РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 мая 2026 года г. Чита
Читинский районный суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Мигуновой С.Б., при ведении протокола секретарем Поповой И.П., с участием прокурора Богачевой Л.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Карпенко Г. А. к Карпенко К. В. о лишении права на получение выплат в связи с гибелью военнослужащего,
УСТАНОВИЛ:
Карпенко Г.А. обратилась в суд с иском, указывая на то, что 2 марта 1994 года она заключила брак с ответчиком Карпенко К.В. В браке родились в 1994 году дочь Александра, а в 1996 году - сын Владимир. После рождения второго ребенка на ушла от мужа, так как он избивал ее и злоупотреблял спиртным, сожительствовала с другим мужчиной Паздниковым В.Ю., от которого 28 июля 2003 года родила сына Карпенко Ю.К. Прожив с Паздниковым В.Ю. в гражданском браке 6 лет, она с ним рассталась, а в 2009 году вернулась с ребенком к мужу Карпенко К.В., 11 октября 2012 года родила четвертого ребенка – сына Андрея. Проживали они в с. Турга Оловяннинского района в доме мужа, однако совместная жизнь не сложилась и в 2017 году она переехала с.Бурулятуй. Из-за частных ссор, невозможности проживания Карпенко Ю.К. вместе с Карпенко К.В., сын Юрий также переехал к ней и в 2018 – 2019 годах обучался в Бурулятуйской школе, где положительно характеризовался. С возраста 16 до 18 лет Карпенко Ю.К. подрабатывал неофициально, женился на Карпенко К.Е., с которой у него родилась дочь Карпенко Р.Ю. После прохождения срочной военной службы Карпенко Ю.К. в феврале 2023 года заключил контракт с Министерством обороны РФ, был направлен в хону специальной военной операции, где 9 мая 2025 года погиб. Полагая, что ответчик Карпенко К.В. при жизни не содержал ребенка, не оказывал ему финансовую помощь и поддержку, не поддерживал с ним родственных связей, не интересовался его жизнью, а зная, что сын погиб, не выразил слов соболезнования и поддержки, в иске Карпенко Г.А. просит лишить Карпенко К.В. права на получение мер социальной поддержки после гибели 9 мая 2025 года военнослужащего Карпенко Ю.К. при исполнении им обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции, а именно: на получение единовременного пособия в соответствии с п. 8 ст. 3 Федерального закона № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; на получение страховой суммы, предусмотренной п.2 ст. 5 Федерального закона № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»; на получение денежного довольствия и ежемесячной доплаты, неполученных погибшим, предусмотренные Приказом Министра обороны РФ от 6 декабря 2019 года № 727 «Об определении порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных сил РФ и представления им и членам их семей отдельных выплат», в соответствии с частями 32 и 33 статьи2, частью 18 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; на получение дополнительной единовременной выплаты в соответствии с пунктом 4 Указа Президента РФ от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»; на получение пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со статьями 28,29,30 Закона РФ от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарно службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации и их семей».
