РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
07 сентября 2026 года г. Мыски
Мысковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Агеевой О.Ю., при секретаре судебного заседания Струниной О.А., с участием представителя истца – Кохановой Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Смердов К.В. к АО «ТБанк» о признании кредитного договора недействительной сделкой, защите прав потребителей,
УСТАНОВИЛ:
Смердов К.В. в лице своего представителя Кодинцева Е.В., действующего на основании нотариальной доверенности от 15.09.2025 года (т. 1, л.д. 10), обратился в суд с иском к АО «ТБанк» (далее также – Банк) о признании кредитного договора недействительным и защите прав потребителей.
Истец просит: признать кредитный договор № от 29.09.2024 года, заключенный между истцом и ответчиком, недействительным с момента его заключения; применить последствия недействительности сделки (двустороннюю реституцию) по п. 2 ст.167 ГК РФ, установив, что истец обязан возвратить ответчику сумму фактически полученных заемных денежных средств в размере 1300000 рублей, а ответчик утрачивает право требовать с истца уплаты процентов, неустоек, штрафных санкций и иных платежей, начисленных по недействительному кредитному договору; взыскать с ответчика в пользу истца: 50000 рублей компенсации морального вреда, штраф в размере 50% от присужденных сумм.
В обоснование заявленных требований в исковом заявлении указано, что 29.09.2024 года между истцом и ответчиком был заключён кредитный договор № на сумму 1300000 рублей сроком на 84 месяца под 32,9% годовых.
При заключении кредитного договора все действия совершал не истец лично, а третье лицо - Будко Е.В., который использовал личный кабинет истца в системе дистанционного обслуживания Банка, подписал все необходимые документы и фактически оформил кредит от имени истца без его непосредственного участия. Но факт использования аутентификационных данных не может подменять собой личное волеизъявление заемщика на заключение кредитного договора.
В сентябре 2024 года (накануне заключения договора) к истцу обратился Будко Е.В. с просьбой «помочь другу» - взять на своё имя денежные средства в размере 1300000 рублей, поскольку он не мог получить кредит из-за плохой кредитной истории. Истец передал ему свою кредитную карту, на которой находилось 138000 рублей, а также Будко Е.В. пообещал самостоятельно вносить все платежи по кредиту, что подтверждается копией расписки от 28.09.2024 года, выданной со стороны Будко Е.В.
С 29.07.2025 года Будко Е.В. перестал вносить платежи по кредиту, и обязанность по погашению задолженности легла на истца. При этом денежные средства в размере 1300000 рублей он не получал, не распоряжался ими и не имел намерения их получать.
Смердовым К.В. было подано к Будко Е.В. исковое заявление о взыскании суммы долга по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами, которое было принято к рассмотрению Заводского районного суда г. Кемерово. Решением Заводского районного суда г. Кемерово исковое заявление было удовлетворено.
До заключения спорного кредитного договора истец обращался в службу поддержки Банка с просьбой наложить временный запрет на выдачу ему новых кредитов, ссылаясь на высокий риск мошеннических действий в отношении его персональных данных. Банк отказался выполнить эту просьбу, сославшись на отсутствие в своей системе механизма «самоограничения» по выдаче кредитов, и не предложил альтернативных мер защиты. Этот отказ со стороны Банка способствовал возможности мошеннического оформления кредита.
В договоре также была включена платная услуга страхования от мошенничества (п.17.2 кредитного договора), которая должна была покрыть риски, связанные с недобросовестным поведением третьих лиц при оформлении кредита. Однако Банк, выступая одновременно кредитором и страховщиком, не провёл проверку достоверности предоставленных сведений о залоговом имуществе и не обеспечил защиту прав истца как застрахованного лица.
В пункте 10 Индивидуальных условий договора указано, что исполнение обязательств заёмщика обеспечивается залогом автомобиля, принадлежащего заёмщику и соответствующего требованиям Банка, размещённым на сайте Банка.
Согласно заявлению-анкете на оформление кредита, истец взял на себя обязанность передать Банку в залог, с целью обеспечения исполнения обязательств, транспортное средство (ТС) <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска. Однако собственником этого ТС является Легостаева К.Е..
Заёмщиком по кредитному договору является Смердов К.В., а предмет залога принадлежит иному лицу, то есть обременен правами третьего лица.
Фактически залоговое имущество не было передано в залог Банку, поскольку не было оформлено соглашение о залоге, не произведена регистрация залога, не предоставлены документы, подтверждающие право собственности на автомобиль, сам автомобиль никогда не существовал в натуре как актив истца.
Таким образом, кредитный договор заключён при отсутствии одного из существенных условий - реального обеспечения исполнения обязательства.
Существенность условия о залоге, по мнению истца, подтверждается тем, что факт предоставления имущества в залог влияет на размер процентной ставки по кредиту в соответствии с п. 17.4 кредитного договора.
К существенным условиям кредитного договора относятся: сумма кредита, срок и порядок его предоставления заёмщику, размер процентов за пользование кредитом, срок и порядок уплаты процентов по кредиту и возврата суммы кредита.
В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона, является ничтожной. Ввиду чего, соглашение о залоге является ничтожным. Отсутствие реального залогового обеспечения лишает кредитного договора одного из его существенных условий, влияющего на размер процентной ставки, что свидетельствует о ничтожности договора в силу ст. 168 ГК РФ.
Также истец считает кредитный договор недействительным в силу ст. 178 ГК РФ (как сделку, совершенную под влиянием заблуждения). Указывает, что в его случае заблуждение является существенным по следующим основаниям: он был введён в заблуждение относительно лица, с которым вступал в сделку - полагал, что Будко Г.В. действует добросовестно и поможет погасить кредит, однако последний использовал персональные данные истца для оформления мошеннической сделки. Истец заблуждался относительно природы сделки - полагал, что просто «помогает другу», не осознавая, что на его имя оформляется крупный кредит.
