РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Анжеро-Судженский городской суд Кемеровской области в составе:
председательствующего Музафарова Р.И., при секретаре Коробовой В.В., с участием помощника прокурора Шульц И.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Анжеро-Судженске Кемеровской области
13 августа 2026 года гражданское дело по иску Плаксиной Ольги Сергеевны к Государственному предприятию Кузбасса «Пассажиравтотранс» о взыскании компенсации морального вреда, установил:
Истец Плаксина О.С. обратилась в суд с иском к ответчику ГПК «Пассажиравтотранс» с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя свои требования следующим.
Истец <дата> осуществляла работу на маршруте № на автобусе №, государственный регистрационный знак № под управлением водителя Григорьевой П.В. В 13 часов на <адрес>, напротив <адрес> водитель автобуса Григорьева П.В. применила экстренное торможение. В этот момент истец с помощью кассового аппарата осуществляла обслуживание пассажиров, почувствовав резкий толчок, потеряла равновесие и упала в проходе автобуса. Автобус остановился, на место происшествия были вызваны сотрудники ГАИ и скорой помощи, после чего она была доставлена в травматологическое отделение ГАУЗ АСГБ.
Согласно акту № о несчастном случае на производстве от <дата> основной причиной происшествия стало нарушение водителем автобуса Григорьевой П.В. п. 9.10 (водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения), п. 10.1 (водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил) п. 1.5 (Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда) ПДД РФ.
Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести выданному ГАУЗ АСГБ, № от <дата> установлен диагноз <...>
Истец по настоящее время находится на больничном, <...>. В результате полученных травм она испытывает моральные и нравственные страдания. Никаких извинений в свой адрес от водителя Григорьевой П.В. и руководства ГПК «Пассажиравтотранс» истец не получила.
Считает, что в действиях водителя Григорьевой П.В. и ГПК Пассажиравтотранс» усматривается виновное поведение, так как они нарушили требования ПДД РФ и охраны труда, не обеспечили безопасность при осуществлении трудовой деятельности.
Исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая характер причиненных физических и нравственных страданий, тяжесть причиненных телесных повреждений, с учетом степени вины ответчика, а также требований разумности и справедливости считает обоснованным размер компенсации морального вреда 500000 рублей.
Истец просила взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.
Истец, представитель истца Гречухин М.Г., действующий на основании заявления, исковые требования и доводы, изложенные в заявлении, поддержали. Кроме того, истец пояснила, что она не работает у ответчика с <дата>. В январе 2026 года ей определили 20% утраты трудоспособности. У кондуктора в автобусе есть место, но она должна ходить по салону и собирать плату за проезд. В тот день автобус резко затормозил, когда она сдавала сдачу пассажиру.
Представитель ответчика в суд не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежаще, суд определил рассмотреть дело в его отсутствие.
В своих возражениях на исковое заявление (л.д.51-54) представитель ответчика просил суд снизить размере компенсации морального вреда, указав, что не учтена степень вины истца, который не соблюдал инструкцию по технике безопасности, согласно которой «запрещается… ходить по салону автобуса во время движения, не держась за поручни; обилечивать пассажиров во время движения, стоя с нарушением мер безопасности, не обнимая вертикальную стойку (поручень) в салоне». Истец была ознакомлена с данной инструкцией <дата>. В причинах несчастного случая на производстве необоснованно указано на неприменение средств индивидуальной защиты, которые не могли предотвратить несчастный случай, защитить от повреждений, снизить степень вреда и повреждений здоровья истца. Кроме того, истцом не обоснован размер компенсации морального вреда.
Третье лицо Григорьева П.В. суду пояснила, что она работает в ПАТП в качестве водителя, истец работала кондуктором. <дата> она управляла автобусом, двигаясь по <адрес> впереди перед автобусом автомобиль стал поворачивать налево. Она экстренно затормозила, чтобы избежать столкновение, съехала на обочину, вызвала скорую, полицию, сообщила в диспетчеру.
Представитель третьего лица Иванов М.В., действующий на основании доверенности, пояснил, что вины Григорьевой П.В. в случившемся нет, вина работодателя, который не обеспечил безопасность.
Выслушав истца, третье лицо, их представителей, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора, полагавшую иск подлежащим удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к следующему.
В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 ТК РФ).
Согласно ч.1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В соответствии с ч. 2 ст. 214 ТК РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
Как определено в ч. 1 ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.
Согласно ч. 1 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.
