РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15.09.2026 г. Екатеринбург
Академический районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Сухневой И.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Жусубековой Е.С., с участием представителя истца Чеснокова М.Б., представителя ответчика Климова В.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Чекалина Кирилла Андреевича к Чукреевой Ольге Андреевне о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, установил:
Чекалин К.А. обратился в суд с вышеуказанным иском. В обоснование указал, что 29.08.2025 по адресу: г. Екатеринбург, ул. Шаумяна, д. 87 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств марки Тойота госномер № под управлением собственника Чукреевой О.А., марки БМВ госномер № под управлением собственника Чекалина К.А., марки Рено госномер №, принадлежащего Рудных Л.Ю. и под управлением Дремова О.Е., в результате которого транспортному средству истца причинены механические повреждения. Автогражданская ответственность Чукреевой О.А. на момент ДТП была застрахована в АО «АльфаСтрахование», автогражданская ответственность Чекалина К.А. – в САО «РЕСО-Гарантия». Постановлением инспектора ДПС полка ДПС ГИБДД УМВД России по г. Екатеринбургу от 30.08.2025 Чукреева О.А. привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ. Полагая виновной в дорожно-транспортном происшествии Чукрееву О.А., допустившую нарушение п. 8.3 ПДД РФ, истец Чекалин К.А. обратился в САО «РЕСО-Гарантия» за выплатой страхового возмещения. 08.09.2025 страховщиком произведена страховая выплата в сумме 400 000 руб. В соответствии с заключением специалиста ФИО16 № 328-Л от 08.09.2025 рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки БМВ госномер С297УС196 на дату ДТП составляет 1 411 300 руб. На основании изложенного просил взыскать Чукреевой О.А. в счет возмещения ущерба, причиненного повреждением имущества, 1 011 300 руб., а также судебные расходы (т. 1 л.д. 7-8).
После проведения по делу судебной автотехнической и видеотехнической экспертизы Чекалин К.А. исковые требования уточнил, просил взыскать с Чукреевой О.А. в счет возмещения ущерба, причиненного повреждением имущества, 1 544 000 руб., расходы на проведение досудебной экспертизы в сумме 18 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 25 293 руб. (т. 2 л.д. 195-196, т. 3 л.д. 49-53).
В судебное заседание истец Чекалин К.А. не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие, в том числе пояснил, что в настоящее время находится в г. Екатеринбурге, участия в боевых действиях не принимает.
В судебном заседании представитель истца Чесноков М.Б. на заявленных требованиях настаивал. Полагал наличие вины Чукреевой О.А. в ДТП, поскольку она при выезде с прилегающей территории на ул. Шаумяна, д. 87, в нарушение ст. 8.3 ПДД РФ не уступила дорогу транспортному средству под управлением Чекалина К.А., движущемуся по главной дороге, что явилось причиной столкновения. По данному факту Чукреева О.А. привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ. Даже в отсутствие приоритета движения Чекалина К.А. ответчик Чукреева О.А. должна была убедиться в безопасности собственного маневра. В свою очередь, Чекалин К.А. полностью на полосу встречного движения не выезжал, был введен в заблуждение относительно наличия в его направлении второй полосы движения наложением старой и новой горизонтальной дорожной разметки. Видеть транспортное средство под управлением Чукреевой О.А. до его появления из-за потока транспортных средств Чекалин К.А. не мог, после его появления незамедлительно принял меры к экстренному торможению и совершил маневр резкого отворота вправо, то есть выполнил требования абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ, однако технической возможности предотвратить столкновение не имел. С учетом данных обстоятельств полагал, что вина Чекалина К.А. в дорожно-транспортном происшествии не превышает 30%.
В судебное заседание ответчик Чукреева О.А. не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом. В ранее состоявшихся судебных заседаниях указала, что 29.08.2025 выезжала с прилегающей территории на проезжую часть ул. Шаумяна, которая имела по одной полосе движения в каждом направлении, разделенной разметкой 1.1. Убедившись в безопасности совершения маневра, пересекла полосу движения в сторону ул. Громова, после чего ввиду наличия разрыва в разметке 1.1. успела занять необходимую ей для движения полосу в сторону ул. Ясной, после чего с ней столкнулся автомобиль под управлением истца, который в нарушение п. 1.5, 9.1, 10.1, 11.1, 11.2, 11.4 ПДД РФ, разметки 1.1 выехал на полосу встречного движения, двигался, опережая поток транспортных средств, с превышением необходимой скорости. Ожидать движения истца по встречной полосе движения, а равно заметить приближение автомобиля истца из-за потока транспортных средств не могла. Постановлением мирового судьи судебного участка № 8 Ленинского судебного района г. Екатеринбурга от 25.09.2025 Чекалин К.А. привлечен к ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. Таким образом, полагала, что ее вина в ДТП отсутствует, вина полностью должна быть отнесена на Чекалина К.А. С выводами судебной экспертизы о наличии вины обоих водителей в ДТП, размером ущерба не согласна. С учетом изложенного просила в удовлетворении исковых требований отказать.
