РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 июля 2026 года г. Гусиноозерск
Гусиноозерский городской суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Ринчино Е.Н., с участием прокурора Бадмаева Д.Ю., при секретаре судебного заседания Бурхенове К.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Протопоповой Н.Т. к Г. о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, исковому заявлению Протоповой Ю.П. к Г. о компенсации морального вреда, исковому заявлению Н. к Г. о компенсации морального вреда, исковому заявлению Стопа К.П. к Г. о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Протопопова Н.Т. обратилась в суд с исковым заявлением, в котором просит взыскать с ответчика Г. имущественный вред причиненный преступлением в виде понесенных расходов в размере 417 856,82 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 рублей.
Требования истца мотивированы тем, что ответчик своими преступными действия причинил телесные повреждения супругу истца П., который впоследствии от полученных повреждений скончался. Несмотря на доказанность причастности ответчика к убийству, он был освобожден от уголовного преследования и уголовной ответственности со дня награждения государственной наградой. Утрата супруга для истца является невосполнимой утратой, что не нуждается в доказывании, поскольку гибель близкого человека всегда является сильным моральным потрясением, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, также неимущественное право на родственные и семейные связи, и причинение глубоких и длительных душевных страданий истцу, для которого его гибель в момент, когда она особо нуждалась в его поддержке, является тяжелейшим событием в жизни, безвозвратно нарушившим семейным отношения, относящихся неотчуждаемым, неоспоримо причинив истцу глубокие, моральные и нравственные страдания в связи с вынужденной внезапной утратой близкого человека. Расходы семьи на погребение составили 210 720 рублей. На момент смерти имелся действующий кредит, полученный для нужд семьи на потребительские цели. ДД.ММ.ГГГГ кредит погашен полностью в сумме 207 656,82 руб. При этом истцу пришлось продать всех коров, лошадей, с целью закрыть кредит.
Определением суда от 08.07.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечены Протопопова М.М., Н. Протопопова Ю.П., Стопа К.П.
Определением суда от 15.07.2026 по ходатайству Протопоповой Ю.П., Стопа К.П., Н. в лице представителя по доверенности Протопоповой Е.Б., указанные лица признаны третьими лицами, заявляющими самостоятельные требования с одновременным освобождением их от процессуального статуса третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца. Этим же определением приняты к рассмотрению исковые заявления Протопоповой Ю.П., Н.. в лице представителя по доверенности Протопоповой Е.Б., Стопа К.П. к Г.., в которых каждый из заявителей просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей, мотивируя причинением нравственных страданий в связи со смертью отца.
В судебном заседании истец Протопопова Н.Т. исковые требования поддержала, суду пояснила, что совместно с погибшим проживали с 2000 года, зарегистрировали брак в ДД.ММ.ГГГГ году, трое совместных детей. У нее отношения с мужем были хорошие, он работал, она вела домашнее хозяйство. Дети жили с ними, Н. в 18 лет ушел в армию, после срочной службы заключил контракт, участвует в СВО. К.П. в ДД.ММ.ГГГГ году вышла замуж, живет с мужем. Ю.П. училась, в ДД.ММ.ГГГГ году закончила обучение, сейчас снимает квартиру, живет отдельно. Она осталась одна, поддержки ждать неоткуда, весь скот, которым раньше занимался муж, пришлось продать, чтобы отдать кредиты. Кредит брал муж в <данные изъяты> для покупки пресса для сена. Она также вынуждены уехать из деревни, так как работы нет. В права наследования вступили она и сын, наследство состоит из дома, покосов, трактора. Просила иск удовлетворить.
Третьи лица Протопопова Ю.П., Стопа К.П. поддержали свои исковые требования, пояснили, что потеряли отца, с которым были очень близки, отец всегда помогал, поддерживал, был для всех опорой. Отец был добытчиком в семье, после его смерти денег не было, очень много денег ушло на кредиты, на похороны, поминальные обеды.
