РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
«22» мая 2026 г. г. Усть-Кут
Усть-Кутский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Волкова Н.Н., при секретаре судебного заседания ФИО8, с участием помощника прокурора <адрес> ФИО9, ответчика ФИО1, представителя ответчика ФИО19, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-138/2026 (УИД 38RS0025-01-2024-002218-28) по иску ФИО4 к Администрации Усть-Кутского муниципального образования (городского поселения) Усть-Кутского района Иркутской области (сокращённое наименование Администрация муниципального образования «<адрес>»), ФИО1 о признании нанимателем по договору социального найма, об обязывании заключить договор социального найма, признании утратившей право пользования жилым помещением, встречному исковому заявлению ФИО1 к ФИО4, Администрации Усть-Кутского муниципального образования (городского поселения) Усть-Кутского района Иркутской области (сокращённое наименование Администрация муниципального образования «город Усть-Кут») о признании членом семьи нанимателя, признании нанимателем по договору социального найма, об обязывании заключить договор социального найма, признании утратившим право пользования жилым помещением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ (л.д. 92-94 том № 1) к Администрации муниципального образования «город Усть-Кут», ФИО1 с требованиями признать членом семьи ФИО2, 31.07.1966 года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ нанимателя жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>№, признать нанимателем по договору социального найма указанного жилого помещения, обязать администрацию Усть-Кутского муниципального образования (городского поселения) заключить договор социального найма жилого помещения, признать утратившей право пользования жилым помещением ФИО1.
В обоснование заявленных требований сторона истца указала, что нанимателем жилого помещения по адресу: <адрес>, являлся родной отец истца - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умерший ДД.ММ.ГГГГ В жилое помещение отец был вселен и проживал в связи с трудоустройством в <адрес> в СМП-266 Трест «ЛенаБАМстрой» с 1988 года. Истец проживал совместно с отцом и проживает в спорной квартире в настоящее время после смерти отца. В период всего совместного проживания с ФИО2, истец вел общее хозяйство, производил ремонт квартиры, оплачивал электроэнергию, коммунальные услуги, выполнял все обязанности по договору социального найма жилого помещения, возложенные на нанимателя и членов его семьи. ФИО2 планировал оформить квартиру в собственность, путем приватизации, но не успел. После смерти ФИО2, истец намеревался заключить договор социального найма, но в настоящее время получен отказ по причине того, что не имеется надлежащих документов на жилое помещение. Истец является единственным членом семьи умершего ФИО2, был вселен им в жилое помещение именно как член его семьи и проживал совместно с ним с рождения. Мать истца ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ. Истец, его супруга, и сын несут все обязанности, предусмотренные для нанимателя жилого помещения. Ответчик ФИО1 расходов по оплате жилищных услуг не несет, в жилом помещении не проживает, ее место жительства истцу неизвестно. Из жилого помещения ФИО1 выехала добровольно.
Определением от 28.01.2026 г. по делу принят встречный иск ФИО1 к ФИО4, Администрации муниципального образования «город Усть-Кут» с требованиями признать членом семьи нанимателя - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умершей ДД.ММ.ГГГГ, нанимателя жилого помещения по адресу: <адрес>; признать нанимателем по договору социального найма жилого помещения по адресу: <адрес>; обязать администрацию Усть-Кутского муниципального образования (городского поселения) заключить договор социального найма на жилое помещение по адресу: <адрес>; признать утратившим право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р.
В обоснование встречного иска указано, что договор социального найма на жилое помещение по адресу: <адрес>, должен быть заключен с ней. Изначально данное жилое помещение было получено мамой ФИО1 - ФИО3, проживали они в нем вдвоём с мамой. ФИО2 въехал в данное жилое помещение с разрешения мамы ФИО1, проживали совместно, брак не регистрировали. В 1995 году родился брат ФИО4 В спорном жилом помещении ФИО1, проживала до смерти мамы. После смерти мамы, ФИО1 пришлось выехать из данного жилого помещения, так как ФИО2 вёл асоциальный образ жизни, злоупотреблял спиртными напитками, в состоянии алкогольного опьянения был агрессивен, устраивал скандалы. С ФИО2 договор социального найма на жилое помещение по адресу: <адрес>, не заключался, так как никаких оснований для этого не было: ему это жильё не выделялось, членом семьи мамы ФИО3, он не был. ФИО1 несла расходы по оплате коммунальных услуг за жилое помещение по адресу: <адрес>, с того момента как появился самостоятельный заработок. ФИО4 предоставил документы, согласно которым он только в сентябре и октябре 2025 года задался вопросом о погашении имеющейся задолженности по коммунальным услугам, до этого он задолженность не погашал. В жилом помещении полнейший бардак, электроэнергия отключена. ФИО4 кроме того, что не оплачивал коммунальные услуги за жилое помещение по адресу: <адрес>, выехал из данного жилого помещения, и проживает со своей супругой и сыном в её квартире.
Истец ФИО4 извещенные о дате – ДД.ММ.ГГГГ, времени и месте разбирательства по делу посредством почтовой связи надлежащим образом и своевременно, для участия в разбирательстве по делу не явился, ходатайств об отложении разбирательства по делу не заявил, в связи с чем, суд определил о рассмотрении дела в его отсутствие.
Представитель истца ФИО18 извещенная о дате - ДД.ММ.ГГГГ, времени и месте разбирательства по делу лично под роспись, для участия в разбирательстве по делу не явилась, в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ изложила просьбу о рассмотрении дела в ее отсутствие.