В судебном заседании представитель ответчика Климов В.И. против удовлетворения исковых требований возражал. Полагал, что причиной ЛТП действия самого Чекалина К.А., который грубо в нарушение п. 9.1 (1) ПДД РФ, разметки 1.1, в зоне установленного дорожного знака 5.15.7, предполагающего в его направлении движения одну полосу, выехал на полосу встречного движения в целях опережения потока транспортных средств. В свою очередь, Чукреева О.А. двигалась с соблюдением ПДД РФ, а именно убедившись, что ей уступает полосу для движения поток транспортных средств, выехала на ул. Шаумяна, пересекла полосу движения в сторону ул. Громова, после чего успела занять необходимую ей для движения полосу движения в сторону ул. Ясной, когда последовало столкновение с автомобилем истца. Приоритета в движении Чекалин К.А. ввиду собственного нарушения ПДД РФ не имел, то есть, увидев Чекалина К.А., Чукреева О.А. не имела обязанности уступить ему дорогу, была обязана принять все меры к избежанию столкновения, вплоть до остановки транспортного средства, однако, как установлено заключением судебной экспертизы, из-за потока транспортных средств видеть автомобиль под управлением Чекалина К.А, ответчик Чукреева О.А. не могла, также ожидать его движения с нарушением ПДД РФ по встречной полосе была не обязана. С учетом изложенного выразил несогласие с выводами судебной экспертизы, заключившей, что действия обоих водителей с технической точки состоят в причинной связи с ДТП, также не согласен с установленным экспертами размером ущерба. На основании изложенного настаивал, что в удовлетворении исковых требований необходимо отказать.
В судебное заседание третьи лица Дремов О.Е., Рудных Л.Ю., представители третьих лиц АО «АльфаСтрахование», АО ГСК «Югория», САО «РЕСО-Гарантия», Администрации Ленинского района г. Екатеринбурга не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, с учетом требований ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки суд не уведомили. Представитель третьего лица Администрации Ленинского района г. Екатеринбурга просил о рассмотрении дела в его отсутствие.
Суд, заслушав представителей сторон, эксперта ФИО17., исследовав материалы дела, приходит к следующему.
В судебном заседании установлено, что 29.08.2025 по адресу: г. Екатеринбург, ул. Шаумяна, д. 87 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств марки Тойота госномер № под управлением собственника Чукреевой О.А., марки БМВ госномер № под управлением собственника Чекалина К.А., марки Рено госномер №, принадлежащего Рудных Л.Ю. и под управлением Дремова О.Е., в результате которого транспортному средству истца причинены механические повреждения, что следует из сведений о водителях и транспортных средствах, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии (т. 1 л.д. 107 оборотная сторона).
Именно Чукреева О.А. на момент ДТП являлась собственником транспортного средства марки Тойота госномер №, несмотря на указание в качестве собственника органами ГИБДД ФИО19., поскольку данное транспортное средство приобретено Чукреевой О.А. у ФИО18. по договору купли-продажи от 13.06.2024, однако Чукреева О.А. данное транспортное средство за собой в органах ГИБДД на учет не поставила (т. 1 л.д. 11, 105, 181).
Автогражданская ответственность Чукреевой О.А. на момент ДТП была застрахована в АО «АльфаСтрахование», автогражданская ответственность Чекалина К.А. – в САО «РЕСО-Гарантия», автогражданская ответственность Дремова О.Е. – в АО ГСК «Югория» (т. 1 л.д. 91, 100, 133).
Полагая виновным в дорожно-транспортном происшествии Чукрееву О.А., Чекалин К.А. обратился в САО «РЕСО-Гарантия» за выплатой страхового возмещения (т. 1 л.д. 123-124).
САО «РЕСО-Гарантия признало случай страховым и произвело в пользу Чекалина К.А. выплату страхового возмещения в сумме 400 000 руб. (т. 1 л.д. 16, 132).
В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на лицо, которое владеет источником повышенной опасности на законном основании.
Как следует из абз. 2 п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).
В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Положениями Федерального закона № 40-ФЗ от 25.04.2002 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) предусмотрено обязательное страхование риска гражданской ответственности владельцев транспортных средств на случай причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства.
В силу ст. 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, потерпевший вправе предъявить требования к причинителю вреда в той части ущерба, которая не может быть возмещена по договору ОСАГО.
Как разъяснено в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», вред владельцам источников повышенной опасности, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:
а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;
б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;
в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;
г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.
По смыслу приведенных выше норм права, общими основаниями ответственности за причинение вреда в результате дорожно-транспортного происшествия являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, а также вина причинителя вреда.