Представитель третьего лица Н.. по доверенности Протопопова Е.Б., суду пояснила, что Н. сейчас находится в зоне СВО, в связи со смертью отца он перенес стресс, его отпускали на похороны. С отцом были теплые, хорошие взаимоотношения, до армии Н. жил с родителями, в отпуск всегда приезжал в родительский дом.
Представитель ответчика Г.. по доверенности Герасимова М.В. исковые требования признала частично, суду пояснила, что согласна с возмещением расходов на погребение, но не истцу, а матери погибшего. С компенсацией морального вреда Протопоповой Н.П. не согласна, так как она этого не заслуживает, ведет аморальный образ жизни, через 40 дней после смерти мужа уже вышла замуж. С размером компенсации, заявленным детьми, не согласна, моральный вред подлежит возмещению, но не в таких суммах, а как решит суд. Г. тоже участвовал в СВО, тяжело ранен, у него нет средств на возмещение вреда. Просила учесть данные обстоятельства.
Третье ли, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, Н. третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Протопопова М.М. в судебном заседании отсутствовали, будучи уведомленными о рассмотрении дела.
Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Суд, заслушав стороны, третьих лиц показания свидетелей Б., С., заключение прокурора, изучив материалы дела, приходит к следующему.
Согласно статье 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
В силу пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец освобождается от доказывания, поскольку вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Как установлено судом и следует из материалов дела, постановлением Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело и уголовное преследование в отношении Г.. обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ прекращено на основании ч. 1 ст. 28.2 УПК РФ. Г. освобожден от уголовной ответственности на основании п. «а» ч. 1 ст. 78.1 УК РФ со дня награждения ДД.ММ.ГГГГ государственной наградой, полученной в период прохождения военной службы.
Тем самым уголовное дело прекращено по нереабилитирующим основаниям.
Постановление вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.
Из постановления следует, что Г.. обвинялся в причинении тяжкого вреда здоровью П., в результате которых последний скончался ДД.ММ.ГГГГ. Смерть П наступила от обильной кровопотери, развившейся в результате тупой травмы живота, сопровождавшейся разрывом селезенки.
Протопопова Н.Т. является супругой умершего П.
Протопопова Ю.П., Н.., Стопа (до заключения брака Протопопова) К.П. являются детьми П.
В соответствии со статьей 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.
Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».
Согласно статье 3 указанного закона под погребением понимаются обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).
При этом в статье 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации содержится понятие "достойные похороны" с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего.
В состав действий по погребению включаются услуги по предоставлению гроба и других ритуальных предметов, необходимых для погребения, перевозка тела (останков) умершего на кладбище, погребение (статья 9 Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле»).
Нормативно-правовыми актами не регламентировано осуществление поминального обеда как обязательной церемонии в связи со смертью усопшего. Однако, из упомянутых сложившихся традиций, церемония поминального обеда общепринята, соответствует традициям населения Российской Федерации, является одной из форм сохранения памяти об умершем и неотъемлемой частью осуществления достойных похорон умершего.
Тем самым, возмещению подлежат расходы, необходимые не только для погребения, но и в целом для похорон.
Обращаясь в суд с требованиями о взыскании имущественного вреда, истец указывает, что в связи с гибелью супруга ею понесены расходы на его погребение в размере 210 720 рублей.
Данная сумма расходов подтверждается представленными доказательствами, в частности квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ за оплату ритуальных услуг на сумму 100 720 рублей, товарным чеком от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 110 000 рублей за оплату поминального обеда.
Суд находит, что вышеуказанные понесенные расходы были необходимы, произведены в разумных пределах, с соблюдением существующих традиций и обычаев при погребении, а потому подлежат взысканию с причинителя вреда.
По требованиям о компенсации морального вреда.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.
Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из пояснений истца, показаний третьих лиц, свидетеля С. следует, что Протопопова Н.Т., как и их дети глубоко переживали смерть супруга и отца.
