РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 сентября 2026 года г. Чита
Читинский районный суд Забайкальского края в составе:
председательствующего судьи Федорчука К.А., при секретаре Зиминой К.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Каргиной К. В., Каргина Р. О. к Публичному акционерному обществу «Россети Сибирь» о понуждении к действиям, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ
Истцы обратились в суд с иском, указывая на то, что между Каргиной К.В. и ПАО «Россети Сибирь» 03.02.2025 заключен договор об осуществлении технологического присоединения энергопринимаюших устройств заявителя к электрическим сетям № 20.7500.358.25. В соответствии с условиями договора истцом Каргиной К.В. была произведена оплата за проведение работ 03.02.2025 в размере 55 691,56 рублей. Истцы ссылаются на то, что в установленные договором сроки ответчиком не были выполнены обязательства по технологическому присоединению, по состоянию на дату предъявления искового заявления технологическое присоединение объекта не произведено. Нарушение прав истцов как потребителей порождает ответственность ответчика в виде выплаты договорной неустойки. Кроме того, истцы ссылаются на то, что Каргину Р.О. бездействием ответчика причинен моральный вред, в том числе тем, что он был вынужден обеспечивать отопление жилого дома тяжелым твердым топливом вместо электричества, в результате этого перегрузки позвоночника привели к дорсопатии позвоночника. В иске истцы просят суд возложить на ПАО «Россети Сибирь» обязанность осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств объекта к электрическим сетям; взыскать с ПАО «Россети Сибирь» в пользу истца Каргиной К.В. неустойку за нарушение срока исполнения обязательств по договору по день фактического исполнения обязательства; компенсацию морального вреда в пользу Каргина Р.О. в размере 50 000 рублей, а также взыскать в пользу истцов расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.
В судебном заседании истцы Каргин Р.О., Каргина К.В., а также их представитель, допущенная к участию по письменному заявлению истцов, Каргина Л.Н. поддержали заявленные исковые требования, просили их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении
Представитель ответчика ПАО «Россети Сибирь» Цыбускина К.А. в судебном заседании исковые требования полагала подлежащими удовлетворению частично. В отзыве на иск ответчиком не отрицается факт заключения с истцом договора технологического присоединения, а равно факт неисполнения ответчиком своих условий по такому договору, при этом просит суд учесть, что это обусловлено рядом не зависящих от сетевой организации обстоятельств, в частности, большой ориентировочной стоимостью мероприятий по созданию электросетевой инфраструктуры, сложным финансовым положением ответчика, отсутствием финансирования со стороны государства льготного технологического присоединения. В этой связи полагает, что разумным для исполнения судебного решения является срок не менее шести месяцев с момента вступления решения суда в законную силу. В части требований истца о взыскании неустойки полагала, что неустойка подлежит взысканию в максимально возможном размере - 50 818,55 рублей, то есть за год просрочки. В части требований истца о взыскании компенсации морального вреда представитель ответчика указывает на то, что Каргин Р.О. не является стороной договора, истцом не представлено доказательств причинно-следственной связи между наличием у истца заболевания и несвоевременным исполнением ответчиком договорным обязательств. Заявленную ко взысканию суммы на оплату услуг представителя истцов представитель ответчика Цыбускина К.А. полагает завышенной.
Заслушав истцов, представителя истцов, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике) технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, в том числе объектов микрогенерации, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер. Технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным. Технологическое присоединение осуществляется в сроки, определяемые в порядке, установленном Правительством Российской Федерации или уполномоченным им федеральным органом исполнительной власти.
Во исполнение указанной нормы Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 утверждены Правила технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям (далее – Правила присоединения).
В соответствии с абзацем первым пункта 3 Правил присоединения сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им данных правил и наличии технической возможности технологического присоединения.
Независимо от наличия или отсутствия технической возможности технологического присоединения на дату обращения заявителя сетевая организация обязана заключить договор с лицами, указанными в п.п. 12.1, 14 и 34 названных Правил, обратившимися в сетевую организацию с заявкой на технологическое присоединение энергопринимающих устройств, принадлежащих им на праве собственности или на ином предусмотренном законом основании, а также выполнить в отношении энергопринимающих устройств таких лиц мероприятия по технологическому присоединению (абзац второй пункта 3 Правил присоединения).
К заявителям, на которых распространяется действие абзаца второго пункта 3 Правил присоединения, относятся, в частности, физические лица в целях технологического присоединения энергопринимающих устройств, максимальная мощность которых составляет до 15 кВт включительно (с учетом ранее присоединенной в данной точке присоединения мощности), которые используются для бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, и электроснабжение которых предусматривается по одному источнику (пункт 14).