Как следует из материалов дела, по факту ДТП 29.08.2025 постановлением мирового судьи судебного участка № 8 Ленинского судебного района г. Екатеринбурга от 25.09.2025 Чекалин К.А. привлечен к ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, то есть за выезд в нарушение Правил дорожного движения на полосу, предназначенную для встречного движения (т. 1 л.д. 156-157).
В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Постановлением инспектора ДПС полка ДПС ГИБДД УМВД России по г. Екатеринбургу от 30.08.2025 Чукреева О.А. привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ (т. 1 л.д. 108). Данное постановление в судебном порядке Чукреева О.А. не обжаловала.
Из объяснений Чекалина К.А., имеющихся в административном материале, следует, что 29.08.2025 он двигался по ул. Шаумяна в г. Екатеринбурге со стороны ул. Ясной в сторону ул. Громова по левой полосе по скоростью 60 км/ч, совершая опережение справа стоящих машин. Резко с дворовой территории выскочил автомобиль Тойота и остановился поперек дороги, он принял резкое торможение, но из-за мокрого асфальта машину потянуло по инерции, он принял решение объехать автомобиль Тойота слева, но водитель Тойота начал движение, в результате чего было принято решение объехать автомобиль Тойота справа, но поскольку автомобиль Тойота находился на его полосе, то избежать столкновение не удалось, в связи с чем его автомобиль отбросило на автомобиль Рено, далее автомобиль остановился, асфальт был мокрым (т. 1 л.д. 111).
В свою очередь, Чукреева О.А. в объяснениях, имеющихся в административном материале, указала, что она выезжала с прилегающей территории (со двора) на ул. Шаумяна, собиралась повернуть налево на дорогу с двухполосным движением. Слева от нее находилась одна полоса и с нее во двор поворачивала машина, за ней ехал автомобиль Рено. После того, как автомобиль повернул во двор, она выехала на левую полосу, однако в этот момент автомобиль БМВ выехал на встречную полосу. На участке, где он совершил выезд, была сплошная разметка, а также установлен знак, указывающий на движение по одной полосе. Из-за того, что автомобиль БМВ выехал на встречную полосу, он не смог проехать между ее автомобилем и автомобилем марки Рено. В целях избежания столкновения с автомобилем марки БМВ она стала «выруливать» немного вправо. В этот момент автомобиль марки БМВ «въехал» в левое заднее крыло ее автомобиля, что привело к развороту ее автомобиля и его движению вперед, в результате чего она столкнулась с автомобилем марки Рено, асфальт был сухим (т. 1 л.д. 110).
Те же объяснения Чукреева О.А. дала в судебном заседании. Так, указала, что 29.08.2025 выезжала с прилегающей территории на проезжую часть ул. Шаумяна, которая имела по одной полосе движения в каждом направлении, разделенной разметкой 1.1. Убедившись в безопасности совершения маневра, пересекла полосу движения в сторону ул. Громова, после чего продолжила движение в разрыв разметки 1.1. и успела занять необходимую ей для движения полосу движения в сторону ул. Ясной, после чего с ней столкнулся автомобиль под управлением истца, который в нарушение п. 1.5, 9.1, 10.1, 11.1, 11.2, 11.4 ПДД РФ, разметки 1.1 выехал на полосу встречного движения, двигался, опережая поток транспортных средств, с превышением необходимой скорости движения. Заметить приближение автомобиля истца не могла из-за потока транспортных средств. Предвидеть движение автомобиля под управлением истца по встречной полосе была не обязана.
Из объяснений Дремова О.Е., имеющихся в административном материале, следует, что 29.08.2025 он управлял автомобилем Рено, двигался по ул. Шаумяна со стороны ул. Ясной в сторону ул. Громова, по однополосной дороге, со скоростью 45 км/ч. Увидев, что со встречного направления автомобиль поворачивает во двор, сбросил скорость до остановки, автомобиль БМВ начал обгон по сплошной линии и «врезался» в автомобиль марки Тойота, после чего автомобиль марки БМВ отбросило вправо, в его транспортное средство. Далее автомобиль Тойота развернуло, он также «врезался» в его автомобиль. Покрытие дорожного полотна было сухим (т. 1 л.д. 111 оборотная сторона, 112).
В материалы дела также представлены видеозаписи ДТП, в качестве пригодных к анализу экспертами ФИО6 и ФИО7 признаны видеозаписи:
- в т. 1 л.д. 73 – файл под названием «IMG_4561.MP4»,
- в т. 1 л.д. 113 (при административном материале) - файл «ДТП Шаумяна 87, 29.08.2025.mp4» в качестве дополнительной.
В отношении видеозаписи в т. 1 л.д. 73 файл «IMG_4530.MP4» экспертами указано, что предоставленный видеофайл не является оригинальной записью и содержит однозначные признаки видеомонтажа или перекодирования (т. 2 л.д. 111-112).
