РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Дзержинский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Матусяк Т.П., с участием прокурора ФИО12, при секретаре Будаевой Д.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению дополнительного образования спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» о восстановлении на работе
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению дополнительного образования спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» о восстановлении на работе.
Исковые требования обоснованы тем, что ФИО1 на основании трудового договора от 29.05.2015 года № 32 осуществлял трудовую деятельность в СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики» в должности тренера-преподавателя в учебно-спортивном отделе.
Одновременно истец работал в ГБУ ДО СШОР № 2 Московского района Санкт-Петербурга по трудовому договору от 09.01.2015 года № 149 в качестве тренера-преподавателя (по совместительству).
В период трудовой деятельности истца в ГБУ ДО СШОР № 2 Московского района Санкт-Петербурга ФИО4 являлась директором вышеуказанной спортивной школы.
С 13.07.2021 года директором ответчика является ФИО5 Одним из заместителей директора ответчика является ФИО4
С момента начала трудовой деятельности ФИО4 у ответчика, у ФИО4 возник межличностный конфликт с супругой истца, которая также работала у ответчика.
Истец прекратил брачные отношения со своей супругой и ее конфликт с ФИО4 был исчерпан.
ФИО4 продолжала регулярно создавать конфликтные ситуации с истцом.
В августе 2025 года истец принял решение об увольнении из ГБУ ДО СШОР № 2 Московского района Санкт-Петербурга.
Одновременно между истцом и ФИО5 была достигнута договоренность об оказании истцом содействия в переходе ряда спортсменов из ГБУ ДО СШОР № 2 Московского района Санкт-Петербурга к ответчику.
Вышеуказанное содействие заключалось в доведении истцом до спортсменов и их родителей преимуществ тренировочного процесса на тренировочных базах ответчика под руководством истца.
Ряд спортсменов приняли решение тренироваться у ответчика.
В середине октября 2025 года руководство ответчика в отсутствие истца, без каких-либо предупреждений или объяснения причин, изымает из закрытых ящиков в тренерской, путем спиливания замков, личные вещи истца, тренировочный инвентарь, экипировку спортсменов. В дальнейшем, был изъят специализированный инвентарь - шесты для прыжков в высоту.
Среди изъятого инвентаря были, как шесты, принадлежащие ответчику, но переданные под ответственность истца, так и шесты, находящиеся в собственности истца. При этом ФИО5 дает распоряжение не передавать истцу тренировочный инвентарь без личного присутствия ФИО5
В связи с чем, истец не мог надлежащим образом организовать тренировочный процесс ввиду нехватки тренировочного инвентаря.
После указанной ситуации в личной беседе ФИО5 сообщил истцу, что ранее достигнутая договоренность аннулируется и спортсмены, которые покинули ГБУ ДО СШОР № 2 Московского района Санкт-Петербурга, не будут зачислены к ответчику.
Спортсменов отстранили от тренировок.
После вмешательства родителей спортсменов ФИО5 предложил им три варианта развития событий - спортсмены, претендующие на зачисление к ответчику:
идут в другую спортивную школу;
выбирают себе другого тренера;
ждут до января 2026 года, когда будет организовано новое планирование.
Одновременно ФИО5 предложил истцу подписать соглашение от 28.10.2025 года о расторжении трудового договора от 29.05.2015 года № 32, в соответствии с которым:
спортсмены, претендующие на зачисление к ответчику, подлежат зачислению и начинают тренировочный процесс с 01.11.2025 года;
если истец будет «хорошо себя вести» до 30.12.2025 года, то подписанное соглашение будет аннулировано.
Руководствуясь интересами спортсменов, то есть фактически под давлением ФИО5, и находясь в уязвимом состоянии, истец подписал соглашение.
После подписания соглашения ФИО4 начала кампанию по созданию невыносимых условий труда истца и его дискредитации перед спортсменами, их родителями и коллегами.
13.11.2025 года в 17 часов 00 минут ФИО4, ФИО6, ФИО7 составлен акт об отсутствии истца на рабочем месте.
27.11.2025 года в 17 часов 00 минут ФИО4, ФИО8, ФИО7 составлен акт об отсутствии истца на рабочем месте.
04.12.2025 года в 18 часов 00 минут ФИО4, ФИО8, ФИО7 составлен акт об отсутствии истца на рабочем месте. В акте указано, что истец появился на рабочем месте в 18 часов 20 минут, что свидетельствует о фальсификации документа.
15.12.2025 года в 15 часов 00 минут ФИО4, ФИО9, ФИО8 составлен акт об отсутствии истца на рабочем месте.