В суде истец Карпенко Г.А. свои исковые требования поддержала, пояснила, что в 1994 году заключила брак с Карпенко К.В., в том же году родила дочь Александру, а в 1996 году – сына Владимира, однако из-за конфликтов с мужем примерно в 2000 году с сыном Владимиром уехала из с<адрес>, оставив дочь на воспитание бабушке (матери ответчика). Примерно в 2002 году она с сыном вернулась к мужу, но прожив несколько месяцев, уехала с сыном от него вновь в <адрес>, где стала сожительствовать с Паздниковым В.Ю. От него же родила в 2003 году сына Юрия, который при регистрации рождения был записан на Карпенко К.В., так как они были в браке. Вместе с Паздниковым В.П., сыном Владимиром и сыном Юрием она прожила около 6 лет, после чего в 2009 году вернулась к Карпенко К.В. в <адрес>, где у них родился в 2012 году сын Андрей. Она прожила с Карпенко К.В. до 2017 года, после чего из-за поведения ответчика, который ее избивал, вновь уехала от него в <адрес>, забрав младшего сына Андрея. При этом сын Юрий остался жить с отцом и бабушкой (матерью отца), закончил в <адрес> 8 классов, после чего в 2018 году переехал жить к ней в <адрес>, где и проживал до своего совершеннолетия. После ее переезда в <адрес> Карпенко К.В. выкрал у нее младшего сына Андрея и увез к себе, с тех пор младший сын живет с ответчиком, общаться с нею не желает, на его содержание с нее в настоящее время взысканы алименты. Карпенко К.В. проживал вместе с Карпенко Ю.К. с 2009 по 2017 год, то есть с 6 до 14-летнего возраста Юрия. Относился к Юрию ответчик плохо, попрекал куском хлеба, называл нехорошими словами, подчеркивая, что он не его ребенок, предпринимал в отношении него жестокие методы воспитания, однажды подложил в постель конский навоз в наказание за то, что Юрий плохо убрался в стайках. Юрий все это терпел, но уже во взрослом возрасте говорил ей, что благодарен отцу за то, что он в детстве научил его многому. Несмотря на это, полагала, что с учетом того, что после достижения Юрием возраста 14 лет ответчик с сыном не проживал и участия в его жизни не принимал, исходя из того, как он относился к сыну до этого, ответчик должен быть лишен его права на получение выплат в связи с гибелью сына – военнослужащего.
Ответчик Карпенко К.В. в суд не явился, просил рассматривать дело в его отсутствие, направив письменное заявление, в котором возражал против удовлетворения иска. В своем заявлении указал, что после рождения у него и Карпенко Г.А. дочери Александры и сына Владимира в 2000 году Карпенко Г.А., оставив шестилетнюю дочь, сбежала в <адрес> с Паздниковым, родила сына Юрия, записав его на его фамилию. Так как Карпенко Г.А. злоупотребляла спиртным, ее сестра увезла ее вместе с сыновьями Владимиром и Юрием в г. Чита, но с сестрой Карпенко Г.А. не ужилась и вместе с Владимиром уехала в с<адрес>, оставив Юрия сестре и написав на него «отказную». В 2009 году Юрию надо было идти в школу, в связи с чем сестра Карпенко Г.А. привезла его к нему, сама Карпенко Г.А. также стала жить с ним. Жили они все вместе у его матери, он принял Юрия как родного сына. Сам Юрий тоже привязался к нему и звал его отцом, его мать тоже полюбила Юрия. Юрий учился в <адрес>, всегда был чисто и опрятно одет, за чем следила бабушка. Он в это период времени работал кочегаром в котельной и подрабатывал ветеринарным врачом, обеспечивал семье необходимое. Юрий во всем помогал ему по хозяйству, на сенокосе, заботился о младшем брате, который родился в 2012 году. Так как Карпенко Г.А. стала злоупотреблять спиртным, между ними начались конфликты вплоть до драк, при очередной ссоре Карпенко Г.А. уехала в <адрес>, забрав сына Андрея. Через неделю после этого он забрал сына к себе, при этом жена не была против, так как находилась в нетрезвом состоянии. После отъезда Карпенко Г.А. в с<адрес> Юрий за ней не поехал и закончил восьмой класс в <адрес>, но после того, как Карпенко Г.А. позвонила ему и сказала, что больна, он переехал к ней, при этом часто приезжал к нему и бабушке, звонил, сожалея о том, что ему приходится учиться в с<адрес>, при этом он и его мать по нему сильно скучали. Потом Юрий ушел в армию, писал ему, что собирается остаться по контракту, потом ушел на СВО. Когда им сообщили, что Юрий пропал без вести, они в это сначала не поверили, но потом пришло извещение о его гибели, он и его мать очень горевали об этом. Сейчас они не знают, где Юрий похоронен, но хотели бы побывать на его могилке.
