РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
Центральный районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области в составе председательствующего судьи Немыкиной И.В., при секретаре Каримовой А.Р., с участием помощника прокурора города Прокопьевска Гагауз Д.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Прокопьевске
02 июля 2026 года гражданское дело по исковому заявлению Гетмана Андрея Викторовича к Акционерному обществу «Шахтоуправление «Талдинское-Кыргайское» о компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве,
УСТАНОВИЛ:
Гетман А.В. обратился в суд с иском к АО «Шахтоуправление «Талдинское-Кыргайское» о компенсации морального вреда, причиненного здоровью в результате полученной травмы на предприятии, в размере 1500000 рублей.
Требования мотивированы тем, что истец работал в АО «Шахтоуправление «Талдинское - Кыргайское» в должности электрослесаря подземного 3 разряда в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, стаж работы составил 11 месяцев. Согласно акту о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, Гетману А.В. поставлен диагноз: <данные изъяты>. Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ Гетману А.В. была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности тридцать процентов в связи с несчастным случаем на производстве ДД.ММ.ГГГГ. После прохождения амбулаторного лечения, он неоднократно обращался <данные изъяты> в ГАУЗ ПГБ «Травматологическое отделение», где было вынесено врачебное заключение: <данные изъяты>. Вышеуказанная травма была получена в результате работы в неблагоприятных условиях труда, где начальник участка, выдавший наряд, не убедившийся в безопасности данных действий, направил работника на выполнение определенных работ, которые послужили получению производственной травмы. В результате травмы Гетману А.В. причинены физические и нравственные страдания, он не может вести привычный образ жизни, ему тяжело самостоятельно передвигать, он вынужден принимать лекарственные препараты, ежедневно перебинтовывает ступни эластичным бинтом, полноценно не может опираться на правую ногу. Считает, что ответчик должен возместить ему компенсацию морального вреда в размере 1500000 рублей, выплаченная ему ответчиком сумма в возмещение компенсации морального вреда в размере 379191,66 рублей не является соразмерной компенсацией.
Истец Гетман А.В. в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме, указав, что после получения травмы он не может полноценно заниматься трудом, бегать, прыгать, проходит реабилитацию, собирает документы для прохождения переосвидетельствования, в связи с утратой 30% профессиональной трудоспособности он получает возмещение в размере 29800 рублей. В связи с травмой проходил санаторно-курортное лечение бесплатно, принимает обезболивающие препараты, ставит уколы, мази использует, операции не проводились, но он месяц находился в гипсе. После травмы его жизнь изменилась, дома скандалы, денег недостаточно, на работу он устроиться не может, вся работа, которую ему предлагали в центре занятости, где он состоит на учете, ему не подходит. Он не может нормально поиграть с детьми в подвижные игры, сходить в спортзал. Выплаченной ему ответчиком суммы недостаточно. Состояние здоровья в настоящее время, наверное, улучшается, посещает врача-травматолога.
Представитель истца Лозовая Е.В., действующая на основании нотариальной доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, указала, что работодатель не предложил Гетману А.В. иное место работы, ему предложили уволиться, в связи с полученной травмой Гетман А.В. не может трудоустроиться.
Представитель ответчика АО «Шахтоуправление «Талдинское-Кыргайское» Лучникова А.А. относительно требований Гетмана А.В. возражала, просила в их удовлетворении отказать. Гетману А.В. в соответствии с федеральным тарифным соглашением была выплачена сумма, которая покрывает нравственные и физические страдания Гетмана А.В., утрата трудоспособности Гетманом А.В. является профессиональной и частичной, установлена на определенный срок. Несчастный случай стал последствием действий самого пострадавшего, который залез на ленту, на которую не должен залезать, при проведении работ Гетман А.В. должен был пользоваться лестницей, а он этого не делал. В акте стоит 0% вины пострадавшего, но в числе виновных лиц отмечен Гетман А.В. Гетман А.В. был уволен по собственному желанию по его просьбе, именно он так захотел. Работы для Гетмана А.В. на предприятии на данный момент нет. Гетману А.В. была выплачена сумма в счет компенсации вреда в размере 435852,66 рублей, которая рассчитана в соответствии с федеральным отраслевым соглашением, коллективным договором, данная сумма является достаточной, разумной и справедливой.
