РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
29 октября 2026 года г. Норильск
Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Боднарчука О.М., при секретаре судебного заседания Закутской Л.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 к индивидуальному предпринимателю ФИО12, Обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «ИНСИТИ К-2» о взыскании материального ущерба, причинённого ненадлежащим исполнением договора подряда, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов
УСТАНОВИЛ:
ФИО14. (далее - истец) обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО13. (далее - подрядчик) о возмещении ущерба, причинённого залитием <адрес> Указала, что 27.03.2023 заключила с подрядчиком договор № 818 на строительно-отделочные и завершающие работы, принятые по акту от 29.11.2023. При выполнении работ подрядчик перенёс приборы учёта ХВС и ГВС вместе с редуктором давления, разместил доступные запорные краны после редуктора и счётчика, а первоначальные краны на стояках закрыл гипсокартоном без устройства доступа. 19.12.2024 на редукторе холодного водоснабжения произошла протечка, повлекшая залитие квартиры и повреждение отделки и мебели. Претензии добровольно подрядчиком не удовлетворены. С учётом уточнения истец просила взыскать с ответчиков ущерб в сумме 501 441 руб., штраф в размере 50 % от присуждённой суммы, 50 000 руб. компенсации морального вреда, 50 000 руб. расходов на представителя и 40 000 руб. расходов на экспертизу.
По ходатайству истца соответчиком привлечено ООО «Специализированный застройщик «ИНСИТИ К-2», передавшее квартиру по договору участия в долевом строительстве.
Истец и его представитель ФИО15 в судебное заседание не явились. Представитель истца ФИО16 представила письменное заявление, в котором исковые требования истца поддержала. Указала, что истец проживает и работает в г. Норильске и до залития перекрывала доступные ей краны, однако это не прекращало подачу воды к редуктору, поскольку краны находились после него и счётчиков. Первоначальные краны, позволявшие отсечь узел от стояка, были закрыты гипсокартоном без люка, согласия на это истец не давала и пользоваться ими не могла. Редуктор застройщиком не передавался, истцом не приобретался и не устанавливался. Ответственность за ущерб должен нести подрядчик, поскольку именно выполненная им схема узла не позволяла перекрыть воду непосредственно перед местом протечки - поврежденного редуктора, также установленного подрядчиком.
Представитель ответчика ИП ФИО17, участвующий в судебном заседании по видеосвязи, иск не признал. Указал, что подрядчик редуктор не приобретал и не устанавливал, а перенёс приборы учёта вместе с редуктором и зашил коммуникации по заданию заказчика. Согласование, по его мнению, подтверждается перепиской сторон в мессенджере. Подрядчик предупреждал истца о недопустимости скрытия отсекающих кранов без доступа. Сослался на истечение 12-месячного гарантийного срока 30.11.2024, отсутствие установленного механизма образования трещины и недоказанность причинной связи. Просил применить ст. 333 ГК РФ, снизить компенсацию морального вреда и судебные расходы. Ходатайств о назначении по делу дополнительной или повторной судебной экспертизы не заявлял, несмотря на разъяснение такого права судом, выводы эксперта о стоимости ремонта и расположении запорной арматуры по существу не оспаривал. В письменных возражениях также указал, что предлагал восстановить повреждения своими силами при условии приобретения материалов истцом.
Представитель ответчика ООО «Специализированный застройщик «ИНСИТИ К-2» ФИО18 в судебном заседании иск не признала. Пояснила, что установка редуктора договором участия в долевом строительстве не предусматривалась, квартира передана без замечаний 05.12.2022 с инструкцией, запрещающей демонтаж проектной запорной арматуры. Перенос приборов учёта с редуктором, по его мнению, произведён привлечённым истцом подрядчиком. Указал, что экспертиза не установила принадлежность редуктора, время и механизм образования трещины, причинную связь с действиями застройщик. Полагала, что застройщик не отвечает за недостатки, возникшие после передачи квартиры вследствие работ привлечённого участником долевого строительства лица.
