РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 сентября 2025 года г. Новокузнецк
Куйбышевский районный суд г.Новокузнецка Кемеровской области в составе председательствующего судьи Филатовой Н.И., при секретаре судебного заседания Овченковой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании с участием прокурора Мироновой А.Н. гражданское дело по иску Антропова Андрея Владимировича к АО «ОУК «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Антропов А.В. обратился в суд с иском к АО «ОУК «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская» о взыскании компенсации морального вреда и просит: взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием «<данные изъяты>» в размере 342 698,86 руб., расходы на проведение экспертизы 4 500 руб. Взыскать с АО «Шахта «Алардинская» в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием <данные изъяты> в размере 262 593,02 руб., расходы на проведение экспертизы 4 500 руб. Взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием «<данные изъяты> в размере 718 698,86 руб. Взыскать с АО «Шахта «Алардинская» в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием «<данные изъяты> в размере 582 593,02 руб., а также взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя.
Свои требования мотивирует тем, что 07.02.2023 г. медицинским заключением ФГБНУ «Научно – исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» ему установлен диагноз: <данные изъяты> Заболевание профессиональное, установлено впервые.
Работодателем – ООО «Шахта «Алардинская» составлен акт о случае профессионального заболевания от 15.02.2023 г.
Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Наличие вины работника составляет 0%. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие на костно-мышечный аппарат рук комплекса производственных факторов: физического перенапряжения, локальной вибрации и охлаждающего микроклимата.
С 03.04.2025 г. Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области», в связи с профессиональным заболеванием, ему впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – № % до 01.05.2026 г., с 19.03.2026 г. – № % до 01.04.2027 г.
Кроме того, 21.02.2024 г. медицинским заключением ФГБНУ «Научно – исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» ему установлен диагноз: «<данные изъяты> Заболевание профессиональное, установлено впервые.
Работодателем – ООО «Шахта «Алардинская» составлен акт о случае профессионального заболевания от 10.04.2024 г.
Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов: производственного шума. Наличие вины работника составляет 0%.
Непосредственной причиной заболевания послужил производственный шум.
С 03.04.2025 г. Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области», в связи с профессиональным заболеванием, ему впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – № % до 01.05.2026 г., с 19.03.2026 г. – № до 01.04.2027 г.
В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда АО «ОУК «ЮКУ» произвело ему выплату компенсации морального вреда за каждое заболевание в размере 33 301,14 руб., ООО «Шахта «Алардинская» - 57 406,98 руб.
Медицинской экспертизой Клиник «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» ФГБНУ установлена степень вины ответчиков в развитии у него профзаболевания.
Считает, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» обязано произвести выплату компенсации морального вреда за следующие предприятия: ЗАО «Шахта «Аларда», ОАО «Аларда», ОАО «Шахта «Алардинская» ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Алардинская» поскольку является их правопреемником.
Полагает, что единовременная компенсация морального вреда, рассчитанная по нормам Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, в полном мере не компенсирует причиненные истцу физические и нравственные страдания.
В судебном заседании истец, представитель истца Челпанова О.Н., действующая на основании ордера, поддержали исковые требования.
В судебном заседании представитель ответчиков АО «ОУК «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская» Каркавина В.В., действующая на основании доверенностей, выданных в порядке передоверия, исковые требования не признала, представила письменные возражения относительно заявленных требований.
Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, заслушав показания свидетеля и принимая во внимание заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующему выводу.
Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Согласно ст.164 ТК РФ под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.
В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.
Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В соответствии с п. 2 ст. 1 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», указанный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим Федеральным законом.
Профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (ст. 3).
Согласно ст. 8 данного закона, возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.
Степень стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы.
В соответствии со ст. 5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.
Согласно ст. 45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.
Таким образом, в соответствии с нормами трудового законодательства, работодатель вправе в своих локальных нормативных актах предусмотреть дополнительные гарантии и компенсации по сравнению с законодательством (ст. 8, 164 ТК РФ).
Исходя из общих оснований ответственности за причинение вреда, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Так, данными трудовой книжки истца подтверждается, что он с января 1992 г. по июнь 2025 г. осуществлял трудовую деятельность в т.ч. на следующих предприятиях угольной отрасли: Шахта «Высокая», ЗАО «Шахта «Аларда», ОАО «Шахта «Алардинская», ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Алардинская», ООО «Шахта «Алардинская»
Из медицинского заключения ФГБНУ Клиники «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» от 07.02.2023 г. следует, что истцу установлено профессиональное заболевание «<данные изъяты> а также причинно-следственная связь заболевания с профессией.
Согласно акту о случае профессионального заболевания от 15.02.2023 г., составленным работодателем ООО «Шахта «Алардинская» причиной указанного профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Вина истца в развитии профессионального заболевания не установлена.
Справками МСЭ подтверждается, что истцу была установлена утрата профессиональной трудоспособности в связи с указанным профзаболеванием –№ с 03.04.2025 г. до 01.05.2026 г., с 19.03.2026 г. до 01.04.2027 г. – №.
Из медицинских документов следует, что истец в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты> неоднократно находился на стационарном лечении, а также обращался за амбулаторной медицинской помощью. Характер полученного истцом профессионального заболевания также подтверждается представленным в материалы дела протоколом обследования, проведенному по нерву.
В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания, истец в связи с наличием указанного профессионального заболевания нуждается в санаторно-курортном лечении, в постороннем специальном медицинском и бытовом уходе не нуждается, может продолжать работу при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ, в сопровождении на получение отдельных видов мероприятий не нуждается.
Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания следует, что условия труда истца в течение 28 лет 6 месяцев не соответствовали гигиеническим требованиям по тяжести трудового процесса.
Кроме того, 21.02.2024 г. истцу установлено профессиональное заболевание <данные изъяты> а также причинно-следственная связь заболевания с профессией, что подтверждается медицинским заключением ФГБНУ Клиники «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний».
Из акта работодателя ООО «Шахта «Алардинская» о случае профессионального заболевания от 10.04.2024 г. следует, что причиной образования данного профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Вина работника в развитии у него профессионального заболевания отсутствует.
Справками МСЭ подтверждается, что истцу была установлена утрата профессиональной трудоспособности в связи с данным профзаболеванием размере № с 03.04.2025 г. до 01.05.2026 г., с 19.03.2026 г. до 01.04.2027 г. – №
Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 10.04.2023 г. № 254 следует, что условия труда истца в течение 28 лет 11 месяцев не соответствовали гигиеническим требованиям по воздействую производственного шума.
В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания истец в связи с наличием указанного профессионального заболевания нуждается в санаторно-курортном лечении, в постороннем специальном медицинском и бытовом уходе не нуждается, может продолжать работу при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ и при изменении условий труда, в сопровождении на получение отдельных видов мероприятий не нуждается.
Из медицинских документов следует, что истец в связи с указанным профессиональным заболеванием неоднократно находился на стационарном лечении.
Заключениями врачебной экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» № 93 от 21.05.2025 г., №94 от 21.05.2025 г. установлена степень вины предприятий в развитии у истца профзаболеваний, которая составляет: Шахта «Высокая» - 7,3%; АООТ «Шахта «Шушталепская» - 5,7%; ЗАО «Шахта «Аларда» - 3,0%; ОАО «Аларда» - 3,0%; ОАО «Шахта «Алардинская» - 7,9%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Алардинская» - 33,1%; ООО «Шахта «Алардинская» - 40,0%.
В соответствии с решением ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу № 24636-В от 05.06.2025 г. истцу назначена единовременная страховая выплата в сумме 20 139,70 руб. за повреждение здоровья вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы в ООО «Шахта «Алардинская».
Данные обстоятельства подтверждены материалами дела и не оспариваются сторонами в судебном заседании.
В соответствии с п. 5.4. «Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации» в случае установления впервые работнику, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда Работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.