Суд, заслушав участников процесса, изучив письменные материалы дела, полагает, что требования истца удовлетворению не подлежат.
Трудовым кодексом РФ установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (ч.1 ст. 21 Трудового кодекса РФ).
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ).
Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ч. 1 ст. 214 Трудового кодекса РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, включая медицинское обеспечение, в порядке и размерах не ниже установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо коллективным договором, трудовым договором (ч. 1 ст. 216 Трудового кодекса РФ).
Согласно ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 20.06.1996 № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.
Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также - ГК РФ) (ст. 1099 ГК РФ).
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст.151 ГК РФ).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 4 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).
В п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истец состоял в трудовых отношениях с АО «Шахтоуправление «Талдинское - Кыргайское» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 17-19, 6061-62,), трудовой договор расторгнут на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ по инициативе работника.
В соответствии с актом № о несчастном случае на производстве (л.д.9-11) ДД.ММ.ГГГГ с Гетманом А.В. при выполнении служебных обязанностей произошел несчастный случай при следующих обстоятельствах: ДД.ММ.ГГГГ в 06часов 30 минут после прохождения предсменного медицинского освидетельствования в здравпункте шахты, работники участка «монтаж-демонтаж горно-шахтного оборудования собрались в помещении участка, где помощник начальника участка ФИО6 провел с работниками участка инструктаж по безопасному ведению работ и выдал наряд на техническое обслуживание дизель-гидравлических подвесных локомотивов. Переодевшись в спецодежду, получив в ламповой индивидуальные светильни и самоспасатель, Гетман А.В. и работники участка направились в шахту для выполнения выданных нарядов. В 11.00 часов при передвижении по полотну ленточного конвейера уложенного на почве транспортного осевого штрека пл. 42 Гетман А.В. в результате ложного шага потерял равновесие и упал, почувствовав резкую <данные изъяты>. После оказания медицинской помощи в здравпункте шахты Гетман А.В. обратился в ГАУЗ ПГБ ТАО, где ему был выдан лист нетрудоспособости.
В акте указана степень тяжести травмы – легкая, причины несчастного случая – неосторожность, невнимательность, поспешность, лицо, допустившее нарушение требований охраны труда, - Гетман А.В. допустил личную неосторожность (недостаточную внимательность) при передвижении по транспортному осевому штреку пл. 42. Нарушены: ст. 21, 215 ТК РФ, п. 3.55.2 «Инструкции по охране труда для электрослесаря подземного участка МДО».
Также в акте указано, что факта грубой неосторожности в действиях Гетмана А.В. не установлено, степень вины застрахованного 0%.
Указанный акт был составлен ДД.ММ.ГГГГ, в установленном законом порядке оспорен не был.
В соответствии со справкой № от ДД.ММ.ГГГГ о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве ГБУЗ «Прокопьевская городская больница» Травматологическое амбулаторное отделение № (л.д.21), Гетман А.В. проходил лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с последствиями производственной травмы ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>. По степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве повреждение относится к категории ЛЕГКОЙ.
В соответствии со справкой №, в связи с несчастным случаем на производстве ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, Гетману А.В. установлена утрата трудоспособности в размере 30% (л.д. 12).
В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 13-15), Гетман А.В. нуждается в реабилитации. В программе реабилитации содержится заключение об условиях, при которых возможно продолжение выполнения профессиональной деятельности пострадавшим (п.33): при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ, при изменении условий труда; заключение по изменению условий труда для продолжения выполнения профессиональной деятельности пострадавшим (п.34): доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях труда.
Решением Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Кемеровской области-Кузбассу Гетману А.В. назначена ежемесячная страховая выплата, на что он указал в судебном заседании и, что подтверждается выпиской по счету (л.д. 20).
Также в материалы дела представлено врачебное заключение от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указан диагноз, соответствующий заключительному диагнозу, указанному выше, и рекомендации по лечению в виде физиолечения, ЛФК, ношения бандажа (л.д. 16)
Согласно приказу АО «Шахтоуправление «Таллинское - Кыргайское» от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 48) Гетману А.В. подлежит выплате в счет компенсации морального вреда 435852,66 руб. (20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности с учетом суммы единовременного пособия, назначенной СФР РФ).