В ходе судебного заседания проходившего 03.04.2026 г. представитель истца ФИО18 заявленные исковые требования поддержала по доводам, указанным в исковом заявлении, дополнила (10:45 по 13:05 записи от 03.04.2026 г.), что истец со своей супругой, а также ребенком проживают в спорном жилом помещении, они занимаются ремонтом жилого помещения. Двери в жилом помещении не менялись, препятствий для проживания в спорном жилом помещении в адрес ФИО1 не чинились. Стороной истца по встречному иску не представлено доказательств, препятствий вселения в жилое помещение, а именно заявления в полицию, либо иные органы. Расходы по содержанию спорным жилым помещение несет ФИО4, им заключены соглашения с управляющей компанией, а также ресурсоснабжающими организациями о погашении долгов. Со слов ФИО4, ФИО1 со спорного жилого помещения выехала добровольно, мер к вселению в спорное жилое помещение не принимала. Доказательства оплаты коммунальных услуг, будут представлены.
Ответчик ФИО1 в ходе разбирательства по делу против первоначального иска возражала, встречные исковые требования поддержала, суду объяснила (13:10 по 23:00 записи от 03.04.2026 г.), что изначально спорное жилое помещение было предоставлено ФИО3, которая ФИО1 приходится матерью. Указанное жилье ФИО3 было предоставлено по месту работы организации с наименованием ВСЭМ. В указанном жилом помещении проживали ФИО3 и ФИО1, пока в их жизни не появился ФИО2 ФИО1 обращалась в ЖЭУ касаемо ордера на спорное жилое помещение, ей пояснили, что поскольку указанное жилье ранее имело статус общежития, ордера не выдавались. ФИО2 в <адрес>, квартира предоставлялась под номером 309, в которую впоследствии был вселен брат ФИО2 – ФИО21 Юрий, который впоследствии был выселен из указанной комнаты, комната была предоставлена другим людям. ФИО2 в комнате № стал проживать с 1995 года, когда родился ФИО4 ФИО1 в спорном жилом помещении проживала до момента смерти мамы ФИО3, после ее смерти спустя непродолжительный период времени ФИО1 к себе забрала бабушка, на тот момент ей было 16 лет. На момент переезда ФИО1 к бабушке, ФИО2 сильно злоупотреблял спиртным, в жилом помещении невозможно было проживать, в квартире ночевали посторонние люди. После того, как ФИО1 переехала к бабушке, она продолжала проверять спорное жилое помещение. В один из случаев посещения квартиры ФИО1 в квартире обнаружила чужие вещи, на вопрос ФИО2, чьи это вещи, он пояснил, что людям негде жить, по указанной причине он их пустил пожить. Учитывая указанные обстоятельства, а также постоянное злоупотребление спиртным со стороны ФИО2, ФИО1 вынуждена была проживать с бабушкой. В 2024 г. ФИО2 умер, после чего ФИО1 приходила в квартиру с сотрудником БТИ, с целью оформить в квартире перепланировку. На момент посещения квартиры в сентябре 2024 г. ФИО1 установила, что все ее вещи, ее кровать, из квартиры выкинули. Условий для проживания в спорном жилом помещении не имеется, о чем в материалы дела представлена видеозапись обстановки жилого помещения, в квартире необходимо проводить ремонт. В указанный период времени истец ФИО4 уже женился и проживал по месту жительства своей супруги, спорное жилье на сегодняшний день пустует, со слов соседки, ФИО1 известно, что приходили сотрудники администрации, интересовались спорной квартирой. По спорной квартире числится задолженность. После посещения квартиры в сентябре 2024 г. ФИО1 в спорное жилье попасть не может, так как в квартире сменена дверь. В мае 2025 г. у ФИО20 был разговор с ФИО4, который обещал ей дать ключи от квартиры, однако впоследствии так ключей и не предоставил. (26:45 по 28:00 записи от 03.04.2026 г.) до смерти ФИО2, ФИО1 оплачивала все коммунальные платежи в отношении спорного жилого помещения, дополняя их в том числе суммой на погашение образовавшейся задолженности. С ФИО2, ФИО1 ругалась на почве его злоупотребления спиртным, указанные отношения также являлись препятствием совместного проживания в спорном жилом помещении.
Представитель ответчика ФИО19 в ходе разбирательства по делу против первоначального иска возражала, встречные исковые требования поддержал, суду объяснил (23:25 по 26:45 записи от 03.04.2026 г.), что сторона ответчика не согласна с заявленными исковыми требованиями ФИО4 в части того, что нанимателем спорного жилого помещения являлся его отец ФИО2 Доказательств того, что спорное жилое помещение в найм было предоставлено ФИО2, не имеется. Напротив в материалах дела имеется несколько копий поквартирных карточек в отношении спорного жилого помещения исходя из которых следует, что нанимателем спорного жилого помещения являлась ФИО3, членами семьи которой являлись ФИО2, ФИО4, ФИО1 На сегодняшний день у стороны ответчика имеется судебный приказ на руках от 21.07.2025 г. выданный по требованию управляющей компании «Чайка» в отношении ФИО21 и ФИО20, задолженность за период с 01.01.2019 г. по 30.04.2025 г. Указанное свидетельствует, что Рязановыми как нанимателями жилого помещения, платежи в отношении жилого помещения не производились. При этом ФИО1 представлены доказательства оплаты коммунальных платежей в части ее доли.
Представитель ответчика Администрации муниципального образования «город Усть-Кут» извещенный о дате – 22.05.2026 г., времени и месте судебного заседания, в том числе в соответствии с ч. 2.1. ст. 113 ГПК РФ, для участия в судебном заседании не явился, в письменном отзыве от 03.02.2026 г. изложил просьбу о рассмотрении дела в его отсутствие, возражений по заявленным требованиям не изложено.
