ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
7 сентября 2026 года г. Владивосток
Ленинский районный суд г.Владивостока, в составе председательствующего судьи Башмаковой М.И., при секретаре Глоба А.Н.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.С.О. к Б.Г.Р о возмещении вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
К.С.О. обратился в суд с иском к Б.Г.Р указав, что приговором Ленинского районного суда города Владивостока от 24 апреля 2025 года Б.Г.Р признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в том числе по эпизоду от 05 мая 2019 года в отношении потерпевшей Т.О.И с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 3 года. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 31 октября 2025 года указанный приговор в данной части оставлен без изменения, при этом в части разрешения гражданского иска приговор отменен с передачей вопроса на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. Приговором установлено, что 05 мая 2019 года в 12 часов 17 минут Б.Г.Р прибыл по адресу: <адрес>, где Т.О.И передала ему конверт с денежными средствами в размере 50 000 рублей. В 12 часов 20 минут того же дня Б.Г.Р повторно позвонил Т.О.И и сообщил о необходимости передачи еще 60 000 рублей, после чего в 12 часов 22 минуты вновь поднялся в квартиру, где получил указанную сумму. Всего ответчиками похищено 110 000 рублей, принадлежащих Т.О.И Вследствие перенесенного психоэмоционального потрясения Т.О.И тяжело заболела и 09 октября 2023 года скончалась. Потерпевшим по уголовному делу признан внук погибшей — истец К.С.О. Действиями ответчиков истцу причинены физические и нравственные страдания, вызванные переживаниями за состояние здоровья близкого человека, заменившего ему мать. Просит взыскать с Б.Г.Р возмещение имущественного ущерба в размере 110 000 рублей, а также компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
Протокольным определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечен В.Д.А. виновность которого по эпизоду от 05 мая 2019 года в отношении потерпевшей Т.О.И также установлена приговором Ленинского районного суда г. Владивостока, и по данному эпизоду ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года.
Истец К.С.О. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по изложенным в иске основаниям, не возражал против рассмотрения дела в заочном порядке.
Ответчик Б.Г.Р., отбывший наказание и освобожденный из мест лишения свободы, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом по известному месту жительства, в судебное заседание не явился, сведений о причинах неявки и возражений на иск не представил.
Ответчик В.Д.А. отбывающий наказание в виде лишения свободы, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом через администрацию ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Приморскому краю, о чем в материалах дела имеется личная расписка. В поданном ходатайстве В.Д.А. выразил намерение участвовать в судебном заседании посредством систем видеоконференц-связи. В удовлетворении указанного ходатайства судом отказано, ввиду отсутствия объективной технической возможности организации видеоконференц-связи на назначенную дату по причине полной занятости специализированных залов судебных заседаний. Письменных возражений по существу иска ответчик В.Д.А. не направил, об отложении разбирательства дела не ходатайствовал.
Старший помощник прокурора Ленинского района Диденко А.В. в заключении полагала иск подлежим удовлетворению в части возмещении вреда, причиненного преступлением
При таких обстоятельствах, руководствуясь частью 4 статьи 167 и статьей 233 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд с согласия истца определил рассмотреть дело в порядке заочного производства.
Исследовав материалы гражданского дела и приобщенные материалы уголовного дела, суд приходит к следующим выводам.
Судом установлено, что приговором Ленинского районного суда города Владивостока от 24 апреля 2025 года В.Д.А. и Б.Г.Р признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в том числе по эпизоду от 05 мая 2019 года в отношении потерпевшей Т.О.И с назначением каждому наказания в виде лишения свободы на срок 3 года.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 31 октября 2025 года указанный приговор в данной части оставлен без изменения, при этом в части разрешения гражданского иска приговор отменен с передачей вопроса на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.
В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Вышеуказанными судебными актами установлено, что 05 мая 2019 года Б.Г.Р и В.Д.А. действуя в составе организованной группы из корыстных побуждений, путем обмана похитили принадлежащие Т.О.И денежные средства в общем размере 110 000 рублей (двумя суммами — 50 000 рублей и 60 000 рублей), которыми распорядились по своему усмотрению, причинив потерпевшей значительный материальный ущерб на указанную сумму.
09 октября 2023 года Т.О.И скончалась, в связи с чем постановлением следователя потерпевшим по уголовному делу был признан истец К.С.О.
Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.
В соответствии со статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Таким образом, право требования возмещения имущественного ущерба, причиненного преступлением, носит имущественный характер и переходит к правопреемникам потерпевшего.
Поскольку вина Б.Г.Р и В.Д.А. в совместном хищении 110 000 рублей установлена вступившим в законную силу приговором суда, факт причинения материального ущерба является доказанным и не подлежит повторному доказыванию, требование истца о возмещении имущественного вреда в сумме 110 000 рублей является законным, обоснованным и подлежит удовлетворению путем солидарного взыскания с обоих причинителей вреда.
Разрешая требование истца о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, суд находит его не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом..
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Право на компенсацию морального вреда, как неразрывно связанное с личностью потерпевшего, не входит в состав наследственного имущества и не может переходить по наследству (пункт 1 статьи 150 и часть вторая статьи 1112 ГК РФ). Право на получение денежной суммы, взысканной судом в счет компенсации морального вреда, переходит к наследникам в составе наследственной массы в случае, если потерпевшему присуждена компенсация, но он умер, не успев получить ее. 10. Требование о компенсации морального вреда, предъявленное в защиту нематериальных благ, принадлежавших умершему, не подлежит судебной защите, если иное не установлено законом. (пункт 9 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ).
Преступление, предусмотренное статьей 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (мошенничество), отнесено законом к категории корыстных преступлений против собственности. Родовым и видовым объектом данного преступного посягательства являются исключительно имущественные отношения и права собственности на похищенные денежные средства. Действующее гражданское и уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации не содержит норм, предусматривающих возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного хищением имущества путем мошенничества.
Кроме того, суд учитывает, что непосредственным объектом преступных действий ответчиков 05 мая 2019 года являлось имущество Т.О.И а не истца К.С.О.
Таким образом, признание К.С.О. потерпевшим в рамках уголовного дела после смерти Т.О.И наделяет его правом на защиту имущественных интересов умершей и взыскание похищенного имущества, однако само по себе не порождает у него самостоятельного права требовать денежной компенсации за физические или нравственные страдания, которые испытывала при жизни Т.О.И
Доводы истца о том, что переживания и стресс от хищения денежных средств повлекли ухудшение состояния здоровья бабушки и ее последующую смерть, также не могут служить правовым основанием для удовлетворения заявленных требований о компенсации морального вреда.
В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда города Владивостока от 24 апреля 2025 года ответчики Б.Г.Р и В.Д.А. признаны виновными исключительно в хищении имущества путем обмана.
Обвинение в совершении преступлений против жизни или здоровья Т.О.И ответчикам не предъявлялось. С момента совершения мошеннических действий (05 мая 2019 года) до момента наступления смерти Т.О.И (09 октября 2023 года) прошло более четырех лет. Материалы дела не содержат медицинских документов, заключений судебно-медицинских экспертиз либо иных допустимых доказательств, устанавливающих прямую непрерывную причинно-следственную связь между действиями ответчиков по получению денежных средств в мае 2019 года и смертью Т.О.И в октябре 2023 года.
Поскольку судом не установлено факта совершения ответчиками действий, непосредственно посягающих на нематериальные блага либо личные неимущественные права самого истца К.С.О. а законом компенсация морального вреда за нарушение имущественных прав при мошенничестве не предусмотрена, оснований для возложения на ответчиков обязанности по выплате денежной компенсации морального вреда не имеется.
В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчиков солидарно в доход бюджета Владивостокского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска, в размере 3 400 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199, 233–237 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования К.С.О. удовлетворить частично.
Взыскать солидарно с Б.Г.Р (ДД.ММ.ГГГГ) и В.Д.А. (ДД.ММ.ГГГГ) в пользу К.С.О. в счет возмещения имущественного вреда, причиненного преступлением, денежные средства в размере 110 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований — отказать.
Взыскать солидарно с Б.Г.Р (ДД.ММ.ГГГГ) и В.Д.А. (ДД.ММ.ГГГГ) в доход бюджета Владивостокского городского округа государственную пошлину в размере 3 400 рублей.
Ответчики вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения им копии этого решения.
Ответчиками заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через суд, вынесший решение, в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.
Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, — в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.
Судья М.И. Башмакова
Решение в окончательной форме изготовлено 07.09.2026.