Дело № 2-887/2026 — Междуреченский городской суд Кемеровской области

Дело № 2-887/2026

УИД 42RS0013-01-2026-000518-70

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 июня 2026 года г. Междуреченск

Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Куковинца Н.Ю. при секретаре ФИО3, с участием помощника прокурора <адрес> ФИО7, представителя ответчика ПАО «Южный Кузбасс» - ФИО5, представителя ответчиков АО "ОУК "Южкузбассуголь", ПАО "Распадская", ООО "ОШПУ", АО «Распадская-Коксовая» - ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Мусухранов А.В. к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс», Акционерному обществу "Объединенная угольная компания" Южкузбассуголь", Публичному акционерному обществу "Распадская", Обществу с ограниченной ответственностью "Ольжерасское шахтопроходческое управление", Публичному акционерному обществу "Распадская-Коксовая" о взыскании компенсации морального вреда, процентов за задержку выплаты, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Мусухранов А.В. обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее по тексту ПАО «Южный Кузбасс»), Акционерному обществу "Объединенная угольная компания" Южкузбассуголь" (далее по тексту АО "ОУК "Южкузбассуголь"), Публичному акционерному обществу "Распадская" (далее по тексту ПАО «Распадская»), Обществу с ограниченной ответственностью "Ольжерасское шахтопроходческое управление" (далее по тексту ООО ОШПУ), публичному акционерному обществу "Распадская-Коксовая" (далее по тексту ПАО "Распадская-Коксовая") о взыскании компенсации морального вреда, процентов за задержку выплаты, судебных расходов.

Требования, уточненные в порядке ст. 39 ГПК РФ, мотивированы тем, что в период работы в АО «Распадская-Коксовая» истцу было установлено профзаболевание в виде <данные изъяты>, о чем ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт № о случае профессионального заболевания.

При освидетельствовании в МСЭ ДД.ММ.ГГГГ, в связи с вышеназванным профзаболеванием истцу установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ, вина АО «Распадская-Коксовая», в причинении профессионального заболевания в виде <данные изъяты> (акт №) составила 33,9%. В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) АО «Распадская-Коксовая», с учетом степени вины предприятия (33,9%) назначило и выплатило истцу 154982,79 рублей.

Степень вины ООО «ОШПУ» в причинении вышеназванного профессионального заболевания составляет 29,9%. В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) ООО «ОШПУ», с учетом степени вины предприятия (33,9%) назначило и выплатило истцу 84 874,32 рубля.

Степень вины ОАО «Шахта им. ФИО4» в причинении вышеназванного профессионального заболевания составляет 7,5%. В соответствии с сообщением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) ПАО «Южный Кузбасс», с учетом степени вины предприятия (7,5%) назначил истцу к выплате 34 288,23 рублей. Согласно этому же сообщению, выплата будет про изведена в ДД.ММ.ГГГГ года.

Степень вины АО «Распадская» в причинении профессионального заболевания составила 6,9%. В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) ПАО «Распадская» с учетом степени вины предприятия (6,9%) назначило и выплатило истцу 11 044,44 рубля.

Степень вины ОАО «Шахта «Томская-Н» в причинении профессионального заболевания составила 0,3%. В соответствии с соглашением о компенсации моральной вреда от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) АО «ОУК «Южкузбассуголь», с учетом степени вины предприятия (0,3%), назначило и выплатил истцу 851,58 рубль.

Кроме того, степень вины АООТ «Шахта «Томская» в причинении профессионального заболевания составила 20,4%. За компенсацией морального вреда, обратился в АО «ОУК «Южкузбассуголь». В выплате денежной компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью профессиональным заболеванием за период работы в АООТ «Шахта «Томская» с ДД.ММ.ГГГГ года и с ДД.ММ.ГГГГ года истцу было отказано, в связи с тем, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» образовано ДД.ММ.ГГГГ в результате слияния нескольких юридических лиц. Юридическое лицо АООТ «Шахта «Томская» в реорганизации в форме слияния не участвовала, в связи чем, у АО «ОУК «Южкузбассуголь» отсутствуют правовые основания компенсации морального вреда за АООТ «Шахта «Томская».

Размер компенсации морального вреда соответствии с положениями п. 5.4. ОТС составляет 93 263,98 рубля из расчета (124 363,94 х 20 х <данные изъяты>%) - 40 279,40) х 20,4%, где 124 363,94 - среднемесячная заработка плата за последний год работы, <данные изъяты>% - утрата профессиональной трудоспособность, 20,4% - вина предприятия в причинении профессионального заболевания.

Истец считает действия ПАО «Южный Кузбасс» в приостановлении выплаты компенсации морального вреда до ДД.ММ.ГГГГ года незаконными, поскольку изложенные в сообщении ответчика доводы противоречат положениям Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации.

Кроме того, считает, что отказ в выплате компенсации за период работы в АООТ «Шахта «Томская» грубым образом нарушает его права на полное возмещение вреда здоровью, причиненного профессиональным заболеванием. Вывод ответчика не соответствует действительности, поскольку АО ОУК «Южкузбассуголь» несет солидарную ответственность совместно с ОАО «Шахта «Томская» и ОАО «Шахта «Томская-Н» по обязательствам шахты «Томская» в части требований о возмещении вреда, причиненного здоровью. Обязательства указанных юридических лиц разграничены согласно разделительному балансу, который отразил финансовые обстоятельства, имевшие место на дату его составления ДД.ММ.ГГГГ. Однако, никакой оговорки относительно регрессных обязательств в приложении к разделительному балансу нет, что подтверждается сведениями приложения № от ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, согласно разделительному балансу, невозможно определить, на какое из реорганизованных предприятий возлагаются обязательства по возмещению вреда, причиненного здоровью.

Согласно п. 3 ст. 60 ГК РФ, п. 6 ст. 15 ФЗ «Об акционерных обществах» и п. 22 Постановления Пленума ВАС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами. А так как шахта «Томская» ликвидирована, то ответственность по обязательствам несет ОАО «ОУК «Южкузбассуголь».

Таким образом, истец считает, что размер компенсации морального вреда составляет 93 263,98 рубля из расчета: (124 363,94 х 20 х <данные изъяты>%) - 40 279,40) х 20,4%).

Также считает, что назначенная и выплаченная ответчиками в его пользу суммы в счет компенсации морального вреда в должной степени не отвечают требованиям разумности и справедливости, не соответствуют его физическим и нравственным страданиям.

Полагает, что моральный вред ему обязаны возместить причинители вреда ПАО «Южный Кузбасс», АО «ОУК «Южкузбассуголь», ПАО «Распадская», ООО «ОШПУ» и АО «Распадская-Коксовая», поскольку в соответствии со ст. 212 ТК РФ, именно на работодателе лежит обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда.

<данные изъяты>

На предприятиях угольной отрасли истец отработал более ДД.ММ.ГГГГ года.