Из указанных видеозаписей (файлы «IMG_4561.MP4», «ДТП Шаумяна 87, 29.08.2025.mp4», т. 1 л.д. 73, 113) объективно следует, что 29.08.2025 автомобиль марки БМВ двигался по ул. Шаумяна в г. Екатеринбурге со стороны ул. Ясной в сторону ул. Громова, дорога в указанном направлении в соответствии со знаком 5.15.7 «Направление движения по полосам» имела одну полосу для движения, дорога во встречном направлении – две полосы для движения. Границы полосы движения обозначены горизонтальной разметкой 1.1. До столкновения автомобиль БМВ в зоне действия дорожного знака 5.15.7, в нарушение требований разметки 1.1, без включения указателя поворота выезжает на полосу встречного движения в целях опережения потока движущихся в его направлении транспортных средств. В свою очередь, автомобиль марки Тойота совершает выезд со двора, включив указатель поворота, сначала занимая полосу для движения по ул. Шаумяна в сторону ул. Громова, а затем при наличии разрыва разметки 1.1 продолжает движение, практически полностью заняв левую из двух полос движения в сторону ул. Ясной (встречной для истца). Перед столкновением автомобиль БМВ принимает меры к торможению и совершению маневра отворота вправо, вместе с тем происходит столкновение, в результате которого автомобиль марки БМВ отбрасывает вправо на автомобиль марки Рено, а автомобиль марки Тойота разворачивается, продолжает движение и также сталкивается с автомобилем марки Рено.
Таким образом, исследовав видеозапись ДТП, суд полагает, что Чекалин К.А. изначально дал несоответствующие фактическим обстоятельствам дела объяснения, а именно об опережении им по левой полосе стоящих транспортных средств на мокром асфальте, совершении резкого маневра Чукреевой О.А., тогда как из видеозаписи ДТП однозначно следует совершение Чекалиным К.А, маневра обгона движущегося потока транспортных средств с выездом на полосу встречного движения в нарушение дорожного знака 5.15.7, разметки 1.1, состояние покрытия сухое (также т. 2 л.д. 125). Также факт выезда истца на полосу для встречного движения установлен и постановлением мирового судьи от 25.09.2025, что является преюдициальным фактом и оспариванию не подлежит.
По ходатайству стороны ответчика, оспаривавшей наличие вины в ДТП, судом назначена судебная автотехническая и видеотехническая экспертиза на предмет определения механизма дорожно-транспортного происшествия и причинной связи между действий водителей с дорожно-транспортным происшествием с технической точки зрения, а равно установления размера ущерба, причиненного истцу, производство которой поручено экспертам ФИО6 и ФИО7 (т. 2 л.д. 8-11).
В соответствии с заключением экспертов № 202604-03-4 от 31.07.2026 (т. 2 л.д. 66-185) механизм ДТП установлен следующим образом.
Этап 1. Сближение (от возникновения опасности до первого контакта).
1.1. ТС-1 (БМВ) на скорости ~60 км/ч следует по единственной попутной полосе, приближаясь к хвосту плотной колонны попутных ТС, двигавшихся медленнее.
1.2. ТС-1 без включения указателей поворота приступает к обгону, пересекая левыми колёсами разметку 1.1, – линия разметки оказывается под центральной частью кузова. Выезд на встречную полосу состоялся.
1.3. ТС-2 (Тойота) в этот момент осуществляет выезд с прилегающей территории с поворотом налево, пересекая попутную полосу. Взаимная видимость ТС-1 и ТС-2 перекрыта колонной попутных автомобилей.
1.4. ТС-3 (Рено) находится в составе колонны, скорость близка к нулю или равна нулю.
1.5. При появлении передней части ТС-2 из-за габаритов колонны водитель ТС-1 применяет экстренное торможение (прерывистый режим стоп-сигналов) и выполняет манёвр резкого отворота вправо. Дистанция и скорость исключают возможность предотвращения столкновения.
Этап 2. Взаимодействие (от первого контакта до прекращения взаимного воздействия).
2.1. Первичный контакт ТС-1–ТС-2: кособлокирующий с проскальзыванием, на встречной полосе. Передняя левая часть ТС-1 – левая задняя боковая часть ТС-2. ТС-2 получает вращательный момент против часовой стрелки.
2.2. Сопутствующий контакт ТС-1–ТС-3: практически одновременно с п. 2.1, продольный скользящий, угол не более 5–10°. Переднее правое колесо и прилегающие зоны ТС-1 – левая боковая поверхность ТС-3.
2.3. ТС-1 прекращает активное движение, стоп-сигналы продолжают гореть непрерывно.
2.4. ТС-2, развернувшись против часовой стрелки на ~180°, продолжает движение и вступает в поперечный блокирующий контакт передней левой частью с задней левой боковой частью ТС-3. Низкоэнергетическое взаимодействие.
