РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
23 июня 2026 г. город Прокопьевск
Зенковский районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области в составе председательствующего судьи Родченко С.А., при помощнике судьи Канаевой Е.Н., с участием прокурора Раткевич И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Солнцевой Л. М. к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Прокопьевская городская больница» о взыскании компенсации морального вреда, причинённого здоровью в результате профессионального заболевания,
УСТАНОВИЛ:
Истец – Солнцева Л.М. обратилась в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Прокопьевская городская больница» о взыскании компенсации морального вреда, причинённого здоровью в результате профессионального заболевания.
Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ истцу было установлено профессиональное заболевание – <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт о случае профессионального заболевания у истца, согласно которому установлено, что причиной профессионального заболевания послужило длительное, в течение всей рабочей смены, многократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов – химических веществ, обладающих аллергенным действием, химических веществ раздражающего действия. Вина истца в возникшем у неё профессиональном заболевании отсутствует. Указанным актом установлено, что результатом профессионального заболевания у истца явилось нарушение требований санитарного законодательства юридическими лицами, указанными в п. 9 этого акта, а именно Городская больница № 2 г. Прокопьевска, медсанчасть № 1 П/О Нижневартовскнефтегаз, Территориальное медицинское объединение Зенковского района, муниципальное учреждение здравоохранения Городская больница № 4, муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения "Городская больница № 4", государственное бюджетное учреждение здравоохранения Кемеровской область "Прокопьевская городская больница № 4", государственное автономное учреждение здравоохранения Кемеровской область "Прокопьевская городская больница № 4", государственное автономное учреждение здравоохранения "Прокопьевская городская больница". Ответчик является правопреемником государственного автономного учреждения здравоохранения Кемеровской области "Прокопьевская городская больница № 4". В период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время истец работала в государственном автономном учреждении здравоохранения Кемеровской области "Прокопьевская городская больница № 4" и работает у ответчика по настоящее время, в должностях, работа в которых стала следствием приобретения профессионального заболевания. Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, стаж в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составил <данные изъяты> из которых стаж работы в государственном автономном учреждении здравоохранения Кемеровской области "Прокопьевская городская больница № 4", и у ответчика по состоянию на эту же дату – <данные изъяты>. Таким образом, на протяжении <данные изъяты> до ДД.ММ.ГГГГ истец подвергался воздействию вредных факторов и подвергается в настоящее время, результатом которых стало причинение вреда его здоровью из-за нарушений работодателем трудовых прав и санитарных норм и правил. Наличие вредных факторов условий труда истца указано в санитарно-гигиенических характеристиках условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравлений), составленных специалистам Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучию человека по Кемеровской области. Результатом профессионального заболевания явились изменения голоса, голос упал, появилась хрипота в голосе. Истцу была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 30 процентов бессрочно. Для истца разработана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в которой указана нуждаемость истца в определённых медицинских препаратах, а также санаторно-курортном лечении по профилю "Болезни органов дыхания". Последствия профессионального заболевания причиняют истцу физические страдания в виде указанных последствий, что повлияло на её физическую и социальную активность. Причинённый ответчиком моральный вред истец оценивает в 2 000 000,00 руб. Просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в результате полученных профессиональных заболеваний в размере 2 000 000 рублей.
В судебном заседании истец Солнцева Л.М. требования поддержала в полном объёме по доводам, изложенным в исковом заявлении, пояснила, что проблемы со здоровьем возникли у неё ДД.ММ.ГГГГ, с этого времени у неё изменился привычный образ жизни, она неоднократно обращалась к лор-врачу, проходила лечение. ДД.ММ.ГГГГ у неё сел голос, начались <данные изъяты>, не могла подняться на 2 этаж, не могла делать тяжелую физическую работу. В связи с этим была переведена в рентген-кабинет, но продолжала совмещение в эндоскопическом кабинете, так как некому было работать, работа была <данные изъяты> работала, не выходя из кабинета – проводила обработку, мыла стены перед эндоскопией, работала каждый вторник и четверг в течение ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ года ей и санитарке стало плохо, у неё был сильный бронхо-спазм, она стала хрипеть, ей оказали первую помощь. В последующие дни участились <данные изъяты> но продолжала осуществлять трудовую деятельность. Назначаемое лечение не помогало. <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ года она находилась на стационарном лечении, и врач-эндокринолог заподозрил, что её заболевание, возможно, связано с профессиональной деятельностью. Самые тяжелые приступы у неё были ДД.ММ.ГГГГ ежедневно приступы снимались введением внутривенных гормональных препаратов. Она поступала неоднократно в стационары. За период ДД.ММ.ГГГГ перенесла <данные изъяты> МСКТ было сделано по поводу заболевания <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ Сеченовском институте г. Москвы ей поставили диагноз – <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ночной сон – 3-4 часа максимум, в три часа ночи она снимает приступ. В данный момент <данные изъяты> когда она поступает на стационарное лечение и проходит курс лечения. При подъеме на лестничные площадки, на пригорки очень сильная отдышка, она вынуждена останавливаться и пользоваться ингаляторами. Поскольку с ДД.ММ.ГГГГ используются цифровые аппараты и не используется никаких химических реактивов, ей разрешено продолжать трудовую деятельность.
