РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
01 июля 2026 г. г. Прокопьевск
Прокопьевский районный суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Бурлова Д.М., при секретаре Ивакиной Е.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора Прокопьевского района Кемеровской области в интересах А к обществу с ограниченной ответственностью «Открытые горные работы» о компенсации морального вреда, установил:
прокурор <адрес> обратился с иском в интересах А к обществу с ограниченной ответственностью «Открытые горные работы» (далее по тексту – ООО «Открытые горные работы», Общество) о компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указано, что между индивидуальным предпринимателем Б (далее по тексту - ИП Б) и ООО «Открытые горные работы» заключен договор пассажирских перевозок от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого ИП Б оказывает услуги по перевозке сотрудников ООО «Открытые горные работы». А работал в ООО «Открытые горные работы» в должности машиниста бульдозера по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в 20 час. 10 мин. водитель ИП Б - В перевозил рабочих ООО «Открытые горные работы» А, Г, Высоцкого B.C. с участка разреза ТалТэк к месту жительства.
На участке автомобильной дороги на территории Прокопьевского муниципального округа <адрес> Талда водитель В, потерял управление транспортным средством, автомобиль опрокинулся на правый бок на полосе встречного движения у обочины, в результате чего А получил травмы: <данные изъяты>
Согласно акту расследования несчастного случая на производстве формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ причинами несчастного случая на производстве, помимо нарушения правил дорожного движения, является неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в ненадлежащем контроле ООО «Открытые горные работы» за деятельностью перевозчика ИП Б, оказывающего услуги по перевозке работников ООО «Открытые горные работы» до рабочего места и обратно, на предмет соблюдения договорных обязательств и требований нормативных актов РФ, что является нарушением ч. 1 ст. 214 Трудового кодекса РФ, п. 2.23.12 должностной инструкции главного инженера ООО «Открытые горные работы», приказа ООО «Открыты горные работы» от ДД.ММ.ГГГГ №. Среди лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, помимо водителя ИП Б В, в акте расследования несчастного случая на производстве определены:
- ИП Б, который не обеспечил безопасные условия и охрану труда, выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку, проведение специальной оценки условий труда, разработку и утверждение локальных актов по охране труда;
- главный инженер ООО «Открытые горные работы» Д не обеспечивший надлежащий контроль за деятельностью перевозчика ИП Б на предмет соблюдения договорных обязательств и требований нормативных актов РФ. Факт грубой неосторожности пострадавшего А не установлен.
Согласно акту о несчастном случае на производстве формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ причинами несчастного случая на производстве явились неудовлетворительная организация производства работ в ООО «Открытые горные работы».
Таким образом, работодатель ООО «Открытые горные работы» не обеспечил безопасные условия труда А, в связи с чем обязано возместить моральный вред, причиненный данному лицу в результате несчастного случая на производстве. В момент получения травмы и после ее получения А причинены болевые ощущения, которые продолжаются по настоящее время: имеется постоянная боль, движения ограничены и болезненны. Пострадавший длительное время находился на лечении, плохо спит, испытывает негативные мысли от осознания того, что не может трудиться как раньше, длительное время принимает лекарственные препараты, что также негативно сказывается на состоянии его здоровья.
Наличие причинно-следственной связи между несчастным случаем на производстве и страданиями истца в результате полученных повреждений установлено в акте о расследовании несчастного случая, сведений о вине работника в произошедшем несчастном случае не содержится. Работодатель не предпринимал мер к возмещению морального вреда, к согласованию его размеров.
В связи с этим, в целях компенсации морального вреда с учетом степени причиненных нравственных страданий А, степени нарушения его личных неимущественных прав, в том числе и в результате неправомерных деяний ответчика, соразмерным будет определить размер компенсации морального вреда в сумме 700 000 руб.
На основании изложенного, прокурор <адрес> просил взыскать с Общества в пользу А компенсацию морального вреда в размере 700 000 руб.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> – Кузбассу.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес>.
Представители третьих лиц - Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> – Кузбассу, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес>, третьи лица ИП Б, В, надлежаще извещенные о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.
В силу положений ст. 167 ГПК РФ суд рассматривает дело в отсутствие не явившихся участников судебного разбирательства по делу.
В судебном заседании представитель процессуального истца, старший помощник прокурора Е, материальный истец А заявленные исковые требования поддержали в полном объеме. При этом, А пояснил, что до настоящего времени он вынужден ходить в корсете, так как из-за полученной травмы он до сих пор испытывает постоянную боль, проходит лечение, не может лежать в одном положении. Ранее он стоял на учете на «бирже труда», но в настоящее время его с учета сняли, так как не смогли подобрать ему работу с учетом состояния его здоровья. Представитель процессуального истца, старший помощник прокурора Е обратил внимание суда на то, что А установлено 20% утраты трудоспособности, в дальнейшем ему предстоит переосвидетельствование.