Свидетель ФИО10, суду показал (07:50 по 17:50 записи от 25.02.2026 г.), что с 28.02.2001 г. проживает в <адрес>, на момент заселения в указанный дом он не был знаком с ФИО2 Позже свидетель стал общаться с ФИО2, однако не близко. На момент заселения свидетеля в указанный дом в комнате № проживал ФИО2, а также его супруга ФИО3, также проживала дочь ФИО6, сын ФИО7. Свидетелю известно, что сначала умерла ФИО3, позже умер ФИО2, даты смерти свидетель не помнит. Свидетелю известно, что после смерти ФИО3, ФИО2 сильно злоупотреблял алкоголем, позже вроде перестал. Перед смертью ФИО2 работал в Сервико. ФИО1 в <адрес>, свидетель не видел давно, ФИО4 также видел последний раз ориентировочно полтора года назад, однако в другом микрорайоне. До указанного случая по месту жительства свидетель видел ФИО4 последний раз ориентировочно осенью 2022 г., хотя когда ФИО4 проживал по <адрес>, они виделись. Какие были отношения у ФИО2 с его детьми, свидетелю неизвестно, как и дата и причины выезда со спорного жилого помещения ФИО1, въезда в указанное жилое помещение. Проживает ли в настоящее время кто в комнате № <адрес>, свидетелю неизвестно.
Свидетель ФИО11, суду показала (28:50 по 37:10 записи от 03.04.2026 г.), что с февраля 2000 года проживает в <адрес> на втором этаже, где ФИО1 не видела. Впервые ФИО1 увидела на похоронах ФИО2 Свидетелю известно, что ФИО2, а также ФИО4 проживали на третьем этаже указанного дома, ФИО4 проживал с отцом постоянно. Кто проживал в жилом помещении № до ФИО2, свидетелю неизвестно. При жизни ФИО2, свидетель совместно с ним работала два года в Сервико, где ФИО2 работал в должности грузчика, в указанный период они общались. До совместной работы, близко свидетель с ФИО2 не общалась, в гости к нему не ходила, как и в период, когда работали совместно, лишь здоровались как соседи. Употреблял ли ФИО2 алкогольные напитки, свидетель за этим не наблюдала, его в алкогольном опьянении не видела. После смерти матери, ФИО4 посещал школу как все, был нормально одет. С матерью ФИО4, свидетель знакома не была. ФИО4 по месту жительства свидетель не видела давно, около одного года. В <адрес> никто не проживает, света в указанной квартире свидетель не видит.
Свидетель ФИО12, суду показала (37:40 по 45:00 записи от 03.04.2026 г.), что ранее проживала на одном этаже <адрес> с семьей истца, общались. Семья истца состояла из ФИО3, ФИО1, ФИО2, ФИО13 гостях у семьи ФИО21 свидетель была лишь когда семья была еще полная. Кто в настоящее время владеет и пользуется жилым помещением, в котором ранее проживала семья истца, свидетелю неизвестно, так как никого свидетель в <адрес> последнее время не видит. ФИО4 последний раз свидетель в <адрес> видела еще при жизни его отца. Свидетелю известно, что супруга истца проживает в микрорайоне «Лена». Проживала ли когда-либо супруга истца ФИО4 в <адрес>, свидетель не знает. ФИО1 в <адрес>, свидетель видела, когда еще была жива ее мама ФИО3, после ее смерти не видела. По какой причине после смерти мамы ФИО1 не проживала в <адрес>, свидетелю неизвестно. При жизни ФИО2, свидетель его видела по месту жительства, были ли у него вредные привычки, свидетелю неизвестно.
Свидетель ФИО14, суду показала (45:50 по 53:45 записи от 03.04.2026 г.), что с ФИО1 она не знакома, о том, что она является сестрой ФИО4, от последнего никогда не слышала. ФИО4, а также ФИО2, свидетель знает, с ФИО4 совместно учились в школе, проживали в соседних подъездах, тесно общались. В <адрес> свидетель проживала с рождения и до 2011, 2012 года. Свидетелю известно, что мама у ФИО4 умерла, последний воспитывался отцом. В период воспитания ФИО4 отцом, свидетель бывала в гостях у ФИО4, условия проживания их семьи были нормальные. О злоупотреблении ФИО2 спиртным, жалоб от ФИО4, не было. Кто в настоящее время проживает в <адрес>, свидетелю неизвестно, так как она в указанном доме не проживает. ФИО2 А. в настоящее время свидетель не общается, свидетелю лишь известно, что у него своя семья, супруга Карина. Последний раз свидетель ФИО2 видела около года назад, проезжающего на машине, где он в настоящее время проживает свидетелю неизвестно.
Свидетель ФИО15, суду показала (54:10 по 01:06:30 записи от 03.04.2026 г.), что в настоящее время в спорной квартире никто не живет, так как год назад свидетель совместно с ФИО4 стали осуществлять там ремонт. Впервые в спорной квартире свидетель оказалась, когда училась в десятом классе в 2008 году, в квартире на тот момент проживал ФИО4, а также его отец ФИО2, тогда же свидетель познакомилась с ФИО4 Относительно проживания в спорной квартире сестры ФИО4, свидетель ничего не слышала. По соседству в <адрес> у свидетеля проживала подруга, от которой свидетелю стало известно, что мама ФИО4 умерла год назад, указанный вопрос стал по причине того, что свекровь подруги отглаживала ФИО4 рубашки к первому сентября. С августа 2023 г. до марта 2024 г. свидетель совместно с ФИО4 проживала в спорной квартире. После марта 2024 г. свидетель с ФИО4 переехали проживать в квартиру свидетеля по <адрес> где проживают по настоящее время. Переехали проживать по <адрес>, так как с квартиры свидетеля съехал брат, в указанном микрорайоне свидетелю удобнее добираться до работы. О ФИО1 свидетель узнала за неделю до свадьбы с истцом, когда они подготавливали списки приглашаемых лиц. Со слов ФИО2 свидетелю стало известно, что ФИО1 со спорного жилого помещения съехала после того, как умерла ее мама, о причинах не говорил, сказал, что переехала к бабушке, при этом каких-либо неприязненных отношений в семье никогда не было. О злоупотреблении ФИО2 спиртными напитками от ФИО4 свидетель не слышала, сам ФИО2 всегда был опрятно одетым. Ремонт в спорной квартире был начат ориентировочно год назад по причине того, что в квартире все старое, после ремонта свидетель с ФИО4 планировали проживать в указанном жилом помещении. После смерти ФИО2 в квартире дверь не менялась, замки не менялись. ФИО4 о том, что в спорном жилом помещении желает проживать ФИО1, ничего не говорил, в квартиру у ФИО1 был доступ, свидетелю известно, что ФИО1 была в квартире с сотрудником БТИ. Относительно личных вещей ФИО1 в квартире, свидетелю известно, что в квартире имелся ее сервиз, который остался в квартире, ее мебель в квартире не оставили, женских вещей не было. ФИО4 по спорной квартире был полностью погашен долг по социальному найму, также заключено соглашение о погашении оставшейся задолженности.