Из Правил присоединения следует, что на сетевую организацию возлагается не только обязанность по осуществлению собственно мероприятий по технологическому присоединению энергопринимающих устройств к электрическим сетям, но и целого ряда подготовительных мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, включая усиление существующей электрической сети в связи с присоединением новых мощностей (строительство новых линий электропередачи, подстанций, увеличение сечения проводов и кабелей, замена или увеличение мощности трансформаторов, расширение распределительных устройств, модернизация оборудования, реконструкция объектов электросетевого хозяйства, установка устройств регулирования напряжения для обеспечения надежности и качества электрической энергии). При этом, сетевая организация обязана осуществить эти подготовительные мероприятия за свой счет в отношении любых заявителей (пп. «б» п. 25 и пп. «б» п. 25(1) Правил присоединения).
Таким образом, в силу приведенных положений Закона об электроэнергетике и Правил присоединения обеспечение технических условий технологического присоединения в отношении любого обратившегося к сетевой организации заявителя является неотъемлемой частью обязанностей сетевой организации по соответствующему публичному договору.
В соответствии с п. 6 Правил присоединения технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации.
В силу п. 16.3 Правил присоединения обязательства сторон по выполнению мероприятий по технологическому присоединению в случае заключения договора распределяются следующим образом: заявитель исполняет указанные обязательства в пределах границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя; сетевая организация исполняет указанные обязательства до границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя.
Пунктом 108 Правил присоединения установлено, что результатом исполнения обязательств сетевой организации по выполнению мероприятий по технологическому присоединению энергопринимающих устройств (объектов микрогенерации) заявителей, указанных в п. 14 данных Правил, является обеспечение сетевой организацией возможности действиями заявителя осуществить фактическое присоединение объектов заявителя к электрическим сетям, а также фактический прием (подачу) напряжения и мощности для потребления энергопринимающими устройствами заявителя электрической энергии (мощности) и (или) выдачу в электрические сети производимой на объектах микрогенерации электрической энергии в соответствии с законодательством Российской Федерации и на основании договора, обеспечивающего продажу электрической энергии (мощности) на розничном рынке, договора купли-продажи электрической энергии, произведенной на объектах микрогенерации. Исполнение сетевой организацией указанных обязательств осуществляется вне зависимости от исполнения заявителем его обязательств по осуществлению мероприятий по технологическому присоединению.
После оплаты заявителем счета за технологическое присоединение (внесения первой части платы) договор об осуществлении технологического присоединения к электросетям считается заключенным (п. п. 103, 105, 106 Правил присоединения).
Как установлено судом в ходе рассмотрения дела и не оспаривается сторонами, 03.02.2025 между ПАО «Россети Сибирь» и Каргиной К.В. заключен договор № 20.7500.358.25 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям. Согласно данному договору, ответчик принял на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств для электроснабжения объекта «Малоэтажная жилая застройка (Индивидуальный жилой дом/Садовый/Дачный дом»)», расположенного (который будет располагаться) по адресу: <адрес>
В договоре был определен размер платы за технологическое присоединение в сумме 55 691,56 рублей, которая внесена истцом Каргиной К.В. в полном объеме 03.02.2025, данный факт подтверждается справкой по операции ПАО «Сбербанк».
Согласно п. 5 договора срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения договора. С учетом даты заключения договора (03.02.2025), срок окончания технологического присоединения приходился на 03.08.2025.
Судом установлено и не оспаривалось ответчиком, что работы по технологическому присоединению энергопринимающих устройств к электрическим сетям как в установленный договором срок, так и на настоящее время не были выполнены. Это свидетельствует о нарушении ответчиком принятого перед истцом обязательства, поскольку на сетевой организации лежала обязанность не только по совершению мероприятий по технологическому присоединению в рамках договора присоединения, но и совершению действий по обеспечению технических условий технологического присоединения. Заключая договор технологического присоединения, сетевая организация обладала сведениями, необходимыми для реализации обязанностей по данному договору, и самостоятельно согласовала технические условия.
В силу требований ст.ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Односторонний отказ и одностороннее изменение его условий не допускаются.
В статье 12 ГК РФ предусмотрен такой способ защиты права, как присуждение к исполнению обязанности в натуре.
В силу п. 1 ст. 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено данным Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства.
Согласно п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что согласно пункту 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. При этом следует учитывать, что в соответствии со статьями 309 и 310 ГК РФ должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства. При предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным. Разрешая вопрос о допустимости понуждения должника исполнить обязанность в натуре, суд учитывает не только положения Гражданского кодекса Российской Федерации, иного закона или договора, но и существо соответствующего обязательства.
