РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
04 марта 2026 года п. Чернышевск
Чернышевский районный суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Дмитриевой Т.А., при помощнике судьи Мантаевой Д.А.
с участием материального истца Кольцова Ю.А., процессуального истца прокурора Третьяковой О.А., представителей ответчика ОАО «РЖД» Храменковой Т.Г., действующей на основании доверенности от 09.01.2025 года, Шумиловой О.А., действующей на основании доверенности от 11.02.2026 года, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Могочинского транспортного прокурора, действующего в интересах Кольцова Юрия Александровича к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, установил:
Могочинский транспортный прокурор, действующий в интересах истца Кольцова Ю.А., обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на следующее. В ходе проверки Могочинской транспортной прокуратурой обращения бывшего работника <данные изъяты> Кольцова Ю.А. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, установлено следующее. Кольцов Ю.А. 34 года и 5 месяцев проработал в депо в разных должностях, при этом стаж по профессии машиниста электровоза составил 27 лет 2 месяца. Данная профессия имеет вредный производственный фактор - шум, который привел к возникновению у Кольцова Ю.А. профессионального заболевания <данные изъяты>, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания. Бюро № 14 филиала ФКУ ГБ МСЭ по Забайкальскому краю истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> с 22.09.2025 г. по 02.09.2026 г. Кольцов Ю.А. уволен с 31.12.2020 г. по п.3 ст.77 Трудового кодекса РФ по собственному желанию в связи с выходом на пенсию. Решение об увольнении истец принял в том числе из-за ухудшения слуха, медицинскую комиссию о признании пригодным к работе по профессии машиниста он проходил с ограничениями с 2007 года, после прохождения медицинской комиссии ему назначалось лечение, ряд медицинских процедур он оплачивал собственными средствами, лечение проходил добросовестно, но избежать снижение слуха не удалось.
Профессиональное заболевание ему было установлено после выхода на пенсию после самостоятельного обращения в Центр профессиональной патологии Забайкальского края. Работодателем в добровольном порядке компенсация морального вреда истцу не выплачивалась, так как действующий на дату установления профессионального заболевания Коллективный договор <данные изъяты> на 2023-2025годы предусматривал выплату для лиц, получивших профессиональное заболевание в случае установления им инвалидности. Кольцову Ю.А. инвалидность не устанавливалась.
Ухудшившееся, в результате профессионального образования, состояние здоровья доставляет Кольцову Ю.А. массу физических и нравственных страданий. <данные изъяты> вызывает постоянный шум в ушах, который приводит к повышенной тревожности, мешает заснуть, плохой сон не может не сказаться на общем самочувствии истца, вызывая недомогания в следующие сутки.
Просит взыскать с ОАО «РЖД» в пользу Кольцова Ю.А. в качестве компенсации морального вреда, причиненного профессиональным образованием <данные изъяты> рублей.
В ходе подготовки дела к рассмотрению определением от 6 февраля 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены – ФКУ Главное бюро медико-социальной экспертизы по Забайкальскому краю, Министерство труда и социальной защиты населения Забайкальского края, ГУЗ «Краевая больница №3».
В судебном заседании прокурор Третьякова О.А. исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске, просила их удовлетворить.
Истец Кольцов Ю.А. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив, что начал работать в 1983 году, с 1985 года работал в <данные изъяты>, с 2003 года в должности <данные изъяты>, ежегодно проходил медицинские осмотры, в 2007 году выявили снижение слуха, поставили учет, врач-оториноларинголог назначал лечение, которое он проходил два раза в год. В начале он не обращал внимание, что слух ухудшается, но болезнь прогрессировала. В 2020 году он вышел на пенсию, поскольку продолжать работать с таким слухом не представилось возможным. Из-за своей болезни при заготовке дров, чуть не пострадал, поскольку не слышал падающую лесину.
Представитель ответчика ОАО «РЖД» Храменкова Т.Г. в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам отзыва. При наличии установленных судом оснований взыскания компенсации морального вреда, учесть принцип разумности и справедливости.
Представитель ответчика ОАО «РЖД» Шумилова О.А. также в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам отзыва.