Представитель третьего лица - управляющей организации ООО СК «Любимово» в судебное заседание не явился. В направленном в суд отзыве указал, что общее имущество дома, включая стояки ХВС и ГВС, исправно, работы на трубопроводах квартиры с управляющей организацией не согласовывались, а залитие произошло вследствие некачественных работ подрядчика.
Суд определил рассматривать дело при объявленной явке по правилам ст. 167 ГПК РФ.
Выслушав представителей сторон и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Как установлено судом, 19.10.2022 между ФИО19. и ООО «СЗ «ИНСИТИ К-2» заключён договор участия в долевом строительстве № К-2.1/885 на <адрес>
Согласно приложению № 2 (раздел «Водоснабжение») застройщик должен был передать квартиру со стояками ХВС и ГВС, счётчиками и запорной арматурой, без внутриквартирной разводки.
Редуктор давления в перечне оборудования не указан.
05.12.2022 квартира передана истцу по акту без замечаний и указания на выявленные дефекты. Наличие редуктора в акте не отражено. Вместе с квартирой вручена инструкция по эксплуатации, запрещающая демонтаж предусмотренной проектом отсекающей запорной арматуры.
27.03.2023 истец заключила с ИП ФИО20 договор подряда № 818 на строительно-отделочные и завершающие работы в указанной квартире.
Приложением № 1 согласованы состав и стоимость работ - 686 664 руб., по кухне предусмотрена распайка выходов ГВС и ХВС, но не перенос счётчиков и не монтаж редуктора.
Приложение № 2 содержит расценки на дополнительные работы по монтажу регулятора давления, водомеров и скрытого ревизионного люка.
Согласно п. 3.4 договора материалы приобретает подрядчик с последующей оплатой заказчиком по выставленному счёту,
Пункт 5.1.3 договора обязывает соблюдать согласованные с заказчиком конструктивные решения, при несоответствии требований заказчика СНиП, ГОСТ и иным нормативам письменно уведомить его и ознакомить с этим под роспись.
Пункт 12.3 договора предусматривает действительность изменений и дополнений договора лишь при их письменном оформлении и подписании сторонами.
По пункту 7.1.2 договора гарантия составляла 12 месяцев со дня подписания акта.
Ключи переданы подрядчику по акту от 27.03.2023; до окончания работ квартира находилась в его распоряжении, в свою очередь, истец проживает и работает в г. Норильске.
18.07.2023 за истцом зарегистрировано право собственности на квартиру, что подтверждается выпиской из ЕГРН
Из скриншота электронной переписки сторон от 28.08.2023 следует, что подрядчик сообщил о предстоящем переносе точек по просьбе мебельщиков для удобства обслуживания и контроля счётчиков.
Однако указанное сообщение не раскрывает технических последствий решения.
Доказательств согласования конкретной схемы узла, расположения кранов и зашивки ниши, равно как письменного предупреждения истца о последствиях, в материалы дела не представлено.
Актом сдачи-приёмки от 29.11.2023 подтверждены, что помимо первоначально согласованных сторонами работ, подрядчик осуществил перенос счётчиков воды и зашивку коммуникаций на кухне.
В частности, итоговая общая стоимость работ в акте указана в размере 742 464 руб., что на 55 800 руб. превышает цену договора.
Истец указывала, что лично работы не принимала, поскольку находилась в г. Норильске.
Ответчики не представили доказательств осмотра узла заказчиком со специалистом.
Акт не описывает схему узла, последовательность запорной арматуры по направлению движения воды, сохранение доступа к первоначальным кранам или предупреждение заказчика о последствиях их сокрытия.
Вместе с тем подписание акта одной стороной не свидетельствует о том, что истцу были предъявлены скрытые коммуникации и разъяснены последствия расположения запорной арматуры.
19.12.2024 в квартире истца по вышеуказанному адресу произошло залитие.