Поскольку бездействие ответчика является незаконным, на ПАО «Россети Сибирь» следует возложить обязанность исполнить свои обязательства по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 20.7500.358.25, заключенному с Каргиной К.В., осуществив технологическое присоединение энергопринимающих устройств объекта, расположенного по адресу: <адрес>
Согласно ст. 206 ГПК РФ при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при установлении срока, в течение которого вынесенное решение должно быть исполнено, суд учитывает возможности ответчика по его исполнению, степень затруднительности исполнения судебного акта, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Поскольку срок исполнения договора составлял 6 месяцев, который истек в августе 2025 года, суд полагает разумным и достаточным установить срок для исполнения решения суда в течение трех месяцев со дня вступления решения суда в законную силу. При этом, суд не может согласиться с позицией ответчика о необходимости установления срока для исполнения решения суда в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу, полагая, что этот срок нарушит право истца на своевременное исполнение судебного акта и осуществления подключения по договору, срок исполнения которого истек шесть месяцев назад. При этом, суд учитывает приведенные в отзыве ответчика обстоятельства объективного характера, существенно затрудняющие своевременное исполнение договора, в частности – отсутствие компенсации выпадающих доходов со стороны органов государственной власти, дефицит денежных средств, срыв поставки материалов, большое количество исполнительных производств по аналогичным требованиям, наложенных штрафных санкций, проиллюстрированных соответствующими доказательствами.
Рассматривая требования истцов о взыскании неустойки, суд приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.
Право на взыскание неустойки согласовано сторонами в п. 17 договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, согласно которому сторона, нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, обязана уплатить другой стороне неустойку равную 0,25 % общего размера платы за каждый день просрочки (за исключением случаев нарушения выполнения технических условий заявителями, технологическое присоединение энергопринимающих устройств которых осуществляется на уровне напряжения 0,4 кВ и ниже). При этом совокупный размер такой неустойки при нарушении срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению заявителем не может превышать размер неустойки, определенной в предусмотренном настоящим абзацем порядке, за год просрочки.
Как следует из п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограничена. Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию.
Истцы в исковом заявлении приводят расчет суммы неустойки, подлежащей взысканию, за период с 04.08.2025 по 31.07.2026, а также заявили требование о взыскании неустойки до момента фактического исполнения договорных обязательств. Таким образом, неустойка подлежит взысканию с первого дня неисполнения обязательства, то есть дня, следующего за днем окончания срока по договору – с 04.08.2025 и по заявленную дату – 31.07.2026. Суд определяет размер подлежащей взысканию с ответчика неустойки в размере 50 401,26 рублей из расчета 55 691,56 рублей ? 0,25% ? 362 дня просрочки.
Впоследствии договорная неустойка подлежит взысканию с дальнейшим начислением по день фактического исполнения сетевой организацией обязательства по технологическому присоединению. Начисление неустойки из расчета 139,23 рубля в день следует продолжить с 01.08.2026 до дня фактического осуществления технологического присоединения, то есть до исполнения ответчиком своего обязательства, но максимум до достижения неустойкой размера 50818,55 рублей - предельного размера за год просрочки, с учетом суммы неустойки, определенной на день вынесения судом решения. В указанной части суд соглашается с доводами представителя ответчика.
Истцами также заявлены требования о компенсации морального вреда в пользу Каргина Р.О., сумму которых они оценивают в 50 000 рублей.
Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу ст. 15 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Согласно правовой позиции, отраженной в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.
При рассмотрении спора по существу факт нарушения прав истца как потребителя – Каргина Р.О. - со стороны ответчика, не нашел своего подтверждения, так как данный истец не является стороной по договору № 20.7500.358.25. Доказательств, подтверждающих взаимосвязь ухудшения состояния здоровья истца, с несвоевременным исполнением ПАО «Россети Сибирь» договорных обязательств с Каргиной К.В., суду не представлено. Наличие заболеваний, перечисленных в медицинских документах, у Каргина Р.О. само по себе не является основанием для присуждения компенсации морального вреда. Ввиду изложенного, в данной части исковые требования истцов не подлежат удовлетворению.
Рассматривая требования о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.
Статьи 88 и 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относят, в числе прочего понесенные сторонами расходы на оплату услуг представителей.
Согласно положениям ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 ГПК РФ.