В представленном суду отзыве представитель ответчика Шумилова О.А. указала, что Кольцов Ю.А. был принят в <данные изъяты> с 01.10.2003 года <данные изъяты>. Трудовой договор с ним расторгнут 31.12.2020 г. согласно приказу № 247 от 14.12.2020 г. в связи с выходом Кольцова Ю.А. на пенсию в связи с достижением пенсионного возраста. При увольнении получил компенсационные выплаты, предусмотренные Коллективным договором. Кольцову Ю.А. инвалидность в период работы не устанавливалась, в момент установления факта профессионального заболевания Кольцов Ю.А. не являлся сотрудником компании ОАО «РЖД».
При определении размера компенсации морального вреда просит учесть, отсутствие неправомерных действий или бездействия работодателя, выполнение им необходимых условий по соблюдению норм охраны труда. В целях реализации гарантий и компенсаций работодателем предоставлялись повышенная оплата труда за работу с тяжелыми и вредными условиями труда, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, средства индивидуальной защиты, в том числе от шума (наушники либо вкладыши), медицинские осмотры за счет средств работодателя. Истец работал машинистом по собственному волеизъявлению, условия труда ему были известны, с результатами оценки, наличии вредных факторов истец ознакомлен под роспись. Таким образом наступление профессионального заболевания у истца связано исключительно с выбранной им профессией или иными физиологическими особенностями организма.
При определении размера компенсации морального вреда просит учесть требования разумности и справедливости.
Третье лицо ОСФР по Забайкальскому краю, будучи надлежащим образом и своевременно извещено о времени и месте слушания дела, своего представителя для участия в судебном заседании не направило. В представленном суду отзыве представитель ОСФР по Забайкальскому краю Евсеева Е.С., действующая на основании доверенности, указала, что на основании заявления о предоставлении государственной услуги Кольцову Ю.А. назначены единовременная и ежемесячная выплаты. Просит о рассмотрении дела в своё отсутствие, решение вопроса об удовлетворении исковых требований истца о взыскании компенсации морального вреда оставляет на усмотрение суда.
Третьи лица ФКУ Главное бюро медико-социальной экспертизы по Забайкальскому краю Министерства труда и социальной защиты РФ, ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» пгт. Чернышевск, ГУЗ «Краевая больница №3», Министерство труда и социальной защиты населения Забайкальского края, будучи своевременно и надлежащим образом извещены о времени и месте слушания дела, в судебное заседание своих представителей не направили, возражений относительно заявленных требований суду не представили.
Суд, руководствуясь ст.167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствии надлежаще извещённых, но не явившихся участников процесса.
Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
На основании статьи 45 ГПК РФ, прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту трудовых прав граждан.
Основанием для обращения прокурора в суд послужило заявление Кольцова Ю.А. о защите его нарушенных прав.
Согласно части 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.
В соответствии со ст. 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации).
Часть 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Из приведенных положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого прав предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности права на условия труда, отвечающего требованиям безопасности.
Согласно абз2 ч.2 ст. 210 ТК РФ обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.
В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан, в частности, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Согласно ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В силу ч. 2 ст. 5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.
В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.
Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Как следует из материалов дела, в системе предприятий железнодорожного транспорта истец Кольцов Ю.А. работал с 09.09.1983 года и с 25.11.1985 года непрерывно на различных должностях. 31.08.1998 года присвоена профессия машиниста тепловоза, с 01.07.2009 г. назначен на должность помощника машиниста тепловоза, 08.07.2010 г. присвоен 3 класс квалификации машиниста тепловоза, с 24.08.2012 г. переведен машинистом тепловоза (прогрев локомотива), с 03.11.2016 г. переведен машинистом тепловоза маневренного движения, с 05.07.2017 г. переведен машинистом тепловоза вспомогательная работа при депо, с 29.08.2017 г. переведен машинистом тепловоза маневренного движения, 31.12.2020 г., трудовой договор расторгнут в связи выходом на пенсию (т. 1 л.д.9-10).