Кроме того, истец, ссылаясь п. 2 ст. 179 ГК РФ, считает, что сделка совершена под влиянием обмана и может быть признана судом недействительной по этому основанию. Указывает, что в его случае Будко Е.В. умышленно предоставил Банку подложные документы о праве собственности на автомобиль, чем ввёл в заблуждение как истца, так и Банк относительно возможного реального обеспечения кредита.
Истец отмечает, что Банк, как профессиональный участник финансового рынка, обязан соблюдать требования законодательства о защите прав потребителей и добросовестности в заключении договоров. Нарушения со стороны Банка заключаются в том, что он не провёл проверку права собственности на залоговое имущество, приняв подложные документы; не удостоверился в личном волеизъявлении истца при дистанционном оформлении кредита, не обеспечил надлежащую регистрацию залога в установленном законом порядке.
Такое поведение Банка, по убеждению истца, свидетельствует о злоупотреблении правом и нарушении принципа добросовестности, что является дополнительным основанием для признания кредитного договора недействительным.
11.12.2025 года истец направил в адрес ответчика запрос о предоставлении информации о текущем размере задолженности по кредитному договору и претензию о признании кредитного договора недействительным. Запрос и претензия были вручены ответчику 18.12.2025 года, однако ответ предоставлен не был.
Истец считает кредитный договор в части залога ничтожной сделкой (п. 2 ст. 168 ГК РФ – сделка, нарушающая требования закона, посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц) и одновременно оспоримой сделкой, совершенной под влиянием обмана (п. 2 ст. 179 ГК РФ) и существенного заблуждения (ст. 178 ГК РФ).
Истец указывает, что на отношения между ним и ответчиком распространяется действие Закона РФ «О защите прав потребителей», т.к. истец является лицом, получившим финансовую услугу, потребителем финансовых услуг, заключившим кредитный договор. Заявляя требование о взыскании морального вреда, истец указывает, что соответствующей степени моральных и нравственных страданий, понесенных им в связи с нарушением его прав, считает денежную сумму в размере 50000 рублей.
В обоснование требования о взыскании штрафа ссылается на п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей.
Дополнительно в возражениях второго представителя истца – Кобызской Т.В., действующей на основании той же самой нотариальной доверенности от 15.09.2025 года (т.1, л.д. 171), на отзыв ответчика (т. 1, л.д. 167-168), в письменных пояснениях представителя истца относительно обстоятельств, имеющих значение для дела (т. 1, л.д. 173-174), приведены аналогичные доводы, а также дополнительно отражено следующее.
Банк представил в суд индивидуальные условия договора потребительского кредита от 20.04.2024 года, в которых сумма кредита указана как 480000 рублей, срок - 84 месяца, процентная ставка - 32,9 % годовых. В этих индивидуальных условиях в качестве залогодателя указан Смердов К.В., но предмет залога - автомобиль, соответствующий требованиям Банка, без конкретного указания марки и VIN. Таким образом, Банк ссылается на договор на 1300000 рублей, а подтверждающие документы представляет по иному договору (на 480000 рублей), что свидетельствует о недобросовестности ответчика и о том, что сам Банк не может достоверно определить, какой именно кредитный договор был заключен с истцом.
Истец впоследствии узнал, что 20.04.2024 года, без его ведома, через приложение АО «ТБанк» на него был оформлен кредит в размере 480000 рублей. 24.08.2024 года данный кредит был полностью погашен, что подтверждается справкой о полном погашении задолженности.
Однако истец не оформлял данный кредит и доступ в личный кабинет Банка не имел, доступ к его личному кабинету в этот период имел Будко Е.В.
В кредитном договоре от 29.09.2024 года на сумму 1300000 рублей и в кредитном договоре от 20.04.2024 года на 480 000 рублей указан номер телефона №, принадлежащий Будко Е.В. Номер же телефона истца: №
Ответчик при оформлении указанных кредитных договоров (от 29.09.2024 года на сумму 1300000 рублей, от 20.04.2024 года на сумму 480000 рублей) должен был проявить должную осмотрительность, провести надлежащую идентификацию заемщика, проверить наличие признаков мошенничества, в том числе сверить номер телефона заемщика с данными клиента, а также принять повышенные меры предосторожности при дистанционном оформлении кредита и незамедлительном перечислении денежных средств. Но Банк указанных обязанностей не исполнил, ограничившись формальным подтверждением, что привело к заключению кредитных договоров без добровольного согласия истца.
Таким образом, полагает Смердов К.В., Будко Е.В. в отсутствие ведома и согласия истца самовольно изменил в личном кабинете в АО «ТБанк» контактный номер телефона на принадлежащий ему номер №. При этом АО «ТБанк», располагая технической возможностью фиксировать подобные изменения, а также имея доступ к истории операций в личном кабинете клиента, не предпринял никаких мер реагирования: не уведомил истца о смене номера, не запросил подтверждение законности таких действий, не приостановил дистанционное заключение кредитных договоров и не провел дополнительную идентификацию заемщика. Указанное бездействие Банка свидетельствует о ненадлежащем исполнении обязанностей по обеспечению сохранности персональных данных клиента и идентификации заемщика.
При подготовке дела к судебному разбирательству определением Мысковского городского суда от 03.06.2026 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена нотариус Новокузнецкого нотариального округа Степанова И.В. (т. 1, л.д. 1).
Протокольным определением Мысковского городского суда от 14.07.2026 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечена Легостаева К.Е. (т. 1, оборот л.д. 187 – л.д. 188).