Этап 3. Отбрасывание (от прекращения взаимодействия до полной остановки).
3.1. ТС-1 останавливается в непосредственной близости от зоны первичного контакта, вдоль разметки 1.7, без значимого перемещения после удара.
3.2. ТС-2 после разворота и вторичного контакта прекращает движение поперечно оси ПЧ.
3.3. ТС-3 смещается незначительно – подтверждает практическую неподвижность в момент контактирования.
На основе комплексного исследования вещной обстановки, видеограмм, трасологических признаков повреждений транспортных средств и реконструкции механизма ДТП установлено, что с технической точки зрения в прямой причинно-следственной связи с возникновением дорожно-транспортного происшествия 29.08.2025 находятся действия обоих водителей — как водителя Чекалина К.А. (ТС1 — BMW), так и водителя Чукреевой О.А. (ТС2 — Toyota).
В части действий водителя Чекалина К.А. (ТС1 — BMW):
1. Несоответствие требованиям ПДД РФ: Водитель ТС1 совершал маневр обгона плотного попутного транспортного потока с выездом левыми колесами на полосу встречного движения через сплошную линию горизонтальной дорожной разметки 1.1 ПДД РФ в зоне действия знака 5.15.7 «Направление движения по полосам», не включив указатель поворота соответствующего направления. При этом выбранная им скорость движения (около 60 км/ч) не учитывала условия плотного трафика и ограниченной обзорности справа (зоны выезда с прилегающей территории), перекрытой колонной попутных ТС. С технической точки зрения действия водителя ТС1 не соответствовали требованиям пп. 8.1 (в части создания опасности для движения и помех другим участникам), 8.2, 9.1, 9.1(1), 9.7, 11.1 и абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ.
2. Оценка экстренных действий и технической возможности: При возникновении опасности для движения (появлении ТС2) водитель ТС1 применил экстренное торможение (что подтверждается прерывистым режимом работы стоп-сигналов на видеограмме), чем выполнил требования абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ. Ввиду движения по встречной полосе и малого расстояния до выехавшего ТС2 водитель ТС1 не имел технической возможности предотвратить столкновение путем торможения.
3. Причинно-следственная связь: Выезд ТС1 на полосу встречного движения в нарушение требований разметки 1.1 и движение со скоростью, не обеспечивавшей безопасность в условиях ограниченного обзора, явились первым непосредственным условием и технической причиной создания аварийной ситуации, лишившими водителя ТС1 технической возможности избежать столкновения и поставившими других участников в условия внезапности. Действия водителя Чекалина К.А. находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившим ДТП.
2. В части действий водителя Чукреевой О.А. (ТС2 — Toyota):
1. Несоответствие требованиям ПДД РФ: Водитель ТС2 осуществляла выезд с прилегающей территории (двора д. 87 по ул. Шаумяна) с поворотом налево. Выезд и пересечение проезжей части выполнялись водителем ТС2 в условиях необеспеченной (ограниченной) обзорности, обусловленной стоящей/медленно движущейся колонной попутных автомобилей. Водитель ТС2 возобновила и продолжила движение с выездом на середину дороги, не убедившись в том, что вся ширина проезжей части (включая полосу встречного движения за колонной) свободна от приближающегося транспорта. С технической точки зрения действия водителя ТС2 не соответствовали требованиям п. 8.3 ПДД РФ (обязанность уступить дорогу ТС, движущимся по ней при выезде с прилегающей территории) и абз. 1 п. 8.1 ПДД РФ (обязанность перед началом маневра убедиться в его безопасности и отсутствии создания помех).
2. Оценка технической возможности: Требования п. 10.1 ПДД РФ к действиям ТС2 технически неприменимы, поскольку решающим фактором являлась не скорость движения ТС2, а само решение о начале и продолжении маневра выезда на дорогу при отсутствии видимости пересекаемой полосы.
3. Причинно-следственная связь: Выезд ТС2 с прилегающей территории на проезжую часть «вслепую» (без того, чтобы предварительно убедиться в безопасности маневра по всей ширине дороги) явился второй непосредственной технической причиной создания аварийной ситуации и перекрытия траектории движения ТС1. Действия водителя Чукреевой О.А. также находятся в прямой причинноследственной связи с наступившим ДТП.
3. Сопутствующие технические факторы (условия возникновения ДТП): Развитию аварийной ситуации и наступлению столкновения объективно способствовали условия ограниченной обзорности, созданные плотным попутным транспортным потоком (колонной ТС, включая ТС3), перекрывавшим зону взаимной видимости между водителями ТС1 и ТС2, а также сопутствующие недостатки нанесения дорожной разметки (наслоение старой и новой разметки с превышением линейных размеров по п. 5.1.15 ГОСТ Р 51256-2018).