Выслушав участников процесса, исследовав представленные сторонами доказательства, выслушав заключение прокурора полагавшего заявленные иски ФИО4, ФИО1 обоснованными частично, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.
Согласно ч. 2 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ЖК РФ) граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Согласно ст. ст. 3, 10 ЖК РФ, жилищные права и обязанности возникают и прекращаются не иначе как по основаниям и в порядке, предусмотренном жилищным законодательством и другими федеральными законами.
В соответствии со ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.
В силу ч. 1 ст. 49 ЖК РФ по договору социального найма предоставляется жилое помещение государственного или муниципального жилищного фонда.
Жилые помещения предоставляются гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очередности исходя из времени принятия таких граждан на учет, за исключением внеочередного предоставления (ст. 57 Кодекса).
В соответствии со ст. 60 ЖК РФ по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом. Договор социального найма заключается без установления срока его действия.
Согласно ч. 1 ст. 62 ЖК РФ предметом договора социального найма должно быть жилое помещение (жилой дом, квартира, часть жилого дома или квартиры).
В силу п. 4 ст. 445 ГК РФ, если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор.
В соответствии с ч. 1 ст. 63 ЖК РФ договор социального найма жилого помещения заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования.
На основании ст. 675 ГК РФ переход права собственности на занимаемое по договору найма жилое помещение не влечет расторжения или изменения договора найма жилого помещения. При этом новый собственник становится наймодателем на условиях ранее заключенного договора найма.
В соответствии со ст. 64 ЖК РФ переход права собственности на занимаемое по договору социального найма жилое помещение, права хозяйственного ведения или права оперативного управления таким жилым помещением не влечет за собой расторжение или изменение условий договора социального найма жилого помещения.
Жилые помещения жилищного фонда Российской Федерации или жилищного фонда субъекта Российской Федерации по договорам социального найма предоставляются иным определенным федеральным законом, указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации категориям граждан, признанных по установленным настоящим Кодексом и (или) федеральным законом, указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации основаниям нуждающимися в жилых помещениях. Данные жилые помещения предоставляются в установленном настоящим Кодексом порядке, если иной порядок не предусмотрен указанным федеральным законом, указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации (91.3. ЖК РФ).
Судом установлено, что ФИО3, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ, умершая ДД.ММ.ГГГГ и приходящаяся истцу ФИО4, а также истцу по встречном иску ФИО1 матерью, была зарегистрирована ДД.ММ.ГГГГ и проживала в комнате общежития № расположенного по адресу: <адрес>.
Также в спорном жилом помещении ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован и проживал ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умерший ДД.ММ.ГГГГ, который с ФИО3 находился в фактических брачных отношениях.
ДД.ММ.ГГГГ была зарегистрирована дочь ФИО3 – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.
ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован сын ФИО3 – ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., фактически проживал с рождения.
В дальнейшем здание общежития было передано в муниципальную собственность и ему присвоен статус многоквартирного жилого дома. Установлено из искового заявления ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, копии паспорта ФИО4 2515 №, свидетельства о рождении I-СТ №, свидетельства о смерти III-СТ №, свидетельства о смерти III-СТ №, копии постановления мэра <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ за №п (л.д. 63 том №), поквартирных карточек в отношении спорного жилого помещения (л.д. 64, 181 том №), ответов отдела по Усть-Кутскому и <адрес>м и <адрес> службы записи актов гражданского состояния <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, а также приложенных к ним записей о регистрации, сведений о регистрации ФИО1 (л.д. 90 том №).
Факт включения жилого дома в реестр муниципальной собственности подтверждается сведениями акта обследования жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 65 том №).
Вселение в общежитие матери истца ФИО3 было надлежащим образом оформлено получением постоянной регистрации по адресу: <адрес>307. В последующем в установленном законом порядке были вселены в спорное жилое помещение в качестве члена семьи ФИО2, а также дети ФИО3
Со времени вселения ФИО3 в жилое помещение с 1995 года до момента смерти ДД.ММ.ГГГГ, то есть на протяжении более 12 лет она проживала в нем, совместно со своими членами семьи, в том числе ФИО4, ФИО1
Также на протяжении всего времени проживания (1995 - 2007 годы) в жилом помещении, ФИО3 несла бремя содержания, оплачивала жилищно-коммунальные услуги. После смерти ФИО3 бремя содержания несли члены семьи ФИО3
С момента прописки (регистрации) 1995 г. у матери ФИО1, ФИО4 – ФИО3, а после ее смерти членов ее семьи отсутствовал договор социального найма на бумажном носителе.
В соответствии с п. 1 ст. 63 Жилищного кодекса РФ договор социального найма жилого помещения заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования.
Наличие ордера как единственного основания вселения в жилое помещение, было предусмотрено ранее действовавшим жилищным законодательством (п. 1 ст. 47 ЖК ФИО5). Ныне действующий Жилищный кодекс РФ выдачи ордеров не предусматривает. Однако многочисленная правоприменительная практика и ранее указывала на то, что отсутствие у гражданина ордера на занятие жилой комнаты при фактическом вселении в предоставленное жилое помещение, проживании в ней и исполнении обязанностей нанимателя само по себе не может служить препятствием к возникновению у такого лица права пользования жилым помещением.