Считает, что заявленный в иске размер компенсации морального вреда соразмерен причинённому вреду её здоровью, её индивидуальным особенностям, всему объёму её физических и нравственных страданий в связи с профессиональным заболеванием.
Представитель истца Баранов Е.С., действующий на основании доверенности, на заявленных требованиях настаивал, доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержал в полном объёме.
В судебном заседании представители ответчика ГАУЗ "Прокопьевская городская больница" Давлетин К.С., Малышева Я.А., действующие на основании доверенности, в судебном заседании поддержали доводы письменных возражений, пояснили, что заявленные исковые требования не признают, в акте о профессиональном заболевании от ДД.ММ.ГГГГ не установлена вина конкретного учреждения, которые перечислены в п. 9 указанного акта, непонятно, с какого периода, в какой момент могло наступить данное заболевание. Таким образом, в акте о случае профессионального заболевания не указана вина ответчика, как причинителя либо непричинителя вреда. Истец работает в должности <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ поставлено цифровое оборудование, и сам по себе химический фактор отсутствует. Также в деле представлены санитарно-гигиенические характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ №, ДД.ММ.ГГГГ №, в которых не установлено ни одного химического фактора, то есть только биологические факторы. Акт от ДД.ММ.ГГГГ в судебном порядке ответчиком не оспаривался.
Представители третьих лиц – Отделения Фонда Пенсионного и Социального Страхования Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу, ТО Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области в г. Киселевске, г. Прокопьевске, Прокопьевском районе в судебное заседание не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, направили отзыв на исковое заявление и ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие.
Суд считает возможным в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещённых о времени и месте судебного заседания.
Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО7 суду пояснила, что истец – её подруга, знакомы 30 лет, ей известно о наличии у Солнцевой Л.М. профессионального заболевания. Они вместе работали в Прокопьевской городской больнице, у Солнцевой Л.М. периодически <данные изъяты>. Начиная ДД.ММ.ГГГГ у истца уже начались проблемы со здоровьем, постоянно были приступы, требовались <данные изъяты>, без этих уколов она не могла самостоятельно раздышаться. Физическое состояние Солнцевой Л.М. изменилось, она сильно сдала, задыхается постоянно, не в состоянии делать физическую работу.
Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО8 суду пояснила, что с Солнцевой Л.М. знакома с ДД.ММ.ГГГГ, их дети состоят в браке, поэтому они общаются часто. ДД.ММ.ГГГГ у Солнцевой Л.М. сильно ухудшилось здоровье, она стала постоянное пользоваться ингаляторами, сильно похудела. ДД.ММ.ГГГГ она два раза лежала в больнице, ей делали операцию <данные изъяты>. Она несколько раз присутствовала, когда у Солнцевой Л.М. были сильные приступы, которые она не могла снять ингаляторами, она хваталась за грудь и начинала дышать как рыба, так как ей не хватало воздуха, стационарный ингалятор тоже не помогал, приходилось вызывать скорую помощь, или звонить ФИО7, которая приезжала и ставила ей уколы. Домашнюю работу ей намного тяжелее стало делать, потому, что когда он наклоняется, то у неё не хватает воздуха, она постоянно на ингаляторах. К ней постоянно приезжает дочь, помогает ей по дому. Последние годы она даже с ингалятором затруднительно ходит. В наклон работать не может, ей не хватает воздуха, она задыхается. Несколько раз она оставались на ночь у Солнцевой Л.М., видела, что та постоянно встаёт ночью, пользуется стационарным ингалятором, дышит она плохо, ночами не спит, ходит и пользуется ингалятором из-за приступов, чтобы раздышаться. Голос тоже сильно изменился по сравнению с ДД.ММ.ГГГГ, стал тише и осипший.
Выслушав стороны, свидетелей, заключение прокурора, считавшего исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению с учётом разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, установив юридически значимые обстоятельства, суд находит исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.
Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.
В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности. Каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причинённого повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно абзацу 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Согласно абзацам 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.