Судом установлено, что согласно приказу от <дата> (л.д.57) истец с <дата> была принята на работу в ГПК «Пассажиравтотранс» кондуктором на основании заключенного с ней трудового договора (л.д. 83-90), продлеваемого на основании дополнительных соглашений, сроком по <дата> (л.д. 72-81).
Как следует из акта о несчастном случае (л.д.23-27) <дата> при выполнении рейса по маршруту № водитель автобуса №, государственный регистрационный знак №, Григорьева П.В., принятая с <дата> на работу в ГПК «Пассажиравтотранс» водителем автомобиля (автобуса) (л.д.96), применила экстренное торможение. Кондуктор Плаксина О.С., которая в это момент с помощью контрольно-кассового аппарата обилечивала пассажира и передавала сдачу, находилась в проходе на задней площадке, от резкого толчка потеряла равновесие и упала в проходе. Несчастный случай с Плаксиной О.С. произошел при исполнении трудовых обязанностей, основной причиной несчастного случая явилось дорожно-транспортное происшествие.
Как следует из постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении от <дата> водитель Григорьева П.В., руководствуясь п.п. 10.1 абз 2 «При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», применила экстренное торможение перед впереди остановившемся транспортным средством. Произошедшее ДТП имело место в результате неосторожных действий Плаксиной О.С. (в процессе движения не держалась за поручень в салоне автобуса), состав административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ, в действиях водителя автобуса Григорьевой П.В. отсутствует.
Согласно выписному эпикризу истец находилась на стационарном лечении в травматологичеком отделении ГАУЗ АСГБ с <...> (л.д. 16-17).
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, проведенной <дата>, и заключению дополнительной экспертизы от <дата> (л.д.194-196) Плаксиной О.С. были причинены указанные выше телесные повреждения, возможно в условиях дорожно-транспортного происшествия, расцениваются как вред здоровью средней тяжести.
Согласно справке МСЭ, выданной <дата> (л.д.193) в связи с несчастным случаем на производстве от <дата> истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в 20%.
Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Таким образом, судом установлено, что в результате несчастного случая на производстве истцу был причинен вред здоровью, в силу которого истец испытывала нравственные и физические страдания, соответственно в силу закона компенсация морального вреда подлежит взысканию с ответчика, являющегося работодателем истца в момент получения травмы на производстве.
В соответствии с ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Из п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что поскольку причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
В соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Согласно разъяснениям, содержащимися в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (в редакции Постановления Пленума Российской Федерации от 28.12.2006 № 63) размер компенсации морального вреда определяется исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Как следует из материалов дела, несчастный случай с Плаксиной О.С. произошел при исполнении трудовых обязанностей, в результате дорожно-транспортного происшествия, причинами несчастного случая, указанными в акте о несчастном случае на производстве (л.д. 23-27), явились нарушение правил дорожного движения, неприменение работником средств индивидуальной защиты, которыми работник не была обеспечена. Степени вины ни пострадавшего, ни работодателя не установлены.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд принимает во внимание обстоятельства, при которых причинен вред здоровью истца средней тяжести учитывает степень причинения истцу нравственных страданий, последняя испытала физическую боль и стресс, учитывает время проведенного лечения после полученных травм, а также установление истцу степени утраты трудоспособности в размере 20%.
Таким образом, исходя из фактических обстоятельств, учитывая требования разумности и справедливости, суд определяет компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика в размере 400000 рублей, в части взыскания 100000 рублей отказывает.
На основании ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, суд также взыскивает с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей, от уплаты которой истец при подаче в суд искового заявления был освобожден.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил:
Исковые требования Плаксиной Ольги Сергеевны к Государственному предприятию Кузбасса «Пассажиравтотранс» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в части.
Взыскать с Государственного предприятия Кузбасса «Пассажиравтотранс», ИНН 4205088363, ОГРН 11054205151241, зарегистрированного 06.07.2005, расположенного по адресу: Кузнецкий проспект, 81, г. Кемерово, 650055, в пользу Плаксиной Ольги Сергеевны, <дата> года рождения, уроженки <адрес>, паспорт №
- компенсацию морального вреда в связи с полученной травмой вследствие несчастного случая на производстве от <дата> в размере 400000 рублей.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Взыскать с Государственного предприятия Кузбасса «Пассажиравтотранс» в доход бюджета муниципального образования Анжеро-Судженский городской округ государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня составления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Анжеро-Судженский городской суд.
Решение в окончательной форме составлено 19.08.2026.
Председательствующий: