Дело № 1 – 349/2025 (уг.д. № 12501320074000135)УИД: № 42RS0010-01-2025-002647-34П Р И Г О В О РИменем Российской Федерации гор. Киселёвск 10 декабря 2025 года
Киселёвский городской суд Кемеровской области в составе:
председательствующего – судьи Смирновой Т.Ю.
при секретаре Зяблицкой У.В., с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора города Киселёвска Кемеровской области Пономаренко Н.В., подсудимой Усковой О.С., защитника – адвоката Некоммерческой организации № «Киселёвская городская коллегия адвокатов № № Кемеровской области» Кромовой О.И., представившей удостоверение и ордер, а также потерпевшего СЕВ, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении
Усковой Ольги Сергеевны, <данные изъяты> ранее не судимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,
УСТАНОВИЛ:
Ускова О.С. совершила умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.
В период времени с 00 часов 00 минут 10 августа 2025 года до 00 часов 19 минут 10 августа 2025 года Ускова О.С., будучи в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в ходе совместного распития спиртных напитков и внезапно возникшей ссоры со своим сожителем СЕВ, находясь в квартире, расположенной по адресу: <адрес> в ходе которой СЕВ оскорбил Ускову О.С. нецензурной бранью, а также нанёс удары <данные изъяты> причинив своими действиями физическую <данные изъяты> и телесные повреждения, согласно заключению эксперта № от 20 октября 2025 года: <данные изъяты> которые не влекут за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, расценивающиеся как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, из-за чего Ускова О.С., действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, по признаку опасности для жизни человека, на почве внезапно возникших неприязненных отношений к сожителю СЕВ, вызванных противоправным поведением потерпевшего, понимая, что действия СЕВ не сопряжены с насилием, опасным для её жизни, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, осознавая общественную опасность своих умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью и желая наступления данных последствий, осознавая, что причиняет СЕВ вред здоровью, не вызванный необходимостью предотвращения или пресечения общественно-опасного посягательства с его стороны, находясь в кухне квартиры, расположенной по адресу: <адрес> вооружилась ножом, взяв его со стола, с которым вышла в коридор квартиры, где, используя нож и применив его как предмет, используемый в качестве оружия, умышленно, нанесла один удар ножом в область <данные изъяты> СЕВ, сидящему на полу площадки в подъезде у входа в квартиру, расположенную по адресу: <адрес> препятствующему ей закрыть дверь в квартиру, причинив ему, согласно заключению эксперта № от 20 октября 2025 года, колото-резаную <данные изъяты> в области <данные изъяты> квалифицирующуюся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека (пункт 5.1.1.22 Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённого Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 года № 172н).
Подсудимая Ускова О.С. в судебном заседании виновной себя признала в части, раскаялась, показания давать отказалась, воспользовавшись статьёй 51 Конституции Российской Федерации, пояснив, что ранее она давала показания, будучи допрошенной в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемой и обвиняемой, которые полностью поддерживает.
Проведя судебное следствие, выслушав судебные прения и последнее слово подсудимой, суд считает, что виновность подсудимой Усковой О.С. в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных выше в приговоре, в судебном заседании установлена и подтверждается следующими доказательствами, исследованными судом.
Собственными признательными показаниями подсудимой Усковой О.С. (л.д. 124-129, 213-215, 224-226 том 1), оглашёнными по ходатайству государственного обвинителя, в связи с отказом от дачи показаний в соответствии статьёй 51 Конституции Российской Федерации, данными ей в ходе предварительного расследования, из которых установлено, что 09 августа 2025 года они со СЕВ находились дома – в квартире по <адрес> распивали пиво, после чего у неё со СЕВ произошёл спор на бытовой почве. В какой-то момент СЕВ стал вести себя агрессивно, она хотела успокоить его, но он не слушал её. Она не помнит по какой причине, но он подошёл к ней, <данные изъяты> расположенный на входе в зал с коридора квартиры, после чего он <данные изъяты> Она почувствовала <данные изъяты> пыталась <данные изъяты> <данные изъяты> точно не помнит, после чего он встал и ушёл от неё. После этого он стал собирать свои личные вещи, и она поняла, что он хочет уехать на автомобиле. Так как СЕВ был в состоянии алкогольного опьянения, она решила забрать у него ключи от автомобиля, что и сделала. Её действия разозлили СЕВ, и он стал её <данные изъяты> между ними получилась драка, после чего он оттолкнул её от себя, <данные изъяты> требовал при этом ключи от автомобиля. Как она смогла вывернуться от него, она не помнит, она, как могла, так и защищалась, царапалась, кричала. Когда она подскочила с кровати, то поняла, что СЕВ ведёт себя неадекватно, глаза у него были бешеные, он был агрессивно настроен, она поняла, что не сможет его успокоить, поэтому начала звонить на «112». До того, как он успел у неё выхватить телефон, дежурному она успела сказать свой адрес и попросить о помощи, после чего СЕВ выхватил у неё телефон. Он начал искать ключи от автомобиля, она пыталась с ним поговорить, но у неё не получилось. Она села на кровать, продолжая его успокаивать, несмотря на это он подходил к ней, <данные изъяты> в этот момент она почувствовала <данные изъяты> <данные изъяты> Она не помнит, <данные изъяты> <данные изъяты> СЕВ, помнит, что выскочила на балкон, потом вернулась в квартиру и ушла в кухню. Когда она находилась в кухне, то СЕВ также пришёл в кухню, она его просила уйти из квартиры, а также не подходить к ней близко, но он шёл к ней агрессивно настроен, она ему говорила, чтобы он уходил, но он продолжал подходить. Она стала отступать от него, наткнулась на стол, она не помнит, как у неё оказался в руке нож с рукояткой чёрного цвета, который находился на столе в кухне, либо он попался ей под руку, либо она его увидела и взяла в руку. Данный нож она продемонстрировала СЕВ, сказав, чтобы тот уходил. После её слов СЕВ направился в сторону коридора, она пошла за ним, чтобы закрыть за ним входную дверь, нож находился у неё в правой руке, в сторону СЕВ лезвие ножа она не направляла. Когда СЕВ стоял в коридоре квартиры, она неоднократно попросила его уйти. Она предположила, что, видя в её руке нож, он больше к ней не подойдёт и не причинит физическую <данные изъяты>. Когда СЕВ вышел из квартиры, она стала закрывать входную дверь изнутри, также держа нож лезвием в свою строну, при этом левой рукой она держала ручку двери, а правой, в которой находился нож, она закрывала замок. СЕВ стал тянуть ручку с обратной стороны, и она не могла закрыть дверь, так как он физически сильнее её. После этого СЕВ стал пинать дверь снаружи, не давая ей закрыть её. Она приоткрыла дверь, при этом в правой руке у неё находился нож, СЕВ сидел на полу напротив двери. В тот момент, когда она открыла дверь, то увидела, как СЕВ протягивает в её сторону руку, подумала, возможно, он снова хочет нанести <данные изъяты>, и она решила оттолкнуть руку СЕВ от ручки двери, <данные изъяты> СЕВ, не задумываясь, что может причинить ему ножевое ранение. При этом у СЕВ в руках ничего не было. Когда она закрыла входную дверь, то услышала, как СЕВ закричал. Все происходило быстро, она даже не поняла, что произошло. Спустя какое-то время до неё дошло осознание того, что возможно она попала ножом <данные изъяты> СЕВ, так как он кричал, в подъезде она также видела кровь на полу. Настаивает на том, что она не специально порезала <данные изъяты> СЕВ, а хотела убрать его руку от двери, чтобы закрыть её, так как она боялась СЕВ
Данные показания Ускова О.С. подтвердила после их оглашения в судебном заседании, а также в ходе предварительного расследования при проверке показаний на месте, о чём составлен протокол от 29 сентября 2025 года (л.д. 137-140, 141-144 том 1) и при проведении очной ставки с потерпевшим 30 октября 2025 года (л.д. 209-212 том 1).
Показаниями потерпевшего СЕВ, оглашёнными с согласия участников процесса в порядке части 3 статьи 281 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 116-120, 216-219 том 1), которые потерпевший полностью подтвердил в судебном заседании, из которых следует, что 09 августа 2025 года они с Усковой О.С. находились в квартире по <адрес> распивали пиво. События того дня помнит смутно. Примерно около 23 часов у него с Усковой О.С. начался словесный конфликт, на почве чего и кто был его инициатором - не помнит, он начал в сторону Усковой О.С. высказывать претензии, также как и она ему. В результате чего позже у него с Усовой О.С. завязалась потасовка, а именно, он помнит, что Ускова О.С. повышала на него голос, он пытался её успокоить, наносил ей <данные изъяты> возможно, и больше. В тот день у него было агрессивное поведение, с чем оно было связано, пояснить не может. После этого он стал собирать свои вещи, а также взял ключи от своего автомобиля, но Ускова О.С. забрала у него ключи. Также в процессе ругани он <данные изъяты> Ускову О.С., <данные изъяты> В процессе конфликта они с Усковой О.С. передвигались по квартире. Находясь в кухне, Ускова О.С. пыталась его остановить, примириться с ним и поговорить, но, так как он был возбуждён и на эмоциях, то он не хотел разговаривать с Усковой О.С., он также ходил по квартире, ругался с ней и мог нанести ей <данные изъяты> Когда они находились в зале квартиры, он <данные изъяты> Ускову О.С. <данные изъяты> на Ускову О.С., <данные изъяты> После этого Ускова О.С. побежала на балкон, он находился в комнате, собирал вещи. Он слышал, как Ускова О.С. находилась в кухне, подумал, что может спокойно уйти, поэтому вышел с зала в коридор, направляясь к выходу, когда увидел, что Ускова О.С. вышла с кухни с ножом в руке. Ускова О.С. ему неоднократно говорила, чтобы он ушёл из квартиры, так как он вёл себя агрессивно. Он понимал, что Ускова О.С. взяла нож для устрашения. Он начал подходить к Усковой О.С., но она <данные изъяты> стоящему в коридоре. После этого он обулся и вышел из квартиры, а Ускова О.С. начала за ним закрывать дверь изнутри, но он стал тянуть ручку двери с обратной стороны на себя, не давая Усковой О.С. закрыть дверь, при этом сел на пол в подъезде и стал пинать ногами дверь, не давая ей её закрыть, держа ручку двери обеими руками. В какой-то момент Ускова О.С. открыла дверь, после чего он помнит, что схватился <данные изъяты> После этого соседка из <адрес> вызвала скорую помощь, и его госпитализировали.