В целях определения размера компенсации в порядке, установленном п.8 настоящего Положения, среднемесячная заработная плата работника исчисляется исходя из фактически начисленной работнику заработной платы и фактически отработанного им времени у данного работодателя за 12 календарных месяцев, предшествующих моменту установления впервые работнику размера(степени)утраты профессиональной трудоспособности.
Для расчета среднего заработка учитываются предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя в период работы данного работника у работодателя, и не учитываются выплаты социального характера и иные выплаты компенсационного характера (материальная помощь, оплата стоимости питания, проезда, обучения, коммунальных услуг и другие).
В случае, если утрата профессиональной трудоспособности установлена работнику впервые спустя более 3 лет после окончания срока действия трудового договора у данного работодателя. В целях определения размера компенсации в порядке, установленном п.8 настоящего Положения, среднемесячная заработная плата работника исчисляется исходя из фактически начисленной работнику заработной платы и фактически отработанного им времени у данного работодателя за 12 календарных месяцев, предшествующих моменту окончания срока действия трудового договора у данного работодателя или (по желанию работника) размер компенсации рассчитывается исходя из размера обычного вознаграждения (среднемесячной заработной платы) по профессии работника согласно его квалификация в угольной промышленности в Кемеровской области, на момент обращения (пункт 7 Положения о порядке выплаты единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда).
Исковые требования основаны на том, что ответчик АО «ОУК «Южкузбассуголь» несет ответственность за причинение истцу морального вреда, исходя из 47 % вины в возникновении у него профессионального заболевания, пропорционально вины предприятий угольной промышленности, на которых он работал: ЗАО «Шахта «Аларда», ОАО «Аларда», ОАО «Шахта «Алардинская» ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Алардинская» поскольку является их правопреемником.
Обсуждая доводы представителя ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь», оспаривающего указанное обстоятельство, суд отмечает следующее.
В соответствии со ст. 57, 58 ГК РФ при реорганизации юридического лица при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом.
В соответствии со ст. 59 ГК РФ передаточный акт должен содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами, а также порядок определения правопреемства в связи с изменением вида, состава, стоимости имущества, возникновением, изменением, прекращением прав и обязанностей реорганизуемого юридического лица, которые могут произойти после даты, на которую составлен передаточный акт.
В соответствии с ч. 1 ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.
Пунктами 1, 4 ст. 19 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» предусмотрено, что выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей им части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего. При выделении из состава общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного в форме выделения общества в соответствии с разделительным балансом.
В соответствии с п.6 ст. 15 указанного ФЗ установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.
Из Устава, а также разделительного бухгалтерского баланса на 01.10.1999 г., передаточного акта к разделительному балансу на 01.10.1999 г., утвержденного на внеочередном общем собрании акционеров ОАО «Шахта «Аларда» 29.11.1999 г. следует, в результате реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» в форме выделения 29.11.1999 г. было создано ОАО «Шахта «Алардинская».
Согласно исторической справке от 06.11.2025 г. № 178 Шахта «Шушталепская-1» треста «Осинникиуголь» Комбината Кузбассуголь Кузбасского Совнархоза Республиканского значения РСФСР, входит в состав СССР. Организована в 1948 г. Государственное предприятие «Шахта «Шушталепская» с 1975 г. входила в состав производственного объединения «Южкузбассуголь». Распоряжением Совета Министров СССР и Совета Министров РСФСР от 05.05.1991 г. №397-р и распоряжением госкомитета РСФСР по управлению госимуществом от 31.07.1991 г. №62-р предприятия угольной промышленности переведены в юрисдикцию органов государственного управления РСФСР. Концерн «Кузнецкуголь» стал подчиняться Министерству топлива и энергетики РСФСР. В состав концерна входит Государственное предприятие шахта «Шушталепская» АОУК «Кузецкуголь». Решением администрации Кемеровской области № 466 от 21.12.1993 г. шахта «Шушталепская» АОУК «Кузнецкуголь» преобразовано в АООТ «Шахта Шушталепская». Решением администрации г. Калтан № 447-р от 21.07.1997 г. АООТ «Шахта Шушталепская» преобразовано в ОАО «Шахта Шушталепская». Решение о ликвидации принято на внеочередном общем собрании акционеров ОАО «Шахта Шушталепская», протокол № 4 от 10.03.1998 г. Предприятие ликвидировано на основании определения Арбитражного суда Кемеровской области по делу о несостоятельности (банкротстве) А-27-26884/2004-4 от 24.01.2007 г.
Согласно исторической справке от 18.11.2025 г. № 684Ш Шахта «Капитальная-3» переименована в шахту «Высокая» с 01.01.1972 г. С 01.01.1975 г. Шахта «Высокая» производственного объединения «Южкузбассуголь». С 01.01.1990 г. Шахта «Высокая» концерна «Кузнецкуголь». С 27.01.1993 г. Шахта «Высокая» АО Угольная компания «Кузнецкуголь». На основании Распоряжения Государственного Комитета по управлению государственным имуществом №392-р от 26.05.1997 г. «О внесении изменений и дополнений в распоряжение Госкомимущества России от 30.06.1994 г. № 1802-р» исключено из состава концерна «Кузнецкуголь» Государственное Предприятие Шахта «Высокая». На основании решения Арбитражного суда Кемеровской области от 22.07.2002 г. ГП Шахта «Высокая» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.
По сведениям исторической справки от 18.11.2025 г. № 687Ш с 27.07.1999 г. ЗАО «Шахта «Аларда» преобразовано в ОАО «Шахта «Аларда», которое было ликвидировано 03.04.2002 г.
Из исторической справки от 18.11.2025 г. № 688Ш ОАО «Шахта «Алардинская» было реорганизовано путем слияния нескольких юридических лиц с образованием в результате слияния ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», в соответствии с уставом которого был создан филиал «Шахта «Алардинская», который ликвидирован на основании решения Совета директоров ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» от 21.11.2013 г.
Согласно Уставу АО «ОУК «Южкузбассуголь» является обществом, образованным в порядке реорганизации путем слияния в т.ч. ОАО «Шахта «Алардинская» и является его правопреемником по всем правам и обязанностям.
На основании изложенного суд считает установленным, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником АО «Шахта «Аларда» и обязано отвечать за причинение истцу морального вреда указанным предприятием.
Таким образом, АО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта «Алардинская» по всем правам и обязанностям последнего.
На основании изложенного, суд считает установленным, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» отвечает за развитие у истца спорных профессиональных заболеваний: «<данные изъяты> по обязательствам таких работодателей, как ЗАО «Шахта «Аларда», ОАО «Аларда», ОАО «Шахта «Алардинская», ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Алардинская».
Истец указывает, что при расчете компенсации морального вреда необходимо руководствоваться размером средней заработной платы работников организаций по профессиональной группе «Операторы и машинисты горного и шахтного оборудования (включая должность «горнорабочего подземного»), установленным Кемеровостатом, а не работодателем, которая составляет 127 319 руб. С указанной позицией стороной истца суд соглашается.
Согласно частям 1, 2, 5, 10 ст. 5 Федерального закона от 29.11.2007 № 282-ФЗ «Об официальном статистическом учете и системе государственной статистики в Российской Федерации» официальный статистический учет в Российской Федерации осуществляется субъектами официального статистического учета.
Субъекты официального статистического учета от имени Российской Федерации осуществляют правомочия обладателей информации и данных, формируемых и (или) получаемых этими субъектами в рамках осуществления официального статистического учета. Уполномоченный Правительством Российской Федерации федеральный орган исполнительной власти от имени Российской Федерации осуществляет правомочия обладателя официальной статистической информации, формируемой всеми субъектами официального статистического учета.
Официальный статистический учет осуществляется в соответствии с федеральным планом статистических работ, который разрабатывается уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти совместно с субъектами официального статистического учета и утверждается Правительством Российской Федерации. Решение об актуализации (о корректировке) федерального плана статистических работ принимается Правительством Российской Федерации по представлению уполномоченного Правительством Российской Федерации федерального органа исполнительной власти.