В судебном заседании представитель истца Смердова К.В. – Коханова Е.А., действующая на основании нотариальной доверенности от 15.09.2025 года (т. 2, л.д.244), на исковых требованиях настаивала, просила их удовлетворить в полном объеме, привела доводы, аналогичные изложенным в описательной части решения.
Истец Смердов К.В. в судебное заседание не явился, извещен надлежаще (т. 1, л.д.232), в исковом заявлении, в возражениях на отзыв ответчика, в письменных пояснениях представителей истца были заявлены ходатайства о рассмотрении дела в отсутствие истца в случае его неявки (т. 1, оборот л.д. 5, оборот л.д. 168, л.д. 174).
В ходе судебного разбирательства истец пояснял (т. 1, оборот л.д. 186 – оборот л.д. 187), <данные изъяты>
Представитель ответчика АО «ТБанк» Муратшина А.Р., действующая на основании нотариальной доверенности от 28.10.2025 года (т. 2, л.д. 19-20), в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще (т. 1, л.д. 237; т. 2, л.д. 13), представила письменные возражения Банка относительно исковых требований (т. 2, л.д. 15-16), в которых просила рассмотреть дело в ее отсутствие (т. 2, л.д. 16).
В возражениях ответчик указывает, что между Банком и истцом (заемщик) заключен кредитный договор № от 29.09.2024 года, согласно условиям которого заемщику был предоставлен кредит в размере 1300000 рублей под залог автомобиля.
Составными частями заключенного кредитного договора являются размещаемые на сайте Банка условия комплексного банковского обслуживания (далее - УКБО), тарифы по тарифному плану, а также индивидуальные условия кредитования и заявление-анкета клиента.
Согласно УКБО, договор залога – заключенный между Банком и залогодателем договор о предоставлении в залог Банку предмета залога с целью обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору, составленный либо в виде отдельного документа, подписанного сторонами, либо включающий в себя соответствующие заявку и общие условия кредитования, а в случаях, предусмотренных общими условиями кредитования, включающий в себя соответствующие заявку (кроме случаев оформления заявки посредством дистанционного обслуживания), общие условия кредитования и уведомление о принятии имущества в залог.
Следовательно, договором залога является заявление-анкета клиента, тарифы по тарифному плану и общие условия кредитования.
В соответствии с п. 10 кредитного договора заемщик обязан предоставить обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору. В качестве предмета залога указан автомобиль, не обремененный правами третьих лиц и соответствующий требованиям Банка.
В заявлении-анкете указано, что в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору в залог Банку предоставляется автомобиль марки и модели <данные изъяты>, № (далее - автомобиль, предмет залога). При этом, согласно выбранному заемщиком кредитному продукту, предмет залога - автомобиль может принадлежать как самому заемщику, так и третьему лицу, который предоставляет автомобиль в обеспечение исполнения обязательств заемщика. Согласно имеющемуся в Банке фото СТС, предмет залога - автомобиль принадлежал третьему лицу - Легостаева К.Е., с которой должен был быть оформлен договор залога автомобиля. Однако до настоящего времени такой договор с собственником автомобиля не был заключен, что в соответствии с условиями кредитного договора не делает кредитный договор недействительным, а является основанием для повышения процентной ставки по кредиту на 10 процентных пунктов к действующей ставке (п.1.2 тарифного плана).
Согласно имеющимся в Банке сведениям индивидуальные условия кредитного договора и заявление-анкета клиента были подписаны заемщиком 29.09.2024 года электронной подписью/аналогом собственноручной подписи. При этом в системах Банка содержится информация о том, что в день подписания заёмщиком указанных документов (29.09.2024 года) к заемщику выезжал представитель Банка и с заемщиком состоялась встреча (фото клиента и фото его паспорта).
Кредитный договор был заключен при помощи аналога собственноручной подписи в соответствии с заключенным с истцом соглашением об электронном документообороте (п.2.16.7 УКБО). Истец в личном кабинете мобильного приложения Банка, ознакомившись с индивидуальными условиями, использовав аналог собственноручной подписи и в порядке, предусмотренном п. 14 ст. 7 Федерального закона № 353-Ф3 «О потребительском кредите (займе)» и п. 2.7 УКБО, а именно нажав на кнопку «Активировать кредит», подтвердил, что ему предоставлены и понятны индивидуальные условия кредитного договора и информация о полной стоимости кредита.
Банк считает, что иск не подлежит удовлетворению, поскольку истец самостоятельно разгласил конфиденциальные данные (коды) и предоставил доступ к мобильному банку третьему лицу. Этим он нарушил правила использования электронного средства платежа, установленные в п. 3.3.5, п. 2.16.5 условиями комплексного банковского обслуживания, совершил умышленную и добровольную компрометацию электронного средства платежа, включая предоставление доступа третьему лицу. Поэтому в силу прямого указания ч. 15 ст. 9 Федерального закона № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» Банк не несет ответственности за убытки и иные негативные последствия, возникшие вследствие нарушения правил использования электронного средства платежа.
Таким образом, Банк полагает, что отсутствуют правовые и фактические основания для признания кредитного договора недействительным. Просит отказать Смердову К.В. в удовлетворении иска к АО «ТБанк» о признании кредитного договора недействительным и защите прав потребителя.
Третье лицо Будко Е.В. в судебное заседание не явился, надлежаще извещен (т. 1, л.д. 233; т. 2, л.д. 35), позиции по иску не представил.
Третье лицо нотариус Степанова И.В. в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще (т. 1, л.д. 236; т. 2, л.д. 33), просила рассмотреть дело в ее отсутствие (т. 2, л.д.1).