Показаниями свидетеля ГЕА, данными в судебном заседании, из которых следует, что 10 августа 2025 года около 00 часов она находилась дома, когда в дверь квартиры постучали. Открыв входную дверь, она увидела на лестничной площадке возле её двери соседа из <адрес> СЕВ, <данные изъяты> После того, как СЕВ переполз к ней в квартиру, она <данные изъяты>. В этот момент к ней поднялся сосед из квартиры этажом ниже ААА, который также стал ей помогать оказывать СЕВ помощь. Она стала вызывать скорую медицинскую помощь, когда к ней в квартиру зашла сожительница СЕВ - Ускова О.С., она не видела. По приезду скорой помощи Ускова О.С. вместе со СЕВ уехали в больницу. СЕВ о полученной <данные изъяты> ей ничего не говорил, так как он <данные изъяты>, Ускова О.С. также ничего не поясняла. СЕВ может охарактеризовать, как спокойного, неконфликтного человека.
Показаниями свидетеля ААА в судебном заседании, из которых следует, что 10 августа 2025 года в ночное время он услышал в подъезде мужской крик, а также удары, похожие как пинают во входную дверь. Поднявшись на девятый этаж, он увидел следы крови возле <адрес>, дверь квартиры была открыта, у порога лежал СЕВ, у которого <данные изъяты> Он помогал ГЕА <данные изъяты> до приезда скорой медицинской помощи, а она вызывала скорую помощь. В этот момент в квартиру также пришла Ускова О.С., которая ничего не поясняла. По приезду скорой помощи Ускова О.С. и СЕВ уехали в больницу. Ускову О.С. он знает с детства, может охарактеризовать положительно, спокойный, уравновешенный человек, ранее таких инцидентов не происходило.
Показаниями свидетеля ТММ (л.д. 171-174 том 1), данными в ходе предварительного следствия и оглашёнными в судебном заседании с согласия сторон в порядке части 1 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, из которых следует, что со слов Усковой О.С., ей известно о том, что 11 августа 2025 года, не имея намерений причинить телесные повреждения, в ходе конфликта, когда СЕВ наносил <данные изъяты> она нанесла телесные повреждения ножом по <данные изъяты> сожителю СЕВ, после чего его увезли в больницу. Ускову О.С. знает с детства, может охарактеризовать как доброго, отзывчивого человека, <данные изъяты> сама по себе не вспыльчивая, в какой-либо ситуации может контролировать себя и свои эмоции. На протяжении долгого времени общения с Усковой О.С. она не наблюдала ситуации, чтобы та могла с кем-то конфликтовать, либо в ходе ссоры поднять руку.
Виновность подсудимой подтверждается и письменными доказательствами по делу, исследованными в судебном заседании.
Протоколом осмотра места происшествия от 11 августа 2025 года, произведённого с помощью фотосъёмки, в ходе которого была осмотрена квартира, расположенная по адресу: <адрес> в которой в кухне на столе был обнаружен и изъят нож с чёрной рукояткой, со слов Усковой О.С., данным ножом она нанесла повреждение СЕВ (л.д. 15-16, 17-20 том 1).
Протоколом осмотра места происшествия от 11 августа 2025 года, проведённого с применением средств фотофиксации, в ходе которого осмотрена лестничная площадка, расположенная на девятом этаже в подъезде № <адрес> по адресу: <адрес>, на которой расположены четыре квартиры, следов пятен бурого цвета не обнаружено (л.д. 21-22, 23-25 том 1).
Из заключения эксперта № от 13 августа 2025 года следует, что нож, «изъятый 11 августа 2025 года по адресу: <адрес> изготовлен промышленным способом по типу кухонных ножей, к категории холодного оружия не относится (л.д. 55-56 том 1).
Протоколом осмотра документов от 24 сентября 2025 года, в ходе которого осмотрена копия карты вызова скорой медицинской помощи № от 10 августа 2025 года, согласно которой в 00 часов 19 минут поступил вызов на адрес: <адрес> повод вызова – <данные изъяты> соседи обратились в СМП, пострадавшему СЕВ установлен диагноз: «<данные изъяты> <данные изъяты> к протоколу прилагается фототаблица (л.д. 87-89, 90 том 1).
По окончанию осмотра копия карты признана иным документом и приобщена к материалам уголовного дела соответствующим постановлением следователя от 24 сентября 2025 года (л.д. 90-91 том 1).
Протоколом осмотра предметов от 25 сентября 2025 года, в ходе которого, с применением фотографирования, осмотрен нож, клинок которого изготовлен из магнитного металла серебристого цвета, клинок однолезвийный, с двусторонней заточкой, ширина заточки до 1,5мм; рукоять ножа изготовлена из литого полимерного материала; рукоять соединяется с хвостиком клинка всадным способом; длинна ножа 165мм, длинна клинка 72мм, ширина клинка 15мм, толщина клинка 1мм, длинна рукояти 93мм, ширина рукояти 20,6мм, толщина рукояти 12,0мм (л.д. 101-103, 104 том 1).
Осмотренный нож признан вещественным доказательством и приобщён к уголовному делу в качестве такового постановлением следователя от 25 сентября 2025 года (л.д. 105 том 1).
Протоколом осмотра места происшествия от 28 сентября 2025 года, в ходе которого осмотрен подъезд №, расположенный по адресу: <адрес> вход в подъезд осуществляется через металлическую дверь, которая запирается на магнитный замок – домофон, на площадке девятого этажа выступающих предметов на полу, на лестничной площадке не обнаружено, к протоколу прилагается фототаблица (л.д. 108-111, 112-113 том 1).
Протоколом следственного эксперимента от 30 сентября 2025 года, в ходе которого, в присутствии защитника, понятых и судебно – медицинского эксперта ССЮ, Ускова О.С. указала механизм причинения телесных повреждений СЕВ, при этом на манекене продемонстрировала каким образом наносила удар, держа нож в <данные изъяты> <данные изъяты>. В ходе следственного эксперимента проводилось фотографирование, фототаблица прилагается к протоколу. (л.д. 145-148, 149-152 том 1)
Протоколом следственного эксперимента от 30 сентября 2025 года, в ходе которого, в присутствии понятых и судебно – медицинского эксперта ССЮ, СЕВ указал своё положение на лестничной клетке в момент нанесения удара ножом Усковой О.С. В ходе следственного эксперимента также проводилось фотографирование, фототаблица прилагается к протоколу. (л.д. 153-156, 157-160 том 1)
Согласно заключению эксперта № от 20 октября 2025 года СЕВ была причинена <данные изъяты> которая образовалась от однократного воздействия колюще-режущего предмета, возможно в срок, указанный в постановлении и медицинских документах – 10 августа 2025 года, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека (пункт 5.1.1.22. Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённого приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 года № 172н). Возможность причинения данной <данные изъяты> при обстоятельствах, указанных в протоколе следственного эксперимента с участием Усковой О.С. от 30 сентября 2025 года, а именно: «… усадила манекен на пол вперед ногами к двери № снаружи,… продемонстрировала на манекене, как СЕВ потянулся, <данные изъяты> хватаясь за ручку двери <адрес> снаружи, <данные изъяты>, … подозреваемая Ускова О.С., используя линейку измерительную, имитирующую нож, длинная часть которой имитирует клинок ножа вниз, продемонстрировала <данные изъяты> СЕВ в <данные изъяты>…», не исключается, при условии воздействия травмирующего предмета в проекцию повреждения. Оценить возможность образования данной <данные изъяты> при обстоятельствах, указанных в протоколе следственного эксперимента с участием потерпевшего СЕВ от 30 сентября 2025 года, а именно: «… СЕВ указал своё первоначальное положение, стоя у входной двери и способ удержания ручки входной двери снаружи. Далее СЕВ продемонстрировал своё положение, сидя на полу около входной двери снаружи <адрес> при закрытой двери, далее по указанию СЕВ с помощью сотрудника … продемонстрировали как открыта входная дверь и как в этот момент СЕВ потянулся <данные изъяты>, хватаясь за ручку входной двери <адрес> снаружи, рука которого находилась в положении <данные изъяты> », по имеющимся данным не представляется возможным, ввиду отсутствия конкретных сведений об условиях травмирования. Оценить возможность образования данной <данные изъяты> при следующих обстоятельствах: «<данные изъяты> а также при падении с высоты собственного роста, как с приданным ускорением, так и без такового, не представляется возможным, ввиду отсутствия конкретных сведений об условиях травмирования. (л.д. 185-186 том 1)
Заключением эксперта № от 20 октября 2025 года установлено, что Усковой О.С. были причинены: <данные изъяты> которые образовались от воздействий предмета (предметов), имеющего острый кончик, либо заостренную кромку, незадолго до обращения за медицинской помощью, не влекут за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. (пункт 6 Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённого приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 года № 172н). Возможность причинения <данные изъяты> указанных в протоколе допроса Усковой О.С. от 29 сентября 2025 года, а именно: «… <данные изъяты> не исключается при условии воздействия травмирующего предмета (предметов) в проекцию повреждений. Возможность образования остальных повреждений при обстоятельствах, указанных в протоколе допроса потерпевшего, исключается, так как области травмирования и области локализаций повреждений не совпадают. Возможность причинения имевшихся <данные изъяты> при обстоятельствах, указанных в протоколе допроса СЕВ от 29 сентября 2025 года, а именно: «…<данные изъяты> », не исключается при условии воздействия травмирующего предмета (предметов) в проекцию повреждений. Возможность образования остальных повреждений при обстоятельствах, указанных в протоколе допроса потерпевшего, исключается, так как области травмирования и области локализаций повреждений не совпадают. Оценить возможность образования данных телесных повреждений при падении с высоты собственного роста с приданым ускорением либо без такового по имеющимся данным не представляется возможным, ввиду отсутствия конкретных сведений об условиях травмирования. (л.д. 193-194 том 1)
В ходе очной ставки, проведённой между Усковой О.С. и СЕВ, каждый подтвердил ранее данные показания, о чём составлен соответствующий протокол от 30 октября 2025 года (л.д. 209-212 том 1).