Как следует из п. 17 акта № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания, профессиональное заболевание истца в виде <данные изъяты> возникло при обстоятельствах и условиях: неэффективности работы средств индивидуальной защиты, несовершенства технологи, механизмов, оборудования, рабочего инструментария.

Согласно п. 18 вышеназванного акта, причиной профессионального заболевания послужило: длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ в подземных условиях, эквивалентный уровень шума при ПДУ 80 дБА фактически составлял в профессиях: <данные изъяты> днем под землей 82-84 дБА, <данные изъяты> с полным рабочим дней под землей 85,2-87,9 дБА, <данные изъяты>) 83,4-86,5 дБА. Условия труда в зависимости от уровня шума в соответствии с Р.ДД.ММ.ГГГГ-05 «Руководство, по гигиенической оценке, факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификации условий труда» относится к вредном; 3 классу 1-2 степени.

Вины истца в причинении ему вышеназванного профессионального заболевания нет. Непосредственной причинной заболевания послужила длительность воздействия на его организм вредных производственных факторов, обязательств и условий, указанных в п. 17 вышеназванного акта.

В связи с вышеизложенным истец считает, что за утрату <данные изъяты>% профессиональной трудоспособности в связи с установлением профессионального заболевания <данные изъяты>, каждый из ответчиков должен компенсировать ему моральный вред.

Истец Мусухранов А.В., с учетом уточнений (л.д.103-104) просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в свою пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в виде <данные изъяты> (акт № от ДД.ММ.ГГГГ), назначенную, но не выплаченную сумму компенсации морального вреда в размере 34 288,23 рублей, а также довзыскать с учетом вины предприятия (7,5%) в размере 115 711,77 рублей.

Взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в свою пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в виде <данные изъяты> (акт № от ДД.ММ.ГГГГ), с учетом вины предприятия (20,7%) в размере 413 148,42 рублей.

Взыскать с ПАО «Распадская» в свою пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в виде <данные изъяты> (акт № от ДД.ММ.ГГГГ), с учетом вины предприятия (6,9%) в размере 126 955,56 рублей.

Взыскать с ООО «ОШПУ» в свою пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в виде <данные изъяты> (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) с учетом вины предприятия (29,9%) в размере 513 125,68 рублей.

Взыскать с АО «Распадская-Коксовая» в свою пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в виде <данные изъяты> (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) с учетом вины приятия (33,9%) в размере 523 017,21 рублей.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс», АО «ОУК «Южкузбассуголь», ПАО «Распадская», ООО «ОШПУ», АО «Распадская-Коксовая», в равных долях с каждого в свою пользу, понесенные судебные расходы в виде оплаты услуг по составлению искового заявления в размере 7 500 рублей, расходы по представлению инетересов в суде первой инстанции в размере 27 500 рублей.

В судебное заседание истец Мусухранов А.В. не явился, о дне, времени и месте проведения судебного заседания извещен надлежаще, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие с участием представителя – адвоката ФИО9 (л.д.154). Ранее в судебном заседании пояснил, что нравственные и физические страдания в связи с профессиональным заболеванием проявляются в том, что <данные изъяты>

<данные изъяты>

Денежные средства от ответчиков получал в связи с установлением профессионального заболевания, считает их не недостаточными, поскольку слух только ухудшается и никогда не восстановится.

В судебном заседании представитель истца – адвокат ФИО9, действующая на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.58), заявленные уточненные требования Мусухранов А.В. поддержала, просила удовлетворить в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» - ФИО5, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.171-172), возражала против заявленных уточненных требований, в удовлетворении просила отказать в полном объеме, представила письменные возражения на иск (л.д.126-128).

Возражения мотивированы тем, что компенсация морального вреда, причиненного истцу в связи с профессиональным заболеванием, полученным при исполнении трудовых обязанностей, подлежит возмещению в соответствии с требованиями коллективного договора либо соглашения и локальных нормативных актов, содержащих нормы трудового права.

Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в случае установления впервые Работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную компенсационную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхована Российской Федерации) (п. 10.2.2. Коллективных договоров).

Порядок и размер выплаты устанавливается в соответствии с Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» (п. 10.2.7. Коллективных договоров).

На период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ действие пункта 10.2.2 Коллективного договора, регулирующего выплаты единовременного вознаграждения в размере 15 % за каждый полный год работы в угольной промышленности Российской Федерации приостановлено с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Соглашением к Коллективному договору ПАО «Южный Кузбасс» (утв. ДД.ММ.ГГГГ). Данное соглашение подписано полномочными представителями работодателя и профсоюза, скреплено печатью, прошло уведомительную регистрацию в Министерстве труда и социальной защиты Кузбасса ДД.ММ.ГГГГ №.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в ПАО «Южный Кузбасс» с письменными заявлениями о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс».

Согласно расчету единовременной выплаты компенсации морального вреда сумма подлежащая к выплате составляет: (124363,94 руб. х 20 х <данные изъяты>%) - 40279,40 руб.) * 7,5 % = 34 288 руб. 23 коп за 20% утраты трудоспособности.

Пунктом 5.4. ФОС соблюден, график выплат согласован между работодателем представительным органом работников. Согласно графику, погашение задолженности в размере 34 288,23 руб. указано в ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в случае удовлетворения исковых требований истца необходимо взыскать сумму за вычетом сумм, рассчитанных ответчиком в соответствии с ФОС на ДД.ММ.ГГГГ и Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс».

Заявленный размер компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты>. в размере 115 711,77 руб. является завышенным и не соответствующей характеру и степени причиненных истцу физических и нравственных страданий, требованиям разумности, вследствие следующего: - степень утраты профессиональной трудоспособности не изменилась и установлена <данные изъяты>%, со сроком очередного переосвидетельствования, что свидетельствует о временном характере нарушений функций организма, предполагающем возможность их изменения (улучшения или стабилизации) в будущем; - установлена степень профессиональной, а не общей трудоспособности; - согласно программе реабилитации пострадавшего, истцу не требуется приобретение медицинских изделий и посторонний специальный медицинский уход; - не установление истцу группы инвалидности свидетельствует о незначительном нарушении функций его организма и отсутствии ограничений основных категорий жизнедеятельности.

Считают, заявленные судебные расходы завышенными и несоответствующими принципам разумности и справедливости

В судебном заседании представитель ответчика АО "ОУК " Южкузбассуголь" - ФИО6, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.85-86 оборот) возражала против заявленных уточненных требований, в удовлетворении просила отказать в полном объеме, представила письменные возражения на иск (л.д.81-83).

Возражения мотивированы тем, что ответчик считает, что при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать не только нормы Гражданского законодательства РФ, но и нормы Трудового законодательства РФ, в том числе Трудовой кодекс РФ, Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности, т.е. совокупность императивных норм законодательства РФ, а также нормы Коллективного договора.

Порядок и условия выплаты единовременной компенсации в счет морального вреда на момент возникновения правоотношений регулировались Федеральным Отраслевым Соглашением по угольной промышленности РФ на ДД.ММ.ГГГГ., Коллективным договором АО «ОУК «Южкузбассуголь» период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Нормами п.5.4. ФОС установлено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее <данные изъяты>% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы ОУК «ЮЖКУЗБАССУГОЛЬ», единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

ФОС, устанавливая основания выплаты единовременной компенсации морального вреда, содержит отсылочную норму, указывая, что такая компенсация выплачивается в порядке, оговоренном в Коллективном договоре, Соглашении. Руководствуясь п.5.4. ФОС, АО «ОУК «Южкузбассуголь» определило порядок осуществления выплаты компенсации морального вреда своим работникам, Коллективным договором АО «ОУК «Южкузбассуголь» период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между полномочными представителями работников и работодателей, и закрепило его в Положении о порядке выплаты единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, причиненного здоровью работника в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

С ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере - <данные изъяты>% (справка № от ДД.ММ.ГГГГ).

Истец обратился в АО «ОУК «Южкузбассуголь»» с заявлением о выплате компенсации морального вреда. Руководствуясь ст. 1099, ст.1101 Гражданского Кодекса РФ, Трудовым Кодексом РФ, Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РО. Соглашением, Положением, Работодатель подготовил Соглашение о компенсации морального вреда № № Соглашение подписано истцом лично ДД.ММ.ГГГГ, несогласия с какими-либо его условиями не заявлено.

По условиям соглашения истцу компенсирован моральный вред в связи с полученным профессиональным заболеванием в размере 851,58 руб., за 0,3 % вины предприятия.

В п. 6 указанного Соглашения предусмотрено, что с момента перечисления денежной суммы обязательство Общества по компенсации морального вреда считается прекращенным в полном объеме в связи с его надлежащим исполнением (на основании ст. 408 ГК РФ).

Таким образом, между работником и работодателем достигнуто соглашение о размере компенсации морального вреда, что соответствует требованиям ч. 1 ст. 237 ТК РФ.

АО «ОУК «Южкузбассуголь» в полном объеме исполнило обязательство по компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессиональных заболеваний.

АО «ОУК «Южкузбассуголь» полагает, что размер компенсации морального вреда, рассчитанный в соответствии с локальными нормативными актами ответчика, является достаточным, обоснованным, справедливым и разумным.

АО «ОУК «Южкузбассуголь» полагает, что размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, явно завышен, не обоснован претерпеваемыми физическими и нравственными страданиями, не соответствует требованиям справедливости и разумности.

При вышеперечисленных обстоятельствах АО «ОУК «Южкузбассуголь» полагает, что компенсация морального вреда в размере 851,58 руб. определена в соответствии с требованием законодательства, не нарушает права работника, учитывает индивидуальные особенности истца (размер заработной платы, процент утраты профессиональной трудоспособности, стаж работы), является соразмерной причиненным моральным и физическим страданиям истца, а взыскание суммы сверх данного размера незаконно и не обосновано.

Кроме того, на момент рассмотрения дела утрата профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию не носит бессрочный характер и установлена со сроком очередного переосвидетельствования (ДД.ММ.ГГГГ) это означает, что трудоспособность истца может восстановиться и вред, причиненный здоровью, не является невосполнимым, инвалидность истцу не установлена. Согласно ПРП, истец в результате утраты трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе.

Само по себе продолжение лечения истца в связи с полученным профессиональным заболеванием до настоящего времени не может являться основанием для повторного взыскания компенсации морального вреда, основанного на тех же обстоятельствах.

Считают, что удовлетворение исковых требований приведет к неосновательному обогащению истца за счет средств ответчика.

Согласно данным трудовой книжки, а также заключению врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ, Мусухранов А.В. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в АООТ «Шахта «Томская» (20,04% вины предприятия).

АООТ «Шахта «Томская» преобразовано в ОАО «Шахта «Томская». ОАО «Шахта «Томская» ликвидировано на основании решения суда, о чем ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. Ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам.

АО «ОУК «Южкузбассуголь» образовано ДД.ММ.ГГГГ в результате слияния нескольких юридических лиц, юридическое лицо с наименованиями «ОАО «Шахты «Томская» в реорганизации в форме слияния не участвовала.

Выплата компенсации морального вреда производится АО «ОУК «Южкузбассуголь» своим работникам, получившим профессиональное заболевание, на основании Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на ДД.ММ.ГГГГ годы, Соглашения на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, заключенным с Росуглепрофом.

Указанными нормативными актами, а также локальными актами предприятия не предусмотрено обязательство АО «ОУК «Южкузбассуголь» осуществлять выплаты компенсации морального вреда за иные самостоятельные юридические лица. В соответствии с трудовым законодательством ответственность за вред, причиненный здоровью работника, несет работодатель.

Кроме того, вина конкретного лица не может передаваться от одного лица к другому, так как данное понятие неразрывно связано с конкретным определенным лицом, совершившим правонарушение.

На момент обращения Истца к работодателю действовал ФОС на период ДД.ММ.ГГГГ гг. в п.5.4, которого указано, что в случае, когда ответственность за причинение вреда Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций. Работодатель, руководствуясь п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на ДД.ММ.ГГГГ гг. несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей, установленной медицинской экспертизой.

Работодатель осуществляет компенсацию исходя из степени вины только данного конкретного работодателя, осуществляющего выплаты, и только за тот период времени, когда работник состоял в трудовых отношениях с данным работодателем.

Кроме того, в п. 5.4. ФОС указано, что в коллективных договорах (соглашениях) локальных нормативных актах, принятых по согласованию с соответствующим органом Профсоюза, могут предусматриваться случаи, при которых работодатель принимает на себя ответственность по выплатам за иные организации.

С учетом данных норм ФОС, АО «ОУК «Южкузбассуголь» кроме выплаты компенсации морального вреда своим работникам, добровольно дополнительно приняло на себя обязательства за счет своих собственных средств осуществлять единовременную компенсацию морального вреда бывшим работникам сторонних юридических лиц, прекративших свою деятельность, к которым не относится АООТ «Шахта «Томская».

Следовательно, ответчик может нести полную ответственность только за свою вину, а не за любые предприятия, на которых истец когда-либо работал в период своей трудовой деятельности.

В связи с изложенным, у АО «ОУК «Южкузбассуголь» отсутствуют правовые основания произвести выплату компенсации морального вреда за предприятие АООТ «Шахта «Томская».

С учетом конкретных обстоятельств дела, а именно количества и продолжительности судебных заседаний, сложности дела, объема проделанной работы, полагают, что заявленный размер судебных расходов завышен и подлежит уменьшению до разумных пределов.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО "Распадская", ФИО6, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.90-91 оборот), возражала против заявленных уточненных требований, в удовлетворении просила отказать в полном объеме, представила письменные возражения на иск (л.д.87-88).

Возражения мотивированы тем, что порядок и условия выплаты единовременной компенсации в счет морального вреда на момент возникновения правоотношений регулировались Федеральным Отраслевым Соглашением по угольной промышленности РФ на ДД.ММ.ГГГГ., Коллективным договором по трудовым и социальным гарантиям трудящихся ПАО «Распадская» на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, Положением «О возмещении вреда, причиненного работнику при исполнении трудовых обязанностей».