Таким образом, возникновение дорожно-транспортного происшествия от 29.08.2025 обусловлено сопряженным (совместным) созданием аварийной обстановки действиями обоих водителей:
• выездом водителя ТС1 (Чекалина К.А.) на полосу встречного движения через сплошную линию разметки 1.1 при обгоне колонны ТС в районе прилегающей территории
• и выездом водителя ТС2 (Чукреевой О.А.) с прилегающей территории с поворотом налево в условиях ограниченной обзорности без обеспечения безопасности маневра по всей ширине проезжей части.
Несоответствия требованиям ПДД РФ в действиях обоих водителей находятся в прямой причинно-следственной связи с возникновением ДТП.
Оценивая представленное заключение по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит, что экспертиза проведена специалистами, имеющим специальные знания и значительный стаж работы в области автотехники, включенными в государственный реестр экспертов-автотехников, осуществляющих независимую техническую экспертизу транспортных средств. Каких-либо сомнений в квалификации экспертов, их заинтересованности в исходе дела не имеется. Судебные эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного экспертного заключения.
Заключение экспертов содержит ответы на все поставленные судом вопросы, является ясным, полным, непротиворечивым, сомнений в его правильности и обоснованности не имеется. Выводы экспертов с достаточной степенью мотивированы, согласуются с объяснениями водителей Чукреевой О.А., Дремова О.Е., схемой ДТП и видеозаписями.
Возражения представителя ответчика Климова В.И. относительно выводов судебной экспертизы приняты судом быть не могут, поскольку он специальных познаний в сфере автотехники не имеет, является заинтересованными в исходе дела лицом, каких-либо доказательств в обоснование собственных возражений им не представлено.
Будучи опрошенным в судебном заседании, эксперт ФИО6 суду пояснил, что действия обоих водителей находятся в причинной связи с ДТП с технической точки зрения. Предотвратить ДТП возможно было в 2 случаях: когда водитель Чекалин К.А, не двигался бы по встречной полосе и когда Чукреева О.А. при выезде с прилегающей территории в условиях ограниченной видимости убедилась бы в безопасности маневра и уступила дорогу всем движущимся по проезжей части транспортным средствам. В момент возникновения опасности у обоих автомобилей отсутствовала техническая возможность избежать столкновения, в том числе путем принятия мер к торможению. Несмотря на наличие ограниченной видимости (из-за дорожного затора), невозможности предотвратить столкновение в момент обнаружения водителями друг друга, водители должны были обеспечить безопасность совершения маневра, в том числе Чукреева О.А. при выезде с прилегающей территории в условиях ограниченной видимости должна была обеспечить безопасность выезда, а Чекалин К.А. должен был руководствоваться ПДД, обеспечить безопасность выполнения обгона. Также указал, что наличие остатков старой разметки являлось условием, но прямой причиной возникновения аварийной ситуации, в дорожной ситуации водитель Чекалин К.А. должен был руководствоваться дорожным знаком 5.15.7, указывающим о наличии одной полосы в направлении его движения, ширина проезжей части 4,5 м в направлении его движения с учетом габаритов транспортных средств также не позволяла прийти Чекалину К.А. к выводу о наличии двух полос для движения.
В назначении по делу дополнительной судебной экспертизы судом представителю ответчика с учетом допроса эксперта ФИО6 в судебном заседании по тем же вопросам, которые заявлены стороной ответчика для дополнительной экспертизы, отказано.
В то же время суд учитывает, что эксперт-автотехник не отвечает на правовые вопросы, не устанавливает вину водителей, наличие у кого-либо из них права преимущественного проезда, что ФИО6 подтвердил, будучи допрошенным в судебном заседании.
В соответствии с ПДД РФ обгон - опережение одного или нескольких транспортных средств, связанное с выездом на полосу (сторону проезжей части), предназначенную для встречного движения, и последующим возвращением на ранее занимаемую полосу (сторону проезжей части).
Ограниченная видимость - видимость водителем дороги в направлении движения, ограниченная рельефом местности, геометрическими параметрами дороги, растительностью, строениями, сооружениями или иными объектами, в том числе транспортными средствами.
Опасность для движения - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.
Преимущество (приоритет) - право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения.
Препятствие - неподвижный объект на полосе движения (неисправное или поврежденное транспортное средство, дефект проезжей части, посторонние предметы и т.п.), не позволяющий продолжить движение по этой полосе.
Не является препятствием затор или транспортное средство, остановившееся на этой полосе движения в соответствии с требованиями Правил.
Уступить дорогу (не создавать помех) - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.
В соответствии с п. 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.
Согласно п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
В силу п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
Согласно п. 8.2 ПДД РФ подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.
Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.
Согласно п. 8.3 ПДД РФ при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам, велосипедистам и лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, путь движения которых он пересекает.
В силу п. 9.1 ПДД РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).
Согласно п. 9.1(1) ПДД РФ на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева.
В силу п. 9.7 ПДД РФ если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении.