Из заключения судебно – психиатрической экспертизы № № от 10 октября 2025 года следует, что Ускова O.С. в момент совершения инкриминируемого ей деяния в состоянии аффекта либо в ином значимом эмоциональном состоянии («выраженном эмоциональном напряжении с частичным сужением сознания») не находилась. Об этом свидетельствует отсутствие в её деятельности (в правовой период времени) обязательных (без исключения) специфически характерных признаков, присущих данным эмоциональным состояниям. Отсутствует обязательный (без исключения) признак в виде нарушения произвольной (целенаправленной) регуляции поведения и опосредованности совершаемых действий. Ускова О.С. в правовой период времени сформировала цель, мотивацию, личностный смысл своих действий, а также опосредовала эти действия между собой для достижения поставленной цели. Из данных клинической беседы с Усковой О.С.: «Я себя защищала, хотела оттолкнуть его руку, чтобы закрыть дверь, потому что увидела, что он тянется этой рукой ко мне. Я боялась, что он сможет зайти через эту дверь ко мне. Если бы он просто ушёл и не тянулся рукой ко мне, то ничего бы этого не было»; из данных протокола допроса подозреваемой: «Он стал тянуть ручку с обратной стороны, и я не могла закрыть дверь…Я открыла дверь не полностью, при этом в <данные изъяты> у меня находился нож, СЕВ сидел на полу напротив двери, в тот момент, как я открыла дверь, то увидела, как СЕВ протягивает в мою сторону руку, я подумала, возможно, он снова хочет <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> я, держа нож в руке, этот момент я помню смутно, так как я была на эмоциях, как я держала в этот момент нож, я не помню…я решила оттолкнуть руку СЕВ от ручки двери, я наотмашь махнула рукой, в которой находился нож, <данные изъяты> СЕВ, не задумываясь, что могу причинить ему ножевое ранение», отсутствует обязательный (без исключения) признак в виде постаффективного истощения. Ускова О.С., после реализации агрессивных действий в отношении потерпевшего, издавала крик (реакция <данные изъяты> возбуждения), дрожала (психофизиологическая реакция возбуждения), тем самым испытывала не истощение а, наоборот, <данные изъяты> возбуждение, что нехарактерно для постаффективного состояния. Из данных клинической беседы с Усковой О.С.: «После того, как <данные изъяты> из данных протокола допроса подозреваемой: «<данные изъяты> от того, как повёл себя СЕВ,…<данные изъяты> Я <данные изъяты>…», несмотря на отсутствие у Усковой О.С. состояния аффекта в период совершения инкриминируемого ей деяния, представляется возможным сделать вывод о том, что Ускова О.С. в исследуемый юридически значимый период времени находилась в психотравмирующей ситуации, связанной с агрессивными действиями со стороны потерпевшего, и испытывала негативно окрашенные переживания в виде чувства <данные изъяты>, чувства угрозы собственной безопасности. (л.д. 175-178 том 1)
Оценивая доказательства по делу, суд приходит к выводу о том, что все доказательства по делу собраны в соответствии с требованиями закона, отвечают критериям относимости, достоверности, допустимости, являются достаточными для рассмотрения дела и в своей совокупности опровергают доводы подсудимой о невиновности в инкриминируемом ей преступлении.
Так, доводы подсудимой о том, что удары ножом она нанесла потерпевшему в условиях, угрожающих её жизни, при необходимой обороне, суд не может признать достоверными по следующим основаниям.
В соответствии со статьёй 37 Уголовного кодекса Российской Федерации не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (часть 1). Защита от посягательства, не сопряжённого с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства (часть 2).