Представитель ответчика по доверенности, Ж, не оспаривая факт причинения А травмы при изложенных обстоятельствах, считал размер компенсации морального вреда завышенным, с учетом того, что травма легкая, степень утраты трудоспособности – 20%, данная степень утраты установлена временно. Кроме того, А на момент получения травмы не был пристегнут ремнем безопасности, в период временной нетрудоспособности А был лишен прав управления транспортными средствами за управление автомобилем в состоянии опьянения.
Также представителем ответчика по доверенности, Ж ранее был предоставлен письменный отзыв на исковое заявление согласно которому она против удовлетворения заявленных исковых требований возражала ввиду того, что грубая неосторожность А действительно не была установлена, однако из протокола опроса пострадавшего А следует, что он не отрицал, что не был пристегнут ремнем безопасности. Таким образом, А пренебрег правилами безопасности, сознательно допуская что при возникновении аварийной ситуации он может получить гораздо более серьезные повреждения по сравнению с тем случаем, если бы он был пристегнут ремнем безопасности; что он получит более серьезные болевые ощущения, ограничение в движении и общем болезненным состоянием, в том числе временную потерю трудоспособности.
В акте о несчастном случае на производстве вина работодателя установлена как неудовлетворительная организация производства работ и выражается в ненадлежащем контроле за деятельностью перевозчика. Основной же причиной является нарушение правил дорожного движения, в том числе работником сторонней организации, то есть отношение к физическому и психическому состоянию А ответчик имеет опосредованное, не являясь прямым причинителем вреда.
В исковом заявлении указано, что в период временной нетрудоспособности и до настоящего момента А испытывает болезненные ощущения, которые продолжаются и по настоящее время: имеется постоянная боль, движения ограничены. Данное обстоятельство не помешало А в указанный период управлять автомобилем в нетрезвом состоянии, за что он был лишен права управления транспортным средством.
Медицинским заключением об установлении заключительного диагноза пострадавшего в результате несчастного случая на производстве № степень тяжести травмы установлена как легкая.
На основании изложенного, представитель Общества считает, что у ООО «Открытые горные работы» нет прямой вины в полученных А повреждениях, но как работодатель потерпевшего оно несет частичную ответственность по отношению к полученным А моральным страданиям. Указанный в исковом заявлении размер компенсации морального вреда в размере 700 000 руб. по мнению представителя ответчика завышен и не соответствует вине работодателя в произошедшем несчастном случае на производстве.
Суд, заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Из приведенных положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
В соответствии с пунктом 28 данного Постановления под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
В силу пункта 15 указанного Постановления причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Как следует из договора пассажирских перевозок от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ИП Б (Исполнитель) и ООО «Открытые горные работы», Исполнитель обязуется оказывать Заказчику услуги по перевозке пассажиров (сотрудников Заказчика) до рабочего места и обратно, а Заказчик обязуется принять и оплатить оказанные Исполнителем услуги в срок, установленный настоящим договором.
Имеющимся в материалах дела путевым листом автобуса необщего пользования АА № подтверждается выезд водителя ИП Б – В во исполнение обязательств по вышеуказанному договору.
Сам факт ДТП и причинение вреда здоровью А в данном ДТП участниками не оспаривался.
Согласно содержанию трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «Открытые горные работы» (Работодатель) и А (Работник) следует, что А принят на работу в Общество на участок открытых горных работ машинистом бульдозера (п. 1.1). Дата начала работы - ДД.ММ.ГГГГ (п. 1.2). Пунктом 2.1 данного договора установлено, что он заключен на неопределенный период.
Приказом Общества от ДД.ММ.ГГГГ А принят на работу на участок горных работ машинистом бульдозера с ДД.ММ.ГГГГ.
Сведениями из трудовой книжки А и его личной карточки также подтверждается факт его работы в Обществе на момент происшествия.