Суд принимает во внимание, что гибель отца и мужа сама по себе является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение; сам факт смерти близкого человека уже подтверждает наличие нравственных страданий у истцов. Утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что в силу близких отношений, привязанности к погибшему, истцу и детям (третьим лицам) причинены глубокие нравственные страдания в виде переживаний, полученного стресса, чувства потери. Судом учтены также обстоятельства трагедии, степень вины ответчика, фактические обстоятельства дела и материальное положение ответчика, требования разумности и справедливости.
В частности, суд учитывает, что Протопопова Н.Т. состояла в зарегистрированном браке с П. с ДД.ММ.ГГГГ. На момент смерти П. брак не был расторгнут, супруги проживали совместно, вели совместное хозяйство. Достоверных доказательств наличия у супругов конфликтных отношений в период совместного проживания суду не представлено. Показания свидетеля Б. о том, что П. «поколачивал» супругу, ловил ее на переписках с мужчинами, суд оценивает критически, поскольку свидетель может испытывать к истцу неприязнь в силу личных обстоятельств.
Суд также учитывает возраст детей погибшего на момент трагедии, Н. Протопопова Ю.П., хотя и являлись совершеннолетними, но находились в процессе становления личности, когда во многом человек еще зависит от семьи (Н. проходил военную службу, Протопопова Ю.П. была студенткой). Стопа К.П., хотя и вступила в брак в ДД.ММ.ГГГГ, проживала отдельно, однако смерть отца наступила, когда ей не было 18 лет. Гибель отца в этот период лишила их значимой эмоциональной и жизненной опоры, не могла не повлиять на психологическое состояние. Внезапная и насильственная смерть отца стала для них тяжелой психотравмирующей ситуацией.
На основании изложенного суд полагает возможным определить к взысканию денежную компенсацию морального вреда в пользу истца Протопоповой Н.Т. в размере 350 000 рублей, в пользу третьих лиц Протопоповой Ю.П. Н. Стопа К.П. в размере по 500 000 рублей в пользу каждого. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.
Сам по себе факт несогласия представителя ответчика с размером компенсации морального вреда, ее субъективная оценка о взаимоотношениях, сложившихся в семье истца, не являются основанием для освобождения обязанности по возмещению причиненного вреда.
По мнению суда, данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьей 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
Суд не находит оснований для удовлетворения требований истца Протопоповой Н.Т. о взыскании с ответчика расходов на погашение кредита в размере 207 656,82 руб., исходя из следующего.
В силу положений статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
На основании пункта 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.
Как разъяснено в п. 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее).
Учитывая приведенные нормы закона и разъяснения, а также то, что истец является наследником умершего первой очереди, из ее пояснений следует, что она приняла наследство вместе с сыном Н. в равных долях, ответственность по долгам наследодателя должны нести наследники солидарно в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества на причинителя вреда ответственность по долгам потерпевшего возложена быть не может, оснований для взыскания расходов на погашение долгов умершего не имеется.
В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика Г.. подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета МО «Город Гусиноозерск» в размере 10 700 руб.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Протопоповой Н.Т. (СНИЛС №), Протопоповой Ю.П. (СНИЛС №), Н. (СНИЛС №), Стопа К.П. (СНИЛС №) к Г. (СНИЛС №) о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Г. в пользу Протопоповой Н.Т. материальный ущерб, причиненный преступлением в размере 210 720 руб., компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей.
Взыскать с Г. в пользу Протопоповой Ю.П. компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
Взыскать с Г. в пользу Н. компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
Взыскать с Г. в пользу Стопы К.П. компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исков отказать.
Взыскать с Г. в доход муниципального образования «Город Гусиноозерск» государственную пошлину в размере 10 700 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Бурятия путем подачи апелляционной жалобы через Гусиноозерский городской суд Республики Бурятия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Ринчино Е.Н.
В окончательной форме решение принято 03 августа 2026 г.