Заслушав истца, рассмотрев дело в отсутствие ответчика и представителей третьих лиц Карпенко К.Е., действующей также как законный представитель несовершеннолетней Карпенко Р.Ю., Паздникова В.Ю., представителей ОСФР по Забайкальскому краю, Министерств социальной и демографической политики забайкальского края, АО «СОГАЗ», ФКУ «28 ФЭС» Министерства обороны России, Министерства обороны России, ФКУ «Военно-социальный центр» Министерства обороны России, Военного комиссариата Забайкальского края, Военного комиссариата Октябрьского и Ромненского района Амурской области, войсковой части 21720, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, с учетом заключения прокурора Богачевой Л.И., полагавшей требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.
Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса РФ в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).
Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса РФ).
Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.
Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).
Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).
В силу положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся, в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.
Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица: супруга (супруг), состоявшая (состоявший) на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированном браке с ним; родители (усыновители) застрахованного лица; дедушка и (или) бабушка застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей; отчим и (или) мачеха застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет; несовершеннолетние дети застрахованного лица, дети застрахованного лица старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, его дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях, на день гибели (смерти) застрахованного лица, его дети в возрасте до 23 лет, прекратившие образовательные отношения с образовательной организацией и поступившие в год прекращения таких отношений в другую образовательную организацию, если гибель (смерть) застрахованного лица наступила в период между прекращением образовательных отношений с одной образовательной организацией и поступлением в другую образовательную организацию; подопечные застрахованного лица; лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель) (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).
В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.
В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям, размер которых ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).
Так, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 руб. выгодоприобретателям в равных долях.
Федеральным законом от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих: - единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, размеры которых подлежат ежегодному увеличению (индексации) с учетом уровня инфляции (потребительских цен) в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных пособий принимается Правительством Российской Федерации (часть 16 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ).
В случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных им при исполнении обязанностей военной службы, до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей (часть 8 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ).
Приказом Министра обороны РФ от 06.12.2019 № 727 определен Порядок обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат. Такой порядок в пункте 125 определяет, что в случае гибели (смерти) военнослужащего причитающиеся и не полученные им ко дню гибели (смерти) оклад денежного содержания и ежемесячные дополнительные выплаты полностью за весь месяц, в котором военнослужащий погиб (умер), выплачиваются супруге (супругу), при ее (его) отсутствии - проживающим совместно с ним совершеннолетним детям, законным представителям (опекунам, попечителям) либо усыновителям несовершеннолетних детей (инвалидов с детства - независимо от возраста) и лицам, находящимся на иждивении военнослужащего, в равных долях или родителям в равных долях, если военнослужащий не состоял в браке и не имел детей.
Пунктом 2 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» к членам семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 данной статьи, имеют родители, достигшие возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющиеся инвалидами.
Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.
В соответствии с подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» этого пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».
Получение единовременных выплат, установленных вышеназванным Указом, не учитывается при определении права на получение иных выплат и при предоставлении мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98).
Членам семей погибших (умерших) инвалидов войны и ветеранов боевых действий согласно статье 28 Закона РФ от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей» пенсия по случаю потери кормильца семьям лиц, назначается, если кормилец умер (погиб) во время прохождения службы или не позднее трех месяцев со дня увольнения со службы либо позднее этого срока, но вследствие ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных в период прохождения службы, а семьям пенсионеров из числа этих лиц - если кормилец умер в период получения пенсии или не позднее пяти лет после прекращения выплаты ему пенсии. В силу статьи 29 названного закона право на пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умерших (погибших) лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона, состоявшие на их иждивении. Независимо от нахождения на иждивении кормильца пенсия назначается: нетрудоспособным детям; нетрудоспособным родителям и супругу, если они после смерти кормильца утратили источник средств к существованию; нетрудоспособным родителям и супругам лиц, умерших вследствие причин, указанных в пункте "а" статьи 21 настоящего Закона; супругу, одному из родителей или другому члену семьи, указанным в пункте "в" настоящей статьи. Нетрудоспособными членами семьи считаются, в том числе отец, мать и супруг, если они достигли возраста: мужчины - 60 лет, женщины - 55 лет, либо являются инвалидами.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья. Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты в, м), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. N 17-П, от 20 октября 2010 г. N 18-П, от 17 мая 2011 г. N 8-П, от 19 мая 2014 г. N 15-П, от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).
