РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
13 апреля 2026 года город Владивосток
Фрунзенский районный суд г. Владивостока в составе председательствующего судьи Богут Е.Б., при ведении протокола помощником Руренко Я.В., с участием помощника прокурора Фрунзенского района г. Владивостока Пидяй А.К., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Лободенко Алексея Евгеньевича к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Главное бассейновое управление по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов» о взыскании компенсации морального вреда, установил:
истец обратился в суд с иском, указав, что на основании трудового договора <номер> от 19.04.2021 трудоустроен в Приморском филиале ФГБУ «Главное бассейновое управление по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов» в должности специалиста по закупкам. Приказом <номер>-л от 30.09.2021 с 01.10.2021 переведен на должность заместителя начальника Приморской производственной базы.
27.05.2025 начальник Приморской производственной базы поручил истцу и водителю <ФИО>7 организовать и обеспечить пополнение запасов топлива для служебного автотранспорта Приморской производственной базы. В процессе исполнения поручения истцом получена травма в виде разрыва подкожного левого ахиллесового сухожилия. 27.05.2025 открыт листок нетрудоспособности.
05.06.2025 после консультации с травматологом в г. Владивостоке, в КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2» истцу проведена экстренная операция.
Работодатель попытался скрыть данный факт, потребовав от истца написать заявление о нахождении в отпуске без содержания с 27.05.2025. На основании заявления был издан приказ <номер> от 26.05.2025 о предоставлении Лободенко А.Е. отпуска без сохранения заработной платы с 27.05.2025.
В период с 27.05.2025 по 20.10.2025 истец находился на листке нетрудоспособности.
В связи с несовпадением сведений, оплата больничного листа произведена 13.08.2025. Находясь без средств к существованию, истец был вынужден занимать денежные средства у знакомой.
08.08.2025 работодателем утвержден акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, а также издан приказ <номер> об отмене приказа о предоставлении работнику отпуска от 26.05.2025 <номер>.
По результатам дополнительного расследования Государственной инспекции труда в Приморском крае выдано заключение от 17.10.2025 <номер>, в котором было установлено, что расследование произошедшего несчастного случая организовано ненадлежащим образом, указана причина несчастного случая использование пострадавшего не по специальности. Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, признан начальник Приморской производственной базы <ФИО>5, который должным образом не провел инструктаж по охране труда и своевременно не осуществил ознакомление с инструкцией по охране труда.
27.10.2025 утвержден новый акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве.
Указывая, что с момента получения травмы, истец систематически подвергался дискриминации со стороны работодателя, до настоящего времени находится в состоянии депрессии, 14.11.2025 был вынужден обратиться за специализированной помощью, ему прописаны рецептурные препараты сроком на один год, с мая 2025 по настоящее время находится в состоянии мытарств, просит взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 5 000 000 руб.
В судебном заседании представитель истца Лагоша А.В. заявленные требования поддержала, представила отзыв на возражения.
Представитель ответчика Яровая Е.С. требования не признала по доводам возражений, просила в удовлетворении исковых требований отказать. Пояснила, что истцом не предоставлено доказательств, что ухудшение психоэмоционального состояния истца вызвано действиями работодателя. Истец обращался к истцу однократно 14.11.2025. Анамнез и жалобы записываются врачом исключительно со слов пациента. Также заявила о пропуске срока исковой давности.
Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего требования обоснованными и подлежащим удовлетворению, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
В силу ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В силу ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации работник вправе требовать компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда.
При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве право на такое возмещение вреда имеют названные в законе лица, которым причинен ущерб в результате смерти кормильца.
Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.
В силу ч. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как следует из разъяснений, изложенных в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В пункте 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
В соответствии с п. 19 постановления Пленума N 33 от 15 ноября 2022 года по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации установлено, что моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Судом установлено и следует из материалов дела, что Лободенко А.Е. состоял в трудовых отношениях с ФГБУ «Главрыбвод» в должности заместителя начальника Приморской производственной базы ФГБУ «Главрыбвод».
Как следует из акта о несчастном случае на производстве от 21.10.2025 с Лободенко А.Е. 27.05.2025 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого при следовании по дороге общего пользования на участке автомобильной дороги в районе <адрес> заглох двигатель автомобиля <данные изъяты> г/н <номер>, автомобиль покатился на спуск задним ходом, при этом его развернуло и автомобиль остановился, загородив часть автомобильной дороги. Лободенко А.Е., с целью освобождения полосы для движения иных транспортных средств, предпринял попытку самостоятельно передвинуть автомобиль толканием, водитель <ФИО>7 оставался за рулем. Решение передвинуть заглохший на дороге служебный автомобиль Лободенко А.Е. принял самостоятельно, в инициативном порядке. В то же время работа по устранению неисправностей автотранспорта, проведение оперативного и иных видов ремонта предусмотрена у работников рабочих профессий и в должностные обязанности заместителя начальника Приморской производственной базы, предусмотренные должностной инструкцией от 30.09.2021, не входит. Во время попытки передвинуть автомобиль Лободенко А.Е. почувствовал сильную боль в ноге. Вернувшись на территорию Приморской производственной базы, Лободенко А.Е., чувствующий усиление болевых ощущений в травмированной ноге, обратился в КГБУЗ «Хасанская ЦРБ». В соответствии с медицинским заключением <номер> КГБУЗ «Хасанская ЦРБ» Лободенко А.Е. получил травму: S93.2 разрыв связок на уровне голеностопного сустава и стопы. Разрыв Ахилла левого голеностопного сустава. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанные повреждения относятся к категории легкая.
Вина пострадавшего в несчастном случае не установлена.
Разрешая заявленные исковые требования, суд исходит из того, что действия работодателя ФГБУ «Главрыбвод» находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью Лободенко А.Е., вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Доводы ответчика о пропуске истцом срок для обращения с иском в суд не могут быть приняты во внимание судом.
Абзацем вторым статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.
Таким образом, из приведенной нормы следует, что законом могут быть установлены исключения из общего правила о не распространении на требования о компенсации морального вреда срока исковой давности.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", где указано, что на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абзац второй статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Обращаясь с иском к ответчику, Лободенко А.Е. связывает причиненный моральный вред, о компенсации которого заявлены соответствующие требования, с причинением вреда здоровью, в связи с чем, исковая давность на заявленные требования, не распространяется.
Определяя размер компенсации морального вреда подлежащий взысканию в настоящем случае, суд учитывает длительность лечения, нарушения прав работника, уклонения работодателя от проведения расследования несчастного случая на производстве, необходимости неоднократного обращения работника в государственные органы и суд, а также тяжесть полученной травмы, обстоятельства дела, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., полагая, что указанный размер согласуется с принципом конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьей 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
В соответствии со ст. ст. 88, 94, 98, 103 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Таким образом, с ответчика в доход местного бюджета Владивостокского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 4 000 руб.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуально кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковые требования Лободенко Алексея Евгеньевича к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Главное бассейновое управление по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Главное бассейновое управление по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов» (ИНН 7708044880 ОГРН 1037739477764) в пользу Лободенко Алексея Евгеньевича (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Главное бассейновое управление по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов» (ИНН 7708044880 ОГРН 1037739477764) в доход местного бюджета Владивостокского городского округа государственную пошлины в сумме 4 000 руб.
Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Фрунзенский районный суд г. Владивостока в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме – 08.06.2026.
Судья Е.Б. Богут