Согласно акту управляющей организации от той же даты, на разводящем трубопроводе холодной воды в кухне произошла протечка на редукторе давления. Собственником произведен перенос ИПУ ГВС и ХВС с редукторами давления. Отсекающие краны на общедомовых стояках были закрыты гипсокартоном без обеспечения доступа к ним. Дублирующие отсечные краны установлены после ИПУ и редукторов, поэтому при разрыве редуктора давления не было возможности перекрыть подачу ХВС.
Акт управляющей организации оценивается судом в части содержащихся в нём сведений. Описание состояния узла, расположения кранов, закрытия первоначальных кранов гипсокартоном и невозможности перекрыть воду согласуется с экспертизой и принимается судом.
Указание на перенос приборов собственником документально не подтверждено, источник этих сведений не приведён, непосредственное наблюдение комиссии не установлено Коме того, оно противоречит доводам подрядчика о том, что перенос выполнялся им.
23.12.2024 и 21.02.2025 истец направила подрядчику претензии о возмещении ущерба, которые удовлетворены не были.
В ответах от 24.12.2024 и 27.02.2025 подрядчик подтвердил зашивку ниш гипсокартоном и перенос приборов учёта.
В ответе от 27.02.2025 указал, что перенёс «только приборы учёта вместе с редуктором», а первоначальные краны оставил на прежнем месте в нише, закрытой гипсокартоном.
При этом ссылался на указание заказчика, переписку в мессенджере и предупреждение о недопустимости скрытия кранов.
Следовательно, факт перемещения приборов вместе с редуктором и закрытия первоначальной ниши подрядчиком по существу не оспаривается. Спорными остаются согласование конкретного решения и предупреждение о последствиях. Предложение выполнить ремонт при условии приобретения материалов истцом не является возмещением имущественного ущерба.
Согласно заключению проведенной по делу судебной строительно-технической экспертизы № Э-119/2026 от 30.04.2026, выполненному экспертом АНО ЦНЭ «Экспертъ» ФИО21 предупреждённым об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, рассматриваемое залитие вызвано протечкой редуктора давления VIEIR вследствие трещины корпуса пробки манометра. Механизм и время образования трещины не установлены. Установка редуктора соответствует его техническому паспорту, тогда как монтаж запорной арматуры требованиям нормативных документов, в том числе п. 6.1.2, 6.1.3 СП 73.13330.2016, п. 8.9, 11.10, 12.9 СП 30.13330.2020 и п. 9.14 ГОСТ 12.2.063-2015, не соответствует. На момент залития доступная запорная арматура перед счётчиком и редуктором отсутствовала: первоначальные краны находились в недоступном месте, люки отсутствовали, а доступные дублирующие краны были расположены после редуктора и счётчика. После залития узел переустроен: заменён один редуктор, перед фильтрами грубой очистки установлены два крана. Эксперт исключил общедомовые коммуникации и ограждающие конструкции как причину, указав на единовременный характер залития. Стоимость восстановления отделки квартиры и повреждённой мебели определена в размере 501 441 руб.
Доказательства приобретения редуктора истцом или застройщиком, его происхождения и качества отсутствуют.
Товарный чек, приложенный к поврежденному изделию, датирован 19.12.2024 и относится к новому редуктору, установленному посла залития.
Иных документов о приобретении редуктора в период выполнения работ ответчики не представили.
Оценивая заключение по правилам ст. 67 и 86 ГПК РФ, суд признаёт его допустимым и достоверным: исследование проведено квалифицированным экспертом, выводы мотивированы и согласуются с актом управляющей организации, видеозаписью и объяснениями сторон.
Ответчики выводы по существу не опровергли, дополнительную или повторную экспертизу не просили.
Заявленное застройщиком ходатайство о вызове эксперта не свидетельствует о наличии противоречий в заключении и не требует повторного исследования, поскольку поставленные судом вопросы получили мотивированные ответы.
Заключение подтверждает техническую причину протечки, ненормативное расположение запорной арматуры и размер восстановительного ремонта, но не устанавливает механизм и время образования трещины и лицо, смонтировавшее каждый элемент узла; эти обстоятельства оцениваются по совокупности доказательств.