В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.
Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации») и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».
При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание. Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.
Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).
Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная выплата, единовременное пособие, ежемесячная компенсация, которые подлежат выплате в том числе родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы. Цель названных выплат - компенсировать лицам, в настоящем случае - родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.
Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в который включены родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (абзац второй пункта 1 статьи 1 Семейного кодекса РФ).
Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса РФ).
Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны - заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса РФ).
Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса РФ).
Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса РФ).
Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.
Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были, лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные, пособия, установленные для граждан, имеющих детей.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статья 69, статья 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44).
Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.
Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка. О злостном характере уклонения от уплаты алиментов могут свидетельствовать, например, наличие задолженности по алиментам, образовавшейся по вине плательщика алиментов, уплачиваемых им на основании нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов или судебного постановления о взыскании алиментов; сокрытие им действительного размера заработка и (или) иного дохода, из которых должно производиться удержание алиментов; розыск родителя, обязанного уплачивать алименты, ввиду сокрытия им своего места нахождения; привлечение родителя к административной или уголовной ответственности за неуплату средств на содержание несовершеннолетнего (часть 1 статьи 5.35.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, часть 1 статьи 157 Уголовного кодекса Российской Федерации) (подпункт «а» пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44).
Из приведенных положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.
Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.
Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали, военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.
В силу принципа состязательности гражданского процесса, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ именно на истце лежит обязанность доказать обстоятельства, являющиеся основанием для удовлетворения заявленных им требований. В данном деле суд приходит к выводу о том, что истцом таких достаточных доказательств не представлено.
Установлено, что истец Карпенко Г.А. состояла с ответчиком Карпенко К.В. в зарегистрированном браке со 2 марта 1994 года по 21 мая 2024 года. Согласно актовым записям у сторон родилось четверо детей: <данные изъяты> был женат на Карпенко К.Е., с которой у него 18 октября 2024 года родилась дочь Карпенко Р.Ю. Сам Карпенко Ю.К. являлся военнослужащим и 9 мая 2025 года погиб в ходе участия в боевых действия в зоне специальной военной операции.
Также установлено, что фактически семья супругов Карпенко распалась еще задолго до расторжения их брака, а именно в 2017 году, когда Карпенко Ю.А. было 14 лет, после чего истец Карпенко Г.А. вместе с сыном проживали отдельно от Карпенко К.В. в с. Бурулятуй. При этом младший ребенок сторон Андрей примерно с того же времени проживает с отцом Карпенко К.В. в с. Турга.
Кроме того, установлено, что и до достижения возраста 6 лет Карпенко Ю.К. с отцом Карпенко К.В. также не проживал, поскольку согласно пояснениям самого истца был рожден от другого мужчины - Паздникова В.Ю., с которым Карпенко Г.А. сожительствовала на протяжении нескольких лет, не расторгая брака с Карпенко К.В., при этом указание ответчика в актовой записи о рождении Карпенко Ю.К. в качестве отца было связано с фактом наличия зарегистрированного брака между сторонами. Несмотря на то, что согласно пояснениям истца ей самой, а равно Карпенко К.В. и Паздникову В.Ю. было достоверно известно о том, что Карпенко К.В. биологическим отцом Карпенко Ю.К. не является, его отцовство в установленном порядке оспорено не было. Таким образом, в настоящее время как отец Карпенко Ю.К. ответчик вправе претендовать на причитающуюся ему часть выплат, предусмотренных законом в связи с гибелью сына – военнослужащего.
Заявляя о наличии оснований для лишения ответчика права на получение таких выплат, истец ссылается на то, что ответчик не содержал своего ребенка, не поддерживал родственных связей с сыном, не интересовался его судьбой. В то же время допустимых, достаточных и достоверных доказательств в обоснование таких своих доводов истцом суду не представлено.