Из содержания акта №б/н о несчастном случае на производстве, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 20 час. 56 мин. на участке автомобильной дороги на территории Прокопьевского муниципального округа <адрес> – Большая Талда 4 км + 300 м водитель ИП Б – В, управляя транспортным средством <данные изъяты> №, в результате заноса транспортного средства потерял управление в результате чего транспортное средство опрокинулось на правый бок на полосе встречного движения у обочины. В результате данного ДТП А получил травмы: №
Согласно акту расследования несчастного случая на производстве формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ, причинами несчастного случая на производстве, помимо нарушения правил дорожного движения, является неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в ненадлежащем контроле ООО «Открытые горные работы» за деятельностью перевозчика ИП Б, оказывающего услуги по перевозке работников ООО «Открытые горные работы» до рабочего места и обратно, на предмет соблюдения договорных обязательств и требований нормативных актов РФ, что является нарушением ч. 1 ст. 214 Трудового кодекса РФ, п. 2.23.12 должностной инструкции главного инженера ООО «Открытые горные работы», приказа ООО «Открыты горные работы» от ДД.ММ.ГГГГ №. Среди лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, помимо водителя ИП Б В, в акте расследования несчастного случая на производстве определены:
- водитель ИП Б – В, допустивший при управлении транспортным средством нарушения Правил дорожного движения РФ, выразившиеся в выборе скорости, не обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства с учетом дорожных и метеорологических условий, не пристегивании ремнем безопасности при движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности;
- ИП Б, который не обеспечил безопасные условия и охрану труда, выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку, проведение специальной оценки условий труда, разработку и утверждение локальных актов по охране труда;
- главный инженер ООО «Открытые горные работы» Д не обеспечивший надлежащий контроль за деятельностью перевозчика ИП Б на предмет соблюдения договорных обязательств и требований нормативных актов РФ. Факт грубой неосторожности пострадавшего А не установлен.
Согласно акту о несчастном случае на производстве формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ причинами несчастного случая на производстве явились неудовлетворительная организация производства работ в ООО «Открытые горные работы».
Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ лицом, ответственным за обеспечение контроля за деятельностью автоперевозчика, оказывающего услуги по перевозке пассажиров (работников ООО «Открытые горные работы») до рабочего места и обратно на предмет соблюдения договорных обязательств и требований нормативных актов РФ главного инженера ООО «Открытые горные работы» Д
Из содержания медицинского заключения № следует, что А поступил в ГАУЗ «ПГБ ТАО» ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты>
Из справки по результатам осмотра А врачом травматологом – ортопедом ДД.ММ.ГГГГ ему поставлен диагноз: <данные изъяты>.
По результатам рентгенографии грудного отдела позвоночника от ДД.ММ.ГГГГ у А установлен: компрессионный перелом Th 10.
Из справки по результатам осмотра А врачом травматологом – ортопедом ДД.ММ.ГГГГ ему поставлен диагноз: <данные изъяты>.
Из справки ВК № б/н от ДД.ММ.ГГГГ следует, что А находится на амбулаторном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по н/в с диагнозом: <данные изъяты>.
Согласно выписному эпикризу ГАУЗ «Прокопьевская городская больница» А находился на стационарном лечении в данном учреждении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным диагнозом: перелом грудного позвонка, код по МКБ S22.0; клиническим диагнозом: <данные изъяты>
Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что А был причинен <данные изъяты> за ДД.ММ.ГГГГ № (1) из др. Л.П.У.), образовался от ударных воздействий твердых тупых предметов, возможно в условиях ДТП при ударе о выступающие детали салона внутри автомобиля, возможно в срок, указанный в определении – ДД.ММ.ГГГГ, квалифицируется как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21 –х суток.
Согласно врачебному заключению, данному ФГБУ «ННИИТО им. З» Минздрава России, А поставлен диагноз <данные изъяты>
Согласно выписному эпикризу, данному ФГБУ «ННИИТО им. З» Минздрава России, А находился на стационарном лечении в нейрохирургическом отделении данного учреждения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Диагноз заключительный <данные изъяты>
Из уведомления Общества от ДД.ММ.ГГГГ на имя А следует, что в данной организации отсутствуют вакансии для перевода его на временную либо постоянную работу, рекомендованную в соответствии с медицинским заключением, в связи с чем трудовой договор подлежит расторжению в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ с ДД.ММ.ГГГГ.
Из справки серии МСЭ – 2022 № следует, что А установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20% с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, дата очередного освидетельствования – ДД.ММ.ГГГГ.
Из содержания медицинского заключения ГАУЗ «Прокопьевская городская больница» об установлении окончательного диагноза пострадавшего в результате несчастного случая на производстве №, выданного ДД.ММ.ГГГГ, следует, что А оказывалась медицинская помощь в ГАУЗ ПГБ ТАО в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по поводу производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ. Состояние после операции от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>
Из справки ГБУЗ «<адрес> больница» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что А находился на стационарном (амбулаторном) лечении в отделении: дневной стационар с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты>. Приступить к труду ДД.ММ.ГГГГ.