Экспертом и судом обозревалась видеозапись с места аварии на электронном накопителе (файл vidco_12103966809976(2). Она фиксирует неконтролируемое поступление воды из узла редуктора и подтверждает характер аварии и невозможность технически остановить поток воды.
Расположение первоначального крана за гипсокартонной конструкцией и доступного дублирующего крана после редуктора и счётчика подтверждено актом осмотра и заключением эксперта.
Таким образом на дату залития фактическая схема холодного водоснабжения была следующей: стояк ХВС - первоначальный отсекающий кран, закрытый гипсокартоном - редуктор давления, на котором произошла протечка - счётчик - доступный дублирующий кран - внутриквартирная разводка.
Закрытие крана после редуктора прекращало подачу воды в последующую часть разводки, но не отсекало сам редуктор от стояка: участок между стояком и таким краном оставался под давлением. Поэтому при разгерметизации вода продолжала поступать к месту повреждения. Для прекращения подачи требовалось закрыть первоначальный кран до редуктора, однако доступа к нему не было.
Данный вывод относится к линии ХВС, на которой произошла протечка, соответствие направления установки редуктора его техническому паспорту экспертом подтверждено.
Оценивая качество работ на дату их передачи (29.11.2023), суд признает обоснованными выводы эксперта о нарушении подрядчиком норм и правил, требующих обязательного обеспечения доступа к арматуре для её осмотра, обслуживания и управления. Сокрытие первоначального крана за неразборным гипсокартоном исключило такую возможность, что совместно с нарушениями в части обвязки счетчиков подтверждает ненадлежащее качество работ.
Договор заключён для работ в жилом помещении истца для личных, семейных и бытовых нужд; подрядчик действовал как индивидуальный предприниматель.
Поэтому наряду с нормами главы 37 ГК РФ применяются положения Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (п. 3 ст. 730 ГК РФ).
Согласно ст. 721 ГК РФ качество работы должно соответствовать договору, обычно предъявляемым требованиям и обязательным нормативам.
Статьи 4 и 7 Закона о защите прав потребителей обязывают исполнителя обеспечить качество и безопасность результата работы для имущества потребителя при обычных условиях использования.
Вред имуществу потребителя, причинённый недостатками работы, возмещается исполнителем в полном объёме независимо от его вины и наличия договорных отношений с потерпевшим (ст. 14 Закона о защите прав потребителей, ст. 1095, 1096 ГК РФ).
По п. 4 ст. 14 закона исполнитель отвечает также за вред, причинённый при использовании материалов и оборудования, необходимых для работы, независимо от того, кому они принадлежали.
За качество предоставленного подрядчиком материала отвечает также п. 5 ст. 723 ГК РФ, а за несохранность имущества заказчика, находившегося у подрядчика, - ст. 714 ГК РФ.
В силу п. 3 ст. 14 Закона о защите прав потребителей вред возмещается, если он причинён в течение установленного срока службы результата работы, а при его отсутствии - в течение десяти лет со дня принятия результата работы потребителем; ст. 1097 ГК РФ также предусматривает десятилетний срок со дня производства работы, когда срок службы не установлен.
Исполнитель освобождается от ответственности, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо нарушения потребителем установленных правил использования результата работы (п. 5 ст. 14 Закона о защите прав потребителей, ст. 1098 ГК РФ).
Бремя доказывания этих обстоятельств лежит на исполнителе (п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17, п. 2 ст. 401 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ, п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25).
Истец должна доказать факт вреда, его размер и причинную связь с недостатком работы; убытки определяются с разумной степенью достоверности (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, п. 14 Постановления № 25). При этом отсутствие возможности установить размер убытков с абсолютной точностью само по себе не является основанием для отказа в иске, если их наличие и причинная обусловленность доказаны.
Оценив доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении требований к ИП ФИО22 и отказе в иске к ООО «СЗ «ИНСИТИ К-2».