Нормами п.5.4. ФОС установлено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Таким образом, стороны социального партнерства, на федеральном уровне определили размер компенсации морального вреда, а порядок этих выплат регламентируется на локальном уровне работодателем. Руководствуясь п.5.4. ФОС, ПАО «Распадская» определило порядок осуществления выплаты компенсации морального вреда своим работникам в Коллективном договоре, заключенным между работниками и Профсоюзами, и закрепило его в Положении.

С ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию <данные изъяты>. (Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ), в размере <данные изъяты>% (справка № № от ДД.ММ.ГГГГ).

Истец обратился в ПАО «Распадская» с заявлением о выплате компенсации морального вреда. Руководствуясь ст. 1099, ст.1101 Гражданского Кодекса РФ, Трудовым Кодексом РФ, Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, Коллективным договором по трудовым и социальным гарантиям трудящихся ПАО «Распадская», Положением, работодатель подготовил Соглашение о компенсации морального вреда № №. Соглашение подписано истцом лично ДД.ММ.ГГГГ, несогласия с какими-либо его условиями не заявлено.

По условиям Соглашения истцу назначена компенсация морального вреда в связи с профессиональным заболеванием - <данные изъяты> в соответствии с установленной степенью вины предприятия 6,9 %, в размере 11 004,44 руб.

П. 6 указанного Соглашения предусмотрено, что с момента перечисления денежной суммы обязательство Общества по компенсации морального вреда Мусухранов А.В. считается прекращенным в полном объеме в связи с его надлежащим исполнением (на основании ст. 408 ГК РФ).

Таким образом, между работником и работодателем достигнуто соглашение о размере компенсации морального вреда, что соответствует требованиям ч. 1 ст. 237 ТК РФ. ПАО «Распадская» в полном объеме исполнило обязательство по компенсации морального вреда истцу в связи с утратой профессиональной трудоспособности, степени вины предприятия.

ПАО «Распадская» полагает, что моральный вред истцу назначен в полном объеме с учетом степени утраты трудоспособности, установленной впервые, степени вины предприятия. Размер компенсации морального вреда, назначенный ответчиком в добровольном порядке, соответствует требованиям справедливости и разумности.

Возмещение морального вреда носит компенсационный характер и не может являться средством обогащения, в связи с чем, полагают, что заявленный размер компенсации морального вреда является завышенным и не соответствующим нравственным и физическим страданиям истца. Само по себе продолжение лечения истца в связи с полученным профессиональным заболеванием до настоящего времени не может являться основанием для повторного взыскания компенсации морального вреда, основанного на тех же обстоятельствах.

На момент рассмотрения дела проценты утраты у истца не изменились и установлены со сроком очередного переосвидетельствования (до ДД.ММ.ГГГГ) это означает, что трудоспособность истца может восстановиться и вред, причиненный здоровью, не является полнимым, инвалидность истцу не установлена. Согласно ПРП, истец в результате утраты способности в связи с профессиональным заболеванием не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе.

ПАО «Распадская» полагает, что суммы, выплаченные работодателем в счет компенсации морального вреда, полностью компенсируют вред, причиненный истцу.

В судебном заседании представитель ответчика ООО "ОШПУ" ФИО6, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.96-97 оборот), возражала против заявленных уточненных требований, в удовлетворении просила отказать в полном объеме, представила письменные возражения на иск (л.д.92-94).

Возражения мотивированы тем, что порядок и условия выплаты единовременной компенсации в счет морального вреда на момент возникновения правоотношений регулировались Федеральным Отраслевым Соглашением по угольной промышленности РФ на ДД.ММ.ГГГГ годы, Соглашение на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, Коллективным договором по трудовым и социальным гарантиям трудящихся ООО «ОШПУ» на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, Положением «О возмещении вреда, причиненного работнику при исполнении трудовых обязанностей».

Нормами п.5.4. ФОС установлено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Руководствуясь п.5.4. ФОС, ООО «ОШПУ» определило порядок осуществления выплаты компенсации морального вреда своим работникам в Коллективном договоре, заключенным между работниками и Профсоюзами, и закрепило его в Положении.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в ООО «ОШПУ» с заявлением о выплате компенсации морального вреда. Руководствуясь ст. 1099, ст.1101 Гражданского Кодекса РФ, Трудовым Кодексом РФ, Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, Коллективным договором по трудовым и социальным гарантиям трудящихся ООО «ОШПУ», Положением, работодатель подготовил Соглашение о компенсации морального вреда № № Соглашение подписано истцом лично ДД.ММ.ГГГГ, несогласия с какими-либо его условиями не заявлено.

По условиям соглашения истцу компенсирован моральный вред в связи с установленным профессиональным заболеванием в размере 84 874,32 руб., с учетом степени вины предприятия в развитии профессионального заболевания 29,9% (заключение Клиники <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №).

Согласно абз. 3 п.7 Положения, расчет суммы компенсации морального вреда исходил из размера вознаграждения (среднемесячной заработной платы) <данные изъяты> с учетом всех обязательных выплат, действующих на территории <адрес>-Кузбасса, за исключением доплаты за нормативное время передвижения, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 81 035,00 руб.

ООО «ОШПУ» в полном объеме исполнило обязательство по компенсации морального вреда Мусухранов А.В. в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания.

ООО «ОШПУ» полагает, что размер компенсации морального вреда, выплаченный ответчиком в добровольном порядке, является достаточным, в полной мере компенсирует моральный вред, причиненный истцу профессиональным заболеванием, соответствует требованиям справедливости и разумности, полностью покрывает физические и нравственные страдания, претерпеваемые истцом.

В соответствии с данными Программы реабилитации пострадавшего истец трудоспособен с некоторыми ограничениями, группа инвалидности истцу не установлена, он не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе, в профессиональном обучении и дополнительной медицинской помощи, может выполнять профессиональную деятельность, невозможность продолжения выполнения профессиональной деятельности истцу не установлена. На момент рассмотрения дела процент утраты профессиональной трудоспособности по профессиональным заболеваниям у истца не изменились и установлены со сроком очередного переосвидетельствования (до ДД.ММ.ГГГГ) это означает, что трудоспособность истца может восстановиться и вред, причиненный здоровью, не является невосполнимым.

При этом истцу Социальным фондом России предоставляются меры по обеспечению в виде единовременной и ежемесячных страховых выплат, оплата дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией, оплата санаторно-курортного лечения и иные виды обеспечений, предусмотренных Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №- ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». Перечисленные меры обеспечения направлены на компенсацию негативных последствий от профессиональных заболеваний, производственных травм, компенсацию утраченного заработка, проведение регулярного бесплатного лечения, санаторно-курортного оздоровления, возможность переобучения, что в свою очередь влечет уменьшение физических и нравственных страданий, повышает уверенность, ощущение стабильности. Указанные меры фактически реализуются благодаря работодателям за счет их взносов в фонд, поэтому также должны учитываться при определении размера компенсации морального вреда.

