РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
8 октября 2026 года г. Чита
Читинский районный суд Забайкальского края в составе судьи Мигуновой С.Б., при ведении протокола секретарем судебного заседания Поповой И.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Карепова А. П. к ООО «Удоканская медь» о взыскании невыплаченного коэффициента к заработной плате за работу в условиях высокогорья, неустойки за несвоевременную выплату заработной платы,
УСТАНОВИЛ:
Карепов А.П. обратился в суд с иском, указывая на то, что в период с декабря 2019 года по июнь 2026 года состоял в трудовых отношениях в ООО «Удоканская медь». С ноября 2021 года его рабочее место находилось в вахтовом поселке, расположенном в горах в удалении от п. Удокан и п. Новая Чара вблизи горно-металлургического комбината «Удокан» на высоте более 1 500 метров над уровнем моря. По мнению истца, его работа осуществлялась в условиях высокогорья, что требует дополнительной оплаты посредством применения коэффициента за работу в условиях высокогорья. Несмотря на это, работодатель при начислении заработка такой коэффициент не применял, хотя обязан был произвести расчет в применением коэффициента 1,15. Произведя расчет недоплаченной ему заработной платы за период с 1 ноября 2021 года по 3 июля 2026 года, истец в иске просит взыскать с ООО «Удоканская медь» невыплаченный коэффициент к заработной плате за работы в условиях высокогорья в размере 1,15 в сумме 2 967 920,13 рублей, а также неустойку за несвоевременную выплату заработной платы из расчета на день исполнения решения суда.
В суде интересы истца Карепова А.В. представлял адвокат Пушкарева О.Н., которая исковые требования поддержала, ссылалась на то, что факт работы истца в условиях высокогорья нашел свое подтверждение, ввиду чего ответчик как работодатель истца был обязан при начислении заработка применять повышающий коэффициент за работу в условиях высокогорья, в том числе в отсутствие нормативно-правового акта и локального акта самого работодателя. В этой связи обращала внимание на Постановление Конституционного суда РФ от 7 декабря 2017 года № 38-П, практику применения другими работодателями подобного коэффициента в соседней Республике Бурятия, а также имеющееся в материалах дела заключение о прохождении медицинского осмотра, где состояние здоровья истца проверялось, в том числе, на возможность работы в условиях высокогорья.
Интересы ответчика ООО «Удоканская медь» в суде представлял Пименов А.В., который, также как и ранее принимавший участие в судебном заседании Шапошников С.П., просил в удовлетворении иска отказать. Позиция ответчика относительно исковых требованиях была изложена в письменных возражениях, в которых ответчик указывал на то, что в отношении Каларского района Забайкальского края, где находилось рабочее место истца, законодательство не предусматривает выплаты коэффициента за работу высокогорных работах, а сам район к районам высокогорья не отнесен. Также ответчик полагал необоснованной ссылку истца в иске на Распоряжение Совмина РСФСР от 20 февраля 1965 года № 424-р, которое распространяется на работников здравоохранения, просвещения, жилищно-коммунального хозяйства, торговли и общественного питания, занятых на работах в высокогорных районах Дагестана, указывая на то, что основным видом деятельности ответчика является производство меди и добыча медной руды. Кроме того полагал, что не являются основанием для удовлетворения иска доводы истца о направлении его на периодический медицинский осмотр с указанием на пункт 11.4 приложения к Порядку проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров, утвержденных приказом Минздрава России от 28 января 2021 года № 29н. Дополнительно ссылался на пропуск истцом срока исковой давности в части требований, рассчитанных за 2021 – 2025 годы.
Заслушав представителей сторон, рассмотрев дело в отсутствие истца, а также представителя Государственной инспекции труда в Забайкальском крае, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Судом установлено, что истец Карепов А.П. с 2019 года по июль 2026 года состоял в трудовых отношениях с ООО «Удоканская медь» (прежнее наименование – ООО «Байкальская горная компания»). С 10 декабря 2019 года Карепов А.П. работал в должности инженера по ремонту механической службы технической дирекции, 29 июля 2020 года был переведен на должность начальника цеха механизации и автотранспорта технической дирекции, с 10 апреля 2021 года замещал должность инженера по эксплуатации цеха механизации и автотранспорта операционной дирекции, с 1 августа 2021 года был переведен на должность начальника участка грузового транспорта цеха механизации и автотранспорта операционной дирекции, 27 августа 2024 года был назначен на должность начальника колонны грузового и вспомогательного транспорта управления автотранспортом операционной дирекции, которую занимал до момента увольнения 3 июля 2026 года.