Из содержания маршрутного листа А от ДД.ММ.ГГГГ, в указанных в данном листе организациях вакансий для А нет, в том числе ввиду состояния его здоровья.
Из содержания акта о страховом случае АО СК «БАСК» выплачено А страховое возмещение в размере 100 000 руб. Платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается выплата А указанной денежной суммы.
Из ответа Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> на запрос суда следует, что А произведен расчет единовременной страховой выплаты, размер которой составил 40 279,40 руб., размер ежемесячной страховой выплаты составил 13 972,76 руб.
Из ответа ООО «Открытые горные работы» от ДД.ММ.ГГГГ на запрос суда следует, что данная организация не является членом общероссийского отраслевого объединения работодателей угольной промышленности, в связи с чем нормы ФОС на него не распространяются.
Из ответа Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности (Росуглепроф) от ДД.ММ.ГГГГ на запрос суда следует, что ООО «Открытые горные работы» не является организацией угольной промышленности РФ, действие норм Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период 2025-2027 на Общество не распространяется, в данной организации первичной организации Росуглепрофа нет.
В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.. . При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В соответствии с п. 15,18,20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
В силу положений ч. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Таким образом, из содержания данных положений Закона и разъяснений Пленума ВС РФ в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном локальными актами размере.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает разъяснения, содержащиеся в п. 25-28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», характер физических и нравственных страданий истца в связи с полученной им травмой, степень утраты профессиональной трудоспособности, степень вины ответчика в полученной А травме; индивидуальные особенности истца, а именно, что истец до настоящего времени испытывает боли, вынужден носить корсет, испытывает затруднения с трудоустройством вследствие полученной травмы.
Данные обстоятельства подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, медицинскими документами, и представителем ответчика не опровергнуты. Доказательств иного представителем ответчика, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, не представлено. Доводы представителя ответчика о том, что А на момент получения травмы не был пристегнут ремнем безопасности, не снимают с Общества обязанности обеспечить безопасные условия труда для своих работников. Кроме того, материалы дела не содержат в себе свидетельств привлечения А к какой-либо ответственности, в том числе дисциплинарной, ввиду того, что он не был пристегнут ремнем безопасности на момент инцидента. Также судом принимается во внимание, что в действиях А не было установлено наличие грубой неосторожности.
Доводы представителя ответчика о том, что в акте о несчастном случае на производстве вина работодателя установлена как неудовлетворительная организация производства работ и выражается в ненадлежащем контроле за деятельностью перевозчика, основной же причиной является нарушение правил дорожного движения, в том числе работником сторонней организации, по мнению суда не являются безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований поскольку именно Общество обязано было обеспечить безопасные условия труда для своих работников.
Доводы представителя ответчика о привлечении А к административной ответственности за управление автомобилем в состоянии опьянения в период временной нетрудоспособности не могут служить безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований, поскольку не свидетельствуют об отсутствии негативных последствий ввиду полученной А травмы.
Учитывая вышеизложенное, оценивая представленные истцом доказательства в обоснование своих требований при подаче искового заявления о компенсации морального вреда, учитывая степень физических и нравственных страданий истца, принимая во внимание обстоятельства, при которых истцу причинены травмы, суд считает возможным требования истца о взыскании компенсации морального вреда с ООО «Открытые горные работы» удовлетворить частично, в размере 350 000 руб.
По мнению суда, компенсации морального вреда в указанном размере согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также принципами разумности и справедливости, позволяющими с одной стороны, в некоторой степени компенсировать истцу причиненные страдания, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего, возлагая на ответчика имущественную ответственность, определенную с учетом требований закона.
В остальной части иска суд считает необходимым отказать, полагая, что требования истца являются завышенными.
Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
В соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ размер госпошлины по иску о взыскании компенсации морального вреда составляет 3 000 руб.
Таким образом, с учетом положений ст. 103 ГПК РФ данная сумма подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования прокурора <адрес> в интересах А к обществу с ограниченной ответственностью «Открытые горные работы» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Открытые горные работы» (<данные изъяты> пользу А, ДД.ММ.ГГГГ г.р., СНИЛС №, компенсацию морального вреда в размере 350 000 руб.
В остальной части иска отказать.
Решение суда может быть обжаловано сторонами в Кемеровский областной суд через Прокопьевский районный суд Кемеровской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
В мотивированной форме решение изготовлено 15 июля 2026 года.
Председательствующий: /подпись/ Д.М. Бурлов
Подлинный документ находится в Прокопьевском районном суде Кемеровской области в гражданском деле № 2-284/2026.