РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 апреля 2026 года г. Таштагол
Таштагольский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Отрадновой А.С., при секретаре Учаевой С.В., с участием заместителя прокурора г.Таштагола Вербовской Л.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Шарф Е.И. к ПАО «ЕВРАЗ» о взыскании компенсации морального вреда, вследствие причинения вреда здоровью,
УСТАНОВИЛ:
Шарф Е.И. обратился в суд с иском к ПАО «ЕВРАЗ» о взыскании морального вреда, вследствие причинения вреда здоровью.
Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ, в период его работы крепильщиком 5 разряда Казской шахты филиала «Евразруда» филиала АО «ЕВРАЗ ЗСМК», с ним произошел несчастный случая связанный с производством, в результате которого он получил травму в виде закрытого внутрисуставного перелома дистальной трети обеих костей левой голени со смещением отломков, что подтверждается актом № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве. Причиной данного несчастного случая, согласно акта, явилась личная неосторожность пострадавшего, выразившаяся в недооценке опасности при передвижении по горным выработкам, а также отсутствие должного производственного контроля со стороны руководителей участка № за безопасным состоянием рабочих мест на участке, низкий производственный контроль за соблюдением работниками требований безопасности при передвижении по горным выработкам и состоянием рабочих мест.
Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ, в период его работы крепильщиком 5 разряда Казской шахты филиала «Евразруда» филиала АО «ЕВРАЗ ЗСМК», с ним вновь произошел несчастный случай, связанный с производство, в результате которого он получил травму в виде закрытого 2-х лодыжечного перелома правой голени со смещением отломков, разрыв дистального межберцового синдесмоза, подвывих правой стопы, подтверждается актом № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве. Причиной данного несчастного случая, согласно акта, явилась неосторожность, невнимательность, поспешность, а также неудовлетворительная организация производства работ, в том числе: необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины.
Фактов грубой неосторожности в действиях истца по обоим указанным актам установлено не было.
В результате указанных несчастных случаем, истцу были причинены физические и нравственные страдания, он продолжает испытывать физические боли в результате травм ног.
Просит суд взыскать с ответчика в счет компенсацию морального вреда вследствие причинения вреда здоровью в результате несчастных случаев на производстве, произошедших: ДД.ММ.ГГГГ в размере 500000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ в размере 500000 рублей. Также просит взыскать судебные расходы в виде оплаты услуг представителя в размере 8 000 рублей.
В судебном заседании истец Шарф Е.И. требования поддержал в полном объеме по доводам изложенным в исковом заявлении, пояснил, что в его действиях грубой осторожности не выявлено, до сих пор испытывает дискомфорт при ходьбе, кроме того возникли трудности с трудоустройством, поскольку с ПАО «ЕВРАЗ» трудовые отношения прекращены.
Представитель ответчика ПАО «ЕВРАЗ» Романов А.В., действующий на основании доверенности, в судебном заседании пояснил, что заявленные исковые требования не признает.
Представитель третьего лица – Отделения Фонда Пенсионного и Социального Страхования Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, представил отзыв на исковое заявление, согласно которому считает с учетом требований разумности и справедливости возможным удовлетворить исковые требования частично (л.д. 41-43).
Суд считает возможным в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.
Выслушав стороны, заключение прокурора, считавшего исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, установив юридически значимые обстоятельства, суд находит исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
В силу ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса РФ (далее ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Судом установлено и не оспаривалось сторонами в судебном заседании, что истец Шарф Е.И. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлял профессиональную трудовую деятельность в АО «ЕВРАЗ ЗСМК» (л.д. 62-70).
Как следует из Акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, составленного по форме №, ДД.ММ.ГГГГ около 15 часа 00 минут с Шарф Е.И., на рабочем месте – в Казской шахте филиала «Евразруда» -филиал АО «ЕВРАЗ ЗСМК»», произошел несчастный случай (л.д. 9-10).
Обстоятельства несчастного случая, изложенные в Акте о несчастном случае на производстве, сторонами не оспариваются.