Третье лицо Легостаева К.Е. в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще (т. 1, л.д. 234, 235; т. 2, л.д. 12, 34), позиции по исковым требованиям не представила.
На основании ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.
Выслушав представителя истца, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, включая показания свидетеля, суд находит иск не подлежащим удовлетворению.
В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.
В соответствии с ч.ч. 1-3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.
В силу п. 1 ст. 1 ГК РФ (здесь и далее нормы законодательства в редакции на дату совершения оспариваемого договора (сделки) – ст.ст. 4, 422 ГК РФ) гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.
В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
При этом, исходя из положений п.п. 3 и 4 ст. 1, п. 5 ст. 10 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
На основании п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию
Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Из ст. 12 ГК РФ следует, что защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.
В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
На основании п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.
В п. 3 ст. 166 ГК РФ указано, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В силу п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 168 ГК РФ или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).
В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума №), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).
При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п. 8 постановления Пленума №).
Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п. 1 ст. 178 ГК РФ).
Согласно п. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 178 ГК РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 ГК РФ).
Согласно п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
На основании п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).
В п. 50 постановления Пленума № разъяснено, что по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).
В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.
Согласно п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.
Сумма займа или другой предмет договора займа, переданные указанному заемщиком третьему лицу, считаются переданными заемщику (п. 5 ст. 807 ГК РФ).
В соответствии с п. 1 ст. 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.
Размер процентов за пользование займом может быть установлен в договоре с применением ставки в процентах годовых в виде фиксированной величины, с применением ставки в процентах годовых, величина которой может изменяться в зависимости от предусмотренных договором условий, в том числе в зависимости от изменения переменной величины, либо иным путем, позволяющим определить надлежащий размер процентов на момент их уплаты (п. 2 ст. 809 ГК РФ).
В силу п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
Согласно п. 2 ст. 811 ГК РФ, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с процентами за пользование займом, причитающимися на момент его возврата.
В ст. 813 ГК РФ указано, что при невыполнении заемщиком предусмотренных договором займа обязанностей по обеспечению возврата займа, а также при утрате обеспечения или ухудшении его условий по обстоятельствам, за которые займодавец не отвечает, займодавец вправе потребовать от заемщика досрочного возврата займа и уплаты причитающихся на момент возврата процентов за пользование займом, если иное не предусмотрено договором займа. Причитающиеся за пользование займом проценты уплачиваются заемщиком по правилам пункта 2 статьи 811 ГК РФ.
Пунктом 1 ст. 160 ГК РФ установлено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами. Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю. Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 ГК РФ.
Согласно п. 2 ст. 434 ГК РФ, договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 ГК РФ.
Из ч. 14 ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее – Закон № 353-ФЗ) следует, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии со статьей 7 Закона № 353-ФЗ, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».
В силу п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
На основании ч. 6 ст. 7 Закона № 353-ФЗ договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в ч. 9 ст. 5 Закона № 353-ФЗ.
Исполнение обязательств может обеспечиваться залогом (п. 1 ст. 329 ГК РФ).
Согласно п. 1 ст. 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).
В соответствии с п. 1 ст. 335 ГК РФ залогодателем может быть как сам должник, так и третье лицо. В случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 ГК РФ (о поручительстве), если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.
В силу п. 2 ст. 329 ГК РФ недействительность соглашения об обеспечении исполнения обязательства не влечет недействительности соглашения, из которого возникло основное обязательство.
Соответственно, недействительность соглашения о залоге не влечет недействительности основного соглашения (напр., договора займа, кредитного договора).
Если же соглашение о залоге не заключено, то и залог не возникает, но этим и ограничиваются последствия незаключенности договора залога.
Таким образом, недействительность или незаключенность соглашения о залоге не влечет недействительности или незаключенности основного договора.
Распоряжение находящимися на счете (в том числе предоставленными и зачисленными на счет заемщика) денежными средствами осуществляется в соответствии со ст.ст. 847 и 854 ГК РФ на основании распоряжений клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.
В соответствии с п. 2 ст. 3 Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» (далее – Закон № 161-ФЗ) оператор по переводу денежных средств - организация, которая в соответствии с законодательством Российской Федерации вправе осуществлять перевод денежных средств.
Согласно ст. 1 Федерального закона от 02.12.1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон № 395-1): банк - кредитная организация, которая имеет исключительное право осуществлять в совокупности следующие банковские операции: привлечение во вклады денежных средств физических и юридических лиц, размещение указанных средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, открытие и ведение банковских счетов физических и юридических лиц; банк с универсальной лицензией - банк, который имеет право осуществлять банковские операции, указанные в части первой статьи 5 Закона № 395-1; банк с базовой лицензией - банк, который имеет право осуществлять банковские операции, указанные в части первой статьи 5 Закона № 395-1, с учетом ограничений, установленных статьей 5.1 Закона № 395-1.
К банковским операциям относится, в том числе осуществление переводов денежных средств по поручению физических и юридических лиц, в том числе банков-корреспондентов, по их банковским счетам (п. 4 ч. 1 ст. 5 Закона № 395-1).
В силу ч. 1 ст. 5.1 Закона № 395-1 банк с базовой лицензией не вправе осуществлять банковские операции, предусмотренные пунктами 2, 7, 7.1 - 7.3 части первой статьи 5 Закона № 395-1, а также сделки, предусмотренные пунктом 8 части третьей статьи 5 Закона № 395-1, с иностранными юридическими лицами, с иностранными организациями, не являющимися юридическими лицами по иностранному праву, а также с физическими лицами, личным законом которых является право иностранного государства.
Остальными положениями ст. 5.1 Закона № 395-1 не предусмотрены какие-либо особенности, касающиеся п. 4 ч. 1 ст. 5 Закона № 395-1, т.е. переводов денежных средств.
Соответственно, любой банк вправе осуществлять перевод денежных средств и является оператором по переводу денежных средств.
В силу ч. 3.1 ст. 8 Закона № 161-ФЗ оператор по переводу денежных средств обязан осуществить проверку наличия признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, а именно без согласия клиента или с согласия клиента, полученного под влиянием обмана или при злоупотреблении доверием (далее - перевод денежных средств без добровольного согласия клиента), до момента списания денежных средств клиента (в случае совершения операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России) либо при приеме к исполнению распоряжения клиента (при осуществлении перевода денежных средств в иных случаях).
На основании ч. 3.4 ст. 8 Закона № 161-ФЗ оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента (за исключением операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России), приостанавливает прием к исполнению распоряжения клиента на два дня. Оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, отказывает в совершении соответствующей операции (перевода).
Признаки осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (ч. 3.3 ст. 8 Закона № 161-ФЗ).
В соответствии с Признаками осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27.06.2024 года № ОД-1027 (действовал в указанный в иске период), к таким признакам относятся:
- совпадение информации о получателе средств с информацией о получателе средств по переводам денежных средств без добровольного согласия клиента, а именно без согласия клиента или с согласия клиента, полученного под влиянием обмана или при злоупотреблении доверием (далее при совместном упоминании - перевод денежных средств без добровольного согласия клиента), полученной из базы данных о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, формирование и ведение которой осуществляются Банком России на основании части 5 статьи 27 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» (далее - база данных);
- совпадение информации о параметрах устройств, с использованием которых осуществлен доступ к автоматизированной системе, программному обеспечению в целях осуществления перевода денежных средств, с информацией о параметрах устройств, с использованием которых был осуществлен доступ к автоматизированной системе, программному обеспечению в целях осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, полученной из базы данных;
- несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности);
- совпадение информации о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа) с информацией о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа), ранее включенном во внутренние перечни (при наличии) оператора по переводу денежных средств в качестве получателя средств по переводам денежных средств без добровольного согласия клиента;
- совпадение информации о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа) с информацией о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа), совершившем противоправные действия, связанные с осуществлением перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, в связи с чем в отношении такого получателя средств возбуждено уголовное дело (подтвержденное документально).
- наличие информации: о выявленной в рамках реализации мероприятий по противодействию осуществлению переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, предусмотренных частью 4 статьи 27 Федерального закона от 27 июня 2011 года №161-ФЗ «О национальной платежной системе», операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, в том числе информации, полученной от оператора по переводу денежных средств, обслуживающего получателя средств, оператора платформы цифрового рубля, участников платформы цифрового рубля, а также операторов услуг платежной инфраструктуры; о несоответствии характера совершаемых клиентом телефонных переговоров с использованием абонентского номера подвижной радиотелефонной связи при осуществлении операций либо перед их осуществлением (периодичность (частота), продолжительность телефонных переговоров) телефонным переговорам, обычно совершаемым клиентом, а также о нетипичности получаемых сообщений (увеличение количества получаемых сообщений с новых абонентских номеров или от новых адресатов), в том числе в мессенджерах и (или) по электронной почте, от оператора связи, владельцев мессенджеров, владельцев сайтов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и (или) иных юридических лиц.
В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 года № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).
Ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц (п. 74 постановления Пленума № 25).
В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019 года, согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора. Поэтому кредитный договор, заключенный в результате мошеннических действий, является недействительной (ничтожной) сделкой.
Судом установлено и следует из материалов дела, что истец Смердов К.В. с 21.11.2017 года зарегистрирован по адресу: <адрес> (т. 1, л.д.24), имеет паспорт <данные изъяты>
Согласно ответам АО «ТБанк» на запрос суда (т. 1, л.д. 39, 83; т. 2, л.д. 13-14), ДД.ММ.ГГГГ между Банком и Смердовым К.В. был заключен договор расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта № и открыт текущий счет №.
При заключении указанного договора клиенту (Смердову К.В.) был предоставлен доступ в систему «Интернет-банк» (сервис Банка, позволяющий осуществлять взаимодействие Банка и клиента в сети Интернет, включая обмен информацией и совершение отдельных операций, т.е. мобильное приложение Банка, мобильный банк). Отдельные сертификаты на получение ключей доступа к системе «Интернет-банк» клиенту не предоставлялись. Для соединения с системой Банк-Клиент Смердовым К.В. использовались телефонные номера: <данные изъяты> – с ДД.ММ.ГГГГ (СМС-сообщение – т. 2, л.д. 14). Смена номера телефона происходит в мобильном банке по желанию клиента.
В соответствии с ответами ПАО «МТС» (т. 1, л.д. 218) и ООО «Т2 Мобайл» (т. 1, л.д.241, 247), телефонные номера <данные изъяты> зарегистрированы на имя истца Смердова К.В.: первый – с ДД.ММ.ГГГГ, второй – с ДД.ММ.ГГГГ.
Таким образом, с 19.05.2021 года истец имел доступ к банковским услугам через мобильное приложение АО «ТБанк».
Из решения Центрального районного суда <адрес> по делу № от 06.05.2026 года (т. 1, л.д. 213-215), вступившего в законную силу 23.06.2026 года, вытекают следующие обстоятельства.
04.11.2023 года между АО «ТБанк» и Смердовым К.В. (заемщик) заключался договор потребительского кредита № (кредитная карта), максимальный лимит задолженности – 1000000 рублей, текущий лимит задолженности – 95000 рублей.