Истец в течение <данные изъяты> лет до установления факта профессиональных заболеваний осознанно работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов. Работники письменно знакомятся с результатами специальной оценки условий труда. В связи с работой во вредных условиях труда работники обеспечиваются всеми необходимыми СИЗ в соответствии с государственными стандартами, получают надбавки к заработной плате, дополнительный отпуск и иные гарантии, предусмотренные законодательством и социальным пакетом работодателя. Истец знал о том, что работает во вредных условиях, влекущих возникновение и развитие профессиональных заболеваний, но, тем не менее, продолжал работать, чем выразил свое согласие работать во вредных условиях. Кроме того, к моменту установления утраты трудоспособности истец достиг льготного (досрочного) пенсионного возраста (также за счет работы во вредных условиях труда).

ООО «ОШПУ» полагает, что размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, явно завышен и не соответствует реальной степени физических и нравственных страданий истца, не соответствует требованиям справедливости и разумности.

ООО «ОШПУ» считает, что удовлетворение исковых требований приведет к неосновательному обогащению истца за счет средств ответчика.

Ввиду неоднократности заявления подобных исков в суды, работа представителя сводится к проведению технической работы по подготовке искового заявления и сбору стандартного пакета документов.

Дела о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, не относятся к категории объемных, технически и юридически сложных.

Кроме того, очевиден исход рассмотрения гражданского дела.

Минимальный объем проделанной работы, отсутствие ходатайств, работа по сбору стандартных доказательств не представляет трудности; характер правовой помощи является однотипным, не требует глубокого изучения нормативных актов.

В связи с этим, полагают, что размер оплаты услуг представителя подлежит безусловному снижению до разумных пределов с учетом требований разумности и справедливости.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО "Распадская-Коксовая", ФИО6, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.101-102 оборот), возражала против заявленных уточненных требований, в удовлетворении просила отказать в полном объеме, представила письменные возражения на иск (л.д.98-99 оборот).

Возражения мотивированы тем, что при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать не только нормы Гражданского законодательства РФ, но и нормы Трудового законодательства РФ, в том числе Трудовой кодекс РФ, Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности, т.е. совокупность императивных норм законодательства РФ, а также нормы Коллективного договора.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства (ч. 8 ст. 45 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1.1 Федерального Отраслевого Соглашения на ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности; осуществляющих деятельность в угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (п.1.4. ФОС).

В пункте 5.4 ФОС указано, что выплаты работнику осуществляются в порядке и на условиях, оговоренном в Коллективном договоре, Соглашении, или локальном нормативном актом, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Таким образом, ФОС устанавливая основания выплаты единовременной компенсации морального вреда, содержит отсылочную норму, указывая, что такая компенсация выплачивается в порядке, оговоренном в Коллективном договоре, Соглашении.

В рассматриваемом случаи, ответчик полагает, что для определения размера компенсации морального вреда могут быть применены нормы трудового законодательства, а именно, нормы ФОС, Коллективного договора, поскольку в них Стороны трудовых отношений и в частности данного судебного спора определили размер компенсации морального вреда за утрата профессиональной трудоспособности.

Для получения компенсаций морального вреда истец обращался к ответчику с личными заявлениями и пакетом документов.

С ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности пи профессиональному заболеванию <данные изъяты>. (Акт 1 случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ), в размере <данные изъяты>% (справка № от ДД.ММ.ГГГГ).

Истец обратился в АО «Распадская-Коксовая» с заявлением о выплате компенсации морального вреда. Руководствуясь ст. 1099, ст.1101 Гражданского Кодекса РФ, Трудовым Кодексом РФ, Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, Коллективным договором по трудовым и социальным гарантиям трудящихся АО «Распадская-Коксовая», Положением, работодатель подготовил Соглашение о компенсации морального вреда № №. Соглашение подписано истцом лично ДД.ММ.ГГГГ, несогласия с какими-либо его условиями не заявлено.

По условиям соглашения истцу назначена компенсация морального вреда в связи с профессиональным заболеванием - <данные изъяты> в соответствии с установленной степенью вины предприятия 33,9 %, в размере 154 982,79 руб.

АО «Распадская-Коксовая» полагает, что моральный вред истцу назначен в полном объеме с учетом степени утраты трудоспособности, установленной впервые, степени вины предприятия. Размер компенсации морального вреда, назначенный ответчиком в добровольном порядке, соответствует требованиям справедливости и разумности.

Полагают, что само по себе продолжение лечения истца в связи с полученными профессиональными заболеваниями до настоящего времени не может являться основанием для повторного взыскания компенсации морального вреда, основанного на тех же обстоятельствах.

Кроме того, на момент рассмотрения дела инвалидность истцу не установлена. Истец в результате утраты трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе.

АО «Распадская-Коксовая» полагает, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда не соответствует реальной степени физических и нравственных страданий истца, не соответствует требованиям разумности и справедливости, является завышенным.

АО «Распадская-Коксовая» полагает, что суммы, выплаченные работодателем в счет компенсации морального вреда, полностью компенсируют вред, причиненный истцу.

АО «Распадская-Коксовая» считает, что удовлетворение исковых требований приведет к неосновательному обогащению истца за счет средств ответчика.

Кроме того, в отношении работника работодателем выполнялись все обязанности, предусмотренные трудовым законодательством и законодательством об охране труда: работник был обеспечен средствами индивидуальной защиты, спецодеждой, проходил периодические медицинские осмотры за счет средств работодателя, работнику была установлена сокращенная рабочая смена, предоставлялись дополнительные дни к ежегодному оплачиваемому отпуску. Таким образом, работодатель предпринимал все от него зависящие действия к снижению вредного воздействия производственных факторов на здоровье работника и минимизации рисков возникновения профессионального заболевания.

В судебном заседании помощник прокурора <адрес> ФИО7 дала свое заключение, согласно которому полагала, требования истца о взыскании с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» денежных средств в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением в качестве единовременной выплаты компенсации морального вреда в сумме 34 288,23 руб. подлежащими удовлетворению. В части требований о взыскании компенсации морального вреда с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» полагала, необходимым отказать.

Требования истца о взыскании с ответчика АО "ОУК "ЮЖКУБАССУГОЛЬ" компенсации морального вреда, подлежат удовлетворению с учётом требований разумности и справедливости, характера причинённых лицу физических и нравственных страданий. Ответчик ОУК "ЮЖКУБАССУГОЛЬ" обязан выплатить истцу компенсацию морального вреда, исходя из процента вины 20,7%. В то же время, размер компенсации не может быть меньше 58 759,14 руб.

Требования к ПАО «Распадская» подлежат удовлетворению с учётом требований разумности и справедливости, характера причинённых физических и нравственных страданий, процента утраты профессиональной трудоспособности, степени вины предприятия и с учётом размера выплаченной суммы в добровольном порядке.