Так, из указанного Акта следует, что ДД.ММ.ГГГГ в смену № примерно в 15-00 при выполнении маневровых работ на гор.-230 м в орту № крепильщик участка № Шарф Е.И., передвигаясь по выработке, споткнулся. При этом левая нога попала между пером стрелочного перевода и рельсом. Почувствовав сильную боль, сообщил и.о. горного мастера участка ФИО1 и по телефону и.о. начальника участка ФИО3 и диспетчеру шахты. В месте с горным мастером был сопровожден в здравпункт шахты для оказания медицинской помощи, после чего отправлен в Больницу г.Таштагол. Согласно «Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве», указанное повреждение относится к категории «Легкая».
Согласно медицинского заключения от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ГБУЗ Таштагольская районная больница, Шарф Е.И. установлен диагноз: закрытый перелом наружной, внутренней лодыжек левой голени со смещением отломков.
Причинами несчастного случая являются личная неосторожность пострадавшего, выразившаяся в недооценке опасности при передвижении по выработке, чем нарушены требования № Инструкции по охране труда для крепильщика, отсутствие должного производственного контроля со стороны руководителей участка № за безопасным состоянием рабочих мест на участке, чем нарушены п.№ требований должностной инструкции начальника подземного участка горно-подготовительных работ № п.№ должностной инструкции мастера горного подземного участка горно-подготовительных работ № №.
Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны, ФИО4 – начальник участка №, ФИО1 – горный мастер участка №, а также истец Шарф Е.И., факта грубой неосторожности в действиях которого не установлена.
Кроме того, из Акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, составленного по форме №, ДД.ММ.ГГГГ около 12 часа 10 минут с Шарф Е.И., на рабочем месте – в Казской шахте филиала «Евразруда» -филиал АО «ЕВРАЗ ЗСМК»», произошел несчастный случай (л.д. 11-14).
Обстоятельства несчастного случая, изложенные в Акте о несчастном случае на производстве, сторонами не оспариваются.
Так, из указанного Акта следует, что ДД.ММ.ГГГГ на горизоне-230 м орт.№ установка <данные изъяты> № крепильщик участка горно-подготовительных работ № Шарф Е.И. выполнял наряд-задание по монтажу искусственного козырька <данные изъяты> №, для изготовления рабочего полка на вагоне № с ходовой стороны к борту вагона была приставлена лестница, Шарф Е.И. принял решение зафиксировать лестницу путем ее осадки, для чего взобравшись на третью ступеньку, попрыгал на ней, затем не посмотрев на почву выработки, не оглядываясь, спрыгнул на ходовое отделение. При приземлении нога попала на кусок горной массы, при этом Шарф Е.И. почувствовал острую боль в правом голеностопе, сообщил начальнику участка, в сопровождении начальника участка, был доставлен в здравпункт шахты, после чего отправлен в Таштагольскую больницу.
Согласно медицинского заключения от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ГБУЗ Таштагольская районная больница, Шарф Е.И. установлен диагноз: закрытый оскольчатый перелом н/3 правой малоберцовой кости со смещением отломков. Закрытый перелом внутренней лодыжки правой голени со смещением отломков. Подвывих правой стопы, относится к легким.
Причинами несчастного случая являются неосторожность, невнимательность, поспешность, а также неудовлетворительная организация производства работ в том числе: обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины.
Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны, ФИО2 – и.о. главного инженера шахты, ФИО5 – и.о. начальника подземного участка горно-проходческих работ №, ФИО6- мастер горный подземного участка горно-проходческих работ №, а также истец Шарф Е.И., факта грубой неосторожности в действиях которого не установлена.
Согласно сведений ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу от ДД.ММ.ГГГГ, Шарф Е.И. обеспечение по страхованию в связи с несчастным случаем на производстве, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в АО «ЕВРАЗ ЗСМК» не назначалось и не выплачивалось, процент утраты профессиональной трудоспособностью в связи с указанным страховым случаев не установлен (л.д. 28).
Из выписки из медицинской карты амбулаторного больного, представленной ГБУЗ «Таштагольская районная больница», следует что Шарф Е.И. ДД.ММ.ГГГГ доставлен сотрудниками ЕВРАЗА. Выставлен диагноз: закрытый внутрисуставной оскольчатый перелом дистальной трети обеих костей левой голени со смещением отломков, находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, выписан на амбулаторное лечение по месту жительства. (л.д.16)
Согласно выписки из медицинской карты амбулаторного больного, представленной ГБУЗ «Таштагольская районная больница», Шарф Е.И. ДД.ММ.ГГГГ обратился с жалобой на боль в правой голени. Выставлен диагноз: закрытый 2-х лодыжечный перелом правой голени со смещением. ДД.ММ.ГГГГ проведено оперативное лечение: открытая репозиация, остеосинтез пластиной и винтами, находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, выписан на амбулаторное лечение к травматологу. (л.д.17)
Согласно выписки из медицинской карты амбулаторного больного №, представленной ГБУЗ «Таштагольская районная больница», Шарф Е.И. ДД.ММ.ГГГГ обратился на прием в травматологическое отделение. Выставлен диагноз: консолидированный перелом обеих лодыжек правой голени в условиях МОС. Комбинированная контрактура правого голеностопного сустава. Выписан на амбулаторной лечение по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18).
На основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебно-медицинская экспертиза с целью установления степени тяжести вреда, причиненного Шарф Е.И. в результате несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно выводов заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у Шарф Е.И. на момент поступления в стационар ГБУЗ Таштагольская РБ ДД.ММ.ГГГГ имелись: закрытый внутрисуставной перелом нижней трети диафиза левых большеберцовой кости, закрытый перелом нижней трети диафиза левой малоберцовой костей, со смещением отломков, вред здоровью, причиненный данными повреждениями в совокупности, квалифицируется как СРЕДНЕЙ тяжести вред здоровью, по признаку длительного расстройства здоровью.
На момент поступления в стационар ГБУЗ Таштагольская РБ ДД.ММ.ГГГГ у Шарф Е.И., имелись: закрытый перелом нижней трети малоберцовой кости, закрытый перелом медиальной лодыжки, со смещением отломков, вывих большеберцовой и малоберцовой костей. Степень тяжести вреда здоровью, причиненного данным переломом, квалифицируется как СРЕДНИЙ вред, по признаку длительного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня)) (л.д. 96-101).
В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации.
Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу абзаца 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
В пункте 30 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание судов, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Таким образом, судом установлено, что Шарф Е.И. причинен вред здоровью в результате несчастного случая во время осуществления последним своих трудовых обязанностей. Причинами несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ являются личная неосторожность пострадавшего, а также отсутствие должного производственного контроля со стороны руководителей участка № за безопасным состоянием рабочих мест на участке. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны, ФИО4 – начальник участка №, ФИО1 – горный мастер участка №, Шарф Е.И., факт грубой неосторожности пострадавшего не установлен. Причинами несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ являются неосторожность, невнимательность, поспешность, а также неудовлетворительная организация производства работ в том числе: обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны, ФИО2 – и.о. главного инженера шахты, ФИО5 – и.о. начальника подземного участка горно-проходческих работ №, ФИО6- мастер горный подземного участка горно-проходческих работ №, Шарф Е.И., факт грубой неосторожности пострадавшего не установлен.
Вред здоровью Шарф Е.И. причинен в период исполнения им своих трудовых обязанностей на территории ответчика, действовал в его интересах, действия истца стали возможны ввиду отсутствия контроля со стороны ответчика, что расценивается в качестве необеспечения безопасных условий труда.
Как считает суд, Шарф Е.И. были причинены физические и нравственные страдания, поскольку, при получении травмы он испытал и испытывает физическую боль от перенесенной травмы, им претерплен страх и боль, как в момент произошедшего, так и при последующих медицинских манипуляциях.
Как установлено заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, степень тяжести вреда здоровью, причиненный закрытым внутрисуставным перелом нижней трети диафиза левых большеберцовой кости, закрытым переломом нижней трети диафиза левой малоберцовой костей, со смещением отломков, а также причиненный закрытым переломом нижней трети малоберцовой кости, закрытым переломом медиальной лодыжки, со смещением отломков, вывих большеберцовой и малоберцовой костей, у Шарф Е.И., квалифицируются как СРЕДНИЙ вред.
Указанное заключение суд принимает в качестве допустимого и достоверного доказательства. Сомнений в верности выводов заключения, правильности проведения исследования, компетентности составившего заключение специалиста, не имеется. Объективность и достоверность заключения не вызывает сомнений.
Судебная экспертиза назначена и проведена в соответствии с порядком, установленным статьями 82, 84 и 85 ГПК РФ. Нарушений при производстве экспертизы и даче заключения требования Федерального закона от 31.05.2002 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статей 79, 83-86 ГПК РФ, которые бы свидетельствовали о неполноте, недостоверности и недопустимости заключения экспертизы и неправильности сделанных выводов не установлено. Эксперт, составивший заключение, предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложного заключения. Эксперт имеет соответствующее образование, квалификацию, длительный стаж экспертной деятельности.