Так, установлено, что, несмотря на раздельное проживание, истец в суд за взысканием с ответчика алиментов на содержание сына не обращалась. Нотариального соглашения об уплате алиментов ими не заключалось. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что в период раздельного проживания с супругом и до достижения их совместным сыном возраста 18 лет со стороны истца ответчику выставлялись требования о предоставлении средств на содержание ребенка, которые не выполнялись, суду не представлено. Напротив, в суде установлено, что после окончательного расставания с ответчиком при каждом из родителей осталось по одному несовершеннолетнему ребенку: с Карпенко Г.А. проживал сын Юрий, с Карпенко К.В. – проживал и проживает до настоящего времени сын Андрей. Более того, в суде установлено, что судебным приказом мирового судьи от 23 июня 2025 года с Карпенко Г.А. в пользу Карпенко К.В. взысканы алименты на содержание сына Андрея.
Неучастие в жизни Карпенко Ю.В. со стороны ответчика до достижения им возраста 6 лет не может быть поставлено ему в вину, поскольку, как указано выше, до этого времени ребенок проживал со своим биологическим отцом. Тем не менее, установлено, что с 2009 года Карпенко Ю.К. проживал вместе с Карпенко К.В., своей матерью Карпенко Г.А., со своими братьями и сестрой, в том числе родившимся в 2012 году братом Андреем, что свидетельствует о том, что семья вела совместное хозяйство, имела общий бюджет. Как указывал в своих возражениях ответчик, и пояснила в суде сама Карпенко Г.А., в период времени с 2009 года по 2017 год ответчик Карпенко К.В. был официально трудоустроен, содержал семью.
При таких обстоятельствах оснований полагать, что ответчик в период несовершеннолетия Карпенко Ю.В. не участвовал в его содержании, у суда не имеется. Объективно эти доводы истца ничем не подтверждены.
В обоснование своего иска Карпенко Г.А. ссылалась на то, что ответчик в период совместного проживания с Юрием был груб и жесток к ребенку, относился к нему хуже, чем к своим родным детям, однако и это также объективно не установлено и само по себе не свидетельствует о наличии оснований для лишения ответчика права на получение оспариваемых выплат, поскольку не указывает на ненадлежащее исполнение ответчиком своих родительских обязанностей.
В этой связи суд учитывает, что в ходе рассмотрения дела была исследована информация от Администрации сельского поселения «<адрес>», которая сообщила, чо в период с 1 по 8 класс Карпенко Ю.К. обучался в <адрес>, проживал в <адрес> вместе с отцом Карпенко К.В., в отношении которого информации о ненадлежащем исполнении отцовских обязанностей не поступало. Из характеристик на Карпенко К.В. следует, что он официально трудоустроен кочегаром, по характеру не конфликтный, поведение в быту нормальное, в административном порядке не разбирался. По данным Районного комитета по образованию и делам молодежи Администрации <адрес> на контроле в отделе опеки и попечительства Карпенко К.В. не состоял, данных о его лишении ил ограничении в родительских права в отношении сына Карпенко Ю.К. не имеется. По данным Комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав Администрации <адрес> сведений о ненадлежащем исполнении родительских обязанностей по воспитанию, обучению и содержанию детей со стороны Карпенко К.В. не имеется. В то же время комиссией сообщено о том, что Карпенко Г.А. в 2018 году сама привлекалась к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.35 КоАП РФ за ненадлежащее исполнение своих родительских обязанностей в отношении сыновей Карпенко Ю.К. и Карпенко А.К., а именно, в связи с тем, что проживая в <адрес>, в то время как дети проживают с бабушкой и отцом в <адрес>, воспитанием детей не занималась, от воспитания отстранилась, материально их не обеспечивает, не трудоустроена и не имеет постоянного источника заработка.