Возмещение вреда, причинённого жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ (ред. от 28.11.2025) "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац 2 пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (в том числе необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Согласно статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинён жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.
В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.
Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечёт возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.
Согласно пункту 3 статьи 8 ФЗ РФ № 125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998, в качестве гарантии трудовых прав застрахованных лиц, предусмотрено возмещение им морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием причинителем вреда, каким по настоящему делу является ответчик.
Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых ему был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, находящегося в трудоспособном возрасте, у которого возникло серьезное, необратимое, профессиональное заболевания, что усиливает степень его моральных и нравственных страданий.
Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.
Судом установлено и не оспаривалось сторонами в ходе разбирательства по делу, что истец Солнцева Л.М. с ДД.ММ.ГГГГ г. и по настоящее время осуществляет свою профессиональную трудовую деятельность в государственном автономном учреждении здравоохранения Кемеровской области "Прокопьевская городская больница № 4" в должностях, работа в которых стала следствием приобретения профессионального заболевания, что подтверждается копией трудовой книжки от ДД.ММ.ГГГГ серия <данные изъяты> №, а также справкой от ДД.ММ.ГГГГ № (том № 1, л.д. 121-124, 14).
Солнцевой Л.М. установлен диагноз: <данные изъяты> (медицинское заключение о наличии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, извещение об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене от ДД.ММ.ГГГГ №) (том № 1, л.д. 15, 19).
В материалы дела представлен акт о случае профессионального заболевания № б/н от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому причиной профессионального заболевания является работа в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, стаж которой по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составил <данные изъяты>, из которых стаж работы в государственном автономном учреждении здравоохранения Кемеровской области "Прокопьевская городская больница № 4" и у ответчика по состоянию на эту же дату - 23 года (том № 1, л.д. 16-17).
Таким образом, на протяжении <данные изъяты> до ДД.ММ.ГГГГ истец подвергался воздействию вредных факторов, результатом которых стало причинение вреда его здоровью из-за нарушений работодателем трудовых прав и санитарных норм и правил.
Наличие вредных факторов условий труда истца указано в санитарно-гигиенических характеристиках условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравлений) от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, составленное специалистам Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучию человека по Кемеровской области (том № 1, л.д. 21-27, 34-36).
Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области – Кузбассу» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № серии № от ДД.ММ.ГГГГ, Солнцевой Л.М. установлена утрата профессиональной трудоспособности в процентах – 30 %, с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно (том № 1, л.д. 102).
Также в материалах дела имеется программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № №, в которой указана нуждаемость истца в определённых медицинских препаратах, а также санаторно-курортном лечении по профилю "Болезни органов дыхания" на имя Солнцевой Л.М., составленная в Бюро МСЭ (том № 1, л.д. 99-101).
Солнцева Л.М. проработала длительное время в качестве <данные изъяты> Во время работы подвергалась воздействию производственных вредных факторов: химических веществ, содержащих пропана-2-ол (изопропанол), этанол, хлор, озон, глиоксаль (глутаровый альдегид), ортофталевый альдегид, алкилдиметилбензиламмоний хлорид, изопропиловый спирт, тетраацетилендиамин (ТАЭД), " перборат натрия, дидецилметилполиэтоксиаммония пропионат, полигексаметиленбигуанидин гидрохлорид, перекись водорода, полигекса метиленбигуанидин. гидрохлорид, тройная соль пероксомоносельфата калия, саоль аллкилбензолсульфокислоты, додецилбензолсульфонат и гексаметафосфат натрия, перекись водорода, вещества относящиеся к 3-4 классу опасности. Вещества раздражающего действия: глиоксаль (глутаровый альдегид), ортофталевый альдегид, хлор, озон. В профессии, рентгенолаборант отмечается воздействие аэрозоля свинца (1 класс опасности), азота диоксида (2 класс опасности), озона (1 класс опасности, вещество остронаправленного действия), гидрохинон (ароматическое соединение фенолов. Класс токсичности 3). Глутаровый альдегид относится к веществам - аллергенам... . " (п. 18 акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ).
Вина истца в возникшем у неё профессиональном заболевании отсутствует (п. 19 акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ).
В данном акте (п. 21) установлено, что результатом профессионального заболевания у истца явилось нарушение требований санитарного законодательства юридическими лицами, указанными в п. 9 этого акта, а именно Городская больница № 2 г. Прокопьевска, медсанчасть № 1 П/О Нижневартовскнефтегаз, Территориальное медицинское объединение Зенковского района, муниципальное учреждение здравоохранения Городская больница № 4, муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения "Городская больница № 4", государственное бюджетное учреждение здравоохранения Кемеровской область "Прокопьевская городская больница № 4", государственное автономное учреждение здравоохранения Кемеровской область "Прокопьевская городская больница № 4", государственное автономное учреждение здравоохранения "Прокопьевская городская больница".