Заключение судебной экспертизы не содержит неясности или неполноты, оно мотивировано по поставленным судом первой инстанции вопросам, содержит подробное описание проведенного исследования.
Из анализа статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе судов первой и апелляционной инстанции.
Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения и не поддается точному денежному подсчету, и, соответственно, является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.
Руководствуясь вышеприведенным правовым регулированием, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, установив, что несчастный случай на производстве, в результате которого Шарф Е.И. причинен вред здоровью, произошел по вине работодателя, не принявшего должных мер для обеспечения истцу безопасных условий труда, приняв во внимание все заслуживающие внимание фактические обстоятельства, индивидуальные особенности истца, степень его нравственных и физических страданий, длительность лечения, характер полученных травм: закрытый внутрисуставной перелом нижней трети диафиза левых большеберцовой кости, закрытый перелом нижней трети диафиза левой малоберцовой костей, со смещением отломков, а также закрытый перелом нижней трети малоберцовой кости, закрытый перелом медиальной лодыжки, со смещением отломков, вывих большеберцовой и малоберцовой костей (средний), исходя из требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей (150 000 рублей за каждую травму), отказывая в удовлетворении остальной части иска, полагая требования истца о компенсации морального вреда в заявленном размере 1 000 000 рублей завышенными.
Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.
На основании ст. ст. 98, 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенным требованиям, а также, по её письменному ходатайству, расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассмотренным в суде с его участием.
Обсуждая требование истца о взыскании судебных расходов в размере 8 000 рублей за составление искового заявления, суд считает, что данные требования подлежат частичному удовлетворению в силу ст.ст. 98-100 ГПК РФ, взыскав с ответчика в пользу истца расходы за составление искового заявления в размере 5 000 рублей.
Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 333.17 НК РФ ответчики признаются плательщиками государственной пошлины в случае, если решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от ее уплаты.
В пункте 23 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 разъяснено, что при частичном удовлетворении требования неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку, расходы по уплате государственной пошлины в полном объеме взыскиваются с противоположной стороны по делу.
На основании ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты госпошлины, в связи с чем, государственная пошлина на основании ст.ст. 103 ГПК РФ и ст. 333.19 НК РФ, подлежит взысканию с ответчика в размере 3000 рублей в доход местного бюджета.
Кроме того, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, по ходатайству истца по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ КО ОТ «Новокузнецкое клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы».
Согласно заявления ГБУЗ КО ОТ «Новокузнецкое клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ, стоимость проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы составила 35 313 рубля (л.д. 94-95). Каких-либо возражений по поводу указанной суммы, заявленной экспертным учреждением, от сторон не поступило.
Суд признает расходы, связанные с оплатой проведения судебно-медицинской экспертизы, необходимыми расходами, связанными с рассмотрением дела и подлежащими взысканию с ответчика.
На основании изложенного, расходы на проведение судебной экспертизы в размере 35 313 рублей подлежат взысканию с ответчика в пользу экспертного учреждения.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Шарф Е.И. к ПАО «ЕВРАЗ» о взыскании морального вреда, вследствие причинения вреда здоровью удовлетворить частично.
Взыскать с ПАО «ЕВРАЗ» (ОГРН 1026601367539, ИНН 6623000680) в пользу Шарф Е.И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (паспорт №) компенсацию морального вреда, причиненного здоровью в результате несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в размере 150 000 рублей, компенсацию морального вреда, причиненного здоровью в результате несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в размере 150 000 рублей, судебные расходы в размере 5 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований Шарф Е.И. отказать.
Взыскать с ПАО «ЕВРАЗ» (ОГРН 1026601367539, ИНН 6623000680) в пользу ГБУЗ КО ОТ «Новокузнецкое клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» (ИНН 4216005584) расходы за проведение судебной экспертизы в размере 35 313 рублей.
Взыскать с ПАО «ЕВРАЗ» (ОГРН 1026601367539, ИНН 6623000680) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения путём подачи апелляционной жалобы через Таштагольский городской суд.
Мотивированное решение составлено 15 мая 2026 года.
Судья А.С.Отраднова