Официальная статистическая информация является общедоступной, за исключением информации, доступ к которой ограничен федеральными законами. Обеспечение доступа заинтересованных пользователей официальной статистической информацией к общедоступной официальной статистической информации осуществляется путем ее предоставления или распространения.
В Письме Росстата от 02.03.2023 № 633/ОГ «О выборочном обследовании организаций по форме федерального статистического наблюдения № 57-Т» разъяснено, что в соответствии с позицией 1.30.3 Федерального плана статистических работ, утвержденного распоряжением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2008 г. № 671-р, выборочное обследование организаций (без субъектов малого предпринимательства) по форме федерального статистического наблюдения № 57-Т «Сведения о заработной плате работников по профессиям и должностям» (далее - форма № 57-Т) проводится с периодичностью 1 раз в 2 года по нечетным годам.
Обращено внимание: поскольку обследование по форме № 57-Т является выборочным, организация предоставляет данную форму только при попадании в выборку.
Пунктом 1.30.3 Федерального плана статистических работ, утвержденного распоряжением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2008 г. № 671-р, предусмотрено, что итоги выборочного обследования организаций (без субъектов малого предпринимательства) о средней заработной плате работников по профессиональным группам проводится, в том числе, по субъектам Российской Федерации, по видам экономической деятельности, по формам собственности, социально-демографическим признакам. Периодичность выполнения работ - 1 раз в 2 года, срок предоставления (распространения) официальной статистической информации пользователям - 4-я неделя апреля.
Так, размер среднемесячного заработка, определенный ответчиком АО «ОУК «Южкузбассуголь» по профессии горнорабочего подземного 3 разряда, не может применяться при определении компенсации морального вреда, в связи с тем, что указанные сведения не отражают действительный размер заработной платы истца в данной должности на территории Кемеровской области-Кузбасса. Размер средней заработной платы в Кемеровской области-Кузбасса рассчитывается территориальным органом Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области-Кузбассу.
Принимая во внимание, что по сведениям Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Кемеровской области-Кузбассу (Кемеровостат) средняя начисленная заработная плата работников организаций по профессиональной группе «Операторы и машинисты горного и шахтного оборудования (включая должность «горнорабочего подземного») по Кемеровской области-Кузбассу за октябрь 2025 г. составила 127 319 руб., суд приходит к выводу, что сумма компенсации морального вреда подлежит исчислению исходя из указанного размера среднемесячного заработка.
Таким образом, с учетом степени вины ответчика ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» в развитии у истца указанных выше профессиональных заболеваний, составляющей 47 % размер единовременной компенсации морального вреда в соответствии с нормами Отраслевого соглашения составляет 220 428,40 руб. (110 214,20 + 110 214,20), согласно следующему расчету:
по заболеванию, установленному 07.02.2023: 127 319 руб. (среднемесячный заработок) х 20% х № (процент утраты трудоспособности) х 100% – 20 139,70 руб. (единовременная страховая выплата ОСФР по КО-Кузбассу) х 47% (вины) 110 214,20 руб.
по заболеванию, установленному 21.02.2024: 127 319 руб. (среднемесячный заработок) х 20% х № (процент утраты трудоспособности по заболеванию, установленному 07.02.2023) х 100% – 20 139,70 руб. (единовременная страховая выплата ОСФР по КО-Кузбассу) х 47% (вины) = 110 214,20 руб.
Размер единовременной компенсации морального вреда ответчика ООО «Шахта «Алардинская» составляет 114 813,96 руб. (57 406,98 + 57 406,98), согласно расчету:
по заболеванию, установленному 07.02.2023: 81 828,57 руб. (среднемесячный заработок) х 20% х № (процент утраты трудоспособности) х 100% – 20 139,70 руб. (единовременная страховая выплата ОСФР по КО-Кузбассу) х 40% (вины) = 57 406,98 руб.