Из архивной справки № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается:
ДД.ММ.ГГГГ городская больница № 2 вошла в состав стационарного объединения ГТМО в связи с реорганизацией структуры здравоохранения города на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ отдела здравоохранения города Прокопьевска.
С ДД.ММ.ГГГГ городская больница № 2 выделена из состава СО ГТМО в связи с её реорганизацией на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ГТМО.
С ДД.ММ.ГГГГ городская больница № 2 переименована в Муниципальное учреждение Здравоохранения «Городская больница № 2» на основании Распоряжения № от ДД.ММ.ГГГГ Администрации города Прокопьевска.
С ДД.ММ.ГГГГ Муниципальное учреждение здравоохранения «Городская больница № 2» переименовано в муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Городская больница № 2» на основании Распоряжения №-р от ДД.ММ.ГГГГ Администрации города Прокопьевска.
С ДД.ММ.ГГГГ муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Городская больница № 2» переименовано в государственное бюджетное учреждение здравоохранения Кемеровской области «Прокопьевская городская больница № 2». Решение ДОЗН КО № от ДД.ММ.ГГГГ.
С ДД.ММ.ГГГГ государственное бюджетное учреждение здравоохранения Кемеровской области «Прокопьевская городская больница № 2» переименовано в государственное автономное учреждение здравоохранения Кемеровской области «Прокопьевская городская ‘больница № 2». Распоряжение Правительства Кемеровской области – Кузбасса № от ДД.ММ.ГГГГ.
С ДД.ММ.ГГГГ государственное автономное учреждение здравоохранения Кемеровской области «Прокопьевская городская больница № 2» переименовано в форме слияния в государственное автономное учреждение здравоохранения «Прокопьевская городская больница». Распоряжение Правительства Кемеровской области – Кузбасса от ДД.ММ.ГГГГ №-р. Распоряжение Правительства Кемеровской области – Кузбасса от ДД.ММ.ГГГГ №-р (том № 1, л.д. 250).
Таким образом, судом установлено, что повреждение здоровья у истца Солнцевой Л.М. произошло в период работы у ответчика, что также следует из записей в трудовой книжки, санитарно-гигиенической характеристики условий труда и акта о случае профессионального заболевания, стаж работы в контакте с производственными факторами у Солнцевой Л.М. составил <данные изъяты>
Довод представителя ответчика о том, что актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ не установлена вина ответчика – именно ГАУЗ «Прокопьевская городская больница», а истец Солнцева Л.М. работала в том числе ДД.ММ.ГГГГ в отделении <данные изъяты>, и тот период могла получить заболевание, суд находит несостоятельным, поскольку в указанной организации Солнцева Л.М. работала постовой медицинской сестрой с ДД.ММ.ГГГГ непродолжительное время (не более 4-5 месяцев), ушла в отпуск по уходу за ребёнком, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, после чего переехала в г. Прокопьевск.
На основании представленных медицинских документов, в том числе амбулаторной карте, программе реабилитации истца, установлено, что истец проходит медикаментозное, санаторно-курортное лечение, обследования.
Согласно программе реабилитации пострадавшего, Солнцева Л.М. нуждается в определённых медицинских препаратах, а также санаторно-курортном лечении по профилю "Болезни органов дыхания" (том № 1, л.д. 99-101).
В судебном заседании допрошены свидетели, суд полагает, что их показания, являются одним из средств доказывания, предусмотренных главой 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
При этом, на основании ч. 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, наряду с относимостью и допустимостью каждого доказательства в отдельности, а также достаточностью и взаимной связью доказательств, оценивает достоверность каждого из них, в том числе, показаний свидетелей, полученных в порядке ст. 177 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чём отобраны подписки. Показания свидетелей последовательны, не противоречивы, согласуются с пояснениями истца, другими письменными материалами дела, в связи с чем, оснований не доверять показаниям у суда не имеется.
По смыслу действующего законодательства для наступления гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), факт нарушения личных неимущественных прав (нематериальных благ) истца, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившим моральным вредом.
В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.
Таким образом, в суде установлено наличие у Солнцевой Л.М. профессионального заболевания в период работы у ответчика.