В качестве основания в приказе приведена ссылка на п.6.1.2 Коллективного договора АО «Шахтоуправление «Таллинское - Кыргайское» на ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в случае установления впервые работнику вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка, за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ) в порядке, определенном Положением о порядке начисления единовременной выплаты в связи с утратой профессиональной трудоспособности» (Приложение №) (л.д. 48).
В материалы дела представлен расчет (л.д.49), а также платежные поручения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о выплате указанной суммы (л.д.56-59).
В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции истец факт получения указанной выплаты не отрицал, пояснив, что считает ее недостаточной.
В судебном заседании истец пояснил, что в связи с полученной травмой изменился не только его образ жизни, но и уровень доходов, он не может трудоустроиться, все предложенные ему центром занятости вакансии ему не подходят.
Руководствуясь положениями статей 21, 22, 45, 214, 164, 184, 227-231, 237 Трудового кодекса РФ, статей 15, 150, 151, 1099, 1064, 1101 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», учитывая положения Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы, 2025-2027 годы, суд исходит из того, что истец Гетман А.В. действительно получил производственную травму, последствия которой сохраняются до настоящего времени, при этом суд приходит к выводу, что сумма компенсации морального вреда в размере 435852,66 руб., определенная сторонами коллективного договора и выплаченная работодателем работнику Гетману А.В. в добровольном порядке, является справедливой и достаточной.
Суд учитывает, что степень утраты профессиональной (не общей) трудоспособности составляет 30%, при этом указанная степень утраты трудоспособности установлена не бессрочно, тяжелых последствий в виде инвалидности у работника не наступило, сохранена способность к труду, при снижении нагрузки, при наличии специальных условий. Доказательств невозможности устроиться на работу Гетманом А.В. не представлено, в том числе не представлено сведений о том, что Гетману А.В. отказано в приеме на работу в связи с наличием у него профессиональной травмы. Несогласие с имеющимися и предлагаемыми Гетману А.В. центром занятости вакансиями, о чем он поясснил в судебном заседании, не является уважительной причиной нетрудоустройства Гетмана А.В. Доказательств существенного и непреодолимого снижения уровня доходов Гетмана А.В., в связи с наступившим несчастным случаем, суду не представлено. В связи с произошедшим несчастным случаем и утратой Гетманом А.В. профессиональной трудоспособности в размере 30%, ему назначена ежемесячная страховая выплата. Указанная мера социальной поддержки, в том числе, направлена на поддержание достойного уровня дохода истца. Также суд полагает необходимым учесть обстоятельства произошедшего несчастного случая, который произошел, в том числе, ввиду неосторожности, невнимательности и поспешности самого истца, нарушение им п. 3.55.2 инструкции по охране труда, с которой Гетман А.В. был ознакомлен под роспись, в соответствии с которым: электрослесарь подземный обязан быть внимательным при выполнении работы, знать все предупредительные сигналы, относящиеся как к его непосредственной работе, так и имеющие общешахтное значение, а также постоянно следить за личной безопасностью и безопасностью товарищей по работе. Не допускаются риск, лихачество и действия, которые могут привести к несчастному случаю и аварии. Гетман А.В. на указания представителя ответчика о том, что Гетман А.В. должен был воспользоваться лестницей для осмотра локомотивов, что соответствует технике безопасности, пояснил в суде, что он действительно не воспользовался лестницей, хотя должен был это сделать, поскольку лестница тяжелая.
Отказывая истцу в удовлетворении требований, суд также учитывает индивидуальные особенности истца, его возраст, образ жизни, наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей.
В соответствии со ст. 9 ч. 2 Трудового кодекса РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.
Пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2025 - 2027 годы (утв. Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Ассоциацией Общероссийское отраслевое объединение работодателей угольной промышленности 07.11.2024) предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности.
Пунктом 5.4 указанного Федерального отраслевого соглашения предусмотрено, что в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.