Из трудового договора, заключенного с истцом и последующих дополнений к такому трудовому договору следует, что к его заработной плате был установлен районный коэффициент за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям в размере 1, 3, а также процентная надбавка за стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям в размере 50 %. Сама работа осуществлялась вахтовым методом, при этом являлась работой с допустимыми условиями труда без присвоения класса вредности по условиям специальной оценки.
Также установлено и в суде ответчиком не оспаривалось, что с ноября 2021 года рабочее место истца находилось на территории вахтового комплекса, вблизи горно-металлургического комбината «Удокан», согласно проектной документации на строительство которого, он расположен на высоте 1 568 метров над уровнем моря.
Полагая, что сам факт работы в районе, который по своим характеристикам подлежит отнесению к районам высокогорья, влечет обязанность у работодателя применять к заработной плате работника повышающий коэффициент за работу в условиях высокогорья, тогда как такой коэффициент ООО «Удоканская медь» не начисляло и не выплачивало, Кареповым А.П. заявлены требования о взыскании с ООО «Удоканская медь» такого невыплаченного коэффициента.
Разрешая такие требования, суд исходит из следующего.
Согласно части 1 статьи 1 Трудового кодекса РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работника и работодателей.
В силу положений абзаца 5 части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы. Этому праву работника в силу абзаца 7 части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.
Согласно статье 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
В соответствии со статьей 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.
В соответствии со статьей 146 Трудового кодекса РФ оплата труда работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, производится в повышенном размере. В повышенном размере оплачивается также труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями.
Согласно статье 148 Трудового кодекса РФ оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями производится в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Особенности регулирования труда лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в настоящее время установлены Законом РФ от 19 февраля 1993 года № 4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях». Работникам, которые трудятся в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная надбавка к зарплате за стаж работы в данных районах или местностях. Ее размер и порядок выплаты устанавливаются в соответствии со ст. 316 Трудового кодекса РФ (ч. 1 ст. 317 Трудового кодекса РФ).
Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к ним, утвержден Постановлением Правительства РФ от 16 ноября 2021 года № 1946, согласно которому на территории Забайкальского края к районам, приравненным к районам Крайнего Севера, отнесены муниципальные районы Тунгиро-Олекминский, Тунгокоченский и Каларский муниципальный округ.
Размер процентной надбавки к заработной плате и порядок ее выплаты лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, на федеральном уровне устанавливаются Правительством РФ (ч. 1 ст. 316, ч. 1 ст. 317 ТК РФ).
Поскольку свои полномочия по определению размера районного коэффициента и порядка его применения, а также определение размера процентной надбавки к заработной плате за стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, Правительство РФ не реализовало, применяются соответствующие нормативные правовые акты, которые были приняты до введения в действие Трудового кодекса РФ и в части, в которой они ему не противоречат.
Так, районный коэффициент в размере 30 % установлен в Каларском муниципальном округе Забайкальского края на основании постановления от 4 сентября 1964 года № 380/н-18, утвержденного Государственным комитетом Совета министров СССР по вопросам труда и заработной платы и Президиумом ВЦСПС.
Указанные надбавки к заработной плате выплачиваются в порядке и на условиях, предусмотренных Постановлением ЦК КПСС, Совета Министров СССР и ВЦСПС от 6 апреля 1972 года № 255 «О льготах для рабочих и служащих предприятий, учреждений и организаций, расположенных в Архангельской области, Карельской АССР и Коми АССР» и Постановлением Совета Министров СССР «О введении надбавок к заработной плате рабочих и служащих предприятий, учреждений и организаций, расположенных в южных районах Дальнего Востока, Бурятской АССР и Читинской области» от 9 января 1986 года № 53.
В соответствии с положениями Постановления ЦК КПСС, Совета Министров СССР и ВЦСПС от 6 апреля 1972 года № 255 и Постановления Совмина РСФСР от 22 октября 1990 года № 458 «Об упорядочении компенсации гражданам, проживающим в районах Севера» процентная надбавка выплачивается в размере 10 % за каждые шесть месяцев работы и в Каларском муниципальном округе Забайкальского края не может превышать 50 %.