Кроме того, согласно исковому заявлению, а также пояснений истца в судебном заседании, судом установлено, что наличие профессионального заболевания причиняет истцу физические и нравственные страдания, переживания по поводу состояния здоровья, ощущения неполноценности, истец испытывает неудобства в быту, испытывает страх за своё здоровье и жизнь.
В результате возникновения у Солнцевой Л.М. заболевания, являющегося профессиональным, она претерпела и продолжает испытывать моральные и нравственные страдания в связи с ухудшением состояния своего здоровья, что доставляет определённые неудобства и дискомфорт.
Как разъяснено в абзацах 2 и 4 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 1).
Судом установлено, что Солнцевой Л.М. установлено профессиональное заболевание в виде: <данные изъяты>, возникшие в результате длительного воздействия производственных вредных факторов, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии оснований применения к ответчику мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причинённого морального вреда, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, а виновным лицом в причинение вреда здоровью Солнцевой Л.М. является ответчик.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).
Согласно разъяснению в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причинённых работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд признает за истцом право на компенсацию ответчиком морального вреда по данному профессиональному заболеванию с учётом значительного времени работы на предприятии ответчика.
Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд, с учетом установленного факта причинения вреда здоровью истца, принимает во внимание обстоятельства причинённого ответчиком вреда: ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, степень тяжести диагноза, установленного истцу и процент утраты профессиональной трудоспособности.
Также судом учитываются нравственные страдания истца, выразившихся в переживаниях относительного своего состояния здоровья, чувстве неполноценности в связи ограничением здоровья и невозможностью вести прежний образ жизни, в том числе посвящать время своим увлечениям, продолжительность физических и нравственных страданий, принимая во внимание индивидуальные особенности потерпевшей, состояние здоровья (до профессионального заболевания на производстве была здорова).
Принимая во внимание вышеизложенное, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что с учётом факторов возраста истца и состояния здоровья, компенсация морального вреда подлежит взысканию в размере 800 000 рублей. По мнению суда, данная сумма компенсации морального вреда является соразмерной причинённому вреду здоровью истца по причине выявленного у него профессионального заболевания, что полностью согласуется с конституционными принципами ценности жизни, здоровья, с принципами разумности и справедливости, позволяющими максимально возместить истцу причинённый моральный вред и компенсировать саму утрату здоровья с одной стороны, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
При таких обстоятельствах, поскольку факт и степень нравственных, физических страданий, испытываемых истцом в связи с имеющимся профессиональным заболеванием, подтверждён в судебном заседании, то с учётом требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика Государственного автономного учреждения здравоохранения «Прокопьевская городская больница» в пользу истца Солнцевой Л.М. в счёт компенсации морального вреда сумму в размере 800 000 рублей, отказывая в удовлетворении остальной части иска, полагая требования истца о компенсации морального вреда в заявленном размере 2 000 000 рублей завышенными.
Суд отмечает, что по прошествии не значительного времени после установления профессионального заболевания истцу по профзаболеванию прошло 4 года, отсутствуют доказательства значительного ухудшения здоровья истца, сведения об установлении инвалидности.
Наличие в материалах дела сведений о посещении медицинских учреждений, врачей свидетельствуют об активной позиции истца, направленной на поддержание своего здоровья, выполнение программы реабилитации по использованию санаторно-курортного лечения, и не свидетельствуют о значительном ухудшении здоровья.
Суд полагает, что указанный размер компенсации морального вреда соразмерен последствиям нарушенного права в результате причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием и позволяет сгладить остроту перенесенных потерпевшем в связи с этим физических и нравственных страданий.
На основании ст. 333.36 НК РФ истец освобождён от уплаты госпошлины, поэтому с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина на основании ст. ст. 103 ГПК РФ и ст. 333.19 НК РФ в размере 3000 рублей в доход местного бюджета.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Солнцевой Л. М. к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Прокопьевская городская больница» о взыскании компенсации морального вреда, причинённого здоровью в результате профессиональных заболеваний, удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Прокопьевская городская больница» (ИНН: 4223127015, ОГРН: 1204200010024) в пользу Солнцевой Л. М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <данные изъяты> в качестве компенсации морального вреда, причинённого здоровью в результате профессионального заболевания, 800 000 рублей,
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Прокопьевская городская больница» (ИНН: 4223127015, ОГРН: 1204200010024) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Зенковский районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья: подпись С.А. Родченко
Решение в окончательной форме изготовлено 07.07.2026.
Судья: подпись С.А. Родченко
Подлинный документ находится в материалах гражданского дела № 2-159/2026 в Зенковском районном суде г. Прокопьевска Кемеровской области (идентификационный номер 42RS0031-01-2025-001047-35).