Установлено, что при исполнении договора № 818 подрядчик выполнил не предусмотренные согласованным перечнем работы - перенёс приборы учёта вместе с редуктором и зашил коммуникации.
Надлежащее письменное согласование конкретного технического решения отсутствует.
В результате первоначальные краны до редуктора оказались закрыты гипсокартоном без доступа, а доступные дублирующие краны располагались после редуктора и счётчика и не позволяли отсечь узел от стояка, несмотря на принятые истцом меры к перекрытию подачи воды до залития.
Ссылка подрядчика на то, что первоначальные краны физически остались на прежнем месте, не опровергает ненадлежащего результата: оценивается не только их местонахождение, но и доступность после переноса узла и зашивки коммуникаций.
Разрешая вопрос о происхождении редуктора, суд учитывает, что он не предусмотрен приложением № 2 к договору долевого участия и не указан в акте передачи квартиры, застройщик его установку отрицает.
Доказательств приобретения или монтажа редуктора истцом либо по её поручению не представлено.
Между тем после приемки истцом квартиры от застройщика в период с 27.03.2023 по 29.11.2023 квартира находилась в распоряжении подрядчика, выполнявшего сантехнические работы, приобретавшего материалы за счёт заказчика.
Подрядчик признал перенос приборов вместе с редуктором, но не представил документов о происхождении и качестве изделия. В совокупности эти обстоятельства позволяют заключить, что редуктор, не входивший в комплектацию квартиры, оказался в узле в период выполнения подрядных работ и был перемещён подрядчиком, что не исключает механического воздействия на него.
Иных доказательств происхождения редуктора не представлено.
Даже если предположить, что редуктор находился в узле до начала работ, подрядчик, переместивший его при исполнении договора, отвечал бы за сохранность оборудования по ст. 714 ГК РФ и качество результата работ по ст. 721 ГК РФ и п. 4 ст. 14 Закона о защите прав потребителей.
Поэтому неопределённость происхождения изделия не устраняет установленную связь между действиями подрядчика по переносу узла, отсутствием доступа к первоначальным кранам и невозможностью отключения редуктора перед залитием и после него.
Довод о выполнении переноса, расположения кранов и зашивки по заданию истца не подтверждён.
По п. 5.1.3, 5.1.4 и 12.3 договора конструктивные решения подлежали согласованию, отступления от обязательных требований - письменному предупреждению заказчика, изменения договора - письменному оформлению.
Кроме того, по ст. 716 ГК РФ подрядчик обязан предупредить о неблагоприятных последствиях указаний заказчика и не вправе ссылаться на них, если не исполнил эту обязанность.
Подрядчик не представил письменного согласования или предупреждения.
Сообщение от 28.08.2023 касается переноса точек для удобства обслуживания и контроля счётчиков, но не раскрывает расположение кранов после редуктора, сокрытие первоначальных кранов и невозможность аварийного отключения.
Даже согласие на перенос точек и закрытие коммуникаций не означает согласия на небезопасную схему, последствия которой потребителю без специальных знаний не очевидны.
Ссылка на устное предупреждение не подтверждает осведомлённость подрядчика о риске сокрытия кранов и истцом такое предупреждение отрицается. Установленная договором процедура соблюдена не была, а потому не освобождает профессионального исполнителя от ответственности за выбранный способ выполнения работ.
Ссылка подрядчика на истечение гарантийного срока 30.11.2024 отклоняется судом.
Истцом заявлено требование о возмещении вреда имуществу вследствие недостатка работы, а не только требование об устранении недостатков в пределах гарантии.
Залитие произошло 19.12.2024 - менее чем через год и месяц после передачи результата, срок службы не установлен, поэтому применим десятилетний срок по ст. 14 Закона о защите прав потребителей и ст. 1097 ГК РФ.
Кроме того, даже при квалификации требования как связанного с недостатками работы оно предъявлено в пределах двух лет со дня её принятия (п. 4 ст. 724 ГК РФ, п. 5 ст. 29 Закона), а для работ в отношении недвижимого имущества - в пределах пяти лет.