В данном случае, суд учитывает, что предусмотренная приведенными выше нормативными актами и установленная в трудовом договоре надбавка за стаж работы в районах, приравненных к районам Крайнего Севера, а также коэффициент за работу в таком районе истцу работодателем начислялся и выплачивался. При этом условиями трудового договора иного повышающего коэффициента, в том числе коэффициента за работу в условиях высокогорья, предусмотрено не было. Данных о том, что такой коэффициент установлен локальными актами работодателя, не представлено. Какого-либо нормативно-правового акта, в том числе применяемого в соответствии со статьей 423 Трудового кодекса РФ, который бы относил работу в Каларском муниципальном округе Забайкальского края к работе в условиях высокогорья и устанавливали бы повышающий коэффициент за работу в условиях высокогорья, не существует. При таких обстоятельствах оснований возлагать на работодателя ответственность за неначисление и невыплату истцу к заработной плате повышающего коэффициента за работу в условиях высокогорья, независимо от того, что рабочее место истца находилось на высоте более 1 500 метров над уровнем моря, не имеется.
В своем исковом заявлении истец ссылается на положения Распоряжением Совмина РСФСР от 20 февраля 1965 года № 424-р, которым коэффициенты установлены для высокогорных районов Республики Дагестан. Однако данный нормативно-правовой акт применен судом к правоотношениям сторон быть не может, поскольку не регулирует вопрос оплаты труда в Забайкальском крае.
Не могут быть применены и ссылки истца на устанавливающие коэффициенты за работу в условиях высокогорья положения Постановления Госкомтруда ССР от 8 августа 1960 года № 1009 «Об установлении коэффициентов к заработной плате работников организаций и предприятий, выполняющих геологические и топографо-геодезические работы в высокогорных районах», приказ ФСБ России от 1 мая 2020 года № 178 «О системе оплаты труда работников органов федеральной службы безопасности», приказ МЧС России от 1 апреля 2019 года «Об утверждении Перечня подразделений, учреждений федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы, дислоцированных в высокогорных местностях Российской Федерации на высоте от 1 000 до 1 500 метров над уровнем моря, а в исключительных сулчаях и ниже, служба в которых засчитывается в выслугу лет для назначения пенсии на льготных условиях», Постановление Правительства РФ от 23 января 2023 года № 58 «О размерах коэффициентов и процентных надбавок и порядке их применения для расчета денежного довольствия военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, и сотрудников некоторых федеральных органов исполнительной власти, проходящих военную службу (службу) в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других местностях с неблагоприятными климатическими или экологическими условиями, в том числе отдаленных местностях, высокогорных районах, пустынных и безводных местностях российской Федерации, и признании утратившими силу некоторых актов и отдельных положений некоторых актов Правительства российской Федерации». Данные нормативные акты имеются ведомственную и отраслевую принадлежность и на ответчика не распространяются.
В отношении доводов истца о наличии в сфере спорных правоотношений руководящих позиций Конституционного Суда РФ, содержащихся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 7 декабря 2017 года № 38-П, суд учитывает, что, выявляя конституционный смысл положений статьи 129, частей 1 и 3 статьи 133, частей 1 – 4 и 11 статьи 133.1 Трудового кодекса РФ, в своем постановлении Конституционный Суд РФ указал на недопустимость включения в состав минимального размера оплаты труда районного коэффициента и процентной надбавки, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Вопреки доводам истца указанное постановление не содержит положений о том, что в отсутствие отнесения определенной территории к высокогорным районам и в отсутствие нормативно-правового акта, устанавливающего применение для работающих в таких районах повышающего коэффициента к заработной плате за работу в условиях высокогорья, работодатель обязан начислять и выплачивать такой коэффициент.
Не могут являться основанием для удовлетворения иска и доводы истца о том, что при прохождении медицинских осмотров работодатель направлял его на соответствующее обследование, признавая наличие такого вредного фактора, как работа в условиях высокогорья.
Ответчиком в материалы дела были представлены направления Карепова А.П. на прохождение медицинских осмотров, согласно которым в качестве вредных факторов указывались пункты, предусмотренные приложением к Приказу Министерства здравоохранения России от 28 января 2021 года № 29н «Об утверждении Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных частью четвертой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации, перечня медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работам, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры», а именно: пункт 4.2.5 (Электромагнитное поле широкополосного спектра частот (5 Гц - 2 кГц, 2 кГц - 400 кГц); пункт 6.2 (Прочие работы, относящиеся в соответствии с законодательством по охране труда к работам на высоте); пункт 11. 4 (работы, выполняемые вахтовым методом в необжитых, отдаленных районах и районах с особыми природными условиями (в отношении проведения предварительных медицинских осмотров для работников, выполняющих работу вахтовым методом в указанных районах); пункт 18.1 (управление наземными транспортными средствами категории "A", "B", "BE", трактора и другие самоходные машины, мини-трактора, мотоблоки, автопогрузчики, электрокары, регулировщики и т.п., автомобили всех категорий с ручным управлением для инвалидов, мотоколяски для инвалидов).