Индивидуальные условия этого кредитного договора были подписаны Смердовым К.В. посредством использования простой электронной подписи.
Заемщик стал нарушать условия договора, вносить суммы в недостаточном размере и с нарушением срока. Последнее поступление денежных средств в счет погашения задолженности было 26.07.2026 года в размере 220 рублей. В связи с этим 13.01.2026 года Банк выставил заемщику заключительный счет и потребовал досрочного погашения кредита в сумме 163460,72 рублей.
Поскольку заемщиком данные требования не были исполнены, 11.02.2026 года Банк обратился к нотариусу за совершением исполнительной надписи. 17.02.2026 года нотариусом была совершена исполнительная надпись о взыскании со Смердова К.В. в пользу АО «ТБанк» 126000 рублей просроченной ссудной задолженности, 36054,04 рублей процентов за пользование кредитом, а также 1670 рублей расходов, понесенных взыскателем в связи с совершением исполнительной надписи (всего – 163724,04 рублей).
Не согласившись с исполнительной надписью нотариуса и размером задолженности, Смердов К.В. обратился в Центральный районный суд г.Новокузнецка с заявлением об ее отмене (т. 1, л.д. 73-74). Указанным решением суда от 06.05.2026 года, вступившим в силу, в удовлетворении его заявления было отказано.
Далее, из представленных ответчиком АО «ТБанк» документов (т. 1, оборот л.д. 65 – л.д. 68, 136-141) следует, что 20.04.2024 года Смердов К.В. обратился в АО «ТБанк» с заявлением на получение кредита в размере 480000 рублей, заполнив и подписав аналогом собственноручной подписи (простая электронная подпись) заявление-анкету (т. 1, оборот л.д. 65 – оборот л.д. 66, л.д. 136-138), в которой указал, в том числе: его Ф.И.О., дату рождения, №, данные паспорта, номер телефона №, электронную почту <данные изъяты>, адрес регистрации: <адрес> адрес по месту проживания, совпадающий с адресом регистрации.
20.04.2024 года между АО «ТБанк» и Смердовым К.В. (заемщик), посредством подписания последним индивидуальных условий договора посредством простой электронной подписи (аналог собственноручной подписи) был заключен договор потребительского кредита (т. 1, л.д. 67, 139-140), по которому Банк предоставил заемщику кредит в размере 480000 рублей под 32,9% годовых на срок 84 месяца (7 лет).
Истец указывает, что он не оформлял данный кредит и доступ в личный кабинет Банка не имел, доступ к его личному кабинету в этот период имел третье лицо Будко Е.В.; что 20.04.2024 года, без его ведома, через приложение АО «ТБанк» на него был оформлен кредит в размере 480000 рублей; что 24.08.2024 года данный кредит был полностью погашен.
Вместе с тем, номер № с 17.07.2023 года зарегистрирован на Смердова К.В. Доказательств выбытия указанного телефонного номера вместе с сотовым телефоном, в котором была установлена СИМ-карта, из владения истца, не представлено. Сведений об оспаривании кредитного договора от 20.04.2024 года, заключенного между АО «ТБанк» и Смердовым К.В., признании его недействительным, материалы дела не содержат.
Суд отмечает, что оспаривание кредитного договора от 20.04.2024 предметом рассмотрения настоящего спора не является.
29.09.2024 года Смердов К.В. обратился в АО «ТБанк» с заявлением на получение кредита в размере 1300000 рублей, заполнив и подписав аналогом собственноручной подписи (простая электронная подпись) заявление-анкету (т. 1, л.д. 16-17, оборот л.д. 146 – оборот л.д. 147; т. 2, л.д. 21-22), в которой указал, в том числе: его Ф.И.О., дату рождения, <данные изъяты> данные паспорта, номер телефона №, электронную почту <данные изъяты>, адрес регистрации: <адрес> адрес по месту проживания, совпадающий с адресом регистрации. В заявке на кредит указал, что в обеспечение обязательств по кредиту в залог Банку предоставляет автомобиль <данные изъяты>, VIN №, стоимостью 1632291 рубль.
На поданную истцом заявку выехал сотрудник Банка, который сфотографировал истца (т. 2, л.д. 25), его паспорт (т. 2, л.д. 26-27), а также показанное истцом свидетельство о регистрации ТС – автомобиля Audi A4 (т. 2, л.д.24).
Согласно свидетельству о регистрации ТС от ДД.ММ.ГГГГ собственником (владельцем) автомобиля <данные изъяты> VIN №, г/н №, является Легостаева К.Е., что также подтверждается ответом ГИБДД на запрос суда (т. 1, л.д. 172).
Как указано выше, залогодателем может быть третье лицо. Между залогодателем (Легостаева К.Е.), должником (Смердов К.В.) и залогодержателем (Банк) должен был быть заключен соответствующий договор залога. К отношениям между ними должны были применяться правила статей 364-367 ГК РФ.
Поэтому регистрация автомобиля на Легостаеву К.Е. сама по себе не препятствовала заключению кредитного договора, а договор залога мог быть заключен в тот же день или позже.
29.09.2024 года между АО «ТБанк» и Смердовым К.В. (заемщик) был заключен оспариваемый истцом договор потребительского кредита № (т. 1, л.д. 26-27, оборот л.д.148 – л.д. 149; т. 2, л.д. 23) по тарифному плату КНА 6.4 (т. 1, л.д. 148), по которому Банк предоставил заемщику кредит в размере 1300000 рублей (п. 1 индивидуальных условий кредитного договора), под 32,9% годовых (п. 4 индивидуальных условий), на срок 84 месяца (7 лет) (п. 2 индивидуальных условий), под залог автомобиля, указанного в заявлении-анкете, не обремененного правами третьих лиц (п. 10 индивидуальных условий).