по заболеванию, установленному 21.02.2024: 81 828,57 руб. (среднемесячный заработок) х 20% х № (процент утраты трудоспособности) х 100% – 20 139,70 руб. (единовременная страховая выплата ОСФР по КО-Кузбассу) х 40% (вины) = 57 406,98 руб.
Ответчиками в соответствии с соглашениями о компенсации морального вреда о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в связи с профессиональными заболеваниями истцу произведены следующие выплаты: АО «ОУК «Южкузбассуголь» по соглашению от 14.08.2025 г. в сумме 66 602,28 руб.; ООО «Шахта «Алардинская» по соглашению от 14.08.2025 г. в сумме 114 813,96 руб.
Суд полагает, что размер компенсации морального вреда, вследствие полученных истцом профессиональных заболеваний, рассчитанный по формуле в соответствии с локальными нормативными положениями, актами ответчиков, с учетом процента вины ответчиков, по мнению суда, не является достаточной для компенсации физических и нравственных страданий истца в связи с профессиональными заболеваниями, исходя из следующего.
В силу разъяснения, содержащегося в п. 6 постановления Пленума ВС РФ № 2 от 10.03.2011 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ.
В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 даны разъяснения о том, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В соответствии с п.п. 15,18,20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
Таким образом, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном локальными актами размере.
При этом суд отмечает, что при расчете размера компенсации по Отраслевому соглашению данные обстоятельства и индивидуальные особенности истца не учитывались ответчиками, расчет был произведен по формуле, предусмотренной Федеральным отраслевым соглашением.
Согласно представленным суду доказательствам размер утраты профессиональной трудоспособности истца на момент выплат в счет единовременной компенсации морального вреда по двум заболеваниям составлял № %.
Из программы реабилитации пострадавшего на производстве от несчастного случая и имеющего профессиональное заболевание следует, что истцу возможно продолжать работу при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ и при изменении условий труда, что он нуждается в санаторно-курортном лечении.
Выписками из медицинской карты стационарного больного подтверждается, что истец ежегодно проходит стационарное лечение и обследование в специализированном лечебном учреждении в связи с профессиональными заболеваниями.
Из объяснений истца следует, что в период работы на предприятиях угольной отрасли у него развились профессиональные заболевания, вследствие которых у него возникают постоянные слабость, онемение и боли в кистях рук, снижение силы захвата, тремор (дрожание) пальцев, усиливающиеся при попытке выполнить мелкие или требующие напряжения движения, испытывает стойкое снижение слуха, постоянный шум в ушах, трудности с восприятием речи окружающих. В связи с ухудшением здоровья он не может выполнять обычную мужскую работу по хозяйству, в связи с чем вынужден обращаться за помощью к посторонним, испытывает дискомфорт от того, что плохо слышит обращенную к нему речь, ему трудно свободно участвовать в общем разговоре, смотреть телевизор на обычной громкости, пользоваться телефоном без специальных функций. Вследствие данных обстоятельств он стал более замкнутым, ощущает себя неполноценным человеком, что привело к тому, что у него возникла склонность к эмоциональным вспышкам, раздражительность, возбудимость, беспокойство, нарушение сна. Несмотря на выполнение всех назначений и рекомендаций по программе реабилитации, улучшения состояния здоровья нет.
Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетеля ФИО7 -матери истца.
Принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в п. п. 25-28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», учитывая характер физических и нравственных страданий истца в связи с повреждением здоровья в результате профессиональных заболеваний, степень утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессиональных заболеваний, отсутствие вины истца в развитии профессиональных заболеваний, степень вины ответчиков в данных заболеваниях, индивидуальные особенности истца, отсутствие положительной динамики профессиональных заболеваний, несмотря на соблюдение истцом всех рекомендаций и принимаемое им лечение, а также требования разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, причиненного истцу в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты> равным 150 000 руб., «<данные изъяты> - 300 000 руб.
Учитывая процент вины ответчиков в развитии у истца профессиональных заболеваний, размер выплаченной суммы компенсации морального вреда, с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 144 897,72 руб. (37 198,86 + 107 698,86), согласно расчету:
по заболеванию, установленному 07.02.2023: 150 000 руб. х 47% – 33 301,14 руб. = 37 198,86 руб.