Требования к ООО «ОШПУ» и АО «Распадская-Коксовая», удовлетворению не подлежат ввиду того, что выплаченные в добровольном порядке суммы являются достаточными. При учёте процента вины каждого из указанных предприятий и степени утраты профессиональной трудоспособности.

Суд, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, опросив свидетеля, заслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

На основании ч. 2 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений. В силу ст. 155 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации разбирательство гражданского дела происходит в судебном заседании с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте заседания.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации, в случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации, коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации, возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №"О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно ст. 151 Гражданского Кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В соответствие со ст. 1101 Гражданского Кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», п. п. 26, 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец длительное время работал на предприятиях угольной промышленности.

Согласно записям в трудовой книжке (л.д.107-113), истец работал на предприятиях угольной промышленности, в том числе, на предприятиях ответчика в должности <данные изъяты>

В результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в профессии <данные изъяты>, у истца развилось профессиональное заболевание.

Заключением МСЭ истцу впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты>%. Согласно заключению МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности по профзаболеванию «<данные изъяты> установлена в размере <данные изъяты>% на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (л.д.11,65).

Согласно заключению ФГБУ «НИИ КПГиПЗ» № от ДД.ММ.ГГГГ истцу в ДД.ММ.ГГГГ установлено профессиональное заболевание: «<данные изъяты> На возникновение заболевания повлияла работа с шумом выше ПДУ кл.3 ст.1-2 в профессиях <данные изъяты>. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту <данные изъяты> лет. Степень вины пропорциональна стажу: АООТ «Шахта «Томская» - 20,4%, ПАО "Распадская" - 6,9%, ОАО «Шахта «Томская-Н» - 0,3%, ОАО «Шахта им. ФИО4» - 7,5%, ООО «УМГШО» - 1,1%, ООО "ОШПУ" – 29,9%, АО "Распадская-Коксовая" – 33,9% (л.д.14).

ДД.ММ.ГГГГ составлен Акт о случае профзаболевания (л.д.10-10 оборот), согласно которому у истца профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях несовершенства технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструмента, неэффективности работы средств индивидуальной защиты (п.17).

Причиной профессионального заболевания послужило длительное, кратковременное (в течение рабочей смены), однократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов иди веществ в подземных условиях: эквивалентный уровень шума при ПДУ 80 дБА фактически составлял в профессиях: <данные изъяты> 82-84 дБА, <данные изъяты> с полным рабочим дней под землей 85,2-87,9 дБА, <данные изъяты> подземных условиях (<данные изъяты>) 83,4-86,5 дБА. Условия труда в зависимости от уровня шума в соответствии с Р.ДД.ММ.ГГГГ-05 «Руководство, по гигиенической оценке, факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификации условий труда» относится к вредном; 3 классу 1-2 степени (п.18).

В соответствии с п. 19 Акта о случае профессионального заболевания вины истца в развитии профессионального заболевания не установлено.

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (далее - ПРП) от ДД.ММ.ГГГГ, выданной взамен ПРП от ДД.ММ.ГГГГ, установлен диагноз: <данные изъяты>. Заболевание профессиональное от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> (л.д.12-13 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ между ПАО "Распадская-Коксовая" ( за ОАО «Шахта «Томская-Н») и Мусухранов А.В. заключено соглашение о компенсации морального вреда № № о выплате Мусухранов А.В. в связи с установлением профессионального заболевания компенсации морального вреда в размере 851,58 рубль (л.д.19-20). Компенсация морального вреда в размере 851,58 рубль выплачена истцу.

ДД.ММ.ГГГГ между ПАО "Распадская" и Мусухранов А.В. заключено соглашение о компенсации морального вреда № № о выплате Мусухранов А.В. в связи с установлением профессионального заболевания компенсации морального вреда в размере 11 004,44 рубля (л.д.21-22). Компенсация морального вреда в размере 11 004,44 рубля выплачена истцу.

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «ОШПУ» и Мусухранов А.В. заключено соглашение о компенсации морального вреда № № о выплате Мусухранов А.В. в связи с установлением профессионального заболевания компенсации морального вреда в размере 84 874,32 рубля (л.д.23-24). Компенсация морального вреда в размере 84 874,32 рубля выплачена истцу.

ДД.ММ.ГГГГ между ПАО "Распадская-Коксовая" и Мусухранов А.В. заключено соглашение о компенсации морального вреда № № о выплате Мусухранов А.В. в связи с установлением профессионального заболевания компенсации морального вреда в размере 154 982,79 рубля (л.д.25-26). Компенсация морального вреда в размере 154 982,79 рубля выплачена истцу.

Факт выплаты истец не оспаривает.

При этом из пояснений истца следует, что указанные суммы недостаточны для компенсации его страданий.

На обращение истца к ответчику ПАО «Южный Кузбасс» с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет компенсации морального вреда в связи с установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию (л.д.133-133 оборот), ПАО «Южный Кузбасс» (за ОАО «Шахта им. ФИО4») представило расчет (л.д.27-28), согласно которому, с учетом степени вины предприятия (7,5%) назначил истцу к выплате 34 288,23 рублей, указав, что выплата будет произведена, согласно графику, в ДД.ММ.ГГГГ года.

Истец Мусухранов А.В. также обратился с заявлением к ответчику АО «ОУК «Южкузбассуголь» о выплате единовременной компенсации в счет компенсации морального вреда в связи с установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в АООТ «Шахта «Томская».

Согласно сообщению от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.29), АО «ОУК «Южкузбассуголь» отказало истцу в выплате компенсации морального вреда, указывая, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» образовано ДД.ММ.ГГГГ в результате слияния нескольких юридических лиц, юридическое лицо с наименованиями «ОАО «Шахты «Томская» в реорганизации в форме слияния не участвовала.

Выплата компенсации морального вреда производится АО «ОУК «Южкузбассуголь» своим работникам, получившим профессиональное заболевание, на основании Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2025-2027 годы, Соглашения на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, заключенным с Росуглепрофом.

Из ответа следует что у АО «ОУК «Южкузбассуголь» отсутствуют правовые основания произвести выплату компенсации морального вреда за предприятие АООТ «Шахта «Томская».

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец Мусухранов А.В. находился в стационарном отделении № клиник <данные изъяты> на обследовании и лечении по профзаболеванию с диагнозом «<данные изъяты> (л.д.15-18).

Согласно выписке из амбулаторной медицинской карты, № (л.д.69-79 оборот), истец Мусухранов А.В. ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, обращался к <данные изъяты>, проходил обследования, в связи с последствиями профессионального заболевания с диагнозом: <данные изъяты>

Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на 2023-2025 годы установлено, что в случае установления впервые Работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную компенсационную выплату из расчета не менее <данные изъяты>% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования Российской Федерации) (п. 10.2.2. Коллективных договоров) (л.д.139-144).

В соответствии с Соглашением к Коллективному договору, утв. и вступившего в законную силу с ДД.ММ.ГГГГ, на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ приостановлено действие пункта 10.2.2 Коллективного договора, регулирующего единовременную компенсацию при утрате работником Общества профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы и профессионального заболевания (л.д.151-152).