Из справки серии МСЭ-2023 № 0021252, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Забайкальскому краю» Минтруда России (Бюро № 14), у Кольцова Ю.А. степень утраты профессиональной трудоспособности 30 % установлена сроком с 22.09.2025 по 01.10.2027 г. (л.д.11)
По сведениям, предоставленным ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина города Чита» Кольцову Ю.А. впервые <данные изъяты> выявлена в 2007 г., поставлен на диспансерный учет у врача оториноларинголога. Ежегодно проходил курс профилактического лечения. Излечение и 100% восстановление слуха невозможно (л.д.12).
Из представленных ответчиком данных Кольцов Ю.А. проходил ежегодные профессиональные осмотры и за период с 2016 по 2020 год был признан годным к работе машинистом тепловоза.
Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у работника профессионального заболевания № 8 от 12.05.2023 г. в течении рабочей смены при длительном стаже работы (более 27 лет) в данной профессии на работника действуют следующие основные вредные условия труда и производственной среды: напряженность труда, вибрация, шум, являющиеся неустранимыми вредными производственными факторами. Длительное воздействие вредных факторов производственной среды, в том числе: шума, превышающего допустимые нормы на 4,6-10 дБА при напряженности трудового процесса могли привести к развитию профессиональной патологии. Условия труда машиниста тепловоза не соответствуют требованиям действующего санитарного законодательства по показателям: фактического уровня звука и по показателям напряженности трудового процесса.
Из медицинского заключения ГУЗ КБ №3 от 07.06.2023 г. № 14 следует, что профессиональное заболевание установлено в связи с диагнозом Козлова А.А. – <данные изъяты>
Заключением № 239-ЗЭНС от 18.07.2023 г. профессиональное заболевание Кольцова Ю.А. признано страховым случаем (л.д.41).
О случае профессионального заболевания составлен акт от 13.07.2023 г., согласно которому установлен профессиональный характер заболевания – <данные изъяты> в результате воздействия производственного фактора – шума и сенсорных нагрузок. Непосредственно причиной заболевания послужило длительное воздействие шума превышающего ПДУ на 4,6 дБА при работе <данные изъяты> на участке эксплуатации локомотивных бригад эксплуатационного депо (л.д.37-39).
Указанный акт ответчиком в установленном законом порядке не оспорен, недействительным не признан.
Из выписки из акта № 941.14.75/2023 Бюро медико-социальной экспертизы № 14 к справке серии МСЭ-2022 0045829 у Кольцова Ю.А. степень утраты профессиональной трудоспособности 20 % установлена сроком с 04.09.2023 по 01.10.2025 г. (л.д.40).
Согласно извещения ГУЗ «Краевая больница № 3» об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания № 14 от 7 июня 2023 года Кольцову Ю.А. установлено профессиональное заболевание <данные изъяты> степени от 7 июня 2023 года(л.д.45).
В соответствии с положениями ч.1 ст. 15 ФЗ от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» назначение и выплата застрахованному пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием производятся страховщиком в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для назначения и выплаты пособий по временной нетрудоспособности, на основании листка нетрудоспособности, оформленного в установленном порядке, и документов, представляемых страхователем в территориальный орган страховщика по месту своей регистрации, подтверждающих наступление страхового случая, а также сведений и документов, необходимых для назначения и выплаты застрахованному пособия, определяемых в соответствии с Федеральным законом от 29.12.2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством».
Ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному за весь период утраты им профессиональной трудоспособности с того дня, с которого учреждением медико-социальной экспертизы установлен факт утраты застрахованным профессиональной трудоспособности, исключая период, за который застрахованному было назначено пособие по временной нетрудоспособности, указанное в пункте 1 настоящей статьи (ч.3).
Кольцову Ю.А. приказом Отделения фонда пенсионного и социального страхования РФ по Забайкальскому краю № 3148-В от 07.12.2023 г. назначена единовременная страховая выплата в размере 39519,60 руб., приказом № 3813-В от 07.12.2023 года назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 94243,38 руб. с 01.12.2023 по 01.10.2025 г. (л.д. 42-43).