Ненормативная схема запорной арматуры и отсутствие доступа к первоначальным кранам возникли при выполнении работ и существовали на дату их передачи.
Подписание акта не исключает требования по скрытому недостатку, который не мог быть обнаружен при обычной приёмке без специальных знаний (п. 4 ст. 720 ГК РФ), о нём подрядчик уведомлён претензией от 23.12.2024.
Правила о явных недостатках не исключают самостоятельного требования о возмещении вреда по ст. 14 Закона.
Довод о недоказанности причинной связи также несостоятелен.
Непосредственной технической причиной выхода воды стала трещина корпуса пробки манометра редуктора, механизм и время её образования не установлены. Вместе с тем неперекрытие подачи воды, продолжение ее поступления после аварийной ситуации и увеличение ущерба обусловлены тем, что к месту повреждения нельзя было перекрыть подачу: первоначальный кран до редуктора был скрыт, а доступные краны после редуктора и счётчика не отсекали повреждённый участок от стояка, несмотря на принятые истцом меры. Поэтому закрытие доступных истцу кранов, которым она пользовалась до залития, не прекращало поступления воды к редуктору.
Это подтверждается пояснениями истца, которые согласуются с актом управляющей организации, видеозаписью и экспертным заключением, установившим отсутствие доступной запорной арматуры перед редуктором.
Недостаток результата работ находился в причинной связи с продолжением утечки и повреждением отделки и мебели; иные причины залития экспертом исключены.
Неустановление механизма образования трещины само по себе не освобождает подрядчика от ответственности за вред, вызванный недостатком работы, а также за редуктор, перемещённый им при выполнении работ и не подтверждённый документами о происхождении и качестве.
Доказательств возникновения трещины вследствие действий истца, застройщика или третьих лиц не представлено.
При этом суд разграничивает первоначальную причину разгерметизации - повреждение корпуса редуктора и причину продолжения поступления воды после аварии: последняя связана с отсутствием доступного отсекающего устройства перед редуктором. Именно этот недостаток работы обусловил невозможность быстро прекратить подачу воды к месту протечки.
Оснований для освобождения подрядчика от ответственности по ст. 1098 ГК РФ и п. 5 ст. 14 Закона о защите прав потребителей, равно как для уменьшения возмещения по ст. 404 и п. 2 ст. 1083 ГК РФ, не имеется.
Непреодолимая сила и нарушение истцом правил пользования не доказаны.
Краны были скрыты подрядчиком, согласия на сокрытие без доступа истец не давала и пользоваться ими не могла.
Перекрывание доступных кранов при оставлении квартиры являлось мерой предосторожности и свидетельствует о заботливости истца, неэффективность этой меры обусловлена созданной подрядчиком схемой.
Реальная возможность прекратить подачу воды иным способом не установлена.
Само по себе наличие у истца доступа к дублирующему крану после редуктора не означает возможности устранить утечку на участке до этого крана, экспертное заключение и акт управляющей организации подтверждают обратное.
Стоимость ущерба - 501 441 руб. ответчиками не оспорена, контррасчёт и доказательства наличия повреждений, не связанных с залитием, не представлены, поэтому ущерб подлежит возмещению полностью.
По ст. 15 Закона о защите прав потребителей и п. 45 Постановления № 17 установленного нарушения прав потребителя достаточно для компенсации морального вреда.
Размер компенсации определяется судом с учётом характера страданий, степени вины, разумности и справедливости (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).
Подрядчик выполнил работы с недостатками, повлекшими повреждение имущества истца, и не возместил ущерб после претензий.
Учитывая повреждение отделки и мебели, необходимость организации осмотров и обращения в суд, суд определяет компенсацию в размере 5 000 руб., оснований для взыскания компенсации в большем размере не установлено.
По п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей и п. 46 Постановления № 17 при удовлетворении требований потребителя взыскивается штраф 50 % от присуждённой суммы, включая компенсацию морального вреда.