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Судом установлено что физические и нравственные страдания истца имеют причинно - следственную связь с действиями (бездействием) ответчиков, не обеспечивших безопасные условия труда на протяжении <данные изъяты> лет, что привело к повреждению здоровья истца в виде профессионального заболевания: <данные изъяты>

При этом доводы представителей ответчиков о том, что истцу в период работы были предоставлены средства индивидуальной защиты принимаются судом во внимание, но сами по себе не исключают вины ответчика в необеспечении работнику (истцу) нормальных условий труда, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям и не превышающим предельно допустимые показатели опасных факторов.

Также не являются основанием для освобождения ответчиков от компенсации морального вреда истцу доводы о том, что истец свободно распоряжаясь своим правом на труд, самостоятельно выбрал работу во вредных условиях.

Как следует из норм действующего законодательства именно на работодателе лежит обязанность обеспечить комфортные и благоприятные условия труда работнику, в случае их не обеспечения компенсировать ему страдания возникшие в результате утраты здоровья.

Судом установлено, что вины истца в наступлении у него физических и нравственных страданий материалами дела не установлено, в то время как вина ответчиков ПАО «Угольная компания «Южный Кузбасс», АО "Объединенная угольная компания" Южкузбассуголь", ПАО "Распадская", ОООО "Ольжерасское шахтопроходческое управление", ПАО "Распадская-Коксовая" установлена и самими ответчиками не оспаривается.

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимание обстоятельств учитывает, необходимость приобретения за свои личные денежные средства дополнительных медицинских препаратов для облегчения последствий профессионального заболевания.

Вместе с тем, следует принять во внимание, что утрата трудоспособности установлена только профессиональная, истец не нуждается в постороннем, бытовом, специальном уходе, инвалидности в связи с профзаболеванием не установлено, ежегодно заболевание подтверждается обследованиями.

Характер нравственных страданий истца подтвержден показаниями, как самого истца, так и свидетеля ФИО8 (супруги истца), пояснившей, что у супруга <данные изъяты>

<данные изъяты>

Свидетель была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем у неё была отобрана расписка. Показания свидетеля согласуются с другими письменными материалами дела, в связи с чем, оснований не доверять показаниям допрошенного свидетеля у суда не имеется.

Из содержания положений закона, приведенного выше, и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Поскольку утрата здоровья является невосполнимой, истец в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Несмотря на индивидуальный характер физических и нравственных страданий, их степень и значимость для конкретного человека, суд признает состоятельными доводы истца о том, что в результате профессионального заболевания он испытывал и испытывает по настоящее время физические и нравственные страдания, и признает за истцом право на компенсацию морального вреда в соответствии с положениями ст. 150, ст. 151 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ.

При определении суммы компенсации морального вреда, суд учитывает объяснения истца, согласно которым он в связи с повреждением здоровья до настоящего времени переносит физические и нравственные страдания: а именно <данные изъяты>

Вместе с тем, определяя размер компенсации суд исходит из того, что степень вины ООО «ОШПУ» в причинении вышеназванного профессионального заболевания составляет 29,9%. В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) ООО «ОШПУ», с учетом степени вины предприятия (29,9%) назначило и выплатило истцу 84 874,32 рубля.

С учетом характера и степени нравственных страданий, причиненных истцу, степени утраты трудоспособности и вины предприятий, а также размера произведенных ООО «ОШПУ», ПАО «Распадская», АО «ОУК «Южкузбассуголь» в добровольном порядке выплат суд считает указанные выплаты достаточными для компенсации физических и нравственных страданий истца в связи с чем, в удовлетворении требований истца о до взыскании с данных ответчиков дополнительных сумм в счет компенсации морального вреда считает необходимым отказать.

Учитывая, что степень вины ОАО «Шахта им. ФИО4» в причинении вышеназванного профессионального заболевания составляет 7,5%, в связи с установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) ПАО «Южный Кузбасс», и в соответствии с расчетом ответчика определившего к выплате компенсацию морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ, в размере 34 288,23 рублей суд считает необходимым заявленные требования за ОАО «Шахта им. ФИО4» удовлетворить и взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» указанную сумму в размере 34 288,23 рублей полагая её достаточной для компенсации морального вреда за ОАО «Шахта им. ФИО4».

Заявленные к ПАО «Южный Кузбасс» требования за ОАО «Шахта им. ФИО4» в остальном размере суд находит завышенными и не обоснованными совокупностью доказательств, в связи с чем, в удовлетворении требований о до взыскании суммы в размере 115711,77 рублей суд считает необходимым отказать.

При этом оценивая доводы представителя ПАО «Южный Кузбасс» о приостановке выплат по ФОС и включению истца в график на получение указанных сумм суд находит данные доводы не обоснованными и не влияющими на принятое решение, поскольку из представленных материалов следует, что истец обратился в ПАО «Южный Кузбасс» с письменными заявлениями о выплате единовременной компенсации ДД.ММ.ГГГГ, в то время как действие соглашения приостановлено с ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом на момент обращения у ответчика имелась обязанность по компенсации причиненного вреда.

В части требований о взыскании с АО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсации морального вреда за предприятие АООТ «Шахта «Томская» суд находит указанные требования частично обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Судом установлено, что АО ОУК «Южкузбассуголь» несет солидарную ответственность совместно с ОАО «Шахта «Томская» и ОАО «Шахта «Томская-Н» по обязательствам шахты «Томская» в части требований о возмещении вреда, причиненного здоровью. Обязательства указанных юридических лиц разграничены согласно разделительному балансу, который отразил финансовые обстоятельства, имевшие место на дату его составления ДД.ММ.ГГГГ. Однако, никакой оговорки относительно регрессных обязательств в приложении к разделительному балансу нет, что подтверждается сведениями приложения № от ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, согласно разделительному балансу, невозможно определить, на какое из реорганизованных предприятий возлагаются обязательства по возмещению вреда, причиненного здоровью.

Вместе с тем, проверяя расчет истца, суд находит его ошибочным, поскольку расчет осуществлен из расчета среднемесячной заработной платы в размере 124363,94, в то время как расчет должен быть осуществлен по формуле истца из расчета среднемесячного заработка в размере 81035, рублей.

Таким образом, сумма компенсации морального вреда с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» за шахту «Томская» определяется судом по формуле (81035,00 х 20 х <данные изъяты>%) - 40 279,40) х 20,4% = 57907,56 рублей.

Где 81035,00 - среднемесячная заработка плата за последний год работы, <данные изъяты>% - утрата профессиональной трудоспособность, 20,4% - вина предприятия в причинении профессионального заболевания.