по заболеванию, установленному 21.02.2024: 300 000 руб. х 47% – 33 301,14 руб. = 107 698,86 руб.
С ответчика ООО «Шахта «Алардинская» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 65 186,04 руб. (2 593,02 + 62 593,02), согласно расчету:
по заболеванию, установленному 07.02.2023: 150 000 руб. х 40% – 57 406,98 руб. = 2 593,02 руб.
по заболеванию, установленному 21.02.2024: 300 000 руб. х 40% – 57 406,98 руб. = 62 593,02 руб.
Доводы ответчиков, приведенные в обоснование возражений, не могут быть приняты во внимание, так как нормы Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации и коллективных договоров предусматривают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке единовременную выплату в счет компенсации морального вреда, размер которой зависит исключительно от размера среднемесячного заработка, степени утраты профессиональной трудоспособности, а также вины работника.
В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба.
Выплата единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере, установленном Отраслевым соглашением по угольной промышленности Российской Федерации, не может ограничивать право работника на полное возмещение морального вреда в соответствии с критериями, установленными нормами гражданского законодательства, и не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в судебном порядке при несогласии работника с размером возмещения. Такое взыскание не будет носить повторный характер, поскольку в силу ст. 67 ГПК РФ оценка характера и степени причиненного истцу морального вреда, определение размера компенсации морального вреда относится к исключительной компетенции суда.
Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, связанные с рассмотрением дела суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.
Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
На основании ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Истцом после установления ему диагнозов профессиональных заболеваний были понесены расходы по оплате за проведение медицинской экспертизы по установлению степени вины предприятий в размере 4500 руб. за каждую. Нормы Отраслевого соглашения, в соответствии с которыми истцу была произведена выплата единовременной компенсации на основании указанного заключения, не предусматривают возмещение работодателем таких расходов. Однако поскольку данные расходы были понесены истцом в целях восстановления нарушенного права, они подлежат возмещению ответчиками АО «ОУК «Южкузбассуголь» и ООО «Шахта «Алардинская» по 4500 руб. с каждого.
В силу ст. 48 ГПК РФ, граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.
В постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.
При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (п. 12). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13).
Истцом заявлено ходатайство о возмещении расходов, понесенных в связи с оплатой услуг представителя в размере 45 000 руб. Оплата указанной суммы подтверждается квитанциями на сумму 45 000 руб., актом оказания юридической помощи от 14.09.2026 г. №1.
С учетом сложности дела, объема проделанной представителем работы, количества судебных заседаний, суд полагает, что сумма в размере 40 000 руб. является разумной и справедливой, соответствующей проделанной работе, подлежащей взысканию с ответчиков в соответствии с п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в равных долях по 20 000 руб. с каждого.
В связи с тем, что истец согласно ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ, в доход местного бюджета с ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3000 руб. за требования неимущественного характера.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования Антропова Андрея Владимировича к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Обществу с ограниченной ответственностью «Шахта «Алардинская» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать в пользу Антропова Андрея Владимировича (№) с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (ОГРН 1024201758030, ИНН 4216008176) компенсацию морального вреда в размере 144 897 руб. 72 коп., расходы по оплате за проведение медицинской экспертизы в размере 4 500 руб., а также госпошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 руб.
Взыскать в пользу Антропова Андрея Владимировича (№) с Общества с ограниченной ответственностью «Шахта «Алардинская» (ОГРН 1114222001200, ИНН 4222013689) компенсацию морального вреда в размере 65 186 руб. 04 коп., расходы по оплате за проведение медицинской экспертизы в размере 4 500 руб., а также госпошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 руб.
Взыскать в пользу Антропова Андрея Владимировича в равных долях с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Общества с ограниченной ответственностью «Шахта «Алардинская» судебные расходы в размере 40 000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
В окончательной форме решение принято 28.09.2026 г.
Председательствующий Филатова Н.И.