16.12.2025 года в 20 часов 00 минут ФИО4, ФИО9, ФИО8 составлен акт об отсутствии истца на рабочем месте.
17.12.2025 года в 15 часов 00 минут ФИО4, ФИО9, ФИО8 составлен акт об отсутствии истца на рабочем месте.
Истцу были переданы акты от 03.12.2025 года об отказе подписывать акт (09 часов 00 минут); об отказе предоставления объяснительной записки (09 часов 00 минут); об отказе предоставления объяснительной записки (10 часов 00 минут).
ФИО4 регулярно появлялась на тренировочных процессах истца и его спортсменов и срывала их.
13.12.2025 года родители спортсменов подали на имя ФИО5 письмо против увольнения тренера СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики» ФИО1
В ответе на него ФИО5 сообщил заявителям о расторжении трудового договора с истцом по соглашению, то есть ответ по существу вопроса не предоставлен.
17.12.2025 года истец подал заявление о расторжении соглашения. Заявление осталось без ответа ответчика.
Один из родителей спортсменов обратился в Комитет по физической культуре и спорту Правительства Санкт-Петербурга.
В ответе Комитет сообщил о расторжении ответчиком трудового договора с истцом по соглашению, то есть ответ по существу вопроса не предоставлен.
30.12.2025 года истец был уволен, на руки выдана трудовая книжка.
Доступ на территорию ответчика истцу закрыт.
Истец полагает увольнение по соглашению незаконным.
Соглашение заключено в момент, когда истец поставил интересы своих несовершеннолетних спортсменов выше своих, то есть находился в уязвимом состоянии;
Соглашение не предусматривает каких-либо дополнительных гарантий, компенсирующих негативные последствия увольнения и потери работы;
Соглашение предусматривает расторжение трудового договора 30.12.2025 года, что не имеет для истца никакого смысла в связи с предстоящими праздничными (выходными) днями, которые были бы оплачены ответчиком.
Истец также полагает, что при рассмотрении настоящего спора существенное значение имеет его личность и личности руководителей ответчика.
Истец является чемпионом России 1999 года, участником (представителем РФ) на Олимпийских играх 2000 года. Его деятельность по воспитанию олимпийского резерва РФ неоднократно отмечена министрами спорта РФ. Пользуется заслуженным авторитетом среди спортсменов и их родителей.
ФИО4, согласно данным телеканала ВГТРК - «Россия-24» имела судимости за растрату и подделку документов. Работала в ГБУ ДО СШОР № 2 Московского района Санкт-Петербурга, где также создавала конфликтные ситуации с тренерами и вынуждала их уволиться.
Истец просит суд признать соглашение от 28.10.2025 года о расторжении трудового договора от 29.05.2015 года № 32 и увольнение ФИО1 из СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» незаконными. Восстановить ФИО1 на работу в СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» в должности «Тренер-преподаватель» (учебно-спортивный отдел). Взыскать с СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» заработную плату за время вынужденного прогула 154 171 рублей 37 копеек, компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей.
Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО10 в судебное заседание явился, заявленные исковые требования поддерживает.
Представитель ответчика СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» по доверенности ФИО11 в судебное заседание явился, возражает против удовлетворения иска. Представил суду отзыв, согласно которому является несостоятельным довод ФИО1 об оставлении без ответа по существу заявления, адресованного как в СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики», так и в Комитет по физической культуре и спорту об аннулировании договоренности об увольнении по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, ответ истцу был предоставлен в строгом соответствии с законом.
Объективно ничем не подтверждаются переговоры и содержание переговоров между директором ФИО5 и тренером-преподавателем ФИО1 в части просьбы директора ФИО5 к ФИО1 о содействии в переходе спортсменов юниоров из ГБУ ДО СШОР № 2 Московского района Санкт-Петербурга в СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики».
Из содержания трудового договора № 32 от 29.05.2015 года в редакции от 31.08.2022 года (действовавшей с некоторыми дополнениями на период 2025 года) и должностной инструкции № 24 (утверждена приказом ГБУ СШОР «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» от 15.08.2022 года № 267 в ред. приказа от 13.11.2023 года № 304) тренер-преподаватель ФИО1 подчиняется заведующему отделения детско-юношеского спорта, начальнику отдела (учебно-спортивный отдел), заместителю директора по учебно-спортивной работе, непосредственно директору (пункт 1.5. Должностной инструкции). Ссылка истца на законно составленные в пределах полномочий работодателя акты и докладные записки, доказательственного значения иметь не может, ввиду отсутствия какой-либо объективной причинно-следственной связи с добровольно и осознанно принятым тренером-преподавателем ФИО1 решением инициировать прекращение трудовых правоотношений в порядке, установленном п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.
Истец приводит довод о том, что соглашение не предусматривает каких-либо дополнительных гарантий, компенсирующих негативные последствия увольнения и потери работы.
Вышеуказанный довод носит спекулятивный характер, так как приводится в отношении работодателя без учета того, что работодатель относится к категории государственных учреждений. В государственном учреждении вся финансово-хозяйственная деятельность подчинена бюджетной дисциплине, вследствие чего в формируемом на очередной финансовый год фонде оплаты труда какие-либо дополнительные средства на выплату денежных компенсаций отсутствуют. Вместе с тем, самовольное включение в соглашение денежной компенсации означало бы со стороны работодателя нецелевое расходование бюджетных средств, что, в свою очередь, прямо запрещено законом.
Представитель ответчика просит суд в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.
Прокурор ФИО12 в своем заключении указал, что находит заявленные требования подлежащими удовлетворению; размер среднего заработка за время вынужденного прогула оставляет на усмотрение суда.
Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, заключение прокурора, суд приходит к следующему.
Судом установлено и из материалов дела следует, что 29.05.2015 года между Государственным бюджетным образовательным учреждением дополнительного образования детей «Специализированная детско-юношеская спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» и ФИО1 заключен трудовой договор № 32, в соответствии с которым ФИО1 принимается на работу в отделение адаптивного спорта по должности тренер-преподаватель по спорту. Работа на предприятии является для работника основной работой (п. 1.2). Дата начала работы 02.06.2015 года (п. 4). Размер должностного оклада определен как 19 015,01 рублей.
ФИО1 принят на работу приказом от 29.05.2015 года № 23-л/с.
31.08.2022 года заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 29.05.2015 года № 32, которым трудовой договор изложен в новой редакции. Так, согласно п. 1.1 договора, работодатель предоставляет работнику работу по должности тренер отделения спортивного мастерства спортивного отдела. Должностной оклад составляет 100 367 рублей 85 копеек (п. 4.1.1).
Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относятся, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту (абзацы первый, второй, пятнадцатый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).
Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый, второй части первой статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью первой статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.
Трудовые отношения согласно части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.
Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть первая статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации определены основные права и обязанности работника. В числе прав работника - право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Указанным правам работника корреспондирует обязанность работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Глава 13 Трудового кодекса Российской Федерации регламентирует прекращение трудового договора.
Статьей 77 Трудового кодекса Российской Федерации установлены общие основания прекращения трудового договора. В их числе согласно пункту 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации - соглашение сторон (статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу статьи 78 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.
Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.
В подпункте «а» п. 22 22 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации даны разъяснения о том, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением.
Данное разъяснение Верховного Суда Российской Федерации о допустимости расторжения трудового договора по инициативе работника только при наличии его добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений подлежит применению и при рассмотрении споров о расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), поскольку и в этом случае необходимо добровольное волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений с работодателем.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, свобода труда, а равно и свобода трудового договора предполагают не только возможность заключения работником и работодателем трудового договора (часть первая статьи 16, абзац второй части первой статьи 21 и абзац второй части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), но и возможность его прекращения в любое время по соглашению сторон, то есть на основе их добровольного и согласованного волеизъявления (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации). Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора, являющегося необходимым условием гармонизации трудовых отношений. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по соглашению сторон нередко обусловлено выплатой ему выходного пособия, которое - хотя в данном случае увольнение и предполагает волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений - тем не менее призвано смягчить наступающие для работника негативные последствия увольнения, связанные с потерей им работы и утратой заработка, а целью такого увольнения для работника, как правило, является не столько прекращение трудовых отношений с работодателем, сколько получение дополнительных денежных средств, без которых само увольнение по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации) не отвечает его интересам и попросту утрачивает для него смысл (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2009 г. N 1091-О-О, от 23 июля 2020 г. N 1827-О, постановление от 13 июля 2023 г. N 40-П, определение от 16 января 2025 г. N 6-О).
Из приведенных нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности.
В сфере трудовых отношений свобода труда проявляется в договорном характере труда, в свободе трудового договора, что предполагает не только возможность заключения работником и работодателем - посредством согласования их воли - трудового договора и определения его условий, но и возможность расторжения трудового договора в любое время по соглашению сторон.