То есть состояние необходимой обороны предполагает защиту от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Посягательство, сопряжённое с насилием, опасным для жизни обороняющегося, должно представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица.
По смыслу закона и согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 8 и 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», состояние необходимой обороны может иметь место в том числе в случаях, когда защита последовала непосредственно за актом хотя и оконченного посягательства, но исходя из обстоятельств для оборонявшегося лица не был ясен момент его окончания и лицо ошибочно полагало, что посягательство продолжается; общественно опасное посягательство не прекращалось, а с очевидностью для оборонявшегося лица лишь приостанавливалось посягавшим лицом с целью создания наиболее благоприятной обстановки для продолжения посягательства или по иным причинам.
Из показаний потерпевшего СЕВ и самой подсудимой следует, что в момент нанесения Усковой О.С. удара ножом потерпевшему, угрозы расправы и какие-либо посягательства со стороны потерпевшего в отношении Усковой О.С. отсутствовали, её жизни ничто не угрожало, поскольку к тому моменту потерпевший уже покинул квартиру (сидел на полу в подъезде), физического насилия к Усковой О.С. не применял, угроз не высказывал, вооружён не был. Как пояснил в судебном заседании потерпевший СЕВ, он Ускову Е.С. не удерживал, не препятствовал ей уйти из квартиры, кроме того, последняя в ходе конфликта выходила на балкон, однако возможностью позвать на помощь не воспользовалась, что указывает на то, что Ускова О.С. в тот момент не испытывала <данные изъяты> перед потерпевшим, не воспринимала его действия как реальную опасность для своей жизни. Из показаний подсудимой Усковой О.С. также следует, что у неё была возможность разрешить конфликт иным способом, без применения ножа, но вместо этого Ускова О.С. решила применить нож, который она заранее взяла в кухне.
У суда нет оснований в указанной части не доверять показаниям потерпевшего и подсудимой, поскольку они подробны, последовательны, согласуются между собой, дополняя и восстанавливая картину происшедшего. При этом, неприязненные отношения между потерпевшим и подсудимой не установлены, оснований для оговора подсудимой судом не установлено.
Показания потерпевшего согласуются и с показаниями Усковой О.С. в части того, что именно она нанесла удар ножом потерпевшему, сделала это не в ходе конфликта, а, когда предположила, что находившийся в состоянии алкогольного состояния агрессивно настроенный потерпевший просто так не покинет её жилое помещение.
Показания потерпевшего и Усковой О.С. в указанной части согласуются с письменными доказательствами в деле, при этом все доказательства собраны в соответствии с требованиями уголовно – процессуального законодательства Российской Федерации. Экспертные исследования проведены в соответствии с положениями главы 27 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации лицами, обладающими специальными знаниями, назначенными в порядке, установленными нормами Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, для производства судебной экспертизы и дачи заключений. Заключения соответствуют требованиям статьи 204 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации. Требования статей 195, 198 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации при назначении и проведении экспертиз соблюдены, права сторон не нарушены, выводы экспертов полные, ясные, достаточно мотивированные, в ходе судебного разбирательства не оспорены, в связи с чем сомнений у суда не вызывают, и они также признаются судом допустимыми и достоверными доказательствами.
Приведённые в приговоре протокол проверки показаний на месте Усковой О.С. и протокол очной ставки соответствуют требованиям статей 194, 192 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Протоколы указанных следственных действий оформлены в соответствии с требованиями норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и подписаны участвующими в их проведении лицами. Положения статей 51, 52 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации органом предварительного следствия не нарушены.
Следственные эксперименты с участием Усковой О.С. и СЕВ проведены с соблюдением требований статьи 181 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для признания протоколов данного следственного действия недопустимыми доказательствами не имеется.
Таким образом, совокупность представленных стороной обвинения доказательств является достаточной и бесспорно указывает на отсутствие в действиях Усковой О.С. признаков необходимой обороны либо её превышения, поскольку Ускова О.С. применила нож к потерпевшему, когда тот никаких действий, угрожающих жизни и здоровью подсудимой либо иных лиц, не совершал. Действия подсудимой по нанесению удара ножом потерпевшему при отсутствии со стороны последнего какого-либо посягательства, были явно осознанными и не соответствовали характеру обстановки. Не свидетельствует об обратном и испуг подсудимой, о котором она последовательно заявляла органам следствия и суду.
Исходя из установленных по делу обстоятельств совершённого преступления, суд не усматривает в действиях подсудимой Усковой О.С. признаков необходимой обороны или превышения пределов необходимой обороны, поскольку, как следует из показаний самой подсудимой, и не оспаривается иными доказательствами по делу, ножевое ранение потерпевшему подсудимая нанесла в тот период времени, когда СЕВ не совершал действий, угрожающих жизни и здоровью Усковой О.С., что было очевидным для подсудимой, поэтому совершение таких действий, как применение ножа и нанесение ранения, не вызывалось необходимостью.