Согласно справки врача-сурдолога Центра Медико-социальной реабилитации инвалидов Забайкальского края Отделения патологии слуха Кольцову Ю.А. установлен диагноз <данные изъяты> и ему рекомендован слуховой аппарат.
Представленной программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания Кольцову Ю.А. рекомендовано приобретение лекарственных препаратов для медицинского применения: ипидакрин, пирацетам, бетагистин (л.д.46-51).
Согласно представленных рецептов Кольцову Ю.А. выписаны медицинские препараты, которые он приобретал за личные средства (л.д. 15-16, 22-23).
В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1).
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Пленум Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 15 Пленума).
Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере (Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 26.10.2016 № 6-ПВ16).
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
Суд считает доказанным факт причинения истцу в связи с установленным профзаболеванием нравственных страданий, выражающихся в осознании того, что он является лицом с ограниченными физическими возможностями к труду.
Таким образом, суд признает доказанным, что в связи с профессиональным заболеванием, возникшим у истца по вине ответчика, истцу причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях. Причиненный истцу моральный вред подлежит компенсации причинителем вреда.
Между сторонами имеется спор о размере причитающейся истцу компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда, суду следует учесть требования разумности и справедливости, следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Факт причинения истцу морального вреда в данном случае не требует доказывания, поскольку заключается в испытанных им как физических, так и нравственных страданиях, вызванных посягательством на принадлежащие ему от рождения нематериальные блага: жизнь и здоровье.
При таких обстоятельствах требования о компенсации морального вреда являются правомерными.
Ответчиком не представлено суду допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих отсутствие вредных условий труда, связанных с рабочим местом и профессией Кольцова Ю.А.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из принципа разумности и справедливости, учитывает характер нравственных и физических страданий истца, его индивидуальные личностные особенности, а также фактические обстоятельства причинения морального вреда (ст. 1101 ГК РФ).
К числу таковых обстоятельств, по мнению суда, в частности относится характер профессионального заболевания, его тяжесть, утрата профессиональной трудоспособности.
Положениями п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» предусмотрено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст.1083 ГК РФ).
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Вина потерпевшего не влияет на размер взыскиваемых с причинителя вреда расходов, связанных с возмещением дополнительных затрат (п. 1 ст. 1085 ГК РФ).
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, факт повреждения здоровья истца, характер и степень физических и нравственных страданий, а также то, что Кольцов Ю.А. длительное время проработал у одного работодателя, в должности машиниста тепловоза с 2003 года, негативное воздействие является неустранимым производственным фактором при выполнении функциональных обязанностей, избежать которых было невозможно. Также суд учитывает, что Кольцову Ю.А. первоначально установлен диагноз <данные изъяты>, а впоследствии <данные изъяты>, что указывает на стойкое ухудшение здоровья, обусловленного профессиональным заболеванием, степень вины ответчика, не создавшего безопасные условия труда для Кольцова Ю.А., отсутствие возмещения истцу в добровольном порядке, индивидуальные особенности истца, его возраст, изменение условий его повседневной жизни, необходимости прохождения лечения и приема медицинских препаратов, ношение слухового аппарата, что само по себе доставляет дискомфорт и неудобство.
С учетом изложенного, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд полагает возможным с учетом требований разумности и справедливости, а также соразмерности последствиям нарушения определить размер денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика ОАО «РЖД» в пользу Кольцова Ю.А. – 150 000,00 рублей.
Суд считает, что именно данная сумма будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику, а также согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности и не допустит незаконного обогащения истца.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика ОАО «РЖД» в бюджет Чернышевского муниципального округа, следует взыскать в государственную пошлину в сумме 3 000,00 рублей.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования Могочинского транспортного прокурора, действующего в интересах Кольцова Юрия Александровича, удовлетворить частично.
Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги», ИНН 7708503727, ОГРН 1037739877295 в пользу Кольцова Юрия Александровича <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги», ИНН 7708503727, ОГРН 1037739877295 государственную пошлину в доход Чернышевского муниципального округа в размере 3000 (три тысячи) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления через Чернышевский районный суд.
Председательствующий по делу Т.А. Дмитриева
Решение принято в окончательной форме 10 марта 2026 года.