лично перечислены денежные средства на счет ООО «СЗ «УГМК-ШЕРЕГЕШ» в размере 4605000 руб. и 1540000 руб., что подтверждается чеком по операции от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (л.д.12, 13).
По мнению суда, совершенные истцом действия указывают на то, что Никулина М.А. не только была осведомлена о совершаемых супругом сделках, но и своими действиями дала согласие на их исполнение.
При этом суд учитывает тот факт, что самим ответчиком Никулиным Д.С. по обстоятельствам дела, заключенные Договор № об уступке права требования и о переводе долга от ДД.ММ.ГГГГ и Инвестиционный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, а также заключенное Дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ, не оспариваются, и расторжение данных договоров либо признание их недействительными в суде Никулиным Д.С. не ставилось.
Согласно п. 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).
Установив, что в рассматриваемой ситуации оснований для признания договора № об уступке права требования и о переводе долга от ДД.ММ.ГГГГ, инвестиционного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, а также заключенного в соответствии с ним дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных между ООО «СК «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «СК «УГМК-Застройщик» и Никулиным Д.С., недействительными не имеется, то и применять последствия недействительности сделок путем возврата в общую совместную собственность супругов Никулиных денежных средств в размере 175 руб., 19098364,81 руб., а также государственной пошлины за подачу иска 122844 руб., суд оснований не усматривает.
В связи с чем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований Никулиной М.А. в полном объеме.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Отказать в удовлетворении исковых требований Никулиной М.А. к ООО «Специализированный застройщик «УГМК-ШЕРЕГЕШ», ООО «Специализированный застройщик «УГМК-Застройщик», Никулину Д.С. о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок.
Мотивированное решение изготовлено 25.02.2026 и может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Кемеровский областной суд через Таштагольский городской суд.
Судья А.Е. Гончалов