По смыслу ч. 5 ст. 57, ч. 1 ст. 60 и ч. 1 ст. 63 ЖК РФ в их взаимосвязи, основанием для возникновения права пользования жилым помещением государственного или муниципального жилищного фондов по договору социального найма выступают два юридических факта- принятие решения о предоставлении жилого помещения и заключения договора социального найма жилого помещения. При этом само по себе отсутствие письменного договора социального найма не препятствует фактическому осуществлению гражданам прав нанимателя жилого помещения по договору социального найма, поскольку их реализация не может быть поставлена в зависимость от оформления органами местного самоуправления соответствующих документов.
Как установлено в ходе разбирательства по делу, что с момента получения регистрации и по 2007 год, ФИО3, а также ее дочь ФИО1, а с 1995 года ФИО4 проживали по адресу: <адрес>307.
Поскольку ФИО3 приходящаяся ФИО1, ФИО4 матерью приобрела право пользования спорной квартирой на законных основаниях, была вселена и зарегистрирована в квартире, в соответствии с положениями статьи 47 ранее действовавшего Жилищного кодекса ФИО5, и после введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации продолжала пользоваться данным жилым помещением на условиях социального найма, что не опровергает отсутствие оформленного письменно договора социального найма жилого помещения, совместно с ней также проживали ее дети ФИО1, а также ФИО4, требования истца ФИО4, а также ФИО1 по встречному иску о признании права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма подлежат удовлетворению.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что имеются предусмотренные законом основания для признания права ФИО4, а также ФИО1 по встречному иску на пользование на условиях договора социального найма квартирой № по адресу: <адрес>.
Спорные правоотношения между сторонами возникли в 1995 г. В этот период и до 1 марта 2005 года действовал Жилищный кодекс РСФСР (ЖК РСФСР), утвержденный Верховным Советом РСФСР 24 июня 1983 года. Согласно ст. 109 ЖК РСФСР для проживания рабочих, служащих, студентов, учащихся, а также других граждан в период работы или учебы могли использоваться общежития, представляющие собой специально построенные или переоборудованные для этих целей жилые дома.
Порядок предоставления жилой площади в общежитиях, определялся согласованным с ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ Примерным положением об общежитиях, утвержденным Постановлением Совета Министров РСФСР от 11 августа 1988 года N 328 (в редакции Постановления Правительства Российской Федерации от 23 июля 1993 года N 726), которое предусматривало возможность вселения в общежитие не только рабочих, служащих, студентов и учащихся, но и других граждан. Так, согласно п. 10 Примерного положения об общежитиях жилая площадь в общежитии предоставлялась рабочим, служащим, студентам, учащимся, а также другим гражданам по совместному решению администрации, профсоюзного комитета и комитета комсомола объединения, предприятия, учреждения, организации или учебного заведения, в ведении которого находится общежитие. При этом на основании принятого решения администрацией должен был выдаваться ордер на занятие по найму жилой площади в общежитии по установленной форме. Как указано в п. 12 и п. 13 Примерного положения об общежитиях, проживающие в общежитии рабочие, служащие, студенты, учащиеся, а также другие граждане имеют право пользоваться предоставленной жилой площадью и обязаны использовать предоставленную им жилую площадь в соответствии с ее назначением, своевременно вносить плату за пользование жилой площадью, предоставляемые коммунальные и другие услуги по установленным ставкам и тарифам, а также нести иные обязанности.
В данном случае мать истца ФИО3 вселилась в общежитие не самоуправно. Данное обстоятельство подтверждается поквартирной карточкой в отношении спорного жилого помещения исходя из которой установлен факт вселения и проживания ФИО3 в общежитии с 1995 года и проживания по день смерти, а также членов ее семьи к котором относится в том числе ФИО1, ФИО4
Из объяснений истца по встречному иску ФИО1 установлено, что комната № в общежитии, ее матери была предоставлена по месту работы, как работнику организации с наименованием ВСЭМ. Указанные объяснения в ходе разбирательства по делу иными доказательствами не опровергнуты.
Факт законного вселения ФИО3 в общежитие подтверждается ее постоянной регистрацией в общежитии по месту жительства. В соответствии со ст. 6 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» в первоначальной редакции, действовавшей в момент регистрации ответчика в общежитии, для регистрации по месту жительства гражданин должен в обязательном порядке предоставить два документа: паспорт или иной заменяющий его документ, удостоверяющий личность гражданина; документ, являющийся основанием для вселения гражданина в жилое помещение (ордер, договор, заявление лица, предоставившего гражданину жилое помещение, или иной документ), или его надлежаще заверенная копия. Аналогичные требования содержались в п. 16 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 года № 713, в редакции, действовавшей до 28 марта 2008 года.
Таким образом, в силу вышеприведенных положений без предъявления документа, являющегося основанием для вселения гражданина в жилое помещение (ордера, договора, заявления лица, предоставившего гражданину жилое помещение, или иного документа), гражданин не мог быть зарегистрирован в жилом помещении. А поскольку ФИО3 в общежитии была зарегистрирована по день смерти, данный факт означает, что регистрирующий орган (паспортно-визовая служба) располагала такими документами. Следовательно, документы, являвшиеся основанием для вселения ФИО3 в общежитие, у нее имелись, как и у членов ее семьи.
Согласно ч. 4 ст. 3 Жилищного кодекса Российской Федерации (ЖК РФ) никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены самим ЖК РФ или другими федеральными законами.
Согласно ст. 47 ЖК РСФСР ордер на жилое помещение являлся основанием для вселения в жилое помещение, однако отсутствие у гражданина ордера на занятие жилого помещения при фактическом вселении в предоставленное жилое помещение, проживании в нем и исполнении обязанностей нанимателя само по себе не может служить препятствием к возникновению у такого лица права пользования жилым помещением.
