РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Кахримановой С.Н.
при секретаре Сенецкой Е.Г., с участием помощника прокурора г. Междуреченска Чермениной М.А., истца Одинцовой Е.Н., представителя истца – адвоката Левченко И.И., действующей на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика – Черепановой М.А., действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком по ДД.ММ.ГГГГ, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Междуреченске Кемеровской области -Кузбасса
17 сентября 2026 г.
гражданское дело по исковому заявлению Одинцовой Е. Н. к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Одинцова Е.Н. обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее – ПАО «Южный Кузбасс») о компенсации морального вреда.
Требования мотивированы тем, что в период работы на предприятии ответчика из-за длительного воздействия на организм вредных производственных факторов у истца развилось профессиональное заболевание: <данные изъяты>, о чем составлен акт № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ; установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> %.
Указывает, что ДД.ММ.ГГГГ обратилась в ПАО «Южный Кузбасс» с заявлением о получении единовременного вознаграждения. Ответом от ДД.ММ.ГГГГ отказано в выплате ввиду не предоставления заключения о степени вины предприятия в развитии профессионального заболевания, а также указано на приостановление выплат.
Ссылается на то, что в связи с развитием заболевания испытывает боли <данные изъяты>, не может длительное время сидеть, ходить, нарушен сон, боль стала устойчива к действию анальгетиков. На лекарства, прописанные в ПРП, возникла аллергия. Боли и ограничения вызывают чувство беспомощности, безысходности, понимает, что заболевание хроническое и выздоровление невозможно, это вызывает депрессию, а близкие родственники отмечают, что истец стала более замкнутой и раздражительной, так как не может полноценно вести свой прежний активный образ жизни, простые бытовые нагрузки вызывают боли, не может совершать длительные поездки, путешествия.
Указывает на нарушение ответчиком ее трудовых прав ввиду не произведения компенсации морального вреда, в связи с чем, полагает, что такое нарушение также подлежит компенсации на основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 10000 рублей.
Просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда за причинение вреда здоровью в размере 500000 рублей, компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 10000 рублей.
В судебном заседании истец Одинцова Е.Н. настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объёме, дополнительно пояснив суду, что степень вины предприятия в развития у нее профессионального заболевания составляет 100 %. Считает заявленную сумму компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей соразмерной тяжести причиненного ей работодателем вреда здоровью и перенесенным страданиям, так как она оставила на предприятии все свое здоровье, <данные изъяты>. У нее появилась бытовая беспомощность, фактически прикована к кровати, дети приходят помогать делать работу по дому: дочь помогает убирать в доме, зять делает тяжелую работу. Не может нормально спать, постоянная бессонница от боли, приходиться будить супруга, чтобы он сделал укол. Постоянно принимает таблетки, <данные изъяты> Других заболеваний (в том числе хронических) не имеет. Лекарства, назначенные по ПРП, помогают лишь на короткое время — из-за этого вынуждена сама искать и покупать нужные препараты. Каждый год проходит санаторно-курортное лечение по путёвке от ФСС, а также дополнительно дважды в год приобретает путёвки в санаторий самостоятельно, где делают массажи, грязевые ванны и прочие процедуры, так как именно они приносят заметное облегчение. Не может долго и далеко ходить пешком, постоянно вынуждена искать и садиться на лавку, <данные изъяты>. Носит поддерживающий корсет, который немного помогает. Систематически проставляет блокады ввиду профзаболевания. Посещает <данные изъяты>, в основном платных, так как у них лечение лучше. Все врачи говорят, что у нее необратимая болезнь, вылечить ее уже невозможно, только поддерживать уколами, блокадами и иным лечением.
В связи с профессиональным заболеванием испытывает нравственные страдания, так как боится быть прикованной к постели. Страдает ее семья из-за её нервозности, которая возникает ввиду такого состояния здоровья. Всё время чувствует себя уставшей, разбитой, не может выспаться. Раньше любила гулять по дамбе, кататься на велосипеде, сейчас не может ходить на дальние расстояния, ездить на велосипеде. Также раньше ходила в походы, сейчас этого себе позволить не может.
Представитель истца – адвокат Левченко И.И., действующая на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, поддержала требования своего доверителя.
Представитель ответчика – Черепанова М.А., действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком по ДД.ММ.ГГГГ, возражала против заявленных требований.
Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, с учётом заключения помощника прокурора г. Междуреченска Чермениной М.А., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учётом принципа разумности и справедливости, приходит к следующему.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации.
Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2025 - 2027 годы установлено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Социального фонда Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.
Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в период работы в ПАО «Южный Кузбасс» по профессии ламповщик Одинцовой Е.Н. установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты>, о чем составлен акт № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ; установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> % (л.д.17-21).
Согласно данному Акту, профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: при выполнении Одинцовой Е.Н. работ в течение <данные изъяты> лет в профессии ламповщик, при которых показатели тяжести трудового процесса не соответствовали допустимым уровням, вследствие несовершенства технологических процессов, отсутствия автоматизации, механизации трудоемких работ.
Причиной заболевания прослужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов: нахождение в неудобной позе – до 60%, допустимо 5%; нахождение в позе стоя –62 %, допустимо 60%, наклоны корпуса (количество за смену) – до 160, допустимо 51-100 в различные периоды работы. Вины работника нет.
Заключением Бюро медико-социальной экспертизы Одинцовой Е.Н. впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> % с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (л.д.16).
Приказом Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области - Кузбассу от ДД.ММ.ГГГГ № Одинцовой Е.Н. назначена единовременная страховая выплата в размере <данные изъяты> рубля (л.д.23).
ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в ПАО «Южный Кузбасс» с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вред в соответствии с пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности за <данные изъяты> % утраты профессиональной трудоспособности, однако, ответом от ДД.ММ.ГГГГ в выплате отказано ввиду отсутствия заключения Клиники ГУ НИИ КПГ и ПЗ (л.д.22).
При этом согласно представленному расчету стороной ответчика, изложенного в возражениях, размер компенсации морального вреда в соответствии с пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности составит <данные изъяты> рубля.
Из представленной электронной амбулаторной карты № усматривается, что ФИО5 неоднократно обращалась в медицинское учреждение с жалобами <данные изъяты>.
Из показаний свидетеля М.Е.О., <данные изъяты>, следует, что ввиду наличия <данные изъяты> профессионального заболевания домашние дела, обыденная прогулка и иные действия даются ей тяжело, <данные изъяты>. Она приходит <данные изъяты> и помогает ей делать домашние дела: стирать, снимать шторы, мыть полы, окна. Иногда Одинцовой Е.Н. тяжело самостоятельно снимать обувь. Она заметила, что <данные изъяты> стала раздражительной, часто жалуется <данные изъяты>, в связи с тем, на бессонницу, так как ей тяжело спать и засыпать из-за боли, лежать и переворачиваться в кровати. Истец ставит уколы, пьет обезболивающие таблетки, применяет мази, носит корсет для поясницы. <данные изъяты>
Истец, обращаясь в суд с настоящим иском, просит компенсировать моральный вред в размере 500000 рублей в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации и статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Работодателем моральный вред, причиненный повреждение здоровья истца, не компенсирован.
По смыслу действующего законодательства для наступления гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), факт нарушения личных неимущественных прав (нематериальных благ) истца, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившим моральным вредом.
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1).
Судом установлено, что истцу установлено профессиональное заболевание, возникшее в результате длительного воздействия вредных производственных факторов, то есть вследствие ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, что установлено актом о случае профессионального заболевания от 24.10.2025 № 172, истцом частично утрачена профессиональная трудоспособность – 10 %, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии оснований применения к ответчику мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причиненного морального вреда.
Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Пунктами 25, 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
При этом законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд, с учетом установленного факта причинения вреда здоровью истца, принимает во внимание обстоятельства причинённого ответчиком вреда: ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, степень тяжести диагноза установленного истцу и процент утраты профессиональной трудоспособности – <данные изъяты>%, степень и характер физических страданий истца (перенесение постоянных болей <данные изъяты>), также нравственных страданий истца, относящихся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия), выразившихся в чувстве беспомощности, безвыходности, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений в результате повреждения здоровья профессиональным заболеванием, а также в переживании и чувстве расстройства из-за невозможности по состоянию здоровья в связи с профессиональным заболеванием вести прежний образ жизни и привычный быт, продолжительность физических и нравственных страданий, значимости для Одинцовой Е.Н. нарушенного права на надлежащие условия труда, принимая во внимание индивидуальные особенности потерпевшего – возраст, состояние здоровья (иных заболеваний не имеет), а также учитывая значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, с учетом степени вины ответчика (100%), поведения работодателя после причинения вреда здоровью, выразившегося в отсутствии в добровольном порядке компенсации морального вреда, принимая во внимание требования разумности и справедливости, определяет компенсацию морального вреда в связи с наличием профессионального заболевания: <данные изъяты> в размере 120000 рублей, полагая предъявленную сумму в размере 500000 рублей завышенной, при установленных по делу обстоятельствах.
Суд полагает, что указанный размер компенсации морального вреда соразмерен последствиям нарушенного права в результате причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> %, и позволяет сгладить остроту перенесенных потерпевшем в связи с этим физических и нравственных страданий.
Разрешая требования истца о компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав, суд, руководствуясь статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, установив нарушение трудовых прав истца части не компенсации морального вреда, причиненного работодателем ввиду причинения вреда здоровью, приходит к выводу об их частичном удовлетворении в размере 5000 рублей, исходя из длительности нарушения трудовых прав (с ДД.ММ.ГГГГ), испытания ответчиком нравственных страданий в виде чувства переживания, расстройства и исходя из отсутствия физических страданий.
В соответствии со статьёй 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.
В соответствии со статьёй 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
В случае если, иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В соответствии со статьёй 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей, несение которых подтверждено квитанцией № (л.д.75).
Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 11, 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов.
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и в силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется заключённым между ними договором.
Суд не вправе вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтёт её чрезмерной с учётом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесённых расходов.
Суд, установив, что истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей, принимая во внимание объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, а также объем проделанной представителем работы: составление искового заявления (учитывая его объём и правое обоснование), участие на подготовке к разбирательству дела и одном судебном заседании (учитывая время, затраченного на участие в деле), количество составленных процессуальных документов, оценив на предмет разумности и обоснованности предъявленную к взысканию сумму судебных расходов, с учётом принципа разумности, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, судебная коллегия признаёт разумными судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 13000 рублей.
Поскольку при подаче искового заявления истец в силу статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины был освобождён, в связи с чем в соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в сумме 3000 рублей в доход местного бюджета.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Одинцовой Е. Н. удовлетворить частично.
Взыскать с публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс», ИНН 4214000608, в пользу Одинцовой Е. Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <данные изъяты>, ИНН №, компенсацию морального вреда в общем размере 125000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 13000 рублей.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс», ИНН 4214000608, в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения, путём подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд Кемеровской области.
Председательствующий С.Н. Кахриманова
Мотивированное решение составлено 28 сентября 2026 г.