Претензии истца от 23.12.2024 и 21.02.2025 добровольно подрядчиком не удовлетворены, предложение провести ремонт за счёт материалов истца не является возмещением ущерба.
Таким образом размер штрафа составляет (501 441 + 5 000) ? 50 % = 253 220,50 руб.
Оснований для применения ст. 333 ГК РФ не установлено.
Снижение допускается в исключительных случаях при явной несоразмерности и при наличии мотивов (п. 34 Постановления № 17, п. 71 Постановления № 7), ответчик таких обстоятельств не доказал.
Размер штрафа обусловлен суммой ущерба и длительным неудовлетворением требований потребителя.
Разрешая требования о взыскании судебных расходов, суд руководствуется ст.ст. 98, 100 ГПК РФ, и исходит из того, что расходы истца на услуги представителя в суде в размере 50 000 руб. подтверждены квитанцией к приходному кассовому ордеру № 27 от 29.06.2026.
С учётом категории спора, объёма и качества подготовленных документов, включая иск с уточнениями, пояснения, отзывы, участие представителя в судебных заседаниях по делу и результата рассмотрения дела разумными судом признаются расходы в размере 30 000 руб. (п. 11-13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1).
Кроме того, представителем истца ФИО23 по поручению истца и за счет его средств на депозит Управления Судебного департамента в Красноярском крае внесено 40 000 руб. на оплату судебной экспертизы, что подтверждается платёжным поручением № 403878 от 18.01.2026.
Результаты экспертизы учтены судом при вынесении решения, её стоимость составляет 40 000 руб.
Поскольку иск к подрядчику удовлетворён, расходы подлежат возмещению истцу, а находящиеся на депозите средства - перечислению экспертной организации по ч. 3 ст. 97 ГПК РФ.
В удовлетворении требований к застройщику суд полагает необходимым отказать по излаянным в иске основаниям, поскольку обязанность установить редуктор договором долевого участия не предусмотрена, при передаче квартиры он в комплектацию не входил и застройщиком не устанавливался, так и последующая разводка систем водоснабжения в квартире истца.
Установленные ст. 7 Закона № 214-ФЗ и п. 6.2 договора гарантийные сроки (пять лет на объект, три года на инженерное оборудование) на дату залития не истекли, однако по ч. 7 ст. 7 закона застройщик не отвечает за недостатки, возникшие вследствие ненадлежащего ремонта, выполненного третьими лицами, привлечёнными участником долевого строительства.
Причинная связь между действиями застройщика и залитием, равно как совместность причинения вреда, не доказана, оснований для применения ст. 1080 ГК РФ нет.
Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины по пп. 4 п. 2 ст. 333.36 НК РФ, в силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, исходя из размера удовлетворенных имущественных требований и требований о компенсации морального вреда, с подрядчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в общей сумме 18 029 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО24 удовлетворить частично.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО25 (ИНН №) в пользу ФИО26 материальный ущерб в размере 501 441 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 253 220,50 руб., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб., а также расходы на проведение судебной экспертизы в размере 40 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО27 к индивидуальному предпринимателю ФИО28, а также в удовлетворении исковых требований к Обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «ИНСИТИ К-2» - отказать.
Управлению Судебного департамента в Красноярском крае перечислить с депозитного счёта, внесённые ФИО29 в счёт оплаты судебной экспертизы по делу № 2-547/2026 платёжным поручением № 403878 от 18.01.2026 денежные средства в сумме 40 000 руб., на счет экспертной организации - АНО ЦНЭ «ЭкспертЪ», ИНН 2311305217 / КПП 231101001, ОГРН 1202300024244, р/сч № ФИЛИАЛ «РОСТОВСКИЙ» АО «АЛЬФА-БАНК», к/сч №, БИК №
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО30 (ИНН №) в доход бюджета муниципального образования город Норильск государственную пошлину в размере 18 029 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий О.М. Боднарчук
Мотивированное решение изготовлено 03.11.2026.