Отсутствие же у ФИО1, ФИО4, а также их родителей документов на вселение, в частности, ордера, договора социального найма, может свидетельствовать лишь о ненадлежащем оформлении данного вопроса должностными лицами ответчика - Администрации муниципального образования «<адрес>», что не может ставиться в вину истцам ФИО4, ФИО1 Как указала судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 15 мая 2012 года № 18-В12-18 («Бюллетень Верховного Суда РФ», 2013 г., № 3, с.12), отсутствие у гражданина ордера на занятие жилой площади при фактическом вселении в предоставленную ему квартиру, проживании в ней, исполнении обязанностей нанимателя само по себе не служит препятствием к возникновению у такого лица права пользования жилым помещением.
В данном случае семья ФИО1, ФИО4 не только фактически вселились и на протяжении длительного времени проживали в общежитии, но также исправно исполняли обязанности по оплате своего проживания в нем (с 1995 по 2024 годы).
В дальнейшем общежитие, расположенное по адресу: <адрес>307, признано жилым домом.
Реализуя предоставленное ст. 126 Конституции Российской Федерации и п. 5 ст. 19 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» право давать разъяснения по вопросам судебной практики, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 41 Постановления от 2 июля 2009 года N 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснил, что после 1 марта 2005 года основанием заключения договора найма конкретного специализированного жилого помещения, дающего право на вселение и проживание в жилом помещении, является, согласно ст. 99 ЖК РФ, решение собственника такого жилого помещения или действующего от его имени уполномоченного органа либо иного уполномоченного им лица (например, администрации государственного унитарного предприятия, государственного или муниципального учреждения) о предоставлении гражданину, не обеспеченному жилым помещением в соответствующем населенном пункте, специализированного жилого помещения. Исходя из вышеприведенных разъяснений администрация государственного унитарного предприятия вправе заключать с гражданами договоры найма специализированных жилых помещений, находящихся у предприятия на праве хозяйственного ведения. И хотя данное разъяснение напрямую касается положений действующего ЖК РФ и права предприятия, владеющего специализированным жилищным фондом на праве хозяйственного ведения, в виду схожести правоотношений оно вполне применимо и к рассматриваемому делу.
Как указал Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 8 Постановления «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости производного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (ст. 25 Конституции Российской Федерации, ст. 1, ст. 3 Жилищного кодекса Российской Федерации). При этом отсутствие договора социального найма, а также решения органа местного самоуправления об исключении соответствующего дома из специализированного жилищного фонда не может препятствовать осуществлению гражданами прав нанимателя жилого помещения по договору социального найма, поскольку их реализация не может быть поставлена в зависимость от оформления органами местного самоуправления указанных документов.
В данном случае каких-либо злоупотреблений или нарушений со стороны ФИО1, ФИО4, а также их родителей при их вселении в общежитие и за время проживания в нем допущено не было, а возможное нарушение должностными лицами установленного порядка оформления документов в ходе предоставления жилого помещения в общежитии не может являться основанием для умаления прав ФИО1, ФИО4, выполнявших обязанности нанимателя жилого помещения.
Исходя из изложенного, доводы стороны истца по первоначальному иску о том, что спорное жилое помещение было предоставлено его отцу ФИО2, суд находит несостоятельными.
Что касается требований истца о признании утратившей право пользования жилым помещением в отношении ФИО1, суд исходит из следующего.
В соответствии с положениями ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее ЖК РФ) члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (часть 2). Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения (часть 3).
В силу ст. 71 ЖК РФ временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.
Исходя из взаимосвязанных положений части 4 статьи 69, статьи 71 и части 3 статьи 83 ЖК РФ основанием для прекращения права пользования жилым помещением по договору социального найма может быть постоянное отсутствие нанимателя или члена его семьи, обусловленное их выездом в другое место жительства. Такое признание допускается по требованию наймодателя и других лиц, имеющих право пользования тем же помещением.
Из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 и 3 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» условием удовлетворения иска о признании члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма будет являться установление факта постоянного непроживания ответчика в спорном жилом помещении, обусловленного его добровольным выездом в другое место жительства и отказом от прав и обязанностей нанимателя по договору найма при отсутствии препятствий в пользовании этим помещением.
Разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.
При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.
Отсутствие же у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.
Разрешая заявленные истцом ФИО4 требования о признании утратившей право пользования жилым помещением ФИО1, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных требований. Указанный вывод суда основывается на следующем.
Как установлено из объяснений ФИО1 ее выезд со спорного жилого помещения не был связан с ее волей. В связи со смертью ФИО3 29.06.2007 г., которая ФИО1 приходилось мамой, учитывая несовершеннолетней возраст ФИО1, по воле бабушки, ФИО1 переехала проживать к бабушке, которая занималась в том числе ее воспитанием. Указанный переезд был связан в том числе с тем, что ФИО2 который приходился ФИО1 отчимом, злоупотреблял спиртными напитками, в спорном жилом помещении в связи с указанным образом жизни ФИО2 проживали посторонние люди мужского пола.
Указанные объяснения ФИО1, суд находит правдивыми, поскольку они существенных противоречий не имеют, согласуются с показаниями допрошенного свидетеля ФИО10
Оценивая показания ФИО1 в указанной части как правдивые, суд оснований для искажения фактических обстоятельств данным участником процесса, не усматривает, из объяснений ФИО1 следует, что на момент смерти матери она приходилась членом семьи ФИО2, то есть являлась непосредственным очевидцем образа жизни ФИО2
Показания свидетеля ФИО10, суд находит правдивыми, поскольку существенных противоречий они не имеют, согласуются с объяснениями ФИО1 Показания свидетеля ФИО10 относительно злоупотребления спиртным со стороны ФИО2 не противоречат показаниям свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО14 Как установлено из показаний ФИО11, ФИО12, ФИО14, в период, когда умерла ФИО3, близко с семьей ФИО21 они не контактировали, впоследствии также контактировали на уровне соседских отношений. Тогда как из показаний ФИО1, а также свидетеля ФИО10, именно после смерти ФИО2 сильно злоупотреблял спиртным.
Отсутствие попыток вселения со стороны ФИО1 по достижению ею совершеннолетия, на выводы суда о необоснованности иска ФИО4 в обозначенной части также не влияет.