Согласно ч.1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым ГПК РФ относит, в том числе расходы на оплату услуг представителя.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 10 и 11 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что критериями отнесения расходов лица, в пользу которого состоялось решение суда, к судебным издержкам является наличие связи между этими расходами и делом, рассматриваемым судом с участием этого лица, а также наличие необходимости несения этих расходов для реализации права на судебную защиту. Размер таких понесенных и доказанных расходов может быть подвергнут корректировке (уменьшению) судом в случае его явной неразумности (чрезмерности), определяемой судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Обязанность доказать факт несения судебных расходов, а также их необходимость и связь с рассматриваемым делом возложена на лицо, заявляющее о возмещении этих расходов.

Другая сторона вправе представить доказательства, опровергающие доводы заявителя, а также представить обоснование чрезмерности и неразумности таких расходов либо злоупотребления правом со стороны лица, требующего возмещения судебных издержек.

Сумма заявленных исковых требований к ответчикам составляет к ПАО «Южный Кузбасс» в размере 150000 рублей +расходы 7500 рублей; к АО «ОУК Южкузбассуголь» в размере 413148,42 рубля + расходы 7500 рублей; к ПАО «Распадская» в размере 126955,56 рублей +7500 расходы; к ООО «ОШПУ» в размере 513125,68 + расходы 7500 рублей; к ПАО «Распадская – Коксовая» в размере 523017,21 рублей + расходы. Общая сумма материальных требований истца 1726246,87 рублей + 37500 рублей судебные расходы. При этом указанные требования истцом определены в денежном эквиваленте - являются материальным воплощением оценки морального вреда.

Также истцом заявлено о несении расходов на оплату услуг адвоката в размере 35 000 рублей (л.д.6,105), из которых 7 500 рублей за составление иска, 27 500 рублей за ведение гражданского дела в суде, что подтверждается квитанциями (л.д.43,106).

При этом истец просит взыскать судебные расходы в размере 7500 рублей с каждого из 5 ответчиков

Заявленные услуги оказаны истцу в полном объеме.

При этом, ответчиками заявлены возражения относительно несоразмерности характеру и объему работы размера истребуемых расходов.

Оценивая разумность требуемых ко взысканию судебных расходов, а также учитывая то, что исковые требования истца удовлетворены частично, суд частично принимает доводы ответчика и исходит из следующего:

Как следует из материалов дела интересы истца в суде представляла адвокат ФИО9, на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.58).

Ею составлено исковое заявление, которое принято судом к производству непосредственно после подачи, также составлено уточненное исковое заявление в порядке ст. 39 ГПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ состоялась подготовка дела к судебному разбирательству с участием представителя истца. ФИО9 представляя интересы Мусухранов А.В. в суде, принимала участие в двух судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ, в котором принято уточненное исковое заявление, заявление о взыскании судебных расходов, допрошен один свидетель и ДД.ММ.ГГГГ, в котором исследованы письменные доказательства, вынесено решение.

Решением суда исковые требования к ПАО "Угольная компания "Южный Кузбасс" удовлетворены в размере 34 288, 23 рублей, т.е. в размере 22,8% от заявленных требований; к АО «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь» в размере 57 907,56 копеек, т.е. а размере 14 % от заявленных. В удовлетворении требований к остальным ответчикам судом отказано.

В силу своей правовой природы положения ч.1 ст. 98 ГПК РФ о пропорциональном распределении судебных расходов в зависимости от размера удовлетворенных требований являются правовой гарантией и механизмом защиты сторон от необоснованного завышениям сторонами своих требований.

Исходя из установленных обстоятельств, заявленная истцом сумма судебных расходов, с учетом, объема защищаемого права, проделанной работы, минимальных ставок вознаграждений, пропорциональному размеру удовлетворенных требований, критериям разумности, а также практики взыскания расходов по аналогичным делам сложившейся в суде подлежит взысканию частично с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в размере 1 596 рублей, с АО "ОУК " Южкузбассуголь" в размере 980 рублей.

При этом указанная сумма, по мнению суда, в полной мере отражает характер и объем проделанной работы по защите прав истца, является разумной и не завышенной.

В удовлетворении требований о взыскании остальной части расходов, в том числе и с остальных ответчиков суд считает необходимым отказать.

При этом распределение понесенных судебных расходов и отнесение их исключительно на ответчиков, с которых произведено взыскание (как за требования неимущественного характера) без учета критерия пропорциональности, по мнению суда, не обеспечит, в данном случае, защиты прав ответчиков, в пользу которых состоялось решение суда от необоснованного «преследования» в рамках гражданско-процессуального законодательства.

Истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, государственная госпошлина подлежит взысканию в доход местного бюджета с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в размере 3 000 рублей, с ответчика АО "ОУК " Южкузбассуголь" в размере 3 000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Мусухранов А.В. к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс», Акционерному обществу "Объединенная угольная компания" Южкузбассуголь", Публичному акционерному обществу "Распадская", Обществу с ограниченной ответственностью "Ольжерасское шахтопроходческое управление", Публичному акционерному обществу "Распадская-Коксовая" о взыскании компенсации морального вреда, процентов за задержку выплаты, судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" (ИНН №) в пользу Мусухранов А.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серии №) компенсацию морального вреда в размере 34 288 (тридцать четыре тысячи двести восемьдесят восемь) рублей 23 копейки, а также судебные расходы в размере 1 596 (одна тысяча пятьсот девяносто шесть) рублей 00 копеек.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь» (ОГРН №) в пользу Мусухранов А.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серии №) компенсацию морального вреда в размере 57 907 (пятьдесят семь тысяч девятьсот семь) рублей 56 копеек, а также судебные расходы в размере 980 (девятьсот восемьдесят) рублей 00 копеек.

В удовлетворении требований к Публичному акционерному обществу "Распадская", Обществу с ограниченной ответсвтенностью "Ольжерасское шахтопроходческое управление", Публичному акционерному обществу "Распадская-Коксовая", а также в удовлетворении остальной части требований к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс" и Акционерному обществу «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь», отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь» (ОГРН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Междуреченский городской суд.

Мотивированное решение в полном объеме изготовлено 09 июля 2026 года.

Судья Н.Ю. Куковинец

Вид жалобы (представления)	Апелляционная жалоба (на не вступивший в силу судебный акт)
Заявитель	ОТВЕТЧИК
Вышестоящий суд	Кемеровский областной суд
---=== ДВИЖЕНИЕ ЖАЛОБЫ ===---
Событие Дата Результат Основание для выбранного результата Примечание Дата размещения Информация о размещении событий в движении жалобы предоставляется на основе сведений, хранящихся в учетной системе судебного делопроизводства Регистрация жалобы (представления) в суде 07.08.2026 07.08.2026 Направлено в вышестоящую инстанцию 12.08.2026 12.08.2026

Дело № 2-887/2026 ~ М-313/2026

РЕШЕНИЕ

УСТАНОВИЛ:

РЕШИЛ:

Истец

Ответчик5

Прокурор

Представитель2

Жалоба № 1*

Решения

РЕШЕНИЕ

УСТАНОВИЛ:

РЕШИЛ:

Участники

Истец

Ответчик5

Прокурор

Представитель2

Ход дела

Жалоба № 1*