В АО «Шахтоуправление «Таллинское - Кыргайское» на 2023-2026 годы в соответствии с Конституцией РФ, Трудовым кодексом РФ, действующим законодательством РФ, а также Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности принят Коллективный договор, в котором в пункте 6.1.2 предусмотрено, что в случае установления впервые работнику вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка, за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ) в порядке, определенном Положением о порядке начисления единовременной выплаты в связи с утратой профессиональной трудоспособности» (Приложение №).
Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров, предусматривающие выплату компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, устанавливают обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.
При этом, согласно разъяснениям, содержащимся в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Таким образом, при обращении работника в суд по вопросу компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья вследствие производственной травмы или профессионального заболевания суду в обязательном порядке следует проверять наличие всех правовых оснований для выплаты такой компенсации, в том числе на основании соглашений, заключенных на федеральном уровне, к действию которых присоединен работодатель, и локальных нормативных актов работодателя. В случае наличия у работника права на получение выплат в счет компенсации морального вреда на основании указанных соглашений и локальных нормативных актов работодателя суд определяет размер этой выплаты, соотносит эту сумму с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий, степенью вины работодателя, иными заслуживающими внимания обстоятельствами, а также требованиями разумности и справедливости, и принимает решение либо о достаточности этой суммы, либо ее недостаточности. В последнем случае суд определяет общий размер компенсации морального вреда по данному страховому случаю, после чего взыскивает в пользу работника разницу между общим размером компенсации морального вреда и суммой, причитающейся работнику на основании Соглашений и локальных нормативных актов работодателя.
Как указано выше, в ходе судебного разбирательства установлено, что ответчиком в добровольном порядке в силу положений Коллективного договора истцу произведена единовременная выплата в счет компенсации морального вреда, причиненного здоровью вследствие производственной травмы.
Суд, оценивая совокупность представленных в материалы дела доказательств, приходит к выводу о том, что определенная ответчиком АО «Шахтоуправление «Таллинское - Кыргайское» сумма в размере 435 852,66 руб. соответствует требованиям пункта 5.4 Федерального отраслевого соглашения, пункта 6.1.2 Коллективного договора и является достаточной для компенсации истцу морального вреда в виде физических и нравственных страданий в связи с производственной травмой, в связи с чем, основания для удовлетворения требования о взыскании компенсации морального вреда, по мнению суда, отсутствуют.
Выплата работодателем 435 852,66 рублей произведена на основании положений Коллективного договора, разработанных в целях реализации Федерального отраслевого соглашения. Указанные документы предусматривают обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.
В случае возникновения спора размер компенсации морального вреда определяется судом, которым помимо положений статьи 237 Трудового кодекса РФ к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса РФ, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда. Судом определяется общий размер компенсации морального вреда по страховому случаю и в случае недостаточности произведенной работодателем выплаты производится взыскание разницы.
Нормы действующего законодательства, включая положения Гражданского кодекса РФ, положения Федерального отраслевого соглашения, локальные нормативные акты работодателя (коллективный договор) не содержат оснований для получения работником компенсации морального вреда без учета сумм, выплаченных работодателем в счет компенсации морального вреда.
Данный вывод согласуется и с разъяснениями, содержащимся в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», согласно которым суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 Гражданского кодекса РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.
Как следует из материалов дела, установленных при рассмотрении дела обстоятельств, определенная ответчиком АО «Шахтоуправление «Таллинское - Кыргайское» сумма в размере 435 852,66 руб. является достаточной для компенсации истцу морального вреда в виде физических и нравственных страданий в связи с производственной травмой, учитывая нормы Гражданского кодекса РФ о критериях определения размера компенсации морального вреда (разумность, справедливость, фактические обстоятельства, индивидуальные особенности, характер и степень вины, иные засуживающие внимания обстоятельства).
Судом не установлены основания для удовлетворения исковых требований.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Гетмана Андрея Викторовича к Акционерному обществу «Шахтоуправление «Талдинское-Кыргайское» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве отказать в полном объеме. Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, т.е. через Центральный районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области.
Судья (подпись) И.В. Немыкина
Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 16.07.2026.
Судья (подпись) И.В. Немыкина
Подлинный документ подшит в деле УИД 42RS0033-01-2026-000738-96 (№ 2-1046/2026) Центрального районного суда г. Прокопьевска Кемеровской области.