Как установлено из объяснений ФИО1, после того как она не по свое воле в несовершеннолетнем возрасте переехала для проживания к бабушке, она периодически проверяла спорное жилое помещение, от прав нанимателя не отказывалась, оплачивала коммунальные услуги. Однако поскольку ФИО2 кардинально образ жизни не менял, совместное с ним проживание исключалось. После смерти ФИО2, в сентябре 2024 г. ФИО1 посещала спорное жилое помещение, в квартиру не вселилась, поскольку условия проживания в квартире были неприемлемые. После указанного посещения спорного жилого помещения, дверь в квартире была поменяна, хотя ФИО1 планировала делать в жилом помещении ремонт, а также вселиться для проживания, поскольку иного жилья она не имеет, в настоящее время по месту ее проживания отношения с родственниками сложные.
Объяснения ФИО1 в части оплаты коммунальных услуг объективно подтверждены представленными ею чеками-ордерами от: 15.06.2019 г., 15.07.2019 г., от 23.11.2019 г., от 09.09.2019 г., от 12.01.2019 г., от 16.02.2019 г., от 16.03.2019 г., от 13.04.2019 г., от 31.03.2022 г., от 29.07.2022 г., от 19.05.2022 г., от 19.05.2022 г., от 29.07.2022 г., от 28.02.2022 г., от 11.01.2022 г., от 29.07.2022 г., от 11.01.2022 г., от 31.03.2022 г., от 28.02.2022 г., от 11.01.2022 г., от 28.02.2022 г., от 31.03.2022 г., от 19.05.2022 г., от 13.07.2011 г., от 16.03.2019 г., от 13.04.2019 г., от 25.05.2019 г., от 15.06.2019 г., от 25.05.2019 г., от 15.06.2019 г., от 12.01.2019 г., от 16.02.2019 г., от 12.01.2019 г., от 16.02.2019 г., от 16.03.2019 г., от 13.04.2019 г., от 18.12.2024 г., от 18.12.2024 г., от 10.07.2024 г., от 21.06.2024 г., от 06.05.2024 г., от 06.05.2024 г., от 21.06.2024 г., от 16.07.2024 г., от 27.11.2024 г., от 27.01.2025 г., от 28.02.2025 г., от 02.04.2025 г., от 07.05.2025 г., от 20.06.2025 г., от 11.07.2025 г., от 05.09.2025 г., от 24.08.2015 г., от 23.03.2015 г., от 02.04.2025 г., от 28.02.2025 г., от 27.01.2025 г., от 07.05.2025 г., от 05.09.2025 г., от 11.07.2025 г., от 20.06.2025 г., от 18.12.2024 г., от 27.11.2024 г., от 10.07.2024 г., от 21.06.2024 г., от 06.05.2024 г., от 26.09.2024 г., от 05.09.2024 г., от 26.09.2024 г., от 05.09.2024 г., от 26.09.2024 г., подтверждающих оплату за жилое помещение и коммунальные услуги.
При этом истцом по первоначальному иску ФИО4 в подтверждение оплаты за жилое помещение и коммунальные услуги представлена лишь одна квитанция от 23.10.2025 г. об оплате социального найма на сумму 20300 руб., и два соглашения от 15.09.2025 г., от 14.10.2025 г. о намерениях погасить задолженность по спорному жилому помещению перед ООО УК «Водоканал» и ООО «Усть-Кутские тепловые сети и котельные».
Доводы ФИО1 относительно отсутствия условий для проживания в спорном жилом помещении как при жизни ФИО2, так и после его смерти объективно подтверждены видеозаписью зафиксированной на флешкарте состояния спорного жилого помещения. Из объяснений ФИО1 установлено, что видеозапись спорного жилого помещения ею произведена в сентябре 2024 г. при посещении с сотрудником БТИ.
Анализ представленной в материалы дела ФИО1 видеозаписи спорного жилого помещения свидетельствует о том, что она согласуется с видеозаписью спорного жилого помещения, представленного в материалы дела по ходатайству стороны истца по первоначальному иску.
Таким образом, анализ исследованных в ходе разбирательства по делу доказательств, свидетельствует об отсутствии добровольного выезда ФИО1 в другое место жительства, не свидетельствует об отказе от прав и обязанностей нанимателя по договору найма.
Напротив анализ исследованных доказательств, свидетельствует о том, что в период с 2011 года по 2025 год лишь ФИО1 осуществляла оплату за жилое помещение и коммунальные услуги. ФИО4 представлены доказательства оплаты единичного платежа от 23.10.2025 г.
До 30.08.2024 г. вселению ФИО1 препятствовало проживание в спорном жилом помещении ФИО2, который ФИО1 родным человеком не приходился, условия для проживания в спорном жилом помещении были неблагоприятные.
Так, в ходе судебного заседания проходившего ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в своих объяснениях дополнила, что после смерти матери ФИО2 сильно злоупотреблял спиртным, в спорном жилом помещении проживали чужие мужчины, которых приводил ФИО2 В указанное время ФИО16 не имела возможности сходить в ванную умыться, так как в указанную комнату в любой момент могли войти указанные незнакомые лица в состоянии опьянения, из-за чего она испытывала страх. По указанному поводу ФИО1 ругалась с ФИО2 Родительских обязанностей ФИО2 по отношению к ФИО1 никак не исполнял, так как в период совместного проживания нигде не работал как при жизни матери, так и после ее смерти. После того, как ФИО1 переехал жить к бабушке, ФИО2 судьбой ФИО1 не интересовался, даже ни разу не зашел навестить, были лишь редкие звонки по телефону, поскольку брат ФИО1 продолжал проживать совместно с ФИО2
Исходя из изложенного доводы стороны истца по первоначальному исковому заявлению изложенные как в исковом заявлении, так и представителем в ходе разбирательства по делу относительного проживания ФИО4 в спорном жилом помещении с супругой и несовершеннолетним ребенком, суд находит несостоятельными. Указанные объяснения стороны истца в ходе разбирательства по делу не подтверждены представленными доказательствами.