В п.п. 17.3, 17.4 индивидуальных условий кредитного договора указано, что в случае прекращения договора залога автомобиля по любым основаниям, в том числе на основании решения суда, в случае отказа или невозможности предоставить автомобиль и документы на него и в иных указанных в п. 17.4 случаях (т.е. влекущих невозможность Банка обратить взыскание на предмет залога – автомобиль) процентная ставка по договору увеличивается на 10 процентных пунктов (т.е. до 42,9% годовых).
Договор залога автомобиля <данные изъяты>, г/н № заключен не был. Третье лицо Легостаева К.Е. в судебное заседание не явилась, пояснений относительно ее намерений заключить / не заключить договор залога с Банком, дачи согласия на это, обстоятельства наличия ДД.ММ.ГГГГ у Смердова К.В. ее свидетельства о государственной регистрации ТС суду не представила.
После заключения кредитного договора Смердову К.В. на его счет №, привязанный к карте №, поступили 1300000 рублей (т.1, л.д. 40, 85), после чего в этот же день и на следующий день 30.09.2024 года были осуществлены расходные операции, указанные в выписке о движении денежных средств (т.1, л.д. 40-41, 85-87), в том числе:
- ДД.ММ.ГГГГ в 08-47 час. осуществлен внешний перевод 10000 рублей по номеру телефона № (принадлежит Смердову К.В.) на счет истца в другом банке;
- ДД.ММ.ГГГГ в 08-54 час. (128708,52 рублей) и ДД.ММ.ГГГГ в 06-12 час. (9940 рублей) осуществлены внутренние (внутри Банка) переводы на договор № (т.е. была погашена задолженность по кредитному договору (договору кредитной карты) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между АО «ТБанк» и Смердовым К.В., всего переведено - 138648,52 рублей);
- переведены небольшие суммы: 45 рублей, 9,06 рублей, 0,60 рублей и 14 рублей для пополнения Инвесткопилки Смердова К.В.;
- ДД.ММ.ГГГГ в 12-55 час. осуществлен внутренний перевод 42500 рублей по номеру телефона на договор № Легостаевой К.Е. (т. 1, оборот л.д. 40, л.д. 86);
- осуществлены иные внешние переводы иным лицам по номерам телефонов, номеру карты, внутренние переводы на договоры иных лиц (т. 1, л.д. 40 – оборот л.д. 64, 85-135).
Таким образом, часть денежных средств была направлена непосредственно на погашение имеющихся обязательств самого Смердова К.В. перед Банком, на зачисление средств на его другом счете в другом Банке, на пополнение его Инветкопилки.
Истец пояснил суду, что карта была утеряна им в 2023 году (выпала из холдера), она осталась у Будко Е.В., когда истец был у Будко на дне рождения. Утерю этой карты истец обнаружил в октябре 2024 года.
Суд критически относится к этим объяснениям.
Будко Е.В. – ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 1, л.д. 3, 25), таким образом, истец был у него на дне рождения ДД.ММ.ГГГГ. Но ДД.ММ.ГГГГ (через 2 недели после дня рождения) истец подключился к оператору «Т2», получил СИМ-карту с номером №. В этот же день ДД.ММ.ГГГГ подключил данный номер к мобильному банку (т. 1, л.д. 39, 83; т. 2, оборот л.д. 13, л.д. 14), а ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ заключил с Банком при использовании мобильного приложения и этого номера телефона два кредитных договора, полученные средства использовал, в том числе на свои нужды.
После заключения кредитного договора и осуществления расходных операций Будко Е.В. написал истцу расписку от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 20), в которой указал, что получил от Смердова К.В. сумму в размере 1300000 рублей и кредитную карту в размере суммы 138000 рублей (т.е. всего – 1438000 рублей), обязуется вернуть и погасить долг перед банком в полном объеме, включая проценты, выставленные банком в связи с просрочкой.
Исходя из установленных обстоятельств, суд делает вывод, что 138000 рублей – это сумма (округленно), погашенная истцом 29-го и 30-го сентября 2024 года по кредитному договору (договору кредитной карты) от ДД.ММ.ГГГГ за счет средств, полученных по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ, а 1300000 рублей – основной долг по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ.
В январе 2026 года на основании данной расписки Смердов К.В. в рамках гражданского дела № обратился в Заводский районный суд г. Кемерово с исковым заявлением к Будко Е.В. о взыскании суммы долга по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами и возмещении судебных расходов (т. 2, л.д.5-6).
Как следует из представленных судом документов в ответ на запрос суда (т. 2, л.д.4-10), заочным решением Заводского районного суда г. Кемерово от 21.04.2026 года исковые требования были удовлетворены, однако Будко Е.В. обратился в суд с заявлением об отмене заочного решения. На заявление Будко Е.В. стороной истца были принесены возражения (т. 2, л.д. 7-8). Заявление Будко Е.В. было удовлетворено, заочное решение отменено, производство по делу возобновлено, ему присвоен №. Решением Заводского районного суда г. Кемерово от 04.08.2026 года (т. 2, л.д.9-10), не вступившим в законную силу, исковые требования Смердова К.В. к Будко Е.В. удовлетворены. С Будко Е.В. в пользу Смердова К.В. взыскана задолженность по договору займа в размере 1438000 рублей.
Наличие составленной между Смердовым К.В. и Будко Е.В. расписки не подтверждает недействительность оспариваемого кредитного договора, напротив ее составление после заключенного кредитного договора, но с указанием даты ранее заключенного кредитного договора (так следует из пояснений истца) свидетельствует о том, что истец на момент заключения кредитного договора осознавал, что берет на себя обязательства по возврату выданного банком кредита и процентов, предусмотренных договором, передав денежные средства Будко Е.В. добровольно, оформил эти правоотношения распиской. Доказательств обратного материалы дела не содержат.