Согласно п. 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.
При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
В силу п. 11.1 ПДД РФ прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.
Согласно Приложению № 2 к ПДД РФ горизонтальная разметка 1.1 разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы стояночных мест транспортных средств.
Линии 1.1, 1.2 и 1.3 пересекать запрещается.
В случаях если значения дорожных знаков, в том числе временных, и линий горизонтальной разметки противоречат друг другу либо разметка недостаточно различима, водители должны руководствоваться дорожными знаками.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» при квалификации действий водителя по части 2 статьи 12.13 или части 3 статьи 12.14 КоАП РФ необходимо учитывать, что преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2 ПДД РФ).
Водитель транспортного средства, движущегося в нарушение ПДД РФ по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.
Таким образом, окончательно, принимая во внимание вышеизложенные положения законодательства, давая оценку вышеизложенным доказательствам, в том числе учитывая тот факт, что в компетенцию эксперта-автотехника не входит правовая оценка наличия у кого-либо из участников движения преимущества движения, суд полагает установленным наличие вины в ДТП прежде всего Чекалина К.А., которое состоит в нарушении требований п. 8.1, 8.2, 9.1, 9.1(1), 9.7, 11.1 и абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ.
Данное нарушение по существу состоит в совершении Чекалиным К.А. обгона по встречной полосе в зоне действия дорожного знака 5.15.7, в нарушение требований п. 9.1 (1) ПДД РФ, с пересечением разметки 1.1, без включения указателей поворота, без какой-либо необходимости, только в целях опережения затора транспортных средств (который не являлся препятствием), а также избрании при совершении такого маневра скорости для движения, значительно выше скорости общего потока транспортных средств, что не обеспечивало достаточной видимости в направлении движения и постоянного контроля за движением; данное нарушение суд полагает крайне грубым, умышленным, демонстративным, свидетельствующим о крайне пренебрежительном отношении Чекалина К.А. к соблюдению как Правил должного движения, так и прав иных участников дорожного движения, именно данный маневр истца, совершаемый в нарушение ПДД, прежде всего создал опасность для движения, подобное поведение истца не может получать судебной защиты.
К доводам представителя истца о том, что при движении Чекалина К.А. могло вводить в заблуждение наличие на участке дороги остатков старой горизонтальной разметки 1.1 суд относится критически, полагает их несостоятельными, направленным на избежание ответственности за нарушение ПДД РФ, поскольку в рассматриваемой дорожной ситуации Чекалин К.А. был обязан руководствоваться дорожным знаком 5.15.7, которым однозначно установлено наличие одной полосы для движения в его направлении. Также вновь нанесенная разметка 1.1 была ясно видимой, иные транспортные средства по ул. Шаумяна в направлении ул. Громова следователи строго в одном ряду, напротив, во встречном направлении автомобили двигались в две полосы, в частности, на видеозаписях видно, как в самом начале левой встречной полосы (до начала обгона) стоят два транспортных средства, что Чекалин К.А. был обязан видеть. Часть старой разметки имеется на коротком отрезке в начале обгона, однако практически сразу обрывается, после чего Чекалин К.А. длительное время движется, пересекая как новую разметку 1.1, так и, если мысленно продолжить, линию старой разметки. О наличии остатков старой разметки как условии ДТП представителем истца указано только после получения заключения эксперта, который вместе с тем указал, что данный факт причиной ДТП не являлся, именно действия водителей находятся в причинной связи с ДТП, Чекалин К.А. был обязан в любом случае руководствоваться дорожным знаком 5.15.7, ширина проезжей части (4,5 м по направлению движения Чекалина К.А., как указано в схеме ДТП) с учетом габаритов транспортного средства также не могла давать оснований Чекалину К.А. предположить наличие второй полосы для движения в его направлении (т. 2 л.д. 100).
При этом от вины Чекалина К.А. не освобождает наличие у него ограниченной видимости, поскольку данное обстоятельство обусловлено его поведением, а именно совершением им маневра обгона транспортного потока в нарушение ПДД РФ, для чего он избрал скорость, не обеспечивающую полную видимость.
В такой ситуации с учетом разъяснений п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» суд приходит к выводу, что Чекалин К.А., который в нарушение ПДД РФ двигался по траектории, движение по которой не допускается, преимущественного права движения не имел, и у Чукреевой О.А. отсутствовала обязанность уступить ему дорогу, то есть в ее действиях отсутствует нарушение п. 8.3 ПДД РФ. Препятствием к такому выводу суда не является привлечение Чукреевой О.А. к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ постановлением инспектора ДПС полка ДПС ГИБДД УМВД России по г. Екатеринбургу от 30.08.2025, поскольку оценка действий ответчика должностным лицом преюдициальной для суда не является. Также и судебный эксперт указал, что при проведении своего исследования давал оценку действиям водителей только с технической точки зрения, без учета наличия у кого-либо из них с правовой точки зрения приоритета в движении, данный вопрос является компетенцией суда.