В силу положений ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В соответствии с п.п. 11 и 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
В соответствии с п. 10 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что критериями отнесения расходов лица, в пользу которого состоялось решение суда, к судебным издержкам является наличие связи между этими расходами и делом, рассматриваемым судом с участием этого лица, а также наличие необходимости несения этих расходов для реализации права на судебную защиту. Размер таких понесенных и доказанных расходов может быть подвергнут корректировке (уменьшению) судом в случае его явной неразумности (чрезмерности), определяемой судом с учетом конкретных обстоятельств дела. Обязанность доказать факт несения судебных расходов, а также их необходимость и связь с рассматриваемым делом возложена на лицо, заявляющее о возмещении этих расходов.
В обоснование несения судебных расходов истцами и представителем представлен договор об оказании юридических услуг от 01.07.2026, по условиям которого Каргина Л.Н. (исполнитель) обязуется по заданию Каргина Р.О и Каргиной К.В. (заказчиков) оказать юридические услуги: собрать все доказательства для суда, составить претензию ответчику, составить исковое заявление, представлять интересы заказчиков в суде, в случае обжалования решения суда участвовать в производстве иных инстанций, принимать участие в исполнительном производстве.
Стоимость услуг согласована сторонам в размере 30 000 рублей, оплата по договору произведена заявителем в полном объеме, что подтверждается распиской в договоре.
Поскольку дело разрешено в пользу истца, само требование о взыскании судебных расходов суд находит обоснованным.
Выражая несогласие с заявленными требованиями, ответчиком указано о чрезмерности судебных расходов.
Суд, учитывая необходимость, разумность, объем выполненных представителем работ, в том числе подготовку процессуальных документов, а также учитывая объем подготовленной доказательственной базы в обоснование позиции доверителя, которая сводилась исключительно к предоставлению документов, имеющихся у обеих сторон, и подтверждающих факт договорных правоотношений, категорию спора, не относящегося к сложным, учитывая и то, что указанный спор не подразумевает обязательное досудебное урегулирование, рассмотрение дела в одном судебном заседании, а также тот факт, что каких-либо ходатайств представителем до даты судебного заседания не подавалось, частичное удовлетворение исковых требований, при таких обстоятельствах суд считает обоснованными, отвечающими требованиям разумности расходы, понесенные заявителем за оказанные услуги представителя, в сумме 10 000 рублей.
Относительно доводов ответчика относительно указания в качестве надлежащего ответчика ПАО «Россети Сибирь» в лице филиала «Читаэнерго» суд отмечает, что часть 7 ст. 29 ГПК РФ устанавливает правило альтернативной территориальной подсудности для истца, однако указанная норма не позволяет сделать вывод о гражданской правоспособности филиала юридического лица.
Так, в силу положений п. 3 ст. 55 ГК РФ представительства и филиалы не являются юридическими лицами. Они наделяются имуществом создавшим их юридическим лицом и действуют на основании утвержденных им положений.
Согласно ч. 1 ст. 37 ГПК РФ способность своими действиями осуществлять процессуальные права, выполнять процессуальные обязанности и поручать ведение дела в суде представителю (гражданская процессуальная дееспособность) принадлежит в полном объеме гражданам, достигшим возраста восемнадцати лет, и организациям.
Таким образом, истцом верно определен надлежащий ответчик в виде юридического лица - ПАО «Россети Сибирь».
Поскольку истец при подаче иска был освобожден от оплаты государственной пошлины, в соответствии со ст.ст. 98 и 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета государственная пошлина в размере 7 000 рублей, в том числе исходя из удовлетворенных судом требований о понуждении к действиям и взыскании неустойки.
Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Обязать ПАО «Россети Сибирь» (ИНН 2460069527) исполнить по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 20.7500.358.25, заключенному с Каргиной К. В. № осуществив технологическое присоединение энергопринимающих устройств объекта, расположенного по адресу: <адрес>, в течение трех месяцев со дня вступления решения суда в законную силу.
Взыскать с ПАО «Россети Сибирь» в пользу Каргиной К. В. неустойку за нарушение срока исполнения договора № 20.7500.358.25 за период с 04.08.2025 по 31.07.2026 в сумме 50 401,26 рублей.
Начиная с 01.08.2026, до дня фактического исполнения обязательства по технологическому присоединению включительно взыскивать с ПАО «Россети Сибирь» в пользу Каргиной Ксении Викторовны неустойку за нарушение срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению в размере 139,23 рубля за каждый день просрочки до достижения общей суммы неустойки, с учетом взысканной данным решением, 50 818,55 рублей.
Взыскать с ПАО «Россети Сибирь» в пользу Каргиной К. В., Каргина Р. О. № расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей.
В остальной части требований отказать.
Взыскать с ПАО «Россети Сибирь» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 000 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение одного месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Читинский районный суд Забайкальского края.
Судья К.А. Федорчук
Мотивированное решение суда изготовлено 20.10.2026.