Указанное согласуется с показаниями допрошенных в ходе разбирательства по делу свидетелей, из показаний которых следует, что ФИО4 в <адрес>, они не видели значительный период времени. В настоящее время ФИО4 проживает по месту жительства своей супруги ФИО15 в микрорайоне «Лена» по <адрес>.
Показания свидетеля ФИО15 в части проживания в спорном жилом помещении совместно с ФИО4 в 2023 г., как и объяснения стороны истца относительно проживания в спорном жилом помещении, суд оценивает критически исходя из изложенного, а также по причине того, что изложены они были свидетелем не в категоричной форме.
При таких обстоятельствах в удовлетворении заявленных ФИО4 требований, в части признания ФИО1 утратившей право пользования жилым помещением, надлежит отказать.
По указанным же причинам, суд также полагает необходимым отказать в удовлетворении требований ФИО1 по встречному иску, в части признания ФИО4 утратившим право пользования спорным жилым помещением.
Что касается требований ФИО2, и ФИО1 по встречному иску об обязывании заключить договор социального найма, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.
В пунктах 24 - 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», даны разъяснения, из которых следует, что согласно части 2 статьи 69 Жилищного кодекса РФ члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности независимо от того, вселялись ли они в жилое помещение одновременно с нанимателем или были вселены в качестве членов семьи нанимателя впоследствии. Члены семьи нанимателя имеют, в частности, право на изменение договора социального найма (статья 82 Жилищного кодекса Российской Федерации).
По смыслу находящихся в нормативном единстве положений статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, лица, вселенные нанимателем жилого помещения по договору социального найма в качестве членов его семьи, приобретают равные с нанимателем права и обязанности при условии, что они вселены в жилое помещение с соблюдением предусмотренного частью 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации порядка реализации нанимателем права на вселение в жилое помещение других лиц в качестве членов своей семьи.
Частью 2 статьи 82 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дееспособный член семьи нанимателя с согласия остальных членов своей семьи и наймодателя вправе требовать признания себя нанимателем по ранее заключенному договору социального найма вместо первоначального нанимателя. Такое же право принадлежит в случае смерти нанимателя любому дееспособному члену семьи умершего нанимателя.
Аналогичные требования содержатся в абзаце втором пункта 2 статьи 672 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Пунктом 2 статьи 686 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случае смерти нанимателя или его выбытия из жилого помещения договор продолжает действовать на тех же условиях, а нанимателем становится один из граждан, постоянно проживающих с прежним нанимателем, по общему согласию между ними. Если такое согласие не достигнуто, все граждане, постоянно проживающие в жилом помещении, становятся сонанимателями.
Приведенные нормы в их взаимосвязи указывают на то, что в случае, если после смерти нанимателя, а также его выезда в другое место жительства в жилом помещении остаются проживать члены его семьи, договор социального найма не признается расторгнутым и продолжает действовать на тех же условиях. При этом нанимателем признается один из проживающих или все проживающие признаются сонанимателями. По смыслу части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации договор социального найма признается расторгнутым лишь в том случае, если из жилого помещения выехал как сам наниматель, так и члены его семьи.
Согласно части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.
Из исследованных в ходе разбирательства по делу доказательств установлено, что на момент возбуждения гражданского дела по первоначальному иску в спорном жилом помещении числились зарегистрированными следующие члены семьи нанимателя ФИО3: <данные изъяты>
Следовательно, в силу положений ч. 2 ст. 82 ЖК РФ, п. 2 ст. 672 ГК РФ, у ФИО1, ФИО4, как у лиц законно вселенных в жилое помещение, возникло право по согласованию всех членов семьи требовать изменения договора социального найма после смерти нанимателя и признания их нанимателем по ранее заключенному договору найма, а при недостижении согласия - сонанимателями.
В ходе разбирательства по делу установлено, что между ФИО4 и ФИО1 отсутствует единодушие относительно лица, которое должно стать нанимателем жилого помещения, вместо умершего нанимателя. ФИО4 заявлен иск к ФИО1, последней к ФИО4 предъявлен встречный иск, а следовательно, в силу п. 2 ст. 686 ГК РФ, все граждане, постоянно проживающие в жилом помещении, становятся сонанимателями, что является основанием для частичного удовлетворения заявленных ФИО4, ФИО1 в указанной части исковых требований, и признания сонанимателями спорного жилого помещения ФИО4 и ФИО1
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск ФИО4 удовлетворить частично.
Признать ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт № №) членом семьи нанимателя ФИО3, родившейся ДД.ММ.ГГГГ, умершей ДД.ММ.ГГГГ в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>.
Признать ФИО4 (паспорт № №) на равных с ФИО1 (паспорт № №), правах сонанимателем жилого помещения по адресу: <адрес>.
Обязать Администрацию Усть-Кутского муниципального образования (городского поселения) Усть-Кутского района Иркутской области (ИНН 381 801 93 50) заключить с ФИО4 (паспорт 2515 №), как с сонанимателем, договор социального найма в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>.
В удовлетворении остальной части исковых требований, - отказать.
Иск ФИО1 удовлетворить частично.
Признать ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт № №) членом семьи нанимателя ФИО3, родившейся ДД.ММ.ГГГГ, умершей ДД.ММ.ГГГГ в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>.
Признать ФИО1 (паспорт 2510 №) на равных с ФИО4 (паспорт 2515 №), правах сонанимателем жилого помещения по адресу: <адрес>.
Обязать Администрацию Усть-Кутского муниципального образования (городского поселения) <адрес> (ОГРН 105 381 802 83 51, ИНН 381 801 93 50) заключить с ФИО1 (паспорт 2510 №), как с сонанимателем, договор социального найма в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>.
В удовлетворении остальной части исковых требований, - отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд, через Усть-Кутский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья Н.Н. Волков
Решение в окончательной форме изготовлено 05 июня 2026 г.