В то же время с учетом всех доказательств по делу, в том числе выводов эксперта, суд полагает, что в действиях Чукреевой О.А. имеется нарушение п. 8.1 ПДД РФ, согласно которому при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, что выполнено Чукреевой О.А., не было, а именно Чукреева О.А. при выезде с прилегающей территории должна была обеспечить безопасность маневра, в том числе в условиях ограниченной видимости.
Вместе с тем суд полагает данное нарушение являлось неосторожным, при движении Чукреева О.А. двигалась с ориентацией на движение общего потока транспортных средств в зоне объективно ограниченной видимости, обнаружить транспортное средство Чекалина К.А, следовавшее по встречной полосе, из-за транспортного потока не могла (т. 2 л.д. 124, 126, 129).
Как следствие, суд окончательно находит, что прежде всего опасность для движения и столкновение транспортных средств обусловлены совершением Чекалиным К.А. обгона в нарушение п. 9.1. (1) ПДД РФ, при избрании при этом скорости, не обеспечивающей безопасности движения в нарушение п. 10.1 ПДД РФ, тогда как вина Чукреевой О.А. состоит в продолжении совершения выезда с прилегающей территории, в условиях ограниченной видимости вопреки требованиям п. 8.1 ПДД РФ.
Таким образом, окончательно вину в ДТП суд распределяет следующим образом: Чекалин К.А. - 90%, Чукреева О.А. - 10%.
Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 10.03.2017 № 6-П, в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.
Замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.
Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).
Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (абзац 2 пункта 12).
При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).
В соответствии с заключением специалиста ФИО20. № 328-Л от 08.09.2025, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки БМВ госномер №, принадлежащего Чекалину К.А., составляет 1 411 300 руб. (т. 1 л.д. 17-64).
Для разрешения вопроса об определении надлежащего размера убытков судом по ходатайству ответчика назначена судебная автотехническая экспертиза.
В соответствии с заключением экспертов ФИО6, ФИО7 наиболее вероятная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки БМВ госномер № по устранению повреждений от ДТП 29.08.2025, рассчитанная исходя из среднерыночных цен, сложившихся в Свердловской области, без учета износа транспортного средства, по состоянию на дату ДТП 29.08.2025, округленно до сотен рублей составляет: 1 820 400 руб.
Наиболее вероятная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки БМВ госномер № по устранению повреждений от ДТП 29.08.2025, рассчитанная исходя из среднерыночных цен, сложившихся в Свердловской области, без учета износа транспортного средства, по состоянию на дату проведения экспертизы, округленно до сотен рублей составляет 1 944 000 руб.
В судебном заседании эксперт ФИО6 настаивал на правильности произведенного им расчета убытков, который определен по среднерыночным ценам восстановительного ремонта без учета износа, в соответствии с требованиями Методических рекомендаций по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России.
Возражения представителя ответчика относительно выводов судебной экспертизы в части размера ущерба приняты судом быть не могут, поскольку представитель ответчика специальных познаний в сфере автотехники не имеет, является заинтересованным в исходе дела лицом, каких-либо доказательств в обоснование собственных возражений им не представлено, в назначении дополнительной судебной экспертизы представителю ответчика с учетом допроса эксперта ФИО6 в судебном заседании отказано.
На стоимости ущерба, определенной в соответствии с заключением специалиста ФИО21. № 328-Л от 08.09.2025 сторона истца после проведения судебной экспертизы не настаивала, уточнила требования, исходя из стоимости восстановительного ремонта на текущую дату, установленную заключением экспертов, 1 944 000 руб.
Принимая во внимание изложенное, а также отсутствие доказательств производства фактического ремонта автомобиля истца, суд полагает, что размер ущерба, причиненного имуществу истца, в результате ДТП 29.08.2025 составляет 1 944 000 руб.
При таких обстоятельствах с учетом установленной обоюдной вины участников ДТП, на долю ответчика Чукреевой О.А. приходится причиненный истцу ущерб в сумме: 1944000*10% = 194 400 руб.
Из материалов дела также следует, что на момент ДТП ответственность Чукреевой А.А, была застрахована по полису ОСАГО, в порядке прямого возмещения убытков САО «РЕСО-Гарантия» произвело истцу страховую выплату в сумме 400 000 руб., что превышает размер ущерба, подлежащего возмещению Чукреевой О.А., в связи с чем окончательно суд приходит к выводу о том, что исковые требования Чекалина К.А. удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
в удовлетворении исковых требований Чекалина Кирилла Андреевича к Чукреевой Ольге Андреевне о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, – отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления в мотивированном виде путем подачи апелляционной жалобы через Академический районный суд г. Екатеринбурга.
Председательствующий / подпись / И.В. Сухнева