Показания подсудимой о необходимой обороне суд расценивает как избранный ей способ защиты, поскольку её показания свидетельствуют о фактическом несогласии с выдвинутым против неё обвинением, которое она активно оспаривала в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, ссылаясь на то, что её действия квалифицированы неправильно.
Нарушений прав Усковой О.С. на защиту судом не установлено, все следственные действия с Усковой О.С. проводились с обязательным участием адвоката, Усковой О.С. разъяснялись права и положения Конституции Российской Федерации, которые были ей понятны, о чём она собственноручно подтвердила в протоколах. Фактов фальсификации доказательств по делу в судебном заседании также не установлено.
Таким образом, оценив каждое из приведённых выше доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все эти доказательства в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд считает, что они в совокупности позволяют сделать вывод о доказанности виновности подсудимой в совершении вышеописанного преступного деяния, полагая возможным положить их в основу обвинительного приговора в отношении Усковой О.С.
Тот факт, что подсудимая находилась на месте совершения преступления в момент его непосредственного совершения, подтверждается показаниями потерпевшего, а также самой подсудимой Усковой О.С. Указанное обстоятельство установлено и не оспаривается сторонами.
Суд считает, что в судебном заседании установлено, что 10 августа 2025 года в период времени с 00 часов до 00 часов 19 минут в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, подсудимая Ускова О.С., действуя умышленно, на почве неприязненных отношений, возникших из-за противоправного поведения СЕВ, который <данные изъяты> Усковой О.С., нанесла удар ножом в область <данные изъяты>. В результате данных действий подсудимой Усковой О.С. был причинён тяжкий вред здоровью СЕВ, опасный для жизни человека.
Об умысле подсудимой на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего свидетельствуют: целенаправленный характер её действий, орудие преступления – нож, то есть предмет, обладающий поражающими свойствами, а также локализация телесного повреждения - факт нанесения указанным ножом удара <данные изъяты> повреждение которых ножом, заведомо для виновной, приводит к опасному вреду здоровья, в тот момент, когда потерпевший не представлял какой – либо реальной опасности для её жизни и здоровья.
Обстоятельств, свидетельствующих о причинении подсудимой потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, по неосторожности судом также не установлено.
Судом установлен и мотив данного преступления - внезапно возникшие личные неприязненные отношения к потерпевшему в связи с возникшим между ними конфликтом и противоправными действиями последнего.
Квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия» также нашёл своё подтверждение в ходе судебного следствия, поскольку Ускова О.С. нанесла СЕВ удар ножом, то есть предметом с колюще – режущими свойствами, которым легко можно нарушить анатомическую целостность тканей человека, в область <данные изъяты>, повредив, в том числе, <данные изъяты> применив его тем самым в качестве оружия, что повлекло тяжкий вред здоровью СЕВ по признаку опасности для жизни.
При этом установленные судом обстоятельства полностью опровергают возможность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего СЕВ не в результате действий Усковой О.С., а в результате действий иных лиц.
При указанных обстоятельствах, вопреки доводам подсудимой и её защитника, оснований для переквалификации действий подсудимой Усковой О.С. не имеется.
Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, основываясь на материалах уголовного дела, судом установлено, что Ускова О.С. осознавала, что её действиями может быть причинён вред здоровью любой степени тяжести, в том числе и тяжкий, и желала этого, то есть действовала с прямым умыслом, в связи с чем суд квалифицирует действия подсудимой Усковой О.С. по пункту «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённое с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Судом не установлено обстоятельств, позволяющих поставить под сомнение психическую полноценность Усковой О.С., поскольку она хорошо ориентирована в судебно-следственных ситуациях, активно осуществляла свою защиту, вела себя адекватно окружающей обстановке и судебной ситуации, <данные изъяты> Учитывая материалы дела, касающиеся личности подсудимой и обстоятельства совершения ею преступления, её поведение в судебном заседании, отсутствие сведений о признании Усковой О.С. недееспособной, суд признаёт подсудимую Ускову О.С. вменяемой в отношении инкриминируемого ей деяния и подлежащей уголовной ответственности на общих основаниях.
С учётом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, оснований для применения принудительных работ в порядке статьи 53.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, равно как и освобождения подсудимой от уголовной ответственности по пункту «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации в соответствии со статьями 75, 76.2, 78 Уголовного кодекса Российской Федерации, не имеется.
При назначении наказания подсудимой Усковой О.С. суд в соответствии со статьёй 6, частью 3 статьи 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновной, <данные изъяты> в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённой и на условия жизни её семьи. Суд учитывает, что наказание должно быть соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности преступления, закреплённым в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осуждённой и предупреждения совершения ей новых преступлений.
Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой Усковой О.С., не имеется. С учётом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимой, суд не признаёт совершение Усковой О.С. преступления в состоянии алкогольного опьянения отягчающим обстоятельством в соответствии с частью 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку материалы дела не содержат доказательств, что данное обстоятельство способствовало совершению преступления и имело преимущественное значение при его совершении.
В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признаёт и учитывает: частичное признание подсудимой своей вины в совершённом преступлении и раскаяние в содеянном, привлечение к уголовной ответственности впервые, <данные изъяты> Усковой О.С. и <данные изъяты> противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, <данные изъяты> мнение потерпевшего ФИО13 по мере наказания, не настаивающего на строгом наказании и просившего о снисхождении для подсудимой, добровольное возмещение причинённого преступлением ущерба, выразившегося в приобретении необходимых <данные изъяты> и продуктов питания, посещение потерпевшего в больнице и принесение ему извинений, которые тот принял, что суд расценивает как иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему, <данные изъяты>, а также явку с повинной, поскольку преступление совершено не в условиях очевидности, находясь в отделении полиции вскоре после его совершения, когда следственные органы ещё не располагали сведениями о лице его совершившем, Ускова О.С. сообщила о совершении ей данного преступления и дала сотрудникам полиции объяснение, где пояснила, что она с применением ножа причинила телесные повреждения потерпевшему СЕВ
Кроме того, суд учитывает, что Ускова О.С., изобличив себя в совершённом преступлении, рассказала, изложив в письменных объяснениях до возбуждения уголовного дела, а также, будучи допрошенной в качестве подозреваемой в ходе предварительного расследования, обстоятельства его совершения, давала последовательные показания о своей причастности к инкриминированному ей деянию, которые в дальнейшем подтвердила при проверке показаний на месте и в ходе очной ставки с потерпевшим, то есть представила органу предварительного расследования информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, чем облегчила органу предварительного расследования реализацию процедуры уголовного преследования. В вязи с чем такое поведение Усковой О.С. суд признаёт как её активное способствование раскрытию и расследованию преступления, то есть смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Несмотря на наличие смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, с учётом фактических обстоятельств преступления и степени общественной опасности, суд не усматривает оснований для изменения категории совершённого подсудимой преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации.
В связи с отсутствием исключительных обстоятельств, указанных в части 1 статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд также не усматривает оснований для применения при назначении подсудимой наказания положений статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая характер и степень общественной опасности совершённого преступления, личность подсудимой, в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления подсудимой и предупреждения совершения ею новых преступлений, суд при обсуждении вопроса о виде и размере наказания приходит к выводу о возможности её исправления без применения специальных мер исправительного воздействия в условиях исправительного учреждения и полагает возможным назначить Усковой О.С. за совершённое преступление наказание в виде лишения свободы, но без реального отбывания назначенного наказания, с применением положений статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, условно, с установлением испытательного срока и возложением определённых обязанностей, способствующих её исправлению, а также полагая, что данный вид наказания наилучшим образом сможет обеспечить достижение целей наказания, установленных статьёй 43 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, суд полагает возможным не применять при назначении Усковой О.С. наказания дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Учитывая наличие у подсудимой Усковой О.С. смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пунктами «и,к» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд назначает наказание с применением части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Руководствуясь положениями части 1 статьи 299 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку подсудимая осуждается к лишению свободы условно, суд не усматривает оснований для изменения или отмены избранной ей меры пресечения и полагает необходимым оставить до вступления приговора в законную силу без изменения избранную в отношении Усковой О.С. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
Гражданский иск по делу не заявлен.
При решении вопроса о вещественных доказательствах и иных документах суд руководствуется требованиями статей 81, 84 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом мнения участников процесса.
Процессуальных издержек по делу не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 307 – 309 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ПРИГОВОРИЛ:
Признать Ускову Ольгу Сергеевну виновной в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить её наказание в виде 3 (трёх) лет лишения свободы.
В соответствии со статьёй 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное Усковой Ольге Сергеевне наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 (два) года.
Обязать Ускову Ольгу Сергеевну в течение испытательного срока не менять постоянного места жительства и регистрации без уведомления уголовно – исполнительной инспекции по месту жительства, куда периодически, согласно установленному графику, один раз в месяц, являться для регистрации.
Меру пресечения Усковой Ольге Сергеевне в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.
Вещественные доказательства по делу – нож, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств Отдела МВД России по г. Киселёвску, уничтожить после вступления приговора в законную силу, иные документы хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока хранения последнего.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение пятнадцати суток со дня его провозглашения, путём принесения апелляционных жалобы, представления, отвечающих требованиям статьи 389.6 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, через Киселёвский городской суд Кемеровской области.
В случае подачи апелляционной жалобы в течение пятнадцати суток со дня вручения ей копии приговора, осуждённая вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём она должна указать в апелляционной жалобе, и в тот же срок со дня вручения ей апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих её интересы.
Председательствующий Т.Ю. Смирнова