Инициатива расторжения трудового договора по соглашению сторон может исходить как от работника, так и от работодателя.
Правовая природа соглашения о расторжении трудового договора как содержащего условия, на которых работник и работодатель прекращают трудовые отношения, предполагает наличие добровольного, осознанного и согласованного волеизъявления работника и работодателя на их прекращение, а также наличие взаимного интереса работника и работодателя в прекращении трудовых отношений. При этом добровольное и осознанное волеизъявление на прекращение трудовых отношений означает то, что соглашение о расторжении трудового договора не являлось вынужденным для сторон этого соглашения, при подписании такого соглашения каждая из его сторон (работник и работодатель) дала согласие не только на саму возможность прекращения трудового договора по соглашению сторон, но и понимала форму и момент заключения соглашения, то есть то, когда оно будет считаться окончательно оформленным и наступят установленные им юридические последствия.
О согласованности волеизъявления работника и работодателя на прекращение трудовых отношений может свидетельствовать обоюдное согласие работника и работодателя с условиями соглашения о расторжении трудового договора.
Интерес работника в прекращении трудовых отношений может заключаться в предложенных ему работодателем дополнительных гарантиях, компенсирующих негативные последствия увольнения и потери работы. Такие гарантии могут выражаться, например, в выплате работнику дополнительных денежных средств (выходного пособия), предоставлении работнику какого-либо имущества (квартиры, автомобиля и др.), оказании работнику помощи в дальнейшем трудоустройстве. Отсутствие в соглашении о расторжении трудового договора, заключенном работником и работодателем, каких-либо дополнительных гарантий (компенсаций), предоставляемых работнику работодателем в связи с прекращением трудовых отношений, не будет отвечать интересам работника, поскольку в таком случае для работника, не имевшего намерения расторгать трудовой договор, теряется смысл заключения соглашения о прекращении трудового договора.
Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора - как работника, так и работодателя.
Работник вправе оспорить свое увольнение по указанному основанию при отсутствии с его стороны добровольного и осознанного волеизъявления на подписание соглашения о расторжении трудового договора и прекращение в связи с этим трудовых отношений. Об отсутствии такого добровольного и осознанного волеизъявления со стороны работника могут свидетельствовать такие обстоятельства как оказание работодателем на работника давления с целью подписания им соглашения о расторжении трудового договора, непонимание работником последствий подписания этого соглашения, отсутствие в соглашении о расторжении трудового договора каких-либо гарантий работнику ввиду прекращения трудовых отношений. Вынужденный характер подписания работником соглашения о расторжении трудового договора также может явствовать из обстановки, в которой работодатель предложил работнику заключить такое соглашение и которая порождала у работника обоснованные опасения негативных последствий отказа от подписания соглашения о расторжении трудового договора.
Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.09.2025 N 5-КГ25-113-К2.
28.10.2025 года сторонами подписано соглашение о расторжении трудового договора от 29.05.2015 года № 32. Согласно п. 1 соглашения, трудовой договор расторгается 30.12.2025 года по соглашению сторон в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.
Действие трудового договора прекращено приказом № 176-л/с от 08.12.2025 года, ФИО1 уволен 30.12.2025 года на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, то есть по соглашению сторон. Основанием издания соответствующего приказа указано соглашение о расторжении трудового договора от 29.05.2015 года № 32 от 28.10.2025 года.
Подписанию соглашения от 28.10.2025 года предшествовало обращение заместителя директора по учебно-спортивной работе ФИО4 к директору СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики» ФИО5 со служебной запиской (без номера и без даты), в которой последний уведомляется о фактах систематического невыполнения поручений руководителя старшим инструктором-методистом ФИО13, а именно о некачественной подготовке документации для формирования бюджета на 2026 год (закупка спортивного инвентаря и оборудования), некачественной подготовке документации по закупке транспортных услуг на текущий год и на 2026 год, не соблюдении сроков и некачественной подготовке Планов мероприятий по обеспечению общественной безопасности на спортивной арене СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики» при проведении соревнований, а также о том, что личные дела обучающихся отсканированы и сохранены на личный компьютер. В соответствии с резолюцией директора ФИО5 от 20.06.2025 года, у ФИО1 подлежат истребованию объяснения со сроком предоставления до 24.06.2025 года.