Единственным доказательством, которое было представлено истцом в обоснование своего иска, помимо факта раздельного проживания ответчика и Карпенко Ю.В. в период после достижения им возраста 14 лет, явились показания допрошенного в суде свидетеля Н. Однако и та, давая свои показания, в большей степени описывала конфликты, которое имели место между Карпенко Г.А. и Карпенко К.В. в период их совместного проживания, ссылалась на побои, которые наносил истцу ответчик, однако в отношении поведения ответчика к сыну Юрию факты насилия отрицала, указывая лишь на сложные и неприязненные отношения Карпенко К.В. к Юрию.
Давая оценку показаниям свидетеля, суд учитывает, что в тот период времени, когда стороны проживали совместно, свидетель проживала в ином населенном пункте, объективно не имела возможности сама наблюдать за положением дел в семье, сообщала известные ей сведения со слов иных лиц, в том числе самой Карпенко Г.А., которая приходится Н.. родственницей и в настоящее время проживает с ней совместно, что дает основание сомневаться в объективности таких показаний.
Описывая отношение ответчика к сыну, свидетель Н. приводила выражения грубого смыслового содержания, которыми со слов Юрия Карпенко К.В. обращался к нему в детстве, указывала на то, что ответчик издевался над ребенком, подтвердила описанную Карпенко Г.А. ситуацию с подкладыванием с постель ребенка конского навоза. Это, по мнению суда, само по себе не свидетельствует о том, что за время совместного проживания ответчик совершал в отношении несовершеннолетнего Карпенко Ю.К. действия, которые могли бы быть основанием для лишения его родительских прав. Напротив, со слов самой Карпенко Г.А., будучи взрослым, Карпенко Ю.К. положительно оценивал для себя воспитание со стороны Карпенко К.В., говоря о том, что он приучил его к труду, дал навыки, которые ему пригодились.
Суд учитывает, что возраст ребенка с 6 до 14 лет является тем возрастом, когда у ребенка формируется мировоззрение, закладываются основы самооценки, характера и осознанного отношения к своим поступкам. Именно в этот период времени ответчик проживал с Карпенко Ю.К. в составе одной семьи, в которой, как и в любой другой могут происходить конфликты, недопонимания, что само по себе не указывает на то, что ответчик не достоин права на получение выплат, предусмотренных для родителей погибших военнослужащих, призванных возместить нравственные и материальные потери.
Доводы истца о том, что после достижения Карпенко Ю.К. ответчика Карпенко К.В. полностью утратил с ним общение и родственную связь, объективно также не подтверждены, опровергаются доводами ответчика, который указывал на то, что и после 2017 года продолжал общение с Юрием, который приезжал к нему в <адрес>, звонил. Как указывает ответчик, ему было известно о службе Юрия в армии, о заключении им контракта с Министерством обороны, об участии в специальной военной операции. После гибели Юрия он получал соответствующее извещение из органов военного ведомства, что свидетельствует о том, что сведения о нем как об отце имелись в личном деле военнослужащего.
Что же касается доводов истца о неучастии ответчика в похоронах сына, суд учитывает, что согласно пояснениям истца Карпенко Г.А. похороны организовывала она, и в силу личных неприязненных отношений с бывшим супругом не сообщала ему, в отличие от Паздникова В.П., о том, когда и где будет захоронен Карпенко Ю.К. Тем самым ответчик был лишен самим истцом возможности как таковой принять участие в похоронах сына, и такое неучастие не может быть расценено судом как виновное поведение, свидетельствующее о равнодушии ответчика к смерти сына.
При указанных обстоятельствах, с учетом отсутствия сведений о привлечении ответчика в ответственности за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, за неуплату алиментов, недоказанности фактов умышленного уклонения ответчика от выполнения своих родительских обязанностей, осуществления родительских прав в ущерб правам и интересам сына до достижения им совершеннолетия, суд не усматривает оснований, влекущих возможность лишения ответчика права на получение указанных в иске пособий и выплат, в связи с гибелью сына – военнослужащего. В связи с этим в удовлетворении исковых требований должно быть отказано.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Забайкальский краевой суд путем подачи жалобы через Читинский районный суд Забайкальского края.
Судья Мигунова С.Б.
Мотивированное решение изготовлено 25 мая 2026 года