В данном случае указание в направлении на пункт 6.2 приложения к Приказу № 29н свидетельствует лишь о том, что то сотрудник выполняет трудовые обязанности, связанные с риском падения с высоты (строительные, монтажные, верхолазные работы). Это влечет за собой требования к безопасности труда, но не имеет отношения к климатическим коэффициентам.
Действительно, в одном из заключение предварительного медицинского осмотра, выданного Центром медицинских комиссии ООО «БеЛо» 17 января 2024 года помимо выводов об отсутствии у Карепова А.П. противопоказаний к работе с вредными и опасными веществами и производственными факторами, обозначенными в направлении, имеется дополнительная отметка о том, что Карепов А.П. годен к труду в условиях Крайнего Севера и высокогорья. Однако и это автоматически не указывает на наличие со стороны работодателя истца обязанности производить начисление и выплату коэффициента за работу в условиях высокогорья.
В этой связи суд также учитывает, что условия труда по должности начальника участка грузового транспорта в цехе механизации и автотранспорта операционной дирекции ООО «Удоканская медь» были подвергнуты специальной оценке, по результатам которого 16 декабря 2021 года была составлена карта специальной оценки условий труда. По результатам оценки условий труда итоговый класс (подкласс) условий труда был определен как 2. Среди гарантий и компенсации работнику, занятому на данном рабочем месте, были установлены только проведение медицинских осмотров в соответствии с пунктом 11.4 приложения к Приказу Минздрава России от 28 января 2021 года № 29н (работы, выполняемые вахтовым методом в необжитых, отдаленных районах и районах с особыми природными условиями). С результатами специальной оценки условий труда Карепов А.П. был ознакомлен. В дальнейшем в связи утверждением штатного расписания и переименования должностей, в том числе должности начальника участка грузового транспорта в цехе механизации и автотранспорта операционной дирекции на начальника колонны грузового и вспомогательного транспорта управления автотранспортом операционной дирекции, учитывая, что переименование не повлекло за собой организацию нового рабочего места, изменение технологического процесса и т.д. оснований для проведения внеплановой специальной оценки условий труда на рабочем месте истца выявлено не было, решением комиссии ООО «Удоканская медь» было постановлено считать ранее составленные карты специальной оценки условий труда действительными для соответствующих должностей после их переименования.
В качестве еще одного основания для отказа в удовлетворении заявленных истцом требований, суд учитывает также пропуск им срока давности обращения в суд с заявленными требованиями в части невыплаченного к заработной плате спорного коэффициента за период, предшествующий одному году до обращения истца в суд с рассматриваемым иском.
Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса РФ, согласно части 2 которой за разрешением индивидуального трудового споря о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты и неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
Часть 2 статьи 392 Трудового кодекса РФ, закрепляющая порядок реализации конституционного права, предусмотренного статьей 37 (часть 4) Конституции РФ, применительно к делам о выплате сумм заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, во взаимосвязи с частью 1 статьи 136 Трудового кодекса РФ предполагает, что по делам о невыплате или неполной выплате заработной платы работник должен узнать о нарушении своего права в день выплаты заработной платы, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором, и получении расчетного листка.
Согласно трудовому договору, заключенному между ООО «Удоканская медь» и Кареповым А.П., заработная плата работнику подлежала выплате за первую половину месяца – 30 числа расчетного месяца, а за вторую – 15 числа месяца, следующего за расчетным. Поскольку в суд с иском истец обратился 4 сентября 2026 года, суд находит обоснованными доводы ответчика о том, что по требованиям истца, заявленным в отношении неначисленного и невыплаченного ему коэффициента к заработной плате за период, предшествующий одному году до обращения в суд, срок, предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса РФ был им пропущен.
При этом оснований для восстановления истцу такого срока по мотиву нахождения его в состоянии заблуждения, обмана со стороны работодателя, зависимости, в которой якобы находится истец от ответчика, суд не усматривает. В этой связи учитывает содержащиеся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснения, согласно котороым в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи). В данном случае таких объективным и уважительных причин со стороны истца судом не установлено.
Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Забайкальский краевой суд путем подачи жалобы через Читинский районный суд Забайкальского края.
Судья Мигунова С.Б.
Мотивированное решение изготовлено 12 октября 2026 года