Из объяснительной записки истца от 23.06.2025 года следует его несогласие с доводами служебной записки ФИО4, а также указание на то, что с ноября 2024 года ФИО1 ощущает постоянное психологическое давление со стороны заместителя директора ФИО4, которая игнорирует работника, не принимает по служебным вопросам, в нерабочие дни ФИО1 передает ему вопросы, ранее порученные другим специалистам отдела; относится предвзято, постоянно требует переделывать документы в последний момент, когда соблюсти срок исполнения фактически невозможно; шантажирует, угрожает увольнением «по-плохому», в случае если ФИО1 добровольно не напишет заявление по собственному желанию.
13.11.2025 года, 27.11.2025 года, 04.12.2025 года сотрудниками работодателя составлены акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте.
17.12.2025 года ФИО1 обратился к директору СПб ГБУ ДО СШОР «Академия легкой атлетики» с заявлением о расторжении соглашения о расторжении трудового договора от 29.05.2015 года № 32 в связи с желанием продолжить трудовую деятельность в учреждении.
Из доводов искового заявления, объяснений, данных представителем истца в судебных заседаниях, следует, что подписание ФИО1 соглашения о расторжении трудового договора носило вынужденных характер, и было обусловлено оказываемым работодателем давлением на работника.
В свою очередь, Трудовой кодекс РФ, устанавливающий возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон (на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя), которые при этом действуют исключительно своей волей и в своем интересе, не содержит норм о том, что факт понуждения работодателем работника к увольнению по соглашению сторон должен быть подтвержден только определенными средствами доказывания, закон круг таких допустимых доказательств не определяет. Следовательно, вынужденный характер подписания работником соглашения о расторжении трудового договора может быть подтвержден работником любыми доказательствами.
Суд полагает необходимым учитывать, что 17.12.2025 года истец в заявлении о расторжении спорного соглашения выразил свою волю на продолжение трудовых отношений с ответчиком.
Таким образом, до увольнения работника ФИО1, он прямо в письменной форме заявил работодателю об отсутствии своего волеизъявления на расторжение трудового договора по соглашению сторон.
Соглашение о расторжении трудового договора, явившееся основанием для прекращения трудовых отношений между сторонами, условий, которые могли бы мотивировать работника на его подписания, не содержит. В связи с чем, при наличии волеизъявления ФИО1 на продолжение исполнения им трудовых обязанностей, работодателем безосновательно и преждевременно был издан приказ об увольнении истца.
Суд приходит к выводу о незаконности увольнения истца из Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения дополнительного образования спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга».
При этом оснований для удовлетворения иска в части признания самого соглашения о расторжении трудового договора незаконным суд не усматривает, поскольку полагает, что заявление ФИО1 от 17.12.2025 года прекратило действие данного соглашения, в связи с чем оно не порождает правовых последствий для сторон.
В соответствии с ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
Согласно статье 234 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику, не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
В соответствии с частью 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации при восстановлении на работе орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.
Как разъяснено в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2, указанного выше, средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии со статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
Согласно пункту 9 постановлением Правительства РФ от 24.12.2007N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", средний дневной заработка для оплаты вынужденного прогула исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.
Поскольку увольнение истца признано незаконным, суд взыскивает с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с даты увольнения по дату восстановления на работе в сумме 154171 рубль 37 копеек, расчет представленный истцом, ответчиком в ходе судебного разбирательства не оспаривался, контр-расчет не представлен.
На основании пункта 46 Постановления работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).
Указанную истцом сумму компенсации морального вреда в размере 40000 рублей суд находит обоснованной, соответствующей характеру нарушения, не нарушающей баланс интересов сторон и не противоречащей критерию разумности.
С ответчика подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден.
Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Признать увольнение ФИО1 из Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения дополнительного образования спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» незаконным.
Восстановить ФИО1 в Санкт-Петербургском государственном бюджетном учреждении дополнительного образования спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» в должности «Тренер-преподаватель» (учебно-спортивный отдел) с 30.12.2025 года.
Взыскать с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения дополнительного образования спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 154171 (сто пятьдесят четыре тысячи сто семьдесят один рубль) рубль 37 копеек.
Взыскать с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения дополнительного образования спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 40000 (сорок тысяч) рублей.
В удовлетворении иска ФИО1 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению дополнительного образования спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» в части требований о признании соглашения о расторжении трудового договора незаконным отказать.
Взыскать с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения дополнительного образования спортивная школа олимпийского резерва «Академия легкой атлетики Санкт-Петербурга» в доход государства государственную пошлину в сумме 8625 (восемь тысяч шестьсот двадцать пять) рублей.
Решение в части восстановления на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула подлежит немедленному исполнению, но может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Решение изготовлено в окончательной форме 27.02.2026 года.
Судья Т.П. Матусяк