Судом для установления обстоятельств мог ли истец на момент заключения оспариваемого кредитного договора по своему психическому состоянию отдавать отчет своим действиям и руководить ими был поставлен вопрос о назначении по делу судебной психиатрической экспертизы (т. 1л.д. 186-188, 228-230), однако истец в лице своего представителя Кобызской Т.В. отказался от проведения таковой.
Из справки Банка о движении средств (т. 2, л.д. 29-30) видно, что с даты заключения кредитного договора (ДД.ММ.ГГГГ) по июнь 2025 года выплаты (погашение) осуществлялись надлежаще, а далее начались просрочки в уплате, неполные ежемесячные выплаты по кредиту, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ задолженность составляла уже 1599981,38 рублей, при этом Банк, при отсутствии договора залога, изменил процентную ставку, подняв ее на 10 пунктов до 42,9% годовых (т. 2, л.д. 28).
Воспользовавшись положениями п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ, Банк потребовал от Смердова К.В. досрочного возврата суммы займа с процентами.
В свою очередь Смердов К.В. обратился в Банк с претензией от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 21-22), требуя признать кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, снять с него все обязательства по возврату кредита, процентов и штрафов; письмом от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 19) запросил у Банка информацию о текущем размере задолженности по кредитному договору.
Банк обратился к нотариусу с заявлением о вынесении исполнительной надписи.
ДД.ММ.ГГГГ нотариусом была совершена исполнительная надпись о взыскании со Смердова К.В. задолженности по кредитным платежам в общем размере 1734276,47 рублей.
Истец в рамках дела № (т. 1, л.д. 179-180) обратился в Центральный районный суд г. Кемерово (по месту нахождения нотариуса) с заявлением об отмене этой исполнительной надписи нотариуса. ДД.ММ.ГГГГ суд оставил заявление Смердова К.В. без рассмотрения в связи с наличием спора о праве (т. 1, л.д. 180).
ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 3) истец обратился в суд с настоящим иском.
В ходе судебного разбирательства была допрошена свидетель Свидетель №1, которая пояснила, что <данные изъяты>
Установив все вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к следующему.
Основания для признания оспариваемого кредитного договора недействительным отсутствуют.
Судом не установлено и из материалов дела не следует, что сделка была совершена от имени истца каким-либо третьим лицом (лицами) путем несанкционированного доступа к его устройству (сотовому телефону или иному гаджету) с использованием сети Интернет либо непосредственного личного доступа к устройству. Наоборот, заявления-анкеты истца на заключение кредитных договоров с указанием в них дополнительных сведений (ИНН, СНИЛС) подтверждают, что данные заявки на кредит были заполнены и направлены непосредственно самим истцом. Номер телефона, с которого осуществлялось направление заявки на кредит и заключение оспариваемого договора, принадлежит истцу. А передача телефона или иного гаджета третьему лицу для заполнения заявления-анкеты с предоставлением личных данных, сведений, известных только истцу, несанкционированным доступом не является.
Заключение кредитного договора в интересах третьего лица не влечет его недействительности, он считается заключенным самим истцом.
Признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента при заключении кредитного договора и осуществлении расходных операций Банком не установлено, не установлены эти признаки и судом, в том числе, как указано выше, часть операций использовалась непосредственно на нужды истца.
Дополнительных доказательств, подтверждающих факт совершения в отношения истца мошеннических действий (вступившие в законную силу приговор, решение суда и т.п.), истцом не представлено.
С учетом изложенного, основания для признания оспариваемого договора как сделки, совершенной под влиянием обмана, отсутствуют.
Из материалов дела и оценки судом представленных доказательств следует, что Смердов К.В. не заблуждался в отношении предмета и природы оспариваемой сделки, лица, с кем заключается кредитный договор (Банк) и кем заключается (истец), обстоятельств, из которых исходил истец, заключая кредитный договор (ни заявление-анкета, ни индивидуальные условия кредитного договора этих обстоятельств не содержат).
С учетом изложенного, суд не находит оснований для признания кредитного договора недействительным по ст. 178 ГК РФ.
Оспариваемый договор соответствует нормам закона, поэтому суд не усматривает оснований для признания его недействительным на основании ст. 168 ГК РФ. А недействительность или незаключенность договора залога не влекут недействительность или незаключенность кредитного договора.
В связи с не установлением признаков злоупотребления правом со стороны ответчика, отсутствуют основания для признания оспариваемого договора недействительным на основании ст. 10 ГК РФ.
Сведений и доказательств, что истец в период заключения оспариваемого договора и переводов денежных средств не понимал значения своих действий и не мог руководить ими, а также доказательств отсутствия в этот период его воли, не представлено, от проведения судебной экспертизы истец отказался.
Поскольку закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого совершеннолетнего гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке, то бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки, лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, поскольку это вытекает из требований ст.ст. 17, 21, 22 ГК РФ.
Таким образом, в удовлетворении требования о признании кредитного договора недействительным, применении последствий его недействительности суд отказывает.
Поскольку сделка является действительной, судом не установлено нарушений прав истца со стороны ответчика, суд не находит оснований и для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда и взыскании штрафа за нарушение прав потребителей.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Смердов К.В., <данные изъяты> о признании кредитного договора № от 29.09.2024, заключенного между Смердовым К.В. и АО «ТБанк» недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки, компенсации морального вреда, взыскании штрафа за нарушение прав потребителя – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Мысковский городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 21.09.2026 года.
Председательствующий судья О.Ю. Агеева